Библиотека java книг - на главную
Авторов: 47538
Книг: 118500
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Конец соглашения»

    
размер шрифта:AAA

Ари Мармелл
Конец соглашения
(Приключения Виддершинс — 4)

ПРОЛОГ

Она жила в доме. В обычном доме, насколько она знала, хоть жители не из района Возвышения сказали бы иначе. Могли бы сказать ей, что много этажей, высокие крыши, стеклянные окна и просторные сады были признаками богатства и вычурности. Но ей никто не говорил, и она одиннадцать лет провела в окружении всего лучшего. Она жила с семьей в комфорте и неведении; еще один избалованный ребенок аристократов.
Но больше такой она не будет.
Ее звали Розамунда. Розамунда Сегуин.
Но это не надолго.
Розамунда была в лучшем наряде сегодня. Ее персиковая туника, темный бархатный жилет и пышная юбка придавали ей взрослый вид. И, конечно, ее любимый кулон, сияющий серебряный лебедь. Она была в лучшем, но вела себя не так.
— Так не честно! — так возмущенно визжали только дети. За пеленой слез все расплывалось, темные пряди волос прилипли к ее щекам, она безумно разглядывала комнату в поисках аргумента, доказательства, рычага, что заставит ее родителей понять. Она увидела лишь старые дедушкины часы, полки посуды из фарфора и ваз. Она была уверена, что весь мир состоял из такой роскоши.
А еще она увидела недовольные лица родителей.
— Вы сказали! Сказали, что я могу. Недели назад!
— Это было до того, как ты сбежала посреди службы в церкви, — сказала строго ее мама. — Опять.
— Но все там будут! Я должна пойти!
Она посмотрела с мольбой на отца, с ним всегда было проще, но сегодня он был беспощаден, как его жена.
— Может, после этого, — сказал он грубым голосом из-за курения трубки, — ты будешь держать обещания.
— Так не честно! — ей не хватило длины руки, и только это спасло красивый набор посуды на столе, который она хотела разбить об пол. — Вы сказали! Вы это сказали, черт во…!
— Язык, юная леди! — рявкнули взрослые хором.
Тихий четвертый голос воспользовался мгновением тишины.
— А я?
Розамунда оглянулась на спутанные волосы и неряшливый наряд. Она и забыла, что он был здесь.
— Я тоже собирался пойти, — напомнил Рузель. — Что насчет меня?
Их отец обошел кипящую от гнева дочь и взлохматил еще сильнее волосы сына.
— Прости, — сказал он. — Но ты еще мал, чтобы ходить в одиночку.
— Нет! Почему я должен страдать из-за ее…!
Розамунда вдохнула, чтобы возразить, хоть и не решила, накричит на брата за то, что он считал ее виноватой, или использует его недовольство как рычаг на родителей. Но этого и не произошло.
— Это не обсуждается! — закричала их мать. — Рузель, милый, мне жаль, что тебя это задело, но вспомни, чья это вина. Розамунда, в следующий раз думай, а потом… Не уходи, когда я с тобой говорю!
Она и не уходила. Она неловко неслась, а не шла. Девушка промчалась, громко топая, по лестнице к своей двери, которой, конечно, хлопнула так, что задрожали полки внизу. Она услышала, что дверь Рузеля рядом тоже загремела.
Но Розамунда не закончила. Оставался еще один удар. Она широко распахнула дверь и завизжала изо всех сил:
— Ненавижу! — Рузель тоже так сделал, повторяя за ней, когда она хлопнула дверью, удовлетворенная тем, что ее родители услышали это.
Конечно, услышали, и хоть было больно, они утешали себя осознанием, что дети только говорили так, но не думали всерьез.
Ее услышало и кое-что другое. Нечто радующееся тому, что она произнесла то слово всерьез.
* * *
Она не знала, что именно ее разбудило.
Розамунда села, протерла глаза, поняла, что уснула лицом в одеяло, даже не переодевшись для сна. Кулон-лебедь оставил отпечаток на ее коже, ведь она лежала на нем. Ее туника, жилет и волосы были ужасно растрепаны. Хотя видно было плохо, комнату озарял только лунный свет, сочащийся из-за штор.
В доме было тихо. В это время ночи тихо было всегда, но сегодня тишина была тяжелой, давящей. Снаружи не было слышно ветер и шорох ветвей, птиц или далекие голоса. Скрип старой мебели, тиканье часов с тяжелым маятником — все звуки, которые она толком не замечала раньше, пропали, и это она сразу заметила.
Позвать родителей? Слова застряли во рту, страх душил ее, но уязвленная гордость напоминала о себе. Она поднялась на ноги и, минуту провозившись с фитильком, медленно прошла в коридор со свечой в руке.
Он казался… длиннее обычного. Комната брата в паре шагов от нее была теперь далеким пятном против света. Лестницу скрыли тени. Но, конечно, коридор не мог измениться. Это была ее фантазия.
Или свеча горела слабее обычного. Такое ведь могло быть? Звучало лучше, чем растущий коридор.
Босые ноги на паркете, но было тихо. Ноги не шлепали, не было скрипа досок. Розамунда неслышно шагала, затаив дыхание. Ее рука дрожала. Наконец, она добралась до вершины лестницы.
Тишина закончилась. Она слышала слабый звук внизу.
Слабое скуление, полное отчаяния.
Казалось, она спускалась сто лет.
Комната внизу была тускло озарена углями, что выглядывали из-под горок серого пепла. Алые искры летали по комнате, от этого вид был жутким.
Она увидела Рузеля, сжавшегося у старого дивана, сцепив ладони. Его губы дрожали.
Ее родители были на коленях в центре комнаты. Их одежда свисала кровавыми лохмотьями, до этого их били хлыстом. Наволочки скрывали их головы, из-под них доносилось скуление и вскрики паники. Их ладони были связаны за спинами, но Розамунда не видела, чем. И воздух…
Там сильно пахло корицей и сладостями.
— Мама? — она снова была ребенком, едва могла говорить. Это ее смущало, ведь она была подростком, но она ничего не могла с собой поделать. Она не могла сделать голос ниже и решительнее. — Папа!
Скуление стало приглушенными криками, испуганными, предупреждающими. Похоже, под наволочками их рты были заткнуты кляпами, но Розамунда не понимала, зачем.
Она придвинулась, пытаясь понять. Она увидела руки матери, и ее смятение возросло.
Лакрица. Запястья ее родителей были скованы не веревкой или цепью, а толстыми сплетенными полосками лакрицы.
— О, ты здесь! Хорошо, а то мне надоело ждать.
Розамунда пискнула от жуткого голоса. Не голоса. Голосов. Два голоса говорили в унисон, идеально четко. Один голос принадлежал мальчику, что мог быть на пару лет старше нее, другой голос был грубым скрипом старика.
Вдали, словно отвечая им, хор детей радостно вопил из-за ее прибытия.
Он появился из ниоткуда, стоило затрепетать свече. Высокий и худой, он напоминал юношу, что еще не считался взрослым, может, почти ее возраста. Но Розамунда не верила. Она не сомневалась, что он был намного старше, чем выглядел.
Темные жирные волосы висели колтунами до плеч. Его туника, брюки и жилет когда-то были хорошими, даже богаче, чем ее наряд, но теперь они были в грязи, пятнах и дырах.
Его правая ладонь была в перчатке из кроличьей шерсти, сжимала старый кухонный нож в засечках, а левая…
О, боги!
Большой палец левой ладони был обычным, но другие вообще не были пальцами. То были свежие прутья березы почти в два фута длиной, идеально подходящие, чтобы рассекать кожу непослушных детей.
А его глаза были стеклом. Идеальные зеркала отражали комнату и Розамунду, но не остальных членов ее семьи.
Слеза покатилась по щеке Розамунды, но она не могла заставить себя кричать.
— Ты звала, — сказал он ей своим двойным голосом. — И я пришел.
— Звала…
— Да, вы оба. Отчетливо. Сказали, что ненавидите… их, — презрение в его тоне было густым, он помахал прутьями в сторону ее родителей.
Рузель всхлипывал со своего места.
— Но мы не серьезно!
— Конечно, серьезно, — существо звучало спокойно, почти с сочувствием. — Все дети так делают. Может, лишь на миг. В пылу момента. Но вы ненавидите. Все вы. И мига…
Старый нож сверкал в алом свете. Кровь обагрила наволочки изнутри, испуганное скуление сменилось бульканьем.
— …хватает.
Мальчик завизжал, рыдая, бросился к маме и принялся трясти ее, умоляя ее встать. А Розамунда?
Розамунда была в ужасе, да. Горевала. Слезы лились по ее лицу, капали с подбородка. Но при этом ее живот пронзал нож стыда, ведь скрытая, но не очень хорошо, часть ее смеялась от облегчения. Больше не будет несправедливых наказаний. Не будет глупых правил.
Плохо скрытая часть. Зеркальные глаза вспыхнули, и существо улыбнулось — ужасно и нечеловечески широко.
— Вот это мне нравится видеть! — пальцы из березы потянулись к ней, но не разрезали кожу, а обвили Розамунду и мягко притянули к незнакомцу. Вблизи запах конфет удушал. — Идем, дитя. Идем в новую семью. Она понравится тебе больше. И ты отлично впишешься.
Свет вспыхнул, и Рузель остался один в комнате, рыдал над телами родителей.
* * *
— Боги!
Лизетта Суванье, новый глава давиллонской Гильдии Искателей, что вскоре станет чем-то большим, вскочила и сбросила роскошное одеяло, под которым спала. Дрожа не от страха, а от злости, она убрала рыжие волосы с лица и вытерла тонкий слой пота со лба. Она знала, что это был за сон, как знала в прошлый раз и до этого. Она знала, что позволяла видеть их связь, она знала, что увиденное было настоящим.
Опять. Они снова сделали это. В этот раз Эмбрушель. Кто знал, кто сорвется с поводка завтра?
Она нуждалась в них, ей нравилась сила, которую они давали ей, но так не пойдет. Они будут убивать, сеять ужас, все, что она им обещала, будет, но не так, не сейчас. Не все было на месте.
— Боги, — снова прорычала она, уже тише. — Идиоты, вы же бессмертные. Неужели так сложно подождать?!
Вздохнув, Лизетта встала и принялась собирать одежду по богатой комнате. Ей нужно было взять себя в руки и поесть.
А потом еще раз попытаться объяснить важность «терпения» существам чистой прихоти.
Ах, все мучения будут того стоить, когда весь Давиллон будет ее.
* * *
Не только Лизетта проснулась в тот миг в Давиллоне.
В другой части города, в его комнатах в Базилике священного хора, его преосвященство Ансель Сикар, епископ Давиллона, тоже сел, проснувшись от жуткого сна. Он со стоном провел пальцами по примятой от подушки бороде, уткнулся лицом в ладони.
Картинки были нечеткими, но темными, тревожащими и кровавыми. Больше ощущений, чем видимости, холодная и гадкая уверенность, что что-то не так в этом городе.
Это он знал и без снов. Болтали в Домах и страже, ходили жуткие слухи, как в прошлом году, когда по улицам ходило жуткое существо, Ируок. И Игрейн говорила ему, что проблемы были и в преступном мире… Конечно, сны были беспокойными.
Но Сикар был священником достаточно долго, чтобы понимать, что порой то были вовсе не сны. И если это были знаки и предзнаменования, то их ждало что-то ужасное.
Чудо, что Давиллон почти не пострадал в прошлом году. Казалось неблагодарным молиться так скоро о новом чуде, но город нуждался именно в этом.
«Или, — размышлял он, вспоминая картинку из сна с девушкой с каштановыми волосами и в темной одежде, — в возвращении прошлого чуда».
Он был потрясен, что надеялся на это. Она была грубой, вспыльчивой, непредсказуемой, и один разговор с ней был попыткой удержать охапку щенков и угрей. Он не плакал, узнав, что она ушла.
«Но… если она вернется, надеюсь, это скоро произойдет».

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Дни были удивительно холодными, хоть календарь настаивал, что близилась середина весны. Холод не был жутким, тут не было снега, словно зима забыла, что нужно было уйти на север. Но было прохладно. Ветер кусал кожу, как соседский пес, которому вы уже надоели, но не настолько, чтобы впиться в горло. Дождь был редким, большие холодные капли заткали жидкими пауками за воротники и в сапоги.
Жители леса были в смятении, то покидали зимние норы, то возвращались в них. Трава и листья росли, но их срывали ветер и дождь. Одна из главных южных дорог Галиции превратилась в болото, и новые листья с соседних деревьев лежали на этой грязи, как раненые бандиты.
Сравнение показалось бы странным, но дорога и лес вокруг были с группой истекающих кровью стонущих бандитов.
Фигура одиноко шла прочь от отбросов общества, ее сапоги хрустели замерзшей грязью. Темный капюшон сочетался с ее нарядом в пути, не давал каштановым волосам закрывать ей лицо от ветра. Кроме ветра и ее шагов, было слышно звяканье мешочка, который она подбрасывала в руке.
— Не знаю, Ольгун, — жаловалась она, хоть никого рядом не было. — Тут лишь немного больше, чем было у прошлой группы. Нам нужно попробовать класс путников выше. Что? — она склонила голову, слушая ответ, который не слышал больше никто. — О, ладно тебе! Я не так сильно их ранила!
Еще пауза.
— Ну, да, — признала она. — Это было больно. Но у него есть другая, и она должна еще хорошо работать.
Виддершинс — в прошлом Адрианна Сатти, а еще хозяйка таверны, воровка и, почти в прошлом, изгнанница из Давиллона — шла по дороге, по которой до недавнего времени и не собиралась шагать.
Путь домой.
— Что? — спросила она. Картинки и сильные ощущения вспыхивали в ней, так «говорил» ее невидимый спутник, чужой для Галиции богу которого был лишь один послушник. — Откуда мне знать, что тут нормально? Мы были на этой дороге лишь раз до этого, и то было летом. Может, тут это нормальное количество бандитов. Или, не знаю, может, это сезон бандитов. Потому тут почти нет других путников, да? Местные должны знать, когда на дорогу лучше не соваться.
С изумлением и неохотой Ольгун указал на парадокс «сезона бандитов», когда путники остаются дома.
— О, хорошо. Может, это сезон тупых бандитов!
Виддершинс засчитала молчание Ольгуна как свою победу в этом споре. Ольгун не перечил. Там обоим было лучше
Но день заканчивался, дорога тянулась под ее ногами, и Шинс пришлось признать, что что-то не так. Это было понятным выводом. Хоть было холодно, хоть угроза бандитов была выше обычного, такое отсутствие путников было странным. Их должно быть меньше, но они должны быть.
Что-то было… не то. А после недавних событий в жизни девушки она не доверяла, когда что-то было не так. Ее поза не изменилась внешне, но шаги стали медленнее и мягче, она сосредоточилась на мире вокруг себя.
Она так сосредоточилась на опасности, что ее спутнику пришлось ткнуть ее, чтобы она заметила запах в воздухе. Холод и слабые запахи цветов и почек постепенно сменились дымом и жареным мясом.
Она все еще была в паре дней от Давиллона, так что…?
— Ах.
Небольшое скопление домиков показалось, когда она забралась на небольшой холм. Ничего впечатляющего, приземистое здание из дерева с парой каменных труб, извергающих дым, и домики поменьше вокруг него.
Увидев это место, Шинс вспомнила его смутно из своего пути в прошлом году. Тогда она была не в состоянии что-то замечать, даже если место было не таким неприметным. Простое место торговли, что использовалось путниками и выделялось близостью к дороге.
Вот только…
— Разве тут не должно быть пусто? Я почти уверена, что на дороге почти без путников толком нет клиентов. Но про это даже есть пословица. Что-то про рот дареного коня.
Ольгун лишь «пожал плечами».
Людей тут и не было много, но дела все же велись. Несколько лошадей — не очень ухоженные — были привязаны к столбу у главного здания. Небольшое собрание людей тут, парочка болтала и курила там. Все радовались отсутствию дождя вечером. На Шинс поглядывали с любопытством, ведь девушка путешествовала одна, но никак на ее прибытие больше не реагировали.
Пока она не ступила на скрипучее крыльцо центрального здания.
— Прошу прощения, мадемуазель?
К ней обратился мужчина, близкий по возрасту к старику, готовый к такому статусу. На нем были тяжелые и яркие ткани, что говорили: «Я торговец, который хочет показать, что может позволить себе больше, чем на самом деле».
Шинс не потянулась за рапирой, но она сосредоточилась на расположении своего оружия.
— Да?
— Просто… если вы пришли издалека одна, значит, дороги стали безопаснее?
Она не знала, с чем ей сравнить, чтобы понять насчет безопасности, но:
— Не думаю.
— Все еще полно дикарей?
Она сжала рукоять рапиры.
— Теперь меньше, чем раньше.
— Ах, — покровительственная улыбка торговца четко показывала, что он не поверил ни единому слову. — Что ж, благодарю за уделенное время.
Кивок, и Шинс толкнула дверь, запах готовой еды — и сильная концентрация пота путников — ударил по ее носу.
— Как тебе? — спросила она так тихо, чтобы никто не слышал. — Девушке явно не доверяют.
Ольгун передал эмоциями фырканье.
Квадратная комната. Квадратные столы. Даже стулья были такими. Все скрипело от годов использования, все впитало в себя столько запахов, что они стали важной частью мебели.
Это не было похоже на зал «Дерзкой ведьмы», но Шинс все равно ощутила тоску.
Скоро.
Это была не таверна. Большой зал был соединен через широкую дверь с чем-то, похожим на магазин. Тут были напитки и еда, но как дополнение к магазину, а не как отдельный бизнес.
Почти половина стульев была занята, почти половина клиентов перестала пить, жевать и говорить — некоторые группами — чтобы посмотреть на новую гостью. Снова ее юность и пол привлекали лишнее внимание, но почти все клиенты повернулись к своим делам с готовностью.
Шинс прошла к небольшой стойке у внутренней двери, посчитав девушку за ней официанткой.
— Привет.
Ее глаза расширились, она выдохнула:
— Ох, добро пожаловать.
Виддершинс твердо решила, что девушка не напоминала ей Робин. Шинс не хотела допускать этого. Она сунула два пальца в один из мешочков на поясе и вытащила пару монет, которые забрала как компенсацию за попытки бандитов навредить ей.
— Чашку лучшего на эти деньги, — монеты звякнули о дерево, Шинс вытащила вторую пару. — И тарелку лучшего на это, — звяканье металла о металл, ведь она положила монеты друг на друга.
Девушка моргнула.
— Ох, эм… — моргнула два раза. — Ладно. Сейчас будет, — моргнула еще раз.
Виддершинс отошла от стойки, выдвинула из-под пустого стола стул на одной ножке, закружила его и опустилась на него идеально, пока сидение вертелось. Умело игнорируя потрясенные взгляды, она отклонила стул на ножке и скрестила ноги на краю стола.
— Что? О, я не рисуюсь! — возразила она. — Просто… я хочу всем показать, что могу о себе позаботиться. Осторожность не помешает, да? Нет, это не одно и то же! Цель — не впечатлить людей, а… наоборот… Впечатлить другим… О, молчи.
Несколько минут Шинс развлекала себя, крутя рапиру, уперев ее в пол, придерживая рукоять пальцем, запретив Ольгуну хоть что-то говорить об этом. Он молчал, но она ощущала его смех.
— Если не перестанешь, я привяжу тебя к столбику снаружи. Будешь ржать с лошадьми.
Официантка или дочь хозяина, или кем она была, появилась перед столом с сосудом и тарелкой в руке. Тут ее сходство с Робин уменьшилось. Она была худой, как подруга Шинс, но пышные юбки и заплетенные волосы были совсем не в стиле Робин.
Но тоска воровки от этого не уменьшилась.
— И, — спросила она, когда официантка собралась уходить, — что с толпой? На дороге почти никого, а тут…
— О! Это, кхм… — девушка разглядывала пол, пока отвечала, будто ждала, что весенние цветы прорастут тут, спасаясь от погоды. — Не знаю, должна ли я распространять слухи на работе.
— Я не на работе, — терпеливо объясняла Шинс. — И для слухов нужные двое, да? Так что, хоть ты на смене, слух не разойдется в это время, и никто тебя не обвинит.
Ольгун ушел в уголок разума Шинс с кружащейся головой.
Девушка застыла, раскрыв рот, не могла подобрать слова, словно они ушли в уголок с Ольгуном, а потом она решила, поверив Шинс или, что вероятнее, решив, что так проще, подыграть, а не пытаться понять все это.
— Это монстры, — сообщила она сценическим шепотом.
Рапира Шинс перестала кружиться.
— Что, прости? Повтори медленно.
— Я знаю, как это звучит, — голова Не-Робин покачивалась, как пробка в кипящей воде. — Но мы слышали такое. Дорога отсюда до Давиллона — и все дороги вокруг Давиллона — прокляты или полны монстров!
— Слушай, бандитов там точно было много в последнее время, да? Уверена, это…
Впервые лицо девушки стало уверенной маской.
— Мы знаем все о бандитах, — возразила она. — Их на дороге много. Но некоторые путники и торговцы рискуют. Воры не могут быть всюду, и некоторые караваны хорошо защищены. Многие из них доходят сюда. Но за последние несколько недель из Давиллона не вернулся почти никто из них, а те, кто вернулись? Их напугали не бандиты. Путники доходят до этого места и слышат истории. Некоторые идут дальше, но мы почти никого больше не видели. Другие? Они ждут, занимаются делами с нами и другими торговцами тут, а потом рискуют долгой дорогой туда, откуда прибыли.
— Если на дорогах монстры, — сказала осторожно Виддершинс, — почему солдат не отправили разобраться с ними?
Не-Робин пожала плечами и пошла к своей стойке.
— Говорят, армия Галиции собралась на границе с Раннанти, — бросила она через плечо, — а солдаты Давиллона? — она еще раз пожала плечами. — Боги знают, что творится в том городе. Приятного аппетита.
Шинс проводила ее взглядом, лениво гоняя кусочки мяса по тарелке, словно они могли ожить.
— У тебя даже лица нет, — возмутилась она. — Так что не смотри на меня так.
Крохотное божество ответило ей вопросом в голове.
— Откуда мне знать? Маловероятно, да? Монстры на дорогах Галиции? Чушь.
Ольгун не спешил проявлять эмоции, а показал своей юной приспешнице картинку демона и картинку фейри, оба существа были жуткими.
Остатки аппетита Виддершинс высохли и улетели, как пыль.
— Я не говорила, что это невозможно, Ольгун. Только маловероятно.
Она ощутила его извинение, но без искренности. И, если бы Шинс была честной с собой, чего она избегала в последнее время, но не всегда удавалось, она спешила, отрицая возможность появления монстров. Над ней тоже смеялись, когда она пыталась предупредить об Ируоке, так что ей стоило вести себя осторожнее с сомнениями.
С другой стороны она была умнее и не такой суеверной, как многие люди. Порой она напоминала себе об этом.
— Я буду осторожна, — успокоила она бога, — Не буду спешить с выводами. Но я уверена, что мы справимся.
«Мы же идем домой!».
Виддершинс напала на еду, подчеркивая это, а не из-за аппетита. Какое-то время она видела только тарелку, жевала почти не переготовленное и не пересоленное мясо, на фоне стоял гул разговоров.
Она не сразу поняла, что Ольгун тыкает ее эмоциями. А потом она ощутила, что его внимание приковано к конкретному столику за ней.
— Я могу обернуться? — тихо спросила она.
Его ответ был отрицательным.
— Хорошо, — она разглядывала свой столик. Тарелка была деревянной, утварь не блестела. Эль?
Виддершинс постучала пальцем по сосуду.
— Свет подходит? Ты сможешь это сделать?
Робкое «да» и признание, что он не продержит эффект долго.
— Сойдет.
Она осторожно сжала сосуд, ждала, пока в воздухе не появится знакомое покалывание ограниченной магии божества.
Будет холодно и стыдно, если Ольгун не справится. Она подумывала произнести это вслух, но решила не давать ему идеи для шуток.
Покалывание достигло пика, Шинс подняла сосуд на уровень глаз и наклонила горизонтально.
Пару секунд, против всех законов, жидкость внутри застыла, создав темный пруд, в который она смотрела. Это было не совсем отражение, но ей хватило этого, чтобы понять, что Ольгун хотел ей показать.
Мужчина одиноко сидел за столиком и — раз она была спиной к нему — не скрывал, что пристально разглядывает ее.
— О, ради печенья! — Шинс опустила сосуд, вздыхая. — Что ж, за нами пару месяцев не следили. Мы отдохнули, да?
Она задалась вопросом на миг, видел ли незнакомец ее трюк с элем, и что он об этом думал. Точно посчитал, что сосуд пуст, и остальное было лишь игрой света.
Шинс поела еще немного, чтобы выглядеть обычно. Она шумно и сыто вздохнула, отклонилась опасно на стуле.
И позволила ему упасть.
Комната вскочила вокруг нее, ведь угол ее зрения менялся, но Шинс тут же перекатилась и вскочила на ноги раньше, чем стул остановился. Быстрый поворот, она развернула стул напротив шпиона и села туда, посмотрела в расширившиеся глаза мужчины.
— Привет.
И едва слышно, пока незнакомец искал слова:
— Да, я могла встать и подойти, но в чем веселье? Я не привлекла внимания, только… ох. Все равно тут не так много людей. И мы застали его врасплох, да? Знаете, — последнее она заговорила нормальным тоном, — вы точно делаете что-то не так. Если вы едите, во рту должно что-то быть, а если вы говорите, должны доноситься звуки. Странно вот так жевать с пустым ртом. Похоже на рыбу.
— Ох…
— Растерянную рыбу.
— Я…
— Пытаешься узнать направление.
— Что ты творишь?! — пропищал он.
Шинс разглядывала его, не мигая. Тусклые каштановые волосы, усы, одежда совсем не выделялась…он старался выглядеть так просто, что это привлекало к нему внимание.
— Я, — сказала она, наконец, — жду, пока ты объяснишь, зачем следил за мной.
— Я н-не знаю, о ч-чем ты…
— О, давай без этого! Давай ты дашь мне четкие ответы, и тогда тебе не придется всю жизнь стыдиться того, что тебя побила на людях девчонка.
Он стиснул зубы, усы ощетинились, как у злого кота. Шинс чуть не навредила себе, подавляя хихиканье.
— С чего ты взяла, что можешь одолеть меня? — осведомился он.
Улыбка Виддершинс в ответ была почти вызывающей.
— Хочешь проверить?
Он не хотел, тело незнакомца обмякло.
— Ты поверишь, что ты понравилась мне?
— Польщена, но нет. Ты не так мягок, так что мог лишь поглядывать, и я знаю, как это ощущается. Ты таких ощущений у меня не вызвал.
Ольгун фыркнул, забавляясь, и послал по спине девушки ощущение влаги.
— Хватит! — было сложно вложить силу крика в шепот, что был чуть громче дыхания, но она давно научилась этому. Пришлось.
Ее напарник рассмеялся.
Незнакомец медлил еще пару секунд. Потом он вздохнул и вытащил из кармана потрепанного плаща мятый кусок пергамента.
Лист складывали, разворачивали и снова складывали столько раз, что заломы протерлись, бумага пропиталась потом, но все на ней было видно, когда Шинс развернула ее. Они неспешно разглядывали рисунок и друг друга.
— Чего-то не хватает, — заявила Шинс. — Не передает внутреннюю меня.
— И не помогло мне понять, чего ожидать, — подтвердил мужчина.
— Хмм, — она посмотрела на текст под портретом. Ее имя, краткий перечень деятельности, в которой она могла участвовать… — Мелкие кражи?! — возмутилась она Ольгуну. — Ничего они не мелкие! — а еще за информацию о ней или месте, где ее видели, обещали небольшую награду, и сообщать нужно было в… — Гильдия Искателей? — у Шинс не было проблем с ворами Давиллона, она не знала, зачем они искали ее. — Где ты это взял? — осведомилась она.
— Ох, это уже пару месяцев раздают. В Давиллоне и городах вокруг него. До этого что-то происходило, но те, кто раздавали, сказали приносить информацию по адресу в районе Рагвэй, а не в саму гильдию.
Она почти не слушала, ее внимание было в сотнях миль отсюда. Шумный город Лурвью, незнакомцы ходили у могилы архиепископа Уильяма де Лорена, словно ждали кого-то, и тогда она думала, что за ней следили от дома Карно.
Она снова заговорила только с божеством:
— Что думаешь?
Тревога, подозрение, но робкое согласие. За ней следили в обеих частях Галиции? Вряд ли это было совпадением.
Шинс пришла в себя и опустила пару монет на грязный стол.
— Это не столько, сколько они предлагают, — сказала она, постучав пальцем по пергаменту, — но тебе не придется идти по дороге, где могут быть монстры.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • 45wq@mail.ru о книге: Тереза Тур - Память пепла
    Сложилось впечатление что другой автор написал.Читать не смогла,сплошные непонятки и написано короткими предложениями какими то рубленными фразами

  • Leita о книге: Рейчел Бердж - Корявое дерево
    Прочитав описание книги, не совсем понятно о чем же она. Наверное, поэтому в жанрах указано "триллер, детектив, ужасы". На самом деле это скорее фэнтези с намеком на ужасы. Никакого триллера и детектива тут конечно нет. После прочтения осталось ощущение, что прочитал повесть (не помню какого объема произведение, но ощущение именно такое) для подростков. Да, мы видим оригинальный сюжет, но он какой-то малозначительный, нераскрученный и ограниченный территориально. Для меня это было зря потраченное время, к сожалению. Но, думаю, что кому-то может очень даже прийти по вкусу.

  • Мики о книге: Маргарита Сергеевна Дорогожицкая - Грибная красавица
    Ого, офигенная книга..Автору респект, что написала такую интереснейшую книгу. Ни грамма розовых соплей, ни грамма лишней воды, ни грамма скучных описаний. Сценка в подвале вообще соперничает с кадрами из хоррор фильмов. Буду читать дальше. Молодец автор!!!

  • Leita о книге: Камилла Стен - Мертвый город
    Сюжет довольно таки оригинальный, было интересно увидеть что-то новое. Автору удалось передать атмосферу пустого города с его загадочностью и тайнами, но, на мой взгляд, немного банальности не удалось избежать (в том числе в отношении того, куда пропали все жители).

    спойлер

    К прочтению советую, но лично мне чего-то не хватило в данном произведении.

  • Leita о книге: Саймон Бекетт - Химия смерти
    Не могла оторваться, пока не прочитала всю серию. Автор очень интересно пишет, текст не сухой, читать одно удовольствие. Сюжеты оригинальные, закрученные, порой до последнего момента не догадываешься, кто же злодей. На протяжении всей книги сопереживаешь герою. К прочтению советую однозначно. Жаль, что у автора так мало произведений.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.