Библиотека java книг - на главную
Авторов: 39362
Книг: 99545
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Прелюдия к счастью»

    
размер шрифта:AAA

Марша Ловелл
Прелюдия к счастью

Пролог

— Конечно, я счастлива! — Эшли Тейлор удивленно посмотрела на подругу. — Мы с Мелвином любим друг друга. Через два дня у нас свадьба. У Мелвина прекрасная работа и отличные перспективы для карьеры. Не понимаю, что тебя смущает.
Саманта Томпсон неторопливо допила кофе, промокнула губы салфеткой и, достав из сумочки пачку сигарет, настороженно огляделась.
— Ты же вроде бросила курить, — упрекнула ее Эшли.
— Бросаю, — уточнила Саманта. — Это не единовременный акт, а процесс. И вообще, если бы не шеф, я бы и не бросала. Но наш мистер Диннокс просто помешался на здоровом образе жизни. Представь, отказался от сигарет и кофе, бегает по утрам в парке и даже, хотя я лично в это не верю, намерен пересесть с «мерседеса» на велосипед.
Эшли невольно рассмеялась. Джошуа Диннокс, главный редактор крупнейшей в городе ежедневной газеты и один из самых влиятельных политических деятелей Ричмонда, плохо ассоциировался в ее понимании не только с велосипедом, но и со многим другим, что входило в понятие «здоровый образ жизни». Пятидесятипятилетний здоровяк, любитель шумных компаний и ценитель прекрасного пола, он, как поговаривали, каждый год ездил в Лас-Вегас, где проигрывал по несколько тысяч долларов.
— Наверное, все дело в молодой жене, — предположила Эшли. — Это правда, что Диннокс познакомился с ней в каком-то казино?
— Не в казино, а в ночном клубе. Миссис Диннокс еще пару месяцев назад распевала песенки в ресторане. Везет же некоторым. — Саманта вздохнула и, щелкнув зажигалкой, глубоко и с удовольствием затянулась. — А что касается моего вопроса… Послушай, Эшли, мне не хотелось бы говорить о таких вещах, но мы знаем друг друга едва ли не всю жизнь и… — Саманта замолчала и неуверенно пожала плечами.
— Договаривай.
— Ладно. Ты слышала о том, что Мелвин Грэхем, твой жених, уже был помолвлен с Джуд Карнеро? Не далее как год назад. Они тоже собирались пожениться, но потом что-то произошло, и Джуд уехала на Западное побережье.
— Я знаю об этом, — сдержанно ответила Эшли. — Мелвин рассказывал, что…
Саманта жестом остановила ее.
— И это еще не все. Ходили слухи о его романе с дочкой Питера Гэлвина.
— Питера Гэлвина? Советника мэра по юридическим вопросам?
— Да. Об этом мало кому известно, но я постаралась навести справки и кое-что выяснила.
— И что же? — Внешне Эшли сохраняла спокойствие, хотя сердце уже застучало в тревожном предчувствии, а ладони стали влажными. — Что ты выяснила?
Саманта тяжело вздохнула и отвела глаза.
— Говорят, что Гэлвин запретил дочери встречаться с Мелвином после того, как уличил его во лжи. Извини, но деталей я не знаю, Некоторое время Эшли молчала. В какой-то момент ей стало вдруг плохо, перед глазами поплыли круги, и она даже испугалась, что упадет в обморок.
— Эшли, ты в порядке? — Встревоженный голос подруги пробивался словно через слой ваты. — Выпей-ка воды. Эшли? Черт возьми, даты побледнела!
Эшли сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, повторила нехитрую процедуру и лишь затем покачала головой и через силу улыбнулась.
— Не беспокойся, Сэмми. Просто…
— Какая ж я дура! — с чувством произнесла Саманта, безжалостно давя в пепельнице недокуренную сигарету. — Прости, Эшли, мне не следовало рассказывать тебе все это. Не принимай близко к сердцу, ты же знаешь, как у нас любят перемывать косточки ближнему. Возможно, ничего такого и не было. Я просто решила…
— Ты ни в чем не виновата. — Эшли уже пришла в себя. — О Джуд Карнеро я слышала.
Кстати, Мелвин рассказал о ней сам, я его за язык не тянула. Объяснил, что они не сошлись характерами и расстались без взаимных претензий. Знаешь, мне его откровенность даже понравилась. А вот о дочери Гэлвина слышу в первый раз. Но… — Она не договорила и, порывшись в сумочке, достала изящное портмоне, расшитое голубоватым бисером. — Извини, мне пора. Надеюсь, ты не опоздаешь на мою свадьбу, как я опоздала на твою?
Подруги рассмеялись. Саманта вышла замуж шесть месяцев назад, а Эшли, будучи подружкой невесты, едва не сорвала торжественную церемонию, опоздав на целых полчаса из-за жутких дорожных пробок.
— Выеду заранее. Ты сейчас домой?
— Да. Но сначала заверну к Кэрри. Она, правда, собиралась к портнихе, но, может быть, уже вернулась.
— Как ей нравится в Европе? — словно невзначай поинтересовалась Саманта.
Кэрри Саймингтон, двоюродная сестра Эшли, год назад уехала во Францию, где собиралась изучать искусство. После смерти жены отец Кэрри, родной брат отца Эшли, с головой ушел в бизнес и, понимая, что времени на воспитание дочери катастрофически не хватает, предпочел отправить ее в Европу. Кое-кто осуждал его за это, считая, что вдали от дома восемнадцатилетняя девушка далеко не примерного поведения окончательно отобьется от рук, но Джордан Саймингтон никого не слушал. За последние четыре года он заработал несколько миллионов на биржевых спекуляциях, а деньги, как известно, часто делают тех, кто ими обладает, глухими и слепыми.
Джордан не слышал предостережений и не видел, какой растет дочь. Точнее не желал ни слышать, ни видеть.
— Нравится, — коротко ответила Эшли. — Ты же знаешь, Сэмми, мы с ней не очень близки.
Опасаясь затронуть еще одну потенциально опасную тему, Саманта поспешила закончить разговор:
— Ладно, мне тоже пора, а то Диннокс просечет, что я опоздала, и устроит крик на всю редакцию. Он сейчас на диете, а поэтому орет на всех без разбору! Ты можешь объяснить, почему так происходит: как только люди ступают на стезю добродетели, у них резко портится характер?
Подруги рассмеялись, расцеловались и разошлись.
Кэрри Саймингтон вернулась из Европы полторы недели назад и все это время посвятила, по ее собственному выражению, активному отдыху: ходила по магазинам, навещала знакомых и даже съездила в Филадельфию. Занятый делами, Джордан Саймингтон предоставил дочь самой себе, выделив ей на расходы несколько тысяч долларов. Эшли, которая была на пять лет старше кузины, никогда не поддерживала с ней близких отношений, но Кэрри привезла из Парижа свадебное платье, и его требовалось срочно примерить.
Трехэтажный особняк Саймингтонов располагался в другой части города, и Эшли намеревалась доехать туда на такси, но после разговора с Самантой настроение испортилось, и она решила немного пройтись пешком, а уж потом взять машину, Нельзя сказать, что откровения подруги стали для нее таким уж большим сюрпризом. Еще месяц назад, сделав предложение руки и сердца, Мелвин рассказал ей о романе с Джуд Карнеро, выпускницей Принстона, дочери известного в Ричмонде предпринимателя, владельца двух банков и сети закусочных. По его словам, отношения между ними не сложились из-за желания Джуд продолжить карьеру фотомодели на Западном побережье. Сам Мелвин называл себя патриотом Востока. К тому же он не хотел уезжать далеко от родителей, которые жили в небольшом городке Камберленд, штат Виргиния.
Тогда, месяц назад, Эшли приняла признание жениха за проявление искренности и ответственности. В свои двадцать четыре года она прекрасно понимала, что жизнь не автострада, по которой можно мчаться, не глядя по сторонам и не сворачивая. Но сегодня, за два дня до свадьбы, слова Саманты почему-то задели Эшли за живое. Может быть, потому что Мелвин не рассказал о дочери Питера Гэлвина? Нет. Она ведь тоже предпочла сохранить кое-что для себя. Человек не может и не должен выворачиваться наизнанку даже перед любимым. Но тогда…
— Черт возьми, малышка! Торопишься в лучший мир? Ничего не имею против — но только не тяни с собой других!
Эшли не сразу поняла, что гневная тирада обращена к ней и что у водителя новенького «мустанга» есть все основания для столь экспрессивного выражения чувств — задумавшись, она стала переходить улицу на красный свет.
— Извините. — Эшли поспешила к тротуару.
— Ладно, чего уж, — хмыкнул водитель.
Пройдя еще пару кварталов, Эшли все же остановила такси, а через четверть часа уже вышла у недавно построенного особняка с прекрасным видом на реку Джеймс. Она прошла по вымощенной серыми плитами дорожке, бросила мимолетный взгляд на показавшуюся знакомой машину возле гаража и, взбежав по ступенькам, нажала на кнопку звонка. Никто не ответил. Подождав, Эшли повторила попытку — с тем же результатом.
— Наверное, Кэрри еще не вернулась, — пробормотала Эшли себе под нос и на всякий случай толкнула дверь, которая медленно, но совершенно бесшумно отворилась.
Холл встретил ее тишиной и приятной прохладой. Эшли заглянула в кухню — никого, в библиотеку — никого. Разгуливать по чужому дому ей не хотелось, но и торчать на улице в ожидании кузины, которая, возможно, просто уснула у себя в комнате, было бы просто глупо. Оставалось только заглянуть на второй этаж и проверить задний двор.
Широкая деревянная лестница, застеленная ковровой дорожкой, привела гостью на площадку. Эшли повернула налево и подошла к комнате Кэрри. За неплотно закрытой дверью звучала музыка. Какая безответственность, с раздражением подумала Эшли и, не постучав, переступила порог.
— Я… — Она осеклась, с изумлением и ужасом взирая на открывшуюся ее глазам картину.
Мелвин Грэхем лежал на широком диване.
Пряди черных волос прилипли к потному лбу, из-под закушенных губ вырывались хриплые стоны, как у заканчивавшего марафонскую дистанцию бегуна, а длинные тонкие пальцы впились в тугие, словно футбольные мячики, ягодицы молодой женщины, восседавшей на нем в позе всадницы. Скачка, судя по всему, подходила к концу: движения слившейся в экстазе парочки становились все быстрее, стоны одного и вскрики другой звучали все громче, и наконец, достигнув финиша первой, юная амазонка обрушилась на своего партнера, который совершил еще пару отчаянных толчков и затих, откинув голову на расшитую серебром подушечку.
Эшли стояла как вкопанная.
Длинные темные ресницы дрогнули, и Мелвин открыл глаза. Руки его скользнули вверх по спине партнерши и остановились в тот самый момент, когда его взгляд наткнулся на неподвижную фигуру у порога.
— Эшли? — пробормотал он и несколько раз моргнул, вероятно надеясь, что видение исчезнет. Выражение блаженства растаяло, сменившись гримасой растерянности. — Эшли…
Лежавшая на нем красотка — сознание Эшли, существовавшее в эти секунды как бы само по себе, беспристрастно зафиксировало основные параметры обнаженного тела — лениво повернула голову, и по ее распухшим багровым губам скользнула самодовольная усмешка.
Наверное, именно эта усмешка и вывела Эшли из транса. В следующий момент она повернулась и, не говоря ни слова, выбежала из комнаты.
— Эшли, постой! — догнал ее у лестницы крик Мелвина. — Это не то, что ты думаешь! Я все объясню. Да подожди же!
Она не помнила, как скатилась по лестнице, как промчалась через холл, как выскочила на улицу и что было дальше. Мозг отключился, чувства затаились, словно напуганные появлением акулы мелкие рыбешки, и только некая аварийная система, приведенная в действие сигналом бедствия, вела ее по улицам, останавливала на переходах и определяла маршрут. Эта система направила ее домой, помогла подняться на нужный этаж, повернула к нужной двери и отключилась лишь тогда, когда Эшли упала на кровать.

Глава 1

Росс Макдермот не любил торжественные церемонии, а потому всегда предпочитал появляться после завершения официальной части. Когда он, рассчитавшись с таксистом, подошел к особняку Джордана Саймингтона, лужайка уже опустела, стулья были убраны, дорожка свернута, и о совершившемся здесь событии напоминали только гоняемая ветром пара воздушных шариков и мелькавшие в аккуратно подстриженной траве разноцветные бумажные ленточки.
— Я могу вам чем-то помочь сэр? — Возникший из ниоткуда слуга окинул незнакомца внимательным взглядом.
— Пожалуй. — Росс достал из нагрудного кармана легкого шелкового пиджака красочно оформленное приглашение. — К сожалению, я немного опоздал.
— Мистер Макдермот. — Слуга поклонился. Мистер Саймингтон предупреждал меня о вас.
Вы можете либо присоединиться к молодоженам и гостям в отеле «Регент», и в этом случае я вызову вам такси, либо подождать в доме.
Мистер Саймингтон вернется через полтора-два часа.
Росс посмотрел на часы, задумчиво потер щеку и, по-видимому приняв решение, кивнул.
— Подожду здесь.
— В таком случае…
Росс вскинул руку.
— Обо мне не беспокойтесь. Бренди, пару сандвичей и… пожалуй, все. Я пройду в библиотеку.
— Да, сэр.
Окна библиотеки, выходившие на северную сторону, были плотно зашторены, и в комнате царил полумрак. Переступив порог, Росс на мгновение остановился, огляделся и уже шагнул к массивному кожаному креслу, когда оттуда донесся похожий на всхлип звук. Присмотревшись, он увидел, что облюбованное им место занято молодой женщиной. Она сидела, подобрав под себя ноги, закрыв ладонями лицо, и, похоже, пребывала в далеко не праздничном настроении, что подтвердил и еще один звук, напоминавший уже рыдания.
— Мне говорили, что женщины всегда плачут на свадьбах, но не кажется ли вам, что это перебор? — сухо спросил Росс, подходя ближе.
Она вздрогнула и опустила руки.
— Я хочу побыть одна.
Росс усмехнулся.
— Вы напоминаете мне героиню какого-то фильма с Ингрид Бергман. Та оплакивала расставание с молодостью. А что опечалило вас?
Разочаровались в американской мечте? Или прощаетесь с молодостью?
— Пожалуйста, уходите, — пробормотала незнакомка. — Я не хочу никого видеть.
В дверь постучали, и Росс, обернувшись, увидел слугу с подносом.
— Мистер…
Росс вернулся к двери и забрал поднос, на котором стояли бутылка бренди, бокал и тарелочка с сандвичами.
— Будьте добры, еще один бокал и бутылку «эвиан», — сказал он слуге.
— Конечно, сэр, сию минуту.
Женщина пошевелилась.
— Вы что, не нашли лучшего места, чтобы выпить? В этом особняке дюжины полторы комнат.
Вместо ответа Росс поставил поднос на низенький резной столик и, снова вернувшись к двери, взял у слуги бокал и бутылку минеральной воды.
— Что вам нужно? — спросила незнакомка усталым голосом.
— Ничего. Но я могу предложить свои соболезнования.
Слово «соболезнования» прозвучало с оттенком насмешки. Или ей только показалось?
В любом случае меньше всего на свете Эшли а это была она — хотела становиться объектом жалости совершенно незнакомого мужчины.
— Кто вы?
Ответ последовал после секундной заминки.
— Меня зовут Росс Макдермот. — Не дождавшись реакции, он добавил:
— Я здесь по приглашению Джордана Саймингтона. А вы, если не ошибаюсь…
— Эшли Тейлор, — неохотно представилась она.
— Теперь, когда мы познакомились, самое время выпить.
Разливая бренди, Росс всмотрелся в лицо новой знакомой. Ее нельзя было назвать красивой в классическом понимании этого слова слишком высокий лоб, слегка раскосые темные глаза, короткие каштановые волосы, далекий от идеального нос, резко очерченный рот с полной, немного вывернутой нижней губой и чересчур решительный подбородок. Строгость и сдержанность парадоксальным образом сочетались в ней с чувственностью и ранимостью.
Он припомнил то, что слышал о ней.
— Вы друг Джордана?
— Можно и так сказать.
— Живете в Ричмонде?
— Нет. Я прилетел сюда на свадьбу и не собираюсь задерживаться.
Некоторое время оба молчали, потом Росс поднял бокал.
— Давайте выпьем. Откровенно говоря, я сегодня успел только позавтракать, да и вам нужно немного расслабиться.
— Расслабиться? Зачем?
— Чтобы забыть то, что случилось, и продолжать жить дальше.
— Как оригинально! — фыркнула она.
— Может быть и не оригинально, но эффективно. Оригинальность в нашем мире вообще вещь редкая. — Он отсалютовал ей бокалом и сделал глоток бренди. — Кстати, отлично восстанавливает силы.
Впервые за время разговора Эшли посмотрела на собеседника. Высокий, сухощавый, с резкими чертами лица. Возраст? Пожалуй, за тридцать, но меньше сорока. Одет в дорогой пиджак, туфли ручной работы. Держится непринужденно, сразу видно, что привык чувствовать себя одинаково уверенно в любой ситуации.
— Спасибо, но я не хочу бренди.
— Тогда шампанского? — предложил он. — На свадьбе ведь пьют шампанское, не так ли?
Она промолчала.
— Вы не очень-то разговорчивы. Может, расскажете, что вас так расстроило?
Эшли вздохнула.
— Я была бы очень признательна, если бы вы оставили меня в покое.
— Мы обсудим это, но только после того, как вы выпьете, — пообещал он.
— Я не хочу ни пить, ни обсуждать что-либо с вами. Неужели это так трудно понять?
— Готов согласиться с тем, что вы этого не хотите. Но вам нужно и выпить, и поговорить.
— Почему это мне нужно?
— Потому что вы обижены, унижены и оскорблены. Когда у женщины из-под носа уводят жениха, ее самолюбие сдувается, как проколотый воздушный шарик. Хотя, насколько я могу судить, вам с Мелвином удалось остаться друзьями, верно?
— Почему вы так решили?
— Вы же пришли, на свадьбу. — Росс сделал паузу и, не дождавшись реакции, сочувственно добавил:
— Наверное, не очень приятно смотреть на ту, которая заняла ваше место.
Не очень приятно! Свадьба Мелвина и Кэрри стала для Эшли самым тяжелым в ее жизни испытанием, если не считать смерть родителей, и только гордость дала ей силы выдержать его. И, конечно, она ни за что не появилась бы здесь, если бы не просьба дяди, Джордана Саймингтона. Именно он уговорил ее не уезжать из города, не уходить с работы и сделать вид, что ничего не случилось. Но, разумеется, все знали. Не детали, конечно, потому что Эшли никому не рассказала о том, как застала своего жениха совокупляющимся с ее двоюродной сестрой. Впрочем, недостаток информации лишь способствовал распространению самых различных версий. В результате одни сочувствовали Эшли, другие презирали ее, третьи поглядывали с откровенной жалостью. Для женщины нет клейма хуже, чем «брошенная».
— Вас ведь Джордан уговорил?
Занятая своими мыслями, Эшли вскинула голову.
— Что?
Росс взял с тарелки сандвич с курицей.
— Это ведь Джордан уговорил вас сделать вид, что ничего не случилось?
Она пожала плечами.
— Я сама так решила.
— Мужественное решение. Но почему вы уступили? Разве вы в чем-то зависите от кого-то из них? Кстати, где вы работаете?
— У Мелвина. В отделении компании «Глобал Инвестментс» — Взгляд ее упал на второй сандвич, и Эшли вдруг поняла, что ужасно проголодалась. — Послушайте, вы не будете возражать, если я возьму этот сандвич?
Росс одобрительно кивнул.
— Конечно нет. Я попрошу принести еще.
Пока его не было, Эшли успела проглотить сандвич и даже сделала глоток бренди.
Вернувшись, Росс обнаружил, что второй бокал уже пуст.
— Вам надо поесть. И давайте выпьем за будущее.
Эшли горько усмехнулась. Будущее виделось ей холодным, безрадостным и пустым.
— Не хотите пить за будущее?
— Нет.
— Не понимаю. Да, вы потеряли жениха, но и приобрели немало.
— Что же, например?
— Опыт. К тому же вы сохранили свободу, а значит, и возможность найти другого жениха.
И, наконец, три человека теперь у вас в долгу.
— Как это?
— Очень просто. Кэрри и Мелвин должны быть благодарны вам за то, что вы не устроили скандал. К тому же кузина просто получила от вас подарок в виде жениха. А Джордан благодаря вам избавился от необходимости заботиться о дочери. Логично?
— Вы всегда такой циничный?
— Это не цинизм, а трезвый взгляд на ситуацию. Вы еще слишком молоды, чтобы потери становились для вас невосполнимыми.
Сколько вам? Двадцать два? Двадцать три?
— Скоро двадцать пять, — ответила Эшли и с опозданием прикусила язык.
— Вот как! Значит, вы на пять лет старше невесты. Ну, с таким-то жизненным опытом женщина просто обязана уметь удерживать мужчину.
— Я не первая, кого он теряет.
— Хм. — Росс поднял бокал, и Эшли потянулась за своим. — Насколько я знаю, Мелвин Грэхем считался завидным женихом. И не только потому, что он красавчик. С другой стороны, мужчина, потакающий своим слабостям, вряд ли способен достичь многого.
Спокойный, рассудительный, слегка насмешливый тон, каким Росс говорил о человеке, которого, вероятно, знал весьма поверхностно, а может быть, и не знал совсем, и которого она любила, всколыхнул в Эшли злость.
— Как вы смеете так говорить! Мелвин…
Мелвин… — Эшли задохнулась от ярости.
— Но не отчаивайтесь, — словно и не заметив ее вспышки, продолжал Росс. — Вы, может быть, не так эффектны, как ваша кузина, но все же весьма привлекательны. Уверяю вас, через год боль пройдет и вы будете вспоминать об этой так называемой трагедии с улыбкой.
— Спасибо, — холодно бросила она.
— Так что у вас еще все впереди.
— Странно, но я, как ни вглядываюсь, ничего там, впереди, не вижу.
— Тогда нам ничего не остается, как только выпить за удачу. За то, чтобы фортуна повернулась к нам лицом.
Эшли снова поднесла к губам бокал. Ароматная, слегка маслянистая жидкость обжигающей струйкой прокатилась по пищеводу. На мгновение у нее перехватило дыхание. Что я делаю, мелькнуло в голове, пью с совершенно незнакомым мужчиной! Впрочем, мысль эта только промелькнула и тут же растворилась в приятном ощущении тепла, в окутывающей мозг туманной пелене.
— Уже лучше, правда?
Она кивнула и взяла с тарелки еще один сандвич.
— Спасибо.
— Вы действительно мне, благодарны или просто демонстрируете свои хорошие манеры? — полюбопытствовал он.
— Второе. А благодарна я вам буду только в том случае, если вы уйдете и оставите меня в покое.
— Чтобы вы могли поплакать?
— Это не ваше дело. Когда хочу, тогда и плачу, — дерзко ответила Эшли и тут же подумала, что ведет себя, как капризный ребенок.
— Что ж, не могу вас винить, — тоном познавшего всю мудрость мира философа произнес он. — Ущемленная гордость хуже дьявола. Да еще и осознание того, что у вас из-под носа увели такого богатого жениха.
Эшли вспыхнула.
— Деньги здесь ни при чем. Я любила Мелвина.
— Вот как? Уже не любите?
Она вздохнула.
— Люблю.
Росс покачал головой.
— Вы так это говорите, что я склонен вам поверить. Попробуйте полюбить другого. Говорят, самое лучшее лекарство от неразделенной любви — новое увлечение.
— Хотите — верьте, хотите — нет. А ваши рассуждения просто отвратительны.
После второй порции бренди Эшли действительно стало легче. Острая боль, гвоздем сидевшая в сердце весь последний месяц, с тех самых пор, как она увидела Мелвина с Кэрри, постепенно ослабевала, отчаяние рассасывалось, сменяясь тупым равнодушием.
— Не хотите рассказать, облегчить душу?
Неожиданно для себя Эшли рассмеялась. Ее чувства всегда оставались тайной для всех. Она не открывала сердце ни перед родственниками, ни перед друзьями, а уж перед этим навязчивым циником… Ей вдруг пришло в голову, что он намеренно спаивает ее. Спаивает, чтобы воспользоваться ее слабостью. Чтобы…
Она хихикнула. Какая чушь! Кому нужна убитая горем, с размазанной по лицу тушью женщина?! Такой красавчик всегда найдет то, что ему надо, не прилагая особых усилий.
Вероятно, эти мысли отразились на лице Эшли, потому что Росс мягко улыбнулся и едва заметно качнул головой.
— Надо же как-то провести время. Начните хотя бы с того, как вы познакомились.
Похоже, алкоголь уже сделал свое дело, потому что, сама того не желая, Эшли вдруг сказала:
— Я нашла ему квартиру.
Эти слова, вырвавшиеся помимо ее воли, словно проделали брешь в плотине, за которой слишком долго скапливались чувства, воспоминания, невысказанные надежды и горькие разочарования, и вслед за ними устремился целый поток.
— Мои родители умерли в тот год, когда я заканчивала школу. Средств у меня не было, но дядя Джордан настоял на продолжении учебы в колледже. Я проучилась два года и устроилась на работу в агентство по недвижимости.
Так случилось, что Мелвин стал моим первым клиентом. Он представляет в Ричмонде крупную инвестиционную фирму с головным офисом в Нью-Йорке. Работает здесь третий год. Восемь месяцев назад Мелвин пришел в наше агентство с просьбой подыскать для него квартиру. Я нашла то, что ему требовалось, за два дня и еще сэкономила для него несколько сотен долларов. Он пригласил меня в ресторан.
Потом я перешла работать в его фирму. И мы стали встречаться. Вот, собственно, и все.
— Довольно романтично, — прокомментировал Росс.
Если в его реплике и скрывалась насмешка, Эшли ее не заметила. Воспоминания увлекли ее.
— Нам было так хорошо вместе. Работа требовала от Мелвина постоянных разъездов, но почти все уикенды мы проводили вдвоем. А два месяца назад он сделал мне предложение.
— Вы сразу согласились?
— Да, сразу. Если вы не поняли, повторю: я люблю Мелвина.
— Веский аргумент, что и говорить. Кстати, вы продолжаете у него работать?
— Да, но теперь придется уйти. Вернусь в агентство. Они обещали меня принять.
Росс недоуменно посмотрел на нее.
— Но зачем вам уходить? Вы же справляетесь со своими обязанностями, не так ли? А если Мелвин попытается вас выжить, всегда можно обратиться в головной офис. Или припугните его судом. Вряд ли ему нужен еще один скандал, ведь главное оружие бизнесмена это его репутация.
Эшли скрипнула зубами.
— Вы опять не понимаете — я хочу уйти. Мне будет трудно встречаться с ним каждый день.
И ему тоже. Да и Кэрри…
— Тогда почему вы не ушли раньше, как только он предпочел вам другую?
— Я подала заявление. Но Мелвин упросил меня остаться. Ради него. Ради Кэрри.
Росс нахмурился.
— Боюсь, мне не понять ни его, ни вашей логики.
— Логика проста. Он стремился избежать ненужных разговоров, пересудов. Если бы я ушла сразу, то это выглядело бы демонстративно, а так мы сохранили видимость дружеских отношений. Да и дядя Джордан тоже попросил меня не осложнять жизнь Кэрри.
— Похоже, вы угодили им всем. — Росс развел руками. — Продолжайте.
— А что продолжать? — Эшли опустила голову. — Вот и весь рассказ. Все довольны.
— Да-а.
Некоторое время Росс молчал, задумчиво глядя на погрустневшую молодую женщину, преданную самими близкими людьми, но так и не впустившую зло в свою душу. Росс Макдермот повидал всякое и знал, как легко ломаются люди, когда на них обрушивается настоящая беда, как быстро они озлобляются, уходят в себя, сдаются и начинают скользить вниз, обвиняя мир во всех своих неудачах. Эшли Тейлор, похоже, слеплена из другого теста. Она не собиралась жаловаться и опускать руки, но жизнь не всегда милостива к упорным, честным и благородным. Росс мог привести десятки примеров, доказывающих жестокость и равнодушие мира. Ты можешь быть умным и сильным, искренним и справедливым, отзывчивым и добрым, но так и не вскарабкаешься по ледяной горке, если в нужный момент тебя не поддержит или не подтолкнет чья-то рука.
— Вы удивительная женщина.
Эшли пожала плечами.
— Ни Мелвин, ни Джордан, ни Кэрри не сделали мне ничего плохого. То, что мой жених предпочел другую, вовсе не делает его злодеем.
Джордан всегда помогал мне, и без него я не смогла бы учиться в колледже. — Эшли допила бренди. — Просто мне не повезло. Как всегда.
— А Кэрри? Неужели вы на нее не в обиде?
— За что?
— Кузина украла у вас жениха.
— Вы так говорите, как будто она сделала это намеренно.
— А разве нет? — Не дождавшись ответа, Росс кивнул. — Понятно. Вы не пытались бороться за него?
— Нет. — Гордость никогда бы не позволила ей это после сцены, свидетелем которой она стала.
— Значит, вы просто отпустили его. Впрочем, есть мужчины, за которых не стоит бороться.
Мелвин из их числа. О таких жалеть не стоит.
— Как вы можете так о нем говорить!
— Но это правда.
Эшли заметила, что, подливая ей бренди, Росс почти не пьет сам. Перехватив ее взгляд, он поспешил объяснить:
— Видите ли, завтра я улетаю в Европу. Так что утром мне еще предстоит бросок в Вашингтон.
— Я тоже собиралась съездить в Европу. Всегда мечтала побывать в Италии.
Голос предательски дрогнул, и Эшли замерла, отчаянно стараясь не моргнуть, но одна слезинка все же выползла из-под ресниц и, медленно скатившись по щеке, упала на тыльную сторону лежавшей на колене ладони.
В следующий момент Росс Макдермот приподнялся, осторожно взял ее руку и поднес к губам.
Жест получился настолько интимным и одновременно естественным, что ошеломленная Эшли мгновенно обратилась в камень.
Она не знала, сколько времени продолжалось это странное оцепенение, как долго ее взгляд оставался прикованным к его строгому, бесстрастному лицу, но все закончилось, когда где-то в глубине дома хлопнула дверь.
Эшли быстро выдернула свою руку и отвернулась.
Росс поднялся и взглянул на часы.
— По-моему, нам пора уходить.
Эшли тоже встала и с удивлением обнаружила, что пол вдруг начал уходить из-под ног.
— Я… — Ей пришлось снова опуститься в кресло. — Вам надо остаться. Джордан огорчится, если вы уйдете.
Росс усмехнулся.
— Сомневаюсь. Я отвезу вас домой.
— Мне не нужны провожатые.
— Может быть, вам лучше остаться здесь?
— Только не здесь! Я хочу домой. — Эшли повторила попытку подняться, но была вынуждена ухватиться за Росса. — Черт, да идите же! Мне…
— Хватит упрямиться, — резко сказал он. — Мы выйдем отсюда вместе, и я отвезу вас домой. Будете сопротивляться — применю силу.
Усталость, напряжение, отчаяние и выпитое на пустой желудок бренди сомкнули ряды и совместно обрушились на Эшли. Лампочки в голове гасли одна за другой, и Эшли смутно понимала, что скоро окажется в полной темноте.

Коридор. Она не помнила, как они вышли из библиотеки.
Ступеньки. Какие они узкие и высокие. Как только здесь люди ходят.
Двор. Машина.
Темнота все же настигла ее.

Глава 2

— Где ваш ключ?
— В сумочке.
— Какой этаж?
— Третий.
Странно, но она сама набрала код на панели возле входной двери и почти самостоятельно дошла до лифта.
— Спасибо, дальше я сама.
Росс лишь покачал головой, а у Эшли уже не было сил спорить.
Лифт не работал, и они поднялись по лестнице. В тепле Эшли снова овладела сонливость: к ногам как будто подвесили мешки с песком, веки налились свинцом, мысли терялись в заполнившем голову тумане.
Эшли смутно сознавала, что кто-то поднимает ее на руки и вносит в квартиру. Потом ее положили на кровать.
— Не уходи, — пробормотала она.
Сознание возвращалось медленно, как будто после долгого летаргического сна. Открыв глаза, Эшли обнаружила, что лежит в своей постели, но как она туда попала и что случилось накануне — на эти вопросы память не давала никакого ответа. В голове кружились разрозненные мысли, неясные образы, отдельные, совершенно не связанные между собой обрывки разговоров. Вот Мелвин и Кэрри перед алтарем. Вот священник, объявляющий их мужем и женой. Вот… «Мне говорили, что женщины всегда плачут на свадьбах»…
Она крепко зажмурилась, надеясь, что вот сейчас снова откроет глаза и окажется в привычном, знакомом мире, где Мелвин ее жених, где они готовятся к свадьбе и где нет ни тревог, ни страха, ни отчаяния. И верно, образы стали яснее, картины отчетливее, разбросанные события минувшего дня вдруг соединились в логическую цепочку, и Эшли с ужасом осознала, что кошмарные видения не игра подсознания, а явь, реальность, от которой ей теперь никуда не уйти.
Застонав, она перевернулась на спину и уставилась в потолок. Сегодня он не вертелся, а твердо стоял на положенном месте. Боже, как же можно было так напиться, как можно было выставить себя на посмешище! Если бы не тот… как же его… да, Росс. Росс Маклер мот. Если бы не он…
В памяти всплывали все новые и новые детали. Лужайка перед особняком Саймингтонов… около сотни гостей, рассевшихся на белых пластиковых стульях… Мелвин и Кэрри, сияющие и счастливые… полутемная библиотека… незнакомец, приникший губами к ее руке…
Эшли вспомнила, как они ехали в такси, как поднимались по лестнице на третий этаж, как он открыл дверь. Но что было потом?
Должно быть, Росс помог ей добраться до кровати и ушел. Да, ушел, потому что он собирался улететь сегодня в Европу. Она просто обязана поблагодарить его, но только не лично. Меньше всего на свете Эшли хотелось видеть Росса Макдермота, ставшего невольным свидетелем ее слабости, ее горя. Что ж, слава Богу, в ближайшее время такая опасность ей не грозит, потому что его нет в Ричмонде.
Немного успокоившись, Эшли снова закрыла глаза и погрузилась в сон, из которого ее вырвали доносящиеся из кухни звуки: шум льющейся воды, неразборчивое бормотание радио.
Странно. Кто бы это мог быть? Неужели она не закрыла кран? Часы показывали половину девятого. Обычно Эшли вставала в половине седьмого, чтобы успеть сделать зарядку, приготовить завтрак и не опоздать на работу. Но сегодня спешить было некуда. Вот так, прошептал ироничный голос, дававший знать о себе в самые неподходящие моменты жизни, ни работы, ни жениха, ни денег.
Пора вставать. Принять душ, выпить кофе, привести себя в порядок и жить дальше.
Эшли откинула простыню и замерла, обнаружив, что спала совершенно голая. В глаза бросилось перекинутое через спинку стула платье, аккуратно сложенное белье…
Если она смогла самостоятельно раздеться и не оставить одежду на полу, то почему не надела сорочку? Почему изменила привычке?
Заметавшийся по комнате взгляд наткнулся и на еще одно тревожное свидетельство.
Обычно Эшли спала на одной подушке, но сейчас их было две и обе смяты.
Тупо взирая на постель, она сделала два вывода: вторая подушка взялась из верхнего ящика шкафа, где хранились постельные принадлежности, и на ней ясно вырисовывался отпечаток головы.
Не может быть.
Эшли застонала и согнулась пополам, как будто получила удар в солнечное сплетение.
Не может быть.
Тем не менее все указывало на то, что может и даже было.
Ее начало трясти.
Как он мог поступить с ней таким образом?! Как мог так унизить ее, так оскорбить, растоптать?!
Или она сама во всем виновата?
Да и кто он на самом деле? Что ей известно о нем? Откуда взялся этот Росс Макдермот, если только его действительно так зовут?
В общем, она не знала о нем ничего, кроме того, что он беззастенчиво воспользовался ее положением. И этот факт характеризовал его красноречивее всяких слов.
О Боже.
Вот оно, жестокое воздаяние за глупость и неосмотрительность, за то, что напилась и доверилась незнакомому мужчине.
Прошло несколько минут, прежде чем Эшли нашла в себе силы встать и доплестись до ванной. Капли воды на двери душевой кабинки, свежий запах какого-то мужского геля, влажное полотенце на сушилке — все указывало на недавнее присутствие здесь постороннего, чужака.
Наверное, чувствовал себя, как дома, мрачно подумала Эшли. Ни в чем себе не отказал.
Преодолевая отвращение, она вошла в кабинку и, включив воду, внимательно осмотрела руки и ноги, грудь и живот, но так и не обнаружила следов насилия в виде синяков, кровоподтеков или царапин. Впрочем, отсутствие их еще ни о чем не говорило — вероятно, у нее не было сил сопротивляться или он раздевал ее уже тогда, когда она совсем отключилась.
Эшли долго и упорно терла себя губкой, словно надеясь избавиться от невидимых следов, оставленных прикосновениями Росса.
Душ поправил настроение, и она решила, что вместо того, чтобы сидеть дома и предаваться унынию, надо выйти на свежий воздух, прогуляться по парку и заняться поисками новой работы. По крайней мере, сделать шаг в верном направлении. Пора возвращаться к жизни.
Эшли высушила и аккуратно расчесала волосы, надела банный халат и направилась в кухню. Здравый смысл подсказывал ей, что перед тем, как уходить, нужно позавтракать, но при мысли о еде желудок начал бурно протестовать.
Нет, что ей действительно необходимо, так это чашка крепкого горячего кофе. Эшли включила чайник, смолола кофе и уже наливала в чашку сливки, когда на пороге возникла широкоплечая мужская фигура.
В темно-синем джемпере и в джинсах, чисто выбритый и распространяющий запах дорогого одеколона, Росс Макдермот выглядел так, как и должен выглядеть отдохнувший, довольный жизнью мужчина, которого не одолевают угрызения совести.
— Ммм… — Он принюхался и одобрительно кивнул. — Мне показалось, что здесь пахнет кофе.
Обойдя безмолвную Эшли, он подошел к плите, налил в чашку кофе и как ни в чем не бывало уселся за стол.
— Думал, вы еще не встали. Когда уходил, вас было не разбудить.
Откровенно говоря, Росс никак не ожидал увидеть ее такой свежей и… красивой. Накануне он успел обратить внимание на ее стройную фигуру, тонкие руки с длинными пальцами, но сейчас Эшли предстала перед ним в свете дня, явив новые детали; изящные маленькие ушки и необычного, изумрудного оттенка глаза.
Чувствуя на себе его оценивающий взгляд, Эшли какое-то время молча пила кофе, но потом все же не выдержала и резко спросила:
— Как вы сюда попали?
— Позаимствовал ваш ключ.
— Не думала, что вы вернетесь.
Он недоуменно вскинул бровь.
— Почему?
— Ну, после того, что случилось… — Она не смогла договорить.
Росс сухо усмехнулся:
— Должен признаться, я удивлен, что вы что-то помните.
— Я и не помню, но это же очевидно, не так ли?
— Что очевидно?
— Вы же раздели меня, верно? — Выждав паузу и не услышав возражения, она добавила:
— А потом воспользовались моим состоянием!
— В каком смысле? — невинно поинтересовался он.
— Вы и сами прекрасно знаете!
— Если вы имеете в виду, что мы провели ночь на одной кровати…
— Будете отрицать?
— И не подумаю.
— Негодяй!
На его лице не дрогнул ни один мускул.
— Почему вы считаете, что во всем виноват только я?
Эшли вздрогнула и поспешила отогнать неприятную мысль о том, что сама стала инициатором случившегося.
— Любой человек, у которого есть хотя бы остатки совести, ушел бы и не вернулся. Оставил бы меня в покое.
— Я не собирался оставаться у вас на ночь, но вы сами попросили…
— Нет! Я не могу в это поверить! Вы лжете.
Он пожал плечами.
— Могу процитировать. Вы сказали: не уходи. И еще взяли меня за руку.
Его слова задели в памяти Эшли полузабытую струну. Она не хотела признавать это, но понимала — Росс не лжет.
— Вы должны были осознавать, что я слишком пьяна, чтобы отдавать отчет в своих действиях или в словах.
— Я осознавал другое: вам не хотелось оставаться одной, — возразил Росс.
— Если бы вы знали меня лучше, — с горечью воскликнула Эшли, — то понимали бы, что мне не нужны романы на одну ночь! Я не любительница такого рода приключений.
— У меня не было времени и возможности узнать вас лучше, так что извините.
— Извинить вас?! Вы поступили совершенно по-свински! Воспользовались ситуацией, чтобы переспать со мной!
— Вы хотите сказать, что мы занимались сексом?
— Да.
— Ошибаетесь. Я, по крайней мере, этим не занимался. А ваши фантазии — ваше личное дело.
— Нет?
— Если бы вы знали меня лучше, то понимали бы, что мне не нужны романы на одну ночь. — Он помолчал и холодно добавил:
— К тому же мне не доставляет никакого удовольствия спать с находящимися в бессознательном состоянии женщинами. И еще. Попросив меня остаться, вы отключились уже через пару секунд. Так сказать, умерли для окружающего мира.
Эшли облегченно вздохнула, но, желая полностью развеять сомнения, все же уточнила:
— Так вы со мной не спали?
— Я мог бы ограничиться одним словом «нет», но, соблюдая точность, отвечу так: мы спали на одной кровати. Вот и все. Не больше и не меньше.
Оставалось прояснить еще одно обстоятельство.
— Если так, то зачем вам понадобилось раздевать меня? Это же такая морока — возиться с крючками и пуговицами! Могли бы оставить меня как есть.
— Поверьте, никаких проблем не возникло. Заметив, что она покраснела, Росс продолжил:
— Знаете, вчерашний день был нелегким не только для вас, так что мне было вовсе не до амуров. Уверяю вас.
— Но я бы могла поспать и в одежде.
— Вы, наверное, не помните, но вам очень хотелось избавиться от платья. Возможно, чтобы поскорее разделаться со всем, что напоминало о Мелвине.
И снова некое смутное воспоминание подсказало Эшли, что он не обманывает.
— Если не считать этого, я и пальцем вас не тронул, — заключил Росс. — Ну, теперь довольны?
— Но поначалу вы намеренно заставили меня предположить худшее! — сердито заявила она.
Он лишь пожал плечами.
— Почему? Зачем вам это понадобилось?
— По-моему, вы сами пришли к такому заключению, и я здесь абсолютно ни при чем. Вам хотелось в это поверить, вот вы и поверили.
— Что вы хотите этим сказать?! — возмутилась Эшли. — Хотелось поверить! Чушь! Я была в ужасе.
Он скорчил гримасу.
— Ваше возмущение так искренне, что я, пожалуй, признаю свою вину. Возможно, у меня развился некий комплекс. Или все дело в уязвленном самолюбии.
Неожиданно для себя она рассмеялась и тут же подумала о том, что не только не смеялась, но даже и не улыбалась последние несколько недель.
— Еще кофе? — спросил Росс, поднимаясь.
Эшли кивнула.
— С сахаром и сливками?
— Да, пожалуйста.
Теперь, когда утренние опасения развеялись, Эшли впервые получила возможность оценить своего нового знакомого объективно.
Выше среднего роста, сухощавый, с сильными руками, он, может быть, и не был так красив, как Мелвин, но имел по крайней мере одно преимущество: в его лице с несколько грубоватыми чертами, в неторопливых, но рассчитанных движениях, в голосе и в манере держаться ощущались настоящая мужская сила, уверенность в себе, зрелость и достоинство. Наблюдая за ним исподтишка, Эшли уже не сомневалась, что ее новому знакомому нет никакой необходимости пользоваться женской слабостью.
В какой-то момент Росс повернулся, и она смущенно отвела взгляд, чувствуя, как краснеет, и коря себя за чрезмерное любопытство.
Он ничего не сказал, предоставив ей самой выпутываться из неловкой ситуации, и Эшли, выждав несколько секунд, задала ему последний из остававшихся пока без ответа вопросов:
— Не понимаю, почему вы вчера не остановились в отеле или не остались у Джордана Саймингтона, а предпочли провести ночь у меня.
— Предполагаете, что я преследовал при этом некие далекие от благородных цели?
Она смутилась еще сильнее.
— Я ничего не предполагаю, и давайте закроем эту тему. Но вы не производите впечатления человека, который приезжает в чужой город, не позаботившись о ночлеге.
— Ричмонд для меня не чужой город. И я остался у вас совсем не для того, чтобы сэкономить на отеле.
— Мне такое и в голову не приходило.
— У меня здесь свой дом.
— Вот как?
— Да.
— Но тогда зачем… — Эшли оглядела свою крохотную кухню. — Моя квартира не отличается какими-то особыми удобствами, а уж роскошной ее и вовсе не назовешь.
— Мне показалось, что вы хотите, чтобы я остался. И, кроме того, я в некоторой степени считал себя ответственным за вас — ведь пили мы вместе. — Он присмотрелся к ней повнимательнее. — Как вы себя чувствуете?
— Нельзя сказать, что очень хорошо, но, пожалуй, лучше, чем заслуживаю. — Эшли опустила голову, избегая взгляда его пронзительных серых глаз, и, глубоко вздохнув, добавила:
— Приношу вам свои извинения.
Росс поднял руку, собираясь возразить, но Эшли решительно продолжала:
— Во-первых, за то, что оскорбила вас подозрениями, а во-вторых, за вчерашнее. Вы приехали издалека, приехали на свадьбу, а вместо того, чтобы веселиться, провели весь вечер с женщиной, обремененной собственными проблемами.
— Меня никто к этому не принуждал.
— Но я же все вам испортила! Вы совершенно впустую потратили время!
Глаза Росса озорно блеснули.
— Я бы так не сказал.
— Может быть, у вас есть какие-то дела в Ричмонде, и теперь вам придется задержаться здесь.
— В данный момент у меня нет здесь никаких дел.
— Вы говорили, что собираетесь в Европу. — Эшли постаралась сказать это как бы ненароком, но сердце замерло в тревожном ожидании ответа.
— Да, сегодня.
— О. — Нотка разочарования все же прозвучала в этом коротком звуке, и Эшли поспешила замаскировать предательски обнаружившееся чувство бодрым интересом:
— В Италию?
— Да. Рим и Милан. Моя фирма имеет в этих городах финансовые интересы.
— Надолго улетаете?
— На пару недель. Планирую немного отдохнуть. Последние месяцы мне пришлось работать практически без выходных, а это не идет на пользу делу. Почему бы вам не отправиться со мной?
Последнее предложение прозвучала настолько неожиданно, что Эшли не сразу поняла, о чем речь.
— Извините?
— Я спросил, не хотите ли вы слетать со мной в Европу.
Застигнутая врасплох, она удивленно уставилась на него.
— В Италию?
— Да, Вы упоминали, что давно хотите побывать в этой стране.
— Я… Нет, я не могу.
— Но почему? Вы сейчас без работы, у вас есть свободное время. Почему бы не воспользоваться возможностью? Поверьте, вы останетесь довольны. Италия — прекрасная страна, а итальянцы — замечательные люди.
— Нисколько не сомневаюсь.
— Тогда что вас останавливает?
Побывать в Италии! Эшли мечтала об этом с детства. Она перечитала десятки книг, просмотрела десятки фильмов и даже целый год посещала курсы итальянского языка, так что могла при случае блеснуть цитатой из Данте или Боккаччо.
Но ехать в Европу с едва знакомым мужчиной…
Нет. Не стоит и мечтать.
Она покачала головой.
— Я не могу.
— Чем вы собираетесь заниматься? — Росс встал и подошел к окну. — Сидеть в квартире и терзать душу мыслями о Мелвине и Кэрри? — Едва произнеся эти слова, он тут же пожалел о сказанном — получилось грубо, резко и жестоко. Росс почувствовал себя так, словно ударил ребенка. — Поездка поможет вам развеяться. Смена обстановки — лучшее лекарство от депрессии. Конечно, я не обещаю вам никакой особенной роскоши, но уверен, вы вернетесь другим человеком.
— Вы не понимаете…
— Чего я не понимаю? — Он снова подошел к столу. — Хорошо, назовите мне хотя бы одну причину, по которой вы не можете это сделать.
— Помимо очевидной? — не поднимая головы, спросила Эшли.
Росс усмехнулся.
— Очевидная причина заключается, по-видимому, в том, что вы «хорошая девочка», а «хорошие девочки» не позволяют себе путешествовать с незнакомыми мужчинами?
— Вы не ошибаетесь.
— Немного несовременная, но достойная уважения точка зрения. Но есть и другие?
Эшли не собиралась никуда ехать, а потому и говорить о каких-либо причинах не имело смысла, но Россу удалось втянуть ее в игру.
— Ну начать с того, что я просто не в состоянии позволить себе такое путешествие.
— Эту проблему я беру на себя, — К тому же мне просто необходимо остаться в Ричмонде и начать искать работу. Если я уже в ближайшее время не подыщу себе новое место, то окажусь в весьма неприятной ситуации.
— Вы имеете в виду с финансовой точки зрения?
— Да.
— Признаюсь, у меня много деловых контактов как здесь, в Ричмонде, так и в некоторых других городах. По возвращении мы подыщем вам что-нибудь достойное. И вообще все расходы в этом путешествии я возьму на себя. — Заметив выражение ее лица, он сухо добавил: И я не собираюсь просить вас делить со мной постель. Я вообще не накладываю на вас никаких обязательств. — Росс сделал паузу, и глаза его насмешливо блеснули. — Если только вы сами того не пожелаете.
— На это не рассчитывайте. Не пожелаю.
— Ну вот. — Он с притворным огорчением развел руками. — Снова бьете по моему самолюбию. А если серьезно, то вы совсем не станете для меня обузой и, может быть, даже окажете посильную помощь, выступив в роли моей секретарши. Обязуюсь через две недели вернуть вас в Ричмонд. Как видите, ваши возражения не выдерживают критики.
Смущенная его напористостью и удивленная собственной готовностью сдаться, Эшли задумалась.
— Но разве вы настолько свободны в своих действиях, что можете брать с собой в поездку любого человека с улицы?
— К счастью, я занимаю положение, в котором не обязан ни перед кем отчитываться.
Страницы:

1 2 3 4 5





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2018г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.