Библиотека java книг - на главную
Авторов: 46459
Книг: 115290
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Сказки не по правилам»

    
размер шрифта:AAA

Ая эН
Сказки не по правилам

© Ая эН, текст, 2014
© ЗАО «РОСМЭН», 2014

* * *



Злушка-Вреднюшка и хрустальные ролики


У одного почтенного человека по фамилии дядя Гриша Мудроглупкин было три дочери: одна – родная, а две – удочеренные. Это он во второй раз женился на женщине с двумя детьми, а родная дочь от первого брака осталась. Ну, вы и сами знаете, это во всех сказках так принято. Вот. Новая жена своих дочек любила, а падчерицу – не любила, а просто… обожала, вот! Хотя за что – непонятно. Наверное, за то, что свои девочки у нее были тихие, послушные, рассудительные – ну прямо как взрослые – и с ними было неинтересно. А от мудроглупкинской дочки всего можно было ожидать, и это вносило некоторое разнообразие в размеренную жизнь семьи. Настоящего имени девочки никто, как водится, не помнил, а звали ее попросту Злушка-Вреднюшка, потому что она всегда все делала всем назло и вообще страшно вредничала. Но все вокруг были людьми добрыми и ее прощали. А она из-за этого еще больше злилась и еще сильнее вредничала.
А чтобы Злушка не успевала особенно много чего испортить, бедным родителям приходилось загружать ее работой с утра до вечера. Злушку заставляли мыть посуду, в которой она готовила гремучие смеси для учительницы математики, стирать и штопать простыни, пущенные ею на костюмы для привидений, и ежедневно причесывать своих сестер, выпутывая из их волос колючки и репейники. Причем колючки Злушка не выбрасывала, а собирала в пакетик, чтобы на следующий день использовать их по второму разу. Однажды Злушка-Вреднюшка взяла, смешала все крупы в доме и свалила их в кучу прямо посреди кухни. А вместо того чтобы достать пылесос и самой за собой убрать, она притащила в дом всяких птиц и мышек из живого уголка, наивно думая, что они ей помогут. Потом Злушка отправилась спать на каких-то грязных мешках в чулане (мягкую и чистую постель она с детства не переваривала), а ее сестрам долго еще пришлось ловить птиц и отмывать полы.
И вот как-то раз был большой бал. Бал был выпускной, а может, даже новогодний и проходил в школе, где учились все три сестры, мама работала завучем, а папа – директором. Сами понимаете, всех Мудроглупкиных туда пригласили в полном составе. Стали они наряды готовить. А Злушка-Вреднюшка руки в боки – не пойду, и все! Родные ее и так и этак уговаривают – бесполезно.
– Ладно, – говорит, – я пойду. Стану посреди зала и буду в носе пальцем ковырять, чтоб вам за меня стыдно было.
– Не в носе, а в носу! – поправляет ее старшая сестра Рита.
– О’кей, в носу, – соглашается Злушка. – А еще в ухах.
– Не в ухах, а в ушах, – говорит средняя сестра, Римма.
– Ладно, уговорила! Но только чур в твоих, сестричка!
Ну что ты тут будешь делать!
А Злушке на самом деле очень хотелось попасть на бал. Только она не могла в этом никому признаться. Когда сестрички с родителями уехали, Злушка забилась в уголок любимого чулана и горько заплакала. Такой она чувствовала себя несчастной и одинокой! В этот момент мимо их дома проходила крестная Злушки-Вреднюшки, тетушка Фея. Никакой феей она конечно же не была, но зато работала самым настоящим психологом в местном детском садике, а это тоже было совсем неплохо!
– Что с тобой, дитя мое? – спросила Фея, вытаскивая заплаканную крестницу из грязного чулана. – Ты хочешь поехать на бал?
– И ничего подобного! – буркнула Злушка, вырываясь из рук тетушки.


– Но стесняешься… – продолжала догадливая тетя.
– Вовсе нет! – огрызнулась Злушка.
– А стесняешься ты того, что грязная, непричесанная, вести себя не умеешь, аккуратно кушать не научилась. Пригласят тебя на танец – а ты, как раскоряка, ни одного движения не знаешь…
– Больно надо мне чего-то знать! – крикнула Злушка и, заходясь в рыданиях, добавила: – А еще… еще… еще я не знаю, куда девать руки, когда на меня надевают эти дурацкие нарядные платья с оборочками! А там, на этом балу, должен быть Принц Гоша из девятого «А»!
– Да-а, это проблема, – вздохнула Фея. – Что же нам делать? Знаешь, я могла бы подарить тебе хрустальные туфельки… А он как принц – по наследству?
– Нет, по прозвищу. Я не умею носить туфли на каблуках. Тем более хрустальные. Буду там дура дурой!
– Нет-нет, только не это! – тут же согласилась с ней крестная. – Одеваться надо так, чтобы чувствовать себя уверенно. В этом ты абсолютно права.
– А я чувствую себя уверенно только на роликах! – сказала Злушка и опять разрыдалась, размазывая по лицу слезы и сопли.
К ее удивлению, тетушка Фея этому страшно обрадовалась и даже захлопала в ладоши.
– Это идея! – закричала тетушка. – Ты отправишься на бал на роликах! Но это будут не обыкновенные ролики, а ролики с хрустальными колесиками! У меня найдется парочка.
(Все-таки это была не совсем обычная тетушка.)
– Круто! – сказала Злушка, представив себя на хрустальных роликах. – А как насчет прикида?
– В смысле, что ты наденешь? – уточнила тетя. – Да сообразим что-нибудь! В конце концов, что мы с тобой, не женщины, что ли!
И они сообразили. Да так, что, когда Злушка глянула на себя в зеркало, пульс у нее был, наверное, двести ударов в минуту! Из зеркала на нее смотрела не зачуханная Злушка-Вреднюшка, какой она привыкла себя считать, а какая-то красавица-раскрасавица с обложки модного журнала. Да еще на хрустальных роликах.
– Атас! – восхищенно прошептала Злушка. – Но все равно я никуда не поеду.
– Почему?
– Не могу! Меня все равно все узнают, и что скажут? Вот, мол, глядите, Злушка наша как выделывается! Представляешь?
– Понятно, – сказала Фея. – Тебе слабо. Ничего не поделаешь. Отдавай ролики.
– Мне слабо?! Да я… Хотя вообще-то по-честному… Я все-таки не могу, – призналась Злушка.
– Ладно, я тебе и тут помогу, – смилостивилась Фея. – Я объявлю, что ты иностранная принцесса, приехала к нам в школу по обмену учащимися. Приехала тайно, против воли своего папы – короля. А чтобы тебя никто не узнал (ты же тайно приехала!), ты вынуждена носить маску.
И тетушка надела на свою крестницу большую серебристую бабочку с прорезями для глаз.
– Только у меня два условия, – продолжила она. – Во-первых, ты должна как можно меньше болтать, а то твой русский…
– Обязательно займусь им сразу же после бала! – пообещала Злушка.
– А во-вторых, ты должна вернуться домой раньше своих родителей. Крайний срок – двенадцать ноль-ноль. Сверим часы…
И Злушка-Вреднюшка отправилась на бал. Когда она въехала в зал на новеньких хрустальных роликах, все были просто поражены.
– А я и не знала, что в природе существуют такие ролики! – шепнула на ухо дяде Грише его жена. – Обязательно надо будет купить такие же нашим девочкам!
Принц Гоша из девятого «А» не отходил от незнакомки ни на шаг, и вообще все было просто классно! Без пяти двенадцать Злушка засобиралась домой.
– Старая привычка, – объяснила она Гоше. – У нас во дворце в двенадцать – отбой.
– Я тебя провожу, – сказал Гоша.
– О’кей! – величественно согласилась иностранная принцесса. Но надо ли говорить, что такая перспектива ее совершенно не устраивала. Поэтому она улучила момент и, пока принц Гоша натягивал куртку, стремглав бросилась вон.
И все бы ничего, но здание школы, в котором проходил бал, как-то давно не ремонтировалось. Лестница, ведущая на второй этаж, была старая, ступени с выщерблинами… Убегая, вернее, укатываясь по этой лестнице, бедная Злушка чуть не сломала себе шею и чудом вырулила, потеряв по дороге одно колесико. (Убедительная просьба: никогда не катайтесь по школьным лестницам на роликах!) Принц Гоша Злушку не догнал. Он ужасно расстроился, слопал с горя три с половиной шоколадки, а потом повесил колесико на цепочку и носил его на шее как талисман. И хотя цепи с талисманами носить в школе было категорически запрещено, директор дядя Гриша в Гошином случае пошел на уступку. Директора – они тоже люди и кое-что в жизни иногда понимают…
Ну вот, собственно, и все. Как это «все»? А очень просто! Можно было бы, конечно, рассказать, как потом принц Гоша нашел Злушку-Вреднюшку, которую к тому времени уже никто не называл Злушкой, потому, что она очень изменилась, научилась себя вести и даже организовала секцию по спортивному катанию на роликах, и как все у них потом было хорошо. Но, во-первых, все это и так уже ясно, во-вторых, я расскажу об этом как-нибудь в другой раз, а в-третьих, вы уж лучше дальше сами допридумывайте, договорились?

Чар-быг и языковой барьер


Агарджа Мнгна каждый день помогала маме печь фэрэргу – большую маисовую лепешку, которую ели, отрывая от нее кусочки и обмакивая их в фасолевый соус. Поскольку в Африке постоянно жара, а холодильника у семьи Мнгна не было, еду приходилось готовить ежедневно. Кстати, кондиционера, микроволновки, посудомоечной машины и прочих подобных глупостей в их хижине тоже не наблюдалось. Комфорта мало, зато и пыли меньше. И вообще жили Мнгни очень … монотонно, вот. Мужчины в основном работали на дальних полях, женщины – на ближних полях и дома, по хозяйству. Веками практически одно и то же. Но Агарджа об этом не задумывалась. Она любила помогать маме, и к семи годам точно знала, что и как надо делать.
Один раз мама Агарджи заболела. Она лежала на циновке на женской половине хижины и стонала. Ей было слишком плохо, для того чтобы готовить обед. Папа Агарджи и два ее старших брата ушли, как всегда, работать в поле, а Агардже сказали:
– Смотри, не позволяй маме печь фэрэргу! А то дух огня, страшный Чар-быг, увидит, что женщина, вызывающая его, очень слаба, и заберет маму к себе. Мы обойдемся сегодня бананами и гамбургерами.
– Ясен пень, не позволю! – ответила Агарджа. – А можно, я залезу в Интернет и посмотрю, кто такой Чар-быг?
Ой, нет! Ну, что же это я?! Какие гамбургеры? И Агарджа не могла так ответить! И «ясен пень» в Эфиопии не говорят, и если у людей нет холодильника, то, ясен пень, компьютера с Интернетом тоже скорее всего быть не может… Агарджа просто покорно кивнула, и все.
Некоторое время Агарджа сидела около мамы и играла. Потом мама заснула. А Агарджа решила испечь фэрэргу самостоятельно. Дело в том, что тесто для фэрэрги делается заранее, аж за два дня (нет, без дураков, это на самом деле так по рецепту), а потом печется почти как наши блины. Только блины у нас маленькие, размером с тарелку, а фэрэрга огромная, как… Ну, вот соедини руки, будто обхватываешь большой мяч. А теперь представь, что мяч стал еще больше. Ох, пальцы уже не соприкасаются… Вот такого размера настоящая фэрэрга. Чтобы такая громадная лепешка пропеклась нормально, ее и наливают на здоровую черную сковородку сначала по кругу, по краешку, потом по кругу ближе к серединке, потом еще ближе и, наконец, в самую серединку. Агарджа все это помнила и не сомневалась, что отлично справится. Вот только бы злой Чар-быг из огня не вылез!
А в это время в северном русском городе Мурманске, в обычной трехкомнатной квартире, с холодильником и кучей обогревателей, сидела, упершись в экран компьютера, Леночка Медведева. Уроки в Лениной школе отменили по причине страшных морозов, вот она и торчала дома. А родители Лены ушли с утра на работу, которую никто не отменял. Вообще-то Лена залезла в Сеть с благородной целью – она собиралась написать интересное сочинение на тему: «В какие глупости верят люди в разных уголках мира». Но найдя первые три глупости, увлеклась, и стала читать про остальные глупости. И никак не могла решить, о какой из них написать в сочинении. Наконец она решила остановиться на африканском духе огня, злобном Чар-быге. Он, кажется, был самым нелепым.
Чар-быг был ростом больше, чем слон, и меньше, чем муха цеце. Он был совершенно немой, но его голос напоминал раскаты грома. Он был лысый, как змея, и волосатый, как обезьяна. А еще он больно кусался, хотя у него никогда не было ни единого зуба. Кроме всего прочего, Чар-быг питался теми, кто неправильно пек фэрэргу – большую маисовую лепешку.
«А что, это идея!» – подумала Лена и позвонила маме.
– Ма, это я! – сказала Лена. – Слушай, помнишь, ты притащила как-то маисовую муку, ну, такой экзотический пакет, тебе его подарил кто-то? Мы еще не знали, что из нее делать? Что? Ага, тот самый… Я тут рецепт один откопала, хочу попробовать испечь. Можно? Фэрэрга называется. Фэ-рэр-га. Ну ладно, пока!
Лена нашла муку и замесила тесто. По правилам оно должно было томиться два дня, но терпеть столько Лена не собиралась. Она поставила на плиту самую большую сковородку и зажгла газ…
Дух огня, злобный Чар-быг, был ужасно голодный. Вот уже целых четыре с половиной года он питался одними переспелыми бананами. Согласно давно установленным правилам, окромя переспелых бананов, Чар-быг мог в неограниченном количестве есть людей, но только тех, которые неправильно пекли фэрэргу. А люди – вот ведь гады, а? – все делали правильно! Каждое утро Чар-быг усаживался перед мониторами, соединенными со скрытыми камерами, установленными им во всех хижинах Эфиопии, и внимательно следил за хозяйками. Но, увы! С тех пор как четыре с половиной года назад старая кухарка Дэдэ из Аддис-Абебы[1] забыла про соль, никто ни разу не ошибся. О Дэдэ Чар-быг вспоминал с омерзением: кожа да кости, мяса мало, да и то жесткое.
Поэтому когда Чар-быг увидел на одном из мониторов, что за приготовление фэрэрги берется маленькая девочка, у него просто слюнки потекли. «Конечно, навару с этой худосочной малютки будет немного, – подумал он, – зато кровь у нее молодая, сладкая, как Баунти». И он уставился в экран, потирая многочисленные волосатые руки. Но Агарджа готовила лепешку по всем правилам! «Нет в жизни счастья!» подумал дух огня и злобно выругался[2]. Он отключил все мониторы будущих жертв и зашел на свой сайт. Оказывается, сегодня к нему в гости заглядывал некий посетитель по имени Лена Медведева из далекого русского города и… и… и… – о, слабый свет надежды! – этот посетитель скачивал с его сайта рецепт фэрэрги. Чар-быг скоренько побросал в сумку нож, вилку, приправы, шерстяные носки, пару кредитных карточек на всякий случай и рванул в Мурманск. По дороге он заскочил в одно селение и захватил с собой… Ну, впрочем, это не важно.
Нельзя сказать, что Лена Медведева была похожа на молочного поросенка, но ее пухленькие розовые щечки и округлые мягкие плечи, аппетитную форму которых не мог скрыть даже толстый свитер, произвели на Чар-быга очень положительное впечатление. И его желудок тут же принялся вырабатывать сок для переработки скоро ожидаемого обеда. Уже одно то, что Елена не оставила тесто на два дня, говорило само за себя. Дух довольно икнул, выскользнул из квартиры, материализовался на лестничной площадке и нажал на кнопку звонка, дрожа от нетерпения. Еще один небольшой ритуал – и можно ням-ням!
Лена глянула в глазок и не поверила своим глазам: перед их дверями стояла, дрожа от страха и холода, босоногая чернокожая девочка. На девочке было синее в выцветшую клетку ситцевое платье, несколько ниток бус и дешевые самодельные браслеты на ногах и руках. За спиной девочки стоял рослый милиционер с огромным букетом желтых роз и спортивной сумкой через плечо. Лена открыла рот. Милиционер в глазке улыбнулся и позвонил еще раз. Лена закрыла рот и открыла дверь. Милиционер подтолкнул замороженную девочку внутрь и вошел вслед за ней.
– Good morning, my dear Russian Friend! – торжественно произнес милиционер, снимая головной убор и приглаживая лысину. – Do you speak English?
– Yes, I do, – рассеянно прошептала Лена, в полном недоумении переводя взгляд с милиционера на девочку. – Мы английский давно учим…
– Это хорошо, – кивнул милиционер, тоже переходя на русский. – Хотя тебе это навряд ли поможет.
– Вы – грабители? – догадалась Лена.


– Нет, что ты! Вовсе нет! – успокоил ее милиционер. – Я – дух огня, меня зовут Чар-быг, а это обыкновенная эфиопская девочка, Агарджа Мнгна[3], которая, несмотря на свой юный возраст, умеет печь фэрэргу как полагается, не то что некоторые.
Милиционер многозначительно посмотрел на Лену и облизнулся.
– Ну, моя мама дает! – восхищенно воскликнула Лена. – Это она все устроила, я догадалась! Не успела я ей сказать, что собираюсь печь фэрэргу, как она… Но где она вас нашла? И почему Ага босиком? Я сейчас теплые тапочки принесу, а потом будем пить чай! Вы проходите, не стойте.
– Какие тапочки? – взбесился вдруг милиционер. – Я, злобный Чар-быг, голодный, как стадо слонов, а эта пигалица…
Он бодро схватил Елену за шиворот, приподнял над полом и пару раз встряхнул.
– Я – дух огня! – завопил он. – Смотри!
И Чар-быг стал быстро расти, заполняя комнату. Одновременно его голова покрылась пышной темно-оранжевой шевелюрой, невероятно густой и длинной. Как только его макушка достигла потолка, Чар-быг стал уменьшаться, а его волосы облетать с головы, как осенние листья с деревьев. Дойдя до размеров новорожденного котенка, Чар-быг с оглушительным свистом стремительно вырос до первоначального уровня и устало плюхнулся в кресло. Агарджа, которая все это время смотрела, выглядывая из-за спины Лены, с ужасом прошептала:
– Чар-быг! Чар-быг! – и бросилась оземь.
Лена Медведева, белее только что выпавшего снега, нащупала рукой трубку телефона (благо, он находился рядом) и нажала 02. Но Чар-быг прицелился в нее указательным пальцем и выстрелил. Трубка разлетелась вдребезги, а Лена вскрикнула и отскочила в сторону, но споткнулась о распростертую на полу Агарджу и упала прямо на нее.
– Мамочка, помоги! – заревела Агарджа.
Но Лена ее не поняла, поскольку ревела она не по-русски и даже, как вы поняли, не по-английски.
– Ша! – сказал Чар-быг. – Давайте закругляться. Правила таковы.
И Чар-быг объяснил Лене вот что: она стала неправильно печь лепешку, поэтому дух огня имеет право ее съесть. Прежде чем ее съедят, ей должны показать, в чем ее ошибка. Причем показать должен обязательно тот, кто делал лепешку правильно и последним. То есть в данном случае Агарджа, так как именно за ней наблюдал Чар-быг, перед тем как обнаружил Лену.
– Обхитрить ты меня не сможешь! – самоуверенно и спокойно сказал Чар-быг. – Омон и спецназ тебе не помогут, мама-папа тем паче. Готовься к смерти через поедание. Сейчас Агарджа скажет тебе, в чем твоя ошибка, и я тут же тебя ням-ням.
Чар-быг бесцеремонно поднял с пола негритянскую девочку, поставил ее перед собой и сказал ей что-то на гортанном, незнакомом Лене языке. Агарджа, чуть живая от страха, покорно кивнула, повернулась к Лене и залопотала по-своему. Чар-быг между тем достал из сумки нож, вилку и большую холщовую салфетку, которую повязал себе вместо нагрудника. Как только Агарджа смолкла, он сказал:
– Все. Теперь тебе объяснили твою ошибку и…
– А я ничего не поняла! – нашлась Лена. – Тарабарщина какая-то!


Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.

Сноски

1

Аддис-Абеба – это столица Эфиопии. А Эфиопия – это страна такая в Африке, рядом с Египтом.

2

Как именно он выругался, я не буду писать. Ни за что не напишу, что духи ругаются так: «Йашала-мала-кырбырехта, конёсороп ыт йикатэ!»

3

Так вот кого захватил Чар-быг в небольшом африканском селении!
Страницы:

1





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.