Библиотека java книг - на главную
Авторов: 46537
Книг: 115490
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Лучшая зарубежная научная фантастика: Звёзды не лгут» » стр. 29

    
размер шрифта:AAA

Идентифицировать это зрелище помогали оригинальные снимки, подгруженные из сети. Музыка тут была странная, но в целом неплохая. Костюмы же… Она поморщилась.
Правда, наверное, лучше так справляться с асоциальной агрессией, чем отыгрываться на супругах.
Индрапрамит шел, не глядя по сторонам, хотя глаза не особенно были нужны, чтобы видеть, что тут творится.
В дальнем конце ледяной пещеры четыре скандинавских гнома седьмого века высекали из камня бесконечную лестницу, ведущую вниз. Жар вырывался из глубин. Виртуальное искусство было поразительным. Феррон и Индрапрамит прошли мимо, пряча свои восхищенные взгляды. Мастерства на создание красот альтернативной реальности требовалось столько же, как если бы все это было высечено из камня.
Ледяная пещера сменилась лесной поляной, которую беспорядочно усеивали поросшие мхом плиты. На каждой такой плите возвышались витиеватые прозрачные столы для шахмат, го, манкалы, криббеджа и подобных стратегий. Большинство столов занимали пары игроков, а вокруг некоторых даже собрались зрители.
Индрапрамит проследовал за своей иглой – а Феррон за ним – туда, где над игровой доской сидели единорог и снежный человек: они выкладывали на расчерченное поле ряды прозрачных красных и желтых камней по правилам, которые Феррон не поняла. Снежный человек поднял взгляд на подошедших. Единорог – глянцево-черный с мерцающим перламутровым рогом и светящимся янтарем между половинками его раздвоенного копыта – сосредоточился на своем следующем ходе.
Стрела указывала прямо между его огромных и блестящих золотых глаз.
Феррон откашлялась.
– Да, офицеры? – произнес снежный человек и почесал макушку. Его волосы выглядели невероятно шелковистыми и буквально струились между крючковатых когтей.
– Боюсь, нам нужно поговорить с вашей подругой, – сказал Индрапрамит.
– Она вас отфильтровывает, – сказал снежный человек. – Если только у вас нет ордера…
– У нас есть полицейский код, – и Феррон применила его, как только почувствовала согласие Индрапрамита.
Единорог вскинул голову, дрожь пробежала по его телу и заставила серебристую гриву всколыхнуться. Громким голосом создание произнесло:
– Я хочу сообщить о сбоях.
– Это не сбой, – сказал Индрапрамит, назвал себя и Феррон и продолжил: – Вы – Скутер-ноль?
– Ага, – ответило создание, рог опасно сверкнул. – Я не нарушала никаких законов в Индии.
Снежный человек незаметно поднялся и отступил в сторону.
– Обязан вам с прискорбием сообщить, – произнес Индрапрамит, – об убийстве вашей матери, доктора Джессики Клык. Она же доктор Декстер Гроб.
Единорог моргнул радужными ресницами.
– Простите, – сказала он. – Вы говорите о чем-то, а оно у меня отфильтровывается. Не смогу вас услышать, пока не перестанете.
Аватар Индрапрамита не смотрел на Феррон, но та почувствовала его просьбу о помощи. Она шагнула вперед и набрала высший уровень отмены.
– Вы нас послушаете, – сказала она единорогу. – Сожалею о вторжении, но по закону мы обязаны сообщить вам, что ваша мать, доктор Джессика Клык, она же доктор Декстер Гроб, была убита.
Губы единорога скривилась в оскале:
– Хорошо. Я рада.
Феррон отступила. Ответ – что надо.
– Она создала меня, – сказала единорог. – Это не делает ее матерью. Есть ли еще что-то, о чем вы обязаны сообщить мне?
– Нет, – ответил Индрапрамит.
– Тогда убирайтесь. – Единорог поставила на сетку очередную янтарную фишку, которую тут же охватило золотистое сияние. – Я выиграла.

* * *

– Запечаталась, – с отвращением сказал Индрапрамит, вернувшись в свое тело и отправив в рот кусочек киша, – и довольна этим.
У Феррон был поджаренный сэндвич с овощами, тапенадой, сыром, а также с какой-то сложной и непонятной европейской колбасой из засоленного и подкопченного белка. Это было восхитительно и в высшей мере экзотично.
– Что, лучше бы она стала несчастной и опустошенной?
Констебль недовольно фыркнул и вцепился зубами в яичницу со шпинатом.
Феррон понимала, что своим агрессивным настроем обязана на самом деле не замкнутой взрослой дочери Клык/Гроба, а собственной матери. Наверное, стимулятор еще не выветрился. Она не могла остановиться:
– То, что она делает, не так сильно отличается от естественного поведения наших мозгов. С той лишь разницей, что теперь это технология и фильтры, а не предрассудки с неврологией.
– Давайте сделаем виртуальный тур по месту преступления. – сменил тему Индрапрамит, а когда в поле внимания Феррон мигнула иконка, он добавил: – Эй, финальный отчет о вскрытии.
– И кое-что от Дамини, – сказала инспектор.
На сообщении архинформистки стоял код приоритета. Феррон вошла в воспроизведенную в искусственной реальности квартиру Гроба и открыла контакт. Азарт погони пробился сквозь туман ее угасающей гипомании. Стимуляция, похоже, держалась хуже, чем в молодости, а спады давались все тяжелее, но настоящий, старомодный адреналин все еще был палочкой- выручалочкой.
– Феррон, – назвалась инспектор, хмурясь при виде бурых пятен на виртуальном ковре Гроба.
Секундой позже Индрапрамит подсоединился к конференции.
– Дамини, что принесли нам глубины сети? – спросила Феррон.
– Джекпот, – ответила Дамини. – У вас было время посмотреть отчет о вскрытии?
– Мы только что закончили с ближайшей родней, – сказала инспектор. – Ты быстра, я только что увидела иконку.
– Вкратце, – отрапортовала Дамини. – это не Декстер Гроб.
Аватар Феррон медленно двигался по периметру виртуального места преступления.
– Но ведь было совпадение ДНК. Дамини, мы только что сказали его дочери, что он убит.
Более прагматичный Индрапрамит наколол мясо на вилку. Его аватар из альтернативной реальности сымитировал это движение пустой рукой.
– Так кто же это?
– Никто. – Дамини довольно откинулась на спинку кресла. – Медэксперт говорит, вывернуть так кого-нибудь технически невозможно. Что бы это ни было, оно размягченное. Взрослый объект, номинально живой, клонированный из ткани Декстера Гроба. Но не Декстер Гроб. В смысле, прикиньте: что это за орган такой?
– Клонированный. – В реальном пространстве Феррон сняла с рукава униформы ворсинку гиацинтово-синего меха и подняла так, чтобы мог увидеть Индрапрамит.
Его глаза расширились.
– Да, – сказал он. – Хотя как же рисунок окраса?
– По-твоему, я похожа на биоинженера? Индрапрамит, – задумчиво произнесла Феррон, – тебе не кажется, что это место преступления сфабриковано?
Он нахмурился:
– Возможно.
– Дамини. – спросила Феррон, – как дела с файлами доктора Гроба? И доктора Ннебуогор?
– В почте Гроба ничего полезного, кроме нескольких скупых посланий доктору Ннебуогор, очень похожих по тону на записки Джессики Клык. Ннебуогор не подпускала Гроба к своим исследованиям, это да. Но ни угроз, ни любовных писем, ни требований позаботиться о ребенке – ничего такого.
– Он интересовался хоть чем-нибудь?
– Той звездой, – сказала Дамини, – которая собирается стать новой, или что-то в таком духе. Гроб следил за ней уже пару недель, прежде чем пресс- релиз попал в основные каналы. Кстати, логины Ннебуогор подтверждают версию о том, что она стоит за вирусной программой.
– Логины могут быть подделаны.
– Ну, могут, – согласилась Дамини.
Феррон раскрыла свой сэндвич и хмуро посмотрела на копчености. Теперь они выглядели куда менее аппетитно.
– Никто не входил в квартиру Гроба. И вывернутый труп оказался в конечном итоге вовсе не трупом. Значит, Гроб отправился куда-то еще, после того как подготовился к бегству, а потом отказался от него.
– А место преступления было инсценировкой, – добавил Индрапрамит.
– Это интересно, – сказала Дамини. – Гроб отсутствовал в офисе неделю.
То есть с тех пор. как Морганти начала наводить о нем справки. Или с тех пор, как он узнал, что она идет по следу.
Феррон произнесла нечто резкое, самокритичное и исключительно непрофессиональное. А затем сказала:
– Я идиотка. Утечка.
– Утечка? – переспросила Дамини. – Вы имеете в виду, когда люди не переставая болтают о совершенном ими преступлении? Или о человеке, про интрижку с которым вы знать не должны?
Иконка срочного сообщения от мауси Сандхьи – одной из ответственных, а не суетливых тетушек Феррон – настойчиво мигала на краю восприятия. О боги, что теперь?
– Именно так, – сказала Феррон. – Послушайте, проверьте, не оставлял ли Гроб за последние десять дней какие-нибудь метки на карте за пределами своей квартиры? И мне нужен секретный ордер на анализ ДНК с лабораторного оборудования «БиоШелл» и такой же – для квартиры доктора Рао.
– Вы думаете, его Рао убил? – Дамини даже не пыталась скрыть удивление.
Мигает, мигает иконка. Аварийная ситуация. Код красный. Твоя мать перешла все границы, моя дорогая.
– Просто добудь ордер. Я хочу увидеть, что мы получим, прежде чем представлю свою теорию.
– Почему? – спросил Индрапрамит.
Феррон вздохнула.
– Потому что это безумие. Вот почему. И постарайся получить конфиденциальный доступ к календарю и почте Рао. Не хочу дать ему понять, что мы ищем.
– Ждите на месте, – сказала Дамини. – Ничего не трогайте. Я вернусь, не успеете оглянуться.

* * *

– Мама, – обратилась Феррон к львиноголовому аватару своей матери, – я сожалею. Сандхья сожалеет. Мы все сожалеем. Но так больше не может продолжаться.
Это было самое трудное из того, что она когда-либо говорила.
Золотыми глазами Сехмет мать посмотрела на дочь и криво улыбнулась. Феррон явилась не в рабочей аватарке, а в изрубленных доспехах – так она выглядела, когда в юности, в годы учебы, вместе с матерью часами зависала в атавистике. Происходило это еще до того, как Феррон стало интереснее предотвращать реальные беды или, по крайней мере, воздавать кому-то по заслугам.
Честно ли она поступила? Ведь беда ее матери была реальна, как и страдания брошенной дочери Джессики Клык. А здесь даровалось хотя бы временное облегчение – от утраты мужа, от тела, разбитого параличом.
Ухмылка Мадхуванти медленно превратилась в оскал:
– Конечно. Ты можешь позволить им уничтожить все. Отнять мою суть. Это совсем не то же самое, что убийство.
– Мама, – сказала Феррон, – здесь все ненастоящее.
– Если это ненастоящее, – мать обвела рукою комнату, – то что же тогда? Я создала тебя. Я дала тебе жизнь. Ты мне обязана. Сандхья рассказала, что ты принесла в дом одного из этих новых котов-попугаев. Откуда взялись деньги?
– Председатель Мяу – улика, – ответила Феррон, – а размножение – в конечном счете социопатический акт, и неважно, чем я тебе обязана.
Мадхуванти вздохнула:
– Дочка, ну дай в последний раз.
– У тебя будут собственные воспоминания обо всем об этом, – сказала Феррон. – К чему тогда архив?
– Воспоминания, – с издевкой произнесла ее мать. – Какие воспоминания, Таманна? Что ты на самом деле помнишь? Обрывки, путаница. Как этому сравниться с возможностью заново пережить?
«Чтобы иережить, – подумала Феррон, – нужно сначала прожить». Но, как бы ни шатало ее от подступающего кризиса физического истощения, женщине хватило ума оставить эти слова при себе.
– Ты слышала о звезде? – спросила она, чтобы как-то сменить тему. – Той, через которую пришельцы говорят с нами?
– Свету четыре миллиона лет, – сказала Мадхуванти. – Там все мертвы. Взгляни-ка, новое синестезическое шоу. Рим и Египет – кое-что для нас обеих. И если отправиться со мной в приключения не хочешь, может, посмотришь хотя бы представление? Я обещаю, что больше не буду просить у тебя денег на хранилище. Просто сходи на одно выступление со мной! И я обещаю, что завтра почищу свой архив.
Брови львицы трагически изогнулись. От осознания поражения голос Мадхуванти стал тонким. Денег больше не было, и она это знала. Но не могла прекратить торговаться. И шоу явилось уступкой, чем-то способным напомнить о том времени, которое они проводили вместе в воображаемых мирах.
– Феррон, – сказала она с мольбой, – тогда просто отпусти меня туда одну.
Феррон. Они общались не по-настоящему. Никто не победил. Мать действовала точь-в-точь как сопротивляющийся воздействию наркоман: медлила. торговалась, тянула время. Называла свою дочь Феррон, если этим можно было выкупить еще двадцать четыре часа в своем виртуальном раю.
– Я приду, – пообещала Феррон. – Но не раньше вечера. Мне нужно доделать кое-какую работу.

* * *

– Босс… Как вы узнали о ДНК? – спросила Дамини, когда Феррон активировала ее иконку.
– Рассказывай, что ты накопала, – перебила Феррон.
– ДНК, найденная в компостере «БиоШелл», принадлежит Председателю Мяу, – ответила архинформистка, – и, следовательно, кошке Декстера Гроба. А компостер у дома Рао просто переполнен его ДНК. В смысле, ДНК Рао. Там много, гораздо больше, чем можно ожидать. Кроме того, некоторые данные из его электронной почты и календаря были стерты. Я пытаюсь восстановить…
– Включи это в дело, – сказала Феррон. – Держу пари, мы узнаем, что в ночь исчезновения Гроба они встречались.

* * *

Доктор Рао жил даже не в высококлассном квартблоке, а в Вертикальном Городе. Когда Дамини раздобыла ордер, Феррон привела свои документы в порядок для визита. Стояла уже глубокая ночь, когда они с Индрапрамитом в сопровождении детектива Морганти и четырех патрульных офицеров отправились разбираться с Рао.
Команда миновала магазины и вертикальную ферму в атриуме огромной башни. Воздух пах свежестью и здоровьем, и даже в этот поздний час люди бесконечной чередой брели в обеденные зоны по сочным зеленым коврам.
Лифт с полицейскими легко заскользил вверх, сквозь его прозрачную внешнюю стену открывался вид на разлившиеся внизу огни Бенгалуру. Феррон посмотрела на Индрапрамита и поджала губы. Тот в ответ приподнял брови. Показная роскошь. Но Рао это вряд ли можно было предъявить.
Оставив Морганти и патрульных следить за выходом, инспектор и констебль подошли к двери доктора Рао и представились.
– Откройте, – для проформы сказала Феррон, предъявляя ордер. – Именем закона.
Дверь распахнулась, и полицейские осторожно вошли.
Хозяин квартиры, должно быть, отпер замок дистанционно, поскольку сам непринужденно сидел в шезлонге. Серый кот с красными кисточками на ушах свернулся у него на коленях и терся мордочкой о брюки.
– Новые! – завопил кот. – Новые люди! Намаскар! Самое время для второго завтрака.
– Декстер Гроб. – сказала Феррон высокому худощавому мужчине, – вы арестованы за убийство доктора Рао.

* * *

Они вошли в лифт, который понес их вниз по внешней стене Вертикального Города. Гроб был зажат между двумя патрульными. Морганти сказала:
– Что ж, если я правильно все поняла, вы, Гроб, на самом деле убили Рао, чтобы присвоить его личность? Поскольку знали, что на этот раз серьезно погорели?
Тот даже глазом не моргнул, словно ничего не слышал.
Морганти вздохнула и переключила свое внимание на Феррон:
– Что подсказало вам разгадку?
Кошка Гроба в своем новом серо-красном окрасе жалобно замяукала в переноске.
– Скотофобин, – ответила Феррон. – У него не было проблем с памятью. Он использовал лекарство, чтобы быстро заучить историю жизни Рао, все его странности и не выдать себя.
– Но зачем избавляться от денег? Почему бы не забрать их с собой? – Морганти бросила взгляд через плечо. – Простите, что говорю о вас как о статуе, доктор Клык. Но вы так замечательно изображаете одну из них.
На ее вопрос ответил Индрапрамит, показав на Вертикальный Город, выраставший за их спинами:
– Рао не нуждался в средствах.
Феррон кивнула:
– Отыщись деньги, вы бы поверили, что он мертв? Кроме того, если бы долг – хотя бы частично – возвратился, у властей Гонолулу стало бы меньше оснований продолжать поиски.
– Так это был ложный след. Как и попытка подставить доктора Ннебуогор, и стол, накрытый на двоих?..
Ее слова прервал внезапный сполох сине-белого света, отбросивший резкие тени на лицо женщины. В ночном небе вспыхнуло нечто столь же яркое и сверкающее, как солнце на рассвете, но холодное, насколько холодным может быть свет. Холодное, словно отражение в зеркале.
Морганти сощурилась и прикрыла лицо ладонью:
– Это водородная бомба?
– Была бы бомба, – сказал Индрапрамит, – у вас бы глаза вытекли.
Гроб рассмеялся, это был первый его звук с того момента, как он подтвердил, что понимает свои права.
– Это сверхновая, – он поднял скованные наручниками запястья и показал на небо, – в Галактике Андромеды. Взгляните, насколько низко она над горизонтом! Мы пропустим зрелище, как только окажемся в тени башни.
– Аль-Рахман, – прошептала Феррон.
Стена лифта потемнела до дымчатого оттенка, и теперь инспектор могла смотреть прямо на вспышку. Близко к горизонту, как и сказал Гроб. Такая яркая, что казалась шаром.
– Не та звезда. Она была стабильной. Возможно, соседняя, – сказал Гроб. – Возможно, они знали и поэтому так отчаянно твердили нам о себе.
– Могли они выжить?
– Зависит от того, насколько близко к Аль-Рахману все случилось. Радиация… – Гроб пожал плечами. – Вероятно, она их убила.
– Господь всемогущий, – выдохнула Морганти.
Гроб откашлялся:
– Прекрасно, не так ли?
Феррон запрокинула голову, когда источник невообразимого сияния скрылся за соседним зданием. Зарева не было: свет сверхновой тонкими параллельными лучами перечеркивал густую и непроглядную, словно чернильный омут, темноту.
До этого момента ей приходилось накидывать на свои органы восприятия дополнительные фильтры, чтобы найти в небе Туманность Андромеды. Но теперь самым важным на свете казалось то, что за два с половиной миллиона лет кто-то перед смертью закричал сквозь пустоту.
Странный восторг наполнил ее. Каждый говорит, но никто никого не слушает. Даже самого себя.
– Мы здесь, – сказала Феррон древнему свету, разлитому по небу, но не пронзавшему тень, в которую она спустилась.
Когда коллеги обернулись и уставились на нее во все глаза, она повторила, словно мантру:
– Мы тоже здесь! И мы услышали вас.

ПОЛ МАКОУЛИ
ПОСЛЕДНЕЕ РОЖДЕСТВО МЭСИ МИННОТ НА ДИОНЕ, ГОНКИ ПО КОЛЬЦАМ САТУРНА, ЛУЖАЙКА СКРИПАЧА И САД СТАРОГО ГОНЧАРА

Мы представляем еще один рассказ Пола Макоули, кроме «Человека» («The Man»), также имеющегося в этом сборнике. Этот рассказ является частью большого цикла историй, которые уносят нас в будущее. Мы отправимся в тур по живописнейшим местам внешней границы Солнечной системы, где колонисты пытаются сделать все возможное, чтобы справиться с последствиями опустошающей и жестокой межпланетной войны.

Однажды, пройдя свой жизненный путь примерно до половины. Мэй Кумал получила известие о смерти отца. Доставивший сообщение эйдолон предупредительно пояснил, что с Тьерри случился не поддающийся терапии сердечный приступ, и присовокупил приглашение посетить Диону, один из спутников Сатурна, чтобы участвовать там в развеивании праха отца в соответствии с его завещанием.
Дочери Мэй эта идея не понравилась.
– Когда ты с ним говорила в последний раз? Десять лет назад?
– Четырнадцать.
– Ну вот.
– Моей вины в том, что мы перестали общаться, не меньше, чем его, – заметила Мэй.
– Но он первым тебя бросил. Бросил нас.
Шахира обладала очень развитым чувством хорошего и дурного. Собственного отца, после того как он развелся с Мэй, она так и не простила и с тех пор ни разу с ним не разговаривала.
– Тьерри меня не бросал, – возразила Мэй, – он просто покинул Землю. И дело совсем не в этом, Шахи. Он хочет… хотел, чтобы я приехала. Он все устроил. Вот билет туда и обратно с открытой датой.
– Он хотел, чтобы ты чувствовала себя ему обязанной, – заявила Шахира.
– Конечно, я чувствую себя обязанной. Это ведь последнее, что я могу для него сделать. И это будет замечательное приключение. Мне сейчас в самый раз.
Мэй как раз исполнилось шестьдесят два; в этом самом возрасте после смерти своей жены, матери Мэй, ее отец и покинул Землю. Она была государственным служащим средней руки, заместителем главного инспектора в Департаменте древностей. Ей принадлежала небольшая удобная квартира в том же здании, где она работала, правительственном зиккурате в районе Вассат Аль-Искандарии[32]. Никаких серьезных связей после развода, дочь давно выросла и жила с мужем и двумя детьми в коммуне, занимающей аркологию посреди Атласских гор. Шахира еще попыталась ее отговорить, но Мэй твердо решила узнать, чем занимался ее отец там, в черном-пречерном космосе. Был ли он счастлив? Разгадывая загадку его жизни, Мэй, вполне возможно, узнает что-то и о своей. Когда родители умирают, твоя жизнь становится наконец только твоей, и тогда хочется узнать, насколько она была сформирована сознательно принятыми решениями, а насколько – наследием предков во всех его формах.
– Там нет ничего для таких людей, как мы, – утверждала Шахира.
Она имела в виду – для обычных людей. Тех, кто не перестраивал себя, чтобы вынести действие микрогравитации и жесткого излучения, терпеть жизнь в замкнутых обиталищах, разбросанных среди ледяных, лишенных атмосферы небесных тел.
– Тьерри считал, что, может, и есть, – возражала Мэй. – Я хочу знать, что он нашел.
Она взяла отпуск по семейным обстоятельствам, вылетела из Аль-Искандарии в город Энтеббе, где находился Порт-Африка, и там, в отделении предполетной подготовки пассажиров, ее погрузили в глубокий искусственный сон. В гибернационной камере, точно в колыбели, Мэй подняли на лифте к посадочному терминалу и погрузили в орбитальный корабль, а сорок три дня спустя разбудили в порту Париж на Дионе. Еще через пару дней, потраченных на то. чтобы оправиться после заморозки, научиться пользоваться скафандром и передвигаться при почти неощутимом дионском тяготении, Мэй погрузилась в такси, взмывшее в ночь суборбитальным прыжком, унося ее к поселению клана Джонсов-Труксов-Бакалейникофф, последнему пристанищу отца, месту, где он умер.
Кабина такси представляла собой граненый пузырь немногим просторней гроба, смонтированный из пластин алмазного композита на паутине фуллереновых ребер и посаженный на двигательную платформу с тремя паучьими ножками. Мэй, пристегнутой рядом с пилотом тугими страховочными ремнями, казалось, будто она падает вдоль бесконечного склона, как в одном из тех снов, когда просыпаешься, потрясенный, за мгновение до удара о землю. Распухший шар Сатурна, причудливо увитый коричневыми и желтыми полосами пастельных тонов, качнулся над головой и стал опускаться сзади. Пилот, говорливая молодая женщина, задавала множество вопросов о жизни на Земле и показывала на темном лике спутника важные кратеры и хребты, линию экваториальной железной дороги, уютные искорки оазисов, обиталищ и крытых городов. Мэй все никак не могла соотнести эту территорию с картами из библиотеки скафандра и была поражена, когда такси внезапно развернулось, выстрелило двигателем и с громким скрежетом затормозило, опустившись на некий поддон или платформу, расположенную на окраине индустриального пейзажа.
Встречал Мэй не тот человек, с которым она обсуждала смерть отца и приготовления к путешествию, а женщина, бывшая спутница отца, Лекси Трукс. Они сели в экипаж с плоскими стенками, подвешенный между трех пар широких сетчатых колес, и поехали по широкому шоссе мимо блокгаузов, бункеров, ангаров, наливных баков и целой россыпи спутниковых тарелок и передающих мачт. По словам Лекси Трукс, все это было военным комплексом времен Тихой войны.
– Как говорится, оставлено без присмотра. Мы ему никакого применения не нашли, но и снести не дошли руки. Вот и стоит.
Лекси была по меньшей мере лет на двадцать моложе Мэй, высокая и бледная, с гребнем соломенных волос, топорщащимся посреди бритой головы. Ее скафандр украшал сложный переплетающийся узор из зеленых и красных лоз. Она сообщила, что прожила с Тьерри три года. Они познакомились на Церере в ту пору, когда Лекси была вольным торговцем.
– Он там уже жил, когда мы в последний раз с ним беседовали, – сказала Мэй.
Слова прозвучали как признание в слабости. Казалось, эта уверенная, резкая в движениях женщина может с большим правом претендовать на ее отца, чем она сама.
– Он переехал на Диону, и мы стали жить вместе, я тогда еще обитала в старом поселке, – рассказывала Трукс. – Там он и увлекся керамикой. А потом, ну, работа захватывала его все больше и больше, а меня часто не было дома…
Мэй сказала, что собрала кое-какую информацию и уже знает, что ее отец стал гончаром, даже видела некоторые работы.
– В поселении вы сможете их увидеть гораздо больше, – пообещала Лекси. – Он трудился не покладая рук и имел хорошую репутацию. Собрал много наград.
Как выяснилось, Трукс не знала, что на Земле, в Аль-Искандарии, Тьерри изготавливал бронзовые амулеты, возродив утраченный метод литья по восковым моделям, и сбывал их в лавки, обслуживающие богатых туристов. Соколы, кошки, львы. Боги с головами крокодилов или шакалов. Сфинксы. Мэй рассказала Лекси, как помогала ему полировать амулеты жидкой пастой из мела и красного крокуса и наносить на них патину нитратом меди. У нее сохранилось ясное воспоминание об отце, как он склонился над верстаком и крошечным ножичком понемногу высвобождал фигурку ястреба из бруска черного воска.
– Он никогда не рассказывал о своей жизни внизу, – заметила Лекси. – Ну, про вас-то упоминал. Мы все знали, что у него есть дочь, но это практически и все.
Они обсудили последнюю волю Тьерри. Лекси сказала, что в последние годы он оставил работу и стал много гулять по окрестностям. Она предполагала, что развеять прах следовало в каком-то его излюбленном месте. В завещании было четко указано, что сделать это надлежит на восходе, но место оставалось загадкой.
– Все, что я знаю, – это что нужно двигаться на восток по железной дороге, а потом следовать за его мулом, – сказала Лекси. – Не исключено, придется побродить по пересеченной местности. Справитесь, как вы полагаете?
– Ходить здесь легче, чем я опасалась, – ответила Мэй.
В молодости она любила зайти в море поглубже, насколько хватало храбрости, и, стоя на цыпочках по подбородок в воде, позволять волнам покачивать себя взад-вперед. Ходьба при крошечной гравитации Дионы, составлявшей примерно одну шестнадцатую земной, несколько напоминала то ощущение. Пришло еще одно воспоминание об отце: как он делает огромные скульптуры цветов и животных из песка на пляже. Сильные пальцы, голые смуглые плечи, коврик белых волос на груди, полное погружение в работу.
Они оставили позади нагромождение армейских построек и теперь ехали по пыльной равнине, сбрызнутой россыпью маленьких неглубоких кратеров. Глыбы и валуны величиной с дом покоились на подушках щебня. Веер осколков окаймлял длинную эллиптическую зазубрину. К югу поднималась череда округлых холмов, как пояснила Лекси – часть стены кратера тридцатикилометрового диаметра. Озарявший картину бледный свет Сатурна придавал всему оттенок старой слоновой кости. Мэй вспомнились древние фотографии, которые она видела в одном из музеев Аль-Кахиры[33]: европейцы в устаревших костюмах, позирующие в чопорных позах среди разрытых гробниц.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.