Библиотека java книг - на главную
Авторов: 44314
Книг: 110240
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Блондинка или брюнетка?»

    
размер шрифта:AAA

Фиби Конн
Блондинка или брюнетка?

Пролог

Ранняя весна, 1785 год

Эван сидел, протянув ноги к камину. Каблуки его начищенных до блеска черных сапог едва не касались пламени, тонкие пальцы осторожно придерживали бокал с бренди. В библиотеке царил полумрак, и лишь огонь, полыхавший в камине, освещал прекрасное лицо молодого человека. В его темно-каштановых волосах сверкали отблески пламени; карие глаза светились теплым золотистым светом, и в глазах этих было отчаяние. Отчим Эвана снова заговорил, но тот не сразу к нему повернулся.
– Ты знаешь, что необходимо сделать, – с грустью заметил Льюис Грей.
– Конечно. Я должен сам наказать убийцу Чарльза, поскольку совершенно ясно, что власти Венеции этого никогда не сделают. Они объявили его смерть «несчастным случаем во время ограбления», но мы оба знаем, что это – гнусная ложь.
Льюис кивнул в знак согласия.
– Я бы с радостью отправился сам, но не рискую оставить твою мать наедине с ее горем. Бессмысленная и ужасная смерть Чарльза стала для нее сильнейшим ударом.
– Тебе и думать нельзя об этой поездке! – воскликнул Эван. – Я должен поехать, потому что не связан никакими обязательствами. Чарльз был похож на тебя и носил твое имя, а меня никто не признает его родственником, когда я окажусь в Венеции. Правда, у нас мало улик, но придется довольствоваться ими.
– Дамский носовой платок с вышитой буквой «А», отделанный кружевом. И восторженные записи об этой таинственной незнакомке в дневнике Чарльза. Ты считаешь, что, располагая столь скудными сведениями, сумеешь найти золотоволосую богиню, которая обрекла твоего брата на смерть?
Эван потянулся, и ноги его оказались в опасной близости от полыхавшего в камине пламени.
– Я найду ее даже у врат ада, но ведь не она виновна в смерти Чарльза. Это должен быть мужчина, одержимый любовью. Ее жених, любовник, муж, может, даже отец – человек, который не мог позволить Чарльзу заигрывать с ней, который решил во что бы то ни стало помешать этому. Кто бы это ни был, я найду его и заставлю проклинать тот день, когда он появился на свет.
Уловив нотки отчаяния в голосе пасынка, Льюис счел необходимым его предостеречь:
– Ты должен проявлять осторожность, Эван. Мы не можем потерять еще и тебя. Мы с твоей матерью не перенесем такого удара. – Он немного помолчал, потом продолжил: – Тебе было всего восемь, когда я женился на Марион и родился Чарльз. Но я никогда не видел вражды между вами. Ты был образцовым старшим братом, и я советовал Чарльзу брать с тебя пример. Поэтому вполне справедливо, что именно ты должен отомстить за его смерть. Но все же подвергать твою жизнь опасности…
Эван осторожно коснулся руки отчима.
– Не тревожься. Если англичанам не удалось убить меня за столько лет войны, то один венецианец тем более не сможет.
Льюис на мгновение накрыл руку Эвана своей. Потом откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, чтобы тот не видел его слез. Помолчав какое-то время, он наконец взял себя в руки и снова заговорил:
– Понимаю, что нынешний вечер, вероятно, не самый подходящий для подобного разговора… Но я хочу, чтобы ты женился, когда вернешься домой. Да и твоя мать об этом мечтает.
Эван неодобрительно взглянул на отчима; он находил этот разговор совершенно неуместным.
– Жениться? Льюис, ты, должно быть, шутишь!
– Да нет же, я совершенно серьезен. Только подумай о тех благах, которые принесет тебе женитьба. В Ньюпорт-Ньюсе немало молодых красавиц, которые охотно выйдут за тебя замуж. Например, Шейла Бланшар. А если здесь тебе никто не нравится, то можешь поискать в Ричмонде, там тоже много прелестных молодых женщин. Выбери жену и заводи детей. Тебе тридцать два года, и ты богат. Ты, несомненно, уже завел бы семью, если б не война.
– Я подумаю над твоим советом, когда вернусь, – пообещал Эван, но для себя он эту тему уже закрыл. – А пока мне следует заняться подготовкой к отъезду.
– Да, конечно. Тебе необходимо отплыть, как только закончится погрузка провианта на «Феникс». Чем быстрее ты нанесешь удар, тем неожиданнее окажется месть. Но умоляю тебя, будь осторожен!
Попрощавшись, Льюис удалился. Эван же, по-прежнему сидя у огня, думал о брате. Белокурый и голубоглазый Чарльз был всегда приветлив и весел. Но все-таки его убили… Эту женщину Чарльз называл «зеленоглазой искусительницей, чьи шелковистые волосы похожи на солнечное сияние». Последние страницы дневника Чарльза были заполнены поэтическими восхвалениями красоты этой дамы, но нигде не упоминалось ее имя – только буква «А», вышитая на носовом платке. Возможно, Чарльз и не знал ее имени. Неужели он лишь издалека восхищался ее красотой и даже этим обрек себя на смерть? Эван поклялся, что получит ответы на все эти вопросы.
День был очень утомительным. Вокруг беспрестанно суетились заботливые родственники и друзья, оставшиеся с ними после панихиды по Чарльзу, чтобы как-то утешить их. И только сейчас, в одиночестве, Эван дал нолю слезам – он оплакивал молодого красивого Чарльза, который в свои двадцать четыре года нашел не только любовь, но и смерть. Чарльз не должен был умереть так бессмысленно. Он направлялся к женщине, которую боготворил, и ему нанесли удар ножом в спину. Но это не было ограблением, вовсе нет. В его карманах нашли деньги, на пальце осталось золотое кольцо. Кто же мог совершить это злодейское убийство? Этот вопрос мучил Эвана, терзал его душу, и постепенно у него начал складываться план действий. Вдохновленный собственной изобретательностью, Эван поспешно вытер слезы. Затем допил бренди и, поднявшись по лестнице, рухнул в постель. Засыпая, он думал о том, что вскоре заставит убийцу Чарльза сполна заплатить за содеянное.

Глава 1

Стефано Томмази долго изучал яркие краски на своей палитре, прежде чем приступить к их смешиванию. Он искал такой оттенок, от которого золотисто-белокурые волосы Бьянки Антонелли «заиграли» бы на холсте. Стефано был удовлетворен тем, что ему удалось отобразить тонкие черты лица молодой женщины, изумрудный блеск ее глаз, обрамленных длинными ресницами, и бархатистость безупречной кремовой кожи. Но вот этот великолепный оттенок отливавших золотом локонов все время ускользал от него.
– Я больше ни минуты не выдержу в такой позе, Стефано. Не могли бы мы закончить на сегодня? – нахмурилась Бьянка; в ее обычно мелодичном голосе звучали жалобные нотки.
– Твоя красота подобна красоте Венеры Боттичелли, моя драгоценная. Не могла бы ты позаимствовать у нее и терпение? – Заметив, однако, что Бьянка сегодня еще более беспокойна, чем обычно, Стефано нанес несколько легких мазков на холст и проговорил: – Я вижу, что это бессмысленно. В сезон карнавалов ты весь день зеваешь. Но вряд ли ты пропустишь бал у Паоло сегодня вечером.
Бьянка встала и потянулась с кошачьей грацией.
– Я обожаю карнавалы, Стефано. Да и как же можно их не любить? Такой замечательной музыки и таких танцев в другое время года просто не бывает. – Движимая любопытством, она подошла к холсту. – Сколько еще дней я должна выносить эту пытку, чтобы мои родители наконец-то получили мой портрет? – спросила она, тряхнув своими золотистыми локонами.
– Один-два дня, если будешь сидеть спокойно, и недели две, если будешь постоянно вскакивать, – ответил Стефано со смешком.
– Не дразни меня, Стефано. Я никогда не могла высидеть спокойно и минуты. Скоро ты начнешь писать портрет Рафаэллы, так что потерпи.
Услышав свое имя, кузина Бьянки, склонившаяся над книгой, подняла голову. Устроившись у окна, она полдня не поднималась с места.
– Прошу прошения, я что-то пропустила? Стефано повернулся и посмотрел на довольно изящную темноволосую девушку. Впрочем, Рафаэлла была лишена той поразительной красоты, которой обладала Бьянка, и Стефано не горел желанием работать над ее портретом. Тем не менее он улыбнулся:
– О… Я собираюсь написать тебя с книгой в руках, моя милая. Ведь это так типично для тебя, правда?
Рафаэлла застенчиво улыбнулась и, поднявшись, взяла свою накидку.
– Да, верно, – кивнула она.
Стефано взял тряпку, вытер руки и повернулся к Бьянке:
– Возможно, после того как я закончу портрет Рафаэллы, ты все же подумаешь над моим предложением.
Бьянка засмеялась:
– Мне всего шестнадцать лет. Как ты думаешь, что произойдет, если мои родители узнают, что я позировала обнаженной? И потом, надо подумать и о чувствах Паоло Саммарезе.
– Но ни твоим родителям, ни Паоло вовсе не обязательно об этом знать, – заметил Стефано. – Я выставлю портрет не здесь, в Венеции, а во Флоренции.
– Даже эта предосторожность не спасет мою репутацию, – здраво рассудила Бьянка. – Каждый, кто увидит такую картину, подумает, что ты соблазнил меня. И мое имя недолго будет оставаться тайной после такого скандала. – Пристально взглянув на художника, Бьянка прошептала: – И как ты ответишь на подобное обвинение?
– Я, возможно, скажу, что это ты соблазнила меня, – улыбнулся художник; у него было слишком много богатых покровителей, и он не испугался угрозы юной красавицы.
Бьянка любила поддразнивать мужчин, но ей совсем не нравилось, когда они в ответ проявляли находчивость. Нахмурившись, она надела накидку и проговорила:
– Думаю, одного портрета будет достаточно, Стефано. У меня нет желания позировать еще для одного, тем более обнаженной.
– Бьянка, я никогда бы не запятнал твою репутацию, – возразил Стефано. – Ведь твоя семья – одна из самых влиятельных в Венеции, а я всего лишь скромный художник. Твое лицо и твоя фигура божественны, но я хочу только рисовать тебя, а не обладать тобой. Здесь, в моей мастерской, твоей чести ничто не угрожает.
Заметив яркий румянец на щеках Бьянки, Стефано невольно задумался: а не преуспел ли уже Паоло Саммарезе, не соблазнил ли он эту своенравную красавицу? Однако такие мысли были слишком опасны. Художник улыбнулся и проводил посетительницу к двери, ведущей к узкому каналу, где на воде покачивалась черная гондола. Нарядно одетый гондольер мгновенно вскочил и помог молодым дамам спуститься в гондолу.
– Я приложу все силы, чтобы закончить твой портрет к завтрашнему дню, Бьянка, – проговорил Стефано. – Это будет мой шедевр до тех пор, пока ты не согласишься позировать для следующего портрета. – Художник лукаво подмигнул, но улыбка, тронувшая губы Бьянки, была настолько мимолетной, что ее никак нельзя было истолковать как согласие.
– Обнаженной! Да как он смеет предлагать подобное? – зашептала взволнованная Рафаэлла. – Ты ведь будешь сопровождать меня, когда я начну позировать ему, правда?
– Конечно, буду, хотя не представляю, чем я смогу занять себя. Однако тебе не стоит тревожиться из-за Стефано. Он просто дразнил меня, поскольку со мной ужасно трудно работать.
Когда молодые дамы вернулись во дворец Антонелли на Большом канале, они тотчас же поднялись по широкой мраморной лестнице в комнату Бьянки, где уже было разложено множество карнавальных костюмов. Бьянка, выбирая костюм, как всегда, шокировала свою более сдержанную кузину.
– Пожалуй, сегодня вечером я буду богиней Флорой. Этот желтый шелк очень мил. И если под него ничего не надевать…
Рафаэлла в ужасе воскликнула:
– Бьянка, тогда с таким же успехом ты можешь позировать Стефано обнаженной! Ты собираешься поставить нас всех в неловкое положение!
С вызовом взглянув на кузину, Бьянка прикрыла свою пышную грудь почти прозрачной вуалью из золотистого шелка.
– Не торопись с выводами, Рафаэлла. Чтобы сыграть роль Флоры, мне понадобятся лишь маска и роза на длинном стебле. А платье, может, вообще не потребуется.
– Ты не посмеешь! – воскликнула Рафаэлла, вовсе не уверенная в том, что Бьянка побоится явиться на маскарад практически раздетой. Для себя она выбрала платье из темно-голубого бархата со звездами, вышитыми золотой нитью. Опасаясь, что кузина станет высмеивать ее за скромность, Рафаэлла спросила: – Чего ты добиваешься? Хочешь, чтобы Паоло расторг вашу помолвку? И ведь тебе нравится заигрывать с молодыми людьми. Но что будет, если один из них ответит тебе тем же?
Бьянка громко рассмеялась.
– Ты же знаешь, что Паоло считает меня своей невестой со дня моего рождения. Он смотрит на меня как на свою собственность. Так какой же молодой человек осмелится ухаживать за мной?
Озадаченная словами своей прелестной кузины, Рафаэлла нахмурилась:
– Паоло так красив. И он богат. Неужели ты не желаешь такого мужа?
Бьянка надела элегантное шелковое платье, крошечные складки которого подчеркивали ее пышную высокую грудь.
– Пожалуй, раньше никто не задавал мне этот вопрос. Что ж, я тоже нахожу Паоло красивым, но не желаю быть его женой. Ему не нравится все, что я делаю, не нравится то, что улыбаюсь, когда он хочет быть серьезным, что я смеюсь раньше, чем он поймет смысл шутки. Я порывиста, а он всегда спокоен. Так что мы неудачная пара. Если бы только он признал это и нашел себе другую невесту! Тогда мы оба были бы гораздо счастливее.
Рафаэлла смотрела, как Бьянка поднимает свои золотистые локоны и закрепляет их желтым бархатным бантом и гребнями, украшенными жемчугом. Несколько прядей свободно ниспадали на шею.
– Твой отец слишком честолюбив, чтобы позволить тебе отказаться от предложения Паоло. Я удивлена, что до сих пор не назначен день вашей свадьбы.
Бьянка еще несколько минут постояла у зеркала, затем отступила, давая возможность Рафаэлле привести себя в порядок.
– Они с Паоло ждут, когда я повзрослею. Полагают, что через год-два я стану не только красавицей, но разумной и серьезной женой. Они, однако, очень ошибаются, потому что я не переменюсь. – Золотоволосая красавица, расправив плечи, надела жемчужные серьги и браслет и взяла маску. Изготовленная из папье-маше и изящно расписанная полевыми цветами, маска закрывала лишь глаза.
Завершив туалет, Бьянка вышла на балкон, откуда открывался вид на Большой канал. С грустью в голосе она проговорила:
– Какая чудесная ночь! Жаль только, что…
– О чем ты жалеешь? – спросила Рафаэлла, закончив расчесывать свои блестящие темные локоны.
– О том, что никогда не сбудется, – тихо ответила Бьянка. Словами невозможно было выразить тоску, временами заполнявшую ее сердце, а этим вечером тоска, казалось, была особенно острой. Паоло был красив и богат, и все же мысль о встрече с ним этим вечером или в любой другой день не приносила ей ни малейшей радости, а лишь страх, грозивший наполнить ее сверкающие зеленые глаза слезами печали. Наконец, сумев отвлечь себя более приятными мыслями, она повернулась к Рафаэлле: – Марко Кьяни ведь будет там сегодня, да?
Стройная брюнетка вспыхнула как маков цвет.
– Надеюсь, но вряд ли он обратит на меня внимание.
– Возможно, Рафаэлла, тебе следует приветливо улыбнуться ему, когда он будет проходить мимо. Ты ужасно застенчива, так что едва ли он понимает, что ты находишь его привлекательным.
– Я не кокетка! – заявила Рафаэлла, пришедшая в ужас от совета Бьянки.
Тяжко вздохнув, Бьянка взяла кузину за руку и подтолкнула к двери.
– Я же не советую тебе похлопывать его веером по груди, когда говоришь с ним. Просто улыбнись, и для начала этого будет достаточно.
Бьянка знала, что Рафаэлла считает ее ужасной кокеткой, но сама она находила свое поведение вполне естественным. Если бы только Паоло нравился ей так же, как Марко нравится Рафаэлле, тогда бы она с нетерпением ожидала нынешнего вечера.
Они пробыли на балу больше часа, когда там появились Марко Кьяни и высокий мужчина в черном плаще, который он тут же сбросил, оставшись в черном бархатном костюме, богато расшитом золотой нитью. Все взгляды устремились на незнакомца; он же пересек зал, чтобы быть представленным хозяину, Паоло Саммарезе. Заинтригованная неожиданным появлением столь импозантного мужчины, Бьянка направилась к Паоло в надежде быть представленной новому гостю. Она прекрасно знала всех влиятельных людей Венеции и легко узнавала их даже в масках. Но этот человек явно был иностранцем. Его элегантный костюм сидел на нем прекрасно, а золотистая маска и шляпа с пером скрывали почти все лицо – Бьянка видела лишь чувственные губы и волевой подбородок. Решив, что незнакомец, должно быть, очень красив, Бьянка заговорила с ним, едва их представили друг другу.
– Рада с вами познакомиться, господин Синклер. Моя мать родом из Англии, и я буду счастлива переводить для вас сегодня, если Марко вдруг устанет.
Эван усмехнулся:
– Я теперь не британский подданный, а гражданин Соединенных Штатов и уверен, что меня будут прекрасно развлекать и без вашей помощи, мисс Антонелли.
Бьянка, оскорбленная, вспыхнула.
– Как пожелаете, господин Синклер, – ледяным тоном проговорила красавица. Когда Эван и Марко отошли, она взглянула на Паоло. – Как ты полагаешь, все американцы так грубы?
– Американец был с тобой груб? – с рассеянным видом поинтересовался Паоло. Впрочем, он весьма обрадовался тому обстоятельству, что Эван Синклер не проявил интереса к Бьянке. Поэтому с улыбкой добавил: – Я прощу ему отсутствие хороших манер, поскольку он здесь по делу. Марко мне сообщил, что Синклер прибыл к нам для закупки венецианского стекла, и я не стану оскорблять выгодного покупателя.
Бьянка отвернулась, возмущенная тем, что Паоло думает лишь о своих деловых интересах. Она, разумеется, всегда знала о том, что деньги – первоочередная забота Паоло. И сейчас ей ужасно хотелось сказать ему, что именно из-за его алчности она не желает выходить за него замуж. Однако Бьянка на сей раз сдержалась, решив, что при первой же возможности непременно выскажет Паоло все, что думает о нем.
И тут к ней подошла Рафаэлла и тихонько прошептала:
– Скажи, кто это рядом с Марко?
– Его зовут Эван Синклер, и он приплыл из Америки, чтобы купить венецианское стекло. Правда, не представляю, зачем дикарям это стекло, – усмехнулась Бьянка.
– Дикарям? – удивилась Рафаэлла. – Неужели Марко так назвал его?
– Нет, разумеется. Это я так сказала! Оставшуюся часть вечера Бьянка кокетничала с молодыми людьми, которых, впрочем, считала юнцами. Но у нее не было ни малейшего желания оставаться наедине с Паоло. Когда же в полночь гостей попросили снять маски, она поняла, что высматривает в толпе Эвана Синклера. Бьянка стояла в самом углу великолепно украшенного зала и прекрасно видела всех гостей. Не заметив американца, она решила, что он, очевидно, уже покинул маскарад. Что ж, поскольку Синклер оказался столь неучтивым, то возможно, он вовсе не так уж красив, размышляла Бьянка. И тут кто-то, подошедший сзади, легонько коснулся ее плеча. Красавица посторонилась – и ахнула, увидев Эвана. Но тот лишь усмехнулся, коротко кивнул ей и прошел мимо. Бьянка смотрела ему вслед, пока он не исчез в толпе. Синклер снял шляпу и маску; у него были чудесные темно-каштановые волосы и карие глаза с удивительным золотистым блеском. И конечно же, как и предполагала Бьянка, он оказался на редкость привлекательным мужчиной. Внезапно почувствовав сильнейшее влечение к этому американцу, Бьянка густо покраснела. Ей казалась оскорбительной сама мысль о том, что Эван Синклер мог вызвать в ней такие сильные чувства – ведь он даже не снизошел до учтивости! Неужели этот удивительный незнакомец невзлюбил ее только потому, что ее мать – англичанка? Но ведь война за независимость американских колоний уже завершилась… Так почему же он столь нелюбезен с ней? Когда пришло время уезжать с бала, Бьянка была почти в слезах – настолько ее огорчили события этого вечера. Решив, что его невеста просто устала, Паоло не стал ее задерживать и занялся другими гостями, готовившимися к отъезду.
Бьянка стояла рядом с кузиной в ожидании гондолы. Внезапно к ней подошел Эван Синклер. В следующее мгновение он набросил на нее свой плащ и, подхватив на руки, усадил в гондолу, только что поравнявшуюся со ступенями. Бьянка лишь успела взглянуть на Рафаэллу, к которой в это мгновение подошел Марко Кьяни. Бьянка сразу поняла: Марко заодно с американцем, но она не успела позвать па помощь, потому что Эван усадил ее рядом с собой и прикрыл ей рот ладонью. Бьянка в ужасе задрожала, решив, что этот человек задумал сотворить с ней… нечто ужасное.
И тут гондола заскользила по водам Большого канала. Затем свернула в один из многочисленных боковых рукавов. Убедившись, что отъезжающие гости ничего не заметили и никто не преследует гондолу, Эван тихо прошептал:
– Сиди тихо, скоро я доставлю тебя домой.
Бьянка снова попыталась вырваться, но американец усадил ее к себе на колени и крепко прижал к груди.
– Тише! Я всего лишь хочу поговорить с тобой, так что не нужно вырываться. – Убедившись, что никто не последует за ними, если Бьянка закричит, Эван убрал ладонь с ее губ.
– Как вы смеете так грубо обращаться со мной?! – в гневе закричала она, хватая воздух ртом. – Мы же были вместе на маскараде и могли бы поговорить там, если б вы захотели этого.
– Прошу прощения, что так разочаровал тебя, – ответил Эван со смешком. – Но мне нужно было кое-что узнать, прежде чем поговорить с тобой.
Бьянка с любопытством посмотрела на Эвана. Как и прежде, ее зачаровал золотистый блеск его глаз – казалось, в них плещется жидкое пламя. «Наверное, такие же глаза у дьявола», – подумала она и невольно отстранилась от американца.
Эван пристально взглянул на нее – и вдруг, охваченный внезапным желанием, привлек красавицу к себе и впился поцелуем в ее губы. Однако вопреки его ожиданиям Бьянка не стала более податливой.
Как только он отпустил ее, она начала звать на помощь гондольера.
– Я щедро заплатил ему сегодня, так что не рассчитывай на его помощь, – проговорил Эван внезапно охрипшим голосом.
– Вы глупец, если полагаете, что, изнасиловав меня, доживете до рассвета! – закричала Бьянка. – Мой отец убьет вас за это, даже если ему придется преследовать вас до самой Америки!
Эван вполголоса выругался и снова закрыл ей рот ладонью. Затем на секунду задумался – угроза Бьянки навела его на мысль, прежде не приходившую ему в голову. Но сначала следовало успокоить разбушевавшуюся красавицу.
– Не говори глупости! Я вовсе не собираюсь насиловать тебя. – Эван счел подобную мысль смехотворной, поскольку считал гондолу не более устойчивой, чем каноэ, – а разве можно изнасиловать женщину в каноэ, не рискуя при этом утопить свою жертву и самого себя в придачу? Однако Бьянка так дрожала, что он наконец понял: она испугалась по-настоящему. Эван смягчился, поцелуями осушил ее слезы и тихо проговорил: – Не бойся, я не обижу тебя. Как ты могла такое подумать?
Однако Бьянка с вызовом в голосе ответила:
– Сначала вы грубо оскорбляете меня, а потом похищаете, пытаетесь совратить и при этом говорите, что желаете лишь побеседовать со мной… Вы просто несносный наглец… и я немедленно хочу домой!
Эван нахмурился:
– Черт побери, сейчас не время обсуждать мой характер! Мне нужно знать следующее: ты невеста Паоло Саммарезе? Да или нет?
– А какое вам до этого дело? – пробормотала Бьянка.
– Видимо, я пробуду в Венеции всего неделю и не хочу терять время, ухаживая за чужой невестой, – улыбнулся Эван.
– Я не продаюсь, как стекло, которым торгует Паоло, господин Синклер. – Бьянка вновь попыталась соскользнуть с его колен, но Эван еще крепче прижал ее к себе.
– Я не собираюсь предлагать твоему отцу деньги за тебя, Бьянка. Я просто завоюю твое сердце любовью.
Бьянка в изумлении уставилась на американца. Несколько минут она безуспешно пыталась найти достойный ответ. Наконец пробормотала:
– Вы либо сумасшедший, господин Синклер, либо глупец. А сейчас я желаю немедленно вернуться домой. Ведь вы обещали доставить меня домой.
– Ты действительно хочешь домой? – прошептал Эван; его теплое дыхание ласкало ее щеку, словно поцелуй.
– Вы сами только что сказали, что вскоре уедете. А я не желаю губить свою репутацию ради нескольких ночей… Неужели мне нужно настаивать, чтобы вы отвезли меня домой? – Бьянка отвернулась, подумав, что ее слова прозвучали бы более убедительно, если б ей не приходилось смотреть в его чудесные золотистые глаза.
Эван грустно вздохнул:
– А я думал, что ты более решительная, Бьянка. Мне казалось, ты из тех женщин, которые пойдут на любой риск, лишь бы познать истинную любовь. Очевидно, ты моложе, чем я предполагал.
– Ошибаетесь! Именно потому, что я не ребенок, я и понимаю, что для меня лучше! Если вы хотели только узнать, обручена ли я с Паоло, вы могли спросить об этом на балу. Не было никакой необходимости похищать меня.
– Похищать тебя? – усмехнулся Эван. – Просто скажи мне правду: ты помолвлена с Паоло? Ответишь, и я сразу доставлю тебя домой.
Немного подумав, Бьянка ответила:
– Паоло считает, что мы с ним помолвлены. Мой отец тоже так считает, а я – нет. Такой ответ вас устраивает?
Эван молча запустил пальцы в золотистые локоны Бьянки и вновь прижался губами к ее губам. Затем, чуть отстранившись, проговорил:
– Я не хотел напугать тебя. Сейчас я доставлю тебя домой, и твои родители никогда не узнают о случившемся, если только ты сама не захочешь рассказать об этом.
– Я ни за что этого не сделаю! – воскликнула Бьянка.
– Чтобы уберечь меня от их гнева? – с надеждой в голосе спросил Эван.
– Нет. Я хочу уберечь только себя, господин Синклер.
Бьянка снова попыталась высвободиться, но Эван обвил рукой ее тонкую талию и сказал:
– Мой корабль называется «Феникс». Завтра утром ты найдешь меня на нем.
– Я даже и не подумаю искать вас!
– Тогда давай встретимся на площади Святого Марка в полдень, – предложил Эван.
– Нет, вы не джентльмен, господин Синклер, и я не стану поощрять ваши ухаживания, поскольку мне они не нужны.
– Слишком поздно проявлять осторожность, мисс Антонелли, потому что вы уже моя. – И в качестве подтверждения своих слов он вновь поцеловал ее.
Впрочем, Эвану хотелось не только поцелуев, он жаждал раздеть красавицу и насладиться ее прекрасным телом, но на сей раз решил удержаться – позволил себе лишь коснуться пальцами ее груди. Затем засмеялся и проговорил:
– Марко будет ждать нас в Большом канале, чтобы ты прибыла домой в собственной гондоле вместе с кузиной, как и полагается. Видишь, я очень старался сохранить твою репутацию незапятнанной. – Немного помолчав, Эван неожиданно спросил: – У тебя, я полагаю, внушительное приданое?
– Что? – изумилась Бьянка.
– Я хочу сказать, что твой отец, конечно же, богат и обеспечит тебе достойное приданое. – Эван перехватил руку Бьянки в тот момент, когда она уже занесла ее для пощечины. – Больше не пытайся ударить меня, любовь моя, потому что, клянусь, тебе не понравится, если я тебя отшлепаю. – С дьявольским смешком он еще раз обнял ее, но тут же заметил гондолу, в которой ждали Марко и Рафаэлла, и решил, что короткая встреча завершилась.
Эван сидел, глядя в темноту; он все еще тихонько посмеивался.
– Ну разве она не прелесть? – спросил Марко с лукавой усмешкой, уверенный, что доставил удовольствие богатому клиенту.
– Да, действительно, – с улыбкой кивнул Эван, и, глядя на него, никто бы не подумал, что его сердце жаждало отмщения, а не радостей любви.

Глава 2

Поднимаясь по лестнице, Бьянка делала вид, что не слышит бесчисленных вопросов Рафаэллы. Когда же они достигли площадки третьего этажа, она повернулась к кузине и сказала:
– Американец всего лишь хотел поговорить со мной наедине. Поскольку он совершенно лишен такта, то решил, что гондола – самое подходящее место для беседы. Я потребовала, чтобы он доставил меня домой… и вот я уже дома, так что нечего об этом вспоминать, ты меня понимаешь? А теперь я пожелаю доброй ночи родителям и тоже отправлюсь спать.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Sagat49 о книге: Кирилл Шарапов - Свалка
    Отличная книга хорошо написана.Оценка отлично

  • Натусик о книге: Аманда Маккейб - Завоёванная любовь
    Оценка 3(1О)

  • merry))) о книге: Василина Лебедева - Артефакт оборотней
    Серия. Это лишь первая книга.

  • natalinik о книге: Джейн Остин - Нортенгерское аббатство
    Лёгкое чтиво, местами интригующее. Сюжет незамысловат, то трогательный. Своеобразный слог Остин делают чтение довольно увлекательным.

  • elent о книге: Дана Арнаутова - Сердце морского короля
    Увы мне. Автор просто слил концовку. Главгад, который как-то неубедительно Главгад. Куча гадов поменьше, никем ранее не заподозренных. Влюбленный в Джиад товарищ, быстро переквалифицировавшийся в друга семьи.. Плюс куча божественных откровений, а стал быть изначально вся история задумывалась богами, а пешки - они пешки и есть.Ходят по заданным клеткам.
    И карамельно-сахарноватная концовка, где всем сестрам не просто по серьге, а серьге золотой с бриллиантами высшей пробы. И дети просто чудо-чудное, и счастье всем, и никто не ушел обиженным.
    В общем, пролетала куча фей и каждому положительному персу на голову высыпали мешок персонального счастья.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.