Библиотека java книг - на главную
Авторов: 44274
Книг: 110110
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Рожденный кусаться»

    
размер шрифта:AAA

Линси Сэндс
Рожденный кусаться

Глава 1

— Ты опоздал. — Буркнул вместо приветствия Люциан, когда нахмуренный Арманд Аржено скользнул на сиденье напротив него в единственную занятую кабинку закусочной. Было бы неплохо услышать «Привет, как ты?», но это не ожидалось от старшего бессмертного. Люциан был известен не как теплый и пушистый.
— У меня были кое-какие дела, которые нужно было сделать на ферме прежде, чем я смог уйти, — Арманд говорил спокойно, посмотрев с незаинтересованностью за жаркое из говядины, ужин Люциана, потом он обвел взглядом тихую, небольшую закусочную. Было после девяти, почти время закрытия, и они были единственными посетителями. Он даже не видел официантки, в качестве доказательства и предположил, что она в задней части закусочной, помогает с уборкой.
— Да, конечно, — пробормотал Люциан, опуская свою вилку, чтобы взять теплую, хрустящую булку, намазанную маслом. — Мы же не можем ожидать, что твоя пшеница вырастет без тебя, не так ли?
Арманд недовольно нахмурился, смотря как тот укусил бутерброд с наслаждением.
— Немного уважения к фермеру, который выращивает еду, которую ты ешь, не помешало бы… тем более, что ты, кажется, наслаждаешься ей.
— Да. — с ухмылкой признал Люциан, а затем выгнул бровь. — Завидно?
Арманд лишь покачал головой и перевел взгляд в окно, но он завидовал. Желание есть у Люциана наступила в результате нахождения его спутници жизни. Это пробудило оба аппетита, которые были давно потеряны. Не было ни одного несоединённого бессмертного, живого, который бы не завидовал, и он в том числе.
— Так что? — Он оглянулся на Люциана, чтобы увидеть, что тот отложил булочку и теперь гонял горох по тарелке, пытаясь порезать ножом с вилкой маленькие зеленые горошины. — Что такого важного случилось, раз тебе пришлось ехать сюда, чтобы увидеть меня? И почему, черт возьми, ты настаивал на моем приезде в этот небольшой ресторан на ужин? Ферма всего в пяти минутах. Ты мог бы приехать туда. — Люциан бросил колоть горох и вместо этого закапал их в пюре на тарелке. Затем он зачерпнул комбинацию вилкой, прежде чем сказать:
— Я хочу попросить тебя об одолжении и не хочу, чтобы кто-нибудь в доме подслушал.
— Никого в доме нет, — пробормотал Арманд, смотря зачарованно, когда Люциан положил вилку с едой в рот и начал жевать. Судя по выражению его лица и стонам удовольствия, он, казалось, действительно наслаждался едой, которая выглядела весьма печально, даже запах не был заманчив для Арманда, и в действительности еда выглядела, как помои; коричневое мясо, белый картофель с коричневым соусом, и уродливый зеленый горошек. Не очень аппетитно. Морщась про себя, Арманд спросил, когда Люциан сглотнул, — Так что это за услуга?
Люциан замешкался, а затем поднял брови.
— Не собираешься спросить меня, как там Томас и его новая спутница жизни поживают?
Арманд почувствовал, как его рот напрягся при упоминании сына и его новой жены, но не удержался от вопроса:
— Как они?
— Очень хорошо. Они в Канаде в данный момент, в гостях, — ответил Люциан, вернув свое внимание обратно к еде, когда он спросил, — Ты с ней еще не встречался, да?
— Нет, — пробормотал Арманд, глядя на то, как он накалывает салат и есть его.
Люциан прожевал и проглотил, а потом спросил с легким любопытством:
— Ты когда-нибудь встречался с Энни Николаса?
Арманд растерялся, но потом просто сказал:
— Нет. Теперь какая просьба?
Люциан смотрел мгновение на него, а потом переключил свое внимание на нарезку его говядины и объявил:
— Мне нужно убежище для одного из моих боевиков на пару недель.
— И ты подумал, что я могу предоставить его ему? — спросил с удивлением Арманд.
Люциан пожал плечами, прожевав и проглотив, а потом сказал:
— Ты удивлен? Я не знаю почему. Ты живешь здесь черт знает где, в лесной глуши. Никто, кроме меня и Томаса не знает, где ферма, а этот допотопный городишко, где, скорее всего, никто не видел ее.
— Ее? — спросил с любопытством Арманд.
— Эш д'Ауреус, — сказал он, отрезая еще один кусок говядины. — Дочь Кастора.
— Кастор д'Ауреус, — пробормотал с уважением Арманд. Он никогда не имел шанса встретиться с этим человеком, но он, конечно, знал его имя. Кастор был героем для своего народа. Еще в первые дни, когда бессмертные присоединились к остальному миру, один из них, называемый неклыкастым — Леониус Ливиус, вызывал неприятности, как для смертных, так и для бессмертных. Столько неприятностей, что это, на самом деле, заставило других бессмертных, сформировать совет и выследить его и его потомство. Именно Люциан и Кастор убили чудовище, которым стал Леониус Ливиус. В середине боя, пока отступники неклыкастые и армия Совета клыкастых бились вокруг них, Люциан прижал человека к земле копьем, а Кастор оторвал его голову от тела. Их обоих считали героями, но Люциан был его братом, тот, кого он видел повседневно, в то время как с Кастором он был незнаком, и в его сознании он был более мифическим героем.
— Он не был героем, — тихо сказал Люциан. — Он был просто хорошим человеком и хорошим солдатом. Он также был моим другом, и перед смертью он попросил меня присмотреть за Эш и другим членами его семьи, если что-то случится с ним. Ну, как ты знаешь, он умер, и я пытаюсь присматривать за Эш, и именно это я стараюсь сделать сейчас, убрав ее от греха подальше, пока мы не решим этот вопрос. Я думаю, что потребуется около двух недель.
— Что это за вопрос, который вы должны решить? — спросил Арманд.
Люциан вздохнул и отложил свою вилку и нож в сторону, на его аппетит, видимо, повлияли мысли о деле. Его голос был мрачным, когда он признался:
— Видимо, мы не всех сыновей уничтожили, когда нашли Леониуса. По крайней мере, один выжил. Он называет себя Леониус Ливиус Второй.
— Значит, один из его сперматозоидов бегал все эти столетия? — спросил с изумлением Арманд. Трудно было представить, что он ушел незамеченным. Если он был похож на своего отца, его злодеяния не должны были остаться незамеченными все это время.
— Он жил и процветал, — сухо заверил его Люциан. — У мужчины теперь двадцать сыновей, это только которых мы знаем. И…, - добавил он с удовлетворением. — … мы уничтожили некоторых из них. Видимо, он умнее, чем его отец. Это, или у него есть кто-то, кто сумел удержать его в узде. Он не занялся масштабными убийствами, как его отец, который наслаждался племенными (для размножения) лагерями. Он придерживался определенного числа женщин, на которых нападал, одна или две одновременно, а иногда на несчастные случайные семьи. Он раскрылся только начале этого лета. Он похитил со стоянки продуктового магазина двух женщин на севере. Мои люди отбили одну и убили трех или четырех его сыновей, но потом пришлось начать охоту на другую женщину и мужчину, который схватил ее. Эш была в группе поиска и, очевидно, была замечена и узнана. Теперь мои источники говорят, что он выбрал ее мишенью для мести за смерть отца.
Арманд мрачно кивнул.
— И он нацелился на твою Ли или кого-то в твоей семье за твое участие в смерти отца?
— Я не думаю, что он знает о Ли. В любом случае это не важно, я могу защитить ее. Но Эш — совсем другое дело. Она одна из моих силовиков и так же упряма и горда, как и ее отец когда-либо был. Она была готова пройтись по главной улице в Торонто, голой, чтобы привлечь его внимание и попробовать свой шанс с ним, когда услышала, что он искал ее.
— Так она только похоже на женщину, да? — спросил с развлечением Арманд.
— Ха-ха, — сказал Люциан сухо.
Арманд усмехнулся на его кислое выражение лица.
— Если она так плоха, как ты планируешь убедить ее спрятаться на ферме, пока ты ловишь его?
— Да… ну… это проблема, — пробормотал Люциан, снова взяв в руки нож и вилку. Выражение его лица было угрюмым, когда он признался, — Она наслаждается, как правило, игнорированием моих приказов. Лучший способ заставить ее сделать что-нибудь, это сказать сделать что-нибудь противоположное. Если бы она не была дочерью Кастора… — Люциан недолго выглядел сердитым, но потом вздохнул и покачал головой. — К счастью, даже она не посмела бы ослушаться прямого приказа Совета.
— Я вижу, — медленно протянул Арманд, его глаза подозрительно сузились на брате. — И она согласилась остаться на моей ферме, ничего не делая, в течение нескольких недель?
— Я сказал две недели, — отметил он, избегая его взгляда. — И, как я уже сказал, даже она не смогла ослушаться прямого приказа Совета.
— Итак, она не особо счастлива, — предположил сухо Арманд.
Люциан пожал плечами.
— Она слишком вежливая, чтобы выплеснуть это на тебя…, наверное, — добавил он с усмешкой, а потом предложил, — Просто займи ее чем-нибудь. Бери ее на пикники и на катания на лошадях, или займи тем, чем вы — деревенщины занимаетесь.
— Деревенщина? — повторил с отвращением Арманд.
Люциан закатил глаза.
— Просто отвлекай ее, и я позвоню в ту же минуту, когда будет безопасно для нее вернуться в Торонто и работать. — Он начал подносить кусок говядины к губам.
Вилка была почти у его губ, когда он вдруг посмотрел мимо Арманда и замер. Его глаза расширились, проклятие слетело с его губ, и тогда он почти прошипел:
— Я убью ее.
— Кого? — спросил с замешательством Арманд, а потом перевел взгляд в ту сторону, в которую смотрел Люциан, казалось, он замер. Он смотрел мимо него на темную дорогу снаружи. Арманд повнимательнее всмотрелся в длинный участок темного шоссе, там медленно приближалось пламенное видение того, что было мотоциклом с красными, желтыми и оранжевыми светодиодами вокруг шины и через весь мотоцикл, что делало его похожим на мотоцикл в огне, ревущий по дороге. Это было чертовски великолепное зрелище.
— Эш, — выплюнул Люциан, наконец ответив на его вопрос. — Это она.
Мотоцикл проревел на парковку у кафе, разбрызгивая гравием, а затем замедлился на остановке рядом с пикапом Арманда. У него было время поближе рассмотреть множество огней на машине до того, как двигатель заглушился и всадник слез. Женщина была высокой, по крайней мере, шесть футов (183 см.), и выставляла на показ все свои мышцы, обтянутые черной кожей, в которую она была одета. Она также двигалась с хищной грацией пантеры.
— Она выглядит так, будто родилась, чтобы ездить, — пробормотал Арманд, его глаза пожирали ее.
— Еще она родилась, чтобы раздражать, — пробормотал Люциан.
Арманд взглянул с любопытством на своего брата.
— Почему раздражать?
Рот Люциана искривился с раздражением, но он признался:
— Я сказал ей быть менее заметной.
— Ах, — пробормотал Арманд, закусив губу, чтобы удержаться от улыбки. Это было редкостью, когда человек, бессмертный или нет, шел вопреки приказу Люциана, и он не мог не удивиться, что Эш д'Ауреус была, видимо, одной из них. Это было далеко от того, чтобы быть незаметной. Наверняка, все повыглядывали из окон каждого дома, мимо которых она проходила, а их пальцы возбужденно набирали номера на телефонах, распуская слухи о суперкрутом мотоцикле, который только что проезжал мимо их домов. Это будет главной темой разговора завтра в забегаловке, те кто видел это будут описывать для тех, кто не видел. В этом небольшом сообществе не было тайн.
— Я собираюсь заставить ее скрыватся, — заворчал Люциан, когда она прошла мимо их окон по направлению к входу в кафе.
Арманд не мог остановить себя от мыслей, что он не против помочь, когда его взгляд автоматически прошелся по ее телу, и он быстро скрыл свои мысли от своего брата. Женщина имела идеальное тело, с красивой круглой попкой, которая, как он подозревал, была еще и приятной на ощупь…, и он рассматривал различные причины того, чтобы убедиться в этом… ни одна из которых не включала заставлять ее скрываться… когда она открыла дверь закусочной и шагнула внутрь, обрывая его мысль о ее заде. Он заставил себя переключить внимание на нее перед, когда она остановилась в дверях, чтобы расстегнуть свою куртку и оглядеться вокруг. Вид был тоже довольно приятным, вынужден был признать он. Она все еще была одета в шлем, так что он не мог видеть ее лица, но все остальное демонстрирующееся было прекрасным. Черные кожаные штаны туго обтягивали длинные, стройные ноги, также она все еще была в черной кожаной куртке, под которой теперь открывался какой-то черный кожаный корсет, который не прикрывал верхние изгибы ее грудей, также верхняя часть ее груди и горло были на виду. Женщина была роскошной, кожа красного дерева, которая, казалось, сверкала под флуоресцентными лампами в кафе, как если бы она напудрила себя каким-то переливающимся порошком.
— Я сказал тебе сделать себя незаметной. — Люциан пристально посмотрел на женщину, когда она заметила их и подошла.
— Ты сказал сделать себя менее заметной…, - поправила она спокойным голосом. Когда она сняла шлем, она добавила, — …и я сделала это. Видишь?
Арманд не знал, что Люциан должен был увидеть, но он видел лишь самую красивую женщину, которую он когда-либо видел в течение длительного времени, даже когда была жива его спутница жизни. У Эш д'Ауреус были огромные, прекрасные глаза, которые пылали золотыми с черным крапинками, прямой египетской нос, и самые соблазнительные губы, которые он видел. Он находил ее такой прекрасной… и никак не неприметной.
— Эш, — заворчал Люциан, с еле заметным терпением. — Изменение прически вряд ли делает тебя менее заметной, когда ты на этом карнавальном мотоцикле.
Взгляд Арманда перешел на ее волосы от этих слов. У нее были короткие по бокам и чуть длиннее на макушке волосы, и в настоящее время ее длинные пальцы проходили через них в попытке устранить влияние шлема, но они выглядели совершенно естественно, темно-коричневые, почти черные, как у него. Хотя, казалось, на концах в некоторых местах были более светлого цвета пятна. Он не удержался от вопроса:
— Как они обычно выглядят?
— Она обычно красит их в сочетание красного и светлого на концах от половины верхней части головы, выглядит так, как будто ее голова в огне, — сообщил ему сухо Люциан, а затем повернулся к Эш и добавил, — Ты дерьмово подстриглась. Кое-какой цвет остался на концах.
Эш закатила глаза с раздражением и начала усаживаться рядом с Армандом, вынудив того подвинуться, чтобы освободить место для нее.
— Боже, ты никогда не бываешь счастливым, Люциан. Честно! Я не успела к парикмахеру, чтобы сделать это правильно. Я должна была сделать это сама, а я не парикмахер. Это лучшее, что я могла сделать за то время, что ты мне дал на приезд. — Она положила свой шлем на стол перед ней и положила подбородок на руки поверх его, улыбнувшись Люциану. — Так что это все твоя вина, если ты не доволен моей прической.
— Ты не могла хотя бы взять свой автомобиль, а не этот проклятый мотоцикл? — Сказал Люциан недовольно.
— О да, потому что красный «Феррари» будет гораздо меньше бросаться в глаза здесь, в деревне, — Сказала сухо Эш, а затем взглянув на Арманда, прошептала: — Не обижайся.
— Никаких обид, — заверил он ее, а затем прочистил горло и заставил себя отвернуться, когда понял, что он улыбается ей, как идиот.
— Феррари? — спросил с удивлением Люциан. — Что случилось с кабриолетом?
— Я его продала, — сказала она, пожимая плечами. — Феррари красивее, и у меня есть только одно парковочное место в квартире, будь то велосипед или автомобиль, так что кабриолет должен был уйти.
— Феррари? — Люциан посмотрел на нее с ужасом. — Было достаточно плохо, когда у тебя был Мустанг, но Феррари со всей его силой, которой он имеет под капотом? Ты демон скорости. Ты убьешься так. Тебе бы лучше следовать ограничениям скорости.
Арманд смотрел на брата с восхищением. Люциан никогда особо не был разговорчив, в основном ворчит и смотрит на всех, но Эш, казалось, донимала его, взывая к разговорам. Он никогда не думал, что увидит этот день. Его мысли были прерваны, когда Эш сухо сказала:
— Конечно… папа.
Глаза Арманда расширились, но она не остановилась на этом. Ее улыбка становилась шире, когда Люциан становился мрачнее, от ее комментариев:
— Надеюсь Ли подсунет тебе каких-нибудь младенцев в ближайшее время, Люциан. Может быть, тогда ты перестанешь быть папочкой для всех нас.
— Папочкой? — спросил Арманд с сомнением. Он мог бы придумать много слов, чтобы описать Люциана, властный и запугивающий, но папы просто не было в этом списке.
— Да, папочкой, — сказала Эш с дружественной улыбкой. — Он вечно говорит всем, что делать и куда идти, и так далее. Он похож на большого старого ворчливого папашу.
— Твой отец… — начал Люциан, но она перебила его.
— Мой отец попросил тебя присматривать за мной и моими братьями и сестрами, если что-то случится с ним, и ты просто пытаешься это сделать, бла-бла, — сказала она скучающим голосом, подтвердив его подозрения, что она слышала этот аргумент тысячу раз как минимум. — Этот аргумент имел хоть какой-то вес, когда я была ребенком, Люциан, но блин, более чем тысячелетие спустя, это ничего не значит. Ты всего лишь на сто лет старше меня. Переступи уже это. Я уверена, что мой отец не хотел, чтобы ты играл изображал опекуна вечно.
— Ты только на сто лет моложе Люциана? — с удивлением спросил Арманд. — Ты выглядишь гораздо моложе.
— Ну, спасибо! — Она обернулась и послала ему излучающую улыбку, от которой у Арманда перехватило дыхание, а затем она вытянула свою руку, — Привет, я Эш д'Ауреус, а ты Арманд Аржено.
— Да. — Он взял ее руку и пожал ее, улыбнувшись тому, какой маленькой и мягкой она ощущалась в его руке. — Итак, ты не так сварлива, как Люциан? Я всегда думал, что это было у него из-за возраста.
Эш фыркнула на это предложение.
— Нет, это вряд ли. Отцу Времени просто нравиться нести вес мира…, не говоря уже о времени… на своих плечах, Вампира Атанты. Я? Я наслаждаюсь жизнью в меру своих способностей и оставляю Люциана и других, как он, быть Йода Ворчунами.
— Есть и другие, как Люциан? — спросил с сомнением Арманд.
Эш подняла брови.
— Не много путешествовал по Европе, да? Потому что там есть тонна таких. Особенно в Британии; даже смертные мужчины, когда становятся старше, становятся сварливее и властнее в Великобритании. Я думаю, что это что-то вроде закона.
Арманд просто улыбался тому, что она говорила и пытался что-то придумать, чтобы поощрить ее дальнейшее неуважение к Люциану… который находился в совершенно новом и захватывающим для Арманда состоянии «игнорирование всего» … когда сотовый телефон Арманда защебетал его похоронный плач. Морщась, он вытащил его из кармана, открыл и прижал к уху, вздрогнув, когда Павел, управляющий на его ферме, начал панически кричать о работе Бесси. Когда мужчина остановился, чтобы перевести дух, он воспользовался возможностью, сказав:
— Я еду. Я в закусочной. Я буду там через пять минут.
— Проблемы дома? — спросил сухо Люциан, когда Арманд закрыл телефон и сунул его обратно в карман.
Арманд кивнул и начал выскальзывать из будки, когда Эш вышла, пропуская его.
— Одна из моих молочных коров рождает детеныша, и появилась проблема с родами.
— Я думала, у тебя пшеничная ферма? — спросила Эш, глядя удивленными глазами, когда он выпрямился рядом с ней.
— Да, но у нас есть пара коров и несколько других животных; куры, козы… — он пожал плечами. — Большинство фермеров держат их, чтобы сэкономить на продуктах.
— А что ты делаешь с ними? — спросила она с любопытством, правильно предполагая, что он не ел.
— Мой менеджер забирает некоторые товары, но в основном мы поставляем мясо, яйца и молоко маленькому ресторану здесь.
— Мы последуем за тобой домой, — объявил Люциан, начиная есть более быстро.
— Не торопитесь. Я буду в сарае, но чувствуйте себя как дома. Входная дверь всегда не заперта. — Когда Люциан поднял бровь на это, Арманд иронично сказал, — Это деревня. Здесь никто не мешает и преступления довольно редки.
Он подождал пока Люциан не хрюкнет в подтверждении, а потом улыбнулся, кивнул Эш и вышел из закусочной. Он чувствовал, что она наблюдает за ним, как он уходит, и ему хотелось обернуться к ней. Она была красивой женщиной, и он с нетерпением ждал ее компании на ферме. Его менеджер вел дела в течение дня и вечера, а Арманд, как правило, появлялся там только, когда просыпался. Было бы неплохо, иметь того с кем можно поговорить для разнообразия, особенно того, кого он находил привлекательным. Прошло довольно много времени с тех пор, как он находил кого-нибудь привлекательным в более чем мимолетно- галантной прихоти. Даже его вторая и третья жены не были для него настолько привлекательными. Его привязанность к ним была основана больше на дружбе и общении, чем на чистой животной похоти. Арманд подозревал, что ему будет трудно держаться на расстоянии от прекрасной Эш д'Ауреус…и даже не был уверен, действительно ли он хочет этого, так или иначе.

***

Эш смотрела, как Арманд выходит из ресторана, ее глаза скользнули с его широких плеч к узкой талии и дальше вниз к его ягодицам и ногам. Он уверенно шел с намеком на развязность, которая была чисто бессознательная, она была уверена, что его походка была естественной и виляние бедер, когда он двигался, тоже. Его широкие плечи оставались прямыми, голова высоко поднята. С его грубыми чертами лица и серебристо-голубыми глазами, она не могла не заметить, что он был симпатичным парнем, но она не встречала ни одного мужчину Аржено, который не был бы симпатичным. Не все они были классически красивы, но в них что-то определенно было. Арманд, казалось ей, был одарен не небольшой дополнительной частью, этого бесспорного чего-то.
— Ты должна посмотреть, можешь ли ты прочитать его.
Эш посмотрела на Люциана с удивлением на его комментарий. Он наполовину закончил свою трапезу и ел достаточно быстро. Она поудобнее уселась в кабинке, наблюдая за ним, разглядывая с любопытством еду. Она хорошо пахла, отметила Эш, и спросила безразличным голосом:
— Зачем мне это делать?
— Вопрос в том, почему ты еще не сделала этого? — сказал он сухо, зачерпнув картофель и горох вместе на свою вилку. — Я знаю тебя давно, Эш, и не знал никого, кого ты не пыталась прочитать, когда видела в первый раз… был ли он смертным или бессмертным.
Эш хмуро посмотрела на него как раз, когда он клал еду в рот, в основном потому, что он был прав. Она не хотела признаваться в этом никому, но она была готова встретить нового спутника жизни и насладиться покоем и страстью, которыми она наслаждалась со своим первой пожизненной парой несколько столетий назад. Жизнь была очень серой и скучной без вибраций, которые приносила пожизненная пара. Поэтому, первое, что она обычно делала, встречая кого-то нового, пробовала прочитать его. Хотя попробовала — не правильный термин, так как она еще не встречала никого, кого она не могла прочитать. Единственная причина, как она думала, по которой она не читала Арманда, была в том, что она была слишком занята, раздражая Люциана. Этим времяпрепровождением она наслаждалась в течение многих веков. После столь долгого проживания жизнь может порой быть немного скучной. Девушка должна как-то развлекать себя, так или иначе.
Все-таки это было необычно для нее, чтобы не прочитать новичка, призналась сама себе Эш, и удивилась, почему она не попробовала. Вопрос, однако, заставил ее чувствовать себя неловко и жаждать сменить тему.
— Итак, он купился на твою историю обо мне, нуждающуюся в безопасном доме? — она тихо спросила, смотря на Арманда Аржено, садящегося в свой пикап и выруливающего с парковки кафе.
Люциан кивнул, даже не взглянув в ее сторону.
— Почему не должен был?
Эш поморщилась.
— Я полагаю. Он не знает меня. Если бы он знал меня, он не думал бы, что я соглашусь спрятаться куда-нибудь.
— Хммм, — пробормотал Люциан, доедая свою еду. — Ну, сделай мне одолжение и постарайся не делать это слишком очевидным, пока ты здесь.
— Точно, — пробормотала она, а затем, когда он отодвинул тарелку и встал, она тоже встала и спросила с любопытством, — ты действительно думаешь, что он мог убить своих жен?
— Нет, — признался Люциан, вытаскивая кошелек и кинув двадцатку на стол. — Но и тогда я не думал, что Жан-Клод может сделать то, что он сделал.
Эш нахмурилась при этих словах, забирая свой шлем со стола. Она последовала за ним к двери кафе, спрашивая:
— Почему бы тебе просто не прочитать его и не посмотреть, сделал ли он это? Если на то пошло, почему ты не читал Жан-Клода?
— Потому что я не могу.
Слова поразили ее настолько, что Эш остановилась. Она, возможно, могла понять его неспособность прочитать Жан Клода, который был его близнецом, но Арманд…
— Но ты на четыреста лет старше Арманда.
Остановившись в дверях, Люциан оглянулся и поморщился.
— По некоторым причинам, которые я никогда не мог понять… есть несколько братьев и сестер и даже один или двое племянников и племянниц в семье, которых я не могу читать.
— В самом деле? — спросила Эш с интересом, когда она, наконец, снова начала идти, чтобы присоединиться к нему у двери. — Я не знала этого.
— Это не то, что я рекламирую, — сказал он сухо, проходя через дверь.
— Нет, наверное, нет, — пробормотала она, выходя за ним наружу. — Итак, почему ты подозреваешь Арманда? Не только потому, что ты не можешь прочитать его.
— Нет, — согласился он, идя вдоль здания закусочной к темному фургону, припаркованному в нескольких футах от нее мотоцикла. — И не то, что я сильно подозреваю его, просто чувствую, что не могу себе этого не позволить. Насколько я могу судить, единственная связь между тремя его женами — это то, что он был их мужем. И Энни была женой его сына.
— И Николас не был убит, просто оставлен, чтобы быть обнаруженным, чтобы не дать ему узнать, что Энни, возможно, узнала, — задумчиво пробормотала Эш. Она знала всю историю. Арманд Аржено потерял трех жен… в автокатастрофах. Каждая из них произошла с разрывом более ста лет, и каждая женщина умирала после того, как выходила за него замуж и родила ему одного ребенка. Его невестка также погибла в трагическом и несколько странном случае после того, как его сын женился. Она была беременна, но еще не родила, это был их первый ребенок, когда она умерла. Оба погибли в результате несчастного случая. Более важным в ситуации было то, что Энни задавала вопросы о гибели жен Арманда до ее внезапной смерти, и во время разговора с Николасом по телефону за день до ее аварии, она была довольно взволнована и сказала ему, что она что-то должна ему рассказать, когда он вернется домой. Однако, она умерла прежде, чем смогла рассказать ему все, что знала, и потом, несколько недель спустя, когда Николас решил спросить подругу Энни, знала ли она, что Энни хотела рассказать ему, он каким-то образом оказывается в подвале с мертвой смертной на коленях, ее кровь была у него во рту, а воспоминание того момента, где должно быть ее убийство, стерто.
Николас был крутым охотником, Эш работала пару раз с ним до этих событий, с тех пор он был в бегах пятьдесят лет, но недавно сдался, чтобы спасти свою новую пожизненную пару. Однако, телефонного звонка Энни и пустого места, где должно было быть убийство смертной, было достаточно, чтобы заставить Люциана, отказаться от его казни, как ожидалось. Вместо этого, он назначил Эш навести порядок и выяснить, что на самом деле произошло с женами Арманда и, надеясь узнать что-либо, связанное с Энни и Николасом. Это была довольно сложная задача, практически невозможная, так как первая жена Арманда умерла в 1449, подумала она.
— Следуй за мной в дом, — сказал Люциан, садясь в свой фургон.
Эш просто кивнула и пошла к мотоциклу, одевая шлем до того, как дошла до него. Ее действия были автоматическими, когда она оседлала и завела байк; ее разум был сконцентрирован на Арманде Аржено и возможности того, как он связан с гибелью его жен и Энни. Наверняка эта мысль не радовала тех, кто знал и заботился о клане Аржено, и Эш была одной из тех людей. Аржено в настоящее время переживает счастливый период после веков страданий и угнетения братом Люциана Жан-Клодом, и им не нужны такого рода вещи, чтобы омрачать свое счастье.
Вздохнув, она заставила себя сосредоточиться на нынешней задаче и последовала за фургоном Люциана с парковки.
Ферма Арманда была не далеко от закусочной, в которой они были, вероятно это было хорошо, так как у Эш… несмотря на все ее старания… ум был занят своими мыслями, делая ее не внимательной за рулем. Она автоматически замедлялась, когда тормозные огни фургона засветились, затем свернула за ним на дорогу, обсаженную деревьями. Деревья были старые и большие, их ветки простирались как навес над дорогой, и закрывали звезды над головой. На самом деле это было потрясающим, когда они вдруг исчезли, рассредоточившись, окружив поляну вокруг старой викторианской фермы.
Эш замедлилась до остановки позади фургона, когда фургон остановился, она объехала вокруг, встав рядом с ним на круговой дороге, которая проходила перед домом. Ее взгляд прошелся по зданию. Это был старый Викторианский остроконечный дом из желтого кирпича с пряничной отделкой и с крыльцом, во всю длину фронта дома. Перила, побегали вдоль обеих сторон из четырех или пяти ступенек, ведущих к двустворчатой двери, которая была мертвой точкой в передней части здания. Свет лился из окна на первом этаже, добавляя свечение к фонарю, который сиял над дверьми в доброжелательной манере.
Эш заглушила свой мотоцикл и слезла, ее взгляд скользил с интересом по местности, когда она сняла шлем. В то время как дом был старым, он был в хорошем состоянии, либо за ним ухаживают с любовью сотню лет, поскольку он был построен тогда, либо его отреставрировали и восстановили до его первозданного великолепия. Она была готова поставить на то, что за ним ухаживали, а не отреставрировали. Пряничная отделка и волнистое оконное стекло выглядело подлинным по ее мнению.
— Твое предположение верно, — объявил Люциан, появляясь рядом с ней.
Эш сердито зыркнула на него за чтение ее мыслей, как грубо, и не извинился, а затем ее взгляд скользнул к кулеру, который он нес, и она легонько вздохнула при мысли о крови, которая скорее всего там лежала. Звонок Люциана разбудил ее в середине дня, и она так спешила выполнить приказ и приехать сюда, что не подумала, покормиться перед отъездом. Она начинала это ощущать.
Люциан слегка улыбнулся ее мыслям и махнул, пропуская ее вперед.
— Тогда пойдем, и ты сможешь выпить мешок или два, в то время как я положу остальное в холодильник Арманда.
Эш кивнула, достав свою сумку из CruzPac[1] в задней части ее мотоцикла, и направилась к дому.
— Что это? Это твоя идея упаковки вещей для поездки? — спросил Люциан, недоверчиво оглядывая ее сумку, когда последовал за ней к лестнице.
— А чего ты ожидал? Кофры[2]? — спросила она сухо. — Кроме того, я не была уверенна, как одеваются сельское население. Я думала, купить пару вещей здесь, как только это выясню.
— Ты так говоришь, будто фермеры — это совершенно другая раса, — сказал Люциан, наполовину с отвращением и половину с развлечением.
— Как будто ты не думаешь то же самое, — сказала она сухо, а потом добавила, — Кроме того, насколько я могу судить. — Эш покачала головой, но призналась, — Я просто не понимаю, зачем хоронить себя в глуши. Мне хватило этого бреда в Средневековье, большое спасибо. Надворные постройки меня не привлекают. Я предпочитаю городскую жизнь.
— Я думаю, что сейчас у них здесь есть водопровод, — сказал весело Люциан.
— Последний раз, когда я была на ферме, не было.
— Когда это было?
— Когда мы охотились на отступников в Арканзасе, — ответила она с содроганием. Условия жизни в гнезде было скотское в ее сознании. Она на самом деле чувствовала, что делала все правильно, уничтожив маленький отряд отступников, положив конец их страданиям. Это была одна из охот убить-всех. Где отступники уже были изучены и осуждены, но их убежище нужно было обнаружить.
— Ради Бога, женщина, это было семьдесят или восемьдесят лет назад.
— Не так уж и давно, чтобы я забыла, — сказала она с содроганием.
— Если бы я знал, что это будет преследовать тебя, я бы не включил тебя в ту охоту, — сказал он сухо.
— Да, верно, — фыркнула она. — После этого ты бы заставил меня проверить все сельские дома. Почему ты думаешь, я не позволила тебе узнать, насколько это беспокоило меня в тот момент? Ты садистский ублюдок, Люциан. Ты бы рассматривал это как свой долг, уменьшить чувствительность у меня к таким ситуациям.
В ответ Люциан только хмыкнул, когда она придержала для него дверь, чтобы он вошел перед ней.
— На сколько ты останешься? — спросила она, когда он прошел мимо нее и начал идти по длинному коридору. Там было несколько дверей, ведущих из него и ряд лестниц на одной стороне, ведущих на второй этаж. Люциан, очевидно, был здесь прежде; он направился прямо по коридору к задней части дома.
— Достаточно долго, чтобы еще раз поговорить с Армандом, а потом я возвращаюсь.
— Я поняла это, когда увидела, что Ли не с тобой, — с улыбкой призналась Эш, когда упомянула его спутницу жизни. Они редко были не друг с другом, и она, честно говоря, ожидала увидеть женщину в закусочной с Люцианом и Армандом, когда приехала.
— У нее и Маргарет девичник, некоторое время в спа-салоне, ужин и кино, — объявил Люциан, когда зашел в последнюю комнату по левой стороне дома. — Я хочу быть дома до нее, если смогу.
Эш пробормотала подтверждение на его комментарий, но ее внимание было обращено на комнату, в которую они вошли. Свет в этой комнате был выключен, но достаточно количество света лилось из коридора, что Эш было видно. Это была кухня в стиле кантри с широкими дощатыми деревянными полами, внешней кирпичной стеной, три внутренние стены были расписаны, что в тусклом свете, казались, солнечно желтым, с кухонным островом, холодильником, и с тем, что казалось, была старая добрая дровяная печь. Имя Эльмира на передней части, сказало ей, что это, вероятно, была газовая плита, специально разработанная, чтобы казаться подлинной в викторианском доме.
Она перевела взгляд на Люциана, когда он поставил переносной холодильник на каменную столешницу, покрывающую кухонный остров, стоящий в конце комнаты. Когда Эш остановилась рядом с ним, он открыл холодильник, достал пакет с кровью, и протянул его ей.
Эш пробормотала «спасибо», прислонившись боком к острову, открыла рот, выдвинула свои клыки, а затем быстро насадила мешок крови на них.
Люциан повернулся, чтобы открыть холодильник за его спиной. Когда он заглянул внутрь и хмыкнул, Эш сдвинулась, чтобы посмотреть через его плечо. Ее брови приподнялись, когда она увидела, что там не было ни одного мешка крови. Либо они прибыли между поставками, либо Арманд держал свою кровь где-то еще.
Покачав головой, Люциан развернулся, начав перекладывать пакеты с кровью из холодильника в холодильник и Эш попятилась на пару шагов, чтобы дать ему больше места. Пакет у нее рту был почти пуст, и Люциан повернулся, чтобы положить еще два пакета в холодильник, когда он вдруг опустил их и повернулся ее в сторону, протянув руку над ее плечом, мимо ее головы.
Эш слышала шлепок кожи об кожу и задыхающийся звук непосредственно за ней и быстро взглянула через плечо. Ее глаза недоверчиво расширились, когда она увидела мужчину, повисшего в воздухе позади нее, рука Люциана держала его за горло и оторвала его от пола. Он держал зажатый в одной руке нож.

Глава 2

Проклятие от дверного проема заставило Эш взглянуть туда, Арманд стоял у входа. Гнев сверкнул на его лице, но быстро исчез, сменившись на смирение. Его голос звучал устало, когда он спросил:
— Что случилось?
— Твой дом не пустой, как ты сказал — он будет, — раздраженно сказал Люциан.
Арманд выглядел раздраженным, но объяснил:
— Это Пол Уильямс. Он — мой дневной управляющий здесь, на ферме. Я ожидал, что он направится сразу обратно в сарай, после звонка мне, но он сидел здесь, ждал меня. К сожалению, я подъехал прямо к сараю, когда приехал сюда. Когда я понял, что его там нет, я поспешил вернуться сюда, поискать его. — Он замолчал и нахмурился, а затем спросил: — Но почему он напал?
— Никто из нас не заметил его за столом. Я начал распаковывать кровь, а Эш сверкнула своими клыками и надела на них мешок, и он попытался заколоть ее, — сказал сухо Люциан, а потом скривился и сказал, — Хотя, я думаю, что это было бы ранение, так как было не под удобным углом, и он наклонился, чтобы схватить нож для разделки мяса с доски.
Эш стоявшая между двумя мужчинами, отошла, чтобы получше рассмотреть смертного, который собирался напасть на нее. Она скривилась и выбросила теперь уже пустой мешок крови, сняв его с зубов, она смогла рассмотреть большой разделочный нож в его правой руке. Он не убил бы ее, но было бы чертовски больно, когда он вонзил бы его в нее и ранил бы, прежде чем Люциан успел бы заметить его. Морщась, она пробормотала:
— Дружелюбный парень.
Арманд нахмурился, смотря на нож, но потом взглянул на Люциана и спросил с недоверием:
— Вы не заметили его? Как, черт возьми, вы могли не заметить его?
— Свет был выключен, — натянуто отметил Люциан. — Смертные, как правило, не сидят в темноте, поэтому я предположил, что в комнате никого не было, и не взглянул в сторону стола, где он, видимо, сидел. Кроме того, я был отвлечен разговором с Эш. — Он нахмурился, а потом покачал головой и повернулся, чтобы сосредоточиться на смертном, потом опять вернул свое внимание к Арманду и поднял одну бровь. — Он был с тобой с начала лета, но ты не рассказал ему о нас?
— Конечно, я не рассказал. Он хороший работник, — сказал с отвращением Арманд, проведя одной рукой через свои волосы в усталом жесте. Когда Люциан просто поднял другую бровь, Арманд вздохнул и сказал с некоторым раздражением, — Тебе когда-нибудь приходилось даже пробовать водить смертных в наш мир? — Он не дал Люциану ответить, а только захрипел с отвращением и сказал: — Конечно, нет, ты держишь возле себя только бессмертных.
— Это делает жизнь проще, — сказал Люциан, пожимая плечами.
— Да, ну, некоторым из нас нужны смертные, которые могут выходить на солнце, чтобы нам не нужно было удваивать потребление крови… и позволь мне сказать тебе, это не легко. В девяти случаях из десяти, когда ты говоришь им — кто ты, они не воспринимают это хорошо, и ты меняешь их воспоминания и отсылаешь прочь. — Он выдохнул через рот, а потом раздраженно сказал, — Это огромная боль в заднице. Ты говоришь им, что ты вампир, и они думают, что ты шутишь. Ты показываешь клыки, чтобы убедить их, и они тут же мочатся в штаны и достают оружие. Ты забираешь оружие и объясняешь, что нет, нет, это не так. Мы не бездушные мертвецы. Наш вампиризм имеет научную характеристику. Наши предки были Атлантами, и они были более развиты, чем даже предполагают мифы. Они разработали наноботов, которые были введены в тело, чтобы восстанавливать повреждения и бороться с болезнями, только наноботы используют кровь, как питание и, чтобы поддерживаться себя, нужно больше крови, чем наше тело может создать, и, таким образом, мы должны потреблять кровь от внешнего источника. — Он фыркнул, а потом добавил, — Ах да, и нанос рассматривает старение, как нечто, что нуждается в ремонте, поэтому держат своих хозяев на пике их здоровья и молодости… вечно. — Его рот скривился, и он покачал головой. — Как я уже сказал, в девяти случаях из десяти они не воспринимают это хорошо, и я в конечном итоге стираю им память и отправляю их в другое место. — Его взгляд переместился на человека, которого Люциан все еще держал в воздухе. — Пол — работяга, хороший менеджер, но он очень авторитарен по своей природе. Я подозреваю, что он будет одним из девяти, а не одним из десяти. Я не хотел искать нового менеджера, поэтому не рассказывал ему.
— Твои инстинкты хороши, — тихо сказал Люциан, забирая нож, который смертный все еще сжимал, и опустил его на ноги. — Судя по тому, что я прочитал сейчас в его мыслях, воспоминания мистера Уильямса должны быть уничтожены, а он — выслан.
— Понятно, — пробормотал Арманд с отвращением. — И я предполагаю, что это должно быть сделано прямо сейчас.
Люциан ничего не ответил, но Эш подумала, что ему и не нужно. Уровень страха, который мужчина, должно быть, испытал, идя на нее с ножом, когда она не сделала ничего, что бы угрожало ему, означало, что ему просто необходимо стереть память, и чтобы сохранить ее стертой, Пол никогда не должен увидеть ни ее, ни Люциана, ни даже этой кухни снова, не рискуя, что память вернется. Есть даже шанс, что, видение Арманда в любом дверном проеме, может вызвать возвращение стертых воспоминаний. Пол Уильямс должен быть отослан, чтобы память не вернулась.
— Я разберусь с мистером Уильямсом, — сообщил Люциан. — У тебя проблема с рождающей детеныша коровой.
Арманд заколебался, а затем мрачно кивнул.
— Пол жил в небольшом доме позади этого. Мебель остается, но остальное его, придется упаковать все в его пикап. Я пойду выпишу щедрое выходное пособие для него, и подбрось его до дома, пока я иду обратно в сарай.
Люциан посмотрел на Эш.
— Убери кровь, а затем приди в дом управляющего. — Эш кивнула, но просто стояла и смотрела, как Арманд повернулся и направился по коридору. Как только он ушел, Люциан сосредоточил свое внимание на ней и сказал: — Когда он вернется, я хочу, чтобы ты попробовала прочитать его.
Эш нахмурилась, но Люциан уже провожал теперь уже экс-управляющего Арманда из кухни, а она обошла вокруг острова, чтобы продолжить ту работу, которую он начал, доставая кровь и укладывая ее в почти пустой холодильник. Она быстро справлялась с задачей, стремясь быстрее попасть в дом управляющего и отослать его, чтобы начать новую работу.
Эш была силовиком уже некоторое время. Она охотилась на вампиров-отступников, находя их гнезда, захватывая их и, как правило, отдавая их Совету для суда. Хотя иногда Люциан подкидывал редкую работенку, когда отступник был уже судим, и не надо было напрягаться, ловить его — просто убить и все. Такая работа обычно была стремительной и жестокой. Однако, эта работа не была ничем подобным. Здесь понадобиться больше мозгов, чем мускулов, и ей придется занять все свое время, задавать правильные вопросы и найти верное решение. Она просто надеялась, что найдет ответы, которые причинят наименьшую боль для всех вовлеченных. Она хотела найти ответы на все вопросы или найти те ответы, которые помогут оправдать Николаса Аржено.

***

Арманд ободряюще похлопал корову по боку, когда она облизывала и умывала своего теленка. Он был удивлен, что у нее еще была энергия. Это было трудное рождение. Теленок повернулся и запутался в пуповине. На какое-то время он подумал, что не сможет исправить ситуацию вовремя, чтобы спасти теленка. Был даже момент или два, когда он переживал за мать, но ему удалось повернуть теленка и все в итоге получилось.
Выпрямившись, он снял резиновые перчатки, которые надел, чтобы попытаться повернуть теленка, и взглянул на часы, нахмурившись, когда увидел время. Было уже после полуночи. Прошло только пару часов с тех пор, как он вернулся в сарай. У него было ощущение, что прошло как минимум в два раза больше. На самом деле, он был немного удивлен, когда вышел из сарая в звездную ночь, а не в предрассветный свет.
Он перевел взгляд на дом управляющего. Арманд не удивился, увидев, что свет был выключен. До этого ему потребовалось не так много времени, чтобы дойти до кабинета, найти свою чековую книжку… он должен признать, это заняло несколько минут, Арман всегда клал вещи не на место… выписать чек, и отнести его в дом управляющего, Люциан и Пол, которым он управлял, уже наполовину все собрали. В то время как сам Люциан трудился с максимальной скоростью, на которую их вид был способен, он также контролировал Пола, заставляя его делать работу почти так же быстро.
Арманд подозревал, что они, вероятно, закончили сборы и Люциан проводил Пола, в то время как он все еще пытался успокоить корову, чтобы он смог помочь ей. Без сомнения, Люциан сидел уже около часа и ждал его, когда он закончит и вернется в дом… вместе с Эш. Она приходила один раз, чтобы спросить, могла ли она чем-нибудь помочь ему, но он прогнал ее, понимая, что она больше будет отвлекать его, чем помогать.
Было что-то в этой женщине, сочетание знойности и силы, что совершенно очаровывало его. Очень вовремя она ушла, а то все бы его внимание было на ней. Она наверняка больше бы мешала, чем помогала в сарае. Теперь, когда теленок и мама были здоровы, Арманд, казалось, стремился попасть в дом и увидеть ее снова. Прошло довольно много времени, с тех пор как само присутствие женщины захватывало его внимание. Со времен его первой жены, Сусанны, его единственной пожизненной пары.
Эта мысль заставила его нахмуриться, когда Арманд поднимался по ступеням на заднее крыльцо дома. У него не было желания далее обдумывать этот факт. По правде говоря, все эти мысли привели его к выводу, что было бы лучше, если бы он отказался позволять ей остаться с ним. Но он не мог этого сделать. Помимо того, что вы просто не можете отказать Люциану Аржено, он должен был признать, что Эш, наверное, в большей безопасности в его доме. Если бы она уехала, и с ней бы что-то случилось, он бы никогда не простил себя.
Арманд нашел Люциана и Эш в его гостиной. Она лениво листала журнал, а Люциан смотрел телевизор и щелкал каналы со скучающим выражением лица, которое превратилось в раздражение, когда он увидел входящего Арманда.
— Боже мой, Арманд, у тебя здесь только местное телевиденье. Что случилось? Лучшие шоу на верхних каналах, и я не знаю, как ты живешь без каналов кино.
Арманд пожал плечами, его губы дернулись.
— У меня даже не было бы местного телевиденья, если бы не Агнес. Моя невестка, сестра моей первой жены, — пояснил он для спокойствия Эш, прежде чем добавить, — Она заказала его для меня, когда я попросил ее, чтобы она подключила сюда Интернет. Я до сих пор не знаю, почему она вообще побеспокоилась о ТВ. Я не смотрю телевизор. — Он поднял бровь. — Насколько я знаю, ты тоже. Когда ты начал?
— Моя Ли смотрит несколько шоу, — пробормотал Люциан, а затем сказал, — Большинство из того, что идет по телеку дерьмо, но есть несколько хороших шоу среди ахинеи.
— Правда? — спросил сухо Арманд, поняв, что это несколько забавляло его брата. Оказаться в такой ситуации было редкостью. Люциан редко был забавен до того, как нашел свою половинку, которая подарила ему его человеческую сторону, которая неуклюже сидела на его плечах, и это определенно вызывало улыбку на лице Арманда. За этим было интересно наблюдать. Через какое-то время, может Ли удастся сделать из него почти нормального человека. Сомнительно, конечно, но все равно было бы весело это созерцать. Отбросив на данный момент такую возможность, он поднял брови. — Итак…? Я удивлен, что ты еще здесь. Ты хотел что-то еще мне сказать?
— Да. — Люциан выключил телевизор и встал. — Давай быстро разберемся с этим, я здесь уже дольше, чем собирался быть. Мы поговорим на кухне. Я хочу больше крови.
Арманд криво усмехнулся и отошел в сторону, когда Люциан прошел мимо него, направляясь в коридор. Это может быть и был его дом, но это не останавливало его брата действовать так, как если бы это была его собственность. Хотя он был таким везде и всегда. Это не было неожиданным. Его взгляд скользнул к Эш, но, когда она продолжила читать свой журнал, он оставил ее и последовал за Люцианом.
— У тебя не было крови в холодильнике, когда я положил туда эту. Ты ждешь доставку? — спросил Люциан, когда подошел к холодильнику, чтобы взять оттуда кровь.
— Я держу свою кровь в моем холодильнике в спальне. У меня есть смертная экономка, с ней и Полом, казалось, не мудрым рисковать тем, что один из них сунет свой нос в холодильник и задумается о том, что там делает расфасованная кровь.
— А сок и несколько других продуктов? — спросил Люциан, вытаскивая два мешка крови и закрывая дверь.
— Камуфляж, — пробормотал Арманд, принимая мешок, который Люциан протянул ему и последовал за ним к кухонному столу в дальнем конце комнаты. — Пустой холодильник может вызвать вопросы, на которые я не хочу отвечать. Я всегда держу что-то в холодильнике. Я меняю это время от времени, кормлю фруктами и ленчами (прим.: имеется в виду, готовые в коробках) свиней и заменяю соки и молоко на свежее, когда их срок годности, указанной на упаковке, истекает. — Люциан хмыкнул на эту информацию, устроившись на стул. Минута прошла в молчании, когда они были сосредоточены на кормлении, но после того, как мешки опустели, Арманд взял их и пошел, чтобы выбросить в мусорный ящик под раковиной, спрашивая: — Так что ты хотел мне сказать?
— Я договорился о дополнительной крови в твои поставки, пока Эш здесь, — сообщил ему Люциан. — Я возьму на себя оплату счета.
— Нет необходимости, — пробормотал Арманд. У него была доля в Аржено Энтерпрайзес и десяти фермах, которые приносили прибыль. Он мог обеспечить кровью женщину, которая пробудет здесь пару недель.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.