Библиотека java книг - на главную
Авторов: 48455
Книг: 121050
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Подари мне надежду»

    
размер шрифта:AAA

Подари мне надежду
Лина Манило

1. Аня
Я выключаю воду и выхожу из душевой кабинки, ступая босыми ногами на ледяную плитку пола. Вздрагиваю от контрастных ощущений, но очень быстро привыкаю, хотя в этой квартире мне многое ещё в новинку: слишком мало времени здесь прожила, чтобы чувствовать себя уверенно. Всего пару дней, даже вещи ещё не всё распаковала, и до сих пор боюсь что-то ненароком сломать или испортить.
Даже не замотавшись в полотенце, — а кого, собственно, стесняться, если живёшь один? — выхожу из тесной ванной комнаты, наполненной густым ароматным паром. Я накупалась, точно дельфин-шизофреник, аж раскрасневшую кожу покалывает.
Но сто́ит сделать пару шагов по коридору, как моё внимание привлекает какой-то странный звук, будто бы кто-то ключом в замок попасть пытается. Странно. Замираю, мигом забыв, что сейчас я абсолютно голая, и прислушиваюсь. Нет, показалось. Или всё-таки нет?
Следом раздаётся грохот, словно с той стороны двери что-то падает на пол, а вслед за громким звуком слышатся ругательства, произнесённые вполне себе мужским голосом.
Мамочки! Грабят!
В мыслях бодрыми ланями несутся мысли, одна другой ужаснее. В мозгах — заставка "В мире животных", только это не звери, а буйные фантазии и скорой смерти. Я не паникёр и не истеричка, трясущаяся в паническом припадке по любому поводу, но в такой ситуации грех не испугаться.
Вот сейчас в квартиру ворвутся грабители, меня убьют, изнасилуют, ещё что-нибудь сделают со мной... Или сначала изнасилуют, а потом убьют?! Ой, какая разница-то! Что так, что так — радости мало. Совсем никакой радости, однозначно.
За дверью снова скребутся — наверное, отмычками шурудят, — но в итоге замок клацает. На всё это уходит не больше нескольких секунд, но моё затуманенное паникой сознание уже успело нарисовать хладный девичий труп, который доблестные полицейские по частям находят в разных концах города.
Так, кажется, кто-то явно пересмотрел на ночь кровавых триллеров. А тем временем я вместо того, чтобы позвонить в полицию, торчу посреди коридора голой нимфой. Ну не дура ли?!
Когда дверь распахивается, слышу мужское "Ох ты чёрт!". Это восклицание — обухом по голове, и я, не поворачиваясь, взвизгиваю сиреной, потому что страшно. Настолько, что, кажется, мозг мой отключился окончательно и бесповоротно.
Бегу в комнату, чтобы накинуть домашнее платье и срочно позвонить в полицию. Пусть приедут поскорее и разберутся, что за мужик ни с того ни с сего решил заглянуть на огонёк. Без приглашения. По личной инициативе, и от этого особенно жутко.
Когда я снимала эту квартиру у милой женщины слегка за пятьдесят, она ни о каких внезапных гостях мужского пола не предупреждала. Даже не намекала. Мы заключили договор на год с возможным продлением, я честно отдала деньги, с таким трудом накопленные, и она уехала в далёкие дали выходить замуж. Даже обещала не беспокоить ни словом ни делом, если вовремя буду переводить ей на карту арендную плату.
Наверное, я ни разу в жизни так молниеносно не одевалась: в армии мной бы бесспорно гордились, даже медаль вручили бы.
Так, где телефон?! Куда я его запихнула?! Мамочки!
Ношусь по крошечной комнате, где из мебели лишь древний шкаф и односпальная кровать, как угорелая, боясь, что не успею просигнализировать, а незнакомец всё ближе — острее ощущаю его присутствие, явственнее слышатся шаги по длинному коридору.
Телефон загадочным образом потерялся, и я хватаю высокую табуретку, до этого мирно стоящую у окна, и, выставив ножками впереди себя, закрываюсь ею, точно щитом. Ни от чего это меня не спасёт, но это лучшее, что я могу сейчас придумать. Во всяком случае, если меня начнут убивать, врежу увесистым предметом мебели по башке преступника. Так, может, даже сбежать получится.
Дверь порывисто распахивается, а я визжу, сжимаясь от страха, и впечатываюсь попой в батарею. Трясу этой дурацкой табуреткой, словно для мужчины любых габаритов это сможет стать хоть какой-то преградой, но с ней в руках мне спокойнее.
— Сумасшедшая, что ли? — раздаётся в паузе между моим ором, и я замолкаю на вдохе. — Чего вопишь, нудистка?
Выглядываю из-за сидения, которым закрывала лицо, и вижу стоящего напротив мужчину. Высокий, но не слишком и, кажется, светловолосый, но из-за панического приступа в глазах двоится и плывёт, потому ничего больше рассмотреть не получается. Да и не до красоты его неописуемой мне сейчас, точно не до неё.
— Вы кто? — интересуюсь, но табуретку отпускать не собираюсь. Пусть только хмырь сунется ко мне, врежу, не раздумывая.
— А вы, милая барышня? — вроде как усмехается, но как-то не очень весело.
— Я Аня…
— Аня, значит. Интересно-интересно. — Закусывает нижнюю пухлую губу и рассматривает меня внимательно, даже слегка щурится, словно так лучше видит. Наверное, размышляет, в какой очерёдности будет расправляться со мной: сначала убьёт, а потом изнасилует или всё-таки наоборот. Наоборот, мне кажется, приятнее.
Тьфу, вот же! Триллеры, чтоб их!
Я не знаю, как выглядят маньяки и садисты, но этот, вроде, не очень похож. Симпатичный, вроде, одет хорошо. Зачем я ему?
— Аня, да. Обычное имя, простое. Или не слышали такое ни разу? — несу какую-то чушь, крепче вцепившись в ножки несчастной табуретки.
Была бы она живым существом, от моих усилий из неё бы весь дух вышел.
— Имя слышал, конечно, — хмыкает и складывает руки за спиной, покачиваясь с пятки на носок и обратно. Метроном какой-то, а не мужчина. — О тебе никогда не слышал. Что ты здесь делаешь?
— Живу. Квартиру в смысле снимаю.
А и правда. Разве и так непонятно? Или этот товарищ решил, что я влезла в чужую квартиру, чтобы помыться? А самое главное: кто он вообще такой?!
Но не успеваю задать важный вопрос, как он говорит:
— И долго живёшь?
— Вам-то какое дело? Кто вы такой вообще и почему вломились в чужую квартиру?
Он хмыкает и улыбается, и это почему-то заставляет чувствовать себя неловко.
— Никуда я не вламывался. Открыл своим ключом дверь вообще-то, — произносит низким голосом. Такой тембр принято называть сексуальным, и что-то мне подсказывает, что его обладатель вовсю пользуется этим преимуществом перед другими мужчинами. — Это разве похоже на взлом? Да и квартира мне вроде как не чужая.
Ничего не понимаю.
— Но я… меня не предупреждали ни о каких гостях!
— Бывает, — пожимает плечами, а наглая улыбка точно приклеилась к его лицу. — В общем, мы теперь, вроде как, соседи. Так что… будем вместе жить. Я, надеюсь, ты этому рада.
2. Аня
В каком это смысле сосед? Что значит: вместе жить?! Ничего подобного в договоре не указывалось, а очень даже наоборот: квартирная хозяйка клятвенно заверяла меня, что ни одна живая душа не побеспокоит, и я смогу жить спокойно. Этими гарантиями в том числе мне и понравилась эта квартира, а теперь всё рушится со скоростью света. Гадство! Потому что вряд ли проживание на одной территории с посторонним мужиком хоть каким-то образом входит в понятие “спокойно”.
Неужели я озвучила мысли вслух? Или лицо моё настолько красноречиво в этот момент, что мой внезапный сосед снова растягивает губы в ленивой усмешке, от которой меня уже порядком подташнивает, и интересуется:
— Чему так удивляешься?
Он серьёзно?! Вот действительно сейчас стоит напротив, скалит зубы, точно ему бока ласково щекочут, и не понимает, что меня удивляет? Да нет, вроде бы, на идиота не похож...
— А что, не должна? Совсем ни капельки?
Мой встречный вопрос он оставляет без внимания и продолжает как ни в чём не бывало:
— Комната моей матушки свободна, — и как у него щёки ещё не треснули от улыбок этих? — И я имею полное право в ней жить столько, сколько пожелаю. Так что смирись, нудистка, и получай удовольствие.
Вот ещё новости. Матушка, значит. Однако...
— То есть вы сын Ольги Ивановны?
Он кивает, а меня мучает желание ударить его как-нибудь особенно больно, чтобы перестал так провокационно улыбаться. Не хватало ещё краснеть начать, чтобы он возомнил о себе невесть что.
И вообще, что мне с этим всем прикажете делать? Комната хозяйки и правда, заперта на замкок, точно покои Синей Бороды. В этой связи и плата за квартиру оказалась довольно скромной, потому что, по сути, я арендную не полный метраж, хоть и в центре города. И до этой секунды меня всё очень даже устраивало! Как оказалось, я радовалась зря.
— А если я против? — предпринимаю очень слабую и весьма жалкую попытку изменить ситуацию, хотя буквально все органы чувств “вопят”, что изменить у меня уже ничего не получится.
Остаётся лишь тихо-мирно съехать отсюда, но проблема в том, что жить-то мне больше негде и не на что. Я и так все свои сбережения Ольге Ивановне отдала.
И вообще, если кто-то думает, что Аня Сомова так просто сдаётся и бежит с поля боя, так у меня для этого человека очень плохие новости.
— Думаешь, мне самому улыбается перспектива делить квартиру с незнакомой девушкой? — отвлекает меня от размышлений, и с этими словами рушится моя надежда, что он здесь ненадолго. Даже, кажется, слышу оглушительный треск разбитых на части иллюзий. — Но выбора-то у нас с тобой нет, понимаешь? Потому придётся потерпеть друг друга. Как тебе идея?
— Отвратительная.
И я на самом деле так думаю.
— Не бросай слова на ветер, нудистка, — тихо смеётся, а я чувствую, что начинаю закипать от злости. Он меня так, что ли, всё время называть собирается? У меня вообще-то имя есть, и я его назвала даже. Только этот хлыщ, похоже, запоминать его не собирается. — Не говори того, о чём потом жалеть придётся.
Хамло какое, посмотрите на него.
— Не придётся, — припечатываю и даже фыркаю от возмущения, чем вызываю новую улыбку, что медленно и лениво расцветает на лице соседа, чтоб ему хорошо жилось.
А ещё у него на физиономии отражается уверенность в каждом своём слове и действии, и я понимаю, что спорить с ним бесполезно. Только меня до сих пор не отпускает мысль, что это всё — чушь какая-то, глупый сон, от которого я вот-вот избавлюсь, стоит только очень сильно захотеть.
Бывают же такие сны, которые при всей своей абсурдности кажутся очень реальными. Вот и это, наверняка, один из таких. Наступит утро, я открою глаза и всё будет нормально. Правда же? Не может судьба так издеваться надо мной.
Только фигушки мне, а не счастливое пробуждение.
— Мне нужно позвонить! — заявляю, хоть время уже позднее, и квартирная хозяйка вполне может спать сном младенца, утомившись от предсвадебной суеты. Но дело не терпит отлагательств, я не собираюсь оставаться на ночь рядом с незнакомым мужчиной, поверив ему на слово. Вдруг он мошенник? Или того хуже. — Срочно!
— Мне-то какое дело? — пожимает плечами и делает шаг к выходу, но вдруг останавливается и говорит, а голос отчего-то практически вибрирует: — Только стульчик на место поставь, а то неудобно будет… звонить.
И, громко рассмеявшись, выходит в коридор размеренной походкой хозяина положения, а я зубами готова скрипеть, перемалывая эмаль в труху, до того вся эта ситуация кажется идиотской. Ну почему именно я должна была вляпаться в подобную кучку неприятностей? Почему я не осталась жить в общежитии?
Права была Лена — моя лучшая подруга, советуя не расслабляться. Почему-то она была уверена, что с этой квартирой что-то точно не в порядке. Мол, не может так дёшево стоить жильё в центре, и даже советовала привести священника или экзорциста, чтобы проверить жилплощадь на предмет полтергейста и освятить здесь каждый угол. Суеверная дурёха моя Ленка, хоть по ней сразу и не скажешь, и я смеялась над этими идиотскими идеями, но сейчас мне как-то не до веселья, если честно. Хотя экстренный вызов братьев Винчестеров с мешком соли наперевес неожиданно не кажется такой уж несусветной чушью.
Выглядываю осторожно в коридор и замечаю своего незапланированного соседа, ковыряющего ключом замок на двери второй комнаты. В ногах его стоит большой чёрный чемодан на колёсиках и, судя по тому как легко преграда поддаётся, всё-таки не мошенник.
Или, может быть, ключи он эти спёр, и сейчас с умным видом изображает из себя важную утку?
Вдруг он резко поворачивается в мою сторону, а я чудом успеваю отпрыгнуть назад и прячусь — меньше всего мне сейчас хочется, чтобы он заметил меня. Но, похоже, моя реакция не так хороша, как я думала, потому что из-за двери слышится хриплый смех — заметил, гад. Весельчак, блин! И, главное, позитивный такой, прямо не к добру это всё.
Когда всё-таки дверь второй комнаты захлопывается с громким стуком, перевожу дыхание и выхожу в коридор. Почти как спецагент — Джеймс Бонд в юбке на важном задании. Где-то в кухне лежит мой телефон, а мне действительно нужно позвонить хозяйке, пока время к полуночи не приблизилось. Тогда будет совсем неудобно будить Ольгу Ивановну. Хотя, скажите пожалуйста, почему я должна волноваться о покое человека, который не удосужился поставить меня в известность о том, что я буду жить здесь вместе с её сынком?
Меня трясёт нервная дрожь, и я всё время пролистываю список контактов, тороплюсь, не с первого раза найдя нужный. Пальцы непослушные, хоть я и пытаюсь всеми силами успокоиться.
— Анечка? — раздаётся в трубке после восьмого гудка, когда я уже и не надеялась на ответ. — Что-то случилось, деточка?
Хорошая женщина и всегда такая приветливая, сердечная, но сейчас я слишком зла, чтобы радоваться хорошему к себе отношению.
— Ольга Ивановна, почему вы не сообщили, что ваш сын будет со мной жить?
Фраза кажется двусмысленной, но я не задумываюсь об этом. Как и том, что вначале нужно бы поздороваться, узнать о делах и самочувствии, но о таких мелочах, как правила хорошего тона и элементарная вежливость вспомню, когда получу ответы на свои вопросы.
— Анечка, прости, я не успела тебя предупредить. Столько дел разом навалилось, столько дел, — горестно вздыхает, а я вторю ей, но с большой долей отчаяния. — Прости меня, деточка.
И на какое место мне это “прости” нацепить предлагают?
— И что мне делать? — прерываю бурный поток извинений, пока не потеряла бдительность и не утонула в нём, расслабившись. — Вы же знаете, что у меня пока нет других вариантов. И денег нет, я же все вам отдала. За три месяца вперёд отдала!
Я готова расплакаться, но вовремя останавливаю себя. Не хватало ещё, чтобы её сынок застукал меня с красным носом и пузырящимися под ним соплями. Нет уж, не дождётся.
— Анечка, я приеду через месяц, раньше не смогу, тогда всё обсудим. Мы что-нибудь обязательно придумаем. Потерпи, договорились? — щебечет Ольга Ивановна. — А пока поговорю с Владом, не переживай. Он хороший мальчик, просто у него сейчас проблемы… всё будет хорошо! Он, правда, очень хороший, хоть и бывает невыносимым. Потерпи, деточка.
И связь обрывается. Снова пытаюсь набрать заветный, но в ответ механический голос сообщает, что баланс на моём счету не позволяет совершать исходящие вызовы. Вот же пропасть! Одно к одному.
— Ну что, убедилась, что я не хрен с бугра? — Снова хриплый смех, и я подпрыгиваю от неожиданности. Вот же…
Разворачиваюсь и встречаюсь с внимательным взглядом зелёных глаз. Сейчас, когда я немного успокоилась, уже не двоится и не плывёт окружающий мир, потому могу рассмотреть Влада во всей, так сказать, красе. Чуть выше метра восьмидесяти, наверное, чёрная футболка с длинными рукавами плотно обтягивает широкие плечи, ноги в тёмных джинсах длинные и сильные — наверняка в детстве плаванием занимался. Светлые волосы небрежно торчат, словно Влад зарывался в них пятернёй и ерошил в отчаянии. Как бы он меня не раздражал своим присутствием, зрение-то моё ещё не атрофировалось. Симпатичный, да. Очень даже, и от этого легче не становится, ну вот ни капельки. Был бы он невысоким пузатым дядькой с глубокими залысинами было бы всё-таки проще, мне кажется.
Задрав повыше подбородок, чтобы скрыть непонятное смущение, иду — нет, плыву — к выходу из кухни. Шаг, второй, стараясь не смотреть на Влада, а он буквально дыру во мне взглядом прожигает. Ну за что мне это вообще?!
Вопреки ожиданиям, Влад никак не препятствует моему побегу, даже ни единого смешка не доносится, лишь тишина. Он молчит, а я думаю, что впереди меня ждёт самый тяжёлый месяц в жизни.
3. Влад
Когда нудистка скрывается в своей комнате, ещё и дверью напоследок громко хлопает, я закрываю глаза и опираюсь лбом о прохладный дверной косяк, но это ни черта не помогает, хоть башкой в ведро со льдом нырну  — один хрен. Какого чёрта в моей жизни вообще происходит?
Девчонка оказалась забавной, и это даже немного отвлекло от тревожных мыслей и помогло поумерить яростный пыл, но никаких проблем не решило. Разве что добавило, потому что, помимо прочего, она ещё и красивой оказалась, а этот факт точно не в мою пользу, потому что вид её голой задницы теперь, кажется, решил прочно поселиться в моём воображении, подбрасывая дрова в костёр.
Когда я ехал пару часов назад в квартиру матери, у меня было лишь одно желание: что-нибудь разбить. С желанием кого-нибудь убить я, слава богу, справился до этого. Но, открыв дверь и увидев в коридоре обнажённую девушку, чуть не подавился. Показалось, что сплю или окончательно мозгами тронулся.
Какого чёрта она вообще здесь делает?!
Когда позвонил матери и сообщил, что остановлюсь в её квартире на пару дней — перекантуюсь, по сути, пока не найду себе новую квартиру, в которой не будет и духа блядовитой бывшей, — мама о чём-то, вроде как, хотела предупредить, только я был не в том состоянии, чтобы слушать. Просто рявкнул в трубку, что еду в отчий дом и отсоединился. А потом упорно игнорировал настойчивые трели мобильного, пока гнал на предельной скорости по вечернему городу, а в глазах всё плыло от ярости.
Оказалось, зря я не выслушал мать, потому что тогда смог либо подготовиться к такому сюрпризу, либо вообще не стал бы ехать сюда. В гостиницу лучше бы, чем провоцировать себя на поступки, о которых после придётся жалеть. Но практика показала, что я долбень, который сначала делает, а потом расхлёбывает последствия поступков.
И вот, увидев голую девушку в пяти шагах от двери, только чертыхнуться и получилось, словно я женских задниц никогда не видел. Даже померещилось на секунду, что квартирой ошибся. Мало ли? Может, вообще дом или город перепутал, как в старом добром фильме.
Девица, конечно же, испугалась, завизжала, точно пойманная в силки краснокнижная выпь, — я чуть не оглох в расцвете лет. И откуда у баб эта способность визжать на одной бесконечной ноте? Хотя я её, конечно, понимаю — я то ещё… сокровище.
Однако эта девчонка с полыхающим яростью взором и гордо вздёрнутым подбородком расшевелила что-то внутри — как-то резко и неожиданно. И дело совсем не в её голой заднице или ещё чём-то, а в том, что она другая. И лучше бы дело было в заднице, честно слово.
Но всё это нахрен не нужная лирика. Для начала нужно хотя бы выспаться. Или напиться. Или напиться, а потом выспаться. Господи, сколько прекрасных вариантов проведения досуга — один лучше другого, прямо даже не знаю, что выбрать.
Чёрт, грёбаная срань.
Слышала бы меня сейчас матушка, точно язык вырвала за такие слова, но хорошо, что её сейчас рядом нет. Так проще, так намного легче.
Воспоминания накрывают с головой, и я шиплю от боли, впечатав кулак в дверной косяк. Легче не становится, но внимание отвлекает.
Оглядываюсь по сторонам, пытаясь собрать мысли в кучку, и такая тоска берёт: я всю жизнь рвался к самостоятельности, мечтал чего-нибудь добиться, прыгнуть выше головы, а сейчас мне тридцать два и я коротаю летний вечер в маминой квартире. Отличный результат, ничего не скажешь. Докатился, блядь. Молодец, Киреев, красавчик.
Я будто вернулся на начальную точку извечного жизненного круга, но получил ли шанс что-то изменить и исправить? Не факт, совсем не факт.
Где-то, совсем рядом, шуршит Аннушка, и я борюсь с искушением зайти к ней в комнату и нарушить покой. Так и представляю огромные испуганные глаза, когда возникну на её пороге. Соблазн велик, но мне не пятнадцать, чтобы вламываться к симпатичным девушкам поздним вечером.
А она и правда, красотка, но это не моего ума дело. Девочка молодая совсем, а я полный придурок, у которого дыра в сердце — ноющая, кровоточащая.
Иду в комнату, где на полу кинул свой чемодан, беру с тумбочки ключи, помятую пачку сигарет и иду к выходу. Нужно развеяться, потому что сидеть сегодня в четырёх стенах и тупо пялиться в одну точку нет никакого желания. Мне душно, паршиво и срочно нужно выйти на воздух, а иначе сотворю какую-нибудь дичь, о которой буду жалеть. Нет-нет, на воздух и точка. А то, неровен час, действительно ломанусь к нудистке, а это совсем никуда не годится.
Интересно, она там чем занимается? Блядь, Киреев, тебе сколько лет? Двенадцать? Придурок долбанный.
Но уже дойдя до двери, слышу какой-то шорох и приглушённое шипение. Чёртово любопытство меня когда-нибудь погубит, но ничего не могу с собой поделать — иду на звук. Всё-таки в том, чтобы жить под одной крышей с этой девчонкой есть нечто волнительное.
И да, оставим пока в тайне, что при желании я могу хоть сейчас отправиться в гостиницу или к приятелю на время — и это будет очень правильно, потому что никто мне права не давал смущать девочку и отравлять ей жизнь своим присутствием. Но, вот чёрт, увидел эти огромные глазищи и решил остаться.
Хрен его знает, зачем. Потому что я придурочный мазохист и извращенец, наматывающий с каким-то странным удовольствием свои нервы на кулак.
Уже почти решился распахнуть дверь и войти в комнату, но что-то остановило. Не знаю… наверное, всё-таки осознание, что пугать девушку пуще прежнего — не лучший способ скрасить досуг. Не до того мне сейчас, совсем не до того.
Так и не воплотив в жизнь задуманное, стремительно выхожу из квартиры, улыбаясь про себя. Уверен, она услышала мои шаги, потому что притихла, стоило мне подойти к двери. Сейчас, наверное, сидит там, на кровати своей, и боится, что я могу вломиться к ней в любую секунду. Интересно, снова табуреткой этой чёртовой принялась бы размахивать или на этот раз обошлась чем-нибудь другим?
Телефон звенит в кармане, когда я, перепрыгивая через три ступени разом, спускаюсь по лестнице. В этом доме нет лифта, потому на третий — последний — этаж приходится добираться пешком. Но это и неплохо, потому что разогнать кровь, пусть и таким нехитрым способом, крайне полезно.
— Да, мама, — отвечаю, не глядя на имя абонента, потому что понимаю, чувствую, кто именно решил потревожить мой покой.
— Владик, мы же не станем ругаться? — спрашивает, а в голосе тревога.
Моя мама ещё помнит времена, когда от её непутёвого сыночка были одни проблемы. И пусть много воды утекло, но страхи никуда не делись.
— Я, лично, ругаться не планировал. — Толкаю подъездную дверь, покрытую бордовой, кое-где облупившейся, краской и выхожу в прохладу летнего вечера. — А что, есть ко мне претензии?
— Влад, не пугай девочку, — вздыхает в трубку мама, а я прикусываю щёку изнутри, чтобы не рассмеяться в голос. А мама между тем продолжает: — Она хорошая, молоденькая ещё совсем. Не пугай. Я понимаю, у тебя тяжёлый период, я всё понимаю, но нельзя же так.
— Как именно нельзя? — делаю вид, что не понимаю, к чему она клонит.
Прикидываться идиотом иногда очень забавно.
— Жить тебе с ней нельзя! — восклицает. — Ты взрослый мужчина, а она девчонка совсем. Разве это годится? Я же тебя не так воспитывала… Да и непорядочно это!
— Ма, ну ты же помнишь, что я у тебя хороший мальчик? Неужели забыла?
— Ага, хороший, — бурчит, но я слишком хорошо знаю свою маму, чтобы, даже не видя её лица сейчас, понимать, что она улыбается. Но вдруг всё хорошее как ветром сдувает, когда мама добавляет: — Мне Алиса звонила.
Что этой дряни нужно-то от матери? Истеричка.
— Какой резкий поворот в беседе, — замечаю, ощущая, как стремительно портится моё настроение и без того испорченное до предела.
Поддерваю носком мягких летних мокасин камушек, и он отлетает на добрый десяток метров и тормозит о бордюр. Следом летит ещё парочка, пока я не чувствую, что немного успокоился.
— Что поделать, если твоя жена — настойчивая женщина, — заявляет мама, а в голосе неприязнь плещется. Мама никогда не любила Алису и, как показала практика, была права.
— Она мне больше не жена, — отрезаю, а мама хмыкает в трубку. — И да, я ничего не хочу о ней слышать. Ни от тебя, ни от кого бы то ни было другого. Всё ясно?
Мама знает, что я не шучу, но всё-таки пытается что-то вставить:
— Но…
— Мама, никаких но! — повышаю голос чуть больше, чем следовало, и слышу в ответ обиженное сопение. Но сейчас мне ни до чьих чувств. — Если ещё раз позвонит, скажи, что я умер.
— Язык бы тебе вырвать, Владислав Павлович!
— Обойдёмся без насилия, — усмехаюсь в трубку, а мама молчит, раздражённо пыхтя. — Ладно, я пойду, у меня дела.
— Хорошо, — соглашается, но в последнюю секунду спохватывается и спрашивает: — Влад, так мы договорились? Насчёт Ани.
— Я клянусь её не обижать и не пугать.
— Съедешь? Обещай, что сегодня же и съедешь из квартиры!
— Всё, мамуля, я побежал!
— Влад! — настаивает мама, но я причмокиваю, изображая подобие поцелуя и отключаю телефон. Полностью. Чтобы никто не решил меня донимать сегодня.
Я знаю, что у мамы очень счастливый период: со своим будущим супругом они ещё примерно месяц будут колесить по стране, напитываясь впечатлениями. И это даже хорошо, потому что даёт мне возможность навести в своей жизни хотя бы элементарный порядок. Пусть прошлое склеить не получится, но, возможно, выйдет примириться с тем, во что превратился мой мир в одно мгновение.
Алиса…
При мысли, что она пыталась связаться со мной через мать сводит зубы. Знает же, что запретил, понимает, что ушёл и за всё золото мира не вернусь. Должна понимать, но моя жена всегда была настойчивой. Вот и сейчас мгновенно начала действовать, стоо́ило мне выйти за порог и громко хлопнуть дверью. Сука.
Пока размышляю и злюсь, ноги сами несут меня в сторону ночного клуба, где под грохот музыки, в окружении гибких и стройных тел забуду хоть на мгновение всё, что случилось за последние дни.
Особенно важный пункт моего плана: сделать всё, чтобы выкинуть из головы мысли о нудистке.
4. Влад
Открываю тяжёлую обитую железом дверь и попадаю в царство полумрака и зажигательной музыки. Я давно уже не плясун, но любоваться красивыми девушками мне, само собой, нравится. Чем нажираться в одиночестве, лучше найти кого-нибудь, кто скрасит вечер и согреет ночью постель. Если моя уже бывшая, надеюсь, жена уверена, что я проклятый кобелина, то нужно ведь соответствовать этому гордому званию. Правильно? Если в тебя упорно тычут пальцем и орут: “Караул, грабят”, то рано или поздно что-нибудь да сопрёшь. Ибо заебёшься оправдываться.
Так что сегодня я намерен разыграть эту партию порока и разврата на полную катушку. Так сказать, пока дым из трусов не повалит. Во всяком случае, может быть, так полегчает? Перестану вдруг чувствовать себя куском выблеваного мякиша.
А ещё мешает расслабиться то, что мне жуть как хочется вернуться в квартиру и узнать, такая ли чистая и невинная девочка Аня, как мне показалось на первый взгляд.
Пиздец, кажется, со мной что-то явно не то. Точно бесы какие-то внутри пляшут, доводят до греха. Руки прочь, Киреев, от нудистки! Точно не для тебя, такого придурка, её родители розочку растили. Но, мать его, не могу перестать думать о ней.
Мне вообще-то жена изменила, а я думаю о девушке, которую видел лишь раз. Это чертовски злит, выводит из себя, потому что я с одним дерьмом не разгрёбся, а упорно несусь на полной скорости к огромной куче неприятностей в лице Аннушки. Ну не долбень ли? Точно, он самый.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • star72 о книге: Елена Звездная - P.S. Норт+Риа
    annettka, это не фанфик, а небольшой рассказ о событиях, которым не нашлось места в написанных книгах. Автор любит пописывать такие мини рассказы типа "в подарок тому-то, к Новому году и тд".

  • annettka о книге: Елена Звездная - P.S. Норт+Риа
    А это не фанфик?


  • Юнона о книге: Анна Муссен - Ведьма с украденным именем
    Ни на что не похожий авторский мир ведьм и магов. История ГГев поначалу была несколько запутанной, но затем было просто не оторваться! Здесь и психологизм, и даже триллер. Это не ЛФР, но хорошее фэнтези, где тонкими штрихами вписана интринующая ЛЛ. Хотелось бы увидеть продолжение истории, т.к. не все сюжетные ходы были раскрыты: о чем был договор между ГГней и ее фамильярами, чего пытался добиться Тмин, автор в конце как будто намекнула на оправдание его поступка. Почему ГГня в новом воплощении не вспомнила старых друзей, только свое имя? Хочется узнать, как все сложится дальше.

  • Alena741 о книге: Галина Дмитриевна Гончарова - Маруся. Попасть не напасть
    Очень интересно.

  • Библиофил об авторе Андрей Поздеев
    Скажу честно, меня эта книга порадовала, как оригинальностью сюжета, так и авторским стилем написания текста. Читается легко, стройное изложение мысли, глубокое знание описываемых исторических событий. Особенно хочется отметить образы главных героев, как в первой, так и во второй книге. Бесспорно, автору удалось создать образ новых героев нашего времени. Они не оторваны от реальной жизни, они представлены перед нами воплоти, каждый со своими достоинствами и недостатками. А это, поверьте мне, многого стоит. В общем, рекомендую Операцию «Артефакт» к прочтению как старшему так и младшему поколению.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.