Библиотека java книг - на главную
Авторов: 47359
Книг: 118140
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Пленница Потаенного Царства» » стр. 2

    
размер шрифта:AAA

Не ведая, как жить дальше, Шу закрыл глаза и, к его радости, задремал. Но стоило проснуться, одиночество никуда не пропало.
Загадочный господин Лунг не показывался, лишь изредка откликаясь на вопросы гулким, раскатистым эхом и Император день ото дня все острее ощущал себя брошенным на произвол судьбы. Тянулись недели, после — месяцы. Ничего не происходило.
Но однажды произошло.
Гуляя по Саду Пурпурного Соловья, разбитого близ Холмов Ясного Утра, Шу заметил в небе парящую тень, сверкавшую нефритовым брюхом и огненной чешуей. К несчастью, тень быстро скрылась за синеющими хребтами Каскадных Гор и он не смог ее толком разглядеть. Утро вновь наполнилось шепотом листвы и журчанием искусственных ручьев. Император печально свел плечи и поплелся дальше; он не хотел признавать, но чувствовал — куда бы не вынесло его Лазурное Море, оно вынесло его в тюрьму.
… Подкрались сумерки, подсвеченные розовыми и сиреневыми фонарями. Сгущался туман и небо над головой алело всполохами огня. Как обычно (а это длилось на протяжении многих безрадостных дней) Император шел меж садовых беседок, оплетенных золотыми вьюнами, и любовался клумбами с благоухающими пионами. Быстро темнело, но к вечерней трапезе, где на фарфоровых блюдах и в золотых чашах его ожидали царственные угощения, он не торопился.
Вместо этого Шу свернул вглубь садов. Дорожки, окаймленные глициниями, соединялись и путались крытыми переходами, уводя все дальше в незнакомые глазу парковые места. Сколько Император себя помнил, он всегда отличался здравым умом и не переходил границ дозволенного, а тем более не нарушал ритуалов и прислушивался к предостережениям. День и Ночь, Небо и Земля, Свет и Тьма, Желания и Запреты подчинялись энергии двойственности и не должны были потрясаться сиюминутными слабостями, продиктованными порывами и страстями. Великий Учитель Дао завещал: равновесие — вот основа постоянства империи и народа.
Но то ли измученный одиночеством, то ли сломленный потерями и горем, Император Шу нарушил запрет Лунга и вошел в Запретный Парк — сердце Сада Пурпурного Соловья. В свете осенних звезд он увидел каменную возвышенность, на которой мерцала подставка из хрусталя. У ее подножия в бронзовых треногах горело сандаловое дерево. Меж веток кружились лепестки черных роз. Вокруг роптали сливовые деревья.
Императора поранило торжеством — в подставке сверкала большая жемчужина гордого лунного цвета. Летописи Первых Династий упоминали не только погибшие царства и павших императоров, сражения с врагами и подвиги героев, но так же легенды и мифы Трех Царств. Увы, измученный разум Шу так и не сумел вспомнить завета предков, упоминавших «о жемчужине дракона», но это стало и не важно. Едва увидев жемчужину, он перестал быть прежним.
Над Каскадными Горами разгорались звезды, вечерняя трапеза канула в небытие, а Шу, опустившись на колени пред возвышением, никак не мог отвести от жемчужины глаз. Сердце Сына Неба неодолимо возжелало ей обладать. Но… разум предостерегал. Чувства боролись в Императоре подобно двум противоположностям Инь и Ян. Он тянулся к жемчужине, но помня наказ господина Лунга — не приближаться к Запретному Парку, — страшился последствий.
Он просидел в саду целую ночь и вернулся в покои под утро. Его мысли затухли, как фонари и он провалился в сон, но как только проснулся, вновь отдался размышлениям о жемчужине. С самого детства Шу мечтал, что его имя впишут в легендарную Книгу Песен, наделив титулами Непобедимого Полководца и Объединителя Княжеств. Что ж, он этого добился и вечно будет почитаем людьми. Но как только покоряется одна вершина, сердце жаждет покорить новую — еще выше, еще прекраснее, еще величественнее. Таковой для него стала — безымянная жемчужина. Шу сотрясся в сладкой судороге — вернись он домой с жемчужиной дракона, его возведут в ранг божества.
Но как вернуться? Как спастись?
… В богатых покоях, расписанных золотом и цветами ранней весны, для Императора накрыли стол. Фонари отбрасывали тени на рисовую бумагу переходов, а в открытые окна влетали ароматы поздней осени.
Сын Неба пил подогретое вино, приправленное шафраном, и вкушал свежих яств, посматривая на охристые полы. Он был один, как и предыдущие тысячу завтраков. Впрочем, он уже привык.
— Господин Лунг, — позвал Император, долго взвешивая — стоило или нет.
Тишина.
— Господин Лунг, позвольте вопрос?
Свист ветра и тишина.
Император отставил бокал и поправил желтый синфу, украшенный драгоценными камнями.
— Господин Лунг, почему вы молчите?
Загадочный Лунг не отвечал. Вполне ожидаемо. В Шелковом Городе за подобное неуважение, его бы немедля казнили, но тут, за пределами семи морей, Лунг слыл не подданным Императора, но его гостеприимным хозяином.
— Господин Лунг, откуда у вас та жемчужина? Простите, я помню, вы запрещали переступать границы Запретного Парка, но я не удержался. — Император вздохнул. — Мне одиноко. Моя Империя где-то там, за тысячи ли отсюда. Одна и без защиты. Моя возлюбленная супруга не ведает, где я. Мои дети оплакивают меня, как перешедшего реку Жо Шуй. — В тоне послышали отчаяние и злость. — Почему вы молчите? Почему не отвечаете! Зачем держите меня в заточении? Чем я вас прогневил? Что сделал не так?
Император долго ждал ответа того, кого не видел даже в лицо. Но не дождался.
* * *
Изумрудный Дворец освещался тысячами фонарей. Его своды блистали мифами и историями, стены, покрытые правилами, выписанными каллиграфическим почерком, учили смирению и покорности, лабиринты переходов и бесконечных коридоров, таили опасности и интриги. И так на протяжении десяти веков.
… Принцесса Лин (как обычно по утрам) прогуливалась по извилистым переходам с нефритовыми полами, поглядывая на бирюзовый кусочек рассветного неба. Огладив красивую прическу со свободными прядями на левом плече, она приуныла. Траур по Императору Шу должен был закончиться в середине месяца Зеленого Змея и Первый Министр Чанг Минг задумал устроить церемониальный пир по случаю его окончания, разослав приглашения родственникам, знатным мандаринам и приближенным друзьям.
Именно он правил Империей все эти три года, надев на себя священное одеяние и венец из двенадцати рядов нефритовых шариков. Именно он был регентом до совершеннолетия законного наследника принца Ксиу. И именно он сосредоточил в своих руках всю власть Срединного Царства. Но даже не это было самым страшным.
Лин сморщилась — старший сын Любимой Наложницы Ян Мей не мог дождаться окончания траура по отцу. Смерть Шу ни капли его не растрогала, а наоборот, утвердила в твердой мысли — сами боги Девяти Небес «расчистили» для него престол. А Первый Министр его во всем поддерживал.
Принцесса свернула в широкий коридор и услышала голоса. Навстречу шла визгливая процессия ревнивых наложниц из Внутренних Покоев. Девушка никогда недолюбливала сварливых, подлых, лживых обманщиц и сплетниц в богатых шелках и украшениях; к ее радости, все они после окончания траура покинут Дворец Сладких Грез; одних отправят в монастыри и храмы, других низведут до статуса рабынь при новых наложницах нового Императора.
Лин нырнула в сторону балюстрад. В огнях весны просыпался девяносто один квартал Шелкового Города, разбросанный по холмам и низинам у подножия Горы Царя Обезьян.
Из Зала Пера и Кисти доносились громкие похвалы придворного поэта. Судя по репликам, он восхищался стихами старшей принцессы Дейю и называл их достойным самой Ши Цзин, Книги Песен Трех Царств.
Лин улыбнулась и признала — каллиграфический почерк давался ей лучше прочих искусств, но в поэтическом мастерстве боги ей отказали. Лин скоро семнадцать, а она так и не сложила ни одной достойной строчки, не говоря уже о стихах или поэмах, коими блистала ее старшая сестра Дейю.
Девушка свернула в новый коридор и минула свиток с наставлением. Витые иероглифы складывались в узор:
«Мир ничуть не изменится, если человек внезапно умрет. Не рухнут небеса, не пересохнут реки, не потухнут звезды, — все останется, как прежде…».
Мыслители прошлых Династий писали «Смерть — есть путь Жизни» и Лин знала — ее мать и отец не ушли в никуда; они вознеслись в мир духов под Нефритовым Источником и обрели вечную жизнь.
— Мы сообщим ей, когда закончится траур. Сейчас не самое подходящее время, Сиятельная госпожа, — принцесса узнала голос Первого Министра Чанг Минга и застыла на месте. Она так увлеклась размышлениями, что не заметила, как подошла к переходам, ведущим во Внешние Покои Изумрудного Дворца.
— Раньше узнает — быстрее смириться, — настаивал женский голос. Лин прижалась к стене и затаилась. Голос принадлежал Любимой Наложнице отца.
— Все это не так уж важно, — рассмеялся будущий наследник Империи, ее сын Ксиу. — От ее желания ничего не зависит.
— Это так, Ваше Императорское Высочество, — соглашался четвертый — генерал Шэнь, а ныне ближайший советник Первого Министра. — Но решение будет принято только по окончании траура по Сыну Неба, да обретет его душа покой.
Принцесса Лин недоуменно моргнула. Эти четверо прежде никогда не собирались тайком.
— Я будущий Император и я не потерплю отказа Лин! — Вспылил Ксиу.
Девушка вздрогнула — они говорили о ней. Похоже, безжалостно решали ее судьбу у нее за спиной.
— Ваше Императорское Высочество, не так громко, — забеспокоился Первый Министр. — Нас могут услышать. Дворец давно не спит.
— Я не боюсь сплетен! — Горячился Наследник Империи. — Лин все равно узнает о свадьбе с Огедеем. Высокая Солнечная принцесса Дейю уедет в Империю Ци и выйдет замуж за принца Энлея. Младшая дочь Императора Шу отправится за Стену в становище кочевников Биши.
— Да, — соглашался генерал Шэнь, — но смею повторить, эти решения еще не окончательны. Второй сын хана Бехмета Огедей заинтересовался принцессой Лин и готов принять ее в дом двенадцатой женой, но я не уверен…
— Вы были генералом, Шэнь. Теперь вы советники Первого Министра, — вскричал наследник, — и меня не интересует, в чем вы уверены, а в чем — нет! Лин выйдет замуж за Огедея, пусть ей придется жить в юрте хоть прислугой, хоть рабыней! Этот брак важен для Срединного Царства. Всем известно — хан Бехмет стар и болен, а его первый сын Чагатай слабоумный идиот. Как только отец отправится на небеса, Огедей зарежет старшего брата. Он не отдаст трон дураку! А вы, славный генерал, и сами прекрасно осведомлены, насколько Огедей воинственен и дерзок. Я не хочу начинать правление, отражая нападки безумцев Биши! Кровные узы — лучшая возможность избежать противостояния с их царством. Лин — Высокая Солнечная принцесса, она дочь Императора Шу Аньфу. Она была рождена, чтобы пожертвовать собой во славу Империи. Таков удел любой из принцесс.
— Да, Ваше Императорское Высочество. Ваша мудрость восхищает, — глухо ответил генерал Шэнь. Послышался шорох одежд — он преклонил перед будущим Императором колени.
Лин зажала рот рукавом и бросилась в арочный переход.
Двенадцатая жена варвара из-за Стены. Двенадцатая жена бессердечного братоубийцы. Двенадцатая жена дикаря-сыроядца.
Мир под Девятью Небесами перевернулся для нее в то утро. Из волос выскользнула заколка с головкой из серебра в виде феникса, с запястья слетел золотой браслет. Девушка выбежала в сад, украшенный красными горящими лампами, и зарыдала.
Как только ее старшей сестре Дейю исполнилось пятнадцать, ее причислили к легендарным красавицам Империи; что, в общем-то, заслуженно. У Дейю была фарфоровая бледность гладкой кожи, утонченность жемчужных глаз, изящный изгиб губ, грация и плавность о которых можно мечтать. Она слагала великолепные стихи и безупречно играла на пипе. Такую нельзя отдавать на поругание кочевникам из народа Биши. Для такой уготовили ложе принца Энлея, будущего правителя Империи Ци.
Лин, в свою очередь, никогда не считали красавицей. Низенькая, по-мальчишески худая и нескладная, без округлых бедер и груди, с темно-нефритовым глазами и губами с опущенным уголками. Ни один благородный наследник не пожелал бы такой уродливой жены, а для кочевника-дикаря — в самый раз.
Двенадцатая жена все равно, что рабыня. Без прав, без надежды, без будущего.
Но кого волновали желания младшей дочери покойного Императора? Они были подобны желанию шелковичного червя, плетущего паутину в свечении летних лучей. И ничего не значили.
* * *
Весь день над Изумрудным Дворцом бушевала гроза.
Лин, под предлогом плохого самочувствия, отослала служанок и закрылась в покоях. Она пропустила ежедневные тренировки в седле с луком, которые обожал ее брат Реншу; не явилась в Зал Пера и Кисти (как настаивал учитель Сян Юй), чтобы поупражняться в мастерстве стихотворения и отказалась спускаться к обеду.
В шуме весеннего дождя, она тихо играла на лютне и, глотая слезы, напевала «За край Последнего Мира».
Спев плач семь раз, Лин завела «Прощай, родительский дом», а после затянула Горькую Судьбу Невесты.
Но, страстная и ранимая девушка не могла долго предаваться душевным терзаниям и под покровом синих облаков вышла в сумрачный сад. Перед глазами замелькали залитые светом павильоны, фруктовые деревья, бесчисленные лица сановников, слуг, евнухов, а потом темный коридор привел в Северное Крыло к Высокому Дому. Лин остановилась у рисовой бумажной перегородки. За ней простирались владения генерала Шэня, советника Первого Министра.
— Ваше Императорское Высочество? — Слуга распластался ниц. — Что вы здесь делаете в такой час?
— Я, — принцесса вскинула голову и придала голосу твердости, — я хочу говорить с господином Шэнем.
— Сейчас вечер, моя госпожа, — ответил слуга, — и господин занят…
— Немедленно сообщите, что его желает видеть Высокая Солнечная принцесса Лин!
Слуга вздрогнул, вскочил, отвесил три низких поклона и, не поднимая глаз от пола, попятился к перегородке. Через минуту она распахнулась и принцесса решительно шагнула в мужские покои.
В зареве свечей сверкали золотые статуи богов Девяти Небес. Стены покрывали свитки с иероглифами, своды украшали плетения трав и цветов, бумажные перегородки скрывали тени женских фигур.
Генерал сидел посреди просторного зала с подогнутыми ногами. Став советником Чанг Минга, он стал тщательно выбирать одеяния и подкрашивать лицо. На его черном костюме сверкали жемчуга и драгоценные камни, талию, растерявшую былую стройность, обвивал алый пояс мандарина с металлическим ключом — наивысший ранг требовал от него ежечасного следования традициям императорского двора.
В углу играли три девушки. Рядом с ними на жаровне пыхтело сладкое вино, которое Шэню время от времени подливал коленопреклоненный слуга. Сбоку сидели две наложницы с кольцами на шелковых поясах; их высокие, сложные прически украшали цветы и лакированные шпильки. За окнами шумел весенний дождь.
Заметив принцессу, растолстевший Шэнь на мгновенье потерял самообладание и вскочил.
— Принцесса? Это правда!
Но вернув сердцу покой, почтительно поклонился и быстро выдворил из покоев придворных и слуг.
— Моя госпожа, я готов выслушать вас и, если это в моей власти, помочь, — заверил он и вернулся на подушки.
Лин вошла и села в кресло.
— Я каждый день вспоминаю утро вашего возвращения из похода к Красной Скале. Утро, обещавшее стать триумфом моего отца, но ставшее для него погребальным плачем.
— Я…
— Не перебивайте, — сурово запретила Лин. — В тот год только-только начался траур по Сиятельной Императрице Венлинг и я надеялась, возвращение отца сорвет с Изумрудного Дворца покровы скорби и тишины. Вместо радости, мы получили три новых года скорби и тишины.
Лин глубоко вздохнула, сдерживая слезы.
Шэнь покорно молчал, пожирая принцессу глазами. Осмелившись, он заговорил:
— Будет ли мне позволено узнать, к чему клонит Высокая Солнечная принцесса?
— Это правда?
Шэнь сложил руки, спрятав кисти в рукавах.
— Вы отдаете меня дикарю из Биши?
— Ваше Императорское Высочество, прошу не торопиться с выводами…
— Я все слышала, господин Шэнь! — Разозлилась принцесса. — Наследник, Первый Министр и Любимая Наложница отца считают этот союз крайне выгодным для нашей Империи! А вы?
Генерал выбросил руки, пытаясь успокоить Лин.
— Ваше… э… не плачьте. Мне невыносимо видеть ваши слезы. Вам и так довелось коротать свою юность в постоянной печали. Сначала вы носили траур по матери, теперь носите по отцу. Я не позволю, чтобы и по его окончании вы заливались слезами.
— Хватит лгать! — Приказала принцесса. — Пусть вы прославленный победитель над Чу, Янь и Чжоу и пятый человек в Империи — против воли Ксиу и Первого Министра идти не посмеете! Я столько лет изучала историю, философию, литературу, математику, астрономию, географию, и для чего? Если даже моего мнения не спрашивают!
Генерал расправился, выбросил вперед внушительный круглый живот, встряхнул мышцами, одряхлевшими в пирах и попойках, и улыбнулся.
— Я могу вас спасти.
— Как?
Он встал и сделал три шага вперед. От резкого аромата его духов у Лин закружилась голова.
— Я возьму вас в жены. Священнослужитель сочтет нас тайным браком и вы разделите со мной ложе.
Принцесса невольно отшатнулась от нахального предложения.
— Что? Что вы такое говорите? — Ее голос дрожал отвращением. Шэнь был ровесником ее отца. Но дело было даже не в большой разнице в возрасте — девушка невзлюбила самоуверенного, высокомерного князя из Дунсяна, как только он появился при дворе.
— Я оставлю в вашем чреве семя и Огедей мгновенно потеряет к вам интерес, — с одутловатого лица генерала смыло участие и заботу. Он предстал перед ней таким, каким привык представать перед подчиненными и солдатами. Властный. Беспринципный. Добивающийся цели любыми путями.
— Я не стану вашей женой! — Лин выпрыгнула из кресла, как ужаленная.
— Станете, моя госпожа. Это ваш единственный шанс избежать нежеланного брака с повелителем кочевников.
— Но Первый Министр не позволит…
— Когда Наследник и весь Изумрудный Дворец узнают о нашей любви, у них не останется выбора. Они примут вас, как мою законную супругу.
— Седьмую супругу, — зло поправила Лин.
— Не лучше ли стать седьмой на Родине, чем уехав за Стену — пасть там до двенадцатой? — Усмехнулся Шэнь. Его узкие, черные глазки поблескивали нетерпением.
Он кинулся к ошеломленной девушке и стиснул в объятиях. Она вскрикнула и попыталась вырваться.
— Перестань, не сопротивляйся. Я все равно не отпустил бы тебя из Срединного Царства. Я давно грежу о тебе, принцесса. Сгораю от нетерпения проникнуть в тебя и жажду отвесных ласк. Мечтаю укротить и сделать покорной.
Юная дочь Императора обомлела от дерзости старого генерала. Воспользовавшись неопытностью Лин, он грубо смял ее губы своими, всунув в ее рот язык.
Принцесса вздрогнула и неловко укусила Шэня.
— Не прикасайся ко мне! — Отпрянула она. Ее щеки пылали.
Он слизал с губы каплю крови и покачал головой:
— Не будьте дурой, моя госпожа. Я, и только я — ваше единственное спасение от жизни за Стеной. Смерите гордыню, примите мое предложение, станьте моей.
— Никогда!
— О боги Девяти Небес, вы глупее, чем я предполагал, — он вышел из себя и крикнул: — Как вы не понимаете? Ваш отец мертв, ваша мать мертва, ваша старшая сестра скоро станет Императрицей другого царства, а ваш малолетний брат Реншу еще ребенок. В Изумрудном Дворце у вас больше нет защитников. Наследный принц Ксиу займет трон, его мать останется при нем и станет управлять государством. Вы потеряли былое положение, Лин. Если останетесь в Шелковом Городе — долго не проживете, — Шэнь сузил глазки и рассмеялся. — Хотя, замужем за Огедеем о счастливой жизни тоже придется забыть. Двенадцатая жена кочевника — это не то о чем вы мечтали с рождения, угадал?
Принцесса неуверенно кивнула. В открытое окно ворвался весенний ветер.
— Я не стану вашей женой, — прошептала она.
— Тогда вы умрете, — предостерег генерал.
Лин замотала головой, отступая к бумажной перегородке, расписанной алыми узорами.
— Смелое заявление, — процедила она, каким-то чудом храня самообладание.
— У вас нет выбора, моя госпожа, — торжествовал Шэнь. — Или вы принесете мне в дар себя или я принесу вас в жертву Срединному Царству. Решайте.
III.
день Журавля месяца Желтой Бронзы, 1530 год Марса
или Девятый Месяц 34 года правления Императора Шу Аньфу
Ветер, срывая осенние листья, вбрасывал горсти в мрачные облака. Сад Пурпурного Соловья накрыла печаль месяца дождей и ветров. Цветы вяли, а краски трав угасали. Далекие бамбуковые рощи чернели в мареве туманов, хрустальные купола дворца более не играли огнями и радугой.
Император Шу бродил по дорожке, сминая сухие бутоны пионов, и с горечью вспоминал об Изумрудном Дворце. Его давно похоронили и оплакали. Возможно, он провел пленником прекрасного безмолвного мира намного больше, чем считал, и в Шелковом Городе его имя давно превратилось в легенду.
В просветах сандаловых дерев синели волны Лазурного Моря; теплый успокаивающий аромат растекался над садом. С того момента, как Сын Неба увидел в Запретном Парке Сада Пурпурного Соловья прекрасную жемчужину, он потерял покой. Она манила и звала, влекла и чаровала. Господин Лунг, запретивший на нее смотреть, в последние месяцы зловеще молчал, и Император решил — затворник, так и не явивший себя взору, внезапно скончался. Прошла еще одна зима, запели весенние ручьи.
И тут случился неожиданный поворот колеса. Гуляя по берегу Лазурного Моря, Шу заметил джонку[7] с сияющими парусами, что плавно покачивалась на волне.
— Что это? — Шепнул Император, не надеясь получить ответ.
Но Лунг ответил. Впервые за много месяцев тишины.
— Корабль, — послышалось эхо из дождливых облаков.
— Для меня? — Сердце Сына Неба екнуло.
— Я чувствовал твою боль с момента появления в Хрустальном Дворце. Она пропитала мои покои и сады, сокровищницы и башни, расползлась по горным рекам и срединным озерам, отравила леса и долины, притупила яркость звезд и сияние луны. Да, этот корабля для тебя. Я отпускаю тебя, Император Пятой Династии Шу Аньфу. Возвращайся домой и больше ни о чем не скорби.
Император не сдержал слез радости и по желтым с белым одеяниям побежали соленые капли. Он искренне отблагодарил Лунга за щедрость и милосердие и попросил один вечер, чтобы проститься с Потаенным Царством, в котором провел не менее тысячи белых лун.
Лунг разрешил и снова пропал.
Но Сын Неба не был полностью откровенен с тем, кто приютил, оберегал и кормил его все это время. Сердце смертного властелина, прожженное алчным огнем, не ведало истинной благодарности и не знало настоящего смирения. Последний вечер Шу бродил по Саду Пурпурного Соловья не для того, чтобы проститься с гостеприимным миром, но для того, чтобы выкрасть священную жемчужину дракона.
Дождавшись ночи, он тайком пробрался в Запретный Парк и разбил хрустальный купол. Спрятав перламутровую крупицу в широких рукавах, он поспешил к кораблю, дожидавшемуся его на волнах.
Взвился парус, загудели борта и джонку понесла Императора Пяти Священных Гор в небесную даль. Когда зеленеющий остров, засыпанный башенками, крепостями и Хрустальным Дворцом растаял в темноте, Шу вздохнул и вытащил жемчужину из рукава.
Боги Девяти Небес благоволили ему; он не только выжил в шторме в месяц Синего Огня, попал в сказочный край, но и вернется в Шелковый Город с редкой реликвией, о которой простые смертные слышали только в старинных преданиях.
Предки, воспетые в Книге Песен, умрут от зависти, когда песни об их победах потеснятся под напором сказаний о величайшем достижении Императора из Пятой Династии Шу. Он, Сын Неба, владыка страны под Девятью Небесами, принесет в Срединное Царство жемчужину дракона и заслужит бессмертие. Император невольно вспомнил лица мандаринов, военных губернаторов, префектов провинций, Первого Министра и генералов и расхохотался — все они воспоют его в стихах и поэмах; его имя увековечат в Песнях Сорока Княжеств.
Шу спустился в трюм, разжег очаг и подогрел рисовое вино. Потягивая горячий напиток, он любовался блеском жемчужины и слушал мерный шум волн. Джонку плыла без посторонней помощи, и Император догадался, что доски судна были заговорены волшебством.
Неожиданно блеснула молния и джонку содрогнулась. Император поспешно спрятал жемчужину в рукав и бросился на палубу. Занимался весенний шторм: море ходило из силы в силу, небо бурлило громом и молниями. Среди гудящих облаков металась узкая лента золота, оставляя за собой рубиновый след. Небесный Дракон. Император, промокший от дождя и продрогший от ветра, упал на колени и вознес молитву богам Девяти Небес о помощи и заступничестве.
Но было поздно. Ужасное чудовище настигло его.
Два светящихся демонических глаза рухнули из мрака упавшими звездами. Лазуритовая чешуя, покрывающая скользкое, змеиное тело блеснула слепящим пламенем. Тигриные лапы в когтях сломали мачту и сорвали парус. Меж оленьих рогов на сердитой башке затлелся огонь.
Парящий в облаках и рассекающий по волнам обвил дрожащую джонку чешуйчатым телом и стиснул в смертоносных объятиях — одно его движение и корабль рассыплется грудой бесформенный щепок. Загремел леденящий голос (чем-то похожий на голос Лунга, как показалось Сыну Неба) и Шу едва не пустил струю от ужаса.
— Вор! Я приютил тебя! Вылечил и позволил жить в своем доме! Обращался с тобой, как с господином! А ты отплатил мне черной неблагодарностью! Верни жемчужину и понеси наказание!
Дрожащий Шу вытащил жемчужину из рукава и положил на палубу. Подхваченная ветром, она покатилась к корме. Дракон раскрыл зубастую пасть и поглотил ее, точно горошину. Его тело налилось огненным мерцанием, из ноздрей повалил пар.
— Готовься к смерти, Император Срединного Царства!
Шу распластался ниц и взмолился:
— Молю, господин, выслушайте меня.
— Тебя не спасут жалкие оправдания, обманщик!
Император задрожал еще сильнее. Его хлестали дождь и брызги бушующего моря, а ветры и ужасная качка сбивали с колен.
— Я не отказываюсь от вины и признаюсь, что совершил этот грех! Я готов понести кару! Я лишь прошу о последнем желании приговоренного.
— Чего ты хочешь?
— Позвольте мне вернуться в Шелковый Город, чтобы повидать любимую жену-Императрицу, Любимую Наложницу, моих сыновей и дочерей, а потом делайте со мной все, что угодно.
Сверкающий дракон метнулся под сильно качавшийся корабль и исчез в бушующих волнах. Морская пучина закипела ответом:
— Позволяю! Этот корабль доставит тебя к родным берегам. У тебя один день и одна ночь на прощание. На рассвете второго дня ты вернешься на джонку и она принесет тебя обратно в Потаенное Царство. Если вздумаешь меня обмануть, смертный Сын Неба, я обрушу на твое царство ураганы и наводнения, вскипячу реки и озера, сотру в пыль города и села! И лично пожру твоих сыновей и дочерей!
Шу затрясся от ужаса, стиснувшего его тело и дух. Губы с трудом ему повиновались, но он разлепил их и чуть слышно выдохнул:
— Клянусь, господин дракон, на рассвете дня Олова, я вернусь, чтобы умереть.
* * *
Принцесса Лин, взобравшись на террасу Изумрудного Дворца, с печалью наблюдала, как гасли последние звезды. Она помнила — последний день траура по Императору истечет на закате дня Воды, и значит уже завтра — в день Олова — Срединное Царство изменится навсегда.
Наследный принц Ксиу примет корону и взойдет на трон, старшая сестра Дейю отправится на запад, чтобы стать женой Высокого Солнечного принца Энлея и принять титул Императрицы Ци, а ее саму отправят за Стену к дикому и неотесанному варвару по имени Огедей.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Sagat49 об авторе Михаил Баковец
    Спор богов.Неплохо ,очень даже неплохо.Оценка хорошо.

  • Ykirykyk о книге: Ольга Анатольевна Булгакова - Жрица богини Маар
    Ооо, помню начало истории еще на СИ читала. Повествование автор ведет неспешное, но мне нравится. И герои личности, а не безхребетные тряпки.

  • Ykirykyk о книге: Саша Тат - Али
    Стоит сказать, что автор добавила к герою силу альфы, а героиню сделала слабенькой омегой. Вот он рычит и подавляет, а она от страха только рыдает да жалеет себя сиротинушку. Отношения с полным набором синдрома жертвы и насильника, что переросли в любофЬ благодаря какой-то силе пары. Авторское виденье альфа-омеги,- я все понимаю, но... мдя послевкусие.

  • Vikontik о книге: Ксения Фави - Мачеха для дочки снежного короля
    Ну что сказать... Затронута интересная тема - суррогатное материнство. Единственный плюс к книге. Если вначале ещё можно было бы как-то заинтересоваться, то где-то после четверти книги начинается что? Нет-нет, не бразильские страсти, и даже не индийское кино! Начинается детский лепет. Нелогичность поступков, поведения, диалогов. Не понравился ггерой. Ни разу не хоккеист, скорее балерун (по поведению). Мямля!)) Правда, к концу книги ,,возмужал,,. И то хлеб)) Сцены секса не впечатляют, у других авторов описание сего действа поярче будет. ИМХО. Оценила в троечку только за тему.

  • November2019 о книге: Бронислава Антоновна Вонсович - Розы на стене
    Понравилось. У автора хороший слог. Читаю и отдыхаю душой. Такие книги, как лекарство: лечат душу израненную, современным творчеством некоторых молодых писателей. И возвращают любовь к чтению.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.