Библиотека java книг - на главную
Авторов: 44284
Книг: 110150
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Я — джедай! » » стр. 9

    
размер шрифта:AAA

Я смеялся вместе с ними. Экзар Кун пришел ко мне, чтобы убедить меня присоединиться к нему. Он не знал (и это еще заставляло меня смеяться еще громче), что сам того не подозревая, открыл мне секрет, как уничтожить его.

* * *

Я надеялся, что мне выпадет случай остаться с Лейей Органой Соло на минутку наедине, чтобы рассказать ей все, что я узнал об Экзаре Куне, но поскольку она постоянно была в заботах о детях, а тут еще неожиданно прилетел истребитель «Слайн-Корпил», более известный как «бритва», и поговорить с Лейей мне не удалось. Я хотел встретиться с ней без свидетелей по простой причине: я исходил из предположения, что черному человеку удалось завербовать себе агентов из числа учеников академии. А Лейя была на Йавине IV недостаточно долго, чтобы попасть под его влияние, и кроме того, я не сомневался, что она сможет дать ему достойный отпор. Дать понять всем остальным, что я нашел способ нанести удар Куну, было идеальным способом довести это до сведения самого Повелителя Тьмы, а это лишало нас нашего оружия.
Пилотом «бритвы» оказался мон каламари по имени Терпфен, который, рыдая, сознался, что был агентом Империи, выдав имперским местоположение планеты Анот, куда были отправлены от беды подальше Зима и младший сын Органы Соло, Анакин. Каламари настоял на том, чтобы Лейя немедленно отправилась на Анот, но та ответила, что она не знает координат. Их знали только Зима, мастер Скайуокер и адмирал Акбар. Лейя Органа решила сейчас лететь на Мон Каламари, чтобы найти адмирала Акбара, а затем уже отправиться спасать своего младшего сына.
В то время как остальные ученики присматривали за двойняшками и заботились о том, чтобы Терпфен отдохнул после долгого пути, я нагнал Лейю в Великом Храме.
— Сенатор Лейя Органа Соло, мне необходимо поговорить в вами.
— Давай, только быстро. Я улечу отсюда, как только соберу свои вещи.
Я нажал на кнопку вызова турболифта.
— Вам нельзя лететь с Терпфеном. Он — известный предатель.
Двери открылись, и Лейя первой зашла в лифт.
— Спасибо, думаю, я смогу с этим разобраться сама.
— Несмотря на те заверения посла Килгал в том, что мы сможем защитить ваших двойняшек, вам не стоит оставлять их здесь.
В ее карих глазах блеснула опасная искорка:
— Так что, прикажешь взять их с собой в истребитель с известным предателем и везти их с собой на планету, где имперские наемные убийцы наверняка будут пытаться добраться до них?
— Нет, но оставлять их здесь, где Повелитель Тьмы, которому уже четыре тысячи лет, превращает учеников в бездумных марионеток, тоже не лучший выбор, — я покачал головой. — Вы не знаете никого из нас. Как вы собираетесь доверить нам своих детей?
— Я не могу доверять вам всем, — она ткнула меня пальцем в грудь. — Я доверяю тебе.
— Что?
Выражение ее липа стало резче, когда двери лифта открылись и она направилась по коридору к себе в комнату.
— Когда мой муж улетал отсюда, он сказал, что я могу доверять тебе. Не так-то уж легко добиться доверия такого человека, как мой муж. Это заставило меня призадуматься, и тебе даже не представить, что может узнать Президент Новой Республики, когда ее распирает любопытство и есть доступ к галактической Сети. То, что мой брат пригласил тебя сюда, говорит о многом в твою пользу, но и остальные данные не порочат тебя. Мне кажется, что мои дети с Корраном Хорном будут в безопасности.
— Послушайте, раз уж вам известно, кто я такой, позвольте мне лететь с вами на Мон Каламари. Как я умею летать на истребителе, вы тоже знаете. Я пригожусь вам и на Аноте.
Она покачала головой.
— Ничего не выйдет. Именно потому, что я знаю, кто ты такой. И знаю, что если бы захотел стать моим личным шофером, ты не стал бы искать со мной встречи наедине. Ты хочешь чего-то другого, и я готова спорить на что угодно, это «другое» требует, чтобы ты остался здесь. Итак, выкладывай, — и она начала сбрасывать вещи в свой ранец.
Я кивнул.
— Во-первых, я думаю, что все ученики, которые попали под влияние Экзара Куна, так или иначе были связаны с темной стороной в прошлом. Стриен как-то задал мне вопрос, который я счел тогда незначительным, но это может быть ниточка, которая выведет меня на Экзара Куна. Не могу подтвердить этого в отношении Кипа или Ганториса, но мне кажется весьма логичным, что того, кто оступился раз, гораздо легче заставить свернуть на прежний путь.
Лейя на секунду замерла, задумавшись.
— Тогда Кам — следующая вероятная мишень Куна.
— И достаточно сложная, но вероятность этого остается, — я опустил взгляд. — Стриен остается источником опасности. Не могу пока говорить об остальных, но у Бракисса имперские корни, что делает его легкой добычей ситха.
— Верно. Что еще?
— У нас есть одна большая проблема с Экзаром Куном. Если мы изолируем всех, кто находится под подозрением, он может понять, что мы что-то затеваем.
— И он может использовать эту возрастающую паранойю как способ проникнуть в сознание тех, кто еще не испорчен, — Лейя закрыла ранец. — Так есть ли у нас решение проблемы, или начнем эвакуацию Йавина?
— Пока где-то рядом на непобедимом корабле летает Кип? Нет, спасибо. Мы — единственные, кто может стать у него на пути в случае его возвращения, а также последняя надежда на изгнание Экзара Куна с этого шарика.
— Эвакуация не годится. Проблема все еще остается, — она задержала взгляд на моем лице, по которому расползлась улыбка. — Я ненавижу, когда коррелиане так улыбаются. У Хэна такая ухмылка обычно означает, что он собирается проиграть «Сокол» в сабакк, вернув его Ландо.
— Нет, на этот раз должен проиграть Экзар Кун. В этой партии он сам себя переиграл, — моя улыбка стала еще шире. — Твой брат обнаружил у меня замечательную способность внушать свои мысли остальным. От того, насколько хорошо я знаю их, той степени близости, которую я чувствую с ними, зависит то, насколько глубоко мне удастся проникнуть в их сознание. Прошлой ночью, после того как мне удалось нейтрализовать Стриена, внушив ему мысль о том, что ему удалось все, что он планировал, ко мне заявился Экзар Кун. Он старался переманить меня на свою сторону, но я сопротивлялся. Он много знает обо мне и старался манипулировать мной.
Лейя слегка улыбнулась, и мне стало понятно, почему тысячи сердец бойцов Альянса были разбиты, когда она вышла замуж за Хэна Соло.
— И пока он манипулировал тобой, ты многое узнал о нем. Ты можешь выследить его, когда он активен?
— Думаю, да. Мне также кажется, что эти «проявления» отнимают у него много сил. Я думаю, он ляжет на дно, возможно, будет пытаться внедриться в сознание Стриена, чтобы узнать, что мы делаем.
Она кивнула:
— И ты можешь вклиниться в этот «сеанс связи», чтобы обмануть его?
Я кивнул:
— Тем самым выиграв время, чтобы найти способ справиться с ним.
— Хорошо, очень хорошо, — ее глаза сузились. — Я не могу оставить тебя за главного — он сразу же заметит изменение в привычном ходе вещей и выделит тебя как лидера.
— Точно. Мне тоже не следует высовываться. Буду сидеть тихо, пока мой план не сработает или все пойдет слишком уж плохо, — я отошел от двери, выпуская Лейю в коридор, и она зашагала к турболифту. — Я знаю, что могу купить нам время, но не очень много. Кун восстанавливает силы такими темпами, что будет готов на новые шаги уже завтра, если не сегодня ночью.
— Я знаю, что ты сделаешь все, от тебя зависящее, — она остановилась у турболифта и протянула мне руку. — Да пребудет с тобой Сила.
— И с вами.
— Надеюсь на это, — она мрачно улыбнулась мне и, когда двери турболифта уже закрывались, добавила: — У меня такое предчувствие, что она понадобится нам обоим.

Глава 24

Остаток дня я провел, работая над «охотником за головами», заканчивая ремонт. Я попросил Стриена помочь мне, хотя я и не нуждался в помощи. Просто я хотел, чтобы он был поближе ко мне. Некоторые ученики опасались его, и с учетом произошедшего это было вовсе неудивительно. Пока он помогал мне, я мог присматривать за ним, чтобы принять меры, как только Экзар Кун вновь попытается завладеть им.
Я также с помощью Стриена предложил Куну в качестве приманки «охотника за головами». Старый газоразведчик знал достаточно о пилотировании кораблей, чтобы взлететь на истребителе и отогнать его со взлетной полосы в ангар, но оружием, похоже, он пользоваться не умел. На корабле Мары уже не было того набора вооружения, которым он был оснащен при создании. Пусковые установки кумулятивных ракет были демонтированы и заменены центральным ионным орудием. На каждом крыле по-прежнему было по три бластера, но они были настроены на режим спаренного огня, чего я лично не стал бы делать.
Я рассказал Стриену о вооружении истребителя достаточно, чтобы он вообразил, что сможет с ним справиться, но я не упомянул, что установил режим защиты от несанкционированного пользования, для отключения которого требовалось ввести пароль. Если кто-то попытается активировать орудия без введения необходимого кода, истребитель сбросит скорость до нуля, включит антигравитационные репульсоры и спланирует вниз. Бортовой компьютер также определял Великий Храм как зону «пассивного полета». Невозможно было разогнать истребитель до полной скорости и врезаться на нем в храм — навигационный компьютер просто принудительно посадит корабль при такой грубой ошибке пилота.
Я предполагал, что Кун, все еще изможденный после того, как затратил большое количество энергии на то, чтобы через Стриена создать такой огромный циклон, попытается заставить Стриена угнать «охотник за головами» и убить Скайуокера. Я даже постарался облегчить ему задачу, дав Стриену несколько рекомендаций о том, как пилотировать корабль, и рассказав ему несколько пилотских баек времен Восстания, но Экзар Кун не заглатывал приманку. Я немного расстроился из-за этого, но слишком форсировать события было нельзя, чтобы ситх не почувствовал неладное.
И только вечером, когда я уже лег спать, стало ясно, что Экзар Кун не такой сообразительный, как я ожидал. Сигнал тревоги, поданный Р2Д2, который нес дежурство в зале собраний, заставил меня соскочить с кровати. Я распростер свои чувства и сразу же остро ощутил присутствие существ, которые казались чуждыми на крыше этого древнего культового сооружения.
Мне и голову не пришло рвануть по лестнице или ждать турболифта. Я побежал к «охотнику за головами», ввел код зажигания и активировал оружие. Отменив запрет на полеты вокруг Великого Храма, я вылетел из ангара в оранжевые сумерки. Сделав несколько кругов вокруг храма, попутно выдав пару «бочек», я ничего не увидел, кроме мелькнувшей в отблеске приглушенного света тени треугольного крыла.
Меня посетило отчаяние, но я быстро прогнал его. Эти твари сейчас не проблема. Экзар Кун — вот проблема номер один. Расширив зону, подвластную моим чувствам, я обнаружил три тоненькие нити влияния, идущие к тварям, посланным Повелителем Тьмы убить мастера Скайуокера. Эти твари были безмозглыми созданиями, и их контролировать было намного легче, чем Стриена, отчего Кун мог нанести максимальное разрушение, затратив минимум энергии.
Я пронесся над Храмом, затем сбросил тягу до нуля и врубил репульсоры, отчего я стал парить на высоте четырехсот метров над землей. Медленно развернув корабль, я направил его туда, откуда исходило влияние Экзара Куна. Нажав кнопку на консоли, я зафиксировал этот курс.
Нажав на акселератор, я завалил истребитель на правый борт и полетел в другую от Храма сторону. Отлетев примерно километр, я снова сбросил скорость и полетел на бреющем полете, развернув нос в том направлении, откуда, как я чувствовал, командовал тварями Кун. Эти координаты я ввел в память навикомпа.
Из коммуникатора донесся сигнал «отбой тревоги», а на экране появился Р2Д2. Я улыбнулся и почувствовал, что тонкие усики сворачиваются и ползут обратно к Экзару Куну. Я напряг чувства, фокусируя их на ситхе, надеясь, что он выдаст свое раздражение или разочарование, но ничего подобного я не уловил. Вместо этого я почувствовал еще четыре аномальные формы жизни, которые быстро приближались к Великому Храму из глубины джунглей.
Я не смог сдержать смеха. Единственная проблема наведения оружия истребителя заключалась в том, что сенсоры безошибочно распознавали лишь цели из дюрастила и других компонентов, которые обычно применяются при постройке космических кораблей. Все остальное целями не считалось. А у этих тварей хоть и были металлические когти, но в целом металла у них было не больше, чем у любого гражданского человека, прогуливающегося по Йавину. Следовательно, для «охотника за головами» целями они не были.
Зато джедай, то есть я, идентифицировал их как большие и жирные цели.
Они летели по направлению к Храму, и они видели в «охотнике за головами» не большую угрозу, чем истребитель видел в них. Огромные монстры в длину были чуть меньше двух метров, примерно ростом с высокого человека, зато размах их уродливых кожистых крыльев был просто огромен. У каждого было по две головы, но по приплюснутому черепу было ясно, что объем мозга у них измеряется несколькими кубическими сантиметрами. Настоящим их «украшением» были хвосты, длинные, мускулистые, они заканчивались мерзкого вида кристаллическим шипом. Несомненно отравленным и смертельно опасным.
Только не для пилотов истребителей.
Для начала я вонзил два выстрела из бластера в горло первой твари. Ее плоть вскипела и чешуйки начали плавиться и капать на землю. Затем я вспорол ей туловище у основания хвоста и нацелил бластер на то немногое, что от твари осталось. Грянул залп. Летающий двухголовый ужас удивленно изогнул голову, глядя на дыру у себя на груди, и сложил крылья. Тварь камнем понеслась к земле, словно дроид, сброшенный с истребителя. Ее полет длился недолго, и вскоре она напоролась на ветки массивного дерева массасси.
Со второй тварью я разобрался намного быстрее, чем с первой, — понадобился один выстрел. Однако единственный пучок энергии сделал свое дело: прожег внушительную дыру в крыле монстра. Тварь яростно захлопала здоровым крылом, но в воздухе ей удержаться не удалось. С громким визгом она сорвалась в штопор и врезалась в каменный фундамент Храма.
Для оставшихся двух монстров я решил использовать ионное орудие. Первый же выстрел попал в крестец третьей твари. Голубой ионный заряд взорвался тысячами тонких ярких лучиков. Этот удар прожег все нервы твари, вызвав спазм задней части. Ее хвост загнулся назад так сильно, что шип вонзился ей в спину. Обе головы твари обернулись и стали откусывать хвост, вырывая из него зубами огромные куски, но было поздно. Крылья сложились, и тварь врезалась в северную стену пирамиды.
Последняя тварь оказалась куда проворнее своих сестричек. Освободившись от сдерживавшего ее влияния Куна, она носилась по небу зигзагами, затем устремилась на «охотник за головами». Я поднял нос вверх и включил экран. Как раз вовремя, чтобы отразить атаку. Передний щит остановил тварь, не дав ей долететь до корабля, но она успела зацепиться когтистой лапой за нос корабля. Искры озарили кокпит, и передний экран сдох. От короткого замыкания отказала ионная пушка. Тем временем тварь вцепилась в нос «охотника за головами» второй лапой. Дюрастил жалобно пискнул, когда в него вонзились когти монстра. Зверь прижался к фюзеляжу, заключая «охотник за головами» в смертельные объятия своих крыльев, и нацелил взор обеих голов на кокпит, точнее на меня, сидящего под прозрачным фонарем.
Бластерами тварь достать было невозможно, а ионное орудие не работало. Я мог бы поставить истребитель на автопилот, открыть фонарь кабины и порубить тварь на куски своим лазерным мечом, если только я не оставил бы его у себя в комнате. Когда одна зубастая голова отскочила от траспаристали, из которой был сделан фонарь кабины, я понял, что тварь своего добьется и вскроет колпак, вопрос был лишь во времени.
— Отлично, — усмехнулся я. — Хочешь поиграть? Давай поиграем.
Я задрал нос истребителя, я дал полный вперед. На предельной скорости понадобились считанные секунды, чтобы достичь верхних слоев атмосферы. Давлением тварь была прижата к корпусу истребителя и распласталась на нем, словно простыня. От трения дюрастиловый корпус раскалился, поджарив некоторые участки крыльев монстра. Когда тот попытался убрать крылья с горячей поверхности и свернуть их, у него ничего не вышло — напором воздушного потока их снова прижало к горячему металлу.
Вне атмосферы у твари появилась еще одна проблема. Космический вакуум мгновенно охладил корпус, высосав из него все тепло. То же самое он сделал и с тварью, оставив злобное напуганное выражение на обеих его мордах навечно. Когда тварь остыла, я сбросил скорость, и «охотник за головами» лег в дрейф, а его носовое украшение быстро превратилось в ледышку. Я облегченно вздохнул, когда увидел, что тварь не была приспособлена для выживания в условиях открытого космоса, хотя я наверняка знал, что на Йавине IV таких суперсозданий не водилось.
Наконец, когда мне показалось, что я достаточно заморозил тварь, я круто повернул вправо. В то время как меня и «охотника за головами» от последствий такого головокружительного маневра защитил инерционный компенсатор, твари повезло меньше: ее тело сломалось у лодыжек и, вращаясь, полетело к газовому гиганту. Я развернул истребитель и стал возвращаться к Храму.

* * *

Когда я поставил «охотника за головами» в ангар, меня уже ждал там Кам. Я открыл фонарь кабины и спрыгнул на пол. Кам следил за мной холодным взглядом.
— На магистра Скайуокера было совершено нападение, — сказал он, когда я склонился над носом истребителя. — Где вы были?
Я улыбнулся, затем протянул руку и выдернул из корпуса «охотника за головами» оставшийся там коготь.
— Тренировался в стрельбе по мишеням, — я швырнул ему коготь.
— Вам не следует делать это по собственной инициативе.
Я нахмурился:
— Это было единственное, что я мог сделать, Кам. Я все равно, не успел бы подняться достаточно быстро, чтобы помочь внутри, поэтому я разгромил подкрепление Куна.
— Ты не знаешь, что это Кун.
— Я знаю.
Кам покачал головой и указал большим пальцем в сторону зала собраний.
— Но мы только что это узнали от Люка.
— Люк проснулся?
— Нет, но его племянник с племянницей способны слышать его. Он сказал, что Экзар Кун стоял за всем этим, — лицо Кама помрачнело. — И если мы хотим вернуть Люка, нам необходимо победить Куна. Мы намерены немедленно собрать военный совет, чтобы обсудить наши дальнейшие планы.
— Военный совет — хорошо. Прямо сейчас — ничего хорошего, — я вздохнул. — Этим вечером Кун был повержен. И в ближайшее время он наверняка не вернется.
— Откуда ты это знаешь? — в голосе Кама слышались нотки подозрения на измену и удивления.
— Просто поверь мне, Кам. Я знаю это, — я протянул руку и положил ее ему на плечо, но он стряхнул ее. — Послушай, если бы я был на стороне Куна, я бы не стал жарить четырех его пташек, правда? У меня есть лазерный меч, значит, я мог бы изрубить мастера Скайуокера на тысячу кусков в любое из моих дежурств. Ты можешь доверять мне.
— Но у тебя есть секреты, — глаза Кама превратились в две узких щелочки. — И вы с мастером Скайуокером не спешите их открывать.
— Верно, но на это были свои причины. Сам мастер Скайуокер попросил меня молчать. Его сестра, несмотря на всю серьезность сложившихся обстоятельств, просила меня не нарушать конфиденциальность, — я взглянул прямо в глаза Каму, — У тебя свои причины быть здесь: ты хочешь укрепить свою личность, чтобы больше никогда не поддаться соблазну перехода на темную сторону. Я здесь по иной причине, но поверь мне, она не менее важна. Я хочу попасть под влияние Куна не больше твоего. Вместе мы можем с ним покончить, только каждому нужно играть свою роль в этом. Моя будет несколько отличаться от твоей.
Кам какое-то время обдумывал мои слова, затем медленно кивнул:
— Я передам остальным, что ты не считаешь сегодняшнюю ночь удачным временем для выработки планов борьбы с Экзаром Куном.
— Пожалуйста, сделай это. Мне кажется логичным, что сейчас никакие планы разрабатывать не стоит. Все равно пользы от этого не будет. Давай лучше как следует выспимся и соберем совет завтра в течение дня, — я улыбнулся и подмигнул ему. — Знаешь, мы обязательно должны победить.
— У нас просто нет выбора.
— Согласен, — я похлопал его по плечу. — Кун выбрал себе не тех врагов и не то время для сражения. Это последняя ошибка, которую мы позволим ему допустить.

* * *

Военный совет мы собрали в зале, который во время атаки первой Звезды Смерти служил Альянсу командным пунктом. Пыль покрыла толстым слоем все, что не было увезено исследовательскими командами Империи или музейными кураторами Республики. Уцелевшая обстановка была вполне пригодна для использования и позволила всем нам — четырнадцати будущим джедаям — довольно комфортно усесться кружком. Несмотря на то что передо мной на центральном столе было достаточно места, я откинулся назад и расширил сферу своего контроля на всю комнату, чтобы отслеживать все, что происходит, с моими товарищами-учениками.
Я сразу же заметил абсолютно черную нить, связывающую Стриена с Куном. Я не сомневался, что старый газоразведчик не имел об этом ни малейшего понятия. Он был подавлен тем, что чуть не убил мастера Скайуокера, и постоянные воспоминания об этом позволяли Экзару поддерживать с ним связь. К счастью, эмоциональная неразбериха, царившая в голове у Стриена, означала, что любая информация, которую получал от него Кун, была ненадежна и переполнена излишними душевными страданиями.
Если этого и не было достаточно, чтобы убедить Куна в полнейшей нашей беспомощности, то забавные доводы посла Килгал окончательно заставили его поверить в это. Мон каламари развеяла страхи Дорска 81 о том, что Кун может подслушивать нас следующими словами:
— Мы должны исходить из предпосылки, что мы все еще можем дать ему отпор. У нас достаточно насущных проблем, которые необходимо немедленно решать, и не нужно загружать себя вымышленными сложностями.
Как воин, я не мог представить ничего хуже этого: мы сознательно игнорировали возможность того, что наш противник знал о наших планах, но в насквозь пронизанном шпионажем мире дипломатии это казалось не столь уж важным.
Я внимательно отслеживал всю информацию, которая шла по коммуникационному каналу от Стриена к Куну, и если и редактировал ее, то совсем чуть-чуть: немного добавлял и немного удалял из нее. Двенадцать джедаев-недоучек и два малыша собирались уничтожить того, кто в свое время выжил в битве с объединенными силами джедаев — все это выглядело просто смешно. Тионне напомнила нам, что наш небольшой совет похож на Великий Совет на Денебе, когда джедаи объединялись для того, чтобы уничтожить Экзара Куна. Она говорила с пафосом и надеждой, но мне понадобилось немного усилий, чтобы от ее слов повеяло безнадежностью.
Я позволил Стриену передать Куну нашу решимость объединиться для борьбы с ним, но ответом на это была волна презрения, исходящая от ситха. Он уже встречался с целыми флотилиями кораблей и всеми известными джедаями. Он убил своего мастера. Ему не было равных по силе. Он победил нашего мастера, и кроме нашей готовности сражаться, плана действий у нас не было. Не было у нас ничего, что мы могли бы противопоставить его могуществу. Мы были всего лишь легкой закуской, которую он проглотит и даже не поперхнется.
Его связь со Стриеном ослабла и пропала, когда все по очереди стали предлагать планы, которые не годились и для поимки стинтарила.
Мой тихий смех из угла заставил Килгал обернуться и посмотреть на меня.
— Я не вижу здесь ничего смешного, Кейран. И если тебе нечего предложить…
Я встал и нахмурился:
— Мне есть что добавить. Вы предложили верный курс: объединение — единственный способ достать его. Это хорошо.
Бракисс фыркнул.
— Мы рады что ты одобряешь наш план. Я пропустил его замечание мимо ушей.
— Но вы упустили главное. Ключ ко всему. Стриен, как ты его называешь?
Изыскатель запустил пятерню в свою курчавую седую шевелюру:
— Черный человек.
— Точно. Мастер Скайуокер описывал его мне как тень, и это описание близко к тому, что говорил Ганторис, — я внимательно посмотрел на Кама.И то же самое видел я в тот единственный раз, когда он явился ко мне, чтобы завербовать меня.
Кам вскинул голову:
— Итак, к чему ты ведешь?
— Я веду к тому, что это порождение тьмы, порождение темной стороны. Что мастер Скайуокер втолковывал нам с самого первого дня?
Кирана Ти округлила глаза:
— Противоядием темной стороны является светлая сторона.
— Верно. Она должна сиять так сильно, чтобы рядом не оставалось никакой тени, — я обвел комнату взглядом, посмотрев на каждого. — Это и есть ваша работа. Когда он снова заявится к Люку, вы обрушите на него света больше, чем он сможет выдержать.
Посол Мон Каламари, задрав голову, взглянула на меня.
— Наша работа? Ты должен быть с нами, оставаться частью наших объединенных сил.
— Как бы не так, — я наклонился вперед, опершись руками об стол. — До этого момента Экзар Кун действовал по собственному расписанию. Он приходил, когда хотел прийти, и делал все, что хотел. Больше этого не будет. Завтра вечером, когда на Йавин начнет опускаться ночь, мы вынудим его действовать. Он не будет готов, но он вообразит, будто сможет легко одолеть нас, и будет жестоко заблуждаться.
Тионне перевела на меня взгляд своих крупных блестящих глаз:
— И что же ты собираешься сделать?
Я покачал головой:
— Тебе этого знать нельзя, как мне нельзя точно знать, что ты хочешь делать. Но ключевой момент нашего плана сидит перед нами, — я указал на Стриена. — Он будет охранять тело Люка Скайуокера.
— Стриен? — Кам яростно замотал головой. — Это невозможно!
— Я?! — Стриен был поражен услышанным.
— Ты, Стриен. Ты будешь подобен тем ветрам, что ты вызвал вчера вечером. Ты будешь казаться слабым. Но ты останешься сильным. Ты не сломаешься, выдержишь, — я улыбнулся. — Вы все выдержите.
Датомирская ведьма уставилась на меня недоверчивым взглядом:
— Ты говоришь так, словно сам собираешься пойти на бой с Экзаром Куном. Ты же знаешь, что в одиночку тебе и никому другому с ним не справиться.
Дорск 81 кивнул:
— Он победил мастера Скайуокера. Твоя идея неосуществима.
— Возможно, — я улыбнулся, вспоминая те же оценки моих операций в Разбойном эскадроне. — И все же я уже пару раз бывал в стране невозможного и невыполнимого. Если мы все будем играть свою роль, я смогу пережить еще одно короткое путешествие туда.

Глава 25

С помощью лазерных пушек «охотника за головами» я выжег в джунглях достаточную просеку, чтобы она служила мне посадочной полосой, затем повел истребитель на посадку. Она оказалась немного жестче, чем мне хотелось бы. Учитывая, что в центральном грузовом отсеке лежала дюжина зарядов нергона-14, готовые рвануть в любой момент, мне стоило больше внимания уделять полету, но я не мог сконцентрироваться. Используя ту же технику, что Люк показал Стриену для экранирования сознания от проникновения в твои мысли других, я старался поддерживать мое присутствие в Силе как можно более скрытым, а по возможности и вовсе незаметным для обнаружения. Это немного выматывало, но меня воодушевлял тот факт, что Экзар Кун также предпочитал скрываться, значит, ему приходилось тратить силы на это.
Я выбрался из истребителя и отрыл люк грузового отделения. Взвалив на плечи две пачки взрывчатки, я аккуратно поправил их, чтобы поддержать равновесие и они не тянули бы меня в одну сторону. Достаточно отвлечься, расслабиться и поскользнуться по пути к точке назначения, и наша война против Экзара Куна будет проиграна, не успев начаться.
Я посмотрел вокруг, на гладь озера и небольшие островки, лежащие посередине его. Здесь была воздвигнута обсидиановая пирамида с гладкими сторонами, в центре нее был высечен клин. Отсюда, с берега, во внутреннем убранстве пирамиды мое внимание привлекла массивная статуя человека. Я был слишком далеко, чтобы рассмотреть детали, но я не сомневался, что смотрел на Экзара Куна — хотя бы по той причине, что он со своим гипертрофированным самолюбием вряд ли позволил поставить памятник кому-нибудь другому на этой луне.
Я знал, что найду его именно здесь. Все улики были налицо, нужно было немного напрячься и сложить все вместе. Дорск 81 докладывал о том, что они с Кипом проводили рекогносцировку где-то в этом районе, но отчеты Дюррона не содержали записей о походах сюда. Та информация, которую удалось найти в записях разведчика Альянса Уннха, гласила о том, что он видел эту статую, счел ее изображением какого-то древнего бога и отмечал, что это место вызвало у него гнетущее впечатление. Тот факт, что пирамида избежала губительного воздействия времени, говорил о том, что она была точкой средоточения власти Экзара Куна. Кроме того, когда я нанес на карту направление, откуда исходило влияние Куна в тот вечер, когда на Люка напали твари, две линии — два курса — пересеклись именно в этой точке.
И вдобавок ко всему, словно в доказательство всего сказанного выше, мне вовсе не хотелось идти туда.
Я нахмурился, злясь сам на себя:
— Ты выжил с таким тестем, как Бустер Террик. Переживешь и это.
Вода, окружавшая остров, отражала оранжевые отблески газового гиганта, но умирающее светило этой системы все еще из всех сил старалось добавить в свое сияние оттенок золотого. Я двинулся вперед, наступив на первый камень, расположенный в каком-то сантиметре под водой. Одно неверное движение — и я оказался бы в холодных водах пруда, поэму я шагал очень осторожно. Я высматривал, куда мне поставить ногу, и в какой-то момент невольно восхитился Экзаром Куном. Сделав путь к месту поклонения себе любимому таким трудным и опасным, он заставил всех направляющихся сюда делать это со склоненной головой, глядя себе под ноги.
От каждого шага по воде расходились круги, и волны плескались о берег, но кроме этого, я не замечал на острове никакой активности. Это весьма понравилось мне, поскольку сейчас мне меньше всего хотелось встретиться с ужасными крылатыми слугами Экзара Куна. То, что Йакен Соло, которому еще не было и трех лет, смог с дядиным мечом в руках заставить троих таких монстров отступить, еще не означало, что мои шансы в бою с ними будут такими же высокими. Хотя я и считал себя более шустрым, чем трехлетний малыш, с тридцатью килограммами взрывчатки, которые давили мне на плечи, словно свинцовые крылья, слово «грациозный» не годилось для того, чтобы описать меня в данный момент.
Не встретив сопротивления, я достиг берега острова и поднялся по ступеням храма. Каменные стены были испещрены ситхскими письменами, и они оставались такими же четкими и ясными, как и в тот день, когда массасси высекли их. Разведчик-суллустианин перевел некоторые из них как заклинания, охраняющие храм, а другие — как призывы покарать всех, кто осмелиться осквернить святыню. Почему-то эта письменность массасси, с крючками и засечками на каждом знаке, казалась еще более зловещей, чем любые несчастия, которая она была призвана навлечь на непрошеных гостей.
Оказавшись внутри пирамиды, я быстро принялся за работу: стал раскладывать заряды нергона-14 и вворачивать в них взрыватели. Я старался закладывать бомбы в таких точках, чтобы взрыв вызвал разрушение всего здания, но храм был настолько массивен, что я не мог был уверен, что это сработает. Детонаторы могли быть либо настроены на определенное время и активированы ранее, вручную, либо приведены в действие дистанционно, с помощью кода, который я мог передать с коммуникатора «охотника за головами». Мне уже доводилось видеть результаты работы нергона и поэтому во время взрыва находиться поблизости не хотелось.
Последний заряд я нес на вытянутых руках, как будто собирался принести его в жертву. Я быстрыми шагами пересек открытый дворик и возложил его к основанию постамента, на котором стояла колоссальная статуя Экзара Куна. Для верности я еще и воткнул заряд между полом и постаментом, чтобы при взрыве образовался кратер и статуя повалилась на землю. Я смерил взглядом высоту статуи, затем посмотрел назад, на озеро.
Я улыбнулся:
— Туристы с Мон Каламари получат хороший шанс взглянуть на тебя, когда все это рванет.
Я отступил к центру небольшого внутреннего дворика, затем перестал скрывать свое присутствие. Я стал расширять сферу своего контроля, но не довел ее радиус и до двух метров, как появился Экзар Кун и поглотил мое отражение в обсидиановых камнях постамента.
— Итак, ты явился, чтобы просить меня помочь тебе, — паутина Силы дрожала от его высокомерия. — Я предупреждал тебя, что на этот раз я не буду столь щедрым.
Я рассмеялся ему в лицо:
— Я помню. Но я здесь не поэтому.
Кун резко вскинул голову, и его лицо исказила злобная мина:
— Что? Зачем ты осквернил мое святилище?
— Просто мне нужно кое о чем с тобой потолковать, — я почесал свою бородку и стал ходить взад-вперед перед ним. — Я просмотрел законы Новой Республики. Претензии на собственность, покинутую четыре тысячелетия назад, нигде не признаются. Поэтому я оформил заявку на собственность, и теперь этот храм мой. Я ничего не имею против того, чтобы ты слонялся в округе, но твоя статуя стоит как раз в том месте, которое моя жена присмотрела под постройку развлекательного центра. Понимаешь, а?
— Ты жалкая наглая букашка! — Кун широко раскинул свои руки, сотканные из тени. — Лепечешь всякий вздор, словно твое остроумие сможет защитить тебя от моей мощи.
— А ты думаешь, что сможешь причинить мне вред? — я презрительно фыркнул. — Я официально заявляю, что тебе следует выселиться из незаконно занимаемого помещения.
— Ты играешь с силами более могущественными, чем даже можешь представить.
— Прибереги угрозы для других, — я зевнул, — Я изучил все твои поступки и выяснил, в чем твоя слабость. Пока у тебя нет тела, ты не можешь воздействовать на физический мир.
Лицо Куна стало совсем черным:
— Не могу, значит?
Я покачал головой:
— Нет.
— Ах, в таком случае, я и этого не могу делать, — дух взмахнул бесплотной рукой, и все заряды взрывчатки, которые я разбросал вокруг, вдруг озарились с яркими голубыми вспышками, и из них посыпались искры. Дым рассеялся, и я увидел, что детонаторы все до единого расплавились.
Точно, как Холокрон джедаев!
Прикрыв нос и сморщившись от шибанувшего в него резкого запаха сгоревшего пластика, я посмотрел на Куна:
— Ой.
Кун щелкнул пальцем, и меня стало мотать по всему двору. Я попытался сконцентрироваться и защитить себя при помощи Силы, но шок из-за моей ошибки был слишком силен и не дал мне этого сделать. Я врезался в обсидиановую стену и услышал, как хрустнула кость правого предплечья. Я прижал сломанную руку к груди, но Кун снова завертел меня и шмякнул об стену боком. Раздался треск — мои ребра не выдержали этого удара. Что-то внутри тоже оборвалось.
Кун развлекался вовсю. Возможно, впервые за тысячелетия, и сама мысль об этом заставила мои внутренности вывернуться наизнанку. Хохот Куна заполнил его святилище, когда он снова поднял меня в воздух и закружил, словно в танце, таская туда-сюда по двору. Сначала мне казалось, что его действия бессистемны, особенно когда он поднял меня в воздух, затем швырнул на землю, свернув мою левую ногу, но именно благодаря боли ко мне пришла ясность ума. Он хотел, чтобы я не терял сознания и тем более не умирал. Хотел, чтобы я думал. Пока что. От этой мысли мой желудок выплеснул наружу все, что в нем еще оставалось.
Вскоре, словно ребенок, которому надоела новая игрушка, он оставил меня в покое. Я перевернулся на бок и невольно вздрогнул, когда его тень накрыла меня.
— Только из-за того, что ты ни разу не видел, как я воздействую на материальный мир, не стоит делать вывод, что я не могу делать этого. И если где-то в ином месте это требует от меня определенных усилий, то здесь, в моей обители, это доставляет мне удовольствие, недоступное твоему жалкому умишку.
Я процедил сквозь зубы:
— Думаю, что на том месте, где ты сейчас стоишь, я поставлю широкоформатный голографический проектор.
— Детские шутки инфантильной натуры, — Кун сделал непринужденный жест, и все заряды, которые я заложил в храме, взмыли в воздух и бултыхнулись в темные воды озера. Взглянув на меня, Кун добавил ледяным голосом:
— Я мог поднять тебя своей рукой на уровень божества. Но теперь придется тебя ею же и уничтожить.
Не успел я ответить ему очередной колкостью, он снова взмахнул рукой, и я почувствовал у себя за спиной чье-то присутствие. Я перекатился на другой бок и увидел, что там стояла Миракс. Ее глаза были полны огня.
— Я должна была догадаться, что ты бросишь меня, корбезовец. Ты сказал, что хочешь меня больше, чем хочешь стать джедаем. Я отдала тебе всю себя. Я хочу выносить твоих детей. И так ты отплатил мне? Ты оставил меня одну, совсем одну, умирать здесь, пока ты жонглируешь булыжниками и забавляешься играми и мысленными картинками?
Страстность, пронизывающая ее голос, пронзила мое сердце. У меня похолодело в животе, и холодная волна пробежала по позвоночнику. Я схватился за живот обеими руками и скрючился.
— Нет, Миракс, нет!
К ее голосу вдруг присоединились скорбные крики всех погибших на Кариде детей:
— Услышь их, Корран. Они — твои сыновья и дочери. Ты лишил их права жить в этом мире. Ты обозвал Экзара Куна дураком, потому что он уничтожает жизнь, но сам еще больший дурак. Ты мог зародить, новую жизнь. Со мной. Если бы ты хотел меня. Если бы ты на самом деле любил меня.
Я прижал сломанную руку к раздробленным ребрам, сгибаясь пополам от боли, разрывавшей меня изнутри. Я знал, что она — не более чем иллюзия, которую Кун создал на основе того, что он извлек из моих мыслей. Но она казалась настолько реальной, что я просто не мог не поверить в то, что видел. Кун внушил мне образ моей любимой Миракс, причем заставил ее сказать вещи, которых я опасался больше всего. Так как атака шла изнутри, у меня не было эмоционального щита, которым я мог защититься. Я слышал ее голос, и те слова, которые нагоняли на меня ужас.
Я потянулся к ней левой рукой и поднял лицо в ее направлении.
— Нет, Миракс. Я люблю тебя!
— Как можешь ты любить ее, — послышался сзади голос моего отца. — Ее отец заплатил наемному убийце, который убил меня. И ты мог предотвратить это убийство. Так это было? Или ты уже тогда затащил ее в кровать? Ты стал ее слугой? Она теплая лежала в твоих руках, только затем, чтобы позже в них лежал я, холодный и неподвижный.
Я заставил себя сесть и поднять глаза, чтобы наткнуться на суровый осуждающий взгляд отца, но тут же был вынужден отвернуться. Это был не тот человек, которого я знал всю свою жизнь. Его кожа стала мертвенно-бледной, его глаза зияли двумя дырами. Единственный цвет, который выделялся на теле, был красный — от крови, сочившейся из его ран. Ее уже натекла порядочная лужа. Я слышал, как она льется на землю. Я никак не мог прогнать жуткий сладковатый запах, который щекотал мои ноздри, и с содроганием думал о том, что ручейки крови вскоре достигнут меня.
— Ты же знаешь, что это неправда!
— Я знаю одно: ты предал меня. Ты бросил меня умирать.
Тут вклинился голос Миракс:
— Как бросил умирать меня.
К ним присоединилась моя мать:
— Его никогда не заботило, жива я еще или уже умерла.
Смех, низкий и холодный, эхом отразился от обсидиановых стен. Я поднял глаза и увидел Луйяйне Форж, одну из моих лучших подруг в Разбойном эскадроне. Правая сторона ее лица была сожжена выстрелом из бластера.
— Он и меня бросил на смерть. Он любил поиграть в героя, а я заплатила за это.
— Нет! — я врезал правым кулаком по каменной стене, ломая его и окончательно перемалывая кости. Я застонал от боли, но использовал ее, чтобы вернуть ясность мыслей.
Эти обвинения глубоко проникли в мое сознание, высвободив ту часть моего "я", которая вечно сто раз вновь переживала все, что я делал. Я прекрасно знал эту частицу своего сознания и ненавидел ее. Я мог часами проигрывать разговоры у себя в уме и гадать, что бы произошло, если бы я сказал так или ответил эдак; жалел, что все сложилось именно так; надеялся, что дела не примут дурной оборот, но всегда боялся, что произойдет худшее. Когда я начинал сомневаться в себе, я был парализован. Это продолжалось без конца: мысли зацикливались, круг все расширялся, и я обдумывал все больше вещей, пока, наконец, я не доходил до логической кульминации и ставил под сомнение смысл моей жизни.
И все это продолжается, пока я как следует не разозлюсь на себя и не останавлаюсь.
Желание дать волю гневу и поскорее убить Экзара Куна чуть не поглотило меня полностью. Эта возможность висела в воздухе и дразнила меня. Я мог использовать свой гнев, как лазерный меч. Я бы порубил на кусочки этих ложных духов, этих вероломных фантомов. Я бы уничтожил армию Экзара Куна, затем я бы разрезал и его пополам. Он ничего не сможет сделать против моего гнева. Я распылю его, как моя взрывчатка должна была превратить в пыль его святилище.
А затем я смогу найти другие цели, заслуживающие уничтожения… Я победно поднял правую руку, затем сжал пальцы в кулак.
Боль снова пронзила меня, и следом за ней пришло возмущение. Я ударил кулаком по земле и заорал, затем смерил Куна долгим оценивающим взглядом:
— Нет. Мой гнев не для твоих гнусных целей.
Повелитель тьмы склонился надо мной:
— Гнев — самый сладкий нектар. Отчаяние тоже подойдет.
Еще один фантом сгустился передо мной. Он выглядел, звучал и даже пах намного реальнее, чем я сам. Маленький мальчик, такой светловолосый и сероглазый, немногим старше Йакена Соло, смотрел на меня, и его нижняя губа трепетала. В уголках его глаз собрались слезы. Он протянул ко мне свои пухлые пальчики и взял мою сломанную руку в свою ладонь.
— Кто поранил тебя, папочка? — его невинный взгляд скользил по моему лицу, ожидая ответа. — Я сделаю тебе лучше. Я могу. Дай-ка… Ну пожалуйста… — его голос превратился в жалобные причитания, которые начали стихать по мере того, как он стал растворяться в воздухе. Я все еще чувствовал его хватку — это легкое, словно перышком, касание, но это чувство постепенно исчезало, уступая место боли. — Почему ты не дал мне помочь тебе?
Ком в горле разросся до таких размеров, что начал душить меня. Сквозь полупрозрачное изображение мальчика я увидел Миракс. Она уже не злилась, а просто стояла и смотрела на меня. На ней было незамысловатое белое платье свободного покроя. Она любовно поглаживала раздувшийся живот, а на лице у нее застыло чистое и искреннее выражение неподдельной радости. Ее образ немного передвинулся в сторону, когда мальчик появился вновь. Он повзрослел, но все еще оставался ребенком, и он положил свою ручку на округлившийся живот своей матери.
Затем оба образа взорвались, превратившись в миллион острых, как бритва, осколков, которые вонзились в меня, обжигая кожу.
— Не сомневаюсь, — услышал я голос отца, — что любой ребенок, родившийся от этого союза, будет разочаровывать окружающих.
От этого короткого замечания у меня словно бомба внутри взорвалась. Я всегда надеялся, что мне удастся заслужить одобрение своего отца, что он полюбит меня таким, каков я есть. Он никогда не поучал и не журил меня, но после его смерти я частенько гадал, что бы он подумал о том или ином моем поступке. Даже стать джедаем я решил, чтобы заслужить его одобрение и повторить его жизнь.
Но по его голосу я понял, что я ошибался. Все итоги моей жизни и итоги жизни всех детей, которые появились на свет благодаря моему участию, и все, что создадут они, — все это казалось никчемным в его глазах.
Мною завладела нерешительность, которая оставила меня дрейфовать по бурным волнам без надежды пристать к берегу и найти себя.
Я был сбит с толку.
Я потерял всякую надежду.
Я потерпел сокрушительное поражение.
Я больше не мог этого терпеть.
— Лучше у тебя ничего не нашлось? — раздался голос настолько резкий, что им, наверное, можно были разрезать транспаристил или снять с меня кожу живьем, но я знал, что он обращается не ко мне. Сквозь слезы, застилавшие мне глаза, я увидел, что в храм не спеша входит Мара Джейд.Плачущие дети и призраки, шепчущие разные лживые бредни на краю могилы? Тот Повелитель Тьмы, которого я знала, наверняка постыдился бы использовать такую тактику.
— Что? — взревел Экзар Кун, словно он рассчитывал сбить ее с ног одним этим криком. — Кто посмел?
— Кто успел, если быть точным, — она указала на меня. — Хорна пытались обработать лучшие, силы Империи, но он не сломался. Исард оцифровала бы тебя и проанализировала данные и, не задумываясь выбросила бы тебя как брак. А она даже не была восприимчива к Силе. Дарт Вейдер нашел бы тебя забавным и старомодным, а Император… он… — глаза Мары Джейд блеснули беспощадным огнем. — Император преуспел в уничтожении джедаев, так что он счел бы тебя блестящим примером провала!
— Да, но твой любимый Император мертв!
Я снова обрел возможность говорить:
— В таком случае, у вас двоих есть кое-что общее, — я оттолкнулся от земли и неуклюже поднялся, балансируя на неповрежденной ноге. — И это «кое-что» он не знал, когда проиграл свою битву. Все кончено!
Кун посмотрел на меня так, словно только что меня заметил, и вонзил свое сознание в мой мозг. Он быстро выскочил из моей головы, словно он обжегся о те мысли, что засели в ней. Кун громко расхохотался:
— Ловушка? Ты и твои жалкие друзья надеетесь заманить меня в ловушку?
Кун вдвое увеличил размеры своего призрака и жестоко улыбнулся, глядя на нас.
— Неужели вы всерьез надеетесь, что ваши ничтожные планы сработают против меня? Думаете, что твой визит ко мне заставит меня сдаться? Никогда! — он посмотрел на Великий Храм, затем снова на нас. — Возможно, это был смелый поступок с твоей стороны, но вы сделали непростительную ошибку. Защита Скайуокера сильна насколько, насколько сильно слабейшее ее звено, самый слабый человек, охраняющий его. Они снова оставили его уязвимым.
Мара взглянула на меня, явно встревоженная:
— О чем он говорит?
— Люк ранен, — я сморщился, когда мой живот пронзила резкая боль. — Его охраняет Стриен.
Экзар Кун снова рассмеялся:
— Да, Стриен. Мой Стриен — Повелитель Тьмы, вернее, его призрак, начал снова съеживаться, словно впитываясь в обсидиановые стены храма.Я прикончу его, затем вернусь и займусь вами. Дрожите от страха. Сходите с ума от ожидания.
Его призрак исчез, и мы остались в храме одни. Я попытался выровняться, и мне даже удалось проковылять несколько шагов, затем упал на одно колено. Причем упал немного быстрее и грохнулся сильнее, чем ожидал, поэтому через секунду надо мной уже склонилась Мара:
— Ну давай же, Хорн, очнись. Что там со Стриеном?
Мне далее удалось изобразить на лице улыбку.
— Приманка. Кун направился в ловушку. В большую ловушку.
Она задумалась над моими словами:
— А что, если он сумеет из нее вырваться?
— Не должен. Для него это действительно конец, — я надсадно кашлянул, и в груди стрельнуло. — Тебе придется помочь мне выбраться отсюда. Самому мне не справиться.
— Думаю, это мне по плечу, — она наклонилась и помогла подняться на ноги, затем подставила мне плечо и взвалила меня на него, словно охотник добычу. — Всегда рада помочь другу.

* * *

Солнце уже село, когда мы добрались до моего «охотника за головами» и другого истребителя той же марки, на котором Мара прилетела на Йавин. Она вытащила меня на берег, уложила на землю, даже не думая жаловаться, какой тяжелой ношей я был, затем побежала к своему кораблю и вернулась с аптечкой первой помощи.
— Извини, что иногда немного трясло.
— Брось. Это лучше, чем купаться в ледяной воде, — я кашлянул. — Кроме того, джедай не знает боли.
— Тебе следует говорить это более убедительным голосом, — Мара покачала головой. — У тебя перелом со смещением. Мне надо вправить его — если ты только не хочешь сделать это сам.
Я уставился на нее, как таунтаун на новые пещеры:
— Вправлять перелом на собственной руке? Только идиот станет делать это.
— А кто-то другой скажет, что только идиот выйдет в одиночку против Повелителя Тьмы.
— Это уже будет большой идиот. Спасибо, — я протянул ей руку. — Делай, что должно быть сделано — ведь я сам это сделал.
Мара склонилась надо мной и вцепилась в мое запястье и предплечье:
— Здорово же он тебя обработал. То немногое, что я успела увидеть, приятным никак не назовешь.
У меня в голове снова всплыл образ того мальчика.
— Буду счастлив, если мне больше никогда не придется пройти через подобное, — я взглянул на нее. — Спасибо, что вмешалась. Приди ты хоть минутой позже…
— Ты бы просто сломал себе другую руку, — она пожала плечами, затем мобилизовала свой запас Силы и потянула мое запястье на себя. Раздался щелчок, и кость встала на место так быстро, что я даже не успел понять, что происходит. — Вот.
Я повалился на спину, прилагая все усилия, чтобы не заорать.
— Ситх побери! Не вздумай податься в медики.
— Пожалуйста, Хорн, — Мара откинула прядь огненно-рыжих волос и завела ее за правое ухо.
— Я кое-что выяснила о Миракс, и поэтому я вернулась сюда. Подробности здесь, на инфочипе. Посмотри, пока будешь приходить в себя. Как бы то ни было, я почувствовала, что ты схлестнулся с Куном, как только вошла в атмосферу. Сила просто кипела.
— И ты все равно пришла?
— Я была обязана тебе. Теперь счет равный.
Я откинул голову назад и постарался изобразить настолько громкий смех, на который только был способен.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • elent о книге: Наталья Жильцова - Ария для богов
    Книга значительно уступает предыдущей серии. И гг не впечатляет и боги какие-то уж сильно очеловеченные. Просто самые сильные маги и все на этом. Не чувствуется божественности, склока в коммуналке с привлечением огня восьмидесятого левела.
    все действие происходит быстро, просто галопом по Европам. И ощущение скомканного конца. Хэппи энд любой ценой..


  • magistrant о книге: Валери Оберто - Кто говорил, что принцессы слабые?
    Можно не читать

  • Chernichka о книге: Кира Измайлова - Городская магия
    Как же легко читалось . Это потому что эта книга именно для отдыха. Легкая, ненавязчивая, без особых заморочек - все как я люблю . Если конечно копнуть, то на ум приходят одни минусы, Но я прочла её за пол дня. Мне просто необходима была такая книга (разгрузочная) после Петра Первого)
    Ну, а теперь перейдем к копанию.
    Честно, очень не продуманная книга. У меня возникали вопросы практически ко всему: к системе образования, к миру, к героям. Все было так поверхностно и безэмоционально. Да, герои, согласно сценарию, и были не особо эмоциональными, но я имею ввиду именно повествование - какое-то сухое. Не было у меня порыва переживать за героев и проживать моменты вместе с ними. Да и героев здесь всего двое, и все крутится вокруг них (поверхностно, но крутится).
    Основная линия здесь детективная. Она получилась вполне логичной и объяснимой, но настолько понятной и легкой, что ты заранее все понимаешь.
    Далее поговорим про фантастическую часть. Что сказать...очень поверхностное описание магии, как она развивается, как ей обучаются, где она применяется. Я так и не поняла, зачем "шестой этаж", зачем вообще нужен Государственный магический университет. Особенно, если учесть каких там кадров готовят . Процесс обучения - это вообще отдельный разговор. Общее образование дрянь, а по спец.программе, как по мне, так и не особо отличалось. С первого урока начинают учить заклинание на магическом языке с применением спец.жестов, не владея ни этим языком, ни жестами. И у всех получилось...Каааак?! Только я приготовилась к учебному процессу, как прошло пол года. Зато, написанию диплома уделили целую часть. Что включала в себя магия и для чего она нужна я тоже не поняла. Ну кроме дематериализации предмета и иллюзий книге особо похвастаться нечем). Автор пытался впихнуть какой-то непонятный эксперимент, но он не удался ни в книге ни у автора.
    Сказать, что акцент на любовной линии я не могу. И вот, как раз, мне понравилось как автор показал отношение героев. А если быть точнее, то их отсутствие (ну почти). Не было тут увиделись-влюбились, жить без него/её не могу и т.п. Короче, без соплей.
    Героиню автор попытался сделать серой мышкой, но что-то пошло не так. Она у нас умница, потом оказалась еще и красавицей. И зачеты она сдает все на "отлично" без особой подготовки, и языки учит на раз-два. А её вечное "захотелось" это вообще что?! Залезть в закрытую часть библиотеки, сделав для этого кучу не красивых вещей (опоила подругу,украла ключ и т.д.) и даже не задуматься о последствиях?! Меня это все напрягало. Герой вообще для меня остался серым пятном.
    Несмотря на все это, книга читалась легко. Не самый плохой вариант, чтобы скоротать вечер.

  • elent о книге: Екатерина Владимировна Флат - Аукцион невест
    Прочла с удовольствием. Да, не без огрехов, но все же весьма достойное произведение. Написано легко, с юмором. ГГ не супергерла, пинком открывающая звездные врата, силой магии размазывающая всех архимагов и взмахом ресниц превращающая всех окрестных мужиков в своих рабов.
    ГГ в этом плане, конечно, подкачал, ибо по сравнению с ним даже крутые яйца покажутся всмятку. Прямо таки некоронованный император.
    Но все равно приятное чтение.

  • Бельчёнок о книге: Инга Ветреная - Лекарки тоже воюют
    Подошла по мне?))) ясно, понятно. Мимо....

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.