Библиотека java книг - на главную
Авторов: 46537
Книг: 115490
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Лучшая зарубежная научная фантастика: Звёзды не лгут» » стр. 62

    
размер шрифта:AAA

– Это тов, – крикнула она.
Обычно на буджумах товов не бывает, но смерть «Чарли» растянула ткань пространства-времени, облегчив межпространственное проникновение. Мертвый буджум не мог, как обычно делал, пожрать своих паразитов. Синтия подумала о разбитом охранном зеркале, предназначенном защищать от более противных существ, чем товы. От двойников, крысаков и прочих хищников. Оно работало, потому что не отражало ничего, кроме Большой пустоты, даже в доках. Эти изогнутые огромные зеркала не отражали ничего с человеческой точки зрения, следовательно, двойники не могли им воспользоваться, а крысаков они ослепляли. Зеркала не прилагались как стандартное оборудование ко всем кораблям, но летающий госпиталь вроде «Чарли» должен был озаботиться дополнительными мерами безопасности. «Умирая, „Чарли“ сломал его», – догадалась Синтия. Фиоренцо все придумала насчет двойников. Они никогда не охотились на буджумы и уж точно не оставили бы глаза майору Нгао. Ей требовалось алиби.
Сзади раздался влажный громкий звук, не похожий на шуршание товов. У Синтии больше не было ни сил, ни желания оглядываться, но там, в темноте, едва подсвеченной некролюминесценцией, она разглядела человеческий силуэт. Распростертая рука в лохмотьях формы Госпитального корпуса, светящиеся глаза на наполовину освежеванном лице.
Увлекая за собой Синтию, Хестер впрыгнула в люк и изо всех сил ударила по тревожной кнопке, расположенной за ним под стеклом. В тот же миг автоматическая дверь, рухнув, словно гильотина, отсекла их от преследователей. Она и в самом деле могла разрубить человека, так было предусмотрено в интересах команды и корабля на случай, если на борт проникнут нежелательные гости. Выбирать не приходилось, на кону стояла жизнь одного против жизней всех членов команды. Поэтому с самого начала космачи учились не торчать в дверях.
– Надолго их это не задержит, – запыхавшись, сказала Хестер. – Нельзя останавливаться.
Синтия попыталась восстановить дыхание, чтобы кислорода хватило подольше.
– Девять имен ада, откуда они взялись?
– «Чарли» открыл дверь, – ответила Хестер.
Синтия прищурилась, но смысла словам подруги это не прибавило.
– Я чего-то не понимаю…
Хестер похлопала по соединителю «Чарли», вставленному в гнездо на другом ее предплечье.
– Я получила доступ ко всем логам, думаю… Думаю, ему не понравилось, что Фиоренцо убила команду, на основании логов ясно, это сделала именно она. Думаю, поэтому она ударила его током. Но воскрешенные члены команды начали убивать живых, она не смогла их контролировать. Решила заманить в вакуумный отсек и запечатать дверь…
Но вакуум не может убить то, что уже мертво…
– «Чарли» выпустил свою команду, – поняла Синтия.
Хестер кивнула, зеленые и фиолетовые волны некролюминесценции буджума отбрасывали блики на шлеме, отсвечивали в ее глазах.
– Он может открыть любую дверь, которую я закрою. Теперь это совсем небезопасно.
– Да, – согласилась Синтия. – Небезопасно.
В горле горело. Она постаралась как можно меньше глотать и сказала:
– Нужно идти вперед. Мы должны отыскать устройство Фиоренцо, прежде чем результаты ее неудачного опыта найдут нас.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

– Она сказала, что была в морге, – пробормотала Синтия.
– Что? – переспросила Хестер, отстрелив гниющую руку у мертвеца, идущего впереди всех.
– По словам доктор Фиоренцо, она была в морге, когда всё случилось. Если она и собиралась что-то спрятать, то наверняка это находится там.
– Вряд ли нашлось много желающих, чтобы заглянуть к ней туда на огонек, – согласилась Хестер. – И где же он находится?
Бегать в скафандре то еще удовольствие, и хотя живые мертвецы Фиоренцо двигались не слишком быстро, они преследовали женщин, не останавливаясь и не отвлекаясь. Когда Синтия наконец-то набрала воздуха, чтобы ответить, ее подруга уже сама нашла путь.
– Один пролет наверх и два вперед. Ладно, пошли.
Синтия провела много времени на буджумах как пассажир, как член команды, а последнюю – самую ужасную – неделю на «Ричарде Тревитике» как заключенная и знала об отсутствии стандартных систем ориентации. В некоторых буджумах не существовало даже внутренних указателей, и, если капитан не выдавал тебе план, ты целиком и полностью зависел от члена команды, который, словно гид, водил тебя по кораблю. В «Лазарете» система указателей была продуманной, лучшей из всех, что ей встречались. Но, несмотря на это, маркеры лишь могли помочь человеку определить свое положение на гигантском трехмерном графике, изображающем довольно запутанный план «Чарли».
Лучше так, чем совсем ничего.
Лучше бежать, чем оказаться разорванной на куски бессмысленными жестокими тварями, в которых Фиоренцо превратила членов команды. «Бедные, – думала Синтия, вспоминая значки на мундире майора Нгао. – Эти мужчины и женщины меньше всего заслужили такой конец». Фиоренцо вызывала в ней отвращение, страх и немного даже зависть (уж признайся себе, Синтия!), но сейчас она чувствовала лишь злость. Не за ее тягу к знаниям, а за безудержное стремление к агрессии.
– Хорошо, что морг наверху, – тяжело дыша, сказала Хестер. – Лестница их ненадолго задержит.
– Жаль, что не остановит, – отозвалась Синтия. – Их ничего не остановит.
Пока им удавалось держаться впереди оживленных, но так и не получилось ни оторваться, ни остановить их.
– Сюда, – сказала Хестер.
Стальная лестница потускнела от разложения «Чарли». Пока Хестер открывала люк, Синтия сидела наверху лестницы, скрючившись, боясь, что живые мертвецы вот-вот начнут хватать их за ноги.
Хестер помогла ей выбраться. Они плотно закрыли люк за собой и снова побежали. Две женщины-ученые едва могли шевелиться, преследуемые толпой волочащих ноги воскрешенных трупов, которых и сосчитать-то невозможно.

* * *

Морг – холодное, длинное, с низкими потолками помещение – его-то они и искали. По его стенкам змеились все те же огни некролюминесценции, свет очерчивал пустые мешки для тел и открытые ящики. Синтия предусмотрительно закрыла за собой дверь, прежде чем пойти вглубь. Мурашки бежали по спине от одной мысли остаться здесь взаперти, отрезав пути к отступлению, но поджидавшее их за переборками пугало намного больше. Им удалось оставить живых мертвецов далеко позади, но Синтия вовсе не была уверена в том, что это надолго.
Они завернули за угол и обнаружили доктора Фиоренцо, склонившуюся к анатомическому столу. Рядом сидел профессор Уандрей, они разглядывали какую-то дыру в полу. Рваные обесцвеченные края обрамляли нечто, сильно напоминавшее нейрокластер буджума. Бывший майор Нгао молча подавал Фиоренцо инструменты. В руках она держала ветеринарный шприц с длинной двадцатисантиметровой иглой, напоминавший средневековое устройство для пыток, с бесцветной жидкостью внутри. На полу рядом с ними Синтия разглядела еще два таких же, уже пустых.
Мередит… Не нужно было подходить ближе, чтобы увидеть черные стежки, стягивающие две половинки шеи. Ее голова свесилась набок, язык вывалился изо рта, едва прикрытые веками глаза начали белеть.
Как Фиоренцо удалось сделать так, чтобы Мередит разрубило люком? Когда она собиралась расправиться с Уандреем? И как он мог настолько ослепнуть и не сообразить, что станет следующим подопытным кроликом в ее экспериментах?
Хестер подняла руку с пистолетом и прицелилась. Должно быть, Уандрей их в этот миг и заметил, потому что издал невнятный звук.
Фиоренцо вскочила и обернулась к ним. Опустила руку со шприцем вниз, свет отразился от иглы.
Существо, бывшее когда-то Мередит, сделало шаг в их сторону, Синтия еле сдержалась, чтобы не содрогнуться от страха и отвращения. Она не могла найти слов и не понимала, почему Хестер до сих пор не нажала на спусковой крючок.
– Доктор Фейерверкер, – начал Уандрей.
Одним уничтожающим взглядом Синтии удалось заставить его замолчать. От гнева у нее щипало глаза.
Она встретилась взглядом с Фиоренцо.
– Вы врач. Исследователь. Вы должны понять!
– Я поняла, вы – серийный убийца. Вы подвергаете риску всех, кто находится в этом секторе пространства. Вы – чудовище, а ваши жертвы скоро придут сюда. Что вы сделаете, когда «Чарли» впустит их?
– Я почти закончила!
– Нет. – Синтия помахала майору Нгао. – Может, вы и воскресили беднягу, но не оживили. У вас не вышло. Вы не способны оживить Мередит и несчастного с «Калико». Вы можете заставить их двигаться, но это не одно и то же. Буджум не ожил. И вообще всё неправильно!
«Лазарет „Чарльз Декстер“» содрогнулся под их ногами, словно соглашаясь с ней. Синтия уцепилась за Хестер, Уандрей и оба воскрешенных упали, даже Фиоренцо пришлось схватиться за поручень, чтобы удержаться на ногах. Синтия отпустила руку Хестер, и та снова прицелилась…
Неожиданно для всех Фиоренцо размахнулась шприцем, предназначенным для «Чарли», и сквозь халат и брюки вонзила иглу себе в бедро.
Синтия не могла поверить своим глазам. Фиоренцо выпрямилась, улыбаясь, хотела что-то сказать, но в тот же миг рухнула на пол, твердая и неподвижная, как чугунная болванка.
– Нужно остановить это, – сказала Синтия Уандрею.
– Наука, доктор Фейерверкер… – начал было Уандрей, но она не дала ему закончить.
– Наука-шмаука! – закричала она, сама себе удивляясь, но решила не останавливаться, пока есть запал. – Хватит! «Творения» Фиоренцо – это не наука. Это ходячие ядерные отходы. А то, что она сделала с Мередит, – убийство!
– Несчастный случай, – сказал Уандрей.
Хестер охнула:
– Вы в самом деле верите в это?
Уандрей не ответил.
– Достижения доктора Фиоренцо поразительны, – сказал он.
И в этот момент он допустил ошибку – позволил Мередит подойти слишком близко.
У Синтии с Хестер не было времени, чтобы остановиться и подумать о намерениях воскресших преследователей, или о хаотичной некролюминесценции «Чарли», или о следах побоища. Если бы они задумались, все их невысказанные сомнения развеялись бы в тот же миг.
Мередит разорвала Уандрея на куски, начав с нижней челюсти.
Хестер закричала, Уандрей еще какое-то время орал от боли. «Ради королевы червей, неужели это его эндокард?» – подумала Синтия, оттаскивая подальше подругу. Обе были забрызганы кровью профессора, как подростки, увлекающиеся граффити, краской.
– Нужно найти устройство, – бешено прорычала она. – Сейчас, пока Мередит занята.
Хестер захлебнулась, то ли от рыданий, то ли от истерического смеха, но согласно кивнула. Девушки посмотрели вокруг, стараясь не натыкаться взглядом на кровавую бойню в центре комнаты. Кроме анатомических столов и холодильников здесь больше ничего и не было. Микроскоп, прикрученный к стойке, центрифуга…
– Зачем нужно столько холодильников, если самый большой холодильник во Вселенной находится прямо за стенкой? – пробормотала Синтия. – Ну да, понятно. Образцы, несчастные случаи…
Они обошли комнату по периметру, присматривая за мертвыми соседями. Мередит, к счастью, о них даже не вспоминала. Заглянули в первую холодильную камеру. Удобная модель Тохиро-Никконен, ничего особенного, только ее нужно как следует вычистить. Вторую временно переоборудовали для каких-то других целей. Женщины переглянулись, они понятия не имели, что это. До следующей камеры в нижнем углу добраться было непросто, в ней лежал массивный предмет непонятного назначения.
– Вот устройство, – сказала Хестер. – Наверняка оно.
– Можешь определить, как оно включается? – спросила Синтия.
Она бросила беглый взгляд на Фиоренцо, та все еще дергалась в конвульсиях, на Мередит – та была пока занята.
– Следи за мной, – уверенно сказала Хестер, а потом махнула рукой. – Нет, лучше следи не за мной, а за ними.
Она отдала Синтии свой пистолет.
– Не беспокойся, – ответила та, подумав, что пистолет вряд ли поможет им больше, чем свадебный букет, если «Чарли» решит открыть дверь. Развивая свою мысль, она спросила: – А общаться ты с ним можешь? Я имею в виду «Чарли».
– Я попыталась, – ответила Хестер. – Не знаю, то ли это у меня не получается, то ли он не распознает во мне члена команды.
– Черт! Мне тут пришла мысль: проще всего было бы справиться с воскресшими, скормив их «Чарли».
– О! Хорошая идея. Тут явно стало бы почище. Хотя я не уверена, смог бы он их сожрать. Непохоже, что воскресшие могут переваривать пищу.
– Ну и черт с ней, с этой идеей, – сказала Синтия. – По крайней мере, он мог бы их пожевать.
– Если бы они зашли к нему в рот. Но, скорее всего, он не сможет… абсорбировать их.
«Лазарет „Чарльз Декстер“» снова содрогнулся. Хестер ударилась о стенку, а Синтия, словно пьяная, сползла по гальваническому мотору.
– Думаю, – сухо сказала Хестер, – что-то идет не так.
– Полагаешь, именно для очередного воскресения нужна была вторая доза сыворотки?
– Возможно.
– Может, без нее он снова умрет?
Ужасно, что это прозвучало с такой надеждой. Ужасно оказаться в такой ситуации, где смерть кажется самым оптимальным выходом.
– Нгао не умер, – ответила Хестер.
Синтия думала, как бы ответить не слишком неприлично или богохульно, и тут краем глаза заметила какое-то движение. Она дернулась, но рядом не оказалось ни Мередит, ни Нгао. Только тов.
– Кажется, раньше тут товов не было?
Они столкнулись с колонией товов в нескольких коридорах от морга. Твари облепили все стены и потолки, ползали по полу. Их запах перебил даже запах гнили. Стараясь не задохнуться, Синтия и Хестер прорывались, давя товов ботинками.
– Нет, – ответил Хестер. – Почему ты спросила?
Синтия старательно прицелилась и пристрелила това.
– Ты поторопись, ладно?
Сами по себе, по крайней мере для здорового взрослого человека, товы – лишь мелкая неприятность. Но за товами появлялись крысаки, а они уже были опасны. За крысаками приползали брандашмыги. Эти могли бы расправиться с экспериментальными ошибками Фиоренцо, но они и живых бы уничтожили с большой радостью.
– Знаешь, Фиоренцо все напутала, – сказала Хестер своим привычным голосом.
И это было подозрительно.
– Да? – осторожно спросила Синтия.
Хестер находилась в сильном стрессе, минуту назад она стала свидетельницей того, как один член ее семьи убил другого. Синтия не стала бы ее винить, если бы та расклеилась и слетела с катушек, но им обеим было нужно, чтобы Хестер смогла закончить работу прямо сейчас.
– Чем свежее тело, тем хуже результат. Мередит будет Образцом А, потому что ее оживили лишь четверть часа назад.
«Столько, сколько времени требуется, чтобы пришить голову обратно», – мысленно уточнила Синтия, но вслух сказала другое:
– Понимаю, что ты имеешь в виду.
– Она ошиблась, – с нажимом сказала Хестер. – Я должна это кому-то сказать. У меня не будет шанса для опровержения ее теории в печати.
Синтия хотела закрыть глаза, но ей нужно было следить за Мередит, Фиоренцо и Нгао… и вообще за всем, что происходит.
– Понимаю, – повторила она.
– Ну и хорошо, – отозвалась Хестер и встала рядом. – Машина запитана, я ее запустила. Теперь надо подсоединить кабели к нервной системе «Чарли».
Она размахивала толстыми кабелями, Синтия проследила за ее взглядом и поняла, что смотрит на дыру, которую Фиоренцо сделала в полу морга. По одну сторону лежали останки Уандрея, по другую – окоченевшее тело Фиоренцо. Нгао терпеливо стоял там, где Фиоренцо его оставила. Мередит ушла к входу и стояла там, царапая дверь. Она не была членом команды, и «Чарли» не собирался открывать дверь.
– А мы не можем, ну, я не знаю, проделать другую дыру сами?
– Это займет слишком много времени, – сказала Хестер чересчур четко, чем выдала свое нетерпение. – Кроме того, у нас нет диагностического оборудования, чтобы найти узел. Где оборудование Фиоренцо, никто не знает.
Синтия не стала спорить.
– Ладно, а кабели дотянутся?
– По идее, она же их уже туда подсоединяла в первый раз, – сказала Хестер.
– Давай посмотрим.
Хестер раскручивала катушку с кабелями, Синтия шла рядом, пытаясь уследить за всеми факторами угрозы сразу. Хотела бы она, чтобы у нее было шестнадцать глаз, как у чеширов. Происходящее привлекло внимание Мередит, и та двинулась в их сторону, не бешеной поступью, как остальные оживленные мертвецы, а медленно переваливаясь с ноги на ногу. Именно эта неспешность и погубила Уандрея.
Синтия выстрелила в нее, старательно целясь в колено. Использовав старый научный «метод тыка», они уже поняли: пистолетом убить воскресшего мертвеца нельзя. Но можно обездвижить. Главное, чтобы отстреленная часть не сумела причинить тебе вреда, если все-таки до тебя доберется.
На таком расстоянии даже Синтия не могла промахнуться. Мередит не издала ни звука, поврежденные голосовые связки не позволяли, но застывшее в жуткой гримасе от шока (от боли, а может, от предательства?) лицо поражало даже хуже. Она упала, но продолжала ползти вперед, хотя рукам не за что было зацепиться на гладких панелях, скользких от телесных жидкостей Уандрея.
Хестер добралась до темной, зияющей влажным блеском дыры. Она неловко встала на колени, посмотрела на подругу и попыталась улыбнуться.
– Тебе лучше… – начала было она, но голос и улыбка угасли.
И на ее исказившемся лице отразилась эмоция, которую Синтия не смогла определить, пока не услышала глухое рычание за спиной.
– Остановитесь.
И тут она поняла. На лице Хестер был ужас, и на ее лице отразилось то же самое.
Синтия оглянулась, доктор Фиоренцо медленно встала на ноги. Она потянулась. Изучила свои руки. Измерила пульс.
Потом улыбнулась.
– Всего-то и понадобился свежий образец, – спокойно сказала она. – В самом деле, доктор Фейерверкер, из всех людей только вы можете оценить мой успех.
Синтия отпрянула. Один шаг, другой. Она боялась, что споткнется о Хестер и свалится в дыру. Что Мередит со всей своей воскресшей силой находится слишком близко. Но отвести взгляд от Фиоренцо она не могла. А еще она не могла позволить этой мертвячке встать между ней и ее подругой, в буквальном смысле. Как бы мило и разумно ни звучала речь Фиоренцо.
Синтия почувствовала прикосновение к лодыжке. От неожиданности девушка чуть не выпустила последнюю пулю из пистолета и лишь потом сообразила, что это Хестер. Молча та протягивала ей катушку. Кабели слишком толстые, одной рукой их не удержать. Придется выпустить пистолет.
– Дохлая, – сказала Синтия.
Хестер отозвалась:
– Справимся.
Внимательно следя за Фиоренцо, Синтия передала подруге пистолет и взяла катушку с кабелями. Тяжелые. Как Хестер так легко с ними справлялась?
– Доктор Фиоренцо, – сказала она. – Остановитесь.
Фиоренцо сделала еще один шаг, но она лишь внимательно изучала кабели, раскрученные на всю длину, дыра находилась прямо за спиной Синтии. Отступать было некуда.
– Могу заверить, для вас я не угроза, – сказала Фиоренцо. – Этот процесс спасет множество жизней.
Синтия услышала шорох. Неужели Хестер собирается прошмыгнуть мимо Фиоренцо? Нет, она всего лишь отступала в сторону, прикрываясь Синтией как щитом. Огромное спасибо! Но, если бы им удалось поменяться местами, разве Синтия поступила бы по-другому?
– Он спасет множество жизней, – сказала Фиоренцо.
И бросилась вперед.
Она была невероятно сильной. Синтия ударила ее катушкой по голове, потом еще и еще, пока Фиоренцо не схватила ее за руки. Они покатились по полу. Фиоренцо оседлала ее, щелкая зубами у шва ее скафандра. Синтия брыкалась, пытаясь сбросить ее с себя, но не могла.
– Уже иду! – закричала Хестер.
Фиоренцо дернулась. «Какого черта…» – мелькнуло в голове у Синтии. Грохот пистолета в небольшом помещении оглушил бы ее, если бы не шлем. Еще секунду Фиоренцо трепыхалась, на левой стороне черепа расцвело выходное отверстие. Синтия сбросила ее с себя и отползла.
– Кабели, – закричала Хестер.
Синтия схватила то, что попало под руку, и дернула. Искрящиеся концы поползли к ней. По полу рассыпались желтые тяжелые искры. Он схватила кабели за обмотку и подняла.
Фиоренцо встала на четвереньки, потом поднялась в рост. Она засмеялась, один глаз висел на ниточке зрительного нерва, покачиваясь около щеки. Фиоренцо сорвалась с места, как спринтер…
Синтия воткнула кабели ей в грудь.
Прошитая электричеством спина изогнулась, абсолютно молча женщина всплеснула руками, растопырив пальцы. Слышался лишь треск электрического разряда и шипение поджариваемой плоти.
Она рухнула на пол. Синтия отпрыгнула, но Фиоренцо протянула руку и ухватилась за ее ботинок, пытаясь подтащить себя ближе. Мередит все с тем же упорством ползла к ней. Скрючившись у пульта управления, Хестер выключила устройство.
– Будет трясти, нужно закрепиться, – сказала Хестер. – Можешь использовать тот поручень рядом с панелью управления.
Она переступила через тело Фиоренцо, ее ботинки потревожили струйки пара, которые поднимались из дыры и возвращались обратно.
– Передай-ка мне эти чертовы кабели.
Выполнять приказ было легко и приятно. Синтия закрепилась, прищелкнув ремни безопасности к поручню. А потом включила аппарат на полную мощь.
– Готово! – крикнула она Хестер. – Давай!
И Хестер, должно быть, это сделала, так как «Лазарет „Чарльз Декстер“» задергался в конвульсиях. Синтию бросило на ремни, затем ударило об аппарат. После удара она убедилась, что закрепилась не зря. Все непривин- ченное и неприкрученное полетело на пол. Она увидела, как тело Мередит ударилось о перегородку, и услышала хруст ломающихся костей. Затем ее снова бросило вперед, и все потемнело.

* * *

Вряд ли она провела без сознания больше минуты, потому что слышала, как все падает и рушится. Корабль больше не двигался, и это было важнее всего. Некролюминесценция потухла. Единственным источником света оставался фонарь на скафандре Хестер. Синтия нащупала свой и включила.
– Хвала древним силам и Будде, – горячо сказала Хестер высоким голосом. – Я думала, ты умерла.
– О! – Синтия проглотила горький комок и почувствовала вкус крови на губах.
Хестер помогла ей расстегнуть ремни безопасности и начала поднимать ее. Руки еще тряслись, но в голове уже прояснилось. Синтия выпуталась из ремней и одним рывком встала на ноги. Она обернулась вокруг, ища Мередит, но луч фонаря не мог ее обнаружить. Она увидела ноги Нгао и часть его позвоночника, конвульсии «Чарли» разорвали беднягу пополам. Она смотрела, и колени ее дрожали.
– Думаешь, мы доберемся живыми до «Кейтлин Р. Кирнан»? – спросила Хестер.
Синтия пожала плечами и подмигнула:
– Попробуем.

ЭПИЛОГ

Во время своей (второй) агонии «Лазарет „Чарльз Декстер“» отхватил часть корабля «Ярмулович астрономика» так же просто, как ребенок откусывает яблоко. Пять человек погибли, тринадцать были ранены. Могло оказаться и хуже, если бы все свободные руки не отправили на уборку осколков охранного зеркала. Медблок был уничтожен, и теперь Синтия поняла, почему она видела лишь один призрак будущего. Существовала лишь одна ветвь будущего, где медблок остался на месте. Будущее, в котором она не воспротивилась Уандрею и Фиоренцо, в котором «Лазарет „Чарльз Декстер“» не погиб во второй раз. Теперь она в этом не сомневалась, но даже мысль о таком ее пугала.
Наделав бинтов из полосок ткани, Синтия перевязывала раненых членов экипажа. Накладывала шины из подручного материала. Команда, в свою очередь, латала «Ярмулович астрономику». Хоронить погибших было нелегко. Синтия стояла рядом с Хестер, подруга сжимала ее руку крепко, до синяков, но Синтия не возражала.
Теперь они делили одну каюту, в тесноте, как говорится, да не в обиде. Перед тем как впервые лечь спать после возвращения, она старательно чистила зубы, надеясь окончательно избавиться от мертвецкого духа «Чарли». Войдя в каюту, обнаружила в своем гамаке, который висел над спальным местом Хестер, двух спрятавшихся чеширов. К своему удивлению, Синтия вдруг расплакалась.
– Я в порядке, в порядке, – сказала она, предваряя расспросы. – Просто не думала, что они меня найдут.
– Они тебя знают, – ответила Хестер, как если бы все было так просто.
«Ярмулович астрономика» послала тревожный сигнал. Прежде чем отправиться в путь, около разлагающегося тела буджума они оставили буй, предупреждающий об опасности. В универсальном коде не предусматривалось обозначения для «воскресших». Хестер рассказала подруге о решении Сената факультета подать соответствующую заявку на присвоение такого кода. А пока буй попеременно передавал два сигнала опасности: «эпидемия» и «брандашмыги». Надеялись, этого будет достаточно для избавления от любопытных.
И, как всегда, поползли слухи. Синтия считала, слухами можно добиться больше, чем сотней буев. Менее чем через неделю живой корабль «Джудит Мерил» перехватил их тревожный сигнал и пришел на помощь. Его команда так сильно хотела знать детали случившегося, что смогла преодолеть врожденное недоверие к архамерцам. Синтию, которая не принадлежала к архамерской расе, они замучили расспросами едва ли не до смерти. Она не противилась и пересказывала историю как можно чаще, чтобы в нее поверили. Была уверена: команда задает так много вопросов для перепроверки информации, полученной от архамерцев. Все знали архамерцев как великих лгунов.
Ее удивило и даже тронуло их искреннее огорчение, когда они узнали о том, как Фиоренцо погубила «Чарли». Космачи с рвением защищали свой корабль и с радостью линчевали бы Фиоренцо, если б могли. Мысль о том, что она воскрешала мертвых, их напугала, но таких бурных эмоций не вызвала. Гибель «Лазарета „Чарльз Декстер“» должна была стать легендой, а Фиоренцо – остаться в людской памяти лишь злодейкой, а не ученым, стремящимся к знаниям, пусть и с дурными мотивами.
Когда «Ярмулович астрономика» пришвартовалась в грузовом блоке «Джудит Мерил», Синтия с Хестер (и несколькими чеширами) переселились в общежитие, которое находилось под левым передним плавником корабля. Стюард предложил Синтии отдельную комнату, но она отказалась. До возвращения на станцию «Фарадей» контракт связывал ее по рукам и ногам с «Ярмулович астрономикой», но гораздо важнее, что дружба еще крепче связывала ее с Хестер.
А если совсем откровенно, она не хотела спать в одиночестве.
Вернувшись в комнату после вахты, она как-то спросила:
– Почему запрещенные знания запрещены?
Хестер посмотрела на нее с беспокойством.
– Не бойся, цилиндров Ми-Го я не находила, – ответила Синтия, сама удивляясь тому, с какой легкостью шутит о подобных вещах. – Просто думала о Фиоренцо и том, где находится эта пресловутая черта. Кажется, я так и не поняла.
– Нет, – ответила Хестер. – То, что Фиоренцо поступает неправильно, ты поняла гораздо раньше меня.
– Я поняла, что Фиоренцо склонна к суициду. А это не одно и то же.
– Нет, конечно. Но ты посмотрела на Нгао и увидела неправильность. Ты прежде всего увидела человеческие страдания, а не научные достижения.
Синтия моргнула. Она пыталась найти информацию о майоре Нгао, майоре Киравате Нгао, лицензированном медбрате, магистре медицинских наук, но ей пришлось отказаться от попытки отыскать его родных. Что она могла им сказать? «Мне жаль, что ваш любимый человек был убит и воскрешен беспринципным ученым. Возможно, он до сих пор находится в таком состоянии в чреве мертвого буджума и, вероятно, даже в сознании, хоть и разорван на части». Это уже граничило с жестокостью.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.