Библиотека java книг - на главную
Авторов: 43679
Книг: 108930
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Огонь луны» » стр. 3

    
размер шрифта:AAA

В золотом свете уличных фонарей сновало множество людей, и прошло некоторое время, прежде чем Мэгги разглядела мистера Маккену. Когда она увидела его, то чуть было не убежала. Рядом с ним, почти до неприличия близко, стояла высокая женщина в роскошном белом шелковом платье, украшенном винно-красным бархатом и того же цвета маленькой шляпке с пером. Ее затянутые в перчатки руки самым фамильярным способом двигались вверх-вниз по его бокам.
— Дорогой, от тебя все еще пахнет сахарными полями! — проворковало видение, а смех зазвенел в ночи, как звон далеких колокольчиков. — Но я так рада, что ты здесь.
Риви Маккена пробормотал: «Лоретта», — и склонил свою изумительную голову, чтобы поцеловать женщину, которая прижалась к нему так сильно, что Мэгги, зачарованно наблюдавшей за ними, захотелось узнать, что еще делают, целуясь, кроме того, что прижимаются губами. Вполне ясно, что происходит что-то более сложное, и просто обидно было не знать, что же именно.
— Гм, — сказала Мэгги, давая им понять, что она здесь.
Казалось, мистер Маккена не спешил прерывать поцелуй: его руки обнимали тонкую талию женщины и слегка приподнимали ее, еще более озадачив таких невежественных наблюдателей, как Мэгги.
Чувствуя неловкость, но ничуть не завидуя, Мэгги тем не менее нашла в себе смелость снова прочистить горло, на этот раз громче. Поцелуй прервала женщина, положив маленькие ручки на грудь Риви и с деликатным вздохом склонив голову набок. В свете фонарей блеснули большие карие глаза, убийственно взглянув на Мэгги.
— Да?
Теперь Мэгги пожалела, что не осталась с Тэнси в ужасном сарае среди женщин, водорослей и крыс. Прежде чем она успела подумать об ответе, мистер Маккена окинул ее столь же холодным, как и у его подруги, взглядом и сказал:
— Утром, мисс Чемберлен, утром.
Мэгги почувствовала себя ребенком; даже в темноте она болезненно ощутила разницу между ее одеждой и платьем любовницы мистера Маккены. Были и другие различия — в возрасте, опыте и искушенности, которые так тяжело было вынести.
— Да, благодарю вас, — глупо сказала она, поворачиваясь, чтобы уйти.
Она подождала на улице, пока не остынут горевшие щеки.
— Кто это, скажи на милость? — застенчиво спросила Лоретта, заставляя кучера ждать, играя воротником пропахшей дымом рабочей рубахи Риви.
Риви начал терять терпение: не место и не время было обсуждать эту Янки. Ему хотелось поскорее доехать до дома, заглянуть к Элизабет и понежиться, наконец, в страстных объятиях Лоретты, которая доведет его до умопомрачения.
— Просто девушка, — ответил он.
Но Лоретта не шелохнулась, ноги ее словно вросли в мостовую, а темные глаза изучали лицо Риви.
— Утром, ты сказал. Риви, что должно произойти утром?
Риви вздохнул. В таком случае утро должно наступить прежде, чем он сможет дать волю своим желаниям, мучившим его с того момента, как мисс Мэгги Чемберлен так бесцеремонно ворвалась к нему в каюту.
— Филип Бригз обещал жениться на ней, — сказал он. — Она проделала весь этот путь из Англии в надежде стать его женой. Единственное, что я могу сделать, это присмотреть, чтобы она нормально устроилась.
Руки Лоретты сжали воротник Риви.
— Не могу понять, почему ты должен убирать за беднягой Филипом.
Риви никогда не любил Лоретту, но она ему нравилась. А теперь это чувство по непонятной причине начинало слабеть. Когда он посмотрел на нее, пальцы Лоретты отпустили его воротник и скользнули к медному амулету, прятавшемуся в густых волосах на его груди.
— Ты пытаешься отвязаться от меня, Риви? — тихо спросила Лоретта, и Риви понял, что так оно, видимо, и есть. На самом деле, признался он себе, ему хочется, чтобы именно Мэгги Чемберлен вошла в его дом и легла в его постель. Он молчал, и Лоретта обвила его руками, напоминая о своем неподражаемом умении. Взгляд ее устремился в сторону освещенного барака, в котором эмигранты проведут длинную ночь. На лице ее появилось задумчивое выражение, различимое даже в темноте.
— Значит, мне нужно быть очень, очень заботливой, чтобы ты оставался счастливым, любовь моя, — сказала она. — Очень заботливой и осторожной.
Почувствовав растущую неприязнь там, где прежде была настоящая привязанность к Лоретте, Риви как-то грубо втолкнул ее в экипаж и взобрался вслед.
— Как Элизабет? — спросил он, когда коляска катила по мостовой.
Лоретта вздохнула и слегка придвинулась к Риви. Прекрасно зная, что ее грудь касается его руки, она потянулась, чтобы снять шляпку.
— Она просто ужасна с тех пор, как ты уехал, — ответила Лоретта. — К счастью, твоя племянница — проблема ее няньки, а не моя.
— Действительно, к счастью, — спокойно отозвался Риви.
Лоретта ощетинилась.
— Риви, мы же с тобой договорились, что ни о каких детях я заботиться не стану!
— У Элизабет в этом мире нет никого, кроме нас. Неужели тебе совершенно чужды женские чувства, Лоретта?
— Ты прекрасно знаешь, Риви Маккена, что у меня нет недостатка в «женских чувствах». Просто я известная актриса, вот и все, а моя репутация…
— Если то, что ты являешься моей любовницей, не повредило твоей репутации, то с какой стати ей должно повредить воспитание Элизабет?
В свете уличных фонарей было видно, что в прекрасных глазах Лоретты стоят слезы.
— Что на тебя нашло, Риви? Ты просто невыносим. Это все та девчонка? Та эмигрантка?
Риви молчал.
— Значит, я была права, — в отчаянии прошептала Лоретта. — Ты ведь хочешь ее, да, Риви?
Он ответил не сразу; в конце концов, вот уже несколько лет Лоретта была его любовницей, и какие-то чувства к ней у него все же были.
— Да, — ответил он, наконец, моля Бога, чтобы это было действительно ложью. — Да, я хочу ее.
Лоретта поднесла руки к лицу и начала всхлипывать, что напомнило Риви ее выступление в последней пьесе. Во втором акте она плакала так же убедительно.
Когда экипаж подъехал к роскошному белому особняку, выходившему фасадом на залив, Риви вышел, помог выйти расстроенной Лоретте и отпустил кучера.
В ту ночь, впервые за несколько лет, Лоретта и Риви спали под одной крышей в разных постелях.

Глава 3

Для Мэгги эта ночь была длинной и бессонной. Она все время просидела на охапке водорослей рядом с Тэнси, прижимая к груди свою дорожную сумку, чтобы ее не стащили, и проклиная тот день, когда впервые увидела Филипа Бригза. Если бы не он, она не сидела бы сейчас в этом Богом забытом месте вдали от всего мира.
Утром фургоны, которые накануне вечером обещала Тэнси, стали прибывать, сцепленные по два, по три, хотя к этому времени довольно большое количество женщин-иммигранток уже разбежались. Мэгги видела, как они, пока темно, собирают свои сумки и мешки, то там, то здесь, в разных углах.
Грохот по мостовой фургонных колес разбудил Тэнси, и она села, потягиваясь и счастливо вздыхая. Казалось, она провела эту ночь на пуховой перине и мягких простынях.
— Значит, уже проснулась? — весело прощебетала она, кося глазом на Мэгги и снова зевая.
Мэгги покачала головой, не одобряя апломб подруги, и вздохнула. Тэнси легко приспосабливалась, только и всего. А если и она хочет найти местечко для себя в этом перевернутом вверх тормашками мире, где в феврале сияет солнце, ей было бы неплохо тоже научиться приспосабливаться.
— Большинство женщин сбежали, — сказала она как бы между прочим, потому что всякий, у кого есть глаза, мог заметить, что барак почти опустел.
— Проститутки, — презрительным шепотом сказала Тэнси. — Даже и не думают чистить картошку или мыть полы, чтобы заработать на жизнь.
Мэгги вытаращила глаза.
— Хочешь сказать, они приехали сюда под лживыми предлогами?
Мэгги вспыхнула и отвернулась.
В этот момент в барак вплыла великосветская дама, одетая в прекрасно сшитое платье самого невероятного цвета зеленого горошка, которого Мэгги никогда раньше не видела. Юбка была отделана оборкой в полоску отвратительного оливкового оттенка, а шлейф украшали ленты. Аккуратно завитые белоснежные волосы прикрывала маленькая шляпка с желтым перышком, свисавшим на одну сторону. Со щедро напудренного лица на них смотрели добрые голубые глаза.
— Доброе утро, девушки, — хорошо поставленным голосом пропела матрона. — Меня зовут леди Косгроув, и я пришла, чтобы отвести вас в Общество помощи девушкам-иммигранткам. Там вы примете ванну, хорошенько позавтракаете, а потом вас проводят туда, где вы будете работать.
Мэгги шагнула было вперед, чтобы объяснить, что у нее утром назначена встреча в доме пятнадцать по Джордж-стрит, но сдержалась. «Ванна и завтрак» звучало очень неплохо, а кроме того, леди Косгроув могла подумать, что она из разряда тех женщин, которые сбежали ночью. Этого нельзя допустить, и в любом случае ей никак не хотелось представляться в театре мистера Маккены в таком неряшливом виде. Не сказав ни слова, Мэгги присоединилась к Тэнси в одном из фургонов.
День был солнечным и жарким, но Мэгги почти не обращала внимания на погоду — она была слишком поглощена Сиднеем. Вместо лепившихся одна к другой крыш и босоногих аборигенов, которых она ожидала увидеть, перед ней предстал огромный город с трамваями, мощеными улицами, телефонными проводами и высокими зданиями офисов. Город был такой же современный, как Нью-Йорк или Лондон, но гораздо чище и просторней. Вода залива была необыкновенно синей, напоминавшей глаза мистера Риви Маккены.
— Красивое местечко, не правда ли? — спросила Тэнси, ощутимо ткнув Мэгги локтем в бок. — Знаешь, в этом году в июне будет юбилей королевы, будет масса вечеринок, скачки, иллюминация.
Наконец фургоны остановились напротив мрачноватого кирпичного дома в псевдоанглийском стиле. Один из кучеров открыл высокие кованые ворота, отделявшие дом с его прекрасно ухоженным газоном от тротуара, в то время как другие помогали пассажиркам вылезать из фургонов, словно те были придворными дамами.
Леди Косгроув, разумеется, прибыла первой, но, разумеется, не в фургоне, а в дорогом черном двухколесном экипаже. Ока приветствовала каждую иммигрантку теплым рукопожатием и улыбкой, когда они проходили сквозь ворота.
Тэнси вошла прежде Мэгги, сделав книксен и пробормотав: «Ваша светлость».
Мэгги не согнула колен: она не делала этого никогда, за исключением поклонов в конце спектакля, естественно.
— Рада познакомиться, — каким-то деревянным голосом сказала она и направилась по дорожке к дому, но леди Косгроув крепко сжала ее руку.
— Американка, — сказала она несколько более снисходительным тоном. — Скажите еще раз, как ваше имя?
Мэгги проглотила комок в горле.
— Мэгги Чемберлен, мэм, — ответила она.
— Вы оказались очень далеко от дома, дорогая.
Будь на месте леди Косгроув кто-то другой, Мэгги непременно сказала бы что-нибудь дерзкое, учитывая разделявшее их расстояние. Но леди Косгроув ей понравилась, она почувствовала, что эта женщина ласкова и полна участия.
— Да, мэм, — сказала Мэгги. Если бы у нее было больше времени, она могла бы рассказать ее светлости долгую историю того, как она оказалась в Австралии. Мэгги ощущала доверие к этой женщине, но сзади стояли другие. — Думаю, это немногим дальше, чем Англия.
Леди Косгроув улыбнулась и отпустила руку Мэгги.
— Мы еще поговорим, милочка, после того, как вы вымоетесь и что-нибудь перекусите.
Мэгги кивнула, не зная, как объяснить этой доброй женщине о назначенной ей встрече с Риви Маккеной на Джордж-стрит, и поспешила вслед за Тэнси.
Над большими двустворчатыми дверями красовалась надпись «Общество помощи девушкам-иммигранткам». Не утруждая себя стуком в дверь, Тэнси переступила порог, Мэгги последовала за ней. В длинном коридоре их встретили строгого вида горничные, державшие в руках полотенца и куски дешевого желтого мыла. Последовав примеру Тэнси, Мэгги взяла два полотенца, кусок мыла и по широкой лестнице поднялась на второй этаж. Там, в первой комнате направо, походившей скорее на бальную залу, стояли ванны, с трех сторон огороженные ширмами, чтобы придать им видимость уединения.
— Обязательно вымойте голову, — объявила одна из горничных, обращаясь ко всем. Потрескавшиеся красные руки она для солидности держала сцепленными перед собой. — И если у вас есть вши, вы должны сказать об этом. Ее светлость не желает, чтобы вы приносили насекомых в приличные семьи Сиднея. Насекомые. Мэгги была просто вне себя, но прикусила язык и зашла в одну из кабинок во втором ряду. Там она положила на пол свою дорожную сумку, полотенца, мыло и начала раздеваться. Перспектива помыться была настолько заманчивой, что ни о чем другом она и думать не могла, даже о встрече на Джордж-стрит или о том, что Филип Бригз ее явно обманул.
К тому времени, когда Мэгги тщательно отмылась и вылезла из ванной, вытирая голову, в желудке у нее урчало от голода. Казалось, что съеденный вчера на борту судна ужин был так же далеко в прошлом, как и всемирный потоп. К своему неудовольствию, как впрочем, и к облегчению, Мэгги вскоре обнаружила, что ее грубое шерстяное платье и белье забрали, положив вместо них черное бумазейное платье прислуги, а также трусики, нижние юбки и корсет из неотбеленного муслина вместе с парой черных чулок.
Мэгги покорно стала облачаться в одежду, выделенную ей Обществом. Возможно, это был не совсем подходящий для встречи в театре мистера Маккены наряд, но одежда была чистой, аккуратно отглаженной и приятной для чисто вымытого тела. Придется мистеру Маккене сделать ей поблажку.
Одевшись, Мэгги вынула из сумки расческу — по крайней мере, она оставалась на месте, как и второе платье и ночная сорочка — и принялась, насколько это было возможно, расчесывать свои слишком кудрявые и густые волосы. Эта непокорная тяжелая грива была сущим проклятьем; как бы ей хотелось отрезать ее, чтобы была короткая, как у мальчика, стрижка, с которой не пришлось бы возиться, вечно расчесывая, заплетая и закалывая.
Завтрак подали на кухне, которая стояла отдельно от основного здания, на длинных столах со скамейками вместо стульев. Мэгги, как и остальные, набросилась на еще не остывшие пироги, яичницу со свининой с усердием, порожденным сильным голодом. Для тех, кто хотел, было вдоволь чая и молока.
— А теперь скажут речь, — смиренно вздохнув, сказала Тэнси, когда одна из горничных заняла место напротив камина, высоко подняв лист бумаги, украшенный цветочками, листочками, звездочками и полумесяцами.
Утолив голод, Мэгги отставила тарелку и принялась маленькими глотками пить чай, слушая речь. Горничная с важным видом объявила, что год усердной и прилежной работы в качестве прислуги принесет каждой девушке свидетельство, подписанное лично леди Косгроув. С этим свидетельством они смогут найти себе приличную работу в любом городе Куинсленда, Виктории, Нового Южного Уэльса или Тасмании. Без этого свидетельства их ожидает только самая позорная участь.
Никто из женщин, включая Мэгги, не сомневался, что имелось в виду под «самой позорной участью»; такая перспектива была весьма отрезвляющей. Предположим, додумала Мэгги, что мистер Маккена окажется таким же бесчестным, как и Филип Бригз. Тогда она останется на улице без всякого свидетельства, доказывающего, что она пригодна к любой пристойной работе. Что ей тогда делать? Сидевшая рядом Тэнси «чистила перышки». У нее, конечно, было уже три таких свидетельства, подписанных разными леди Косгроув из Виктории, Куинсленда и Нового Южного Уэльса. В голове Мэгги появилась одна мысль, но она отмела ее, внимательно слушая речь.
Только женщины образцовой нравственности могут рассчитывать на свидетельство, подчеркнула горничная. «Какие строгости», — подумала Мэгги, вспомнив скандальные истории, которые рассказывала ей Тэнси о «своем Рори из Правительственного дома». Рот Мэгги скривился, когда она краем глаза взглянула на Тэнси. Тэнси заметила этот взгляд и показала ей язык. Речь продолжалась бесконечно, описывая правила того, как следует одеваться, разговаривать, вести себя, с каким прилежанием работать. Как раз в тот момент, когда Мэгги начала засыпать, в комнату величаво вплыла леди Косгроув и сменила горничную. Она объявила, что лично побеседует с каждой девушкой, начав с мисс Мэгги Чемберлен.
Это успокоило и в то же время насторожило Мэгги. Ловкие ответы на необходимые вопросы, возможно, позволят ей отправиться в офис мистера Маккены, прежде чем он забудет о ее существовании, но что-то тревожное было в том, что ее выделили первой. Возможно, леди Косгроув разглядела ее притворство. Несомненно, эта умудренная опытом женщина уже догадалась, что Мэгги Чемберлен обманщица, которая вовсе не собирается наниматься в служанки, если этого можно как-то избежать.
Придав себе уверенный вид, Мэгги поднялась из-за стола и пошла за леди Косгроув из переполненной тесной кухни через ухоженный садик в когда-то величественный дом.
Кабинет ее светлости находился рядом с гостиной, заваленной книгами, газетами и старомодными перьевыми ручками. Единственным примером аккуратности была сама леди; она во всем, до мелочей, была абсолютно безукоризненна.
Леди Косгроув предложила Мэгги сесть у заваленного бумагами французского стола, и, чтобы сделать это, Мэгги пришлось прогнать со стула огромного полосатого кота.
— Приходилось ли вам когда-либо работать в качестве домашней прислуги, милочка? — прямо спросила леди Косгроув. Настолько прямо, что застала Мэгги врасплох.
— Нет, — запинаясь призналась она, даже не подумав сначала.
Следующий вопрос был столь же прямолинеен:
— Тогда каким образом вы зарабатывали себе на жизнь?
Мэгги с трудом сказала:
— Я была актрисой, мэм. В Лондоне.
— А как милая американочка оказалась в Лондоне?
Мэгги спокойно и откровенно объяснила, как приехала в Европу с родителями, потому что они выступали там в цирке, а потом трагически погибли во время крушения поезда.
— Бог мой, — сочувственно сказала леди Косгроув, — должно быть, это было ужасно — оказаться в чужой стране одной, без друзей.
«Не так ужасно, как теперь», — подумала Мэгги, но просто кивнула, почувствовав, что слегка покраснела.
— Вы кажетесь мне чрезвычайно умной и хорошо воспитанной девушкой, — заметила пожилая леди. — Скажите, вы умеете читать, писать и считать?
— Да, — поспешно ответила Мэгги, удивившись такому вопросу.
Леди Косгроув улыбнулась, когда гигантский полосатый кот бесцеремонно прыгнул ей на колени, и рассеянно погладила его.
— Не удивляйтесь, мисс Чемберлен. Большинство тех девушек, которые сейчас в кухне, не могут написать даже собственное имя. Им, разумеется, придется довольствоваться наименее приятной работой, но для вас найдется более приличное занятие.
— Сейчас в Сиднее проживает один американский джентльмен — вдовец с двумя сыновьями. Он обращался ко мне уже несколько раз. Ему нужна гувернантка для того, чтобы присматривать за детьми, пока он занимается своими разнообразными делами. Думаю, ему будет приятно нанять женщину из родной страны.
Леди Косгроув перестала гладить кота и принялась разбирать груду карточек. Остановившись наконец на одной, воскликнула:
— Да, вот эта! Мистер Дункан Кирк. Его офис расположен на Джордж-стрит, номер двадцать. Я могла бы позвонить и договориться о его встрече с вами, если хотите.
И хотя первым желанием Мэгги было выпалить о своем намерении принять предложение мистера Маккены работать в одном из его театров, она призадумалась. Казалось, само провидение распорядилось, чтобы офис мистера Кирка находился на той же улице в двух шагах от офиса мистера Маккены. Таким образом, она могла увидеть этого раздражающего ее джентльмена, не потеряв при этом шанс получить свидетельство. Никто лучше нее не знает, что судьба имеет обыкновение хлопать дверью у тебя перед носом.
— Благодарю вас, мне очень бы хотелось встретиться с мистером Кирком, — тихо сказала Мэгги.
И если слова ее были не совсем правдивы, то благодарность была искренней. Очевидно, леди Косгроув всерьез заботилась о том, чтобы ее протеже были хорошо устроены. Мэгги достаточно повидала в жизни, чтобы знать, с какой легкостью женщины с таким положением злоупотребляли своими полномочиями.
Довольная, леди Косгроув е трудом откопала телефон из-под бумаг, загромождавших стол, и закричала в трубку:
— Будьте добры, соедините меня с мистером Дунканом Кирком.
Мэгги подавила улыбку. Телефон по-прежнему был новинкой для людей поколения леди Косгроув, и они неизменно испытывали потребность компенсировать отделявшее их от абонента расстояние тем, что разговаривали слишком громко. Тем не менее, леди Косгроув договорилась о встрече и отпустила Мэгги, чтобы та привела в порядок волосы, рассыпавшиеся по плечам после купания. Вернувшись в комнату, где переодевалась, Мэгги нашла свою сумку и достала расческу и шпильки, торопливо укладывая волосы таким образом, чтобы произвести впечатление на мистера Маккену и, если понадобится, на мистера Кирка.
Пришедшая горничная сообщила, что ее ждет экипаж, который доставит ее на Джордж-стрит, так что не могла бы она поторопиться. Мэгги и так изо всех сил старалась собираться побыстрее, и уже через несколько минут она спешила к двери, которую открыл для нее кучер.
По дороге на Джордж-стрит, расположенную в самом сердце делового района Сиднея, Мэгги пыталась собраться с мыслями. Как бы ни лишал ее присутствия духа Риви Маккена — он действительно был, как сказала Тэнси, мужчина с головы до ног, — Мэгги жаждала сыграть Катарину в «Укрощении строптивой». Ей так хотелось этого, что под ложечкой сосало, а коленки подкашивались, словно превращаясь в клубничное желе.
Но что если он попросту подлец, как и полагается быть человеку с такой явно похотливой натурой? Взяв себя в руки, Мэгги выпрямилась на кожаном сиденье экипажа. Конечно же, если окажется, что мистер Маккена негодяй, она ужасно расстроится, но ведь ей приходилось переживать и худшее, не так ли? Если он просто позабавился с ней тогда в каюте, когда обещал не только роль, о которой она мечтала всю жизнь, но и свободу от трудовых обязательств, то дай ей Бог сразу же понять это и поспешить в офис к мистеру Дункану Кирку, где она совершенно точно получит работу.
Мэгги откинулась на сиденье, руки на коленях, сумка в ногах. Не так уж и плохо работать гувернанткой; если и было что-то, что Мэгги Чемберлен любила больше сцены, то это общество детей. Мэгги вздохнула и расправила юбки. К чему беспокоиться? Так или иначе все будет прекрасно.
Лоретта не могла сконцентрировать внимание на строчках, хотя роль леди Макбет была ее любимой ролью, и она знала ее как свои пять пальцев. Что-то нужно делать с этой маленькой плутовкой, привлекшей внимание Риви на борту парохода, и чем скорее, тем лучше. Когда в проходе между кресел появился Филип Бригз, она обрадовалась возможности, которую сначала проглядела.
— Филип! — пролепетала она, не обращая внимания на удивление, с которым была встречена фамильярность ее приветствия. На самом деле ее мнение о Филипе было немногим лучше мнения Риви, хотя она и терпела его, потому что он был хорошеньким и обладал неотразимым угодническим даром. Маленький, с блестящими вьющимися золотисто-каштановыми волосами и умными янтарными глазами, Филип походил на херувима, что мгновенно покоряло юных дам. Лоретта улыбнулась про себя. Если бы только сам Филип считал юных дам столь привлекательными.
Сегодня он выглядел возбужденным, даже подавленным, и, спускаясь со сцены, чтобы поздороваться с ним, Лоретта уловила запах хорошего английского рома.
— В чем дело, мисс Крэйг? — спросил он тоном, граничащим с нетерпением.
Лоретта скрыла обиду.
— Мы с Риви ожидали, что сегодня вы представите нам свою невесту, — тепло сказала она, получив явное удовольствие от того, как с ангельского лица Филипа сбежала краска. — Знаете ли, Риви повезло, и он встретил эту девушку на борту «Виктории». Ее зовут…-
Лоретта сделала вид, что пытается вспомнить, хотя на самом деле Риви отказался сообщить ее имя.
— Мэгги, — печально вздохнул Филип. — Мэгги Чемберлен. Так, значит, она прибыла?
— Да, Филип, — строго сказала Лоретта, — к сожалению, ее некому было встретить. Риви был очень обеспокоен, должна сказать. — Она помолчала, глубоко вздохнула, от чего ее прекрасная грудь приподнялась, а глаза вспыхнули. — Слишком взволнован, дорогой мой Филип, насколько это касается вас и меня.
Светлые янтарные глаза, обрамленные такими густыми ресницами, что им могла позавидовать даже Лоретта, расширились.
— Я никак не думал, что она действительно решится на такое… Ведь это была просто игра, легкий флирт. Мне казалось, она это понимает!
— Очевидно, она поверила вам, и вот она здесь. В Сиднее. У меня есть основания думать, что сегодня утром она встречается с Риви в его офисе… если уже этого не сделала. Что вы намерены делать в данной ситуации, Филип?
Филип отступил на шаг, кадык у него заходил вверх-вниз.
— Что делать? А что, черт возьми, мисс Крэйг, я могу сделать?
— Вы можете сдержать свое обещание, касающееся женитьбы на этой маленькой дурочке. А что касается ее роли в спектакле, то можете засунуть ее себе…
— Она рассказала об этом мистеру Маккене? — поперхнулся ошеломленный Филип. — Я имею в виду роль в «Укрощении строптивой».
Лоретта вскинула голову, одной рукой пригладив волосы, а другой поправив юбки.
— Я просто догадалась, — надменно сказала она. — Значит, вы пообещали ей роль в моей пьесе, так? Моей пьесе? Вы чрезвычайно обнаглели, Филип Бригз!
— Это был просто… я и не думал…
— Вы женитесь на мисс Чемберлен, мистер Бригз, или я оторву вам голову!
Филип отшатнулся и ухватился за спинку кресла, чтобы не упасть.
— Вы же знаете, я не могу на ней жениться. С мамой это невозможно, — и, кроме того, я не смог бы… не смог бы стать настоящим мужем…
— Это ваши проблемы, мистер Бригз. И мисс Чемберлен. Кажется, Риви увлекся этой девушкой, и будь я проклята, если позволю ей увести моего мужчину или мои любимые роли! Вам ясно, мистер Бригз? Либо вы женитесь на Мэгги Чемберлен, либо вас уволят, и это будет, поверьте мне, только началом ваших бед!
Филип двинулся назад по проходу, то развязывая, то завязывая свой галстук, и хотя в горле у него клокотало, с губ не слетело ни звука.
— Думаю, вы найдете ее в офисе Риви, — холодно сказала ему вдогонку Лоретта, возвращаясь на сцену к группе актеров, которые наблюдали за ними, делая вид, что не слышали унизительного ультиматума, только что предъявленного несчастному мистеру Бригзу.
— Поторопитесь, — бросила Лоретта через плечо. — И мои сердечные поздравления со свадьбой.
Риви решил уже было, что Мэгги Чемберлен не придет, когда услышал, как она представилась в приемной его секретарю мистеру Коатсу. Ухмыльнувшись про себя, Риви бросился к столу и сделал вид, что изучает скучный список биржевых ведомостей, лежавший перед ним. Он даже нахмурился, якобы вспоминая какие-то цифры.
— Мистер Маккена?
Риви поднял притворно недовольный взгляд и снова нахмурился, как будто с трудом припоминая это лицо и фигуру, которые были выжжены в его памяти, как клеймо скотовладельца. Бумазея. Черт возьми, они нарядили ее в черную бумазею, как простую служанку!
— Да?
Она закусила губу и аккуратно положила свою убогую сумку на стул, подойдя к столу, как французский аристократ, должно быть, подходил к гильотине.
— Надеюсь, вы меня помните… меня зовут Мэгги Чемберлен.
Как бы ему ни было смешно, Риви не мог не испытывать сострадания к этой крошке; пора было прекратить мучить ее. Он поднялся с самым джентльменским видом и слегка кивнул.
— О да… актриса. Присаживайтесь.
Мэгги сняла сумку со стула и подвинула его поближе, буквально упав на него. Разумеется, она мгновенно овладела собой — маленький подбородок упрямо поднялся, а щеки порозовели.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • egorunet о книге: Владимир Марков-Бабкин - 1917: Да здравствует император!
    Не скачиаается(((

  • Rose-Maria о книге: Валерия Чернованова - Межмировая няня, или Алмазный король и я. Книга 2


  • iwanow321 о книге: Виктория Миш - Академия счастья, или Кофе - не предлагать!
    знал ли я, что начиная читать это, столкнусь с неадекватным бредом? среди всех бредов прочитанных - самый бредовый. пока. "это" покупают?

    афторша, читай, неумная. в любой забегаловке питания посуду моют так: тарелки с объедками официанты ставят на стол. сначала одна посудомойка счищает объедки в контейнера, потом посуду кладут в заткнутую пробкой первую раковину с пеной, и ещё одна посудомойка моет жирное и сальное и перекладывает в заткнутую пробкой раковину с водой, где посуду споласкивают. если директор или хозяин имеют совесть, то там есть и третья раковина, где посуду споласкивают уже под проточной водой. но, обычно, нет.) а в студенческих и школьных столовках - точно не бывает. экономят.)

    так что если вы поели что-то в общепите и у вас прихватило живот: процентов 40, что посуда непромыта.) просто ещё и потому, что первую раковину с пеной могут не менять за весь вечер НИ РАЗУ!)) так, моющего только дольют и всё.
    быстро, быстро, быстро - вот девиз общепита. ну и "экономия": а отлить и домой унести? администраторша-то сразу бутылью заберёт, а "отлить" - это посудо-и-поломойки с официантками.)

    и НИКОГДА в общепите тарелки не моют как дома: смоченной на раз фери губкой.

    и шок - это НЕ ИСТЕРИКА. если отец с матерью разводятся и какая-то девка начинает выть, бесноваться и не успокаиваться, это - НЕ ШОК!! это - ИСТЕРИЧЕСКИЙ ПРИПАДОК, а девка - припадочная и ей нужен психиатр. никакому психологу там делать просто нечего.

    ты узнала за барной стойкой клуба, что твоему куратору грозит смертельная опасность, двое соседей сейчас пойдут его убивать? и пошла "предупреждать" его не к столику, где вы все до танцев сидели, и где он там со студенткой потом целовался, потому что "застеснялась". ты попёрлась куда-то в танцующую толпу, где мать родную роста валуева не отыщешь, отыскивать ещё кого-то с кем пришла, чтобы, уже не стесняясь подойти к столику и всё-таки предупредить куратора об опасности. ггня, ты дура?

    и вот этот весь бредовый процесс: как это ходячее тупоумие бродит там, толкается, пинается - описывается подробнейшим образом, таким подробнейшим, что сомнений в умственной отсталости ни афторши ни её ггни не остаётся.
    счёт на минуты! ой, дуура. ой, слов нет.

    не говоря уж о том, что книга - ни о чём. вот просто - ни о чём. да ишшо и - первая в серии! что, так скудно с мыслями, что приберегаются для последующих томиков? лавры ленки звёздной вам всё, повторялкам, покоя не дают.

    а знаете в чём притягательность звёздной и иже с ней? они ПЕРВЫЕ!
    а вы - только жалкое вторсырьё.

    не осилил дурь.

    и да, дэвушка по фамилии "миш", завязывайте с наркотиками. расщеплённое сознание в бабочках: не смешно и не оригинально, а вот диагноз ставит сразу.

  • galya19730906 о книге: Ольга Романовская - В академии поневоле
    Глупый сюжет, пустые диалоги, скукота.

  • peri о книге: Макс Алексеевич Глебов - Рубеж атаки


читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.