Библиотека java книг - на главную
Авторов: 48457
Книг: 121000
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Артас. Восхождение Короля-лича»

    
размер шрифта:AAA

Кристи Голден
World of Warcraft: Артас. Восхождение Короля-лича

Посвящается всем поклонникам истории мира Warcraft.
Надеюсь, чтение доставит вам такую же радость, как мне – работа над этой книгой.

Благодарности

Особо (уже в который раз) благодарю Криса Метцена за его страстную любовь к игре и ее миру, а также Эвелин Фредриксен, Микки Нейлсона, Джастина Паркера и Эвана Кроуфорда из «Blizzard» за безотказную помощь в работе над книгой и изучении реалий World of Warcraft.
Создать такую объемную книгу с таким множеством деталей без их неоценимой помощи и поддержки было бы просто невозможно.

Пролог: Спящий и видящий сны

Ветер стонал, словно мучимый болью ребенок.
Мохнатые черпороги сгрудились в кучу, грея друг дружку боками. Густой клочковатый мех защищал их от ярости бури. В середине стада, жалобно блея, дрожали телята. Склонив увенчанные тяжелыми ветвистыми рогами головы к укрытой снегом земле, животные жмурились, берегли глаза от вихря колких снежинок, дыхание их оседало инеем на мохнатых мордах. Так, утвердившись на месте, черпороги заняли круговую оборону и ждали.
Медведи и волки – те пережидали бурю по берлогам да норам, кто в смиренном одиночестве, кто в уютной компании стаи. Как бы ни подводило брюхо, никакой голод не в силах был выгнать их из убежищ, покуда не стихнет горький, тоскливый плач ветра, покуда не поредеет слепящая снежная пелена.

Шторм, налетевший с моря, с ревом обрушился на деревушку Камагуа, принялся что есть сил рвать, трепать кожи, натянутые на рамы, связанные из костей огромных морских зверей. Стоит шторму уняться, клыкаррам, живущим в здешних краях так давно, что и не сосчитать, снова – в который уж раз! – придется чинить и заново ставить ловушки да сети. Жилища их, хоть и прочны, ни разу еще не смогли выдержать натиск этого шторма без ущерба. Вот и сейчас с его появлением всем пришлось поспешить в просторный общий дом, выкопанный глубоко в земле, затянуть туго-натуго шнуровку входного полога и сидеть здесь, в густом чаду масляных ламп, пока ненастье не уймется.
Местный старейшина Атуик ждал, стоически храня безмолвие. За последние семь лет он повидал таких штормов немало. Долгую он прожил жизнь, длина да желтизна его клыков и морщины на бурой коже тому свидетели, однако эти штормы – не просто штормы, не природой они рождены…
С этими мыслями Атуик оглянулся на младших. Дети дрожали – нет, не от холода, они же клыкарры, но от испуга.
– Он спит и видит сны, – прошептал один из детишек, сверкнув глазами и тревожно встопорщив щетину усов.
– Молчать! – пожалуй, резче, чем стоило бы, рыкнул Атуик.
Испуганный ребенок умолк, и в общем доме вновь наступила тишина, нарушаемая лишь щемящими, тягостными причитаниями ветра да вьюги.

Казалось, бессловесный, но исполненный смысла напев, низкий, утробный гул дюжины голосов, клубится под потолком, будто дым. Напеву вторил неистовый бой барабанов, треск погремушек, суховатый стук кости о кость. От буйного ветра деревню таунка надежно хранила стена из бревен, столбов и кож, а покатые кровли, сомкнувшиеся над просторным залом наперекор суровым стихиям севера, были крепки.
Но даже все звуки сокровенного древнего ритуала не могли заглушить стонов ветра. Танцор, шаман по имени Камику, сбился с ритма, споткнулся, неловко подвернув копыто, но тут же оправился и продолжал пляску. Сосредоточиться. Главное – сосредоточиться. Только так и можно обуздать стихии и принудить их к повиновению; только так его народ и смог уцелеть, выжить в этих студеных, безжалостных землях.
Шкура шамана взмокла от пота, покрылась темными пятнами. Огромные карие глаза его были прикрыты, чтобы не отвлекаться на постороннее, копыта вновь отбивали мощный размеренный ритм. Шаман хлестал хвостом в стороны, вскидывал лобастую голову, пронзая короткими рожками воздух. Рядом плясали другие. От жара тел танцоров и жара огня, ярко пылавшего вопреки снежным хлопьям и ветру, проникавшим внутрь сквозь дымовое отверстие в крыше, в стенах зала было тепло и уютно.
Что творится снаружи, понимали все. Управлять этим ветром и снегом, как обычным ненастьем, нечего было и думать. Нет, это – он. Это его рук дело. Однако плясать, пировать и веселиться назло буйству вьюги таунка вполне могли. Они – таунка. Они устоят.

* * *

Снаружи мир был полон непроглядной синевы, белых вихрей и заунывного воя, однако в Великом Зале царили покой и тепло. Тишину нарушал лишь треск поленьев, горевших в огромном камине, под сводом которого без труда, не нагибаясь, мог поместиться рослый человек. Над узорной каминной полкой, пышно украшенной фигурами фантастических тварей, висели огромные ветвистые рога черпорога. Вдоль стен, в резных бра в форме драконьих голов, ярко пылали факелы. Кровля пиршественного зала, способного вместить многие дюжины гостей, покоилась на толстых балках, разогнанные уютными рыжими отсветами пламени тени прятались по углам. Холодный каменный пол устилали мягкие, пушистые шкуры северных медведей, черпорогов и прочих зверей.
Большую часть зала занимал длинный, массивный резной стол. Вокруг него легко могли бы рассесться не меньше трех дюжин пирующих, но сейчас за столом сидели лишь трое – человек, орк и мальчик.
Конечно, все вокруг было ненастоящим. Человек, занимавший место во главе стола, слегка возвышался над остальными, сидя в титаническом узорчатом кресле – нет, не то, чтоб на троне, но все же. Он спал – долгое-долгое время спал и видел сны. Вот и этот зал, и охотничьи трофеи, и огонь, и стол, да и орк с мальчишкой были всего-навсего одним из его сновидений.
Сидевший по левую руку от него орк был стар, но еще полон сил. Рыжие отсветы огня зловеще мерцали на жуткой маске – изображении черепа, украшавшем его широкое лицо с тяжелой, мощной нижней челюстью. Могущественный шаман, способный повелевать безграничными силами, он даже в эту минуту, будучи лишь сновидением, плодом воображения человека, сидевшего во главе стола, выглядел очень и очень грозно.
А вот мальчишка – совсем наоборот. Когда-то он был ребенком вполне миловидным: большие, цвета морской волны глаза, открытое, светлое лицо, золотистые волосы… Когда-то… но не теперь.
Ныне мальчика мучила хворь.
Он сильно исхудал, иссох настолько, что кости его, казалось, вот-вот прорвут полупрозрачную кожу. Некогда светлые, живые глаза мальчика ввалились, потускнели, покрылись мутным налетом, гнойники, густо усеивавшие его лицо, то и дело лопались, сочась вязкой зеленоватой жидкостью. Дышал он с очевидным трудом: грудь ребенка часто вздымалась в такт мелким, судорожным вдохам. Еще немного, и человек во главе стола разглядит, с каким трудом бьется в ней сердце. Ему бы давным-давно остановиться, но вот – подумать только, упорствует, стучит, несмотря ни на что…
– Он еще здесь, – заметил орк, ткнув пальцем в сторону мальчика.
– Это ненадолго, – откликнулся человек.
Словно бы в подтверждение его правоты, мальчишка закашлялся, обрызгав стол кровавой слизью. Переведя дух, он утер бледные губы тонким запястьем, обтянутым полуистлевшими кружевами, и с явным трудом заговорил:
– Ты еще не… не овладел им. Я тебе… докажу.
– Ты так же глуп, как и упрям, – прорычал в ответ орк. – Эта битва давным-давно выиграна.
Слушая их перебранку, человек во главе стола с силой стиснул подлокотники кресла. Сон этот снился ему не первый год и, пожалуй, уже не развлекал – скорее, утомлял.
– Мне надоел этот спор. Давайте покончим с ним раз и навсегда.
Орк плотоядно взглянул на мальчишку. Нарисованный на его лице череп расплылся в жуткой ухмылке. Мальчишка снова закашлялся, но даже не дрогнул под взглядом орка. Медленно, горделиво расправив плечи, он перевел затуманенный взор на человека, сидевшего во главе стола.
– Да, что толку спорить? – согласился орк, тоже повернувшись к человеку. На миг в глазах его вспыхнул хищный огонек. – Скоро настанет час пробудиться. Пробудиться и снова явить себя этому миру. И снова ступить на избранный тобой путь.
Казалось, нарисованный череп отделился от его лица, повис в воздухе, точно сам по себе, а с этим изменился и весь зал. Резные бра, еще минуту назад – простые деревянные драконы, всколыхнулись, вздрогнули, оживились, факелы в их зубах вспыхнули ярче прежнего, по стенам и по полу в унисон качанию их голов заплясали причудливые тени. Ветер снаружи взвыл с новой силой. Двери в зал с грохотом распахнулись, над головами троих за столом закружились снежные вихри. Человек во главе стола широко распростер руки, и ледяной ветер тут же окутал его, точно плащ. Орк захохотал, нарисованный череп, паривший над его лицом, тоже осклабился в безумной улыбке.
– Позволь, я докажу, что судьба твоя – со мной, а истинную силу ты сможешь познать, лишь уничтожив его.
Лютый студеный шквал сорвал хрупкого, слабого мальчика с кресла и швырнул на пол. Теперь он с трудом поднялся на ноги, и, охваченный дрожью, часто дыша, пуская изо рта крохотные клубы пара, снова вскарабкался в кресло. Взгляд, брошенный им на человека во главе стола, был полон надежды, страха и странной решимости.
– Ничего, – прошептал он. – Еще не поздно.
Странно, но ни дружный хохот орка и нарисованного черепа, ни пронзительный вой вьюги не смог заглушить его слов.

Часть первая
Золотой мальчик

Глава первая

– Придержи-ка ей голову, парень! Да, вот так!
Кобыла закатила глаза и тоненько заржала. Обычно белая, сейчас ее шкура посерела, взмокла от пота. Единственный сын короля Теренаса Менетила Второго, принц Артас Менетил, будущий владыка Лордерона, изо всех сил натянул поводья и что-то успокаивающе забормотал ей на ухо.
Кобыла отчаянно мотнула головой, и девятилетний принц едва сумел устоять на ногах.
– Ну-ну, Светлогривка, – воскликнул Артас. – Легче, малышка, легче. Все в порядке. Не о чем так волноваться.
Джорум Балнир фыркнул от смеха.
– Нет, парень, вряд ли ты сказал бы то же, если б рожал этакого жеребенка сам!
Сын Джорума, Джарим, сидевший на корточках возле отца и принца, захохотал. Артас тоже неудержимо захихикал, несмотря на горячую влажную пену, каплющую из пасти грызущей удила кобылы прямо ему на штаны.
– Ну, малышка, поднатужься-ка еще разок, – сказал Балнир, медленно двинувшись вдоль лошадиного туловища к окутанному блестящей плодной оболочкой жеребенку на полпути в большой мир.
Правду сказать, Артасу здесь было не место. Однако, свободный от уроков, он нередко тайком удирал в усадьбу Балнира, известного коннозаводчика – полюбоваться лошадьми и поиграть с другом Джаримом. Оба они прекрасно понимали, что сын коннозаводчика, пусть даже того, чьих лошадей постоянно покупают для королевских конюшен, для принца – компания «неподобающая», однако не слишком об этом тревожились. К тому же, и взрослые их дружбе пока не препятствовали, потому-то Артас и оказался здесь, строя с Джаримом крепость, швыряясь снежками и играя в стражей и разбойников, когда Джорум позвал обоих взглянуть на чудо рождения новой жизни.
Сказать по правде, «чудо рождения» показалось Артасу довольно-таки омерзительным. Раньше он и не думал, что при этом бывает столько… грязи и слизи.
Светлогривка хрипло застонала, снова натужилась, ноги ее выпрямились, напряглись, раздался влажный, хлюпающий звук, и жеребенок появился на свет.
Грузно опустив голову Артасу на колени, Светлогривка на миг смежила веки. Бока кобылы ходили ходуном. Мальчик улыбнулся, огладил ее взмокшую шею и густую, жесткую гриву и оглянулся на Джарима, помогавшего отцу обихаживать новорожденного. От теплого, влажного тельца жеребенка валил пар: в это время года в конюшне было довольно холодно. Вооружившись соломой и полотенцем, отец с сыном обтерли с боков и спины малыша безобразные клочья плодной оболочки, и Артас помимо собственной воли заулыбался шире прежнего.
Мокрый, серый, сплошь тонкие ноги да огромные глаза, жеребенок огляделся, недоуменно заморгал, щурясь на тусклый огонек фонаря, а затем взглянул прямо в глаза Артаса. На миг у принца перехватило дух. «Какой красавец!» – подумал Артас. Теперь он понимал: да, хваленое «чудо рождения» и вправду – настоящее чудо!
Светлогривка начала с трудом подниматься на ноги. Артас тоже вскочил и прижался спиной к дощатой стене конюшни, чтобы огромное животное смогло развернуться, не раздавив его. Мать и новорожденный обнюхали друг дружку, Светлогривка негромко фыркнула и принялась вылизывать сына длинным шершавым языком.
– Э-э, парень, глянь-ка, как ты извозился.
Артас опустил взгляд, оглядел себя и ахнул: да он же с ног до головы перепачкан соломой и пеной из лошадиной пасти! Однако мальчик тут же ухмыльнулся и как ни в чем не бывало пожал плечами.
– Ничего! Поваляюсь в сугробе по пути во дворец, и порядок, – заверил он, но тут же заговорил серьезнее. – Не волнуйтесь. Мне исполнилось девять, я уже не младенец и могу ходить, куда за…
Снаружи донеслось кудахтанье кур и звучный бас. Лицо Артаса разом вытянулось от изумления. Расправив плечи, мальчик старательно, но безо всякого успеха отряхнулся и твердым шагом вышел из конюшни.
– Сэр Утер, – сказал он, изо всех сил стараясь сохранить тон, означавший: «Я – принц, и лучше вам об этом не забывать», – эти люди были весьма добры ко мне. Прошу, не затопчи их живность.
«И клумбы с львиным зевом», – мысленно добавил он, бросив взгляд на укрытые снегом грудки вскопанной земли, где через несколько недолгих месяцев распустятся прекрасные цветы, отрада и гордость Вары Балнир.
За спиной раздались шаги Джорума с Джаримом, последовавших за принцем наружу, но Артас, не оглядываясь, взирал на конного рыцаря в сверкающих золотом…
– Латы?! – ахнул мальчик. – Что произошло?
– Объясню в дороге, – мрачно ответил Утер. – А за твоей лошадью, принц Артас, пришлю кого-нибудь. Неутомимый доставит нас домой быстрее – даже с двумя всадниками на спине.
С этими словами он склонился вниз, огромная рука сомкнулась на плече Артаса и вскинула его на холку коня, точно мальчик вовсе ничего не весил.
Вара, вышедшая из дому на грохот копыт, замерла на крыльце, утирая руки полотенцем. Кончик ее носа был перепачкан мукой, синие глаза округлились от удивления. Увидев паладина, хозяйка бросила встревоженный взгляд на мужа, и Утер учтиво кивнул ей.
– Подробности – позже, госпожа.
Вскинув ко лбу ладонь в кольчужной рукавице, паладин отсалютовал хозяйке дома, пришпорил Неутомимого, подобно всаднику, закованного в броню, и жеребец пустился вскачь.
Рука Утера сдавила живот, словно стальной обруч. В груди кипел, пузырился страх. Собрав волю в кулак, Артас прогнал дурные предчувствия прочь и отпихнул руку Утера.
– Я умею ездить верхом, – проворчал он, пряча тревогу под раздражением. – Ответь же, сэр Утер: что происходит?
– Прибыл гонец с Южнобережья. С очень дурными вестями. Несколько дней назад к нашим берегам причалили сотни маленьких лодок, битком набитых беженцами из Штормграда, – ответил Утер.
Руки он так и не убрал, но Артас тут же забыл о сопротивлении. Изогнув шею, глядел он в мрачное лицо паладина и внимательно слушал, что же последует дальше.
– Штормград пал, – закончил Утер.
– Что?! Штормград?.. Но как? Кто… что…
– Вскоре мы все это выясним. Уцелевших, включая принца Вариана, привел сюда бывший защитник Штормграда, лорд Андуин Лотар. Он, принц Вариан и прочие будут в столице дня через два-три. Лотар дал знать, что привез скверные новости… впрочем, если Штормград уничтожен, это очевидно. Я был послан разыскать тебя и доставить домой. Не время сейчас играть с простолюдинами.
Ошеломленный, Артас вновь повернулся вперед и крепко вцепился в гриву Неутомимого. Штормград! В Штормграде он никогда не бывал, но слышал о нем немало. Великий, несокрушимый город, прекрасные здания за могучими каменными стенами… Строился он с особым расчетом на прочность, дабы устоять под натиском неистовых ветров, из-за которых и получил свое название. И вот этот город пал… Кто же, какая же сила сумела его разрушить?
Неутомимый галопом несся к столице.
– Много ли с ними людей? – громче, чем собирался, спросил Артас, чтобы Утер сумел расслышать его за грохотом копыт.
– Неизвестно. Хотя, конечно же, немало. Гонец сообщил, что это все, кому удалось спастись.
Спастись… от чего?!
– А принц Вариан?..
Разумеется, о Вариане Артас слышал, как и обо всех соседних королях, королевах, принцессах и принцах. Вдруг в голове шевельнулась, вспыхнула жуткая мысль: отчего, упомянув принца Вариана, Утер ни словом не обмолвился о его отце, короле Ллейне?
– Вскоре станет королем Варианом. Король Ллейн пал вместе с Штормградом.
Странно, но весть об одной этой трагедии поразила девятилетнего принца много сильнее, чем судьбы тысяч людей, внезапно оставшихся без крова. Его собственная семья – сам Артас, и его сестра Калия, и мать, королева Лианна, и, конечно, отец, король Теренас – все они жили между собою в любви и дружбе. Видя, как некоторые из владык обращаются с родными, Артас понимал, насколько ему посчастливилось: подобной родственной близости – еще поискать. Ну, а потерять родной город, навсегда расстаться с привычной жизнью и с отцом…
– Бедный Вариан, – проговорил он, поспешно смахнув с глаз слезы сочувствия.
Утер неловко потрепал принца по плечу.
– Воистину, – согласился он. – Скверная мальчику выпала доля.
Внезапно Артаса охватила дрожь, но вовсе не от зимнего холода. Прекрасный солнечный день, яркое синее небо, белизна укрывших землю снегов – теперь все это казалось мрачнее любого ненастья.

Спустя пару дней Артас поднялся на стену замка – навестить одного из стражей, Фалрика, а заодно отнести ему кружку горячего, исходящего ароматным паром чая. Подобные визиты, как и те, что принц наносил семье Балниров, замковым судомойкам, лакеям, кузнецам, а сказать по правде – чуть ли не всем простым жителям королевства до одного, были делом вполне обычным. Да, Теренас всякий раз сокрушенно вздыхал, но Артас-то знал, что за разговоры с ним еще никто не понес наказания. Порой ему даже казалось, будто отец втайне одобряет его поведение.
Фалрик благодарно улыбнулся, с искренним уважением поклонился принцу и снял латные рукавицы, чтобы согреть о кружку озябшие руки. Вскоре обещал начаться снегопад, небо из синего сделалось бледно-серым, однако пока погода была ясной. Навалившись на стену и опустив подбородок на сложенные поверх парапета локти, Артас устремил взгляд вниз, к покатым белым холмам Тирисфаля, вдоль дороги, тянувшейся сквозь Серебряный бор к Южнобережью. Вдоль той самой дороги, по которой в Лордерон вскоре прибудут Андуин Лотар, маг Кадгар и принц Вариан.
– Их пока не видать?
– Никак нет, ваше высочество, – ответил Фалрик, прихлебывая горячий напиток. – Может, приедут сегодня, а может, завтра, а то и послезавтра. Если надеетесь увидеть их в пути, сэр, возможно, придется чуточку подождать.
Артас хитро сощурился и от души улыбнулся стражу.
– Все лучше, чем уроки! – сказал он.
– Что ж, сэр, тут уж вам лучше знать, – дипломатично откликнулся Фалрик, не без труда сдерживая ответную улыбку.
Страж поднес кружку к губам, а Артас вздохнул и снова – в который уж раз – взглянул вниз, на дорогу. Поначалу он ждал приезда гостей с нетерпением, но мало-помалу начал скучать. Вот бы вернуться назад, к Балнирам, и поглядеть, как поживает жеребенок Светлогривки! Интересно, удастся ли незаметно улизнуть из замка на пару часов? Ведь Фалрик прав: возможно, Лотар с Варианом приедут только через пару дней, а то и…
Вдруг Артас моргнул, медленно выпрямился и сощурил глаза.
– Едут! – закричал он, указывая на дорогу.
Забыв о чае, Фалрик немедля подступил к нему, встал рядом, вгляделся вдаль и кивнул.
– Острый же у вас взгляд, принц Артас. Марвин! – окликнул он.
Один из ближайших стражей, щелкнув каблуками, вытянулся в струнку.
– Ступай, сообщи королю: Лотар и Вариан едут. В течение часа будут здесь.
– Слушаюсь, капитан! – ответил молодой страж, отсалютовав командиру.
– Я сам сообщу! Я сбегаю! – вмешался Артас, устремившись к лестнице.
Марвин неуверенно оглянулся на капитана, но Артас был полон решимости опередить его. Сбегая вниз, он поскользнулся на обледенелых ступенях, да так, что оставшийся спуск пришлось одолевать одним прыжком, стрелой промчался через двор и резко затормозил невдалеке от входа в тронный зал, чтобы принять подобающий вид. Сегодня Теренас принимал представителей простого народа, дабы выслушать их жалобы и оказать подданным посильную помощь.
Откинув на спину капюшон украшенного искусной вышивкой алого плаща из рунической ткани, Артас перевел дух, выпустил изо рта струйку пара и чинно двинулся вперед. В ответ на его кивок стражи у входа четко отсалютовали, развернулись и распахнули перед принцем двери.
Несмотря на каменные стены, мраморный пол и высокий сводчатый потолок, в огромном тронном зале было гораздо теплее, чем во дворе. Даже в столь облачные дни, как сегодняшний, сквозь восьмиугольное окно в вершине купола, венчавшего зал, внутрь проникало достаточно света. На стенах ровно горели факелы, согревавшие воздух и придававшие всему вокруг легкий оранжевый оттенок. Пол зала украшал замысловатый круговой орнамент с печатью Лордерона посредине, однако сейчас его было не разглядеть: повсюду стояли люди, почтительно дожидавшиеся своей очереди обратиться к сеньору.
Со ступенчатого возвышения в глубине зала сверкал драгоценными камнями и золотом королевский трон. На троне том восседал Теренас Второй: светлые волосы чуть тронуты сединой у висков, кожа изборождена едва заметными морщинками из тех, что порождены, скорее, улыбчивостью, чем привычкой хмуриться – а, как известно, и то и другое оставляет свой отпечаток не только на внешности, но и в душе. Король был облачен в роскошную, синюю с пурпуром мантию, расшитую золотой нитью, искрившейся в отсветах факелов, отраженных золотом короны. Поглощенный речью стоявшего перед троном (кого-то из низшей знати, чье имя Артас позабыл), Теренас слегка подался вперед, не сводя с говорящего внимательных сине-зеленых глаз.
Помня, о чьем приезде пришел объявить, Артас на миг замер на месте, не сводя взгляда с отца. Ведь он, как и Вариан – сын короля, принц крови, однако у Вариана отца больше нет… При мысли о том, что когда-нибудь и этот трон опустеет до тех пор, пока ему, Артасу, не споют древний коронационный гимн, к горлу подступил комок.
«Во имя Света, пусть этот день подольше не наступает!»
Словно почувствовав внимательный взгляд сына, Теренас поднял голову и взглянул на него. При виде наследника в глазах короля мелькнула улыбка, однако он тут же вновь сосредоточил все внимание на просителе.
Артас откашлялся и выступил вперед.
– Прошу простить за то, что прерываю вас. Отец, они едут, я видел! Будут здесь, самое большее, через час.
Теренас слегка нахмурил брови и кивнул. Кто эти «они», он понял без лишних объяснений.
– Благодарю, сын мой.
Собравшиеся переглянулись. Многие тоже прекрасно поняли, о ком речь, и зашевелились, готовясь покинуть зал.
Однако Теренас поднял руку.
– Постойте. Погода неплоха, дорога чиста, прибудут гости в свое время и ни минутой раньше, а мы пока продолжим. Сдается мне, как только они приедут, подобные аудиенции придется отложить, – со скорбной улыбкой сообщил он. – Давайте завершим побольше дел, пока этот момент не настал.
Артас смотрел на отца, и сердце его переполняла гордость. Вот отчего люди так любят Теренаса! Вот отчего король обычно смотрит на «похождения» сына среди простых людей сквозь пальцы! Всей душой заботясь о подданных, Теренас сумел воспитать те же чувства и в сыне.
– Не выехать ли мне им навстречу, отец?
Окинув сына внимательным взглядом, Теренас покачал головой.
– Нет. И на встрече с ними тебе, думаю, лучше не присутствовать.
Казалось, Артаса хлестнули по щеке. Как это – не присутствовать? Ему уже девять лет! С одним из ближайших, важнейших союзников случилось что-то очень скверное, мальчишка немногим старше него остался без отца… В груди вскипел безудержный гнев. Отчего отец так дрожит над ним? Зачем так оберегает? Почему ему, Артасу, нельзя присутствовать при важных разговорах?
Однако резкую отповедь, непременно сорвавшуюся бы с языка, будь они с Теренасом наедине, пришлось сдержать. Здесь, на виду у всех этих людей, спорить с отцом не годилось, пусть даже Артас имел на то полное право. Сделав глубокий вдох, он поклонился и двинулся к выходу.
Часом позже Артас Менетил, надежно укрывшись в одной из небольших лож, выходивших в тронный зал, довольно ухмыльнулся самому себе. Да, он еще так невелик, что свободно спрячется под сиденьями от любого, кому вздумается сунуть сюда нос. Вот только немного тесновато. Еще год-другой, и он здесь больше не поместится.
«Но через год-другой отец уж наверняка поймет, что я достоин присутствовать на подобных встречах, а тогда и прятаться не придется».
Эта мысль окончательно привела Артаса в доброе расположение духа. Свернув плащ, он подложил его под голову и принялся ждать. Благодаря факелам, жаровням и множеству людей, в зале было тепло. Согревшийся, убаюканный монотонным гулом деловитой беседы, мальчик задремал.
– Ваше величество!
Сильный, звучный голос, раскатившийся эхом по залу, разом пробудил Артаса от дремы.
– Я – Андуин Лотар, штормградский рыцарь.
Они здесь! Лорд Андуин Лотар, бывший Защитник Штормграда…
Выбравшись из-под сиденья, Артас осторожно поднялся, убедился, что за синей занавесью ложи его не заметят, и взглянул в зал.
«Да, вот это – настоящий воин», – подумал принц, разглядывая гостя. Высокий, могучего сложения, тот носил тяжелые латы с легкостью, свидетельствовавшей о давней привычке к их немалому весу. Верхнюю губу и подбородок Лотара украшали густые усы и аккуратная бородка, однако голова его оказалась почти лысой, а оставшиеся волосы были собраны на затылке в тощий хвостик.
Рядом с Лотаром стоял старик в фиолетовых одеяниях, но взгляд Артаса тут же упал на мальчишку – на Вариана Ринна, наследника штормградского трона. Высокий, щуплый (хотя ширина плеч не оставляла сомнений: еще год-другой, и это худощавое тело обрастет мускулами), он выглядел бледным, смертельно усталым, да вдобавок настолько затравленным, напуганным и одиноким, что Артас невольно поежился. Подумать только – ведь штормградский принц всего-то на пару лет старше него… Впрочем, услышав собственное имя, Вариан опомнился, расправил плечи и ответил на приветствие короля со всей подобающей учтивостью.
Кто-кто, а уж Теренас знал, как оказать гостям теплый прием! Поспешив отпустить всех, кроме нескольких придворных да стражи, он поднялся и двинулся навстречу приехавшим.
– Прошу, садитесь.
С этими словами король Лордерона оставил принадлежащий ему по праву великолепный трон, спустился вниз, присел на ступеньку у его подножия и по-отечески усадил рядом Вариана.
Артас невольно улыбнулся. Прячась за занавесью, юный принц Лордерона смотрел во все глаза, слушал во все уши, и доносившиеся снизу слова складывались в такое… Да нет, не может быть! Сказки! Однако чем дольше разглядывал он великого штормградского воина, чем пристальнее вглядывался в бледное, изможденное лицо будущего короля могучей державы, тем глубже закрадывалась в душу тревога, тем ясней становилось: нет, все это – вовсе не сказки; вся эта жуть, весь этот ужас – взаправду.
Страницы:

1 2 3 4 5 6





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.