Библиотека java книг - на главную
Авторов: 44314
Книг: 110240
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Как я был волком»

    
размер шрифта:AAA

Часть первая
Рыкцари

Глава 1

…Заигрывавшие с солнцем облака убежали за ним и дружно рухнули в пропасть за край горизонта. На невидимой ветке перезревал надгрызенный кем-то месяц. С почерневшего потолка небес вылупили глазенки вытравленные перекисью водорода звезды, скопом крашенные по моде в одинаковое платиново-белое…
Фу, как приторно. Словно в женский роман башкой вниз по самые бубенцы. Но ведь потянуло на сопливую романтику. Все потому, что новые отношения доверительности, установившиеся с Томой, вознесли чувствительность на невероятную высоту.
Для четырнадцати лет это нормально. Такой выброс адреналина. Такой всплеск эмоций. Последствия пережитого стресса. Причем, постоянного, если брать последние две недели. Портал, что именуется здесь причалом, выкинул меня с еще тремя «везунчиками» в другой мир, другой – от слова совсем. Здесь верят в бога женского пола, жены имеют по три мужа, большая часть населения живет в бронзовом веке, а оставшиеся непонятно кто и почему. Царевны играют в футбол, а собак зовут волками. Тайны, загадки, секреты, мистика. Насчет последнего – пардон, некоторые моменты только выглядят сверхъестественными. До сих пор любые загадки получали вполне земные объяснения.
Даже такая. Когда через земли цариссы Дарьи прошли посторонние, одни утверждали, что видели шайку разбойников, которых здесь называют рыкцарями, другие упорствовали, что это была дружина царевны Деметрии, дочки Верховной царицы. Правы оказались все. Когда рыкцари отбили меня с Томой у удочерившей нас цариссы, к ним в логово пришла именно Деметрия. Она же повела сборное воинство на башню Варфоломеи, первую в списке планирующихся побед.
– Настали великие времена, – провозгласила царевна во время привала. – Начало новой эры. Скоро это почувствуют все.
Место, выбранное для ночевки, не слишком отличалось от прочих, просто мы поднялись на лесистый пригорок, откуда хорошо просматривались окрестности. На небе уродской улыбкой Гуинплена смеялся месяц. Предгорный лес принял в себя отряды разбойников равнодушно, как продажная девка очередного клиента. Вооруженная масса втекла в его живое тело и нагло расположилась, не встречая сопротивления – не считать же за таковое изредка перегораживавший путь упавший сухостой. Лес был глух к людским чаяниям. Он пускал в святая святых существ, не имевших за душой ничего святого, и укрывал зеленым одеялом всех нуждающихся – как праведников и заблудших, так и убийц с насильниками. Деметрия оказалась в центре этого шабаша, ощетинившегося жалами костров и шипами копий дозорных. Дружина расположилась вокруг царевны, даже среди союзников охраняя хозяйку. Уставшие от долгого перехода, отвыкшие от передвижения без коней, дружинники выглядели хуже разбойников: блестящие доспехи запылились, спины ссутулились. А рыкцари, наоборот, принялись споро хозяйствовать, рубить дрова, готовить ужин. Это была их обычная жизнь.
Спать, видимо, будем здесь же, кто где остановился. В голове бродили мысли о том, как перевернуть ситуацию в свою пользу, как и куда сбежать, как во имя добра тихо вырезать окружающее зло и сделать всех счастливыми. Набрав огромную охапку листьев, чтоб было мягче, я присел возле Томы, которую положили под дерево на самодельных носилках. Прогибавшиеся и последние полчаса опасно потрескивавшие поперечины выдержали поход, но теперь жутко упирались в грудь и живот. Девичьи глаза напоминали взгляд брошенного щенка: жалобный, умоляющей об участии, ласке и хоть о чем-то хорошем в этой жизни.
– Помочь? – склонился я к самому лицу.
– Сам-то как думаешь?
– Думаю, что-то надо, но на лбу не написано.
– Слезть мне надо с этой решетки для барбекю!
Проходивший мимо рыкцарь услышал краем уха.
– Помочь, царевны?
Мешок, который он нес, грохнулся наземь, растопыренная фигура шагнула к нам, облизываясь всем, чем нельзя.
– Нет! – Одновременный двойной вскрик привлек внимание многих.
Рыкцарь пожал плечами, тропинка увела незадачливого помощника по заждавшимся делам.
Проводив его взглядом, я зверской рожей заставил отвернуться оставшихся любопытных, затем разровнял принесенную листву. С моей помощью Тома осторожно сползла на получившуюся подстилку. Если верить костоправу, на ноги девушка встанет завтра-послезавтра. Вернее, попытается встать. Пока пусть лежит. Да и мозоли, натертые седлом, подживут.
Лес быстро темнел, по нему пронеслось странное перекликивание. Несколько рыкцарей, что двинулись вниз за водой к невидимому отсюда водоему, с кем-то повстречались. Громкие голоса раздались и с других сторон. Ага, свои. Потом еще свои. Полным-полно своих. Лес раздувался, как зараженный организм от вирусов перед смертельным исходом.
Деметрия светилась довольством, глядя на прибывавшие отовсюду новые группы рыкцарей.
– Приветствую, Грозна. Счастлива, что вижу в добром здравии.
Вождиха, только что отправившая отряд располагаться немного в стороне, кратко кивнула.
– Мое почтение, царевна. Я привела всех, как договорились.
Высокая, красивая и – учитывая, что, руководя сворой бандитов, все еще жива – умная, эта хмурая женщина могла бы составить кому-то счастье, а доставляла наоборот. Водянистые глаза глядели сурово, губы совсем исчезали, когда сжимались, прямой нос был длинноват и походил на клюв. Оказаться на расстоянии клевка не хотелось. Тело, отмеченное шрамами, большей частью покрывал стандартный рыкцарский доспех: кожано-ременная сбруя поверх рубахи, и штаны, заправленные в сапоги. Светлые волосы, забранные в хвост, спускались на отороченный мехом ворот, выполнявший роль бармицы и, частично, наспинника. Шлемов разбойники не признавали. Несколько бронзовых блях соединяли ремни на груди, тоже неся защитную функцию. Узкий меч, кривой нож и гнук в совмещенном с колчаном налучье составляли личное оружие. Вождиха смотрела на окружающих как на мельтешащих муравьев, не убиваемых только потому, что они играют какую-то роль в экосистеме и еще могут пригодиться. Собственно, это и есть основа гуманизма, что практикуется любым правителем. Грозна не верила в людей и, в отличие от Деметрии, не скрывала этого. Из нее вышел бы более честный начальник.
Грозна ушла к своим, а к царевне приблизились еще двое. Одного я помнил по нападению на школу. Кажется, Таскай Прибрежный. Второго, побитого жизнью усача с ироничным взглядом, Деметрии представили как Сивко Предгорного. Каждый привел отряды в несколько десятков бойцов. Армия Деметрии росла как навоз на дрожжах.
– Кудеяр не пришел, – объявил Таскай, настолько ничем не примечательный, что непонятно, как выбился в руководители. Остается допустить, что его отряд состоит из еще больших посредственностей.
– Отказался?! – На скулах царевны заиграли желваки.
Рыкцари, которые до того небрежно стояли перед царской дочкой, отвели взоры. Никто не желал отвечать за собрата, поставившего собственные интересы выше общих.
– Что-то случилось. Гонцы обошли возможные места его лагеря. Пусто. Оставленные послания никто не взял. Сигналы дымом не сработали. И мы видели много следов царберских коней.
– Разбит?
– Следов боя нет. Но есть странность. Сколько человек в его отряде?
– Три-четыре десятка, как у вас. Плюс-минус дюжина – в зависимости от переменчивых настроений крепостных.
– Там под сотню человек ушло в центральную часть страны. Где проходили по мягкой земле, целую тропу протоптали.
Мы с Томой располагались вроде бы в сторонке, но в пределах слышимости, и отказывали себе в лишнем вдохе, боясь пропустить хоть слово. Девичьи пальцы нащупали и до боли сжали мою руку. Малик – последняя надежда на то, что кто-то всемогущий придет и поможет, решив за нас проблемы. Иначе придется все делать самим, в том числе – искать и выручать самого Малика. А если подросткам придется выручать могучего бойца, значит, дело дрянь.
Через час кормили похлебкой. На этот раз Тома ела за троих. После ужина, уже в полной темноте, разнесся приказ командирам прибыть к царевне.
Дымно запылали факелы. Под надзором дружинников четверо вождей присели возле Деметрии, по-самурайски величаво застывшей на коленях. «Язык» Напраса Молчаливого держался неподалеку, готовый прибыть по первому клику. Деметрия заговорила.
– Здесь нас четыре отряда и моя дружина. У меня есть сторонники во многих башнях, но не у Варфоломеи. Это дело поправимое, но теперь вряд ли нужное. Грядущий день многое изменит. Завтра мы делаем первый шаг к новому миру.
– Первый шаг мы делали у школы, – нехорошо упало с губ Грозны Святой. – Смачный такой шаг, словно в нужник по макушку.
– Если кого укорять… – Глаза Деметрии сузились до прорезей бойниц. – Во-первых, меня там не было. Во-вторых, я расписала план пошагово, нужно было выполнять, а не разбегаться при первом сомнении.
– Ученицы погибали! – Сидевшая на корточках Грозна выпрямила позвоночник и на взгляд царевны ответила жестким вызовом: – Могли погибнуть все! Какой смысл разрушать школу и наживать новых врагов, если ученицы не перейдут к нам?
– Вас обвели вокруг пальца. Мой источник поведал лишь в общих чертах, сейчас узнаем детали. Царевна Чапа, расскажи нам, что сделала Дарья.
Уйма взглядов, недобрых и откровенно злых, устремились на нас с Томой.
Для тех, кто не в курсе: почему то все в этом мире принимают меня за девочку. Я этим успешно пользуюсь. Об успехе свидетельствует то, что еще жив и даже здоров. Девочек из нашего мира здесь объявляют ангелами и зачем-то везут в крепость к Верховной царице. Мальчиков считают чертями и убивают на месте. Любопытная такая местная причуда. Фольклороведы кипятком бы писали. А я не оценил. Сказали, девочка – хорошо, буду девочкой. Тем более, царевной. Чего бы не поцаревничать на досуге. Уверен, со мной многие поменялись бы, даже наплевав на опасность разоблачения.
Оглядевшись, я немного поколебался. Ладно, тайны уже не открою.
– Были нарушительницы закона. Им предложили почетную смерть на стене вместо казни на кладбище. Как раз хватило, чтоб обмануть осаждавших.
– Там была преемница Верховной! – воскликнула Грозна.
– Назначенная возможная преемница, – едко поправила Деметрия. – Первая из многих, что ко дню вступления на престол тысячу раз могут сменить статус. Чапа, в чем ее обвиняли?
– Не восставай на жизнь ближней своей, – сурово продекламировал я.
– Минута терпения – и вы победили бы! – Деметрия нервно вскочила. – Поняли в чем проблема? Отсутствие дисциплины. Приказ нужно выполнять, а не обсуждать!
– Ты, царевна, остынь, не кипишись, – к всеобщему изумлению осадил ее новоприбывший главарь Сивко Предгорный. Движения у него были развязны, взгляд ершист, кожаный доспех – максимально усилен бронзой и меховыми накладками. Размеры меча сообщали о скрытой силе – наверное, еще только Малику под силу махать такой рессорой от карьерного самосвала. – Мы тебе не слуги и не крепостные. Нам нужно объяснить, и мы поймем. Хорошо объяснишь – правильно поймем. Чтоб раздавать приказы, поживи с наше. Мы люди простые, слова понимаем, если за ними что-то стоит.
Сивко, изображавший простоту, был непрост. Это чувствовалось кожей и третьим глазом, если он есть. А он есть, ибо орал прямо в мозг, что с этим язвительно-ядовитым типом связываться не стоит. Чем с ним, лучше уж с Грозной – прямой как палка и морально, и физиологически. Или с Напрасом, чьи намерения крупным шрифтом возникали на лбу еще до того, как он сам прочтет их в собственной голове.
– Простите. Не хотела никого обидеть. – Деметрия взяла себя в руки, под опустившимся на место телом с гордо разведенными плечами вновь раздавилась трава, звякнула бронза, скрипнула смятая юбка доспеха. – Поймите и меня. Без единоначалия любая армия превращается в стадо, которое легко разгонит кнутами небольшой организованный отряд.
Ну почему проводники такой шикарной идеи, как всеобщее равенство, всегда сволочи и бандиты? Если б не они, я был бы за идеи царевны душой и телом. Робин Гуды, столетний хрен им в глотку. А людям почему-то нравятся Робин Гуды, банальные бандиты с большой дороги. И не нравятся те, кто от бандитов защищает. Что за менталитет такой, вывернутый наизнанку?
– Вспомни, почему мы примкнули к тебе, – со значением произнес Сивко, а Таскай, Напрас и Грозна с одобрением закивали.
– Не просто примкнули, – напомнила Деметрия. – Дали присягу. Как присягнули еще Ваула Северный и Пеняйка Злая, ожидающие моего сигнала в северной части страны.
Крупные пальцы Сивко со скрипом почесали за ухом, он не стал спорить:
– Да, присягнули. Потому что обещанный новый мир предполагал равноправие. Наши голоса не менее равны, чем твой. Потому – не перегибай.
Все время разговора рыкцарские военачальники недовольно оглядывались в нашу с Томой сторону. Таскай, наконец, не выдержал:
– Почему они здесь? Нас звали на военный совет.
– Это переносчики нужных идей в недоступные вам высшие слои. Нам с ними долгие годы работать бок о бок.
– Короче, открывалки башен, – уловил главное Сивко.
Злая ухмылка превратила его лицо в маску смерти. Меня передернуло.
– Нет! – Деметрия тревожно покосилась на нас. – Только вместе мы построим новый мир. От юных царевен, от их к нам расположения зависит многое. Количество жертв при штурме и сама необходимость штурмов. Симпатии к нам других царевен…
– Мы поняли. – Грозна сообщнически переглянулась с другими главарями. – Перейдем к делу. Кто пойдет переговорщиком?
– Если не найдется желающих, назначим, – легко решила проблему Деметрия. – В башню идти не нужно, достаточно докричаться. И показать товар лицом.
Ее глаза вновь нервно скосились на нас.
– А если Варфоломея не полная дура и в ответ плюнет нам в лицо? – предположила Грозна.
– А она не дура, – уверенно дополнил Сивко, пряча в усах усмешку, – и не полная.
– На этот случай тоже есть план, но о нем завтра.
– Тогда о чем говорить? – Сивко поднялся, демонстративно больше не глядя в нашу «ангельскую» сторону. – Завтра и поговорим.
Главари холодно откланялись.
Некоторые моменты разговора оказались скользкими, поэтому Деметрия пересела ближе к нам, тихий голос потек в уши:
– Понимаете, девочки… Рыкцари хоть и воины по сути, но во многом как дети. Не понимают, что разведка важнее доблести. Вообще не понимают, что она нужна всегда. Три ошибки допустили при осаде школы. Первая: не проверили, чтоб в объекте штурма не было боеспособных посторонних. Вторая: не дождались отъезда начальства для дезориентации в плане командования и ответственности –никто не захочет взять на себя чужие смерти, если можно обойтись без них. И третья: не создали ситуацию, в которой нужное тебе останется для противника единственным выходом, и он предложит его сам. Потом только поворчать да поторговаться.
– Политика, – вздохнул я.
Тома только моргнула. С дерева спланировал и опустился ей между лопаток колючий сухой листик. Она попробовала достать рукой. Усилие мышц отдалось в ноги, вызвав болезненное содрогание. Пришлось мне убрать незваного гостя.
– Именно, – согласилась Деметрия. – Политика. Без нее никуда. Верховной царицей может стать только самый лучший политик, а я хорошая дочка своей мамы.
– Она предпочла Аглаю.
– Я могла править не хуже этой выскочки, – отсекла Деметрия. – Мама все еще подчиняется установленному в стародавние времена запрету на династии.
– Видимо, причина была серьезная, – предположила Тома, о-очень осторожно меняя позу, чтоб обернуться к нам лицом.
– Царица для того и царица, чтоб устанавливать свои правила, лучшие.
– Ты так и сделаешь, когда станешь царицей, – угодливо сказал я.
Что ж, лизнул, теперь хватай, пока тепленькое.
– Что в крепости ждет ангелов? Говорю не о нас, – мигом поправился я. – Вообще. Что произошло с прошлыми ангелами? Вы же знаете?
– Неважно. – Деметрии действительно было неважно. – Мы установим новые законы. Отныне ангелы будут помогать мне строить новое общество.
– Царевна Деметрия, – вклинилась Тома, добавив голосу просительные нотки, – можно обратиться с просьбой?
– Чем могу, юная царевна?
– Подойдите ближе, скажу на ухо.
Деметрия метнула значимый взгляд дружинникам. Сразу трое приблизились с копьями, не оставляя Томе ни единого шанса для дурных мыслей. Только после этого царевна склонилась к лежавшей девушке.
Тома шептала недолго.
– Почему не Чапа? – оглянулась на меня царевна.
– Я тяжелая, – убежала взглядом Тома, выданная с головой.
Снова зашептала.
– Какие глупости, – снова громко ответила Деметрия. – Не считая того, что тоже царевна, ты ангел. «Если я встречу ангела, я стану ему другом и помощником». Каждый здесь выполнит любую твою прихоть, даже совершенно неверующий. Можно не верить в Аллу, которую никто не видел, но нельзя не верить в ангелов. Так что… Епанча!
К нам подбежал рыкцарь, который следил за нами, ангелами, от отряда Напраса. Даже друг другу не доверяют. Впрочем, мы добыча именно Напраса. Деметрия для него хоть и большая шишка, но не настолько, чтоб забрать добычу, ничего не предложив взамен.
– Ангелу Томе надо по-большому, – деловито объявила Деметрия на весь лес. – Отнеси.
Тома закрыла лицо руками.
– С превеликим удовольствием, – осклабился Епанча. – Как вас получше взять, царевна?

Глава 2

Весь следующий день мы опять шли. Тому несли, часто меняясь спереди и иногда с помощью драки отстаивая право идти вторым. Шутки при этом гремели такие, что я не приближался, стараясь не смущать девушку, а лежавшая ничком Тома краснела и большую часть пути вообще не открывала глаз.
А я глядел вовсю. Леса сменялись полями и обратно, количество возделанной земли все увеличивалось. Слева стремительно приближались горы. Впереди под вечер на грани видимости смутно замаячил силуэт башни.
      В душу словно стая ворон облегчилась. Скоро с нашей помощью будут брать башню Варфоломеи. И у рыкцарей есть шанс. Не тот, на который рассчитывают, если просто предъявят нас в обмен на открытие ворот. Для Варфоломеи семья – только она сама. Свою жизнь за нас, хоть сто раз удочеренных, не отдаст. Сломаться может милая добрая Зарина. Человечность возьмет верх, и она пустит противника в ворота или откроет какой-нибудь подземный ход. Или веревку в окно сбросит, не знаю, как они тут врагу помогают, если душа болит и сердце требует. Но с нее станется.
Если же ворота не откроются…
Страшно думать об этом. Но надо. Скорее всего, Деметрия показательно сотворит что-нибудь с одним из нас. Жестокостью зрелище должно впечатлить защитников башни и подвигнуть на почетную сдачу.
Эх, была бы Тома на ногах…
Попытались бы сбежать. Как угодно. Вплоть до простого прорыва. Даже смерть в этом случае лучше предуготовленной участи.
А может я недооценил царевну, и у нее другой план? Душа надеялась, что все именно так. Мозги грустно удивлялись наивности души.
К ночи вновь расположились на ночлег в лесу. До башни оставалось ровно столько, чтоб нас оттуда не заметили.
На этот раз военный совет провели без нашего участия. О чем говорили, неизвестно. Охранявшие нас рыкцари Напраса в это время обсуждали царевну. Доносились только голоса:
– С ней что-то не так? Такая красавица и без мужей. Неправильно это.
– Красавица? Змея она подколодная.
– Змея, но красивая.
– Говорят, долго ездила по башням, знакомилась с войниками, обольщала и раздавала авансы. Потом была сестрой, переманивала царберов.
– Царберов?!
– В храме и в командировке. Семейную царевну за километр бы обходили…
«Километр», снова отметил я, как до этого «тонну». Откуда у них метрическая система?
– …а так каждый на что-то надеется. Некоторые готовы за нее в огонь и в воду.
– Что там некоторые, все готовы!
– Дурни.
– А я бы рискнул. Чего терять? А тут – царевна, да еще с бездонными перспективами…
– Бездонными – это да. Правильное направление указал.
– Ну, умопомрачительными. И сама она умопомрачительная. И не змея вовсе. Она за всех нас жизнь кладет. Могла бы отхватить башенку на забаве и в ус не дуть. А она за нас. За простых. Чтоб у всех было все.
– Это да, согласен.
– Раз она такая простая и за нас, значит и мужья ей нужны из наших?
– Думаешь, выберет тебя?
– Слащавых благородных навидалась, а нормального мужика, видать, не нашла. Раз до сих пор никого не выбрала, может, именно меня ждет. Нужно только проявить себя как-то.
– Не выбрала, чтобы прочих не отшатнуть. Ей нужны все. Сразу.
– Пока власть не захватит.
– Думаешь, захватит?
– А мы на что?
– А мы не за нее, мы за себя.
– Так и она за себя, но с нами.
– Говорят, она троемужество отменит. Будет по одному, как до акопалипса.
– Ерунда. Я слышал, каждому разрешат супругов столько, сколько захочется. Хочешь одного – пожалуйста. Хочешь больше – никто не запретит.
– А жен? Или только мужей?
Спор затих.
Я посмотрел на месяц, в голове что-то щелкнуло.
– Сколько дней мы здесь?
– В этом мире? – тихо уточнила Тома. – Сегодня пятнадцатый.
– Точно? Дельтаплан мы заказывали на третье июня, значит сегодня семнадцатое.
– Ой… – Тома прикрыла рот ладошкой. – У тебя день рождения?
Я печально кивнул. Пятнадцать. Совсем взрослый.
– Что тебе подарить? – с любопытством спросила Тома совсем как дома.
Очевидная глупость вопроса повергла в уныние. Что она могла в этом мире?
– Подвинься ко мне, – донесся ее мягкий шепот. – Ближе. Еще ближе. Ну что ты как не родной. Обними рукой, вот так. С днем рожденья тее-бя-а, с днем рожденья тее-бя-а… С днем рожденья, милый Чапа, с днем рожденья тее-бя-аа…
Шепчущее ласковое пение навернуло слезы. Страшно захотелось открыть глаза, а все происходящее – сон.
Нежный чмок в нос завершил поздравление.
– Все будет хорошо, Чапа. Правда?
– Обязательно, – срывающимся голосом подтвердил я, всеми силами сдерживаясь, чтоб не расплакаться.
– Кто? – выкрикнули впереди. – А ну стой!
– Поктокай у меня. Глаза протри, – донесся голос бородатого «языка».
Главарь вернулся с совещания. Одновременно мы увидели, что отряд Грозны Святой затушил костры, снялся с места и ушел в обход башни слева. Сивко Предгорный и Таскай Прибрежный увели своих дальше вправо. С утра башня окажется в окружении.
«Язык» Напраса кратко поведал собратьям результат военного совета:
– Переть в лоб – терять людей. Деметрия настояла ждать. Перекроем все дороги и тропы, запалим в сторонке что-нибудь ненужное – чтоб выглядело деревенькой или складскими запасами, но так, чтоб крестьяне против нас не поднялись. Из башни обязательно поедут на помощь, это их обязанность. Тогда одни наши возьмут выехавших, остальные окружат башню и предъявят ультиматум. Если получится, ворвемся с наскока. Или надавим на чувства оставшихся.
Разбойников план порадовал.
Все улеглись спать. Костры угасли, зажглись звезды. Тома ворочалась, вздыхала, кряхтела. Чувствовалось, что долго колебалась, но пересилила себя:
– Чапа… ты веришь, случись подобное с тобой, я сделала бы все и даже больше?
– Ты уже сделала, сохранив мою жизнь в школе. Как соучастницу, тебя ждал финал Глафиры.
– То не в счет, общая опасность давала силы и заставляла принимать правильные решения.
Я покачал головой:
– Мы не в детском саду, скажи прямо, что нужно.
Сказать, что она покраснела – ничего не сказать. Это несмотря на тьму – почти полную, кроме мрачных отсветов далеких костров в каждом из лагерей. Новолуние.
– Или руки помыть надо было, – трудно выпихнули ее губы, – особенно после дурацкой мази. Или переела с радости…
– Снова живот прихватило?
– Ага.
– Какие проблемы. Давай, отнесу.
– К ним я больше обращаться не хочу.
Еще бы.
– Куда идти? – спросил я, принимая Тому на руки.
– За те деревья между лагерями.
На моей шее сомкнулся мягкий живой обруч.
– Вы куда? – возник рядом рыкцарь, сменивший Епанчу. – А-а, почву удобрить. Только недолго. Я отсюда прослежу.
За деревцем мои руки как в прошлый раз начали разворачивать девушку к себе спиной.
– Стоп. – Ее губы сжались до крови, глаза зажмурились от невыносимого стыда. – Ближе к кустику. Чтоб листики достать. И… – Она набрала побольше воздуха. – К себе лицом. Потом мне нужна свобода рук.
– Тогда… – Теперь я залился пунцом. – Штаны придется снять полностью.
Ноги-то будут меня обхватывать.
– Несомненно.
– Сможешь снять сама, на весу?
– Нет.
Я открыл рот, сказать, что…
Ничего не надо говорить. Теперь надо делать. Мужик я или как?
Рот закрылся. Легкие провентилировались глубоким вздохом, руки приступили к делу. Окончательно подготовив пылавшую Тому к процессу, я присел на широко расставленных ногах, а она, обняв за лопатки, повела плечами, сбрасывая мой поддерживающий захват:
– Удержусь сама. Закрой глаза, уши и нос.
Как это сделать, если рук всего две, не сказала. Лицо конфузливо зарылось в мое плечо. Я задрал подбородок к небу.
Потом мы лежали, глядя в небо параллельными прямыми вплоть до соседних галактик. Нас ничего больше не могло смутить. И не было теперь человека ближе. Что там вякнул Сент-Экзюпери? В ответе за тех, кого приручили? Мелко плаваете, месье.
Если б мы только могли представить, что наше заботливо-ответственное единение уже завтра поможет спастись от столь страшной смерти, что даже кладбище нервно курит в сторонке…
Мы не умели смотреть в будущее. Нам хорошо в настоящем. Так и заснули, держась за руки и оставаясь душами где-то высоко, за небесами, где живут вечно и все счастливы…

А вы бы не проснулись, если в рот суют кляп? Мое тело пыталось сопротивляться еще до того, как включился мозг. Поздно. Несколько крепких рук одновременно связывали, а удар по затылку не дал даже замычать.

Глава 3

Сознание возвращалось медленно. Очень качало. В открывшихся глазах творилось нечто запредельное: втыкались в голубой пол верхушки деревьев, потом взлетали и снова падали. Поняв, что голова безвольно болтается, я напряг шею. Лицо попыталось подняться. Получилось, но не в ту сторону, как рассчитывал. Деревья принялись раскачиваться в горизонтальной плоскости.
Оглядевшись, я прозрел окончательно. Не мир неправильный, это голова вниз свисает. Перекинув через плечо и придерживая за ноги, меня нес один из рыкцарей Напраса. Украл у своих, крыса, по криминальным законам такого… Стоп. Какие законы могут быть у тех, кто не признает законов? У них выживает сильнейший либо хитрейший. Вокруг такого, самого безжалостного и беспринципного, собираются любители легкой наживы и территорий, если он действительно самый. Так появились все первые короли в мире. В царстве равных один беспредельщик всегда установит свои правила и заставит всех ему спинку чесать. Не говоря об остальном.
Знал ли историю мой похититель – не имею представления. Наверное, так далеко во времени назад и вперед он не думал, среди своих уже почти самый, а к схватке с другими самыми-самыми еще только готовившийся.
Тома безвольно бултыхалась на плече второго похитителя. Третий нес наше оружие, прихваченное для комплекта. Все трое выглядели как прочие рыкцари, разве что бороды погуще, мышцы покрепче, да взгляды пожестче. Суровая троица. Три сапога пара.
Носильщик вещей первым заметил мои открытые глаза.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Sagat49 о книге: Кирилл Шарапов - Свалка
    Отличная книга хорошо написана.Оценка отлично

  • Натусик о книге: Аманда Маккейб - Завоёванная любовь
    Оценка 3(1О)

  • merry))) о книге: Василина Лебедева - Артефакт оборотней
    Серия. Это лишь первая книга.

  • natalinik о книге: Джейн Остин - Нортенгерское аббатство
    Лёгкое чтиво, местами интригующее. Сюжет незамысловат, то трогательный. Своеобразный слог Остин делают чтение довольно увлекательным.

  • elent о книге: Дана Арнаутова - Сердце морского короля
    Увы мне. Автор просто слил концовку. Главгад, который как-то неубедительно Главгад. Куча гадов поменьше, никем ранее не заподозренных. Влюбленный в Джиад товарищ, быстро переквалифицировавшийся в друга семьи.. Плюс куча божественных откровений, а стал быть изначально вся история задумывалась богами, а пешки - они пешки и есть.Ходят по заданным клеткам.
    И карамельно-сахарноватная концовка, где всем сестрам не просто по серьге, а серьге золотой с бриллиантами высшей пробы. И дети просто чудо-чудное, и счастье всем, и никто не ушел обиженным.
    В общем, пролетала куча фей и каждому положительному персу на голову высыпали мешок персонального счастья.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.