Библиотека java книг - на главную
Авторов: 45610
Книг: 113361
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Я — джедай! » » стр. 12

    
размер шрифта:AAA

— Извините, что помешала вам, сэр, но на ваших билетах под ультрафиолетовым освещением виден флаг, а мы в компании «Линии Тинты» стараемся предоставлять таким почетным пассажирам некоторые привилегии. Капитан еще не поднялся на борт, но он уже поинтересовался, не соизволите ли вы пройти к нему в кокпит на время взлета и перелета на «Тинта-Радугу»?
Я улыбнулся и хотел отказаться, но Йенос Иданиан, которым я стал на период отлета с Кореллии, ни за что не сделал бы этого.
— Передайте ему, что я с радостью приму его приглашение.
За моей спиной послышался чей-то голос. Бортпроводница, слишком привлекательная в своей сине-золотой форме «Линий Тинты», посмотрела в основной пассажирский салон. Там женшина-куати с трудом впихнула огромный чемодан на багажную полку в правом ряду и закрыла ее дверцу. Бортпроводница вздохнула:
— Думаю, вы не заблудитесь на борту хорошо знакомого вам челнока класса «люкс», так что вы можете пройти в кокпит, когда вам захочется.
— Спасибо.
Мой сосед, юноша, чьими наиболее выдающимися чертами лица были длинный нос и выпирающий кадык, вонзил в меня жадный взгляд:
— Вы действительно хорошо знакомы с такими огромными кораблями? Я изучал их устройство в технической школе и знаю, что они оборудованы курсопрокладчиком «Астронав-127АП», но мы сейчас не будем использовать его для прыжка внутри системы. Поверьте мне, это настоящее произведение искусства, и он быстро прокладывает курс, даже для целой серии прыжков, и когда мы проходили его в школе, я самый сложный курс рассчитывал за секунды.
Я поднял руки:
— Погоди, отдышись.
— Извините, — он застенчиво улыбнулся мне. — Просто я всегда очень-очень хотел летать. Даже когда я был маленьким, я имею в виду совсем маленьким, я слышал много историй об Альянсе — ну, теперь это Новая Республика — и Разбойном эскадроне, и я всегда хотел летать, как они. Когда появился адмирал Траун, я пошел к нему добровольцем, но не прошел комиссию, поэтому я поступил в техническую школу, чтобы научиться ремонтировать корабли, а потом оказалось, что у меня хорошо получается разбираться в навигации, поэтому меня натаскивали на это, но Трауна нет, и военные силы были распущены, так что мне пришлось искать работу в гражданской компании «Линии Тинты».
— Я же сказал, отдышись, — я протянул ему руку, потому что так обязательно сделал бы Йенос Иданиан, хоть в душе он ненавидел это.Йенос Иданиан.
— Киеви Спарт, — он утер пот со лба рукой с длинными пальцами. Он был весь в веснушках. Его рыжие волосы были еще короче моих, а сам он был настолько худым, что напомнил мне Киртана Лоора, но этот парень не был таким болваном.
— Значит, вы летали на таком корабле?
— Летал, Киеви, только на военном варианте. Еще во времена Восстания, — я огляделся по сторонам. — На тех челноках все было устроено по-другому, и солдаты набивались в них довольно плотно. Да и навикомпы у нас были не такие навороченные, как ты расписываешь.
— О, это так интересно.
Я улыбнулся:
— Расскажи мне.
— Ну хорошо… — и он начал.
Я откинулся на спинку кресла со снисходительной улыбкой на губах, потому что так сделал бы Йенос Иданиан.
… Наутро после того, как мне приснился тот кошмар, я пошел к деду в оранжерею и рассказал ему о том, что я намерен сделать: покинуть Кореллию и внедриться к «возмутителям спокойствия». Он аплодисментами поприветствовал этот план и немедленно начал суетиться, чтобы я смог осуществить задуманное как можно скорее. Он краем глаза взглянул на те документы, которыми меня снабдил Бустер и назвал их «годными на крайний случай», а затем сел на комлинк и вскоре у меня были документы, ничем не отличавшиеся от настоящих.
— Они и есть настоящие, Корран, — улыбнулся мне дед. — С ними ты пройдешь самую серьезную проверку.
Я посмотрел на карточку удостоверения личности и голографию на ней.
— Кто такой Йенос Иданиан?
— На самом деле? Мелкий жулик, немного старше тебя. Он пропал, но файл на него сохранился. Я подправил его послужной список и возраст, чтобы они подходили тебе. За тобой числятся кое-какие грешки, которых ты сдуру наделал по молодости, в их числе воровство на кораблях и проблемы со ввозом контрабанды. Недостаточно, чтобы назвать тебя великим преступником, но по крайней мере хватит, чтобы дать всем понять, что ты знаешь, что делаешь. А потом Йенос исправился, сражался в рядах Альянса, а теперь работает торговцем — продает старые космические корабли.
Я на секунду задумался, потом кивнул. Легенда не была настолько невероятной, чтобы не подойти мне.
Я еще добавил в жизнь своей новой личины полосу неудач: клиенты-богатеи регулярно зажимали положенные мне комиссионные, так что из меня получился прекрасный кандидат в пираты со всеми нужными навыками.
— А ты уверен, что этот Йенос не будет разыскивать меня?
— О Йеносе ничего не слышно более двадцати лет. А если он и всплыл где-нибудь, то твой отец должен был поймать его. Хэл тогда был близок к его поимке, — улыбка Ростека Хорна стала чуть меньше. — Я уже забронировал для тебя билеты на «Тинта-Палитре», корабле «Линий Тинты». На нем ты долетишь до системы Бормеа, где пересядешь на «Тинта-Радугу», которая доставит тебя на Корускант. Оттуда, как я понимаю, ты легко доберешься до «Искателя приключений» и «возмутителей спокойствия».
Я удивленно поднял брови:
— Корабли Тинты — это шикарные лайнеры, и круизы на них распроданы на месяцы вперед…
— Сиолла Тинта тоже любит цветы, Корран, — дед сорвал еще не распустившийся бутон. — Она с радостью согласилась позаботиться о твоем друге, который будет принят так, словно он член ее семьи.
— Возможно, ты смог отменить мой смертный приговор, но все еще есть сочувствующие Империи люди, которые не преминут случая сцапать меня и продать Гранд Адмиралу Терадоку или любому другому военному диктатору. Возможно, мне не нужно высовываться и лететь на шикарном лайнере?
Дед весело расхохотался:
— Мой дорогой мальчик, ты должен запомнить две вещи о сочувствующих Империи людях на Кореллии: они никогда не поверят, что какой-то повстанец из Альянса настолько глуп, чтобы лететь на Кореллию, и это первое. И второе: им и в голову не придет, что этот повстанец сможет оплатить перелет на шикарном лайнере. Здешние сочувствующие Империи живут в вымышленном мире, которого нет уже лет двадцать. Они вспоминают дни правления моффа Ворру как золотой век. Я сомневаюсь, что кто-нибудь вообще знает, что ты из Альянса, кроме нескольких корбезовских начальников, которые не посмеют и пальцем тронуть тебя.
— Цветов боятся?
— Некоторые. И очень хорошо, как правило, помнят твоего отца.
— Понятно, — я вздохнул. — Даже слов подобрать не могу, чтобы сказать, насколько я благодарен тебе. Я был дураком. Думаю, ты понял это. Спасибо, что не стал тыкать меня в это носом.
Он пристально всмотрелся мне в глаза, хитро прищурившись:
— И в чем же ты показал себя идиотом?
— Ну, что стал джедаем, вместо того чтобы спасать Миракс. Я потерял столько времени.
Ростек потер ладони, затем уперся кулаками в бока.
— Корран, я хочу, чтобы ты кое-что уяснил себе. Я не считаю тебя идиотом. То, чему учили тебя в академии, пригодится тебе. Возможно, не все, что ты изучал в академии, поможет найти и спасти Миракс, но нельзя знать этого заранее. Я видел, как Нейаа, чтобы расследовать некоторые случаи, делал много разных вещей, которые не имели ничего общего с Силой или обучением секретам джедаев, разве что эти тренировки развивали его как личность. Пройти сквозь такую тренировку, оказаться способным принять решения, от которых ты просто обязан отказаться, — все это требует зрелости, которой я раньше никогда в тебе не видел. Несомненно, после всех твоих приключений в Разбойном эскадроне и женитьбы на Миракс ты возмужал, но ты не должен принижать значение твоего обучения. Нельзя говорить, что путешествие было плохим, только потому, что ты не попал, куда тебе нужно было.
— Извини, я не хотел тебя обидеть.
— Ты и не обидел меня. Мне очень дороги воспоминания о Нейаа Халкионе. Я считаю свою работу по спасению знаний о Силе самой важной частью своей жизни. И я рад, что у тебя будет доступ ко всему этому. Если хочешь, я даже могу поделиться информацией с твоим Люком Скайуокером.
— Сделай это, пожалуйста.
Он кивнул:
— Считай, что эта работа уже выполнена. Я очень горжусь тобой, Корран, какой бы ты путь ни выбрал в своей жизни. Тут, на Кореллии, мало что меняется, но я поражаюсь твоей способности выжить в бешеном вихре гражданской войны.
Я подошел к деду и обнял его:
— Спасибо тебе еще раз.
Когда я выпустил его из объятий, он улыбнулся:
— Ах да, в пакет, где лежат все твои документы, вместе с журналами на инфочипах я положил досье КорБеза на того контрабандиста, о котором ты спрашивал, Шорше Кар'дасе. Файлы очень старые — он исчез примерно в одно время с Иданианом. Надеюсь, сведения окажутся полезными.
— Я тоже.
— Хорошо, — он взглянул на хронометр. — Давай, заканчивай собирать вещи. Тосрук отвезет тебя в космопорт.
— Но сначала мне нужно сделать еще одну вещь, — я нашарил рукой рюкзак, стоявший под скамейкой, вытащил из него лазерный меч Нейаа Халкиона и протянул рукоять деду:
— Лазерный меч — самое ценное, что есть у джедая. После друзей, конечно же. Я не могу взять его с собой, потому что немногие пираты носят их в наши дни, и кроме того, если быть честным, я не заслужил право носить его. Я не Нейаа Халкион. Я — не настоящий рыцарь-джедай. Я хочу, чтобы ты сохранил его, сохранил его в целости, как ты хранишь знания Нейаа и память о нем.
Дед осторожно взял в руки меч, с таким видом, словно он весил килограмм пятьдесят.
— Это может показаться странным, но именно его мне недоставало. В те времена, когда я знал Нейаа, меч был неотъемлемой его частью, инструментом справедливости. Когда Нейаа погиб, а его меч не вернулся с ним, у меня было ощущение, что справедливость тоже исчезла. А сейчас есть надежда, что она вернулась.
У него по щеке покатилась слеза:
— Возможно, ты и прав насчет того, что тебе еще не пришло время примерять на себя плащ Халкиона. Но когда такое время придет, я жду тебя.
Я расстался с дедом, оставив его в оранжерее наедине со своими воспоминаниями и теми огромными знаниями, которые он спрятал в цветах. Тосрук отвез меня в космопорт, где я сел на борт «Тинта-Палитры», и вот несколько дней спустя я уже сидел рядом с Киеви Спартом, слушая вполуха тягостную историю его жизни.
— Что вы говорите, — воскликнул я.
— Да, да, это все правда. Я собрал все истории, какие только мог, о Разбойном эскадроне, и хочу написать подробную историю этой эскадрильи. Я знаю послужные списки всех пилотов, сколько на их счету сбитых целей, откуда они родом…
— Как они выглядят…
— Конечно же, — он впялился в меня немигающим взглядом. — А вы встречали кого-нибудь из них?
— Я? Ни разу, даже мельком, — я кивнул в сторону внешнего обзорного экрана. — Уже видели « Радугу»?
Киеви заткнулся и припал лицом к транспаристилу. Челнок «Тинта-Синий ь7» пристыковался к «Палитре», надежно прикрепившись к большему кораблю при помощи стыковочного рукава. По этому закрытому трапу пассажирам можно было пройти на борт корабля и занять места в пассажирском салоне, пока команда переносила их вещи в багажный отсек челнока. Когда все будут на борту и челнок будет готов к полету, мы подлетим к «Тинте-Радуге» и перейдем на нее по такому же стыковочному приспособлению. Пассажиры «Радуги», желающие попасть на «Палитру», будут посажены на борт другого челнока, и оба проследуют каждый своим курсом с минимальной задержкой.
— Еще ничего не видно, — прогундосил Киеви: нос его был приплюснут к иллюминатору. — Но корабль должен вот-вот показаться.
— Ну, в таком случае, пойду воспользуюсь случаем и загляну в кокпит.
Киеви мертвой хваткой вцепился мне в руку:
— Возьмите меня с собой, пожалуйста.
— Хм, даже не знаю…
— Ну пожалуйста, — он посмотрел на меня огромными и грустными карими глазами. — Возможно, для меня это единственный шанс увидеть КП 127АП на настоящем челноке.
Я посмотрел на него и грозно сдвинул брови:
— Но ведь ты ничего не будешь там трогать, правда?
— Не-а, — прошептал он, от радости потеряв голос.
— Ладно, я поговорю с капитаном насчет тебя. Он скоро должен подняться на борт. — Я привстал в кресле и увидел во мраке космоса какую-то яркую вспышку. — Интересно, что его задерживает? Это «Радуга»?
Киеви всмотрелся вдаль.
— Не-а, похоже на «звездный разрушитель» класса империал-II, а с ним целая флотилия кораблей поменьше. Летят в нашем направлении.
Я вскочил с кресла и повернулся к бортпроводнице, но прежде чем я сделал это, в проход основного салона вбежали двое мужчин. У обоих на поясах болтались бластеры, а один — тот, что был более внушительных размеров — размахивал огромным виброножом.
— Сидите смирно, — заорал Мелкий, поднимая руки вверх. — Сидите смирно, и никто не пострадает.
Бортпроводница бросилась успокаивать двух закативших истерику пассажиров, а Мелкий махнул мне рукой, приглашая покинуть салон премьер-класса и присоединиться к остальным пассажирам. Он явно не заметил Киеви.
— Рад приветствовать вас, дорогие мои. Сами мы с «Возмутительного», пришли лишить вас ваших богатств.
Какой-то старик, сидевший в правом ряду, поднял трясущийся палец, указывая на главного пирата:
— Лаанарс, ты же был стюардом в моем салоне.
Лаанарс подошел к старику и влепил ему пощечину:
— Да, был, вонючая куча дерьма. Я впахивал на тебя, как последний банта, потому что знал, что этот день придет.
— Вам не нужно больше никого избивать, — я подал голос, стараясь сохранить спокойствие, наткнувшись на стальной взгляд Мелкого. Я стоял в левом проходе, глядя на него через три ряда сидений. — Вы контролируете ситуацию. Берите все, что хотите.
— Это ты точно сказал, я тут контролирую ситуацию, — выскочил из-за спины Лаанарса его приятель-здоровяк и встал в самом начале правого прохода. Лаанарс поднял руки, растопырил пальцы и пошевелил ими.
— Давайте начнем с ювелирных украшений. Если не захотите отдавать, Бирил подойдет к вам и покажет, почему его выгнали из маникюрного салона.
Я почувствовал, как от всех исходят волны беспокойства, и мне пришлось срочно применять расслабляющую технику джедаев, чтобы эти чувства не захлестнули меня. Я распростер свои чувства, расширив сферу влияния на весь челнок. Жаль, что я не мог достучаться до каждого и поделиться с ними своим спокойствием или заставить этих двух пиратов отправиться спать — я не обладал такими способностями. Лучшим выходом в данной ситуации я видел многократно проверенную в случаях с захватом заложников политику: дать пиратам все, что они хотят.
И тут я почувствовал, что Киеви готовится атаковать. Оставаясь незамеченным, он прополз по полу салона премьер-класса и уже сгруппировался для прыжка на Бирила. Этот пират был настолько огромен, что я сомневался, почувствует ли он вообще нападение заморыша Киеви. Зато потом громила без напряга порежет мальца на куски, это наверняка.
Киеви, который всю жизнь хотел стать героем, вдруг увидел шанс стать им.
И он станет героем. Только мертвым.
— Эй, шустрый, — крикнул я Лаанарсу. — Слушай внимательно, второй раз повторять не буду. Сваливайте сейчас же, и я вас не трону.
— Щас я кого-то трону! — взвился Лаанарс. — Сядь и заткнись.
Я пожал плечами и вскинул кулаки:
— А ты попробуй, усади меня.
Лаанарс посмотрел налево, затем направо. Он не мог ничего понять.
— Ты что, глупый? — его рука легла на рукоятку бластера. — Ты мертвец, парень.
Использовав Силу, я внушил ему, что он вытащил бластер и нацелил его прямо мне в лоб. Я мысленно нарисовал выражение ужаса на лице, а затем — бластер, который я прятал в правом рукаве. Он «увидел», как я выхватил его из рукава и навел на его грудь. Выбора у него не оставалось. Он нажал на курок.
Но его бластер по-прежнему оставался у него, кобуре. Все три выстрела пришлись ему в правое бедро, и он с визгом повалился на пол. Бирил подбежал к товарищу и склонился над ним, так что Киеви уже не мог допрыгнуть до них. Здоровяк недоуменно уставился на своего дружка, затем — на меня.
— Тебе хана.
— Ничего подобного, — ответил я. Пусть Халкионы и не были мастерами телекинеза, но на то, чтобы открыть защелку распухшей от чемоданов дверцы багажной полки, много сил не потребовалось. С грохотом барахло куати посыпалось на голову громилы. Он яростно замахал виброножом, отряхиваясь после встречи с чемоданным потоком, затем ринулся в мою строну. Но к тому времени я уже перепрыгнул через центральный ряд сидений, и Бирил неожиданно наткнулся грудью на две моих ноги.
Он взмахнул руками и с трудом удержал равновесие — он запутался ногами в груде вещей куати. В это время в салон влетел Киеви. Он с размаха въехал Бирилу лбом в подбородок. Здоровяк и рухнул на приглянувшиеся чемоданы, а Киеви, отлетевший от громилы с не меньшей скоростью, чем нападал на него, растянулся на коленях у двух насмерть перепуганных девушек.
Я выхватил бластер у Лаанарса, переключил его на режим парализатора и влепил заряд в пирата. В Бирила для верности всадил два. Затем обернулся и швырнул оружие бортпроводнице.
— Вы можете отсоединить стыковочный рукав?
Он поймала бластер и неуверенно кивнула:
— Могу, но только по приказу капитана.
Я взглянул на ее значок с именем:
— Хорошо, Анниссия, ты получила такой приказ…
— Сэр, я знаю, что вы имеете право летать на челноках этого класса, но…
Я жестом прервал ее:
— Здесь скоро будет полно пиратов, а вашего пилота все нет. Пора смываться отсюда, ничего хорошего мы не дождемся, если будем сидеть на месте.
Она думала ровно секунду, затем кивнула:
— Как прикажите, капитан Иданиан.
Я схватил Киеви за шкирку и стянул его с коленей двух девушек, которые, как можно было догадаться по их лицам, были уверены, что он спас их от верной смерти.
— Ты точно умеешь обращаться с этим КП… ТП… или как его там?
— КП127АП? — его кадык возбужденно подпрыгнул, а голос дрогнул. — Да, сэр.
— А не врешь, а? Тут на карту поставлены жизни людей.
Он выпрямился и принял позу, которую он, должно быть, считал стойкой по команде «смирно».
— Я справлюсь.
Я улыбнулся:
— Тогда быстрее в кокпит, мой мальчик. Хотел полетать, повоевать? Твоя мечта сбылась.
Киеви почесал шишку на лбу:
— Мы что, попытаемся удрать от «звездного разрушителя»?
— А что, сдрейфил? — прищурился я.
— Ну, это будет нелегко.
— Слушай, если бы это было легко, этого не пришлось бы делать, — я хлопнул его по спине, подталкивая вперед. — Просто проложи курс и дай мне вектор выхода. Я выведу нас на эту точку, и мы все смоемся отсюда.
Киеви недоверчиво посмотрел на меня:
— Сэр, даже пилот из Разбойного эскадрона не смог бы вырваться из этой ловушки. Я знаю.
— Значит, тебе предстоит узнать много нового, — я снова подтолкнул его к кокпиту. — Пристегивай ремни, сынок, сейчас мы будем бегать наперегонки со смертью.

Глава 32

Я плюхнулся в ложемент, надел наушники коммуникатора и начал щелкать переключателями. Их расположение почти не отличалось от того, что было на челноке, на котором я прилетел на Йавин IV. Однако панель управления оружием была заменена на «развлекательную систему». Пожав плечами, я нажал на кнопку, и в салоне начался сеанс последней голографической драмы.
Киеви сидел рядом со мной, на месте навигатора. Он сел и пристегнулся за считанные секунды, затем поднял взгляд и застыл.
В космосе зависла громада «Возмутительного». Оттого, что мы смотрели на него в профиль, его силуэт казался слишком похожим на клинок. Настил его верхней палубы лежал немного ниже нас — если бы мы полетели прямо, то главная палуба корабля осталась в добрых ста метрах под нами. Я смотрел на корабль так, словно сидел в кокпите «крестокрыла», проверяя оружие и настраивая генераторы защитного поля. На вспомогательном мониторе, куда выводились результаты сканирования «Возмутительного», я увидел, что корабль летел без дефлекторных щитов.
Одна протонная торпеда, и ты заплатила бы за свою самонадеянность, Тавира. Я взглянул на Киеви: тот не шевелился.
— Проблемы, Киеви?
Он моргнул и вздрогнул:
— Нет, все в порядке.
— Ты можешь работать с навикомпом?
— Да, конечно, — его пальцы забегали по клавиатуре. — Куда летим?
— Короткий прыжок на край системы, затем в обратную сторону, снова на это самое место. А уже отсюда мы улетим… — я нахмурился и на секунду задумался. — Давай в сектор Куенс, Элшандруу Пика. У меня там друзья.
— Отлично. Курс уже прокладывается.
На моей консоли что-то бибикнуло, и я увидел, что это отсоединяется стыковочный рукав.
— Киеви, нажми вон ту зеленую кнопку.
Он быстро нашел эту кнопку и утопил ее, разжимая и втягивая обратно наши стыковочные «когти»:
— Есть.
— Хорошо. Справа от тебя — инерционный компенсатор. Для кокпита введи 95 процентов. Для пассажиров пусть работает на полную, — я осмотрелся по сторонам. — У нас же где-то должны быть рефлекторы, а?
Киеви улыбнулся:
— Вот они. Нашел. Ух ты, да это «великолепный защитник», система «Чипат». Отличная модель.
— Надеюсь, он нам не понадобятся, — я включил зажигание, заводя основной двигатель и подавая питание на репульсоры. Затем я обратился по интеркому к пассажирам, стараясь говорить как можно более спокойным голосом:
— Мы отправляемся в путь. Расслабьтесь, пристегнитесь, и вы ничего не почувствуете.
Нажав кнопку коммуникатора, я попытался подать сигнал бедствия, но в наушниках раздалось жуткое завывание.
— Они глушат нас по всем каналам, — я врубил фильтр подавления помех, и вой стих.
Киеви округлил глаза:
— Значит, мы не можем вызвать помощь?
— Не-а, нам самим надо выбираться из этой передряги. Ведь если бы помощь была где-то рядом, то Тавиры здесь уже не было бы. Тот факт, что она здесь, означал одно: помощи ждать было неоткуда.
В кокпит вошла Анниссия и села, пристегнув ремни, в откидное кресло, которое пару минут назад предлагала мне.
— Все уселись и пристегнулись.
— Отлично, — я на секунду задумался, концентрируясь, затем кивнул: — Киеви, первый курс.
— Курс два-два-три, угол три-один-пять.
— Вас понял. Подать мощность на щиты.
— Щиты работают на полную мощность.
— Анниссия, не могла бы ты включить сканограф? Я хочу собрать как можно больше информации, пока мы не улетели отсюда.
Я положил руки на рычаг управления и бросил взгляд на «Возмутительный».
— Поехали!
Дав малый вперед, я потянул рычаг на себя, задирая нос. Когда под нами пронеслась «Палитра», я нажал на кнопку раскрытия крыльев. Если на «Возмутительном» не заподозрили неладного, когда мы включили дефлекторы, то когда я начал выпускать крылья, они сразу же всполошились. Бросив взгляд на тактический экран, я увидел, как от патруля отделились три «ТРИады» и направились к нам.
Щелкнули фиксаторы крыльев, и я врубил полный вперед, и, начав тангаж, бросил корабль вниз.
Коммуникатор щелкнул, помехи исчезли, и на аварийной частоте послышалось:
— Челнок «Тинта-Синий», это «Возмутительный». Остановитесь сейчас же, и вы не будете уничтожены.
Киеви уставился на меня, застыв от ужаса.
— Может, вы что-нибудь им ответите, — робко заикнулся он.
Я жестом указал на гарнитуру коммуникатора, болтавшуюся перед Киеви.
— Сам с ними разговаривай.
— Я?!
— Мне некогда, — я завертел челнок в «бочке» и потянул рычаг управления на себя, выводя корабль из пике. Нам наперерез бросился какой-то старый кореллианский корвет, и вокруг нас один за другим стали вспыхивать красные облака. Вот мимо пронеслись два синих ионных разряда, так что пришлось хвататься за ручку управления и заваливать челнок на правый борт, уводя его с курса, которым мы летели. Проделав «быструю бочку», я вернул челнок в нормальное положение, ненадолго поднял нос и тут же оттолкнул рычаг управления от себя.
В результате всех этих выкрутасов «Возмутительный» оказался прямо перед нами, заполонив весь экран внешнего обзора. Тяжелые турболазеры корабля стали разворачиваться, пытаясь достать нас, но мы уже подлетели настолько близко к кораблю, что расположенным на его бортах батареям было сложно нацелиться на нас. Более того, из-за иллюминации, которую они устроили вокруг нас, когтистые истребители немного поотстали.
Киеви нацепил гарнитуру.
— «Возмутительный», это «Тинта-Синий ь7».
— Очаровательно, — пробормотал я себе под нос. — Еще спроси их, благородные ли у них намерения.
Он пожал плечами:
— У вас благородные намерения?
— «Тинта-синий» вам жить надоело или вы с ума сошли?
Киеви удивленно вскинул брови:
— Вам не кажется, что это риторический вопрос?
Булькающие звуки внезапно подавившегося чем-то офицера связи с «Возмутительного» заставили меня улыбнуться:
— Так держать Киеви, пусть задумаются над своим поведением.
Улыбку как рукой стерло с моего лица, когда на частоте зазвучал злой женский голос:
— «Тинта-Синий», это адмирал Тавира. Мы тут не в игры играем.
Я поднял руку, заставляя Киеви заткнуться:
— Извините, адмирал, а мы играем. Догони, если сможешь, — я хлопнул по кнопке отключения коммуникатора, вырубая его, затем выдал «быструю бочку», переворачивая челнок, и мы пролетели под «Возмутительным» брюхом к брюху, едва не задев его. Дернув рычаг управления, я направил челнок прочь от «звездного разрушителя», затем накренил корабль на левый борт, отчего он закрутился в потрясающем танце, и звезды вокруг нас превратились в яркие круги.
Хотя их почти не было видно из-за кроваво-красных разрывов: нас обстреливали из турболазеров.
Киеви прикрыл голову руками, словно точка, где сходились левый и правый борта «Возмутительного», была стеной, в которую мы должны врезаться.
— Нам крышка! — завопил он.
— Как бы не так, — я сбросил скорость, включил реверс ровно на две секунды, затем снова врубил форсаж и продолжил полет вперед. Турболазеры «звездного разрушителя» не успели развернуться вслед за нами, и большинство их выстрелов пролетело мимо. Дефлекторы пару раз вспыхнули, отражая попавшие в нас лазерные лучи, но нам удалось выйти из-под обстрела с неповрежденным корпусом. Когда мы вылетели из-под «Возмутительного», я снова заставил челнок петлять.
— Активируй гипердрайв, когда оторвемся, Киеви.
Малец удивленно уставился на меня:
— А как мы…
— Потом, — я одарил его обнадеживающей улыбкой, и сам немного успокоился. Я обращался с челноком так, словно это был истребитель — пусть огромный, неповоротливый, угловатый, но все же истребитель. Его поведение немного напомнило «костыль» — «Коэнсайр БТЛ-А4», хотя эта махина была еще более неуклюжей. Этот корабль не был слишком элегантен, да он для этого и не предназначался.
Однако этот большой корабль был оснащен большими генераторами дефлекторного поля. Конечно, его щиты не выдержали бы прямого попадания залпа всех орудий «звездного разрушителя», но уловка с переключением реверса позволила мне одурачить канониров «Возмутительного», и в нас попало всего несколько выстрелов, да и то не сразу. Дефлекторы были изрядно потрепаны, но все еще фурычили. У челнока, такого огромного и неповоротливого, было одно несомненное преимущество над истребителем: он мог держать удар.
Киеви потянул на себя рычажок включения гипердрайва, и звезды на пару секунд превратились в длинные полосы, словно мы очутились в тоннеле, затем снова превратились в точки: мы оказались в обычном пространстве.
— Новый курс — один-три-семь, угол ноль-четыре-пять.
— Вас понял, — я снова взялся за рычаг управления и развернул корабль, выводя его на новый курс. Потом посмотрел на тактический экран:
— Мы оторвались и можем лететь, куда хотим. Киеви, прими мои поздравления. Это твоя заслуга.
Киеви снова включил гипердрайв, и мы полетели. На другом краю системы мы сделали еще одну коррекцию курса, затем направились в сторону Элшандруу Пика. Я там был как-то раз, когда мы всей толпой уволились и по собственному почину вели войну с Йсанне Исард.
Киеви, помешанный на Разбойном эскадроне, знал все о Элшандруу Пика и порадовал нас с Анниссией рассказом о приключениях Разбойного эскадрона в тех краях.
В его изложении рассказ об операции занял куда больше времени, чем сама операция. Но ведь нам все равно надо было убить время. Только к концу полета Анниссия была готова убить беднягу Киеви.

* * *

Наконец, мы вернулись в обычное пространство, и я взял курс на «Искатель приключений». Я сделал ставку на то, что увижу его там, и искренне обрадовался, когда убедился, что он именно в этой системе. Кина Маргатт владеет курортным комплексом на Элшрандуу Пика и является известным ценителем всего редкого и изысканного. А это значит, что Бустер находит ее не менее очаровательной, чем те деньги, что она ему платит. Круглосуточный клуб на ее курорте завлекает посетителей тем, что предлагает назвать любой коктейль, и если его не смогут смешать, то кормят-поят этого счастливчика за счет заведения. Бустер регулярно снабжает Кину рецептами новых напитков и ингредиентами для их приготовления. Кроме того, мне кажется, что Бустера связывают с Киной не только деловые отношения, но Миракс утверждает, что Кина слишком молода для ее отца, поэтому я старался не поднимать этот вопрос.
Еще во время бесконечного рассказа Киеви о миссии на Элшрандуу Пика я подготовил отчет для Террика о том, что с нами произошло и что сейчас требуется от него. Теперь мне оставалось только отослать этот отчет на «Искатель приключений» и медленно приближаться к нему. Прошло пятнадцать минут, прежде чем Бустер прочитал мое донесение и подготовился нас принять, затем лично вызвал нас и дал «Тинте-Синей» разрешение на посадку на борт «Искателя».
Я посадил челнок в ста метрах от «охотника за головами». Бустер лично явился встречать нас, облаченный в какую-то ультрамодную одежду, которая была, конечно, очень стильной и броской, но мне казалась просто кричащей и вычурной. Он тепло встретил каждого пассажира и пообещал им лучшие палубы, чтобы они отдохнули после ужасного испытания. Люди Бустера помогли пассажирам и Аннисии добраться до их покоев на Бриллиантовом уровне и унесли их вещи, оставив в челноке Террика и меня с Киеви.
Бустер представился Киеви, и у юноши загорелись глаза:
— Вы же тесть Коррана Хорна!
— Да, он женат на моей дочери, — Бустеру удалось сохранить на лице улыбку. — В донесении Иданиана говорится, что ты здорово разбираешься в астронавигационном оборудовании. Это правда?
Киеви моргнул. Затем кивнул:
— На корабле вашего класса используется система «Сейнар Звездный путь», верно?
— Точно, — Бустер подмигнул мне. — Он явно гений.
— Я и не сомневался, что вы это скажете, — я похлопал Киеви по плечу.Он вытащил нас всех из крутой передряги с «возмутителями спокойствия». Я вот что думаю: если «Линии Тинты» не захотят брать его на работу, может, вы могли бы предложить ему место на этом корабле?
— Здесь? На «Искателе приключений»? Я?! На этом корабле? Корабле, благодаря которому была одержана победа на Тайферре? — Киеви размахивал руками так, словно пытался взлететь. — Но это же невозможно! То есть, я хочу сказать, что у этого корабля такая история, и она связана с Разбойным эскадроном, и то, что вы потом делали на этом корабле… Это все равно что оказаться в музее или в сказке, или в сказочном музее.
Бустер прищурился, но не перестал улыбаться.
— Мы еще поговорим об этом, Киеви, но пока что ты — мой гость. Хассла'так, проведи Киеви Спарта в Изумрудные апартаменты.
Хассла'так, твй'лекка, чьи лекку извивались, словно пришпиленные змеи, жестом указала Киеви на турболифт. Я слышал, как Киеви засыпал ее вопросами. Тви'лекка вежливо отвечала на своем родном языке.
Бустер вздрогнул:
— Не слышал, чтобы Хассла'так говорила на этом языке с тех самых пор, как сюда последний прилетали покутить сулусстиане.
— Киеви иногда бывает слишком назойливым. Спасибо, что не дал ему узнать, кто я такой.
— Будешь мне должен.
— Запиши на мой счет, — я махнул большим пальцем в сторону челнока.Мне нужно, чтобы твои люди скачали все данные из памяти сканнера. Посмотрим, может, корабли «возмутителей» помогут нам понять, где они прячутся.
— Немедленно отдам необходимые распоряжения, — Бустер внимательно изучил меня. — Здесь Мара Джейд. Они с Калриссианом прилетели ко мне, чтобы задать пару вопросов о Шорше Кар'дасе. Ландо на Бриллиантовом уровне хочет сорвать банк, — в голосе Террика послышалось раздражение.
— И как он близок к этому?
Бустер пожал плечами:
— Не так чтобы очень, но ближе, чем хотелось бы. Мне кажется, самое время познакомить его с твоим другом Киеви.
— Конечно же, только сначала скажи Киеви, что это шанс узнать из первых уст, как Ландо помог Веджу Антиллесу взорвать Звезду смерти на Эндоре.
— О, даже твой отец не был таким жестоким, корбез.
— Ты льстишь мне, Бустер, — я взглянул на «охотника за головами»,Мара Джейд не слишком разозлилась из-за корабля?
— По ней этого не скажешь, только разговаривать с тобой она не хочет. Мне показалось, что она поняла, что ты был на этом челноке, прежде, чем ты вышел на связь, — мой тесть прищурился. — Она ведь не сможет использовать всякие джедайские фокусы, чтобы помочь Ландо выиграть, как ты думаешь?
— Честно говоря, мне кажется, что она согласилась бы купить Ландо за столько, во сколько она оценивает его, а затем продать, но по той цене, в которую он оценивает себя, — я улыбнулся. — Не думаю, чтобы она помогала ему.
За спиной у Бустера открылись двери турболифта, и из него вышла Мара Джейд. Она сразу же направилась к нам, и в ее походке был лишь намек на церемонность. Но не это показалось мне странным, а то, как она была одета. Черные слаксы и медного цвета пиджак казались неуместными и слишком неженственными, а наброшенная поверх накидка, которая закрывала правую часть ее торса, только казалась модной. Я не видел ее лазерного меча, но он мог быть скрыт под накидкой.
Бустер поклонился:
— Я оставлю вас вдвоем, чтобы вы смогли поговорить, а сам пойду позабочусь о том, чтобы Калриссиан чувствовал себя как дома.
Мара прожгла его взглядом:
— Не забивай себе голову так сильно насчет этого.
Я удивленно изогнул бровь:
— Разве вас здесь с ним ничего не связывает?
— В какой-то мере да, — она с омерзением посмотрела на свое одеяние.Когда мы прилетели сюда, он предложил достать мне одежду поприличнее и сразу же забрал у меня весь мой скромный гардероб. Потом явился портной, который притащил целый чемодан вещей, в которых Ландо хотел бы видеть меня. В отместку я совершила налет на его платяной шкаф. У него неплохой вкус на ткани, но все его пиджаки немного жмут мне в плечах.
Я рассмеялся:
— Готов спорить, ему то понравилось.
— В том-то и дело, что нет, поэтому мне приходится одалживать его шмотки время от времени, — легкий намек на улыбку появился на ее губах, но сразу же исчез. — Как там чувствовал себя Люк, когда ты уехал из академии?
Я пожал плечами:
— Физически он поправился.
Мара бросила на меня косой взгляд:
— А что с его духом?
— У него есть много вопросов. И на некоторые он знает ответы, а на некоторые — нет, — я скрестил руки на груди. — Он был польщен, что ты, прежде чем улететь с Йавина IV, удостоверилась, что с ним все в порядке. Но он удивился, что ты не дождалась, пока он не пришел в себя и не поправился. На самом деле ты со мной провела больше времени, пока я выздоравливал, чем с ним.
Она вскинула голову:
— Но он ведь не думает, что между нами что-то было, правда?
— Я не увидел никаких признаков того, что он так считает, — я улыбнулся и зашагал к «охотнику за головами». — Он прекрасно знает нас обоих и понимает, что между нами никогда не будет ничего такого. Мы с тобой можем стать братьями по оружию и даже друзьями.
— Точно, но внутри мы — заведенные пружины, причем смотанные в разные стороны, — она нагнала меня, и на губах у нее снова появилась улыбка.Если мы слишком сблизимся, будет много шума.
Я кивнул:
— И мы сломаемся.
— А потом твоя жена убьет нас.
— Это точно, — я вздрогнул. — Однако вернусь к твоему вопросу: Люк в восторге от академии и того, как быстро его ученики справились с Экзаром Куном. Но когда я уезжал, я раскритиковал, словно из турболазера обстрелял, его школу, ну и все остальное.
— Все?
Я нахмурился и облокотился на передние шасси «охотника за головами».
— Люк настаивал, что я совершаю огромную ошибку, бросая академию, и что в таком случае я стану легкой жертвой темной стороны. Я разбил все его доводы, рассказав, что я много раз подходил вплотную к темной стороне, затем возвращался. Мне кажется, что Люк столько сил приложил, чтобы вернуть своего отца, затем его самого вернула любовь сестры, что теперь ему можно не бояться темной стороны.
Мара пристально посмотрела на меня:
— Что ты имеешь в виду?
Я поднял ладони:
— Давай предположим, что джедаи ничем не отличаются от обычных представителей своего рода, кроме как чувствительностью к Силе. Если так, то должны быть личности, которые уже с рождения привержены темной стороне и попадают туда. Им там нравится, и они даже не представляют, что есть другая сторона Силы. С другой стороны, другие десять процентов находятся на другом конце спектра. Они начинают свою жизнь с хороших поступков и никогда не переходят на другую сторону.
— Остальные — посередине. Если бы у нас был достаточный стимул, мы могли бы попасть на темную сторону, но для некоторых этот соблазн должен быть более значительным, чем для остальных. Люк перешел черту, чтобы спасти Галактику. Допускаю, что и Дарт Вейдер руководствовался тем же. Оба они вернулись. Люк сам заплатил дорогую цену за свою прогулку туда и обратно и теперь всех считает такими же уязвимыми, как и он сам. Его это сильно волнует.
Я пожал плечами:
— За свою жизнь, особенно в качестве джедая, Люку много приходилось сталкиваться с темной стороной Силы. Конечно же, это беспокоит его. Но и в этом случае предполагать, что всех ждет путешествие на темную сторону, нелогично.
— Я поняла, что ты хочешь сказать, — кивнула Мара, затем потянулась и выдернула из носа «охотника за головами» коготь монстра. — Напомни мне, пожалуйста, чтобы я больше тебе ничего не одалживала.
— То чудище, которое оставило это в твоем корабле, хотело перекусить Люком, — я почесал бородку. — Думаешь, Люк сильно раздувает значение темной стороны?
— Не думаю, чтобы возможно было преувеличить опасности темной стороны после того, как понаблюдал за работой Императора, — Мара провела большим пальцем по гладкой поверхности когтя. — Мне кажется, что Люк может сам искать зло, чтобы быть превыше него. Ты же сам видел. Зло может быть довольно простым.
— Не могу не согласиться. У некоторых есть к этому талант, но ведь не нужно таланта, чтобы погрязнуть в этом, — я опустил глаза. — Твое мнение обо всем этом не слишком отличается от моего. Однако отчасти из-за этого я и бросил академию. Я не могу оставаться с Кипом, которого вот-вот посвятят в рыцари-джедаи, хотя он избежал наказания за Кариду и другие уничтоженные им системы. Я знаю, что в некоторых кругах идея преследования непримиримых имперцев достаточно популярна, но по моим понятиям убийство — всегда убийство.
Лицо Мары оставалось невозмутимым:
— И ты собираешься решить эту проблему?
Я пожал плечами:
— Не знаю. Возможно, выходцы с Кариды соберут трибунал и вынесут вердикт. Я не вижу, чтобы справедливость торжествовала, но по правде говоря, я не уверен, какой именно должна быть эта справедливость. В любом случае, это вопрос будущего.
— Итак, настоящей причиной, по которой ты бросил академию, было твое решение отправиться на поиски Миракс?
Я кивнул.
— У меня появились некоторые предположения, которые нужно проверить, и я узнаю направление, в котором мне нужно вести свои поиски. По пути я слетал на Кореллию и кое-что узнал о Шорше Кар'дасе — том парне, о котором ты спрашивала меня, пока я сидел в ванне с бактой. У меня все старые корбезовские досье на него. Может, это поможет мне.
— В любом случае, хуже не будет, — кивнула Мара. — Я не слышала ничего нового о Миракс, а ситуация на Нал Хутте изменилась.
— Знаю, но, по крайней мере, у меня есть, откуда начать, — я улыбнулся ей как можно увереннее. — Возможно, я ищу кварк в моле дейтерия, но я постепенно сужаю район поисков и добился в этом значительных успехов. Я доберусь туда, я найду ее. Не буду пытаться, просто сделаю это.

Глава 33

Ликующее выражение, застывшее на лице у Бустера, напомнило мне о той ужасной ситуации, когда он сумел унизить меня на глазах у моей жены. Но поскольку сейчас в его кабинете не было лишних свидетелей, я решил, что эта злорадная улыбка заготовлена для кого-то другого. Он махнул мне рукой, приглашая подойти к столу.
— Смотри, у меня есть кое-что интересное для тебя.
Когда я подошел, он нажал на кнопку на небольшой деке, и голографический проектор выплюнул изображение кореллианского корвета.
— Это изображение из той записи, которую ты сделал, выводя «Тинту-Синюю» из засады. Согласно распознавателю «свой-чужой», это была «Лестница капитана».
Я кивнул:
— Пока я с вами согласен, но должен заметить, что этот сигнал распознавателя скорее всего использовался только для этого полета.
— Почему бы тебе не открыть курсы для хаттов? Будешь учить их, как провозить спайс контрабандой, — Бустер посмотрел сквозь голограмму, закатив свой настоящий глаз к потолку. — Сынок, я менял распознаватели «свой-чужой» на кораблях еще до того, как твой отец стал задумываться, а не завести ли ему детей. Насколько тебе известно, корабль можно определить не только по коду «свой-чужой». Сделанная тобой запись оказалась достаточно хорошего качества, чтобы мои люди провели спектральный анализ выбросов ионного субсветового двигателя. Если данные удается расшифровать, у тебя в руках оказывается уникальная отличительная черта корабля. Остается только сравнить ее с «отпечатками двигателей» других кораблей, чтобы найти соответствие.
— И как, получилось?
Бустер кивнул и нажал на другую кнопку на деке. Рядом с корветом появился другой, точно такой же, и оба стали вращаться, демонстрирую схожесть в малейших деталях.
— Это «Ответный удар».
Я закрыл глаза, напрягая память:
— Знакомое название, не могу вспомнить, где я слышал его.
— Пиратское сообщество под названием «Эйттирмин Батиив» прибрало к рукам всю систему, в которой они промышляли, — систему Куиумин. Они были наголову разбиты в результате одной удачной операции Империи. После этого удара из более чем восьми тысяч пиратов выжило менее трех сотен. Йакоб Найв, капитан «Ответного удара», автоматически стал их лидером. «Выжившие», как они себя теперь называют, на какое-то время забыли о пиратстве и все силы бросили на борьбу с Империей, но после смерти Императора они вернулись к своему привычному делу. Железная дисциплина, установленная Найвом, стала расшатываться. Они присоединились к «возмутителям спокойствия» и стали лучшими пилотами «когтей» Тавиры.
Я потрепал свою бородку:
— Раз они выжили в такой кровавой бойне, значит они горячие ребята. Понятно, почему Тавира радовалась, что заполучила себе таких союзников. Но вот с какой стати им это понадобилось?
— У меня есть одно разумное объяснение. Система Куиумин стала для них слишком опасна после удара Империи, так что они перебазировались поближе к свои работодателям. Теперь, когда раскрылось, что «возмутители спокойствия» действовали с Нал Хутты, они могли вернуться на Куиумин, на родную четвертую планету. Туда отправилось еще множество пиратских кораблей, из чего я сделал вывод, что новая база «возмутителей» именно там.
Я облокотился на спинку кресла, стоявшего напротив Бустера:
— Но после имперского рейда большинство жителей покинуло эту планету, верно?
— Конечно. Все, кроме тех, кто не мог собрать денег на перелет или не может светиться на более цивилизованной планете. С возвращением пиратов все стали потихоньку возвращаться, чтобы торговать с пиратами и поставлять им продовольствие, — Бустер улыбнулся. — Значит так: летим туда и пригрозим им, что испарим этот город, если они не отдадут Миракс.
Я нахмурился:
— Вы это серьезно?
— Корран, пиратское сообщество «Эйттирмин Батиив» перестало существовать после того, как по нему ударили два имперских крейсера класса «виктория». А это «звездный разрушитель»-двушка. «Выжившие» перетрусят.
— Нет, Бустер, этот план мы использовать не будем, — я покачал головой. — Не думаю, чтобы они знали, где находится Миракс, но они — это ниточка, которая приведет к ней.
Бустер откинулся в кресле и закинул ноги в огромных сапогах на стол:
— Значит, собираешься слетать туда, потолкаться среди пиратов, задать несколько вопросов, получить на них ответы и вернуться домой? Мне просто не верится, что у твоего отца мог вырасти такой тупой ребенок.
Я с трудом сдержался, чтобы не заорать на него, и спокойно сказал:
— Во-первых, ни я, ни он не тупари. Во-вторых, я не учу вас, как менять распознаватели «свой-чужой», а вы не читайте мне лекции, как внедряться в преступные сообщества.
Бустер поднял руки вверх:
— Я не сомневаюсь, что у тебя достаточно опыта, чтобы влезть туда, где тебя не ждут, но и эти ребята не наездники рососпинников. Они решительные и безжалостные, и все себе на уме. Не знаю, летает ли кто-нибудь из них лучше тебя, но у большинства из них налет часов в бою не меньше, чем у тебя. Втереться к ним в доверие будет нелегко. Они близки к вершине пищевой цепочки «возмутителей спокойствия», поэтому такие крутые.
— Что ж, придется быть еще круче, — я выпрямился и подмигнул Бустеру.Не волнуйтесь, я знаю, как задобрить их. Я преподнесу Йакобу Найву щедрый подарок, и он наверняка будет рад видеть меня.

* * *

Четвертая планета системы Куиумин называлась Коуркрус, хотя почему она была названа именно так, не помнили даже старожилы. Самый крупный ее город, Вларния, куда я направлялся, был похож на похмельное утро после вечеринки, прерванной в самом разгаре внезапно налетевшей песчаной бурей. Планета не вся была покрыта пустынями, но то место, где стояла Вларния, было весьма засушливым. Когда-то здесь цвели сады и колосились поля, орошаемые благодаря современным ирригационным технологиям, но после отлета пиратов с планеты город превратился в огромную песочницу.
И все же в этой песочнице был космопорт, куда я и направил свой корабль. Я не стал утруждать себя запросами на посадку. Просто дал круг над посадочными доками, выбрал тот, что поприличнее, и посадил челнок туда. Это, казалось, кое-кого встревожило, но я этого и добивался своими маневрами, поэтому был доволен результатом. Я вырубил основной двигатель «Тинты-Синей», открыл входной люк, затем вышел из кокпита и уселся в кресло кабины премьер-класса. Я налил себе стаканчик эля, откинулся на спинку кресла и стал смотреть местные голографические развлекательные каналы.
Мы с Бустером долго обсуждали, как поступить с украденным челноком. Мне было не по себе от того, что я оказался вором, но если бы мы связались с Сиоллой и все ей объяснили, то она приостановила бы поиски пропавшего челнока. Узнай «выжившие», что я не украл этот челнок, и вся моя легенда рассыпалась бы ко всем ситхам. В конце концов мы решили, что Бустер даст знать о случившемся моему деду, а он пусть решает, что делать дальше.
Вскоре несколько «выживших» ворвались на борт челнока с бластерами в руках. Я одарил их улыбкой, поприветствовал их, подняв стакан с элем, затем осушил его. Им это не показалось таким же забавным, как мне, поэтому они схватили меня под белы ручки, вытащили из челнока и повели по улицам города в здание, которое, несмотря на то что восточное крыло его лежало в руинах, выглядело достаточно внушительно. Они затащили меня вверх по лестнице, завели в огромный кабинет, где довольно бесцеремонно усадили меня на стул и швырнули мои документы на большущий стол.
Весь мой «почетный караул», кроме двоих молодцов, скрылся за дверью, оставив меня в кабинете с двумя мужчинами и одной женщиной. В первом мужчине я узнал Йакоба Найва. Высокий, крепкого телосложения, с длинными светлыми волосами, сплетенными в толстую косу, он был настолько франтоватый и обаятельный, что казался идеальным пиратом, каким его показывают в развлекательных голографических постановках. И несмотря на то что вблизи я мог видеть, что под ногтями у него грязь, а на лице — многочисленные шрамы, следы прежних боев, я находил этого человека с горящими глазами довольно притягательным. Я встречал людей подобного типа раньше и знал, что они могут быть очаровательными.
Рядом с ним стояла женщина ростом примерно с Ландо, но гораздо темнее, чем он. Ее черные волосы были очень коротко пострижены, а острый взгляд ее темных глаз не мешал мне смотреть ей в лицо. Гораздо труднее было смотреть на ее правую руку — манипулятор, не покрытый синтетической плотью. Пощелкивания ее механического протеза, когда она крутила среди пальцев треугольную монетку, выдавали ее нетерпеливость.
Третий присутствующий, казалось, служил резервуаром для всей той нетерпеливости, которую она не могла сжечь своей нервной привычкой. Выше даже Найва, следовательно, выше меня на целую голову и процентов на тридцать тяжелее, он был весьма красив и не имел на этот счет никаких сомнений. Его волосы средней длинны были иссиня-черными, и эта синева гармонировала с цветом его глаз, которые, однако, были намного светлее. Он носил бороду и длинные усы, которые казались изогнутыми в полете крыльями.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.