Библиотека java книг - на главную
Авторов: 38898
Книг: 98415
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Кибершторм»

    
размер шрифта:AAA

Мэтью Мэзер
Кибершторм

Matthew Mather
CyberStorm
Copyright © 2013 by Matthew Mather
© Головкин М., перевод на русский язык, 2014
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

От автора

Я бы хотел поблагодарить многих людей, которые пожертвовали своим временем и поделились знаниями, помогая мне превратить этот сценарий в полномасштабное киберсобытие:
Ричарда Маршалла,
бывшего главного директора отдела кибербезопасности Министерства внутренней безопасности США
Кертиса Левинсона,
представителя США в НАТО по вопросам киберобороны
майора Алекса Аквино,
главу отдела киберопераций Западного сектора ПВО ВВС США
Эрика Монткалма,
директора по системам безопасности в компании SecureOps
В конце книги я также добавил особую благодарность своим бета-ридерам и перечислил всех поименно.
Вы можете следить за моими новостями на сайте
www.matthewmather.com

Пролог

Сдвинув очки ночного видения на лоб, я остановился и заморгал, вглядываясь в непроглядную ночную тьму. Из нее не доносилось ни звука, и внезапно мне показалось, что я полностью изолирован от мира. Одинокая, бесконечно малая крупица сознания, дрейфующая по вселенной. Поначалу мысль ужасала, но вскоре стала привычной, успокаивающей.
Может, это и есть смерть? Одиночество, спокойствие, полет, страха нет…
Я вернул очки на место, и перед глазами закружили призрачные зеленые снежинки.
Утром чувство голода стало таким невыносимым, что едва не выгнало меня наружу. Чак поговорил со мной, успокоил. Я убеждал его, что действую не для себя, а для Лорен, для Элларозы – словно наркоман, цеплялся за любой повод, лишь бы получить дозу.
Я рассмеялся.
У меня зависимость от еды.
Падающие снежинки гипнотизировали. Я закрыл глаза и вздохнул.
Что реально, а что – нет? Что это вообще такое – реальность?
Возьми себя в руки. Люк надеется на тебя. Лорен надеется на тебя.
Открыв глаза, я усилием воли вернулся в настоящее и нажал на экран телефона в кармане, чтобы открыть экран дополненной реальности. Вдали развернулось поле из красных точек, и я, еще раз вздохнув, осторожно зашагал по Двадцать четвертой улице – к группе точек на Шестой авеню.

25 ноября

Челси, Нью-Йорк
– В какое удивительное время мы живем!
Я внимательно осмотрел кусок обуглившегося мяса, который держал в руке.
– В удивительно опасное! – глотнув пива, рассмеялся Чак, мой сосед и лучший друг. – Отлично сработано. Она, наверное, внутри еще не оттаяла.
Качая головой, я положил горелую сосиску на край гриля.
Неделя перед Днем благодарения выдалась необычно теплой, и поэтому в последнюю минуту я решил устроить барбекю на крыше нашего складского комплекса, переделанного под жилье. Утром мы с моим двухлетним сыном Люком обошли соседей (мало кто из них уехал из города по случаю праздника), раздавая приглашения.
– Не смей ругать мою стряпню, а про эту тему даже не начинай.
Вечер выдался роскошным – солнечным и теплым. С нашего семиэтажного «насеста» открывался прекрасный осенний пейзаж: красные и золотые кроны деревьев, растущих по берегам Гудзона, а за ними – шумный город. Я прожил в Нью-Йорке уже два года, но его энергия не переставала меня возбуждать. Я огляделся, втайне гордясь тем, что на нашу скромную вечеринку пришло тридцать человек.
– Значит, по-твоему, вспышка на Солнце планету не уничтожит? – Чак, лежащий в шезлонге, удивленно поднял брови.
Из-за южного акцента даже самые страшные слова в его устах звучали словно песня, а сам он – в рваных джинсах и майке «Ramones» был похож на рок-звезду. Образ дополняли карие глаза, насмешливо глядящие из-под копны светлых волос, и двухдневная щетина.
– Именно эту тему я и прошу тебя не поднимать.
– Я просто хотел…
– Ты всегда говоришь о катастрофах. – Я закатил глаза. – А мы только что пережили один из самых удивительных переходных периодов за всю историю человечества.
Я потыкал в сосиски, и над грилем снова взметнулись язычки пламени.
Тони, один из наших консьержей, стоял рядом со мной – в рабочей одежде и галстуке, но, по крайней мере, без пиджака. Плотный смуглый итальянец, такой же коренной житель Нью-Йорка, как и старые «Доджерс», – и его акцент не давал вам об этом забыть. Он всегда готов прийти на помощь и обладает неисчерпаемым запасом шуток. Люк, как и большинство людей, влюбился в Тони с первого взгляда: каждый раз, когда мы спускались на первый этаж, мой сын выпрыгивал из лифта и с радостными воплями мчался к стойке Тони. Тот испытывал к нему столь же теплые чувства.
– За последние десять лет родилось более миллиарда людей. – Я оторвал взгляд от сосисок и посмотрел на Чака. – Все равно что каждый месяц появляется новый Нью-Йорк. Население никогда еще не росло с такой скоростью – и никогда не будет так расти.
Для пущей важности я помахал щипцами в воздухе.
– Конечно, были и войны, но ни одного крупного конфликта, а это кое-что да значит. – Я выдержал паузу. – Человечество взрослеет.
– Этот миллиард пока что из бутылочки сосет, – заметил Чак. – Подожди лет пятнадцать, когда они все захотят обзавестись автомобилям и стиральными машинами. Тогда и посмотрим, сильно ли мы повзрослели.
– Уровень нищеты в мире – в неизменных ценах, в расчете на душу населения – за последние сорок лет снизился вдвое…
– При этом каждый шестой американец голодает, а большинство плохо питается, – перебил меня Чак.
– И кроме того, год или два назад – впервые в истории, – продолжил я, – население городов превысило сельское.
– По-твоему, это хорошо?
Тони с улыбкой посмотрел на нас с Чаком, покачал головой и хлебнул пива. Такие поединки между нами он видел уже не раз.
– Конечно, хорошо. Городская среда расходует гораздо меньше энергии.
– Вот только город – не среда, – возразил Чак. – Природная среда – это среда. По твоим словам выходит, что города – пузыри, которые сами себя обеспечивают, а на самом деле они полностью зависят от природы.
– Которую мы спасаем, обитая в городах, – указал я на него щипцами.
Переведя взгляд на гриль, я заметил, что жир, капающий с сосисок, вспыхивает, и языки пламени лижут куриные грудки.
– Я хочу сказать одно: когда все рухнет…
– Когда террорист нанесет по США ядерный удар? Взорвет электромагнитную бомбу? – Я поменял местами куски мяса на гриле. – Или когда на волю вырвется боевой супермикроб?
– В любом из этих случаев, – кивнул Чак.
– Знаешь, чего нужно опасаться?
– Чего?
Не нужно было давать ему новых поводов для беспокойства, но удержаться я не мог – я ведь только что прочел на эту тему статью в журнале.
– Кибератаки.
Оглянувшись через плечо, я увидел, что приехали родители моей жены. Желудок сжался в комок. Я бы многое отдал за то, чтобы сделать отношения с тестем и тещей более простыми… к сожалению, не все здесь зависело от меня.
– Слышали про «Ночного дракона»? – спросил я.
Чак и Тони пожали плечами.
– Пару лет назад в компьютерах, которые управляют нашими электростанциями, нашли иностранные программы. Управляли ими из одного офисного здания в Китае. Эти штуки были предназначены специально для того, чтобы вывести из строя американскую энергосеть.
Мои слова, похоже, не произвели на Чака особого впечатления.
– И что дальше?
– Ничего – пока, но тут вся беда в твоем отношении. Все думают так же, как и ты. А вот если бы китайцы закладывали взрывчатку под телестанции, тогда бы народ вопил как угорелый и требовал объявить войну.
– Раньше заводы бомбили, а теперь можно просто щелкнуть мышкой?
– Именно.
– Вот видишь! – Чак улыбнулся. – Ты тоже ждешь конца света.
Я рассмеялся.
– Ну, скажи мне, кто управляет Интернетом – этой штукой, от которой зависит наша жизнь?
– Не знаю. Правительство?
– Правильный ответ – никто. Все им пользуются, но главного нет.
– А вот это, похоже, может привести к катастрофе.
– Стремные у вас разговоры, парни, – сказал Тони, наконец получив шанс вставить слово. – Давайте лучше про бейсбол.
– Не слушай нас, – засмеялся я. – Мы просто шутим. Поверь, друг мой, ты будешь жить долго.
– Я верю вам, мистер Митчелл.
– Тони, пожалуйста, зови меня «Майк».
– Хорошо, мистер Митчелл. – Тони тоже рассмеялся. Над грилем снова взметнулось пламя, и он отпрянул в притворном испуге. – Может, грилем займусь я? У вас ведь есть более важные дела?
– И кроме того, нам нужна еда, а не угольки, – добавил Чак с улыбкой.
– Да, конечно, – ответил я без энтузиазма и, кивнув, передал щипцы Тони. У гриля я прятался, желая отодвинуть неизбежный момент.
Лорен – стройная, зеленоглазая – одним своим появлением каждый раз приковывала к себе всеобщее внимание. От родителей она унаследовала тонкие черты лица, высокие скулы и точеный нос – и даже сейчас, после пяти лет, прожитых вместе, я не мог поверить, что она выбрала именно меня.
Я сделал глубокий вдох и расправил плечи.
– Оставляю гриль на ваше попечение, – сказал я в пустоту. Чак и Тони уже говорили про Кибергеддон.
Глотнув пива, я поставил банку на стол рядом с грилем и повернулся к Лорен. Она стояла в противоположном углу большой площадки, болтая с родителями и соседями. Я сам настоял на том, чтобы пригласить ее родителей, и уже об этом пожалел.
Ее семья – бостонские аристократы, голубая кровь, настоящие брамины. Поначалу я делал все, чтобы завоевать их расположение, но в последнее время с неохотой был вынужден признать, что навсегда останусь для них человеком второго сорта.
– Мистер Сеймур! Спасибо, что пришли. – Я подошел к тестю и пожал ему руку.
Мистер Сеймур – в твидовом пиджаке, с темно-синим платком в кармашке, в голубой рубашке с коричневым галстуком в «огурцах», прервал разговор с Лорен и натянуто улыбнулся. Я, в майке и джинсах, тут же почувствовал себя оборванцем.
– А вы, миссис Сеймур, как всегда очаровательны, – добавил я, поворачиваясь к своей теще. В коричневой огромной шляпе и такого же цвета костюме, украшенном ниткой огромных жемчужин, она неловко сидела на деревянной скамейке между мужем и дочерью. Крепко сжав сумочку, миссис Сеймур наклонилась вперед, будто собиралась встать.
– Нет-нет, пожалуйста, не надо. – Я чмокнул ее в щеку. Она улыбнулась и снова села на самый краешек скамьи. – Спасибо, что приехали провести День благодарения вместе с нами.
– Значит, подумаешь об этом? – громко спросил мистер Сеймур у Лорен, явно рассчитывая на то, что я его услышу. По одному голосу можно было понять, что мой тесть – ответственный, привилегированный человек из хорошей семьи, чья история насчитывает множество веков. Сегодня в его словах, пожалуй, слышалось еще и легкое снисхождение.
– Да, папа, – прошептала Лорен и, украдкой взглянув на меня, опустила глаза.
Я решил не поддаваться на провокацию.
– Вы уже познакомились с Бородиными?
Я указал на пару пожилых русских, которые сидели за столом рядом с ними. Александр тихо похрапывал в кресле, а его жена Ирина вязала.
Бородины жили в соседней квартире. Я часами мог слушать рассказы миссис Бородиной о войне. Они пережили осаду Ленинграда (теперь – Санкт-Петербурга), и я не уставал поражаться тому, как она, испытав столько ужасов, осталась такой доброй и позитивной. И еще она готовила удивительно вкусный борщ.
– Да, Лорен нас представила. Очень приятно, – пробормотал мистер Сеймур, улыбаясь в сторону миссис Бородиной. Она подняла взгляд, тоже улыбнулась и продолжила вязать носок.
– Ну что, – я развел руки в стороны, – Люка видели?
– Пока нет. Он с Элларозой и няней в квартире Чака и Сьюзи, – ответила Лорен.
– Зато нас уже пригласили в оперу, – сказала миссис Сеймур, просияв, – на генеральную репетицию «Аиды».
– Правда?
Я посмотрел на Лорен и повернулся к Ричарду, еще одному соседу – и точно не одному из моих любимых.
– Спасибо, Дик.
В Йеле этот красавчик с квадратным подбородком, наверное, был одной из звезд футбольной команды. Его жена Сара, миниатюрная женщина, сидела за ним, словно запуганный щенок. Увидев мой взгляд, она быстро спустила рукава свитера, чтобы закрыть обнаженные предплечья.
– Я знаю, что Сеймуры обожают оперу, – ответил Ричард. У него был акцент денежного мешка, и говорил он, словно биржевой брокер, объясняющий один из вариантов вложения капитала. Если Сеймуры олицетворяли собой старый Бостон, то семья Ричарда – старый Нью-Йорк. – У нас абонемент «для родственников и друзей». Билетов только четыре, но Сара идти не хочет, – его жена вяло пожала плечами, – а ты, старина, такие развлечения не любишь. Вот я и решил сделать Лорен и Сеймурам небольшой подарок на День благодарения.
Если у Сеймуров акцент был неподдельный, то речь Ричарда, пытавшегося говорить как выпускник британской частной школы, резала слух.
– Ну да.
Что он задумал, черт побери?
Неловкая пауза.
– Нужно идти, а то опоздаем, – добавил Ричард, подняв брови. – Репетиция начинается рано.
– Но мы как раз собираемся подавать еду. – Я указал на покрытые клетчатыми скатертями столы, на которых стояли миски с картофельным салатом и бумажные тарелки. Тони, выкладывавший на поднос подгоревшие сосиски и курицу, улыбнулся и помахал мне щипцами.
– Ничего, мы куда-нибудь зайдем, – мистер Сеймур снова натянуто улыбнулся. – Ричард только что рассказал нам про одно замечательное бистро в Верхнем Ист-Сайде.
– Он просто предложил, – добавила Лорен, явно чувствуя себя неловко. – Просто упомянул в разговоре.
Я сжал кулаки, потом опомнился и вздохнул. Семья – это семья, а я хотел, чтобы Лорен была счастлива. Я потер глаз и медленно выдохнул.
– Отличная мысль. – Я улыбнулся жене и почувствовал, как она расслабилась. – О Люке я позабочусь, так что можете не торопиться. Наслаждайтесь.
– Точно? – спросила Лорен.
Одна нотка благодарности – и наши отношения сразу пошли на лад.
– Точно. Я тогда выпью пива с парнями. – Внезапно идея стала казаться все более привлекательной. – Вам пора собираться. Как насчет рюмочки перед сном?
– Значит, решено? – спросила миссис Сеймур.
Через несколько минут они ушли, и я присоединился к парням.
Положив на тарелку сосисок и выудив из сумки-холодильника пиво, я рухнул на стул.
Чак посмотрел на меня.
– Вот что бывает, когда женишься на девушке с именем вроде «Лорен Сеймур», – заметил он, поедая картофельный салат.
Я рассмеялся и открыл банку пива.
– Так что там слышно про конфликт между Китаем и Индией из-за плотин в Гималаях?

27 ноября

Визит родственников прошел неудачно.
Катастрофа началась с ужина в честь Дня благодарения: во-первых, потому что мы заказали уже готовую индейку из «Челси маркет» («О боже, вы что, не готовите сами?»), во-вторых, потому что ужинали на кухне («Когда вы купите квартиру побольше?») и, наконец, потому что я не мог посмотреть игру «Стилерс». («Не страшно. Если Майкл хочет смотреть футбол, мы просто вернемся в отель».)
После ужина Ричард великодушно пригласил нас выпить по стаканчику в своей похожей на дворец трехэтажной квартире, из которой открывался вид на Манхэттен. Его жена Сара играла роль служанки. («Ну конечно, мы сами жарили индейку. А вы нет?»)
Разговор быстро свернул на обсуждение связей между старыми семействами Нью-Йорка и Бостона: «Потрясающе, да? Ричард, вы ведь почти четвероюродный брат нашей Лорен!», после чего быстро последовала фраза: «Майк, а ты знаешь историю своей семьи?»
Она была связана с работой на сталелитейных заводах и в ночных клубах, так что я ответил «нет».
Завершил вечер мистер Сеймур допросом Лорен о ее карьерных планах, которых на самом деле не существовало в природе. Ричард любезно предложил познакомить ее со множеством полезных людей. Тесть и теща вежливо осведомились, как идут мои дела, и заявили, что Интернет – слишком сложная штука. А затем: «Ричард, а как построено управление инвестиционным фондом вашей семьи?»
Должен сказать, что Лорен активно меня защищала, и за рамки приличия никто не вышел.
Большую часть времени я играл роль шофера: они хотели встретиться с друзьями в таких местах, как клуб «Метрополитен», «Кор» и, конечно, клуб «Гарвард». Сеймуры славились тем, что в каждом поколении хотя бы один член их семьи учился в Гарварде, начиная с момента его основания, и поэтому в клубе их принимали, словно королевских особ.
Ричард даже любезно пригласил меня выпить с ним в пятницу в Йельском клубе.
Я едва его не задушил.
К счастью, родители жены приехали всего на два дня, и когда настал уик-энд, мы, наконец, остались одни.
Было субботнее утро, и мы с Люком сидели у кухонного стола, он – в высоком детском стульчике, я – на табурете. Я его кормил: резал яблоки и персики на кусочки и выкладывал их перед ним на тарелке. Люк, в самом игривом настроении, брал кусочек, сверкая белозубой улыбкой, и либо съедал, либо с визгом бросал на пол для Горби – дворняги Бородиных.
Эта игра ему никогда не надоедала. Горби проводил в нашей квартире почти столько же времени, сколько и дома, с Ириной. И, наблюдая за тем, как Люк бросает ему еду, было несложно понять почему. Я хотел завести собаку, но Лорен была против. Слишком много шерсти, говорила она.
«Па!» – взвизгнул Люк, барабаня кулаками по подносу. Это было его универсальное слово для всего, что имело отношение ко мне. Затем протянул ручонку: еще яблока, пожалуйста.
Я покачал головой, смеясь, и потянулся за ножом.
Люку всего два года, но он уже весит как трехлетний. В отца, подумал я с улыбкой. Золотистые локоны обрамляли пухлое лицо, на котором застыла лукавая ухмылка – словно он собирался сделать то, что не разрешено, и почти всегда так и было.
Из спальни вышла Лорен – сонная, с полузакрытыми глазами.
– Мне нехорошо, – сказала она и заковыляла в крошечную ванную, вторую изолированную комнату в нашей небольшой квартире в стиле «лофт». Послышался громкий кашель, а затем Лорен включила душ.
– Кофе готов, – пробормотал я и подумал: «Вчера она не так уж и много выпила». По каналу CNN разъяренные китайские студенты из города Тайюань жгли американские флаги. Я никогда не слышал про Тайюань и поэтому, одной рукой насыпав еще кусочков фруктов перед Люком, другой набрал название города на экране планшета.
«Википедия»: Тайюань – столица и крупнейший город провинции Шаньси на севере Китая. По данным переписи 2010 года его население составляло 4 201 591 человек.
Вау.
Он больше Лос-Анджелеса, второго по величине города США, и при этом – двадцатый по величине город Китая. Потратив еще немного времени на поиски, я выяснил, что в Китае больше 160 городов, население которых превышает миллион человек, а в Соединенных Штатах – ровно девять.
Я оторвал взгляд от планшета. На экране телевизора появился странного вида корабль. «Первый – и пока единственный – китайский авианосец «Ляонин» в окружении стаи грозного вида эсминцев класса «Ланьчжоу». Сейчас эта группа противостоит кораблю ВМФ США «Джордж Вашингтон» у выхода из Лусонского пролива в Южно-Китайском море», – объяснил ведущий CNN.
– Извини за родителей, милый, – шепнула Лорен, прошмыгнув у меня за спиной. На ней был белый махровый халат, и она вытирала волосы полотенцем. – Ты ведь сам хотел их пригласить, помнишь?
Она наклонилась к Люку, лаская его и осыпая поцелуями, а он улыбался и пищал от удовольствия. Затем Лорен крепко меня обняла и поцеловала в шею.
Я улыбнулся и чмокнул ее в ответ. После пары напряженных дней такое проявление чувств казалось особенно приятным.
– Знаю.
На экране телевизора появился офицер американского флота: «Еще пять лет назад Япония требовала, чтобы мы вывели наших парней с Окинавы, а сейчас они снова умоляют о помощи. Япошки тоже отправили сюда свои авианосцы, так какого…»
– Я люблю тебя, малыш. – Лорен запустила руку мне под майку и принялась поглаживать мою грудь.
– Я тоже тебя люблю.
– Ты подумал насчет Рождества на Гавайях?
«…и если Китай задержит «Брахмапутру», это станет тяжелым ударом для Бангладеш. Сейчас им как никогда нужны друзья, но раньше я и представить себе не мог, что 7-й флот станет на якорь в Читтагонге…»
Я со вздохом отстранился.
– Ты же знаешь, мне неприятно, что за это платят твои родственники.
– Тогда позволь заплатить мне.
– Отцовскими деньгами.
– Я ушла с работы только потому, что мы решили родить Люка! – воскликнула Лорен. Это была больная тема.
Мы разомкнули объятия, и Лорен повернулась, чтобы взять чашку из шкафа и налить себе кофе. Черного. Сегодня без сахара. Сжав чашку в ладонях, она прислонилась к плите, ссутулившись и отстраняясь от меня еще больше.
«…начинают круглосуточные спасательные операции с использованием трех американских авианосцев, которые в данный момент находятся…»
– Дело не только в деньгах. Мне не хотелось бы провести там Рождество с твоими родителями, они ведь только что гостили у нас.
Она не обращала на меня внимания.
– Тогда я только закончила стажировку в «Лэтеме» и получила лицензию адвоката… – она говорила скорее с собой, чем со мной, – …а теперь везде идут сокращения. Я отказалась от прекрасной возможности.
– Милая, ни от чего ты не отказывалась, – мягко сказал я, глядя на Люка. – Нам всем сейчас тяжело. От кризиса все пострадали.
Повисло молчание, и ведущий CNN перешел к новой теме: «Сегодня сайты правительства США были взломаны и осквернены. Китайские и американские корабли противостоят друг другу, и общее напряжение нарастает. На связи наш корреспондент в Штабе киберопераций в Форт-Миде…»
– Может, поедем в Питтсбург? К моим родственникам?
«…власти Китая утверждают, что взлом правительственных сайтов США – дело рук частных лиц, хакеров, и следы в основном ведут в Россию…»
– Ты серьезно? Ты отказываешься от бесплатной поездки на Гавайи, но хочешь, чтобы я отправилась в Питтсбург? – Вот теперь она действительно разозлилась. – Оба твои брата – осужденные преступники. Я не хочу, чтобы Люк жил в такой среде.
Я пожал плечами.
– Да ладно, они тогда были подростками. Мы уже это обсуждали.
Она промолчала.
– По-моему, летом арестовали и одного из твоих кузенов? – сказал я, переходя от обороны к нападению.
Лорен покачала головой.
– Арестовали, но не осудили. Существенная разница.
Я посмотрел ей прямо в глаза.
– Не у каждого есть дядя-конгрессмен.
Люк следил за нами.
– Ну что, – я повысил голос, – о чем твой отец просил тебя подумать?
Я уже знал, что это очередной план, чтобы заманить ее обратно в Бостон.
Она вздохнула и перевела взгляд на чашку с кофе.
– Вакансия в фирме «Роупс и Грей» с возможностью стать партнером.
– Не знал, что ты на нее претендовала.
– Я не…
– Лорен, в Бостон я не поеду. Мне казалось, что мы приехали сюда, чтобы ты могла жить сама по себе.
– Так и есть.
– Мне казалось, что мы пытаемся родить братика или сестричку для Люка. Разве ты не этого хотела?
– Это, скорее, была твоя идея.
Я не мог поверить своим ушам. Всего одним предложением она разрушила мои представления о будущем. Мой желудок сжался в комок.
– Скоро мне исполнится тридцать, – добавила она. – Такие предложения попадаются нечасто. Возможно, это мой последний шанс сделать карьеру.
Мы молча уставились друг на друга.
– Я поеду на собеседование.
– И все, обсуждение закончено? – Мое сердце заколотилось. – Почему? Что происходит?
– Я только что сказала почему.
Мы с упреком посмотрели друг на друга. Люк заерзал на стульчике.
Лорен вздохнула и ссутулилась.
– Ну, не знаю… Я запуталась, понимаешь? Не хочу сейчас об этом говорить.
Я расслабился, и мой пульс начал постепенно успокаиваться.
Лорен посмотрела на меня.
– Я обедаю с Ричардом. У него есть какие-то идеи для меня.
Мое сердце снова забилось, а щеки вспыхнули.
– Кажется, он бьет Сару.
Она бросила на меня сердитый взгляд.
– Зачем ты так говоришь?
– Видела ее руки на барбекю? Она их закрывала. Я видел синяки.
Лорен фыркнула.
– Ты ревнуешь. Не смеши меня.
– К чему я должен ревновать? – раздраженно бросил я.
Люк заплакал.
– Не задавай дурацких вопросов, ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, – пренебрежительно сказала Лорен. – Мне пора одеваться.
Не обращая на меня внимания, она поцеловала Люка. «Прости, я не хотела кричать. Я люблю тебя», – шепнула она ему. Затем, злобно глянув на меня, отправилась в спальню и хлопнула дверью.
Вздохнув, я взял Люка на руки и погладил его по спине.
– Почему она вышла за меня, а, Люк? – прошептал я и сам же ответил на вопрос. – Ах да, у нас же родился ты – верно, крепыш?
Он еще пару раз всхлипнул и успокоился.
– Ну ладно, идем в гости к Элларозе и тете Сьюзи.

8 декабря

– Сколько их там?
– Пятьдесят. И это только вода.
– Ты шутишь. У меня полчаса, а потом я должен быть наверху, встречать няню.
Чак пожал плечами.
– Я позвоню Сьюзи, она присмотрит за Люком.
– Супер, – с сарказмом отозвался я, с трудом спускаясь по лестнице с двумя бутылками воды по четыре галлона каждая. – Значит, ты каждый месяц платишь пятьсот долларов за хранение двухсот галлонов воды?
Чак владел несколькими ресторанами в стиле «кейджун» в Манхэттене, и я думал, что он хранит все эти штуки в одном из них, – но, по его словам, он хотел, чтобы все было под рукой. «Настоящий специалист по выживанию должен быть осторожным», – любил повторять он. В чем-то он решительно отличался от коренных ньюйоркцев.
Его семья жила чуть южнее линии Мэйсона-Диксона. Он был единственным ребенком в семье, родители погибли в автомобильной аварии вскоре после того, как он окончил колледж. Так что когда Чак познакомился со Сьюзи, они решили начать жизнь с чистого листа и переехали в Нью-Йорк. Моя мать скончалась, когда я учился в колледже, а отца я почти не знал. Он бросил нас, когда я был еще маленьким, так что меня фактически воспитывали братья.
Прошлое помогло нам с Чаком сродниться.
– Примерно так, – рассмеялся Чак. – И еще повезло, что у меня есть этот лишний шкаф. – Он посмотрел, как я с трудом преодолеваю последние ступеньки, и фыркнул. – Почаще ходи в тренажерный зал, друг мой.
Если остальной комплекс был удивительно красивым и поддерживался в отличном состоянии – японские сады рядом с «качалкой» и спа, искусственный водопад во внутреннем дворике, круглосуточная охрана, – то подвал отличался исключительной функциональностью. После лестницы из полированного дуба начинался грубый бетонный пол, освещенный голыми лампочками. Наверное, подвалом не занимались потому, что туда, в общем, никто не ходил.
То есть никто, кроме Чака.
Я без энтузиазма посмеялся над его подколкой, но на самом деле почти его не слушал, думая только о Лорен. Когда мы с ней познакомились в Гарварде, мне казалось, что наши возможности безграничны, однако сейчас они стали исчезать.
Сегодня она отправилась в Бостон на собеседования и вечер проведет там, с родителями. Утром Люк пошел в сад; найти для него няню я не смог, поэтому приехал с работы пораньше. Мы с Лорен несколько раз разговаривали на повышенных тонах насчет собеседований, но дело было не только в этом.
Она что-то недоговаривает.
В конце коридора я остановился и локтем открыл дверь шкафа Чака, затем, крякнув, поднял две бутылки с водой и положил их на груду других таких же.
– Пакуй плотнее, – сказал Чак. Он поставил свои бутылки, и мы пошли за новыми. – Читал, что сегодня выложил «Викиликс»? Планы Пентагона по бомбардировке Пекина.
Я пожал плечами и вспомнил тот день, когда впервые увидел Лорен в университетском городке Гарварда – она, смеясь, шла вместе с друзьями мимо домов из красного кирпича. Я тогда только начал обучение по программе MBA – на средства, полученные от продажи своей доли в медиастартапе, а она поступила на юридический. Мы оба претворяли в жизнь свои мечты, чтобы сделать мир лучше.
Страницы:

1 2 3 4 5





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2018г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.