Библиотека java книг - на главную
Авторов: 48455
Книг: 121050
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Двуликие. Ведьмино пламя»

    
размер шрифта:AAA

Пролог

…В студёном воздухе пахло рекой. Жареной рыбой, завёрнутой в напитанную свинцом газету. Вязкий, как гороховый суп, туман стелился по набережной и с деликатностью опытного карманника обшаривал прохожих. Резво стучали красные каблуки, неспешно ударяли мостовую тросточки из слоновой кости. Над шляпами жеманных красавиц бешено качались страусиные перья — возмущённые так же, как их хозяйки. А пижоны в отпаренных утюгом цилиндрах подносили к личикам своих дам надушенные по-модному платки: не стоит им вдыхать плебейский, прилетевший с той стороны запах…
Громыхали конки и кэбы, от мюзик-холла доносился визгливый смех. В окнах непрестанно шевелились портьеры: костлявые руки выставляли на обозрение матово-белые, таинственно мерцающие шары — и любители спиритических сеансов летели на их свечение, словно безмозглые бабочки. Странные, бледные личности ныряли в лавки экзотических товаров, чтобы вынести оттуда баночку Срединновековой краски, древесную лягушку, застывшую в янтаре, который при свете луны и газовых фонарей…
Стоп.
Больше не газовых.
Дориан остановился и окинул взглядом возникший на пути фонарь. Он горел блёклым, затухающим светом и, судя по всему, готовился с минуты на минуту отдать душу богу электричества.
Но вдруг фонарь поднапрягся. Мигнул. И стал гореть сильно и ярко.
Дориан усмехнулся. Подмигнул фонарю и продолжил путь.
Слабая тень побитой шавкой волочилась у его ног. Пульс, что мгновение назад затухал, точно фонарь, опять бился в запястьях.
Дориан шёл по городу, полной грудью вдыхая сентябрьский воздух. И всё думал. Думал…
Этот город.
Он помнил ромманов, одетых в пурпур и металл, и галеры, гружённые вином и оливковым маслом. Помнил франтов и мотов, извозчиков с красными, обветренными лицами и сорванными голосами… Заливных угрей и пироги с патокой, обязательный ростбиф на каждый воскресный ужин…
А ещё: забастовки и демонстрации, потогонные фабрики и конных полицейских с клинками, вложенными в трости. Окна, забитые мешками с песком, и расколотые надвое дома, налёты цеппелинов и пронзительный вой сирен воздушной тревоги…
Да. Город выиграл многие битвы за Альбию.
Но проиграл всего один бой за него.
Дориан мрачно улыбнулся, провёл рукой по жёстким, свинцово-чёрным волосам.
А ведь город помнил его ещё растрёпанным, востроглазым мальчишкой. Настоящей грозой голубей…
Он замедлил шаг, вынул из кармана тканевый мешочек, набитый сушёным горохом. Взвесил в руке. Потом — вытащил часы-брегет и, откинув крышку, вгляделся в лунно-белый циферблат.
Превосходно. Он всё успеет. И на Обелиск, и на Гибралтарскую площадь. Просто покормить голубей. Просто попрощаться.
Он шёл сквозь ночь, и холодный ветер приятно обдувал его лицо. Когда-то, в далёком одна тысяча шестьсот шестьдесят шестом, этот ветер, воздух, в секунду сжигал лёгкие. От земли исходил такой жар, что дымились подошвы, лопались кожа и глаза…
В память о чудовищном Пожаре и поставили Обелиск, с высоты которого можно было и теперь, в двухтысячном году, обозреть весь Линдо.
Шаги непроизвольно ускорились.
Триста сорок пять ступенек чёрного мрамора. Он преодолеет их в четыре прыжка. Взберётся на самый верх, где темнеет железная сетка. И в последний раз вобьёт в память панораму когда-то любимого города. А потом…
Звездой лежать на белом, точно молотая кость, песке. Дремать под уютный рокот волн, что накатывают на берег. Потягивать через соломинку кровь знаменитой Мэри… И ждать, пока солнце, наконец, выжжет из него все эти ливни и туманы.
Он променяет Печальный Остров на Счастливый Континент. Без труда найдёт уголок, свободный от аборигенов и туристов — кенгуру и коалы не в счёт. Пальмы сменят фонари.
Это будет славное одиночество. Такое заслуженное, такое выстраданное, и…
Тот, кто однажды сыграл в ящик, больше не пугается внезапных шагов за спиной.
Однако Дориан заставил себя вздрогнуть и запоздало обернуться.
Позади него, поигрывая ножом в руке, ухмылялся рыжеволосый детина.
— Здоро́во, Джек.
Ох уж эта альбийская привычка обзывать незнакомца «Джеком»…
— Прошу прощения? — вскинул бровь Дориан.
Глаза рыжего нехорошо блеснули.
— Потроши карманы, Джек! Или я буду потрошить тебя, — зловеще пригрозил он.
— Нет-нет-нет! Я всё отдам!
Рыжеволосый не отличался сообразительностью. Покладистость «жертвы» быстро расслабила его. Он убрал нож и начал разглядывать передаваемые ему ценности: серебряный брегет с печальным солнцем на крышке, толстенькую пачку цветных банкнот и металлический кошелёк, в котором лежали плотно притиснутые друг к другу монеты.
— Неужто соверены? — прищурился вор и гоготнул, поверив своей удаче. — Они! Точно они!
— Дедушкин запас… Фамильная драгоценность… — печально вздохнул Дориан. — Быть может, вы оставите мне хотя бы…
— И не мечтай! — сразу рявкнул рыжий, агрессивно шагая к нему. Внезапно протянул руку и по-хозяйски взялся за воротник его пальто. Пробуя ткань, пропустил между большим и указательным пальцами.
— Классное пальтишко… И как раз мой размерчик… — облизываясь, приговаривал рыжий. — Э, а тут у нас чего?
Рука скользнула к нагрудному карману рубашки, что виднелся в расстёгнутом пальто. Ухватила кончик сероватой бумаги… И вытащила билет на пароход.
Рыжий разглядывал находку, и губы его мало-помалу растягивались в злобной ухмылке. Он поднял взгляд.
— Остралия, значит?
— Прошу вас отдать…
— Удрать захотел? Кинуть старушку Альбию?
— Кажется, это лишь моё…
— Никуда не удерёшь. Тут околеешь!
Вор скомкал билетик и, размахнувшись, кинул его за парапет — прямо в чёрную, как нефть, воду.
Но…
Неуловимое движение воздуха — и Дориан аккуратно уложил разглаженный билет обратно в карман.
У вора отвисла челюсть.
— Чего… Да как…
— Легко и просто, приятель.
— Фокусник чёртов, да я тебя… — выхватив нож, рыжеволосый двинулся на Дориана…
…И тот улыбнулся, впервые показав зубы.
Парень резко шарахнулся назад. Потом — неуверенно засмеялся.
— Ну ты придурок… Ночь Всех Святых ещё через…
— Уверяю тебя, они не пластмассовые, — шире прежнего улыбнулся Дориан. В свете фонарей в улыбке блестели острые, собачьи клыки.
Вор отчаянно замотал головой.
— Нет, это не кошмар, — спокойным, будничным тоном сказал Дориан, прочитав полные страха мысли. Тень его быстро съёживалась, пропадала. Пульс затухал, бился всё медленней, будто кулак умирающего в запертую дверь.
Дориан шагнул вперёд — абсолютно бесшумно. С лица рыжего вора схлынула последняя краска, только веснушки остались на мясистом носу. Вор завопил раненым кабаном — и кинулся в атаку.
Поворот, неуловимо быстрый рывок…
Жалобно звякнув, лезвие отломилось у основания и полетело на землю. Хрустнула кость. Следом раздался истошный, почти женский вопль.
— Не дёргайся. Всё моё добро растеряешь, — Дориан выкрутил запястье вора ещё сильнее, поудобнее перехватил его — и потащил в тёмный переулок.
***
Под ногами хрустели мышиные скелетики, мерзко чавкала пахучая грязь. Мимо, оглушительно вопя, то и дело пробегали облезлые кошки. Найдя подходящее местечко, Дориан кинул дрожащего парня меж двух мусорных контейнеров и присел рядом.
— А теперь — немного воспитательной работы, — дружелюбно улыбнулся он, устремив на жертву немигающий взгляд. — Как же тебя угораздило, а? Напасть на джентльмена, обокрасть…
— Возьми! Возьми всё обратно!.. — прохрипел незадачливый вор, лихорадочно опустошая карманы. — Вот! Я больше не буду! Это был первый…
— Первый раз? Неужели? — перебив, насмешливо прищурился Дориан и чуть подался к нему. У парня вмиг затряслись губы. — А та старушка на Фортобелло? Она была похожа на королеву-мать! И как у тебя хватило совести?
В горле у парня что-то пискнуло. Дориан зло и весело оскалился, склонил голову на бок. Перед внутренним взором зажглась новая картина: юный очкарик с разбитыми в кровь губами, крошево зубов на мостовой…
— А тот модник с Варнабе-стрит? Которому ты живописно расквасил физиономию? Ты выпотрошил его до последнего пенни!
— Я всё тебе отдам! Всё-всё!.. — немедля заголосил парень и начал метать из карманов награбленное. — Забирай и отва…
— Мне это не нужно, — презрительно перебил его Дориан. И протянул руку, отчего парень задохнулся и попытался отползти подальше. — Всё… что мне нужно… — медленно проговорил Дориан, — …это глоток старого… доброго… альбийского… гемоглобина.
Холодный палец безошибочно ткнул вену, что билась на шее. Парень побледнел до зелени; на джинсах стало расползаться постыдное пятно. Запахло переработанным пивом.
…А ведь и такое отребье дома кто-то ждёт, с неожиданной досадой подумал Дориан. Какая-нибудь несмышлёная дурочка волнуется за него, греет ему постель… Нянчит пискливую малышню…
У него самого давным-давно не осталось любимых.
— В паре кварталов отсюда плутает девчонка! — внезапно проорал вор, грубо прервав его размышления.
Что-то врезалось в плечо, хлестнули длинные волосы. Вспыхнуло и пропало искажённое паникой лицо.
— Я покажу! Возьми себе её! Её, не меня!..
— Так-так… Надеешься на смену блюд? Не выйдет, приятель, — усмехнулся Дориан, легонько щёлкнув пальцем дрожащий кадык парня.
Мысленный образ мигом потонул в красной вспышке страха.
— Пожалуй, хватит разговоров. Дай-ка я тебя уку…
— Мя-а-а-а!.. — сбоку с противным воплем метнулся кот.
Дориан невольно проводил его взглядом, а когда вновь посмотрел на жертву, увесистая деревяшка с кривым гвоздём уже летела прямиком ему в лицо.
Он увернулся и отскочил. Жертва, которой захотелось жить, заорала не хуже кота и напала снова. Импровизированная дубинка проехала на волосок от головы, но…
Пальцы правой руки, мелькнув в воздухе, переломили крепкое дерево, словно птичью косточку. Левая рука, сжатая в увесистый кулак, ударила щетинистый подбородок.
Вор, отправленный в великолепный нокаут, врезался в контейнер, обдав пальто Дориана дождём картофельных очистков. Дёрнулся всей тушей — и наконец успокоился на холмике из отбросов.
— Какие мы нервные. И пошутить уж нельзя, — укоризненно цокнул языком Дориан.
Он подошёл ближе, задумчиво наклонился, разглядывая обмякшего вора, его открытую шею. Вена трепыхалась на ней подыхающим червяком. Притягательная. Чёткая…
Дориан выпрямился. Лизнул разбитые костяшки — и тут же сплюнул: не время для крови. Совсем скоро наступит рассвет.
Дориан отряхнул пальто, переступил через бесчувственное тело и пошёл к выходу из переулка.
…Обелиск уже высился вдалеке. Пульс победным маршем стучал в висках и запястьях, а улыбка удовлетворения растягивала губы.
Предвкушая последний рывок, Дориан насвистывал «Боже, храни Королеву!» и представлял себе пальмы, когда воздух резанул крик. Тонкий, отчаянный.
Дориан остановился.
Словно удар в плечо. Кто-то врезался в него и отскочил в темноту, хлестнув напоследок волосами.
«В паре кварталов отсюда плутает девчонка!..»
Ну, плутает. Ему-то какая разница? — передёрнул плечами Дориан, продолжая путь.
Новый крик.
Остановка и растущее раздражение.
Кричит. Да подумаешь! Может, крысу увидела. Может, на кого наткнулась. Если на того, о ком он подумал — скоро перестанет кричать…
Рука машинально скользнула в карман. Вытащила отцовские часы.
Солнце на крышке смотрело уже не печально. Сурово.
…Девчонка определённо была везучей. С размаху влететь в самый густонаселённый вампирами район, да наверняка с таким пульсом, что словно аудиореклама привлечёт к ней толпы кровососов-покупателей. Если только…
Дориан сердито тряхнул головой.
«С каких это пор ты занимаешься благотворительностью?!»
Прошлое должно оставаться в прошлом.
Дориан не глядя сунул часы обратно в карман…
…И почувствовал, как серебро чуть обожгло ему пальцы.
Дориан сжал кулак. Вздохнул.
И повернулся туда, откуда донёсся крик.

Глава 1. Битва в сердце бури

В тот день гроза пришла с юга.
Хищные тучи настигли солнце, и оно исчезло, побледнев до мертвенной белизны. Голодным волком заворчал ещё далёкий гром. Ветер сорвал капюшон, заставив чёрным флагом взметнуться волосы, и холодный поцелуй дождя мимоходом коснулся кожи.
Всадник смахнул каплю с лица. Прищурился, разглядывая небо…
«Глуп тот, кто хочет обогнать бурю», — рассеянно подумал он. И сразу улыбнулся.
— Держись, Блейк. Скоро домой, — ободряюще сказал всадник, хлопнув по шее усталого коня. На руке вспыхнул перстень-печать с изображением атакующего ястреба.
Словно обретя новые силы, косматый жеребец встряхнулся и рысью двинулся вперёд.
Гроза неслась по пятам, густо-лиловым расцвечивала небо. Дебри сменялись прогалинами, прогалины — дебрями; каждая колючка на чёрных, как свинец, ветвях блестела нешуточным остриём, рвала и без того потрёпанный плащ. Всадник улыбался, поблёскивая серо-стальными глазами… И продолжал продираться всё дальше и глубже в лес.
Вот буря обогнала, торжествующе взревел небесный зверь. Дождь прекратил нежничать и ударил в полную силу; вихрь поднял с земли опавший цвет терновника и, гудя, понёс его всаднику в лицо. Он пригнул голову, защитил глаза рукавом…
А когда убрал руку — на пути уже стояла ведьма.
Секунда, чтобы достать лук. Вторая — чтобы зарядить. Третья — выстрелить.
…Не было второй секунды.
Всадника вырвало из седла, тряпичной куклой ударило о влажную землю. Пролетев по воздуху, струя тёмного пламени накинулась лук, упавший рядом. Конь отшатнулся, задирая голову, бешено всхрапнул — и, ломая собой лес, удрал куда-то в темноту.
— Беги, сэр Джеймс… Беги вслед за ним… И, быть может, я тебя пощажу… — улыбнулась ведьма, опуская руку, изрисованную краской из вайды.
Джеймс медленно поднялся. Ведьма смотрела в упор; лицо её — не молодое и не старое — украшали синие завитки, те же, что и на руках; на шее висели пугающие бусы: ровно десять желтоватых, зазубренных по краю клыков на простой нитке — не волчьи, не медвежьи клыки…
Джеймс повёл плечами, пнул почерневшие останки лука.
— Вряд ли Двенадцатая сестра Моргейны, ведьма Красного Котла, окажет мне милость, — произнёс он, вытаскивая из ножен меч. — Или ты так ненавидела одиннадцать предыдущих, что решила отпустить их убийцу?
Ведьма оскалилась. И одним движением порвала драконьи бусы.
Клыки рассыпались, с чавканьем вошли в податливую грязь…
А спустя удар сердца — дали урожай.
Ливень забарабанил по чёрным доспехам, ударил в тусклые, как у мёртвой рыбы, глаза. Десять воинов — вооружённых до зубов и с зубами дракона — вытянулись из почвы, чтобы окружить Джеймса кольцом.
«Так близко от дома. Так близко».
Мысль вспыхнула, погасла, смылась дождём…
И Джеймс кинулся в атаку, бешено крутя над головой меч.
— За принца Артуриана!
…Удар за ударом, скрежет лезвия о лезвие. Умелые, небрежно ленивые движения драконьих воинов. Ведьму не достать — слишком далеко — а вот его уже достали и справа, и слева, по кожаной куртке струится не только дождь.
Череда деревьев — и Хокклоу возвысится над ним. Такой неприступный, мрачный… Давным-давно миновало время, когда возле этого замка шла кипучая жизнь. Но камень всё не трескался, не поддавался ни ветрам, ни бурям, а войны и мор обходили его стороной…
Лезвие рассекло плечо, дошло до кости. Крик оборвал мысли, в глазах потемнело, но следующий удар был отбит, и Джеймс выпрямился, скрипнув от боли зубами.
…Скоро буря дойдёт до замка. Раскат грома — и на башне появится девочка. Она любит грозу, он хорошо помнит это… И ради неё ему надо…
Резкий разворот. Немеющая рука.
…убить Двенадцатую… Добраться до Моргейны… Разрушить заклятья-гейсы…
Рывок — сильно и зло. Вниз полетела голова в островерхом, цвета оникса, шлеме. Тело исчезло, а на земле, в самой грязи, появился желтоватый клык.
…гейсы… И она безбоязненно выйдет из Хокклоу. Побежит ему навстречу. И он подхватит её на руки, обнимет, как только что родившееся дитя… И эти шестнадцать лет холода…
Кровь убегала всё быстрей. Всё быстрей сыпался дождь багровых, как бересклет, капель. Но вот рядом возник второй, третий… четвёртый клык…
Ведьма приблизилась, когда Джеймс добил десятого. Подобрала клыки и склонилась над ним — упавшим, обессиленным… Ещё живым.
— Глупый, глупый Джеймс… — ведьма отшвырнула ногой меч, который выпал из его руки. Присела рядом, синей когтистой ладонью погладила шею. — Зачем всё это? Ради Артуриана? Этот недоносок не стоит и мизинца нашей Моргейны! Какой из него король? Присягни Королеве! Присягни — и будешь жить!
Силы, чтобы выругаться, ещё были. И Джеймс выругался — забористо, с чувством — прямо в нависшее над ним, синее лицо. Ведьму перекосило, когти сейчас же впились в горло.
— Так, значит?.. Тогда подыхай!
Из горла Джеймса вырвался хриплый смех.
— Ридделлы не боятся смерти… Вечность — наш удел…
Теперь расхохоталась ведьма.
— Фамильный девиз? Что ж, отправляйся в вечность!
Рука сжалась.
…Хватка на горле с каждой секундой становилась невыносимей. Визгливый хохот резал барабанные перепонки, будто кинжал. Завитки краски на белых щеках внезапно ожили, завертелись; ведьма навалилась на Джеймса всем телом, позади неё материализовалась сине-багряная тень…
Моргейна. Пришла посмотреть, как его посылают в вечность.
«Вечность… Фамильный девиз…»
Затухающая, слабая мысль.
«Нет, неправильно… Это не всё…»
— Вечность… наш… удел… бесстрашие…
Ведьма услышала шёпот — и расхохоталась пуще прежнего. Странный, булькающий смех вырвался из её губ; она содрогнулась всем телом, краска синими струйками сбежала с щёк…
А из груди высунулось окровавленное остриё.
— Бесстрашие — наша сила! — выкрикнул кто-то.
Ведьма рухнула на Джеймса. За ней…
Серо-стальные глаза вдруг распахнулись во всю ширь.
— Здравствуй, отец, — улыбнулась черноволосая девушка.
И начала оседать на землю.
Мёртвая ведьма с мечом в спине была отшвырнута в сторону. Джеймс перевернулся, силясь встать, поскользнулся, упал. Снова приподнялся…
— Нет… Нет!
Из её ноздрей уже тянулись две алые струйки, светло-голубые глаза меркли, всё быстрее теряя осмысленность… Стоя на коленях в грязи, Джеймс прижимал к себе лёгкое тело, плакал и шептал имя:
— Дайана… Дайана…
Нарушенный гейс забирал самое дорогое, с неба сыпался дождь, дождь, дождь…
— Дайана… Леди Дайана…
Ну зачем ты вышла из замка…
— Леди Дайана!
Она вздрогнула — и очнулась, обнаружив себя на площадке башни.
— Леди Дайана, прошу вас… — позади опять раздался дрожащий голос. — Вернитесь в комнату. Темнеет… Да ещё буря…
Дайана Элейн Ридделл, шестнадцати лет отроду, только фыркнула и вызывающе скинула капюшон. Бледную кожу тотчас поцеловал дождь.
— Не смей мне указывать, Хэтти. Делаю, что хочу!
Служанка всхлипнула, чуть ближе подошла к зубчатому парапету, около которого стояла госпожа. Высота страшила Хэтти, но привычки Дайаны пугали её куда больше.
— Госпожа… Барон строго-настрого запретил вам…
— Ах, барон?
Дайана вдруг обернулась и шагнула к Хэтти так, что ей пришлось вплотную притиснуться к парапету. Глаза служанки — и без того, как у ошалевшего кролика, — стали совсем огромными.
— Барон, да? — кривя губы, повторила Дайана. — Но его же здесь нет! Уже полгода нет! — яростно, с тяжёлой злостью, добавила она.
— Госпожа… — слабо пискнула Хэтти.
Дайана не стала её слушать. Вихрем развернувшись на каблуках, она прошла к другому краю площадки и остановилась к Хэтти спиной.
Лицо дёргалось, холодные пальцы ощутимо тряслись. Дайана стиснула кулаки, вдохнула и выдохнула сквозь крепко сжатые зубы. Хэтти мялась позади неё, закусив побелевшую губу. «Интересно, чего ей стоило прийти сюда?» — подумала Дайана, вспомнив извечную дрожь и реденькие, седоватые патлы её служанки. Ещё немного — и станет белой как лунь…
Дайана прекрасно знала про боязнь Хэтти. И порой нещадно издевалась, залезая на парапет у неё на глазах.
«Ридделлы не ведают страха. Ридделлы всегда сильны. Ридделлы — что ястребы: любят высоту и небо», — мысленно повторив заученные с детства слова, Дайана погладила свой холодный, рельефный перстень и обернулась.
Хэтти стояла на том же месте: напуганная, жалкая… Того и гляди ветер унесёт её — хрупкую, точно осенний лист, — прямо в грозу.
— Уходи, — приказала Дайана, мрачно посмотрев служанке в глаза.
Хэтти снова промямлила нечто похожее на «барон» — и получила презрительную гримасу в ответ.
— Хватит трястись. Тебе приказано следить за мной и оберегать — так? Вот и убереги меня от необходимости кричать. Уходи.
Договорив, Дайана резко отвернулась, отчего всколыхнулась подбитая мехом накидка, и вконец перестала обращать на служанку внимание.
…Непокрытые волосы тяжелели от воды, облепляли мрачное донельзя лицо. Буря раскручивалась над замком, гнула верхушки дубов и вязов, тревожным шёпотом отдавалась в лесу; густая, без единого просвета, пелена плащом с ведьминых плеч опускалась на Хокклоу.
Дайана протянула руку. Капля разбилась о доверчиво подставленную ладонь, слезинкой скатилась по запястью. Дождь припустил сильнее, облекая лицо прозрачной водяной маской.
…Раскат грома — и на башне появится девочка…
Сердце обдало внезапным холодом.
…и она безбоязненно выйдет из Хокклоу… Побежит ему навстречу…
Никуда она не побежит. Всё это — сказка. Самообман.
Ногти скользнули по мокрой насквозь ткани, рука неловко накинула капюшон.
…Быть может, кто-то давным-давно выложил над его телом каменное кольцо-койт… Быть может, перстень, такой же, как у неё, уже давно покоится на дне вороньего гнезда, среди костей и помёта…
Дайана отвернулась от грозовой пустоты и пошла прочь, низко опустив голову. Так и не покинувшая её Хэтти засеменила следом.

Глава 2. Колодец Желаний

Звук быстрых шагов гулко отдавался от стен. Пламя факелов, что крепились в железные кольца, дрожало и подобострастно пригибалось, стоило пройти рядом. Сквозь узкие окна ещё пробивался свет, но день был пасмурным и уже затухал, поэтому на пути Дайаны то и дело попадались слуги, зажигавшие факелы.
Она раздражённо кивала в ответ на поклоны и стремительно пролетала мимо, чувствуя, как вслед ей смотрит блёклый, малоподвижный взгляд. Безымянные, безголосые и почти одинаковые слуги были неотъемлемой частью Хокклоу. Исключение составляла лишь Хэтти, которая единственная имела имя и не была немой. Хэтти не особо дружила с другими слугами, однако, если Дайана, задумавшая какую-нибудь авантюру, натыкалась на одного из Безголосых, очень скоро появлялась рядом с ней и принималась учить госпожу уму-разуму.
Впрочем, Дайана небрежно отмахивалась от нотаций и с непоколебимым упрямством продолжала делать, что хотела: пыталась отыскать новые, тайные комнаты, добраться до самой пыльной полки в библиотеке, выяснить, нет ли скрытого лаза в почерневшем от сажи камине… И лишь после позволяла всхлипывающей, причитающей Хэтти обработать свои царапины и ушибы.
«Но сегодня всё должно пройти гладко», — подумала Дайана, бросив очередной взгляд на камешек, что перекатывала в пальцах. Прохладная поверхность его нагрелась в ладони, став почти горячей. Камень был хорошо обтёсан ветром и водой, и только с одного боку белели недавно процарапанные буквы: «Дж» и «Р».
Дайана остановилась у гобелена, на котором был выткан фамильный герб: огромный серебристый ястреб на иссиня-чёрном фоне. Откинула правый уголок снизу и надавила на серый, в багровых прожилках, каменный блок.
Глухо щёлкнуло. Стена рядом с гобеленом дрогнула и стала открываться. Быстро оглянувшись, Дайана прошмыгнула в проход — и запечатала стену за собой.
Темнота. Холод склепа, пробравший до костей…
Удар кремня об огниво породил вспышку, осветил коридор, уходящий вниз. Дайана засмеялась, и тысячи невидимых двойников засмеялись в ответ. Потом зажгла свечу, что ждала на каменном выступе в стене, и двинулась по коридору.
Горячий воск стекал на пальцы, капал вниз, чтобы застыть желтовато-белым жемчугом. Камень, заботливо уложенный в поясной кошель, готовился вот-вот исполнить её желание. «И оно сбудется! Непременно!» — ободряла себя Дайана, вспоминая, как чуть не порезалась, когда выводила на камне инициалы отца.
Теперь дело оставалось за малым: дойти до подвала у богатых кладовых, заглянуть в комнату с колодцем — так, чтобы Дайану не увидели, — и кинуть камешек в воду. Крепко зажмуриться, прошептать желание. И ждать. Ждать…
Дайана мысленно кивнула.
Ничего. Она, как никто, умеет делать это.
Дайана завернула за угол. Сердце вдруг бешено заколотилось.
«Дошла!»
Коридор закончился тупиком; за глухой стеной скрывался подвал, именно то место, где находился простой колодец, которому было суждено стать Колодцем Желаний.
Дайана провела рукой по холодной, влажной стене. Нащупала узкую плитку из камня, что прикрывала отверстия-глазки. Отодвинула её, приникла к отверстиям… И отшатнулась.
У колодца стояла безошибочно узнаваемая фигура.
«Хэтти Джонс, как я тебя…» — скрежетнула зубами Дайана, вновь приникая к глазкам.
Но Хэтти вовсе не поджидала её.
Закрепив на стене факел, Хэтти воровато огляделась и, склонившись над колодцем, принялась зачерпывать воду. Глаза наблюдающей за ней Дайаны сузились.
Хэтти набрала из ведра ковшик, одёрнула юбку и села прямо на пол, прислонившись к выложенному камнем колодцу. Спина её выгнулась колесом; Хэтти нервно смахнула со лба бисерины пота, приблизила лицо к воде… И зашептала — так тихо, что и Дайана с её чутким слухом не смогла разобрать и слова.
Узкие голубые глаза вдруг расширились от смутного озарения.
Ну конечно.
Ведь это уже было.
Дайана усмехнулась, стоя почти в полной темноте.
Другое место. Другое время.
И та же молитва Мёртвым Богам.
***
…В кои-то веки над замком горело обжигающее, по-летнему жаркое солнце. Подставлять ему лицо было приятно, однако, оно не любило Дайану, как дождь, отчего на белой коже выступали некрасивые пятна. Небо казалось гладким, лазурно-стеклянным, как браслет на её руке, и роща внутри Хокклоу выглядела гораздо приветливей, чем в обычно пасмурные дни. В такую погоду совершенно не думалось про гейсы, Моргейну и злоключения Артуриана. Отец был дома, и Дайана, одетая в своё лучшее платье, оставила потрёпанный фолиант и просто гуляла…
Пока не наткнулась на Хэтти.
Быстрой тенью метнуться за дуб, осторожно выглянуть…
Служанка была слишком занята, чтобы её заметить. Она стояла на коленях возле огромного валуна с узором из спиральных кругов, водила пальцем по спиралям и что-то шептала, то и дело кланяясь. Затем встала и насыпала в углубление на верхушке камня горсть отборного зерна. Снова поклонилась, попятилась…
И спиной наткнулась на вышедшую из укрытия Дайану.
— Госпожа!..
Став совсем прозрачной, Хэтти бухнулась на колени, прижала к губам подол хозяйки, запачканный травяным соком.
— Встань.
Старательно пряча глаза, Хэтти медленно, неловко поднялась.
— Что это ты делала? С камнем?
— Я… я просто… — замялась Хэтти.
— Молилась Мёртвым Богам? — ехидно подсказала Дайана, глядя на дрожащую, непрерывно сглатывающую служанку. Хэтти дёрнулась, словно от смертельного удара, вскинула на неё блеснувшие слезами глаза.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • star72 о книге: Елена Звездная - P.S. Норт+Риа
    annettka, это не фанфик, а небольшой рассказ о событиях, которым не нашлось места в написанных книгах. Автор любит пописывать такие мини рассказы типа "в подарок тому-то, к Новому году и тд".

  • annettka о книге: Елена Звездная - P.S. Норт+Риа
    А это не фанфик?


  • Юнона о книге: Анна Муссен - Ведьма с украденным именем
    Ни на что не похожий авторский мир ведьм и магов. История ГГев поначалу была несколько запутанной, но затем было просто не оторваться! Здесь и психологизм, и даже триллер. Это не ЛФР, но хорошее фэнтези, где тонкими штрихами вписана интринующая ЛЛ. Хотелось бы увидеть продолжение истории, т.к. не все сюжетные ходы были раскрыты: о чем был договор между ГГней и ее фамильярами, чего пытался добиться Тмин, автор в конце как будто намекнула на оправдание его поступка. Почему ГГня в новом воплощении не вспомнила старых друзей, только свое имя? Хочется узнать, как все сложится дальше.

  • Alena741 о книге: Галина Дмитриевна Гончарова - Маруся. Попасть не напасть
    Очень интересно.

  • Библиофил об авторе Андрей Поздеев
    Скажу честно, меня эта книга порадовала, как оригинальностью сюжета, так и авторским стилем написания текста. Читается легко, стройное изложение мысли, глубокое знание описываемых исторических событий. Особенно хочется отметить образы главных героев, как в первой, так и во второй книге. Бесспорно, автору удалось создать образ новых героев нашего времени. Они не оторваны от реальной жизни, они представлены перед нами воплоти, каждый со своими достоинствами и недостатками. А это, поверьте мне, многого стоит. В общем, рекомендую Операцию «Артефакт» к прочтению как старшему так и младшему поколению.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.