Библиотека java книг - на главную
Авторов: 37950
Книг: 96553
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Драконы не умирают!»

    
размер шрифта:AAA

Владимир Скачков
Драконы не умирают!

ПРОЛОГ

«Я серебряный дракон, без году неделя императрица Драконии. У меня три имени: Истинное – Хельга, драконы предпочитают называть Аномалией, а на Земле-44 меня знают как Джокер. Каждое имя отображает только одну сторону моей сущности – святая, необычная и непредсказуемая.
Прошел год с моего возвращения домой, шестнадцать лет я прожила в ссылке на Земле-44. Это закрытый мир, средневековье, там я встретила своего будущего мужа, Арса Примова, теперь он Великий князь Триединого Великого княжества и, что несколько забавно, я его вассал вместе с двумя братьями, Ихтиолком и Кромболком. Вообще для всех драконов Арс – страшный человек, за глаза его называют: палач! Ни один из моих родственников не может причинить ему вреда, такая у мужа магия, – это мой племянник Зел-ин-кор постарался, тоже мечтал миром править, мы за ним гонялись по всему Подлунному Миру. Там встретили старикашку Ника, лысого, как коленка красавицы, гнома, он подарил Арсу жуткой древности нефритовую шпагу, ее в каменном веке изготовили. Страшное оружие! Специально сделанное для того, чтобы головы драконам рубить. Я как ее увижу, вся трепещу, хотя точно знаю, Арс никогда и ничего мне плохого не сделает. Тогда же мне Ник подарил кольчугу, это единственная одежда, которая не разлетается в клочья, когда я из человека делаюсь драконом. Я не оборотень, как можно подумать, я дракон-полукровка. Отец – золотой дракон, король Горной Страны, мать – волшебница, экс-президент Подлунного Мира, теперь глава департамента по надзору за молодыми мирами. Вдвоем они меня наколдовали, и я теперь мучаюсь двойственностью. Когда я дракон – становлюсь юной и беззаботной, а когда человек – вполне серьезной женщиной. В Подлунном Мире мы встретили остатки древнего народа – иклийцев с уничтоженной планеты Дом. Сильные маги, они помогли нам разыскать украденные сокровища, без них мы долго бы провозились.
Вообще мои родственники много пакостей наделали в обитаемой Вселенной, одна война, развязанная двоюродным братом, чего стоит! Ну и сын его не отстал, такую кашу заварил! Еле расхлебала.
Когда мне исполнилось двести семнадцать лет, бывшая жена моего отца, белая драконша Суланна, узнала, что я полукровка, кстати, именно от племянника Зел-ин-кора. Опасаясь новой войны между драконами, на Малом Императорском Круге решили меня ликвидировать. Нарушив приказ, за что и самому можно было поплатиться головой, отец отправил меня в ссылку на Землю-44. Только-только очутившись в другом мире, по молодости, неопытности и, надо признать, по глупости и излишней самонадеянности я неосмотрительно заменила свою память чужой, позже почти все восстановилось, но много воспоминаний осталось рваными. Смутно понимая, что же я делаю, исподволь подталкиваемая Зел-ин-кором к подчинению, даже не подозревая об этом, прикончила двух колдунов, неслабую ведьму и, между делом, вышла замуж, а через год с хвостиком у меня родились два сына – Динлорд (назвали в честь моего отца) и Клим (в честь отца Арса) и дочь – Селена. Пятнадцать лет я прожила в мире и спокойствии, но тут Совету Разумных Существ понадобился кто-нибудь чрезвычайно удачливый, чтобы смог предотвратить приближающуюся войну с рептилианами из-за воровства материальных средств во время передачи через нуль-порт. Нашлись же умники, обвинили технически отсталых ящеров! Мой старший брат Иоанн предложил мою кандидатуру, и в прошлом году отец забрал меня и Арса с Земли-44. С порученным делом мы справились, покончили с расхитителем Зел-ин-кором, вернули все украденное, пожили в Подлунном Мире, окончили там краткие курсы магии, а когда вернулись на Драконию, встал вопрос о моей судьбе. Мне так и не ясно, почему Рапира Драконов выбрала меня, полукровку? Мой двоюродный брат Серж де Амон Зелинкер, он же тоже был серебряный дракон, как и я, рвался к власти, но так ее и не получил, а вот мне империю Рапира Драконов преподнесла на блюдечке с голубой каемочкой. На большом сборище в мою честь символ власти Рапира Драконов указала, что я императрица, наследница деда, но так как мне исполнилось всего лишь двести тридцать четыре года, назначила регента. Вообще-то все думали, что мой брат Иоанн в будущем займет трон императора: очень он похож на деда, черного дракона, только Рапира Драконов имеет обыкновение не спрашивать чужое мнение, а назначать по своему усмотрению, и брат стал только регентом при мне, малолетней. Теперь Суланна и моя сестра Аквелия учат молодую императрицу, то есть меня, управлять многорасовым государством. В империю входит без одной сто планет, будет где развернуться! Но это позже, лет через семьсот, когда подрасту.
Осталась еще одна нерешенная задача – добиться для детей свободного посещения других миров. По закону лица, рожденные в закрытых мирах, не имеют права показываться в содружестве. Для Арса сделали исключение: Совету чрезвычайно хотелось вернуть украденное, но детей не пустили, и добиться для них свободного доступа на Драконию очень важно для меня. Я изредка подглядываю в режиме реального времени, что творится на Земле-44, и наступила минута вплотную заняться вытаскиванием детей во внешний мир…»

Глава первая
ПОЧТИ СИРОТЫ

Сидя в глубоком кресле у себя в комнате, я лениво отбиваюсь от выпадов моего брата-близнеца. Он яростно машет мечом, стараясь вынудить меня покинуть нагретое место и встретиться с ним в ратном поединке, пусть и шуточном, но чтобы все было как полагается! Я же остаюсь непреклонным, попыхиваю сигарой и сижу, нехотя отражая смертельные удары. Сестра читает у камина и не обращает никакого внимания на нашу возню, давно привыкла. Читать и думать она умеет неплохо, но с мечом управляется еще лучше.
– Клим, вызвал бы Селену, мне лень, – отразив невероятно быстрый укол, нацеленный в сердце, предлагаю я брату, – она все равно бездельничает.
– Неправда, я изучаю историю Эола, – не отрывая глаз от книги, отзывается Селена.
Клим отступает на шаг, резко взмахнув мечом, втыкает его в сколоченный из толстых досок щит у меня над головой, я не обращаю внимания.
– Сволочь ты, Дин! – Он обиженно поджимает губы. – Кто в здравом уме свяжется со Страшилкой?
– Я пошутил, – улыбаюсь я брату.
Страшилкой мы прозвали сестру очень давно, еще детьми, за то, что она оборотень и, как мама, может перекинуться в дракона.
– И шуточки у тебя дурацкие, – ворчит Клим, опускаясь в соседнее кресло. – А мама еще говорила, что мы одинаковые.
Ну да, мы близнецы, только горяч мой брат, как огонь, а вот я всегда холоден, словно лед на севере наших владений. Я – наблюдатель, мое дело смотреть, а вмешиваться – удел сестры и брата.
– Это отец нас различить не мог, а мама никогда не путала. Мы с тобой только внешне похожи. – Я не вру, я всегда говорю правду и только правду, если, конечно, вообще что-либо говорю: в отличие от брата и сестры я предпочитаю помалкивать.
– Тунеядец и бездарь. – Клим еще сердится немного, ругается, но я его прощаю.
– Ты не прав, – заступается за меня Селена, спасибо ей.
– Как всегда! – Мне весело с самого утра, что-то должно произойти, обязательно неожиданное, интересное, потому-то я и болтлив необычайно.
– Вдвоем на одного, – ворчит Клим.
– Ну не обижайся. – Я мягко, почти неощутимо, мысленно прикасаюсь к брату и успокаиваю: – Пойми, мне некогда возиться с тобой, я жду.
– И чего ты ждешь? – спрашивает Селена, захлопнув прочтенную от корки до корки книгу.
– Только не говори, что ты забыла! – притворно ужасается Клим (он всегда бурно реагирует, изредка переигрывает, и тогда все видят, что он забавляется).
– Ну и забыла, а что? – По лицу сестры не понять, шутит она или говорит серьезно, хотя с нее станется, запросто может запамятовать, с ней частенько такое бывает.
– Тебя когда-нибудь убьет твоя забывчивость, Селена, – ворчит Клим.
– Ничего страшного, – беззаботно отмахивается сестра. – Вы-то у меня на что?
– Я в няньки к тебе не нанимался. – Брат остается недовольным, он сердится не на нее за забывчивость, а на меня, за то, что я не стал фехтовать с ним, и всячески это подчеркивает.
– Я позже разомну с тобой кости, – обещаю я. Мне ничего не стоит помахать мечом, но только не сейчас: я жду вызов.
Я, Динлорд, хозяин Северного графства могучей империи Эол, сижу в своей комнате и слушаю болтовню родственников. Зачем я это делаю? Я жду. Сегодня ровно год, как наши родители покинули этот мир. Нет, нет, они не умерли, они ушли. Мама вернулась на родину и взяла с собой отца, а мы остались здесь. Сегодня первый день связи. Мы обещали, что не будем надолго покидать замок, день-два и должны возвращаться обратно, поэтому никуда не ездили целый год, а как хотелось зимой в столицу! Император всегда такие праздники устраивает, как вспомнишь – сразу зависть выползает, словно змея. Но я отвлекаюсь, а этого делать не стоит.
– Ловлю на слове! – радуясь, как ребенок, выкрикивает Клим, вскакивает, выдирает меч из щита над моей головой, осыпав меня щепками, и пытается напасть на сестру.
Это очень самонадеянно с его стороны. Даже на безоружную Селену набрасываться не стоит, никогда. Она нехотя, как бы случайно, хватает острое лезвие голой рукой и выворачивает руку Климу.
– Ой, – пищит брат и смешно морщит нос, но меч держит. – Отпусти, больно.
– Сам отпусти, это мой трофей, – усмехается Селена и левой рукой берет со стола новую книгу.
– Нет, – упрямится брат, – это мой меч.
– Хорошо, – кивает сестра и, ловко орудуя одной рукой, раскрывает книгу. – Только обещай, что сядешь и больше нападать ни на кого не будешь.
– Обещаю, Страшилка, буду сидеть смирно, – выдавливает из себя Клим, видно, что ему жутко хочется размяться, а никто вокруг играть не желает, обидно!
Селена отпускает лезвие и погружается в чтение. Книги она просто проглатывает, читает постоянно, как еще зрение себе не испортила! Вот и сюда пришла со стопкой литературы, чтобы времени зря не терять, и, как всегда, оставит их у меня, потом Тиим, мой слуга, утащит их в библиотеку.
Клим наконец успокаивается, сидит тихо и гладит лезвие меча, мечтая о поединке. Мне видны его мысли, хотя сейчас я за ним не наблюдаю, они прямо прут из него. Вот Селена так не вещает, она никогда не сопротивляется мне, если я лезу к ней в голову, пожимает плечами и ничего не делает. Я и сейчас заглянул в ее мысли, но там только содержание книги, которую она уже успела прочесть на треть: «…Не было числа воинству гоблинов, все шли и шли они на приступ, не устоять троллям, не силой и умением, а количеством взяли бы гоблины перевал, но старый маг, слуга самого Черного Бога, сотворил волшбу, огненную стену поставил. Могучий Дунлонк сжег многих гоблинов на нижнем перевале и битву выиграл взмахом одним…» Война троллей и гоблинов, что ж, пусть читает, если нравится, меня такое развлечение никогда не прельщало. Я оставляю сестру в покое, она посылает мне мысленную улыбку и продолжает изучать чужие войны.
Странные мы, все у нас наоборот. Вот я, не зная устали, могу работать как заводной, сражаться словно берсеркер, но предпочитаю думать, сидя в кресле, и получается плохо. У брата обратное увлечение: он любит орудовать мечом, ему нравится подвижность, хотя родился мыслителем, умеющим изобретать и придумывать, никак не человеком действия, устает он почти сразу. С сестрой вообще непонятно что. Она аналитик, воин, а живет только книгами, чужими подвигами.
Пока делать нечего. Я укладываю на колени свой меч, смотрю на узорчатое лезвие. Темные и светлые полоски переплетаются причудливым образом, рисунок странный, он как бы призывает пофантазировать, унестись вдаль…
Мой меч внешне точная копия меча Клима. Родители, когда уходили, оставили нам свое оружие. «Там, – сказала мама, – оно нам не понадобится». И мамины мечи стали нашими. Мне достался «холодный», брату – «горячий». Селена получила от нее лук, а отец подарил ей свой меч, легкий, но очень длинный, как раз для такой верзилы.
Сестра выше нас на целую голову, еще и сильнее, мы вдвоем справиться с ней худо-бедно можем, а вот по одному – никак. Вот такая девчушка наша Селена, младшая сестра. У нее в жилах течет черная кровь – наследство мамы-дракона. В детстве мы часто развлекались, играя в охотников на чудище. Я, Клим и наш наперсник во всех начинаниях Арс гонялись за неуловимой Страшилкой по подземелью, а она, превратившись в изумрудного дракона, правда маленького еще, но проворного, убегала и пряталась. Селена частенько сама нас ловила, а не наоборот, было весело…
Что-то произошло, я встрепенулся и напряг внутренний взор.
– Девушка, не фони, – прошептал я, на сестру сержусь, а сам не в силах сосредоточиться.
– Что? – Селена оторвала взгляд от книги.
– Перестань читать, – приказываю я грубо и, видя ее надувающиеся от обиды губы, сбавляю тон и объясняю: – Мешаешь.
– А, – только и произносит Селена, послушно откладывая книгу на стол.
– Ты… – начинает брат.
– Помолчи! – прикрикиваю я на него, не давая слова сказать.
Я напряжен, пот катит по лицу, трудно. Сложно общаться сквозь миры. Руки холодеют, голова кружится, если б я стоял, упал бы точно.
– Мама? Это ты? – Я ждал ее, мы все ждали, но то, что буду видеть ее глазами, я не ожидал.
– Да. – Голос у нее радостный, значит, все хорошо, когда они уходили, то не знали, как их примут драконы. – И папа рядом, он все видит и слышит.
– Прошел год, как ты и велела нам, мы никуда не отлучались из замка. Но сегодня Клим решил ехать в столицу, и Селена с ним собралась, – выпалил я, а то вдруг связь оборвется, но тут стало гораздо легче, на меня хлынула энергия, словно плотину прорвало.
– Хм, Диник, надо посмотреть будущее. – Мама заявляет так, словно я каждый день только этим и занимаюсь.
Я говорю вслух за двоих, чтобы Клим с Селеной все понимали, смотрю на отца, он сильно изменился: взгляд стал жестким, цепким, но остался таким же добрым. Он смотрит на маму с осуждением и, получается, на меня.
– Но, мама! – возражаю я. – Ты всегда говорила, что вероятностей множество! Нет никакого проку их рассматривать, все определяем мы сами!
Мама улыбается, отец хмурится, мы волнуемся.
– С тех пор прошел год, я многое узнала и буду помогать тебе, – заверяет меня мама.
– Они тоже имеют право… – Я смотрю поочередно на сестру и брата, но мама перебивает меня.
– Да, – кивает она, сразу согласившись, – конечно, твои брат и сестра тоже должны видеть, иначе все ни к чему. Они сами выберут себе путь, зная, какие подводные камни им предстоит преодолеть.
Я в нерешительности, и тут начинает говорить отец, твердо, уверенно:
– Тот бред, что я созерцал, учась у профессора Зана-инне-азна, ничего хорошего мне не предвещал. На собрании я должен был всем драконам рубить головы нефритовой шпагой, кстати, после твоей, Джокер, смерти. А что произошло на самом деле? Динлорд, – обращается отец ко мне, – твоя мать – императрица Драконии! Вот что случилось на собрании драконов-правителей.
Я немею, но быстро справляюсь, секунд пять хлопаю глазами, не больше, и сразу пересказываю все брату и сестре. Они изумленно открывают рты, но молчат, стараются не навредить мне, чтобы случайно не оборвать тонкую нить связи с другим миром, хотя какая там к черту нить, – это же канат! Мама прочно привязала.
– Арс, это потому, что мы были готовы, разработали простой и безукоризненный план и сделали все блестяще!
– Но ничего подобного я в будущем не видел, – возражает отец. – Так стоит ли смотреть?
– Я маг-оракул, не забывай, – сердится на отца мама, – а ты недоучка. Извини, но я знаю, что делать, чтобы не изучать невозможные вероятности, а видеть только суть!
– Ладно, – не сдается отец, он морщится, словно у него болят зубы, – а Зел-ин-кор, он тоже был маг-оракул, но это ему не помогло.
Я ничего не понимаю, но старательно тараторю все, что они говорят.
– Он, к вашему, великий князь, сведению, изучал вероятности всех миров, ну, почти всех. – Мама убеждает отца, это ей всегда удается. – А я хочу взглянуть только на трех человек. Разницу замечаешь?
– Делай как знаешь. Мне все равно. Смотри свои вероятные невероятности сколько влезет. – Папа машет рукой и отворачивается, я чувствую его недовольство, он опять уступил.
– Вот и хорошо, – отвечает мама отцу и обращается ко мне: – Теперь, Диник, твой выход!
– Я готов. – Другого ответа она от меня и не ждет.
– Тогда вперед, – командует мама, весело улыбаясь.
И я начал настраиваться. Подключил к восприятию брата и сестру, удержал их в своем сознании, проверил отца, он тоже смотрел. И ухватил линию самой яркой и существенной вероятности, исходящей в данную минуту из нашей действительности.
Мой второй выход! Первый случился очень давно, тогда-то мама и запретила мне смотреть будущее и прошлое, но сейчас можно все!

Глава вторая
ВЕРОЯТНОСТЬ

– Когда выезжаешь? – спрашиваю я, хоть мне и так все давно известно, но молчание затягивалось, а тишину Селена не любит, мне не хочется ее расстраивать, вот и пытаюсь разговорить брата.
– Завтра, ты же знаешь. – Клим поднимается из кресла и вынимает меч, наставляет его на меня.
– Хочешь подраться? – интересуюсь я.
– Да, – кивает Клим и обиженно добавляет: – Ты мне обещал.
– Селена, ты как? – Я смотрю на сестру.
– Нет, давайте без меня, я только-только добралась до описания битвы при Худой лощине, это надо выучить.
– Как пожелаешь, – кланяется Клим сестре и встает в боевую стойку передо мной. – Защищайся, презренный!
Я без усилий вылетаю из кресла, мой меч уже описывает крутую дугу для смертельного удара. Брат не отражает его, он наклоняется, уходит от моего клинка и делает длинный выпад. Я ЗНАЮ, что за этим последует, поэтому легко уклоняюсь, заранее.
Мы танцуем, лезвия ни разу не соприкасаются, редко, очень редко чиркнет металл о металл в наших поединках, в этом нет необходимости, мы давно изучили друг друга. Вот с Мопсом или Селеной такой трюк не проходит: они быстрые, даже я не всегда предугадываю их атаки, а Климу вообще худо приходится. Но сейчас мы один на один, учителя нет, можно и потанцевать, никто ничего не скажет, сестра не осудит, ей все равно, как мы развлекаемся.
– Дин, ты лентяй, – выкрикивает запыхавшийся Клим, пытаясь проткнуть меня, как всегда безуспешно.
– Да, – соглашаюсь я, чего греха таить, мне милей кресло, и кровать, иногда седло, но это редко.
– Бей, нападай, – подгоняет меня брат, начиная новую атаку, такую же безрезультатную, как и все предыдущие.
– Не хочу. – Я пропускаю клинок мимо себя, ухожу волчком.
– Трутень, – пыхтит он в ответ.
Мы деремся, клинки со свистом рассекают воздух, но лезвия, которые острее бритвы, не причиняют нам вреда. Этот поединок у нас последний, завтра они уезжают, а я остаюсь, один.
Я могу бесконечно долго махать мечом, ни разу не проверял, когда же иссякнут силы, а Клим устает быстро, часа два-три – и все, выдыхается. Почему-то, устав до беспамятства, брат становится счастливым. Непонятно мне это. Но я честно сражаюсь с ним эти часы. Таков мой брат, горячий Клим, он может быстро сгореть, и я берегу его. По молчаливому согласию я постоянно наблюдаю за братом и сестрой; они живут, и я живу, им плохо – я разделяю боль с ними, помогаю, а когда они радуются, я ликую вместе с ними, утраивая им и себе счастье. Это будет продолжаться до тех пор, пока они не скажут мне: «Хватит, Дин, мы выросли!» Тогда я останусь один. Я не боюсь этого, мне будет больно разрывать связь, но я справлюсь, как всегда…
Клим начинает уставать, но до конца его сил еще далеко. Я закуриваю очередную сигару, брат шипит, как рассерженная гадюка, но ничего не говорит, боится сбить дыхание. Мне сигара не помеха, мама всегда ругала меня за пристрастие к табаку, но мне необходимо, она признавала это. Я выкуриваю за сутки два десятка крепких сигар, днем и ночью вдыхаю сизый дым и никогда не сплю, с двенадцати лет мне нет отдыха и покоя нет.
– Все. – Клим отвел меч в сторону. – От твоего курева дышать нечем.
Его грудь тяжело вздымается и опускается, но до полной усталости еще далеко. Клим переживает, ведь утром мы расстанемся. Пусть только физически, но и этого ему достаточно, чтобы загрустить.
– Не волнуйся, братишка, я всегда буду рядом, – ободряю я его и чувствую все, что у него творится внутри.
– Да я так, – смущается он.
– Иди, брат, проверь лошадей, прими ванну, отдохни, – советую я Климу.
Он кивает и молча уходит из моей комнаты, помахивая мечом. Он идет на кухню к старому учителю, Мопс расскажет ему байку, рассмешит – это он умеет как никто другой – угостит вкусненьким.
– Ты опять не ляжешь? – Селена всегда задает этот вопрос.
– Нет, – отвечаю я, – как обычно. Когда вы уснете, буду смотреть на звезды и мечтать.
– Пасмурно, – сообщает Страшилка.
– Мне это не помеха, – усмехаюсь я.
– Хорошо тебе, Дин, видишь то, что другим не дано и представить.
– Насчет звезд я соглашусь, а вот некоторые вещи предпочел бы вообще не видеть.
– Не можешь привыкнуть?
– Не могу…
Мы неоднократно обсуждали эту тему, но Селена так и не поняла меня до конца.
– Красивых тебе звезд. – Сестра отложила прочитанную книгу и пошла к себе.
– Спокойной ночи, Селена, я прослежу, чтобы кошмары тебя не беспокоили, – обещаю я сестре вслед.
Ночь – это мое время: никто не беспокоит, можно бродить где угодно, поправлять мысли окружающим меня людям, насылать сладкие сны, внушать идеи – можно все! Но я рассматриваю звезды.
Там, далеко-далеко в бесконечной Вселенной, есть обжитые миры, их очень много. Одни похожи на мой несовершенный мир, другие не очень, есть странные и непонятные. Я иногда смотрю, кто и как там живет, перехожу от звезды к звезде, от планеты к планете, надеясь найти место, где правят Драконы. Только сложно отыскать иголку в стоге сена, а одну планету в бесконечности – еще сложнее, но я не оставляю попыток. Вот если бы знать, где искать и что смотреть…
На одной планете живут эльфы, они меня так шугнули своей эльфийской магией, чуть заикой не оставили, еле сбежал. На другой планете наткнулся на гоблинов, они меня даже не заметили, да и я бы мимо проскочил, только случайно заглянул, а тут они, морды тупорылые, дерутся промеж собой, ну и пусть, они мне не интересны.
Как-то налетел на две планеты, совсем рядом летят вокруг своего солнца, обе заселены, люди как люди, но злобные какие-то жители одной планеты страстно желают расправиться с другой, и наоборот, все у них двигалось к взаимному уничтожению. Я оставил их и больше туда не заглядывал.
Однажды я натолкнулся на планету-гигант, вращающуюся с бешеной скоростью вокруг своего красного светила по очень близкой орбите. Какая жизнь может быть при силе тяжести в четыре с хвостиком раза больше обычной и средней температуре около шестидесяти градусов? Всяких планет множество: газовые гиганты, куски льда, раскаленные и безвоздушные, я и не присматриваюсь к ним, «пробегаю» мимо, ведь планет в десятки раз больше, чем звезд! Но эта заинтриговала меня. Столько биополей витало вокруг! «Странно», – подумал я и взялся за изучение.
Через час исследований я обнаружил цивилизацию! Низкорослые люди (именно люди!) живут и процветают, дышат жуткой смесью газов, пьют такую воду, что нас бы сразу на кладбище понесли, стоило только хлебнуть этот рассол, купаются в морях, где тяжелых металлов больше, чем самой воды. Но мысли у них как у простых, рядом со мной живущих людей. Мне они понравились, трудолюбивые, добрые, терпимо относятся друг к другу, ни одной серьезной ссоры я у них не уловил. Приятный мир с точки зрения человеческих отношений.
Несколько раз пытался я найти еще нечто подобное, но тот мир оказался уникальным. Нескоро, если вообще получится, наладятся контакты с обитателями тяжелой планеты, слишком различна у нас физиология.
И сегодня я заглянул к коренастым крепышам, прошелся по их мыслям, подивился нашей схожести и побрел дальше, осваивать Вселенную, и буду мысленно бродить по планетам до самого утра…

Утром у Селены скверное настроение, несмотря на добротный сон, отредактированный мной. Наступил день расставания с родным замком, и сестру мучают странные мысли и страхи, хотя раньше, еще при родителях, мы неоднократно и надолго уезжали из графства. Никогда и ничего она не боялась, но вот именно сейчас, непосредственно перед отъездом, она вдруг четко осознала: для нее это навсегда! Ей больше не вернуться на север, не увидеть тундру, суровое море и всех, кто остается.
Это очень странно, Селена не собирается навсегда уезжать, она только хочет посмотреть мир, почувствовать жизнь в полной мере и вернуться домой. Что же тогда ее терзает? Ответ у меня отсутствует. А сестра не находит себе места, мечется по комнате, но я вмешиваюсь. Вернувшись в реальность, я быстро успокаиваю ее, утешаю, приободряю. А для чего же я еще нужен? Всегда помогать, особенно в такие минуты. Она мысленно благодарит, приводит себя в порядок и спускается в столовую.
Еще родители завели обычай: завтрак всегда в столовой и обязательно всей семьей, отсутствие не допускалось. Вот обед и ужин можно пропустить, перекусить у Мопса прямо на кухне, или приказать, чтобы подали в комнату, или вообще не есть, никто не спросит и не осудит.
Клим уже сидит на своем привычном месте и ковыряет вилкой пустую тарелку.
– Привет, Страшилка. – Брат выглядит устало-задумчивым, он небрежно, не поворачивая головы, машет ей рукой и продолжает разглядывать сервировку стола.
– Диник еще у себя? – Праздный вопрос, ненужный, но Селена не в силах молчать, вот и говорит все, что на язык ляжет.
– Да, – угрюмо отвечает Клим, ему-то совершенно разговаривать не хочется, на душе кошки скребут, а от чего, он не понимает.
– Вижу, что сон не пошел вам на пользу. – Я вхожу в столовую и занимаю свое место.
Стулья папы и мамы пусты, как нам не хватает их! Некому направить на путь истинный, поддержать, ободрить, ну и поругать для порядка.
– Мы уезжаем, – произносит Селена, глядя на меня.
– Знаю. – Я улыбаюсь ей.
Брат небрежно трясет серебряный колокольчик, вызывая прислугу. Приносят завтрак, но аппетита ни у кого нет, жуем больше для проформы, по привычке. Селена несет всякую чушь, Клим отмалчивается, я изредка вставляю фразы – маета.
С едой покончено, худо-бедно насытились, час на сборы и все они уедут. Я ухожу к себе, обычная верховая прогулка после завтрака отменяется.
Через полчаса брат и сестра входят в мою комнату, молчат, я дымлю сигарой. Глядя на сумрачное настроение сестры и брата, у меня появляется желание остановить их, но я сдерживаюсь. Решили – пусть едут, а я буду приглядывать за ними, разумеется, не все время, но очень часто.
Пауза затягивается, Селена беспокойно ерзает в кресле, атмосфера, мягко говоря, угнетающая.
– Если хочешь, оставайся, – бурчит Клим, не глядя на Страшилку.
– Нет, – Селена, решительно тряхнув головой и разметав волосы, поставила точку: – Я поеду в Эол.
– Вот и поговорили. – Мне тоже невесело, я же один остаюсь. – Вещи сложили?
– Полностью, – кивает Клим.
– Мы готовы, – подтверждает Селена.
– Тогда и тянуть нечего. – Я откладываю сигару на хрустальную пепельницу и встаю, чтобы проводить их.
Во всем замке запрещено курить, кроме моей комнаты. С другой стороны, я теперь единственный владелец, хозяин, граф Севера, могу расхаживать и дымить сигарой где захочу, только ломать годами выработанный устой что-то не хочется.
После ухода родителей замок словно вымер, не стало той суеты и шума; раньше всегда было весело, кто-нибудь что-нибудь да придумывал, шутки и игры никогда не прекращались. А уроки у мамы? Это что-то! К примеру, изучая алхимию, Клим погорячился в очередной раз и в результате развалил флигель, где проводились эксперименты, а потом до самого вечера помогал сердитым на него гномам растаскивать эти руины, в наказание себе и в назидание нам. Только все теперь в прошлом.
Не я один вышел провожать Клима и Селену, вся челядь собралась во дворе. Дорога в Эол известна, много раз езжена. В столице у нас красивый и просторный особняк, там уже ждут, вроде и волноваться не о чем, а я переживаю.
Навьюченные лошади откормлены, сопровождающие солдаты вооружены, да и мои брат с сестрой в обиду себя не дадут, никакие разбойники напасть не посмеют! Только откуда им взяться, разбойникам-то? Мама с папой давно отучили безобразничать на наших дорогах.
– Счастливого пути! – Я машу вслед удаляющейся кавалькаде. Грустно.
Долго стою и смотрю на опустевшую дорогу, за моей спиной вздыхает Мопс.
– Эх, зря уехал я из столицы, – бормочет он.
– А кто за мной присмотрит? – разворачиваюсь я к старому мастеру меча и поварешки.
– Венька, Иона, да мало ли кто, – ворчит Мопс и опять грустно вздыхает.
– У них и без меня забот хватает.
– Ну да, прислугу гонять, чтоб зазря харч не проедали, – кивает он.
– Сам посуди, как я без тебя?
– Да никуда я не поеду, стар уже.
– Не прибедняйся, мечом ты орудуешь – никому не устоять.
Для поднятия боевого духа мы тут же, у ворот, начинаем поединок. Бьемся жестко, свирепо, металл звенит о металл. Десяток гномов из городка, что приютился около замка, останавливаются поглазеть, обсуждают, делают ставки и веселятся. Хоть кому-то этот день в радость!
У себя в комнате я занимаю привычное место. Кресло принимает неутомимое тело в свои объятия. Камин жарко пылает, красные блики мечутся по темным углам. Озаряя комнату сквозь окно, светит солнышко, цветные стекла раскрашивают окружающие меня предметы. Но я не любуюсь игрой света, я смотрю на дорогу в нескольких километрах от замка.
Во главе отряда едет Клим и лейтенант Бурремус, они мирно беседуют на посторонние темы. Лейтенант не забывает озираться по сторонам и приглядывать за солдатами. Служивый знает свое дело и относится к нему со всей ответственностью.
Селена идет пешком, ведя свою смирную кобылу под уздцы. Ей от мамы досталась неприязнь к лошадям, а они вообще боятся ее как огня. Эту лошадь долго дрессировали, чтобы она не брыкалась, когда сестра на нее усаживается. И все-таки Селене проще идти пешком, чем ехать верхом.
Рядом с сестрой идет Арс, он тоже пожелал отправиться в столицу. Разговор у них более содержательный, чем у брата с лейтенантом, но я не счел себя вправе его слушать, поэтому просто смотрю.
Длинная дорога уходит вдаль, караваны с товарами медленно бредут по ней, поднимая серую пыль. Храпят лошади, мычат быки, запряженные в телеги, скрипят колеса. Мир на нашей земле, шестнадцать лет царит благоденствие. В деревнях и селах уже подзабыли налеты жадных соседей. Сколько еще продержится спокойствие в империи? Этар не даром ест свой хлеб, он самый работящий во всем государстве человек. Только один недостаток у императора – у него нет наследника, да и жены нет, а пора бы подумать об этом.

Столица встретила путников городским шумом и запахами, не всегда приятными. В Эоле шла своя жизнь, и никто не заметил, что население увеличилось на несколько человек. Солнце клонилось к закату, золотя крыши домов. Утром Клим должен предстать перед императором, а пока кавалькада направилась прямиком в особняк – отдыхать и приводить себя в порядок…
Солнце еще не успело подняться над горизонтом, а брат с сестрой уже встали, день обещал быть жарким.
– Чем займешься, Страшилка? – Клим после завтрака надел нарядный костюм, тщательно подготовившись к встрече с императором.
– Прогуляюсь по городу, схожу к дядюшке Мумитусу, проведаю, как он поживает. – Не в пример брату, Селена оделась просто, даже чересчур, при ее-то положении в обществе.
– Я постараюсь побыстрее управиться и присоединиться к тебе. Встретимся у дяди.
– Договорились, – кивнула Селена и пожелала брату: – Удачной аудиенции.
Клим забрался в поджидающую коляску, махнул сестре рукой и укатил, а Селена пошла пешком, наслаждаясь видами красивого города. Она не спешила, да и куда ей спешить? Дочь знатных родителей, не имеющая никакого занятия, это не свобода, это цепи, приковывающие к безделью.
Она заглянула в храм Единой церкви, посмотрела на статую бабушки, улыбнулась ей и отвесила низкий поклон. Мама говорила, что у статуи большое портретное сходство с оригиналом именно в этом храме, в других не так похоже.
Сделав пожертвование храму, Селена направилась к Мумитусу, уже никуда не сворачивая. За истекшие годы дядя ни капельки не изменился – сказывалась кровь троллей. Он крепко обнял племянницу, аж позвонки у девушки захрустели, и уволок ее за свой столик обмениваться новостями.
Заведение тролля процветало. Два года назад он произвел капитальный ремонт, все помещения облицевали несгораемой древесиной, которую с недавних пор выпускала местная артель гномов под патронажем мамы, а теперь дяди. Вложение капиталов в это дело оказалось столь выгодно, что Мумит не устоял, внес и свой пай. И стал он одним из учредителей производства несгораемой древесины. Вот об этом тролль и говорил Селене.
– Представляешь, – возбужденно размахивал Мумит огромными ручищами (он все еще не мог привыкнуть к чудесам алхимии и с горящими глазами рассказывал Селене давно ей известное), – привозят доски, обычные, березовые или сосновые, неважно, замачивают в рассоле, который изобрела твоя мать, через сутки на просушку – и все! Деревяшки не горят, не гниют, не чернеют! Мы от заказов отбиваться не успеваем, дел невпроворот. Только мне приходится тут сидеть, харчевню эту, чтоб ей, обслуживать! – Полутролль в сердцах стукнул кулачищем по столу, чуть не проломив потертые доски.
– Не говори так, дядя, – попыталась успокоить разбушевавшегося тролля Селена, – твой постоялый двор лучший во всем Эоле! И все благодаря твоим усилиям.
– А знаешь, сколько средств и времени надо для…
– Стоп, стоп, – решительно осадила его девушка, ухватив за могучую руку с неожиданной для ее внешности силой. – Ты что, ростовщик, переживать о барышах и прибылях? Подумаешь, не успевают они! Дядя, ты собираешься самолично всю работу переделать?
– Ну не всю, – смутившись от ее тирады, произнес тролль.
– Вот и успокойся, лучше расскажи, какие слухи бродят по столице, не нашел ли себе невесту император?
– Какие слухи? А черт их знает, – наморщил лоб тролль. – Морк лучше меня всякие сплетни собирает, ты у него спроси.
Темный эльф, как обычно, надраивал стаканы за стойкой бара. Селена перебралась к нему и устроилась на высоком стуле.
– Что новенького? – спросила она после обмена приветствиями.
– Да, – отмахнулся Морк, – живем как лягушки в болоте, ничего интересного не происходит.
– Наверное, это хорошо.
– Налить чего-нибудь выпить? – предложил бармен.
– Да, коктейль, только не крепкий, – попросила Селена.
– У меня и безалкогольные напитки есть, – доверительно произнес Морк голосом заговорщика.
– Давай, самый лучший, – потребовала Селена.
Морк смешал несколько жидкостей в высоком стакане, получилось что-то бледно-зеленое, на вид совершенно неаппетитное, и поставил это чудо барменского искусства перед девушкой. Селена недоверчиво понюхала коктейль: пахло заманчиво.
– Пей, не бойся, – усмехнулся бармен, заметив ее сомнения, и подвинул ей еще сладкое пирожное на блюдечке.
Девушка ответила ему улыбкой и сделала небольшой глоток. Вкус мог соперничать с запахом.
– Как я понимаю, свадьбы в этом году не ожидается, – с набитым ртом промямлила Селена.
– Нет, сударыня, не щеголять вам в красивых платьях во дворце, – нарочито грустно произнес эльф. – Разве что ты охмуришь императора своей грацией и аппетитом.
В разноцветных глазах Селены вспыхнул огонек: левый светил зеленым, правый карий, и так темный от природы, потемнел еще больше. Она хотела сказать какую-нибудь резкость, отчитать Морка за такие шуточки, но, взглянув на бармена, рассмеялась звонким смехом – так забавно он выглядел, с очень серьезным видом протирая фужер.
– Я еще доберусь до тебя, – шутливо пригрозила Селена, – только коктейль допью.
– Это что, вот в игорном доме орков такие напитки подают, не оторвешься, – не испугавшись угрозы, сообщил эльф.
– Орки только ночью открываются.
– А вот и не угадала, этим летом они работают круглосуточно.
– Это новость, – обрадовалась девушка. – Схожу-ка я туда, проиграю один-два злата.
– Сходи, сходи, только штаны там не оставь, – предупредил бармен.
– У меня нет штанов, – весело ответила Селена, поднимаясь с неудобного стула. – Если Клим придет раньше меня, пусть подождет, я там долго не задержусь.

Утренняя прохлада улетучилась, на улице стояла невыносимая жара, даже легкий ветерок не спасал от жгучих лучей полуденного солнца. Девушка, вроде и не привыкшая к такому зною, чувствовала себя превосходно. В родной тундре ей постоянно не хватало тепла, мерзла почем зря, и сейчас испытывала истинное наслаждение, купаясь в зеленых лучах. Даже дорожная пыль и вонь города не портили ей настроение.
Чем ближе она подходила к игорному дому, тем чище и опрятней становились улицы. Сам игорный дом со времени своего основания разросся; теперь он занимал целый квартал, объединяющий магазины и всякие павильоны, где можно купить почти все, что душа пожелает, отдохнуть в тенечке, выпить кружку-другую пива. Но главное здание не менялось уже полтора десятка лет. Оно господствовало над всеми сооружениями, выходя красивым фасадом в парк.
Селена, не раздумывая, вошла, швейцар-вышибала могучего телосложения учтиво распахнул перед ней дверь, окинув девушку цепким взглядом. С яркого солнца улицы она попала в полумрак здания, где на нескольких этажах шла нешуточная игра на деньги. Но время для серьезных ставок еще не наступило, это происходит поздно вечером и ночью, днем посетителей немного.
Побродив среди картежников, Селена устроилась за столом и принялась раскладывать пасьянс. У пробегавшего мимо официанта заказала легкий напиток. Желание играть пропало, а в душе зародилось беспокойство. Его причину девушка пыталась выявить, но, сидя на месте, ничего не получалось.
Питье оказалось кислым, совершенно невкусным. Селена только один раз отхлебнула из высокого бокала и отставила в сторону. «Что Морк нахваливал? – подумала девушка. – Может, я не тот напиток заказала? Но безалкогольных ведь больше не было».
На стол мерно ложились цветные картинки, короли и дамы перемежались с другими картами, валет решил поспорить с тузом за первенство. Селена не осознавала, что ее руки без участия головы раскладывают сложный пасьянс, но тут выпал джокер, перекрыв все остальные карты.
– Это знамение, – прошептала девушка, разглядывая нарисованного клоуна.
Она больше не рассуждала и не раздумывала, быстрым шагом пересекла зал и остановилась у служебного входа. Осмотревшись, не видит ли кто, распахнула дверь и вошла.
Ею двигала странная сила, любопытство, но не ее – чужое неуемное любопытство. На негнущихся, словно деревянных, ногах Селена спустилась в подвал. Она воспринимала реальность, отдавала себе отчет, что делает, куда идет, но остановиться не могла. Как сон, как наваждение! Девушка ничего не замечала вокруг. Не обращая внимания на спящих в зале орков, дошла до мозаики и открыла тайник.
Небольшая металлическая коробочка удобно легла в ее руку, крышка легко поднялась.
– Вилка? Простая вилка? – Она не верила своим глазам. – Что за шуточки!
Но магический свет притягивал Селену, он исходил именно от вилки, лежащей на черной бархатной подложке. Девушка, ни о чем не подозревая, взяла ее, и тут началось…
Жуткий, невыносимый, сводящий с ума голод навалился на нее. Около минуты Селена сопротивлялась, но тут кто-то схватил ее за руку, слов она уже не разобрала. Не было больше девушки, не стало человека разумного, в подвале находился дикий, голодный и от этого очень злой дракон. Метнулась изумрудная молния, три орка разлетелись в разные стороны, уже мертвые тела шумно грохнулись на пол. Дракон обнюхал ближайшего орка и рассерженно заревел, поднимаясь на задних лапах. Стараясь вырваться из замкнутого пространства, совершенно ничего не видя и не соображая, дракон вышиб дверь, ведущую в нижний город, и понесся по туннелям не разбирая дороги.
Вокруг кричали, разбегались в паническом ужасе, прятались. Несколько гоблинов, больших и нерасторопных, погибло под лапами дракона, не успев посторониться. Изумрудное чудовище с разгону снесло ворота и ворвалось в общинный дом орков. Разметало всех, кто попался на пути, и, найдя кухню, принялось с жадностью пожирать припасы, не чувствуя вкуса, стремясь утолить снедающий его голод.
Орки, парни непугливые, оценив обстановку, организовали атаку. Защищать свои дома – дело святое! Вся округа ополчилась и взялась за оружие. Град арбалетных болтов наполнил кухню жужжанием, словно стая диких пчел влетели они туда, где пировало невиданное доселе чудовище. Ответом был громоподобный рев и струя жаркого пламени. Дракон заметался, стараясь найти укрытие от разящих стрел. Одна кухонная стена показалась ему недостаточно прочной, он с разбегу врезался в нее и пробил брешь. Но за хлипкой для свирепого зверя кирпичной кладкой оказался провал, он вел глубоко под землю, дна его не достигал еще никто.
И дракон рухнул в расщелину. Ломая крылья и срывая когти, падало несчастное чудовище все дальше и дальше. Бедная жертва магической вилки так и не выпустила ее из лапы…

Глава третья
ПРОБУЖДЕНИЕ

Светает, ночь пролетела как один миг.
– Ну, что это было? – У папы нахмурены брови, губы плотно сжаты, в глазах тревога.
– Смерть твоей дочери, ты же все сам видел. – Мама обеспокоенной не выглядит.
– Что-то мне умирать не хочется. – Селена передернула плечами, как от сильного озноба, хотя она и сидела у самого камина, где еще тлели угли.
– Дорогая, не принимай близко к сердцу. – Мама почему-то непонятно веселая.
– Конечно, не принимай, смерть-то моя, это я обезумела и свалилась в чертов провал, – ворчит сестра, она расстроена, да и кто не огорчится от вида собственной гибели, да еще такой бестолковой?
Мне понятно ее недовольство, но я транслятор в данную минуту, и мое дело тараторить все, что говорят, а не рассуждать.
– Это всего лишь вероятность, теперь ты знаешь, что вилка опасна. – Мама говорит легко, играючи.
– Маг-оракул. – Отец произносит это как самое грубое ругательство.
– Здорово получилось. – Мама никого не слушает. – Джинн, ты все записал?
– Да, хозяйка, – прозвучал странный голос из ниоткуда.
– Сохрани, редактировать буду позже, – приказывает кому-то мама.
– Мам, кто там? – спрашиваю я, стараясь обнаружить таинственного джинна.
– Где? – Она вскочила, словно пружина распрямилась, готовая любого разорвать и разметать, а в глазах таится страх.
– Там у вас, джинн этот, – объясняю я.
– А, – мгновенно успокоилась мама, – это машина, я вам рассказывала про компьютеры. Помнишь?
Мы помним. Клим улыбается, мечтательно закатив глаза, ему с детства хотелось иметь умную игрушку. Селена даже не шевелится, пристально смотрит на меня, ждет, у нее такие разные глаза, но сейчас в обоих стоит боль.
– Мама, – я понимаю состояние сестры, мне хочется ей помочь, чем и занимаюсь, – объясни нам, зачем Страшилке умирать?
– Джинн, – мама сначала обращается к машине, – выключай запись, дальнейшее не для протокола.
– Принято, – раздается в ответ металлический голос.
– Итак, мы просмотрели самую возможную вероятность, – начинает объяснение мама по-деловому сухо и спокойно. – Чего греха таить, я ее подкорректировала.
– Зачем все это? – Папа с нескрываемым восхищением смотрит на маму.
– Селена – дракон, она имеет право жить здесь, на Драконии, но ее просто так сюда не пустят, – объясняет мама. – Что нам нужно, чтобы Совет принял во внимание мои мольбы?
Мы дружно пожимаем плечами, мама улыбается и продолжает:
– Мне надо доказать, что пребывание дракона на Земле-44 опасно для закрытого мира. Первую пробу мы успешно осуществили. Селена у нас умерла, а этого требовать никто не вправе, да и смерть дракона слишком серьезное испытание для любого мира.
– А я? – спрашивает Клим.
И я поддерживаю этот вопрос:
– А мы?
– Вы, братцы, нужны мне там, где находитесь, возражения не принимаются!
Категоричное заявление, оно нас несколько обескуражило, но возражать мы не станем, не приучены.
– Так вот, – продолжает мама, – следующую ночь отдыхайте, а на другую я снова свяжусь с вами. От вас нужна такая вероятность, чтоб у всего Совета волосы встали дыбом, даже у тех, у кого вообще никаких волос нет по определению. Ясно?
– Будет исполнено! – Сестра разом повеселела, глаза заблестели, видно, что настроение подскочило на сотню баллов, и она уже занята поставленной задачей.
– Сегодня отдыхайте, набирайтесь сил, – советует мама, но по голосу это звучит как приказ, – а завтра днем разработайте план. Все, отдыхать.
Селена и Клим встают на затекшие от долгого сидения на одном месте ноги и, хромая, отправляются к себе. Когда я остаюсь один, мама спрашивает:
– Тот мир, что ты нашел, мне нужна информация.
Не сразу я понимаю, о чем речь, но до меня доходит.
– Это тяжелый-претяжелый? – уточняю я.
– Да.
– Нет ничего проще, он находится…
– Стоп, – командует мама, – ты все обдумай, подготовь доклад, а я передам его твоей бабушке, это ее очень заинтересует.
– Когда?
– Сегодня ночью я свяжусь с тобой, запишешь все, а там дело техники.
– Буду ждать.
Мама разрывает связь, я остался один. М-да, есть над чем подумать, но сначала дело! Беру лист бумаги и начинаю описание странной планеты-гиганта, закуриваю первую за утро сигару. Работа не на один час. Брат и сестра уже спят, их поездка на сегодня отменяется, надо не забыть предупредить народ…

Глава четвертая
НЕЖДАННОСТЬ

– Мы одни? – спросил Арс, когда видение Земли-44 исчезло.
– Угу. – У меня совершенно отсутствовало желание говорить, бессонная ночь и организация видеосвязи через миллионы световых лет кого угодно свалят с ног, даже дракона с серебряным здоровьем.
– Значит, можем обсудить твои задумки.
Ой как не хотелось, но подопечный просил, пришлось собрать остаток сил и все выложить.
– Завтра у нас встреча с председателем Совета, – сообщила я мужу усталым голосом.
– Откуда тебе известно? – Он не удивился.
– Я же прорицатель, посмотрела нашу вероятность, пока была на линии.
– О чем пойдет речь?
– Не знаю, не стала портить предвкушение.
– Идеи есть?
– Может, Председатель снова хочет нанять меня, то есть нас, – поправилась я, – для дела.
– Опять? – Что-то отсутствовала радость в его голосе.
– Вполне возможно, – пожала я плечами. – Только теперь я Совету выдвину условия.
– Ты решила вытащить Селену, – догадался Арс.
– И не только, – согласилась я и добавила: – Все наши дети имеют право выбирать мир по вкусу.
– Думаешь, состряпанной вероятности со смертью Селены не хватит?
– Наверняка. – Тут я покривила душой: уверенности у меня не было, смерть дракона не шутка, тут изменение всего закрытого мира произойдет.
– А детей почему не предупредила, это какой стресс для девочки?! – Арс уже не сердится на меня, и это здорово.
– Чтобы достоверней все получилось. Скажи я им – начнут подыгрывать, а это, сам понимаешь, не то.
– Коварная, – наконец-то улыбнулся Арс.
– Ага, – согласилась я с определением мужа. – А сейчас можно я посплю?
– Спи, – благосклонно разрешил он, – да и мне отдых не помешает.
– Напомни мне, когда проснемся, что я должна связаться с мамой, – попросила я мужа.
– Непременно, если сам не забуду, – пообещал он, зевая во весь рот.
– Не соблазняй. – Я с трудом подавила зевок.

Отдохнув и выспавшись, я занялась обработкой данных, убрала лишнее, подправила некоторые места, и все получилось как надо, лучше некуда. Создала отдельную запись о горячей планете, просмотрела. Арс тоже принимал активное участие. После завершения правки он напомнил мне, произнеся всего лишь одно слово:
– Мама.
– Я помню, спасибо. Джинн, – вызвала я «спящую» машину, – соединяй с Подлунным Миром.
– Одну минуту, – попросил компьютер официальным тоном.
Эта минута переросла во все пять!
– Там что, все спят? – наконец не выдержала я, такая задержка!
– Молчат, – обиженно-плаксивым тоном ответил компьютер.
– Вызывай маму постоянно, как ответит, выводи изображение на стену, – приказала я строго.
– Сам знаю, – огрызнулся компьютер, грубовато для машины.
– Не хами, железяка, – погрозила я пальцем.
– Бутербродов принести? – предложил Арс. – Все равно делать нечего, хоть поедим.
– Хорошее предложение, – согласилась я, разминая пальцы от нетерпения.
Мы успели поесть, поговорить, а Подлунный Мир так и не ответил, словно все там вымерли.
– Джин, попробуй вызвать детектива, – приказала я, решив пойти другим путем.
– Попробую. – Минуту компьютер старательно шевелил электронными мозгами и выдал: – С Ан-ри-уаном связи нет, сплошные помехи, детектив не отвечает.
– Охренеть! Это же надо, весь Подлунный Мир изолировать! – воскликнула я.
– Что-то серьезное произошло, – нахмурил брови Арс, – информационные блокады так просто не появляются.
– Наверняка, – согласилась я.
– Запроси канцелярию отца. – Муж ткнул пальцем в мою любимую стену.
– Дельно. – Идея мне понравилась, и я приказала компьютеру: – Джинн, короля Динлорда к ответу!
– Есть! – по-военному ответила расторопная машина и вывела изображение канцелярии.
Вид у нового секретаря был, мягко говоря, взволнованный. Красивое эльфийское лицо помято и серо от недосыпания, глаза красные по той же причине, густые черные волосы всклокочены, словно их кошки драли, про костюм я и не упоминаю.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2018г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.