Библиотека java книг - на главную
Авторов: 42550
Книг: 106900
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Я — джедай! »

    
размер шрифта:AAA

Майкл Стэкпол
Я — джедай!

(Звездные войны)

Глава 1

Никто из нас не любит сидеть в засаде, главным образом потому, что никогда нельзя знать наверняка, кто в данный момент ведет охоту — мы или наши противники. Эти пираты, воюющие на стороне Империи, не раз избегали ловушек, блестяще расставленных Новой Республикой. Создается впечатление, что они прекрасно осведомлены, где и когда и даже на какой технике их ждут. После им и остается-то всего ничего: планировать свои рейды в соответствии с полученной информацией. В итоге мы неизменно остаемся внакладе: тратим драгоценные время и силы на подсчет очередных убытков, лечение ран и восстановление разбитых машин.
Разбойный эскадрон считается элитным подразделением Новой Республики. Его пилотам поручаются наиболее трудные и ответственные задания. Последнее, например, предписывало отправиться в один из районов системы К'ватт и ждать там, удобно разместившись на нескольких астероидах покрупнее. На самом деле все обстояло иначе. Официальная версия на то и официальная версия, чтобы иметь двойное дно.
В конечном итоге мы оказались вблизи от пятой, главной луны системы К'ватт, Алакаты, где и было быстро установлено необходимое оборудование, правда, датчики работали в минимальном режиме, дабы не привлекать лишнее внимание тех, кому предназначалась ловушка. Перед вылетом с нами провели особый инструктаж. Разведывательное управление Новой Республики поставило эскадрилью в известность, что пираты Леонии Тавиры намерены захватить пассажирский лайнер, идущий с северного континента Алакаты. Что ж, их выбор можно одобрить. Три года назад мы с Миракс провели там волнующий медовый месяц, как раз незадолго до вторжения Гранд адмирала Трауна. Поэтому у меня сохранились самые приятные воспоминания об этом месте и особенно о богачах Новой Республики, чьи шеи и руки были сплошь в драгоценных камнях и не менее драгоценных металлах.
Я взглянул на хронометр, один из лучших приборов на «крестокрыле»:
— «Сверкающая звезда» все еще идет по расписанию?
Астродроид Свистун, электронный собеседник и по совместительству штурман, находился позади кабины пилота и не замедлил что-то раздраженно просвиристеть.
— Да, я помню, что просил тебя держать меня в курсе всех изменений. Да у меня и в мыслях нет, что ты ее упустишь, — я снял руки с приборной доски и стал медленно массировать запястья, чтобы восстановить кровообращение. — Просто я беспокоюсь.
Он тут же отозвался в излюбленной занудно-поучительной манере.
— Эй, если терпение издавна считается добродетелью, то это вовсе не значит, что нетерпение — грех.
И опять в ответ банальность. Благоразумно прекратив спор, я обратился к последней части дыхательного комплекса, которому когда-то научился у Люка Скайуокера, пока тот пытался завербовать меня в ряды джедаев. Сделав вдох через нос на счет четыре, я не дышал до счета семь и выдохнул на цифре восемь. Потом повторил, увеличивая промежутки. С каждым последующим вдохом нарастало ощущение, что чудовищное напряжение покидает меня, а сознание проясняется. Теперь я нуждался только в одном — в сражении… если, конечно, пираты появятся. И желательно, побыстрее.
Некоторые события действительно происходят очень быстро. Мы с Миракс и поженились-то очень быстро, а пока я соображал что к чему, вокруг нас заварилась такая каша, которая сделала нашу семейную жизнь нелегкой. Хотя я бы назвал это — семейной жизнью с элементами экстрима. Гранд адмирал Траун и его шуты испортили нам первую годовщину. Во время второй мне пришлось спасать Иана Додонну и остальных пленников из тюрьмы на «Лусанкии». Затем во время знаменитого имперского штурма на наш дом бесцеремонно свалился «звездный разрушитель». К счастью, мы тогда отсутствовали и не смогли встретить гостей, как полагается, о чем почему-то совершенно никто не пожалел.
В действительности, единственная польза от всего этого — последующее назначение. Выследить Леонию Тавиру — назначение, придавшее нашей жизни призрачный вкус удовольствия и отдыха. Когда между набегами ее пираты исчезали в неизвестном направлении, мы получали неделю спокойной жизни, и только по прошествии семи дней начинали оглядываться по сторонам в ожидании новой атаки. Ту злополучную неделю мы с Миракс провели с пользой: восстанавливали разрушенный дом, а заодно пытались склеить треснувшие отношения. Но как только все стало получаться, я узнал, что такое настоящий сокрушительный удар. По сравнению с ним бунт Трауна — невинная шалость.
Миракс решила, что хочет иметь детей.
Она решила.
Нет, я ничего не имею против карапузов, пускающих пузыри, особенно когда их уводят по домам счастливые родители. Дети хороши лишь на расстоянии, в чужом доме. Хм. Объяснять свою жизненную позицию Миракс оказалось не самым приятным делом, которым я когда-либо занимался в своей бурной жизни. К тому же болезненным. Растерянность и обида в ее глазах еще долго преследовали меня. Честно говоря, мое мнение вряд ли было решающим, да я и сам не знал, хочу ли отговорить Миракс от опрометчивого шага. И все же, попытка не пытка.
Ну, это как сказать… Аргументы, которые я привел любимой жене, поражали своей примитивностью и несостоятельностью. Взять, к примеру, вот этот: «Сейчас наступили тяжелые времена для Галактики». Она отбила его мощным контрударом: «Наши родители находились в сходной ситуации, и мы, как ни крути, чувствуем себя более-менее нормально». Я парировал «ненадежной, мало оплачиваемой работой». Миракс только хмыкнула в ответ: «Главное — ты жив, а все остальное дело наживное». Сентенцию она подкрепила статистическими выкладками: несколько файлов с реальной отчетностью по ее экспортно-импортным операциям. Она заявила, что в одиночку может обеспечить семью из трех или четырех человек, а я на это время вообще могу оставить службу и посвятить себя заботе о младшем поколении. Кроме того, она заметила, что носить в себе ребенка целых девять месяцев без перерыва — это все равно, что отпахать три года с лишним при сорокачасовой неделе. Что может сравниться с материнским долгом? Только отцовский! После этого Миракс сказала, что я буду великолепным отцом, поскольку мой собственный отец в свое время провел хорошую воспитательную работу. Остается только вспомнить основные навыки, и дети будут от меня без ума. Или я от детей. Впрочем, какая разница? Фраза о том, что я должен отплатить ее свекру любовью, прозвучала довольно патетически, хотя и глупо. Такое впечатление, что я предам его память, если прямо здесь и сейчас не займусь вопросами детопроизводства. Аргумент убийственный, и Миракс отлично об этом знала.
Дискуссии по мере их нарастания привнесли немалый дискомфорт в наши отношения. Миракс превратила общение в непрерывный поток примеров из истории множества народов, вымерших только потому, что ни одна из пар не желала иметь детей. Миракс осыпала меня ядовитыми насмешками, за которыми я угадывал ее боль. Раздражение и жалость, растерянность и любовь — все это накалило эмоции до предела. Я чувствовал, что еще немного, и взорвусь. Малейший комментарий о генетической предрасположенности и дальнейшей судьбе нашего ребенка возвращал меня к нерешенной проблеме. Кусочки мозаики никак не желали складываться в красивую и понятную картинку. Я чувствовал, что так будет продолжаться, пока я не отреагирую правильно на поставленный вопрос. Вот только вопрос касался ребенка. Моего ребенка. Нашего ребенка.
Миракс пошла далее на то, что специально включила экран Всемирной сети именно в тот момент, когда в новостях показывали очаровательных трехлетних карапузов принцессы Лейи Органы. Близнецы оказались очень милы, и их появление могло спровоцировать демографический взрыв в Новой Республике. Мою жену нельзя упрекнуть ни в черной зависти, ни в стремлении быть такой как все, просто она была ровесницей Лейи, а значит, достигла того идеального для женщины возраста, когда стоит позаботиться о потомстве.
Если женщина хочет, значит, это неотвратимо. А информационные службы Республики, как нарочно, вновь и вновь показывали царственных близнецов. Репортеры Новой Республики предпочитали не акцентировать внимание на том, как детишки пускают слюни или ревут, упав и расшибив себе коленку, и сильно приукрашивали радости, связанные с воспитанием малышей. В итоге каждую ночь мне стал сниться один и тот же сон — я держу улыбающегося младенца, который мне говорит: «Здравствуй, папа!» Странно, но вскоре я перестал воспринимать его как ночной кошмар, напротив, постарался сохранить видение в сознании. Когда просыпался, то казалось — еще немного, и я приму все условия Миракс.
Осознав, что собственный страх и упрямство чреваты потерями (успехов в труде предостаточно, а вот счастья в личной жизни…), я пошел на компромисс. Миракс не признает ни завтра, ни вчера, она живет сегодня. Черта, которая неизменно вызывает у меня недоумение, смешанное с восхищением, ибо я мыслю сразу несколькими годами. Я сказал Миракс, что мы вернемся к вопросу о детях сразу после финального сражения с пиратами. Таким образом, не сказано «нет», и вместе с тем выгадывается время. Жена восприняла мое решение спокойно, чем снова удивила. Похоже, она решила играть роль невинной жертвы, вызывая у меня тем самым чувство вины. Неплохая тактика в данной ситуации.
… Я выбрался из паутины воспоминаний и неохотно сказал:
— Свистун, напомни, когда вернемся домой, что мы с Миракс должны принять окончательно решение по поводу ребенка. Сразу же, а не когда-нибудь после. Тавира больше не будет влиять на мою личную жизнь.
В ответ — гомерический хохот Свистуна, в котором, впрочем, улавливались довольные нотки. Хоть кого-то я сегодня сумел осчастливить.
Я взглянул на главный монитор. Ага, не зря мы здесь фланировали. «Сверкающая Звезда» взлетела с Алакаты, и был отчетливо виден еще один корабль. Свистун идентифицировал его как крейсер, известный под названием «Жирный куш». В отличие от консервативного дизайна этот был щедро усыпан бородавчатыми выступами. Выступы отделились от корабля-матки и направились к лайнеру.
Я включил комлинк:
— Проныра-9 — Проныре-лидеру, есть контакт. Один крейсер и восемнадцать нехороших парней направляются к «Сверкающей звезде».
Голос босса как всегда был спокоен и холоден:
— Вас понял, девятый. Два звена уничтожают истребители. Одно занимается крейсером.
Пальцы привычно нашли панель тактического управления.
— Просыпайтесь, сони, у нас тут драка.
Вот это мне нравится больше всего! Я завел двигатели. «Крестокрыл» выпрыгнул из темноты, словно веселое привидение из могилы, неожиданно очутившись перед носом лайнера. Слева насмешливо мигнул огнями Оурил, два других моих ведомых — Вуррульф и Гуфран — подобрались справа. Я вдавил акселератор и с наслаждением приготовился к схватке.
Жаль, что они не видели моей улыбки. Любому человеческому существу, находящемуся в здравом уме и твердой памяти, она показалась бы дикой. Лететь внутри металла навстречу смерти — глупо. Занятие для самоубийц. Но ловкость и изворотливость плюс профессионализм обычно снижали риск, уж я-то знаю наверняка. Примеры? Легко! В моей жизни случалось всякое, но мало что может сравниться с ощущениями, которые испытываешь, находясь в самом центре космической заварушки. Любое сражение возвращает тебя к тому первобытному естественному состоянию, которое мы утратили, благодаря цивилизации. Не спорю, ее блага — благо. Но разве жизнь без риска это жизнь? Если я потеряю физическую форму и самообладание, то умру, а вместе со мной погибнут и мои друзья. Но пока у меня нет чувства, что это произойдет.
Звонкий щелчок — переключение с лазерных пушек на протонные торпеды. А теперь немного огня. Я выбрал цель, зафиксировал ее на дисплее. Свистун также сосредоточил свое внимание на ближайшем истребителе.
Теперь привычным движением нажмем на гашетку и выпустим первую торпеду. Есть! Она ушла красиво, оставив после себя горячее облако. Пока торпеды уничтожали противника, наша эскадрилья готовилась к новой атаке — обычная тактика по уничтожению врага. Силы неравные. Их почему-то всегда больше.
Пираты использовали свое обычное оружие, агрегат, получивший у нас кодовое название «исТРИбитель». Интересный внешний вид, и больше ничего. Почти ничего. Круглая кабина и ионные двигатели, все практически так же, как на базовой модели сейнарской ДИшки — товара широкого потребления, после водорода и глупости он у нас первый в Галактике на душу населения. К кабине присоединены три острых лезвия, расположенные на расстоянии в сто двадцать градусов друг от друга. Два под днищем корабля, в то время как третье грациозно венчает вершину кабины. Сооружение оборудовано спаренными мощными лазерами (тоже привет от «колесников») и ионной пушкой. Такие корабли обладают дополнительными возможностями по сканированию территории, что для пилота, находящегося внутри, является весьма ощутимым плюсом. Со стороны «исТРИбитель» напоминает гигантскую лапу с тремя когтями, ухватившую стальной шар. Может быть, потому в народе их так и называют — «когти». Однако современные технологии и блестящая упаковка мало помогли «когтю», который я атаковал. Торпеда аккуратно пробила левый борт и застряла в кабине перед тем, как взорваться. Мой коронный номер. Истребитель превратился в золотой шар огня, яркие искры посыпались вниз, исчезая в темной неизвестности. Еще три «когтя» постигла та же участь, а спустя несколько секунд два выстрела уничтожили и других сопровождающих, к сожалению, не всех.
— Держитесь цели. У нас еще трое в свободном полете. Оурил, мы с тобой в паре слева.
— Понял. Продолж-жим.
«Крестокрыл» резко взмыл вверх и на полной скорости описал круг. Пока пираты разгадывали мой дальнейший ход, выделывая замысловатые пируэты, я свернул направо и выпустил перед носом их предводителя несколько лазерных обойм. Ослепив его, выиграл несколько минут. На всякий случай связался с Оурилом:
— Я в эпицентре.
Комлинк несколько раз пискнул, давая понять, что Оурил должным образом оценил сообщение.
Атакуемый корабль на дисплее подался чуть в сторону, обрисовался зеленым контуром. Я с наслаждением нажал на гашетку. По зеленому ударили две красные молнии. Первая мгновенно срубила дефлекторное поле, словно комета пробуравила лед. Вторая разрушила кабину. Из черной дыры вырвалось пламя, и «коготь» спикировал вниз, на территорию Алакаты.
Оурил вертелся около второго пирата, в очередной раз прицеливаясь. Предыдущими выстрелами уже был разрушен корпус, а затем и подожжен корабль. Теперь «исТРИбитель» выглядел как астероид. К счастью, уже не опасный.
Из кабины я видел бело-зеленый шар Алакаты и «Сверкающую Звезду» над ней. С моего борта «Жирный куш» выглядел как мерзопакостное насекомое в космической пустоте. Турболазеры вдоль корпуса безуспешно пытались достать один из наших «крестокрылов», выстрелы скорее напоминали укусы назойливого комара. Полковник Селчу, Хобби, Йансон и Гэвин Дарклайтер — крепкие орешки, и этим горе-воякам явно не по зубам. Поскольку мы уничтожили «когти», крейсер нам не страшен.
Атаку начали Тикхо и Хобби. Они развернулись и выпустили каждый по торпеде в нос кораблю. С другой стороны Гэвин и Уэс Йансон угостили пирата хорошей порцией лазера. Второй выстрел Гэвина расплавил башни на корпусе, в то время как Йансон от души расправлялся с тем, что составляло правый борт. В считанные минуты решающее преимущество было достигнуто, хотя потребовалось несколько больше усилий, чем предполагалось.
Я последовал за Оурилом и присоединился к общему сражению. Потеря семи кораблей ввела пиратов в состояние шока, что немаловажно, хоть и далось это нам нелегко. «Когти» оказались более подвижны, чем наши «крестокрылы», ненамного, но все же достаточно, чтобы сражение затянулось. Однако на нас работал недостаток дисциплины, порожденный панической нервозностью и неуверенностью рядах противника.
Оурил понял это первым. Выбрав для себя мишень, он подряд выпустил несколько разрядов. «Коготь» взорвался, но за секунду до этого откуда-то возник другой «коготь», решившийся на таран. Пират дал залп из ионной пушки, на поверхности защитного поля Оурила разыгралась настоящая гроза — с громом и молниями.
Дефлекторное поле сдохло раньше, чем последствия выстрела. Мотиватор астродроида взорвался, и почти сразу же Свистун доложил, что на истребителе Оурила заглохли двигатели.
— Оурил, отдохни-ка.
Неизвестно, слышал ли меня Оурил, но мое предложение было от чистого сердца, как, впрочем, и дополнительный удар по пиратскому кораблю.
Крутанувшись вправо, я рванул вперед, крикнув в комлинк:
— Вызывает девятый. Кто-нибудь, прикройте меня сзади.
Первым откликнулся Вуррульф:
— Все в порядке, девятый.
Уже легче! Обычно многие проблемы возникают в момент, когда пилот увлекается самим процессом охоты и забывает смотреть по сторонам. Иногда это сходит с рук, иногда приводит к самым печальным последствиям. Мчишься вперед и вдруг понимаешь, что ты уже не удачливый охотник, а всего лишь жертва. Роковая ошибка, которой я стараюсь избегать, особенно сейчас — на пороге самого главного предназначения в моей бурной жизни.
Признаю, этим «когтем» управлял хороший пилот, который по странному стечению обстоятельств тоже не хотел умирать. В отличие от моих прошлых побед на этот раз Свистун молчал и не рапортовал о том, что оружие противника уничтожено. Из чего напрашивался вывод — придется снова ввязываться в схватку. Впрочем, именно об этом я и мечтал час назад.
«Крестокрыл» попытался обойти пирата, но тот, почуяв подвох, резко затормозил, а затем подался вперед, используя всю свою изворотливость. Действительно, лучшая защита — нападение.
Я послал ему в качестве подарка два отличных снаряда.
Мимо! Прошли чуть выше, не причинив пиратскому «когтю» ни малейшего вреда.
А вот у меня, похоже, возникли небольшие проблемы…
Я подал назад, галантно уступая противнику бескрайнюю территорию.
Он попался на удочку: сосредоточившись на моем лобовом стекле, «коготь» не заметил, как я выпустил две лазерные молнии в корпус неуязвимого доселе корабля. Всего два удара — и полностью разрушен защитный щит, а в правом борту зазияла хорошая пробоина.
Еще парочка лазерных «приветов» лишили «коготь» обычной мобильности. Так-то!
Свистун показал на дисплее все потери, которые понес мой достойный противник.
Что ж, обратимся к здравому смыслу. Всей птичке пропасть, коль увяз коготок.
— Говорит капитан Корран Хорн, военные силы Новой Республики. Предлагаю сдаться.
Ответил мелодичный женский голос:
— Капитан, а вы в курсе, что пираты никогда не сдаются?
— Почему же никогда? Слишком громко сказано. Взять, например, ваш крейсер.
— Риизоло — дурак, поэтому он ни за что не ручался своей головой. А я вот поручусь.
Женщина засмеялась. Ситх подери, мне понравился серебристый перелив!
— Капитан, мне незачем жить, если я потеряла уважение к себе. Не люблю проигрывать.
Еще один удар, Хорн! Только вы и я.
— Но в таком случае вы умрете.
Выстрел уничтожит «коготь». Она знала это.
— Наверное. Но надеюсь, умру не одна.
Ее корабль замер, словно ранкор перед последним прыжком.
— Капитан Хорн, вы выполните желание дамы?
Ответить я не успел. «Коготь» стремительно ринулся на «крестокрыл». Жертва превратилась в агрессивного и безумного охотника. На задворках сознания мелькнула и сразу погасла мысль: «О какой чести и уважении она говорит! Чего-чего, а у пиратов не было да и не будет ни того ни другого!»
Палец накрыл красную кнопку. Пуск. Послушная торпеда полетела навстречу цели. Как бы хороша не была дама, уже ничего не сделать, чтобы избежать столкновения. И все-таки прекрасная незнакомка попыталась. Мимо меня пролетели два лазерных шара. В последний момент она успела выстрелить еще раз, но голубую молнию поглотил мощный взрыв.
Я почему-то был уверен, что в какую-то секунду она искренне верила, что победила.
Это только на экране взрывы выглядят красиво. В эпицентре событий сразу же после уничтожения нескольких объектов посредством торпед у нас неизменно возникает одна и та же проблема. Слишком много энергии выбрасывается в пространство, к тому же лазеры, которые используют пираты, разрушают слой атмосферы, и скопление образовавшихся ядовитых газов может привести к повторным взрывам.
На сегодня — все. Индикатор на экране зажегся спокойным зеленым цветом, что означало — поблизости нет враждебно настроенных объектов. Мы, не сговариваясь, — вот что значит профессиональная привычка! — стали подсчитывать ущерб от схватки. У Оурила повреждена только фронтальная панель защиты. Вуррульф и Гуфран рапортовали, что их «крестокрылы» не получили даже царапины. Ну, здесь, они, по-моему, несколько лукавили, ладно, техники разберутся. Из нашей бравой эскадрильи только Реми Поллар вышла из боя с серьезными повреждениями, но она заверила, что как только ее подберет спасательная шлюпка со «Сверкающей звезды», проблемы будут решены.
Выслушав все отчеты, я связался с командованием:
— У нас все в порядке, сэр.
— Понял вас, девятый. Хотя, кажется, вы попали не в ту ловушку, которой мы все опасались.
— Да, сэр.
— Приготовьтесь к соединению с основным флотом.
— Есть приготовиться к соединению, сэр.
Приказ есть приказ. Я передал его своим подчиненным, и эскадрилья совершила микропрыжок из одного края системы в другой.
Так и есть. Крейсер Мон Каламари и два «звездных разрушителя» класса «виктория» сформировали в районе Алакаты мощный треугольник. Мы должны были войти в систему с одного борта «Дома Один», поэтому во время прыжка сомкнули ряды.
Пока мы сопровождали высокопоставленных лиц к месту назначения, я непрестанно думал о недавнем сражении. Похоже, та ситуация была обыкновенной ловушкой. Словно пираты проверяли нас на прочность и выносливость. Что ж, они получили свое. А раз так, то появился шанс расправиться с ними раз и навсегда.
Я опять связался с полковником:
— Сэр, если вы ждали, что пираты первыми нападут на нас, а вышло наоборот, то как нам воспринимать сей вояж? Как успех? Или?..
— Хороший вопрос, девятый. Это одна из тех немногих операций, когда только разведка может сказать, как все происходило на самом деле,полковник колебался лишь мгновение. — В конце концов с нашей стороны потерь нет. А это уже победа.

Глава 2

Система К'ватт расположена слишком далеко от Корусканта, чтобы стать модным и привлекательным местом для отдыха, одни цены здесь способны отпугнуть даже самых смелых путешественников, жаждущих развлечений. Три года назад мы с Миракс собирались куда угодно, но только не сюда. Тем не менее Ведж Антиллес убедил нас провести медовый месяц именно здесь. Совместное участие в становлении свободы Корусканта создало нам имидж обаятельной и идейно выдержанной пары, привлекший внимание элиты Новой Республики. В итоге мы согласились и в течение всего времени пребывания здесь нам не пришлось платить. Мой бывший командир, как всегда, решал несколько задач одним ходом.
«Сверкающая звезда» запросила дополнительный эскорт, «Дом Один» обещал его предоставить. Что означало — мы будем свободно передвигаться, но, увы, на ограниченной скорости, сообразуясь с возможностями каламарианского крейсера. К этому времени мы провели в кабинах примерно стандартные сутки, и мой энтузиазм таял поминутно. Примерно с той же скоростью, с какой он исчезает, когда мы с тестем начинаем вспоминать «старые добрые времена». Было бы замечательно, если бы нам разрешили провести денек другой на «Сверкающей Звезде» как обычным туристам. Увы, их благодарность распространилась только на то, чтобы предоставить возможность изучать совершенные очертания прекрасного лайнера издалека.
Но у нас и так хватало дел и обязанностей, да и несмотря на царящую кошмарную сырость, вместительный каламарианский крейсер был не так уж и плох. После приземления я отправил Свистуна на перезагрузку. А сам отправился подкрепиться и немного отдохнуть в комнате с соответствующим названием. Там уже находилась Реми Поллар в полной боевой готовности (не подумайте ничего плохого, просто она завершила ремонт своей боевой машины и использовала право на заслуженный сон!). Приятная новость в преддверии восьмичасового сна, в который я, счастливый и довольный, мгновенно погрузился. Иногда этого оказывается совсем мало. Некоторым не хватает жизни, чтобы выспаться. Чтобы немного встряхнуться после мимолетных грез остается лишь завтрак.
В галерее-столовой сидел Оурил. Он поднял трехпалую руку в приветствии и дружелюбно указал на место рядом с собой. Завтрак — кексы и молоко с протеиновыми добавками — не лучшее, что нам могли предложить, но в такой компании сойдет. Хотя, признаться, я не очень люблю молоко нерфов, меня от него слегка воротит. Особенно, когда завтракаю рядом с гандом.
Я плюхнулся на стул рядом с Оурилом, стараясь не смотреть на его лапу, державшую стакан непостижимым для меня образом.
— Что-нибудь произошло, пока я дрых наверху?
Рот Оурила расплылся в едва уловимой улыбке, а большие фасеточные глаза хитро сверкнули. Серо-зеленая кожа казалась намного темнее цвета хватких щупальцев, с ней здорово контрастировал ярко-оранжевый летный комбинезон. Эффект дополняли бородавчатые оспины на лице, словно Оурил страдал аллергией на все, что его окружает, и главным образом на цвет.
— Оурил нит-чего не заметил.
Я насторожился. У гандов существовала привычка говорить о себе в третьем лице, они редко использовали местоимение "я", будто оно таило угрозу для их мироощущения. Только те немногочисленные ганды, которым удалось достичь славы и почета, получали право произносить величественное, но опасное "я". Оурил принадлежал к числу последних. Об его успехах были наслышаны на многих планетах. Употребление третьего лица означало одно: он очень беспокоился.
— Что случилось? — я уставился в черные блюдца его глаз. — Вряд ли тебя испугали пираты. Ты никогда не реагируешь на подобные инциденты.
Оурил демонстративно покачал большой зеленой головой.
— Оурил обеспокоен, Оурил не мож-жет помот-чь решить твою проблему.
— Мою проблему?
— Ты растерян, Корран, — Оурил печально положил изумрудные лапки на стол. — Ты и Миракс достигли вет-чной весны, и вдруг… Если бы Оурил был сейчас на Ганде, он бы помог.
Вот уж не знаешь, где найдешь, где потеряешь! Я отправил в рот безвкусный кекс и таки запил его жирным вязким молоком.
— А подробней? Что ты знаешь о наших разногласиях насчет детей?
— Миракс сказала Оурилу, вы хотите иметь детей. Оурил здесь, т-чтобы тебя не убили в слут-чайной схватке. Да.
М-да… И как прикажете дальше с ним общаться, ведь хочет, как лучше…
— Миракс говорила тебе о нашей детской дискуссии?
— Миракс хотела знать, разговаривал ты с Оурилом об этом. Оурил сказал, этого не было, она попросила поддерж-жать тебя. Она хот-чет: Оурил твое доверенное лицо.
Что ж, спасибо любимой жене за эти сладостные минуты. Я послал ганду самую широкую улыбку, на какую был только способен.
— Оурил, если я когда-нибудь и решусь обсудить с кем-нибудь проблемы пеленок и грудного вскармливания, то всенепременно с тобой. Каждый день я доверяю тебе свою жизнь и ни разу не раскаялся в этом.
Я снова осклабился, хотя и чувствовал себя круглым дураком. Оурил нерешительно улыбнулся мне в ответ.
— Оурил, когда-нибудь я действительно поговорю с тобой об этом. Не сомневаюсь, что ты дашь мне правильный и мудрый совет. И, может быть, позволишь избавиться от дурной привычки держать все в себе.
— Если Оурил действительно мудрый, Оурил посоветует вести себя по-другому и склониться к мысли о продолж-жении рода.
— Уверен, у тебя получится. Вдобавок, если Миракс рассказала тебе, значит, она хотела, чтобы ты был в курсе… м-м, наших семейных дебатов. И тем самым рассчитывала на твою помощь.
— Оурил тож-же так думает. Ты же знаешь, во время йанвуине-йика Оурила, Оурил был обут-чен искусству сыскарей. На Ганде сыскари выполняют важ-жные и полезные задания. Они освобожж-дают рабов, делают пророт-чества и охотятся на преступников. И им порут-чают помогать людям, находящимся в такой ж-же деликатной ситуации, как у вас с Миракс. Оурил мож-жет пробраться в параллельный мир и найти там ребенка, о котором вы мет-чтаете. Дети грез более удат-чливы, т-чем другие, им всегда сопутствует успех. Корран — мой друг, и я сделаю все, т-чтобы Корран и Миракс были ст-частливы.
Я невольно хмыкнул:
— Спасибо за лестное предложение, но думаю, что с этой задачей я как-нибудь справлюсь сам.
Сетчатые глаза Оурила изумленно крутанулись на триста шестьдесят градусов:
— Корран сыскарь!
— Ну, в этих делах кое-какой опыт имеется.
Оурил всплеснул щупальцами и укоризненно покачал инопланетной головой:
— Тогда пот-чему Корран не сделал свою ж-жену ст-частливой?
— Что?!
— Дети смысл бытия, разве нет? Зарож-ждение новой ж-жизни — самый великий акт во Вселенной.
Несмотря на патетику, искренность в его голосе все же задела меня:
— Послушай, Оурил, в общих чертах я с тобой согласен, но…
— Оурил хот-чет напомнить, ты долж-жен принять решение и выполнить предназнат-чение.
Я раздраженно подался вперед. Терпеть не могу слова «должен» в данном контексте!
— Если это так важно, то почему у тебя самого нет детей?
От возмущения он аж подскочил. Похоже, я чуть было не нанес своему зеленому другу серьезного оскорбления. Или таки нанес?
— Оурил не принадлеж-жит себе. Я — йанвуине-йика и не могу выбирать себе ж-жену. Ганд долж-жен подобрать мне подходящую подругу, и как только это произойдет, я с восторгом и упоением исполню свой генетический долг.
Молоко оказалось мерзким на вкус, так же как и весь этот никчемный разговор. Ненавижу, когда интимные вопросы выносятся на всеобщее обсуждение, даже на обсуждение друзей!
— А кто сказал, что я вообще не хочу детей? Просто идея претерпела некоторые изменения: мы отложили решение вопроса до возвращения на Корускант.
— Отлит-чно. Ты будешь превосходным отцом, уверен.
Моя правая бровь медленно поползла вверх:
— Слушай, а почему ты решил, что я хочу иметь сына или дочь?
— Мне сказала Миракс, вполне достатот-чно.
— М-да, похоже, у меня нет выхода.
— Тут Корран не прав, — зеленая лапа метнулась к серо-болотной шее и задумчиво поскребла одну из бородавок. — Выход есть всегда. И самый лучший выход — там, где есть вход. Мы долж-жны помот-чь Новой Республике. Долж-жно появиться новое поколение. Пусть у них будет другая ж-жизнь…
Последние слова Оурила засели во мне как заноза. Да что там заноза, они, словно опасный вирус, проникли в кровь, а заодно и в сознание. После отдыха я забрался в «крестокрыл», но вместо того чтобы продолжить выполнение своих служебных обязанностей, стал думать о том, что будет, когда я вернусь домой к Миракс. Уф, лучше бы не думал. Так себя распалил, что был готов начать делать детей прямо здесь и сейчас. Но одному как-то несподручно… В результате весь мой энтузиазм за неимением лучшего сконцентрировался в одну единственную фразу: «Я скучаю по тебе…»
Верно говорят, с любимыми не расставайтесь. Я очень скучал и поклялся себе, что больше никогда не покину жену. Решение показалось правильным и своевременным, и его не мог изменить даже полет над дебрями загаженных территорий, предваряющих Корускант. Эти бескрайние районы всеобщего запустения тянулись и тянулись. Звездолеты никогда не оставались наверху, опускались ниже атмосферы, предпочитая атаковать грузные черные тучи. Они пролетали, ловко лавируя между остовами городских небоскребов, похожих на кратеры вулканов. Сотни миллионов, возможно, даже биллионов людей погибли во время генерального сражения с Гранд адмиралом Трауном. И никто с тех пор так и не решился восстановить то, что, наверное, и не подлежало восстановлению.
Глядя на чернеющие здания погибшей эпохи, я не смог сдержать воспоминаний о том, когда Корускант был центром Империи. Яркие реки огня, рвущиеся из темноты, напоминали о столь же яркой жизни. На фоне унылого серого цвета это блестящее пятно казалось вызывающим. Только благодаря ему планета не была мертвой.
Нет, я знал, что все не так уж и плохо. Несмотря на нынешнюю мертвую зону, люди находили в себе силы жить. Для кого-то недавняя катастрофа поставила точку, кто-то, преодолев многоточие, извлек для себя и положительные моменты. Мы с женой планировали жить на ее «Коньке-пульсаре», когда наш дом превратился в обломки, но друзья не допустили этого. Йелла Вессири, мой старый партнер из КорБеза, убедила своего босса из разведки Новой Республики, что нам просто необходим безопасный и уютный дом, расположенный к тому же рядом с подразделением эскадрильи.
У каждого свои воспоминания. У нас тоже случалось всякое. Политическая нестабильность вкупе с социальными и военными потрясениями, породили сказки нового времени, может быть, даже более страшные, чем были до того. Люди устраивали в своих домах дополнительные убежища, которые найти было не так уж просто. Многие хозяева были отпрысками старых имперских фамилий, и убежища, как правило, создавались в духе традиций, с разнообразными секретными приспособлениями. Так, на всякий случай…
Ослабевший Корускант попал в руки военачальников Империи, взорвавших последние стены сопротивления. Попытка подписать обязательство, устраивающее большинство, привела к фанатичной ксенофобии с обеих сторон. В воздухе подозрительно запахло тюрьмами…
Впрочем, хватит о грустном. Я и не заметил, как добрался до нашей подвесной базы, а там и до дома недалеко. Оставив истребитель для техосмотра, я переоделся в гражданскую одежду и поймал аэробус, идущий по северному маршруту в сторону гор Манарай.
Нет, они, кажется, все сегодня сговорились. Рядом ненавязчиво пристроилась пара: молодая женщина и очаровательный карапуз. Юная мать что-то шепнула в розовое ушко, и малыш засмеялся, коснувшись ладошкой ее щеки. Она поймала ручку сына и поцеловала. Смех этих двоих разбудил уже было задремавший во мне вирус. С моего сознания слетела черная пелена и, расколовшись на тысячи блеклых осколков, упала на пол аэробуса, прямо мне под ноги. Вот здесь, ситх знает на какой высоте, недалеко от своего дома, я наконец понял, то, что пыталась сказать Миракс, то, что мне не так давно внушал Оурил. И стало нехорошо от мысли, что я чуть было не потерял свое счастье.
Детский смех расставил все по местам. Невинный и чистый, он примирял нас с той угрожающей действительностью, в которой мы все оказались. Он как ничто другое еще раз доказывал вечную истину: мощь разрушающих сил непобедима только для глупых и слабых. Когда этому ребенку исполнится десять, Корускант станет другим, и о последствиях сражения с Трауном будут писать разве что в учебниках по истории. Но даже если не через десять лет, то через тридцать все равно все изменится. Время не только лечит, оно еще учит и забывать. Смерти всегда противостоит жизнь.
Что ж, еще раз улыбнемся и попытаемся начать с нуля. Миракс права. Жить настоящим — неплохо, жить далеким будущим — тоже, но для настоящего счастья необходимо соединить два понятия. Жить настоящим, но думать и о будущем. Да, у нас будут дети. Мы приложим все усилия для того, чтобы это произошло, как можно скорее.
Я снова взглянул на соседей и хмыкнул про себя: теперь мне не терпелось попасть домой как можно скорее. Едва дождавшись своей остановки, я выпрыгнул из аэробуса и спустился ярусом ниже. Правда, пришлось остановиться в ближайшем магазинчике, чтобы купить бутылку хорошего вина — в честь благополучного разрешения нашей проблемы. Но в последний момент передумал: лучше мы сходим в какой-нибудь ресторанчик. Во-первых, Миракс не нужно будет тратить время на готовку, а во-вторых, а во-вторых, мне так захотелось! Пора жену выводить в свет!
Я набрал код на блокирующей панели. Дверь бесшумно открылась, и меня окутал теплый, почти горячий воздух дома, погруженного в темноту. Воздух был настолько плотным, что тело казалось сжатым в невидимые тиски. На мгновение в моей душе родилась паника: что-то шло не так… Впрочем, на все есть свои объяснения. Воздух в комнатах теплый — каприз Миракс. Только так она чувствует себя спокойно и уверенно. Она приучила и меня включать кондиционер таким образом, чтобы мы не ощущали дискомфорта. Однако сейчас кондиционер не был включен… Странно.
Я скользнул на кухню: посуда вымыта и убрана, корзиночка для фруктов стоит на своем месте… Уж что-что, а Миракс страдала педантизмом насчет того, что каждый предмет должен быть там, где ему положено.
Я прошел в апартаменты. Темно. Тихо. Аккуратно застеленная постель слева. Справа — обеденный отсек, как мы с Миракс его называли. Ни следа жизни. На столе двухдневный слой пыли.
Уф! Электронная версия записной книжки, куда пунктуальная Миракс заносила все сообщения. Мигающий сигнал. Умница! Как бы ты ни сердилась, все же не ушла без записки.
Я кинул куртку на ближайший стул и включил мини-компьютер.
Уменьшившись в размере — всего сорок пять сантиметров — но оставшись такой же прекрасной, Миракс улыбнулась мне с экрана. Даже в виртуальной миниатюре ее черные волосы блестели словно вороново крыло, а карие глаза светились орехово-золотистым блеском. Миракс была одета в темно-синий костюм, в тот самый, в котором я увидел ее в первый раз. На плечи наброшен китель. В руках теребит маленькую сумочку.
— Корран, надеюсь быть здесь, когда ты вернешься, но сейчас мне необходимо бежать, не могу остаться. Потом все расскажу. В гордом одиночестве ты проведешь около дня. Если мои планы изменятся, я тебе сообщу… — Она щелкнула замком сумки и улыбнулась мне.
— Люблю тебя. Не забывай об этом, что бы ни случилось. И еще, прошу, не сомневайся во мне. Никогда. Я скоро вернусь. Люблю.
Изображение пропало, и экран, фыркнув, погас.
Я снова нажал кнопку и прослушал сообщение во второй раз. Что-то не давало покоя. За время нашей совместной жизни я прочел сотни подобных сообщений, но ни разу не повторял их. Почему же я это сделал сейчас? Потому что волновался. Слишком много времени провел вдали, и вот теперь, когда все разрешилось к нашему обоюдному согласию, и я на все согласен, она взяла да и ушла! Нет, вы только подумайте, я принял самое главное и ответственное решение в моей жизни, а она рванула в неизвестную мне точку Галактики, как будто ее это не касалось. Поступок Миракс неожиданно ранил меня, и я включил экран снова, включил, чтобы услышать, что она любит меня.
И все же никто не знает лучше человека, чем он сам. А я знал Коррана Хорна прекрасно, и причиной внезапной тревоги стала отнюдь не обида. Я опять нажал на кнопку. Ага, вот оно! Она сказала, что будет отсутствовать один день, и если ее планы изменятся, то сообщит мне. Она не знала, что я пробуду лишний день на «Сверкающей звезде», потому что нас об этом поставили в известность слишком поздно. Значит, она должна была вернуться уже вчера. На дополнительные размышления меня навела фраза «около дня». Миракс всегда отличала точность, она планировала каждый свой день с таким расчетом, чтобы никуда не опоздать и никого не подвести. Такие слова, как «около», «примерно», «возможно», напрочь отсутствовали в ее лексиконе. И если она собиралась отлучиться на двенадцать часов или на все сутки, она так бы мне и сказала, с точностью до минуты.
В душе росли беспокойство и паника — в геометрической прогрессии. Куда она могла податься? Первый и, пожалуй, единственный вариант — визит к ее отцу на «Искателе приключений». Однако там мощная коммуникационная система, и Миракс без проблем связалась бы со мной. Я попытался успокоиться — нужно подождать, и тогда появятся хорошие новости. Чтобы как-то занять себя, принял душ, прислушиваясь к каждому шороху, а потом прошел в спальню. Дверь оставил открытой — вдруг Миракс вернется.
Усталость взяла свое. Сон оказался черной и душной пропастью, куда я провалился в одно мгновение. Иногда мелькали картинки, связанные с ребенком, но их поглощала темнота. Я скользил по граням этого тяжелого сна и мечтал поскорее обнять Миракс.
Корран.
Я услышал свое имя, но не узнал голоса, произносившего его. КОРРАН.
Шепот Миракс ворвался в сознание. Я инстинктивно протянул руку, но нащупал только холод простыни. Мне показалось, что она здесь, совсем рядом. Но в тот момент, когда открыл глаза, я уже знал горькую истину. Кусочки мозаики сложились в единую картинку, ужас, словно отек, заполнил горло и легкие. Миракс не ушла, она исчезла!

Глава 3

Я вскочил с кровати и моментально грохнулся на пол, споткнувшись о маленький столик, неизвестно как здесь появившийся. К ситхам! Кому пришло в голову поставить его здесь? Явно не мне, на такое способен только идиот, обожающий каждое утро набивать шишки и получать свежие синяки.
Впрочем, на этом смелые дизайнерские решения не кончились. Комната выглядела не так, как раньше. Многие вещи стояли не на своих местах. Я тупо уставился на стену — мою гордость. Нет, до самой стены мне не было ровным счетом никакого дела, хоть покрасьте ее в серо-буро-малиновый цвет. Эка невидаль! Но вот редкие голограммы, уникальная коллекция Коррана Хорна, совсем другой разговор. Уф! Они все еще здесь, только почему-то висят иначе. Похоже, за время моего отсутствия в доме многое изменилось.
Так, и кто же автор этой пародии? Очень хочется поаплодировать.
Зрелище, конечно, замечательное. Герой Галактики, бесстрашный воин Корран Хорн ползает по полу, пытаясь приподняться. Боль в голени не сильная, но обидная. Вдобавок при падении рассыпались чипы с сообщениями, часть из них раскололась. Еще одна деталь, подтверждающая тайные опасения. Чипы всегда хранились в одном месте — стоило только оставить их в гостиной, Миракс начинала ворчать о беспорядке, который любит устраивать ее муж. Миракс, жена моя…
Стоп, Корран, лирику оставим на потом. А сейчас, пожалуй, настало время припомнить курс начинающего детектива: как правильно обыскивать квартиру. Все хорошо, но только квартира-то по горькой иронии судьбы оказалась моей собственной. Помнится, когда вселялись сюда, Миракс сетовала, что многие милые сердцу вещи потерялись после досадного приземления крейсера. Все те родные пустячки, которые даже казенные апартаменты превращают в уютное гнездышко. И все же Миракс сумела сделать невозможное из стандартных хором. Я всегда говорил, что в ней пропал талант дизайнера.
Другой человек — всегда загадка. Собственная жена — тайна за семью печатями. Мой пример лишнее тому подтверждение. Как мало я о ней знал. Теперь, уставясь на груду одежды в ванной, нежный и заботливый муж Корран Хорн так и не смог вспомнить, какой стиль предпочитала его супруга, что она любила носить больше всего, какой костюм надевала для деловых встреч, какое вечернее платье купила последним. Духи, белье — это вообще земля неведомая. Как говорится, спросите что-нибудь полегче.
Вернувшись в спальню, я подошел к голограмме, изображавшей кореллианский остров Врени. Маленький островок, утопающий в зелени. Сказка, да и только! Идиллию нарушал шторм, бросающий безмятежный изумрудно-золотистый Врени из одной стороны в другую, словно мячик. Картинка постоянно менялась, существуя по своим, одной ей ведомым законам. Эту голограмму мы с Миракс любили больше других. Образ безмятежного существования, которое в любой момент может пойти ко дну,сродни нашей бурной семейной жизни. Помнится, картину принесла Миракс. До сих пор задаюсь вопросом, купила ли она ее, или это чей-то прощальный подарок. Я даже не знаю, что значит Врени для Миракс, но около голограммы она проводила долгие часы, вглядываясь в темные морские волны, будто что-то в них потеряла.
И вот теперь Миракс исчезла, а вместе с любимой женщиной, словно эскиз на песке, исчезало все, что с ней было связано. Ну уж нет, только этого не хватало. Я бросился в гостиную. На панели мелькал красный огонек. Можете назвать меня параноиком, но рука сама нажала на кнопку повтора. Пленительный образ послушно повторил свое сообщение, вызвав невольную улыбку. Но по мере того, как Миракс проговаривала слова, улыбка таяла.
Виртуальное послание превратилось в объект тщательного исследования. Я жадно смотрел, как она говорила, как она смотрела, ловил паузы и вслушивался в тембр. Со стороны меня можно было принять за капризного туриста, которого не устраивает ничего, кроме внешнего вида менеджера крупной компании. Менеджер старался, уговаривал, рассказывал о прелестях отдыха, а турист почему-то не верил. И на то были серьезные причины.
Связаться с информационным центром эскадрона оказалось делом нескольких секунд. На экране материализовалась темная голова с горящими глазами. Перед сном с такими лучше не встречаться. Впрочем, этот парень прошел отличную спецподготовку и потому его облик слепо облагородился.
— Добрый день, вы дозвонились в информационный центр Разбойного эскадрона Новой Республики. С вами говорит М3. Рад вас видеть, капитан Хорн.
— Тебя также, М3, — когда волнуюсь, всегда чешу в затылке. От этой дурной привычки Миракс так и не смогла меня отучить. — М3, у меня к тебе конфиденциальное дело. Буду задавать весьма странные вопросы и хочу получить на них точные и, желательно, развернутые ответы.
Даже если бы я чесал свою левую пятку, М3 бы не удивился. Что возьмешь с робота?
— Параметры разговора понял. Жду.
— Отлично! — к ситхам колебания, еще пять минут неизвестности, и я свихнусь. — Итак, сейчас 1:30 — утро, мы живем по стандартному времени, не так ли?
— 1:31:27, если быть точным, сэр.
— Меня зовут Корран Хорн, да?
Желтые глаза блеснули. Оказывается, и роботы способны удивляться.
— Вы совершенно правы, сэр. Секунду… Датчики показали, что хоть ваш голос и находится в норме, вы испытываете сильное возбуждение и тревогу. Чтобы снять стресс, вам требуется небольшой отдых.
— Все в порядке, М3, не отвлекайтесь.
— Есть, не отвлекаться.
— Итак, продолжим. Моя жена — Миракс Террик. Это вопрос, М3, а не утверждение.
— Сэр, вы действительно женаты на Миракс Террик. Позвольте напомнить, что я присутствовал на первой церемонии бракосочетания на «Лусанкии», затем меня пригласили на вторую — она состоялась в Корусканте. Надеюсь, что Свистун покажет вам стереосъемку тех замечательных событий.
Странно, совсем забыл об этом. Наша копия осталась в развалинах дома, вторую, насколько помню, вторую, Миракс получила от отца. Записи находятся в спальне. Но вот вопрос, а хочу ли я сейчас их смотреть… Порой эмоциональная пустота может ударить гораздо больнее, чем торпеда или лазерный луч.
— С вами все в порядке, капитан Хорн?
Как сказать… Не совсем.
— М3, а полковник на месте?
— Полковник у себя в офисе. Он там пробудет примерно еще полчаса стандартного времени. У него встреча.
— Попросите отменить ее или перенести. Мне необходимо с ним срочно поговорить.
Достучаться до сознания робота непросто.
— М3, моя жена исчезла, и я должен ее найти во что бы то ни стало. Буду в офисе ровно через полчаса. Конец связи.
Для женщины, полчаса, чтобы собраться, мало. Для мужчины — более чем достаточно. Если, правда, он не ищет по всем углам свою одежду. А, найдя, не стоит в задумчивости, словно старая капризная кокетка. Интересно, когда я успел обзавестись столь обширным гардеробом? Еще одна заслуга Миракс. Десятки курток, джемперов, несколько пар брюк, туфли, ботинки… Об остальном умолчим. Похоже, в моем шкафу скопились шедевры кутюрье изо всех уголков Галактики. Каждая вещь — еще один болезненный укол в участок памяти под кодовым названием Миракс. К ним она прикасалась… Наверное. За точность не ручаюсь. Неужели склероз в столь молодом возрасте?
Отказавшись от пестрого и яркого вороха, я оделся в черное, поклявшись убить всякого, кто хотя бы намекнет о сублимации и проблемах подсознания. Впрочем, проблема состояла в другом. Лимит времени. Почему, когда очень-очень надо, времени всегда не хватает? Эту загадку мне так и не удалось постичь. Перепрыгивать из аэробуса в аэробус — занятие, требующее максимальной концентрации, на мелочи вроде воздушных пробок отвлекаться некогда. Может быть, поэтому опоздание оказалось поистине джентльменским — всего десять минут по стандартному времени.
М3 исправно охранял кабинет шефа, как и полагается верному роботу. Сфокусировавшись на моей взмыленной физиономии, он в знак приветствия мигнул фоторецепторами, но даже не пошевелился.
Полковник Селчу уже ждал.
— Сэр, спасибо, что согласились меня принять.
Полковник Тикхо Селчу деликатно промолчал. В который раз я поразился тому, насколько его имидж соответствует общепринятым представлениям о космическом пилоте высшей категории. Широкая грудь, узкая талия, мужественное лицо, густые, чуть волнистые волосы с пробивающейся ранней сединой, синие глаза. Это ведь раньше все только мечтали о глазах цвета дорогого аметиста или изумруда. Теперь каждый второй герой сверкает оттенками ультрамарина, а каждый первый — ставшей банальной зеленью. Внешний образ Селчу полностью соответствовал заявленным стандартам. Сплошная мужественность воина, придраться не к чему.
— Ничего страшного. Думаю, у тебя на то были веские причины. Садись, Корран. Понимая всю неоднозначность ситуации, я позволил себе пригласить генерала Кракена. Не возражаешь?
Ответ слегка запоздал. Айрен Кракен уже вошел в кабинет. Кризис среднего возраста ему точно не грозил, поскольку Кракен благополучно его миновал. В прическе генерала доминировал белый. Вот уж не думал, что огненно-рыжие так красиво седеют. В сочетании с зелеными глазами (что поделать, еще один герой!) выглядит сногсшибательно.
Селчу, как и полагает хорошему офицеру, дождался, пока генерал устроится в кресле, и только после этого сел сам.
От воспоминаний никуда не деться. Стоит увидеть человека, и память услужливо преподносит блок информации — где, когда, с кем и зачем. С генералом Кракеном мы в первый раз встретились на Корусканте, когда я явился на трибунал над Тикхо Селчу — за государственную измену и убийство Коррана Хорна, между прочим. Мое прибытие стало полным сюрпризом для всех окружающих, но то был единственный случай, когда генерал Кракен сражался буквально без ничего. Голыми руками. Потом Кракен попросил меня помочь договориться с Бустером Терриком, но я чуть было не потерпел фиаско с этой миссией. После мы встречались еще несколько раз, при более благоприятных обстоятельствах, но первое впечатление, как ни крути, первое впечатление. Нынешний визит генерала не сулил мне ничего хорошего.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • iwanow321 о книге: Юлия Викторовна Меллер - История жизни герцогини Амальти [СИ]
    конец, конечно: тыр-пыр-тыр, тра-та-та, галопом по европам.) но, в отличие от остального масс-ужаса, читаемо.
    по крайней мере сюжетная линия обосновывается, логичное перетекание из ситуации в ситуацию прослеживается.
    и, что приятно, информативность повторов не раздражает, приятная компоновка. в общем, свежим повеяло и этим понравилось

  • Masliackowa о книге: Елена Кароль - Сестры Кроули. Неприятности с доставкой на дом
    Красивая и немного грустная история. До последнего момента думала что будет с двойным счастливым хепи эндом. Писателю респект и уважение.

  • domino о книге: Алекс Найт - Не(хорошая) девочка
    Вау, все захватывающе, конечно есть минусы, но я до последнего не могла догнать мысли автора. Когда есть над чем подумать в книге, то эта книга становится гораздо интересней. Автор спасибо!!!!!

  • Анюткин о книге: Елена Вилар - Академия асуров
    Мне книга понравилась. Новенькая история, свежий взгляд. Обмороки гг в условиях ее проживания и работы в целом были обоснованы, крыша у нее не двинулась лишь чудом. Приятные герои, интрига, после прочтения осталось приятное послевкусие.

  • Анюткин о книге: Valeriya Scribe - Легко ли ведьмочкам живется?
    Не смогла дочитать книгу, все тааааак приточно, до ужаса. Гг как всегда раскидывает всех как котят, Любовь-морковь за 2 дня и куча приторностей. Бред

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.