Библиотека java книг - на главную
Авторов: 38898
Книг: 98415
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Звёздный мост»

    
размер шрифта:AAA

Гуляковский Евгений
Звёздный мост

ЧАСТЬ I

Глава 1

Я шел по Барнуду неторопливо, словно спешить мне было некуда. Собственно, это было почти правдой. Барнуд скорее всего станет моим последним заданием. Я догадался об этом еще в космопорту, где меня никто не встретил, хотя о моем прибытии местное отделение внешней безопасности было извещено.
Причина такого странного равнодушия к визиту агента из метрополии, снабженного особыми полномочиями, могла быть лишь одна — наше региональное отделение безопасности в Барнуде прекратило свое существование.
Оставалась, правда, слабая надежда на то, что они не получили шифрограммы. Но каналы связи работали вполне надежно, и за последние годы я не мог припомнить ни одного случая, когда предупреждение об отправке агента не дошло бы до места. Похоже, кому-то наш Барнудский отдел безопасности мешал настолько, что этот «некто» решил от него избавиться и сумел проделать это так, что в центре ничего не знали…
У меня было несколько адресов с явочными квартирами. Сотрудники безопасности работали не только в своей конторе. Однако воспользоваться этими адресами я мог лишь в самом крайнем случае, после того как буду точно уверен, что в космопорту за мной не установили слежку. Пока я этого не заметил, но хорошо знал, что современные методы наблюдения трудно заметить даже опытному агенту.
Хотя официально Барнуд все еще считался центром одной из двадцати федеральных колоний, основанных Земной федерацией за последние триста лет в районе беты Лиры, я знал, что это не соответствует действительности. Я должен был вести себя так, словно находился на вражеской территории.
Рано или поздно нечто подобное происходило почти с каждой земной колонией.
Как только колонисты в достаточной степени становились на ноги, чтобы просуществовать без поддержки метрополии, местная администрация начинала мечтать о независимости. Ничего не поделаешь — человеческая натура мало изменилась за последнее тысячелетие. Несмотря на развитую космическую технику, каждый губернатор мечтал стать удельным князьком и, сваливая собственные неудачи на козни метрополии, начинал плести нити заговора. Именно эта достаточно часто повторявшаяся ситуация и вынудила в конце концов федеральное правительство создать отдел внешней безопасности.
Правда, история с Барнудом несколько отличалась от традиционной схемы.
Барнуд стал «горячим» городом еще два года назад, хотя догадались об этом в метрополии далеко не сразу.
В невидимой войне за Барнуд не было выстрелов и не было убитых. Зато появились пропавшие без вести, миллионы бесследно исчезнувших людей, и был первый потерянный для Федерации город.
Барнуд, этот гигантский сорокамиллионный мегаполис, фактически уже не принадлежал федеральному правительству. Восемьдесят процентов его недвижимости, его транспортные каналы и линии связи, его производственные мощности и рудники — все было скуплено неизвестно откуда появившейся частной фирмой.
Действовала она весьма осторожно, в основном через подставных лиц, и в правительстве не сразу поняли, что за всеми крупными сделками с недвижимостью в Барнуде стоят одни и те же лица.
Сразу же возник вопрос, откуда взялись на Зидре (так называется планета, на которой расположен этот крупный колониальный центр) фантастические финансовые резервы, позволившие в течение двух лет произвести расчеты на сотни миллиардов кредитов? Космопорт все это время находился под контролем федерального правительства, и было нетрудно установить, что никакие особые ценности в Барнуд не завозились. Не было и крупных переводов через внешние банки.
Для выяснения этой финансовой загадки меня и отправили на Зидру.
За время подготовки к командировке я установил, что за наиболее значительными сделками с недвижимостью стояла одна и та же компания «Феникс», которая в настоящее время стала фактическим хозяином всей федеральной колонии на Зидре, включая ее столицу. Так откуда же взяли господа из «Феникса» столь колоссальные финансовые средства?
Можно было подкупить правительственных чиновников и провернуть несколько выгодных сделок с недвижимостью, но скупить целый город? Это не укладывалось в голове. Тем более оставалось совершенно непонятным, кому и для чего понадобилось проворачивать столь странную финансовую операцию, не способную принести доходов ни в настоящем, ни даже в отдаленном будущем, поскольку колония на Зидре из-за нелегкого местного климата, далекого расстояния от основных космических трасс и небогатых местных ископаемых по всем статьям оказалась убыточной.
Еще труднее было объяснить упорное молчание нашего отделения в Барнуде. Корабли до метрополии шли долго, но сверхпространственные линии связи работали исправно везде, кроме Барнуда.
Так что отсутствие встречающих в космопорту не было для меня слишком большой неожиданностью. Хотя в глубине души я все еще не мог поверить в то, что кто-то решился бросить открытый вызов нашему могущественному управлению.
Стараясь в начале любого нового задания оставаться как можно менее заметным, я выбрал для прикрытия ничем не примечательную легенду одинокого эмигранта, с трудом скопившего на билет и мечтающего обрести на Барнуде новую родину. Или хотя бы найти здесь хорошо оплачиваемую работу. Таких пассажиров в каждом рейсе оказывалось большинство, хотя давно уже стало известно, что из Барнуда редко кто возвращается.
Проходил месяц, другой, и с родственниками, оставшимися в метрополии, прерывалась всякая связь. Упорно распространялись слухи о том, что эти люди неплохо заработали на Барнуде и отправились на другие, более благоприятные для жизни колонии.
Что случилось с ними на самом деле, мне тоже предстояло выяснить. И потому роль эмигранта — своеобразной подставной утки — подходила как нельзя лучше.
Ни о моей теперешней фамилии, ни о моей внешности в Барнудском отделении безопасности ничего не знали. Я сам должен был найти и опознать в толпе встречающих местного представителя, которого там не оказалось. Не было и попытки подмены, не было никого с условленной карточкой туристического агентства в руках.
Выйдя из аэробуса на конечной остановке, где-то недалеко от центра, я неторопливо шел по улицам Барнуда, разглядывая витрины магазинов, а заодно отмечая в отражении стекол всех подозрительных прохожих. Но в этот послеобеденный час прохожих почти не было. Изнурительный зной вместе со смогом разогнал людей по помещениям с кондиционерами и воздухоочистителями. Похоже, пешая прогулка по городу была далеко не лучшей идеей, и я поспешил укрыться в огромном торговом комплексе, раскинувшемся в трех ярусах на целый квартал.
Толпа людей текла мимо меня. Равнодушные чужие лица мелькали, словно маски арлекинов. Каждый из них был поглощен собственными мыслями и делами, казалось, им не было никакого дела до того, что происходило вокруг. Знали ли они, что город больше не принадлежал им? Любили ли они его? Странный вопрос… Этот город невозможно любить, так же как невозможно любить вокзал. Даже те, кто родился здесь, постоянно мечтали уехать, скопить деньги на билет, добраться до космопорта и уехать куда угодно — лишь бы выбраться из этой чудовищной человеческой мясорубки.
Вполне возможно, Барнуд заслужил свою судьбу. Землетрясения, наводнения… С городами, в которых скапливается человеческая ненависть и боль, постоянно что-нибудь происходит, пожар, например… Но скупка? Кому он мог понадобиться, этот город, кому и для чего?
В который раз за эти последние два часа, с тех пор как я покинул космопорт и вышел из таксоробиля в центре Барнуда, я прокрутил в голове имевшиеся у меня шансы.
Фирма, скупившая город, наверняка знает о моем прибытии. Не обо мне конкретно, но о том, что прибыл агент со специальными полномочиями — она знает… Раз они сумели взять под свой контроль Барнудское отделение безопасности, значит, и специальные каналы связи им доступны. Возможно, они не сумели полностью расшифровать сообщение и поэтому меня не встретили в космопорту. Но как только я появлюсь на поверхности, как только заявлю о себе и своих полномочиях, в меня вцепятся мертвой хваткой.
В службе безопасности «Феникса» работали профессионалы. Из оперативных данных я знал, что они содержали нечто вроде небольшой армии, и теперь начал понимать, для чего она им понадобилась. Просто скупить город недостаточно. Чтобы полностью подчинить его себе, нужна сила, и она у них была.
Начальство, пославшее меня в это пекло, не представляло всей серьезности положения. Так что же мне делать? Плюнуть на свое задание, свернуть в первый попавшийся переулок и исчезнуть навсегда? Затеряться в пропахших дымом и масленым перегаром узких улочках? Превратиться в одного из бродяг без роду и племени? Что мне за дело до судьбы этого города? Почему я должен ради него рисковать собственной жизнью? Еще в космопорту, прослушав местные информационные каналы, просмотрев газеты, я понял, что опоздал. Сюда надо присылать армию, а не одного-единственного агента «с особыми полномочиями».
Я завернул в небольшое кафе, расположенное прямо в центре торгового зала, и заказал себе кофе со льдом. Кондиционеры не справлялись с охлаждением огромных площадей комплекса, и влажная жара снаружи просачивалась в помещение.
Большой запотевший бокал напитка вызвал у меня ностальгию по Земле. С тех пор как я стал агентом внешней безопасности, я бывал в метрополии не так уж часто. И, возможно, именно поэтому испытывал ностальгию в начале каждого нового задания, давая себе слово, что оно-то уж наверняка станет последним. Хотя в глубине души прекрасно понимал, что никуда не денусь от своей работы. Никто меня не заставлял поступать в специальную школу, и раз уж я выбрал себе специальность агента безопасности, нечего теперь плакаться, надо решить, как поступить в сложившейся ситуации.
У меня было два варианта дальнейших действий — медленный и быстрый. При медленном (и более безопасном) варианте я должен зарегистрироваться как эмигрант, устроиться на работу и постепенно, не привлекая к себе внимания, собирать информацию, пытаясь разобраться в том, что здесь происходит.
Плохо то, что в этом случае информация ко мне будет поступать весьма скудно и в сильно искаженном виде. Слухи, разговоры, случайные знакомства… Этот вариант малоперспективен, но если я заявлю местным властям о своих полномочиях и попытаюсь получить доступ к информационным центрам, люди, сумевшие захватить целый город и не остановившиеся перед уничтожением нашего отдела, немедленно займутся моей персоной…
Кстати, почему я решил, что отдел полностью уничтожен? Это еще надо проверить. Отдельные явки могли сохраниться.
Я не спеша допил холодный кофе. На дне бокала теперь остались только прозрачные кубики льда, а сквозь соломинку уже начала поступать прозрачная, ломившая зубы жидкость. Тогда я решительно поднялся из-за столика.
Зеллингштрассе, восемнадцать, где располагалась наша самая надежная, хорошо законспирированная квартира, находилась в центре китайского квартала. Я никогда не мог понять, почему китайские кварталы возникают в любом новом городе и почему улицы в них, как правило, носят нарочито европейские названия.
Солнце уже скрылось за спинами небоскребов, и немилосердная жара несколько отпустила город. Увы, ненамного — раскаленные камни мостовых и стены домов все еще излучали жар. Однако для тех, кто родился в этом городе, температура в тридцать пять по Цельсию, наверно, казалась желанной прохладой.
Странные личности с собаками и тележками, нагруженными различной снедью, появились у входов в здания, на углах и под навесами небольших витрин местных магазинчиков. На улицах наконец-то показались пешеходы. Они брели не спеша, глядя себе под ноги, не обращая внимания друг на друга. Нигде так остро человек не чувствует своего одиночества, как в толпе незнакомых, спешащих по своим делам людей, старающихся не замечать друг друга.
Лица у большинства прохожих выглядели угрюмыми и замкнутыми. Барнуд не поощрял общения с незнакомцами, особенно здесь, в китайском квартале, славившемся своей изолированностью в любом мегаполисе. Неожиданно кто-то окрикнул меня.
— Эй, мистер! Хотите узнать будущее?
Взлохмаченный старый китаец с обезьяной на плече выглядел довольно жалко, но меня привлек его взгляд, холодный и оценивающий, с едва заметной искоркой тщательно скрываемой иронии.
— А ты знаешь будущее?
— Не для всех. Но ваше знаю наверняка.
Заинтересовавшись, я подошел ближе.
— Ты, однако, нахал. И откуда же тебе известно именно мое будущее?
— Вы ведь прилетели на «Гренаде»? Вы иммигрант?
Догадаться о том, что я прилетел на «Гренаде», не составляло особого труда. Я еще не успел снять с чемодана багажного ярлычка, а «Гренада» оказалась единственным звездолетом в космопорту. Все же подобная наблюдательность старого китайца удивила меня.
— И что же, у всех иммигрантов одинаковое будущее?
— Не у всех, только у тех, кто прилетел на «Гренаде». Так вы хотите узнать? Всего два кредоса.
Цена показалась мне непомерной, но любопытство в моей специальности важный элемент профессионализма. К тому же оно не раз оказывало мне неоценимые услуги. Не став торговаться, я молча достал из кармана стопку мелочи и протянул старику две бумажки.
Он взял их небрежным жестом, словно делал мне одолжение, и дернул за хвост свою разомлевшую от жары мартышку. Та недовольно заверещала и несколько раз подпрыгнула на плече у хозяина, всем своим видом выражая негодование. Но в конце концов, успокоившись, принялась за работу.
Ее передние лапы замелькали с непостижимой быстротой, выделывая в воздухе странные кренделя. Когда магические пассы закончились, в руках у мартышки оказался небольшой желтенький пакетик с предсказанием. Она протянула его мне и с трагической миной на мордашке стала ждать, когда у нее заберут эту непосильную ношу.
Я готов был поклясться, что пакетик возник из воздуха. Животное ни к чему не прикасалось, и поблизости не было ни одного предмета, в котором могла бы скрываться записка.
Пожав плечами, я взял пакетик и собрался распечатать его.
— Не торопитесь, мистер. Для того чтобы предсказание сбылось, его необходимо прочитать через час после захода солнца.
— Это еще почему?
— Таковы условия. Не мне судить, кто и почему определяет правила. Я всего лишь посредник между вами и вашей судьбой.
Усмехнувшись, я спрятал конвертик в карман и пошел дальше. Признаться, я решил, что будущее окажется настолько нелепым, что предсказателю в момент совершения таинства лучше всего находиться подальше от клиента. Вся эта история показалась мне забавной, и я уже не жалел о потраченных кредосах.
Странно устроен человек, даже после тридцати лет в нем сохраняются остатки детской веры в чудо. Я прекрасно понимал, что предложение подождать до вечера — всего лишь хитрая уловка, и тем не менее открыл конвертик ровно через час после захода. Местные закаты длятся достаточно долго, и на улицах еще не успели зажечь фонарей. На белом листочке ничего не было. Я уж совсем было собрался бросить его в ближайшую урну, когда заметил, что на бумаге начали проступать слова.
«За вами следят, будьте осторожны». Едва я успел прочитать этот текст, как он исчез, а вместо него четко проступили совершенно другие строчки: «Две полные луны предвещают удачу в делах. Следуйте указаниям праведных». Смена текста произошла одновременно с последним ударом городских часов. Опоздай я хоть на секунду, и главный смысл послания оказался бы навсегда утраченным. Я демонстративно бросил записку в ближайшую урну, изобразив на лице искреннее негодование. Те, для кого предназначалась вторая записка, должны были ее обнаружить. Это отведет от старика возможные подозрения. Видимо, любой контакт со мной уже стал смертельно опасным. Но кто он, мой неожиданный доброжелатель?
Наверняка не из наших… У нас есть более простые и действенные способы общаться друг с другом, не привлекая внимания посторонних. Тогда кто он? Откуда знает обо мне? Откуда ему известно о слежке, которую я до сих пор не обнаружил, и существует ли она на самом деле?
Вопросы теснились в моей голове, однако, для того чтобы получить на них ответы, нужно было найти автора записки. Я знал, что это невозможно. Огромный незнакомый город окружал меня со всех сторон, и даже если я сумею отыскать перекресток, на котором сидел старик, его там скорее всего не окажется. Если за мной на самом деле установлена слежка, вернуться туда, где мне передали записку, будет далеко не самым умным поступком.
В любом случае сам факт этого послания говорил о том, что мое инкогнито раскрыто и скрываться дальше нет никакого смысла.
Решив получить подтверждение своим самым худшим предположениям, я неторопливо дошел до перекрестка, на котором начиналась Зеллингштрассе.
Мне достаточно было бросить один-единственный взгляд на дом номер восемнадцать, чтобы убедиться, что наша самая надежная явка провалена. Букетик цветов под мемориальной доской никому не известного космонавта давно засох. До того как здесь появились посторонние, эти цветы должны были заменяться ежедневно…
Больше не было никаких сомнений — я остался один на один с неизвестными и грозными противниками, которые обо мне знали все. Я же располагал слишком незначительными средствами и слишком скудной информацией, чтобы начинать борьбу…

Глава 2

А на Земле тем временем шел снег. До Управления внешней безопасности наконец-то дошло сообщение о том, что Барнудского отдела больше не существует. Сообщение, отправленное отделением соседней с Зидрой колонии, основывалось на слухах. Тем не менее руководство, обеспокоенное упорным молчанием Барнудского отделения, созвало совещание высоких чинов, чтобы решить наконец, что следует предпринять. Собравшиеся заведующие отделов все еще не могли до конца поверить в случившееся и говорили о Барнуде так, словно и этот город, и сама колония на Зидре представляли собой некую теоретическую проблему, не имеющую отношения к реальной жизни. В конце концов, их отделяло от этой планеты расстояние в десятки световых лет.
Присутствовали только главы отделов, совещание было закрытым, и вел его начальник внешней безопасности генерал Берсарин.
Совещание длилось уже второй час, пора было подводить итоги.
— Итак, мы не можем осуществить военную акцию. Я правильно вас понял? — Берсарин обращался к относительно молодому и от этого излишне самоуверенному заведующему отделом внешней политики полковнику Красникову. Тот утвердительно кивнул, щелкнул застежкой своей папки и еще раз, с некоторым нажимом повторил:
— У нас нет для этого ни малейших оснований. Нет даже официального подтверждения того, что отдел в Барнуде прекратил свою работу. В конце концов, могли отказать линии связи.
— Но ведь официальные сводки от местного федерального управления в Барнуде продолжают поступать?
— Конечно! Именно потому, что они поступают регулярно и не содержат в себе ничего экстраординарного, правительство не поддержит нашу просьбу о военной акции. У нас нет для ее обоснования никаких фактов. Никакой информации.
— Если мы будем сидеть сложа руки и ничего не предпримем, информация не появится! — возразил Красникову шеф оперативного отдела полковник Ветров, у которого в Барнуде бесследно исчезли несколько первоклассных агентов, работавших в местном отделении безопасности.
— Вы послали туда своего представителя и, насколько я понимаю, достаточно опытного.
— Что может сделать один человек в колонии, возможно уже отделившейся от Федерации?!
— Не будем фантазировать, попрошу придерживаться только известных фактов, — недовольно произнес Берсарин, обводя тяжелым взглядом своих подчиненных.
— Факты таковы. Наш агент не вышел на связь в положенное время. Прошла уже неделя после того, как рейсовый корабль, на котором он летел, произвел посадку на Зидре. И это все, что мы знаем наверняка. Остальное слухи и домыслы.
— Откуда известно о благополучном прибытии корабля?
— Есть официальное подтверждение местного колониального управления.
— Предположим, нашему агенту помешали воспользоваться космической связью.
— У нас в Барнуде был собственный канал, но он перестал работать год назад!
— Возможно, всего лишь поломка. Я говорю сейчас то, что нам скажут в правительстве, если мы выступим с официальным предложением военной операции. Пока несомненно одно. Необходимо что-то срочно предпринять нашими собственными силами.
— Какие на этот счет есть соображения? — спросил Берсарин, не любивший принимать ответственные решения самостоятельно.
— Мы могли бы послать корабль. Не военный, торговый, например. Но хорошо его подготовить.
— Слишком долго. Наш агент не продержится в одиночку полтора года. Возможно, уже сейчас он располагает ценнейшей для нас информацией. Надо ему помочь. Мы просто обязаны наладить хотя бы один канал связи с ним.
— Корабль необязательно посылать с Земли. У нас неплохая база на Галеде. Оттуда, если очень поторопиться, можно долететь за пару месяцев. Связь с Галедом работает нормально, — предложил Ветров.
— Вот это уже реальнее, — поддержал Ветрова Берсарин, сразу же уловивший в этом предложении возможность переложить всю ответственность за предстоящую операцию на главу оперативного отдела.
— Подготовьте необходимое распоряжение и позаботьтесь о том, чтобы команда корабля состояла из ваших лучших специалистов. Неплохо, если это будет частный торговец. Такие корабли иногда провозят контрабанду и хорошо платят таможенникам за то, чтобы досмотр проводился не слишком тщательно. Кстати, как ваш человек узнает, что прилетел именно наш корабль?
— Он будет искать любую возможность связаться с Землей, а прилет корабля — всегда чрезвычайное событие для любой колонии.
— Сможет ли наш агент продержаться там пару месяцев?
— Егоров сможет.
Я не продержался и двух дней. Все началось с этого проклятого предсказания. Именно после него я решил проверить явку на Зеллингштрассе и попал в ловушку.
Но, возможно, предсказание здесь ни при чем. Меня вели от самого космодрома. В любом случае мой путь должен был закончиться в одной из приготовленных заранее ловушек. Они прекрасно знали, как непросто взять живым хорошо подготовленного агента, а потому действовали с особой осторожностью.
Как только я увидел, что явка провалена, как только я собрался свернуть в боковой переулок и убраться прочь от этого места, я по напрягшимся мышцам спины, по холодным мурашкам на шее понял, что этого делать не следует.
Это было то, что я называл предчувствием опасности. Я всегда ощущал ее спиной, словно там у меня был спрятан невидимый глаз.
Как только они поймут, что я разгадал их план, они набросятся на меня немедленно. Нужно было вести себя так, словно я ничего не знаю о проваленной явке. Лишь тогда я мог выиграть несколько драгоценных минут и решить, что делать дальше.
В подъезде пахло гнилыми отбросами и человеческим потом. От застоявшейся жары воздух казался здесь совершенно непригодным для дыхания.
Я прошел мимо двери лифта и начал не спеша подниматься по лестнице. Квартира нашей бывшей явки находилась на четвертом этаже, и преследовавшие меня не могли знать, почему я не воспользовался лифтом. Возможно, таковы условия моего визита сюда. Как бы там ни было, это давало мне еще немного времени. Дверь подъезда за моей спиной даже не хлопнула. Было бы слишком по-дилетантски идти за мной в дом.
Но за каждым поворотом лестницы, за каждой закрытой пока дверью я чувствовал притаившихся, готовых к броску боевиков. Замершие в напряженном ожидании люди всегда излучают волны эмоций, и я их ощущал.
Хуже всего было то, что я оказался в ловушке совершенно безоружным. В космопорту слишком строгие проверки, и я не мог открыто провезти с собой оружие. Конечно, в моем багаже кое-что было, но с самой важной его частью я, опасаясь проверки на конечной станции, расстался еще по пути в город. Капсула, незаметно выброшенная из аэробуса в безлюдном месте, зарылась в землю и теперь ждет моего возвращения. К сожалению, она понадобилась мне слишком быстро…
Поравнявшись с пятьдесят второй квартирой, я, ни на секунду не задержавшись, пошел дальше. Они ждали меня внизу, наверху выхода из дома не было, по крайней мере так они считали, и, следовательно, здесь у меня появлялись наибольшие шансы прорваться.
Оставалась вероятность, что они перекрыли и этот путь, однако у меня не было другого выбора. Конечно, на всякий случай они должны были это сделать, и я не ошибся.
Уже на следующем повороте двери на лестничную площадку распахнулись одновременно с двух сторон, и четверо боевиков мгновенно оказались рядом. Я не новичок в рукопашных схватках, но это только в фильмах супермены могут вести бой одновременно с несколькими противниками. В реальной жизни достаточно простой подсечки сзади, чтобы жертва очутилась на полу.
Дальше все было совсем просто — щелкнули наручники, и я очнулся в закрытой кабине полицейского летательного аппарата, поджидавшего меня как раз там, куда я так стремился — на крыше дома.
Встреча с федеральным чиновником, к которому привел меня офицер полицейского наряда, была для меня полной неожиданностью. Хотя бы потому, что полиция, как правило, не водит арестованных сотрудников федеральной безопасности на прием к официальным лицам. К тому же этот чиновник оказался женщиной, а я, тщательно изучив досье не такой уж большой зидровской администрации, знал, что в руководстве колонии женщин не было. Но на этой женщине был мундир со знаками различия первого помощника управляющего, и мне оставалось только предположить, что ее назначили уже после моего отлета с Земли.
Было, правда, еще одно, гораздо более правдоподобное объяснение — вся эта встреча не более чем полицейская мистификация. Однако даже в этом случае оставалось непонятным: почему они выбрали женщину? И почему именно эту женщину?
Как бы там ни было, мне предстоял непростой психологический поединок. Необходимо было хорошо изучить своего нового противника. Наручники с меня сняли еще в прихожей, и сейчас я сидел, растирая руки, чтобы восстановить кровообращение, откровенно ее разглядывая и всем своим видом показывая, что я думаю о той встрече, которую для меня подготовила местная администрация.
Не знаю, какому умнику пришла в голову идея обязать женщин из правительственных учреждений носить форму. Из-за мешковатого серого пиджака трудно было определить, что собой представляла ее фигура. Что же касается лица, то оно не было красивым, скорее наоборот… Излишне большой рот, неправильные черты, даже большие глаза ее не украшали, они смотрели сквозь собеседника в какие-то одной ей доступные дали и делали женщину похожей на манекен.
На лацкане ее пиджака висела небольшая табличка с фамилией, и, несмотря на мелкий шрифт, мне удалось узнать, как ее зовут.
«Л. Брове».
Что именно означало «Л», я не понял, скорее всего первую букву имени. Лидия? Лариса? Лания? Неважно. Достаточно и того, что теперь мне была известна ее фамилия. При первой же возможности я запрошу в информатории ее досье и буду знать о ней гораздо больше, чем она может предположить.
Пауза слишком затянулась, но, похоже, это ее не смущало. Я тем более не спешил начинать разговор. Наконец, в свою очередь составив представление о моей персоне, она сказала:
— Я хочу, чтобы наш разговор остался конфиденциальным. Он будет откровенным, по крайней мере с моей стороны.
— Какой смысл в конфиденциальности? Ваш кабинет наверняка прослушивается, а каждое произнесенное здесь слово фиксируется.
— Вы ошибаетесь. То есть, конечно, здесь есть подслушивающие устройства, однако они фиксируют лишь то, что для них подготовили компьютерные синтезаторы наших голосов.
Она щелкнула какой-то клавишей под крышкой своего стола, и я услышал часть «нашего» диалога.
— С какой целью вы прибыли на планету?
— Я эмигрант. Подыскиваю подходящую работу.
— Почему вы не зарегистрировались в эмиграционном бюро?
— Я не успел этого сделать. Я прилетел только вчера.
— Перестаньте лгать, нам известно о вас все. Вы специальный агент внешней безопасности. Какое задание вы получили?
— Я не получал никакого задания. Это трагическая ошибка. Я самый обычный эмигрант. Я надеялся найти здесь вторую родину, а вместо этого….
И так далее. Это могло продолжаться до бесконечности. Я понял, что над текстом диалога поработали психологи, а качество технического обеспечения вызывало уважение: я не смог отличить собственный голос от этой подделки. Но самое главное, из этого «случайно» подобранного кусочка, мне дали понять, что она знает, кто я такой.
— Неплохо, — одобрил я, — но зачем вам понадобилось проделывать всю эту непростую работу?
— Сейчас вы поймете. Администрацию «Феникса» предупредили о вашем прибытии, и они сделали все от них зависящее, чтобы заполучить вас как можно быстрее. Но мы их опередили, и в результате вы оказались в офисе местного мэра.
Я не верил ни одному ее слову, а потому не скрывал иронии.
— Впечатляюще. Вы уверены, что в этом есть какая-то разница? По нашим данным, вся местная администрация давно куплена агентами «Феникса».
— Не вся администрация. Есть люди, которые до сих пор сопротивляются захвату колонии. Их немного, у них нет достаточных сил для открытой борьбы, но такие люди существуют и они заинтересованы в том, чтобы как можно скорее получить помощь от Федерации. Именно поэтому вы здесь.
Похоже, она говорила искренне. Во всяком случае, так это выглядело, и мне очень хотелось ей поверить. В моем положении не следовало отказываться от любого сотрудничества. Конечно, до тех пор пока я не получу убедительных доказательств того, что такое сопротивление существует на самом деле, мне придется соблюдать максимальную осторожность. Но даже если ее предложение всего лишь уловка, подготовленная моими противниками из «Феникса», даже в этом случае, принимая условия данной игры, я получал большую свободу действий. Альтернативой ее предложению в лучшем случае была одиночная камера в местной тюрьме или бесследное исчезновение еще одного агента.
— Так чего же вы от меня хотите? Я ведь не командую федеральным флотом.
— Нам нужно знать, что именно предпримет правительство Федерации после того, как вы не выйдете на связь в установленный срок?
Это был очень важный вопрос. Возможно, от него зависела моя дальнейшая судьба.
— А почему вы уверены, что связи не будет?
— Потому, что если мы не договоримся о сотрудничестве, вами займется служба безопасности «Феникса», а тот, кто попадает в ее застенки, никогда не возвращается обратно.
— Ну, хорошо. Попробую вам ответить, хотя, конечно, это будет всего лишь предположение. Они пошлют на Зидру боевой корабль. Возможно, даже целую эскадру. Их уже давно беспокоит ситуация в Барнуде, и они не будут скупиться.
Л. Брове скривила губы в презрительной усмешке.
— Полтора года, которые им потребуются на перелет, слишком большой срок. За это время «Феникс» успеет закончить все приготовления для достойной встречи.
С минуту она молчала, постукивая по столу кончиком электронного карандаша и по-прежнему не глядя в мою сторону, словно разговаривала сама с собой.
— А если мы организуем для вас доступ к каналу космической связи, изменит ли что-нибудь ваше сообщение? Может Федерация ускорить присылку боевых кораблей на Зидру?
Если у Л. Брове был доступ к каналу связи, то без «Феникса» здесь не обошлось, иначе они бы воспользовались таким каналом задолго до моего прибытия.
— Ну, если сообщение будет достаточно тревожным… — Я начал опасную игру и знал, что от того, насколько правдоподобно мне удастся исполнить взятую на себя роль спасителя Барнуда, зависит не только моя собственная судьба. — Если мне удастся убедить их в том, как серьезна ситуация на Зидре, возможно, они сочтут необходимым организовать отправку кораблей с ближайшей к вам колонии на Регасе. Там нет боевых кораблей, и срочная организация военной экспедиции оттуда обойдется недешево. Зато такая экспедиция способна оказаться на Зидре через несколько месяцев.
Я ожидал какой-то реакции на свое сообщение, но ни одна жилка не дрогнула на лице этой женщины, даже в выражении ее отсутствующего взгляда ничего не изменилось. Пауза затянулась, и я уже начал сомневаться в том, дошел ли до нее смысл сказанного. Наконец она произнесла так тихо, что я едва разобрал слова:
— Даже несколько месяцев слишком большой срок. Вы не представляете, что здесь творится… Но, по крайней мере, в этом случае у нас остается надежда. Возможно, нам удастся продержаться до прибытия земного флота… Им понадобятся нейтронные бомбы…
— Нейтронные бомбы? Я надеюсь, вы шутите? Вы знаете, что представляет собой это оружие? При ковровой бомбардировке они способны расплавить кору планеты.
— Оставим это. После того как вы ознакомитесь с ситуацией, вы сами решите, какое оружие здесь необходимо применить. Любые мои слова покажутся сейчас неубедительными.
— Каким образом вы собираетесь получить доступ к каналу космической связи?
— Силой, разумеется. «Феникс» давно контролирует станцию связи.
— Но, если вы в состоянии это сделать…
— Чего мы ждали до сих пор? Вряд ли к нашему сообщению на Земле отнеслись бы с должным вниманием. Мы лишь недавно начали понимать, что здесь происходит на самом деле. К тому же за подобную операцию придется заплатить жизнями многих наших людей. — Она сняла свои большие очки с затененными стеклами, и ее лицо сразу же стало беспомощным и каким-то потерянным. — Мы постараемся обеспечить вашу безопасность, хотя это будет совсем не просто. Не знаю, стоите ли вы всех этих усилий.
— О своей безопасности я позабочусь сам! — Мои слова прозвучали излишне резко, почти вызывающе, но мне уже порядком надоела вся эта недосказанность и женская игра в психологический поединок.
Л. Брове, казалось, не обратила на мою фразу ни малейшего внимания.
— Мой секретарь, Зеленски, снабдит вас надлежащими документами и поможет незаметно покинуть здание. Всего хорошего, мистер Егоров.
Как-то слишком уж быстро она попрощалась. Я чувствовал растерянность и неудовлетворенность. К концу разговора я ей почти поверил — но, видимо, слишком поздно. Что-то важное я упустил во время нашей встречи. Вероятно, она почувствовала мое недоверие и не стала делиться со мной важной информацией.
— Каким образом мне с вами связаться?
— В этом нет необходимости. Если мы решим захватить станцию связи, мы вас найдем.
«Ну, это вряд ли…» — подумал я, направляясь к двери. Уже у самого порога, неожиданно для себя самого, я остановился и, не оборачиваясь, спросил:
— Я увижу вас снова?
Впоследствии я много размышлял над тем, за каким дьяволом мне понадобилось ее об этом спрашивать? Ведь не из вежливости же? Меньше всего мне хотелось быть вежливым с этим синим чулком. К тому же в первый момент она показалась мне попросту некрасивой.
Но вот потом, когда она сняла очки, или даже немного раньше, когда грустно улыбнулась каким-то своим, скрытым от меня мыслям, я почувствовал в ней некую затаенную, не сразу заметную женскую привлекательность… Как бы там ни было, вопрос я задал, и ответ вполне соответствовал моему первому впечатлению от этой женщины.
— Не уверена, что мне доставит удовольствие ваше общество.

Глава 3

Зеленски оказался препротивным сухоньким старикашкой, всю жизнь проведшим за компьютерным дисплеем в каком-нибудь архиве. Подобный образ жизни не мог не испортить ему характер.
Часа два он занимался совершенно бесполезной работой по изготовлению мне документов, которыми я не собирался пользоваться. Правда, он не мог об этом знать. У меня были на этот случай свои собственные правила и свои средства, и я не хотел никому оставлять визитных карточек.
Как только мы покинем здание колониальной администрации, эмигрант Вельский исчезнет, испарится бесследно. Больше я не собирался повторять ошибок, из-за которых оказался на крючке у местной администрации.
Но, поскольку оставалась небольшая вероятность того, что Л. Брове говорила правду о существовании сопротивления всевластию «Феникса», мне следовало, прежде чем исчезнуть, запастись какими-то координатами этих людей, адресом сетевой почты или номером вифона, чтобы иметь возможность в случае необходимости с ними связаться.
Я уже пытался сделать это в кабинете Брове, но ее ответ «Мы сами с вами свяжемся, когда это будет необходимо», совершенно меня не устраивал. Теперь я попытался максимально осторожно выудить информацию из мистера Зеленски.
Это оказалось намного проще, чем я предполагал. В ответ на мой вопрос, как позвонить в управление губернатора, он швырнул на стол толстый официальный справочник. Там была даже фамилия Брове и, конечно же, самого Зеленски. Я понимал, что, кроме этих официальных линий, наверняка прослушивавшихся людьми «Феникса», существуют и другие. Но к ним мне доступ был заказан. Приходилось довольствоваться тем, что есть. Записывать номера мне не понадобилось, достаточно было на них взглянуть: любой агент моей квалификации обладает фотографической памятью.
Наконец идентификационная карточка была готова, и мы вместе с мистером Зеленски вновь оказались на улицах Барнуда. На этот раз, к счастью, без охраны и без наручников. Впрочем, это мало что меняло. Я знал, что плотное кольцо наблюдателей окружает нас со всех сторон, и чтобы избавиться от них, понадобится все мое искусство.
Я не был оперативником, в мои обязанности входил общий предварительный анализ нестандартных ситуаций во внешних колониях. Детальной разведкой враждебных Федерации планет занимались другие люди. Но, конечно же, моя работа требовала специальной подготовки, которую я прошел.
Сложность состояла в отсутствии достаточной практики. Моя деятельность редко выходила за рамки общего научного анализа, а необходимую для этого информацию я, как правило, без особых трудов получал у местной администрации. И лишь в Барнуде все оказалось гораздо сложнее, чем предполагало мое начальство.
Мы с трудом продвигались по раскаленным от жары транспортным коридорам города. Даже четыре мигалки, расположенные на крыше машины Зеленски, мало помогали. Водители почти не обращали на них внимания. Чувствовалось, что мэрия полностью утратила контроль над городом.
Мне не пришлось слишком долго ждать удобного случая, чтобы отделаться от мистера Зеленски. В одной из повсеместных пробок, когда машина застряла недалеко от тротуара, я открыл дверь и выпрыгнул наружу. Очевидно, Зеленски ожидал с моей стороны подобного поступка и мой побег входил в планы мэрии. Как бы там ни было, он и пальцем не шевельнул, чтобы меня остановить.
Я неторопливо вошел в ближайшее общественное здание, в широкие двери которого вливалась с улицы измученная жарой толпа народа. Это оказался очередной торговый центр. Похоже, город состоял из одних магазинов, и оставалось совершенно непонятным, где проводили свободный от покупок остаток жизни тысячи толпившихся у внутренних витрин людей.
Я невзлюбил здешнюю толпу за характерный запах пота, за излишнюю суетливость и за тот мрачный ментальный фон, который превалировал тут над всеми другими настроениями. Невесело жили барнудцы, совсем невесело… Но приходилось мириться с этим, поскольку именно такие места, забитые незнакомыми друг другу людьми, предоставляли наилучшую возможность оторваться от наблюдателей.
То, что их кольцо по-прежнему не отпускало меня ни на минуту, я ощущал с момента, когда мы оставили здание мэрии. Я не знал, кто именно вел за мной наблюдение, — мэрия или агенты «Феникса», да это и не имело особого значения. Прежде чем сменить облик и превратиться в совершенно другого человека, я должен был решить две задачи: оторваться от любого наблюдения и найти капсулу с моими вещами, выброшенную из окна аэробуса.
То, что с ней все в порядке, я знал благодаря крохотному желтому огоньку на циферблате моих наручных часов. Маяк продолжал работать, и это означало, что к капсуле никто не прикасался.
Возможно, со второй частью задачи стоило повременить, в конце концов для предварительного перевоплощения у меня было все необходимое, включая местную идентификационную карточку, выписанную на этот раз на имя Ресовского. Я никогда не отправлялся на задание без двойного комплекта документов.
С полчаса я слонялся по торговым залам, ежеминутно меняя эскалаторы и транспортные дорожки. У меня был вид очень спешащего человека. Таких в эти утренние часы в торговых залах было немало, и мою манеру движения отличало лишь то, что время от времени я неподвижно застывал у зеркальных витрин, мгновенно запоминая лица проходящих мимо людей и сравнивая их с теми, кто окружал меня во время предыдущей остановки. Хотя повторявшихся личностей не удалось отметить, я все еще не был уверен, что мне удалось избавиться от наблюдения. Следовало провести завершающий бросок, называющийся на нашем профессиональном сленге «обратным прыжком».
Всем своим видом показывая, насколько я устал от беготни по эскалаторам, я расположился в небольшом кафе у самого выхода, которое приметил заранее, как только оказался в торговом зале. Оно подходило для «прыжка», поскольку от стойки до остановки аэробуса было не больше тридцати метров.
Крохотные вагончики общественного транспорта, передвигавшиеся на магнитной подушке, как нельзя лучше подходили для моих целей хотя бы потому, что невозможно было угадать заранее, машина какого именно маршрута подойдет к остановке.
Маршрутов было не меньше сорока, и за те несколько секунд, что оставались у пассажиров, после того как они могли увидеть на табло номер маршрута и название конечной станции, далеко не все успевали сообразить, подходит ли им этот вагон. На посадочной площадке почти каждый раз возникала толчея. Одни люди рвались к вагончику, другие, наоборот, стремились отойти от него на безопасное расстояние.
Я заказал кофе и пиццу, а затем вольготно расположился в кресле, явно приготовившись к долгому ожиданию заказа. На лице у меня появилось хорошо заметное для посторонних наблюдателей скучное выражение никуда уже не торопившегося человека. Я почти задремал. Но как только заметил сквозь прикрытые веки подходивший вагончик аэробуса, неожиданно швырнул деньги на стойку и бросился к выходу.
Меня попытались остановить, когда до вагончика оставалось всего несколько метров. Двое парней в синтетических куртках неожиданно оказались рядом. Они должны были обладать великолепной реакцией, для того чтобы успеть проделать этот фокус.
— И куда это мы так спешим? — спросил один из них, делая подсечку. Я не оперативник, но занятия фон-ху мое хобби, весьма поощряемое начальством.
Тот, кто делал подсечку, упал на край платформы, едва не свалившись вниз, второй опоздал на какую-то долю мгновения, да так и не успел довести до конца свой удар, натолкнувшись на мой защитный блок. Он отшатнулся назад, и я успел вскочить в аэробус, когда двери уже захлопывались. Это было как раз то, что нужно.
Теперь следовало проделать последнюю, завершающую стадию операции и проверить, не пропустил ли я кого-нибудь из своих преследователей внутрь машины, пока был занят схваткой с теми двумя.
Провожаемый изумленными взглядами пассажиров, которым не каждый день доводилось видеть подобную посадку, я, протиснувшись сквозь узкий проход к водителю, сказал:
— Извините, я, кажется, перепутал маршрут и сел не на тот кар. Не могли бы вы меня высадить на ближайшей станции?
— Моя первая остановка на Раменштрассе. Раньше ничего нет.
— В таком случае, сделайте для меня исключение, я опаздываю.
Хрустящая банкнота в двадцать кредосов придала моей просьбе необходимую весомость, и спустя несколько минут я уже сидел в аэротакси, летевшем в прямо противоположном направлении.
За окном мелькнула веранда кафе, которое я так неожиданно покинул десять минут назад, и, заметив среди пассажиров, ожидавших очередной вагончик, пару знакомых лиц, я злорадно усмехнулся.
Несколько раз поменяв такси, я закончил машиной с автопилотом, у которого в конце стер память о последнем маршруте. В результате я оказался на окраине китайского сектора Барнуда.
Где-то здесь обитал мой таинственный доброжелатель со своей обезьянкой, но не его я искал, понимая, что в этом огромном человеческом муравейнике найти его будет так же трудно, как и меня самого, если только сотрудники мэрии не ухитрились прицепить мне жучок. Я был предельно внимателен, однако это все равно необходимо было проверить.
Выбрав тихую улочку, которую еще не успели заполнить толпы спешивших на работу горожан, я прошел вдоль длинного ряда передвижных продовольственных лавочек на колесах. В каждой из них что-то жарилось и варилось. Длинные связки неизвестных мне овощей, приправ и подозрительных с виду насекомых, которых заворачивали в хорошо прожаренное тесто, напомнили мне, что за всей этой утренней суетой я не позавтракал, если не считать той пиццы, которую оплатил, но так и не успел съесть.
Было довольно рискованно заказывать еду в китайской передвижной харчевне, но я подумал, что ежедневно тысячи людей пользуются услугами таких лавочек, и никто из них еще не умер.
По крайней мере здесь нет следящих телеметрических глаз, которыми оборудованы все приличные кафе в этом городе. Они не только следили за тем, чтобы посетители аккуратно оплачивали свои заказы, но и фиксировали наблюдения на мнемокристаллах.
Выбрав в тележке китайца что-то, внешне похожее на тонкую прозрачную лапшу, которая и на самом деле оказалась рисовой лапшой, я уселся в глубокой тени навеса за маленьким пластиковым столиком и, пока готовилось заказанное блюдо, принялся тщательно исследовать свою одежду, не пропуская даже носков и ботинок. Трудно предположить, что кто-то ухитрится незаметно сунуть жучок тебе в ботинки — но подобную проверку следовало делать тщательно и методично.
В конце концов я обнаружил целых два жучка. Один под воротником пиджака, а второй в рукаве. Это означало, что мое местонахождение известно и позавтракать мне опять не удастся. Уничтожив жучки, я расплатился с огорченным китайским поваром, которого не смогла утешить даже двойная плата за его невостребованные труды, и вновь нырнул в толпу.
В плотном человеческом потоке у меня возникает довольно странное и порой весьма обманчивое чувство безопасности — почти безмятежности. Не знаю толком, с чем это связано, — возможно, с тем, что каждый из этих людей занят своими собственными мыслями и почти не замечает окружающих.
Я пытался разобраться, почему мои противники так сильно заинтересовались мной. Если бы дело заключалось лишь в том, что я им мешаю, они бы меня уничтожили еще в космопорту, да и позже, в мэрии, у них были для этого все возможности.
Нет, дело не в этом. Скорее всего они надеются с моей помощью задержать отправку военного корабля Федерации, не зря Л. Брове так интересовалась датами отправки.
Интересно все же, работает она на «Феникс» или на Зидре существует какая-то третья сила? Жучки окончательно убедили меня в том, что от мэрии нужно держаться подальше. Скорее всего их прицепил мистер Зеленски — у него для этого было больше возможностей и времени. В кабинете Л. Брове нас все время разделял стол, она это сделать не могла.
Хотелось бы мне знать, докладывал ли ей Зеленски о проделанной работе? Давала ли она ему подобное поручение? В конце концов это не имело большого значения. Мне лишь хотелось выяснить: почему я стараюсь оправдать эту женщину и почему мне приятно думать о ней? Неужели все дело в том, что перелет был слишком длинным, а она оказалась первой женщиной, с которой мне довелось контактировать на этой планете?
Но ведь я могу выбрать любую из этой толпы… Я знал, что благодаря постоянным тренировкам и усилиям лучших косметологов нашего отдела моя внешность производит на женщин достаточно сильное впечатление — что поделать, мужское обаяние одна из частей нашей работы. И притом совсем не маловажная часть.
Вместо того чтобы бессмысленно скитаться по городу в ожидании вечера, я мог бы приятно провести время вот с этой китаянкой, например, застывшей у витрины с драгоценностями. Что ей там так понравилось, ожерелье из жемчуга? Я мог бы купить ей целых два и при этом не потратить ни копейки из собственного кармана. Мой шеф не скупится на подобные мелкие расходы, если сотрудник хорошо справляется с заданием.
Но я не задержался у витрины, хотя, надо признать, среди метисок с примесью китайской крови встречаются удивительно красивые женщины, и эта была как раз такой. Мне нужна была Брове, и это открытие настолько удивило меня, что я замедлил шаг, стараясь разобраться в собственных чувствах.
Что ей придало такую прелесть в моих глазах? Неужели лишь связанная с ней опасность? Этого явно было недостаточно.
Существовала другая причина, заключавшаяся в ней самой. Какая-то скрытая женская привлекательность, незаметная с первого взгляда. Тем не менее встречаться с Брове в ближайшее время мне скорее всего не придется.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2018г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.