Библиотека java книг - на главную
Авторов: 38259
Книг: 97270
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Королева пиратов»

    
размер шрифта:AAA

Анна Нельман
Королева пиратов

Глава 1
Маленький флибустьер

«Мой маленький флибустьер! Ты такая отчаянная, что иногда пугаешь меня своей силой! Я хочу быть честен: не выдерживаю тебя! Ты как стихия обрушиваешься и сметаешь все на своем пути! Если и был когда-то мужчина на свете достойный тебя, то его уже давно нет в живых. Этот бедолага – часть мифов. Прости меня за слабость! И смирись с тем, что мы больше никогда не увидимся. Твой Сяолун».
Сердце молодой женщины сжалось. Сколько сотен раз она перечитывала эти слова?
– Мой маленький флибустьер, – выдохнула она, улыбаясь сквозь слезы. Ей снова послышался ласковый голос бывшего возлюбленного. Словно ей снова было восемнадцать лет, и сердце ее полыхало любовью к молодому писателю, мечтающему о карьере великого человека и обещающему сложить к ее ногам весь мир.
– Когда-нибудь я заработаю много денег, и мы уедем из этого паршивого отравленного ядом фальши и жаждой наживы Гонконга! – твердил уверенный мужской голос. Юная Шан кивала, надеясь, что однажды так все и будет. Но человек, имя которого она запрещала себе произносить, бежал, оставив ее одну, и створки ее души захлопнулись, а разбитое сердце было заключено в надежную броню. Уже тогда она поняла: не надо обвинять жизнь в несправедливости, важно уяснить: человек слаб!
Это было редкое явление, случающееся примерно раз в сезон: она позволяла себя плакать, укрывшись от всего мира в стенах «замка печали», точнее – в шикарных апартаментах на любимой яхте супруга, оборудованной всем необходимым. Никто не знал об этой ее маленькой слабости, иначе ясность ума Мадам Вонг была бы под сомнением. При ней была кухарка и телохранитель. Команда головорезов ссаживалась на берег острова, рядом с которым дрейфовало «слезливое» судно с королевой на борту. По официальной версии Мадам Вонг обдумывала там планы на будущее. Но среди ее подчиненных был известен другой вариант происходящего: перешептывались, что на самом деле дьяволица проводит там какой-то дикий ритуал (что-то наподобие поедания младенцев и еще бьющегося сердца врага). Шан была в курсе этих глупых побасенок и от души смеялась, вспоминая, как супруг ее предостерегал:
– Против человеческой глупости есть только одно оружие – терпение!
В сокровенные минуты в дрейфующей среди волн колыбели она ощущала себя не монстром, вершащим судьбы, а просто женщиной, в ней просыпался напуганный и безумно одинокий ребенок. После страдальческой стадии и самоистязаний (Шан наносила на кожу ноги порезы), она курила опиум и погружалась в воспоминания. Мадам Вонг любила перелистывать детские страницы книги-памяти. Перед тем, как забыться под дурманящим действием табака, она совершала маленькое путешествие: мысленно отправлялась в далекую рыбацкую деревушку, где старик-отец пропахший рыбой и морской солью, пел ей тихую колыбельную песню. После этого Шан погружалась в дрему, затем в глубокий сон. Она любила это кратковременное отчуждение – уход в небытие, в эти минуты ее организм находился в состоянии глубокого покоя, когда отсутствовали желания, мысли, боль.
– Мадам Вонг, – произнесла слепая женщина негромко. На звук голоса Терезы королева пиратов резко открыла глаза. Чуткий сон и быстрое пробуждение – этому она научилась еще во времена, когда ее узкие бедра раскачивались в такт музыке на подмостках увеселительных заведений. Конкуренция среди претенденток на сольное творчество в танцевальных коллективах подразумевала бескомпромиссное соперничество и жестокость. Однажды ей подсунули ядовитую змею в постель. Девушка долго не могла понять, что неприятно скользкое касается ее кожи. Сквозь дрему она представляла, что это прохладная рука матери, склизкой от рыбьей желчи рукой требует ее пробуждения. Открыв глаза, Шан окаменела от ужаса. Готовой к атаке рептилии она смотрела глаза не меньше минуты, но вместо того, чтобы вцепиться в девичье тело, она виновато сжалась и уползла в сторону. Обидчицу-конкурентку девушка наказала весьма жестоко: она сломала ей обе ноги и любительница змей быстро завершила танцевальную карьеру, рекомендуя остальным девушкам обходить сумасшедшую Шан стороной. Из этой ситуации девушка извлекла хороший урок: чтобы выжить в этом мире и урвать лакомый кусочек, важно быть безжалостной, бессердечной, бездушной. Как говорил ее покойный муж:
– Оставь сопли бедным, Ши! Выгрызай свой путь и смело перешагивай через тех, кто падает к твоим ногам.
После сезонных обострений – секретных праздников грусти – Мадам Вонг снова становилась неумолимой разбойницей, для которой жизнь людей не стоила и гроша. Все знали, что смерть для нее является просто словом из шести букв, поэтому пререкаться с отчаянной дамой никто не спешил.
– Вам принести чаю? – спросила мягко Тереза.
– Нет, убирайся! Скажи Шэнли, что я буду готова через час!
Мадам Вонг редко позволяла до себя дотрагиваться. Иногда ее прислужница Тереза помогала ей одеваться, но это было в исключительных случаях – если подбитая во время одного из ограблений рука отказывалась двигаться. Пулю Шан заполучила во время примерно десятого ограбления. В послевоенное время во второй половине сороковых годов в китайских морях возобновились перевозки грузов, но крупные корабли были хорошо защищены и пираты, как правило, ломали зубы о столь крепкие орехи. Еще при живом мистере Вонге его команда переключилась на джонки (небольшие грузовые судна) и при минимуме жертв они прилично зарабатывали грабежами. Когда у штурвала встала Шан, этот факт, конечно же, покоробил пиратов, которые не желали быть под крылом бабы. Мадам Вонг проявила жестокость, показательно покалечив несколько людей и требуя дисциплины, после она устроила всеобщее собрание, заявив, что стремится возглавить флот на время, и если не справится с поставленными задачами на уровне покойного мужа, то уйдет прочь. Нехотя, но разбойники согласились на ее условия, опасаясь не только за собственные жизни. Супруг учил ее:
– Ши, бей в самое больное место врага! Если у него есть дети, жена, родители – все равно кто, уничтожь их, чтобы ослабить его жизненную энергию. А потом убей и его! Не дай окрепнуть, потому что жажда мести при том, что человеку нечего терять, делают соперника неуязвимым.
Первые пиратские рейды она возглавляла лично. Не боялась пуль и могла сражаться как львица, защищая не столько свою жизнь, сколько создавая себе репутацию отчаянного флибустьера. В нее стреляли в упор несколько раз, но пули словно огибали ее тело. Шан делала вызов смерти, но та по какой-то причине щадила ее. Среди пиратов пошли слухи, что дьяволица заговаривает нацеленное оружие, которое не в состоянии ее уничтожить. Так вокруг сумасшедшей особы, которая на деле оказалась смелее многих мужчин, рождались легенды и мифы, а вместе с ними уважение и даже преклонение. Китаянка стала их идолом, королевой и когда ее господство признали все, коварная пуля сразила женщину, прошив насквозь плечо на очередном грабительском мероприятии. Почувствовав дикую боль в верхней части тела, Мадам Вонг не показала виду, что ранена. Она переживала, что пятно крови выдаст ее уязвленное состояние, но начался жуткий ливень, под которым ей удалось спрятать ранение. После сражения ее команда загружала добычу и помогала раненым, а Мадам Вонг под всеобщие аплодисменты удалилась на катер, который поспешно доставил ее к берегу. Телохранитель Шэнли доставил потерявшую сознание Шан в секретную бухту. Там был построен небольшой дом, в котором королева пиратов могла укрыться от излишнего внимания. Потеряв много крови из-за ранения, Мадам Вонг была при смерти и несколько дней билась в агонии. От ее имени общался Шэнли, убеждая команду, что женщине нужно время, чтобы принять решение о том, готова ли она возглавлять империю мужа.
– Мы приняли ее! И согласились с тем, что черт в юбке управляет нами не хуже, чем сам мистер Вонг! – смеялись пираты, не подозревая, что жизнь королевы висит на волоске. После того, как Шан пошла на поправку, она управляла преступным бизнесом в основном дистанционно. Она была вдохновительницей на ратные дела и мозговым центром, управляющим маленьким преступным государством, и создала что-то наподобие совета министров, в который входили самые достойные представители разбойничьего мира, каждый из которых нес ответственность за успехи и неудачи в доверенном ему направлении. Сухопутные грабежи, содержание борделей, шантаж чиновников, морские разбои – зоны забот были поделены, что было весьма удобно для предприимчивой женщины. В заселенном трудолюбивыми пчелами улье, Шан была царствующей маткой.
Вдова Вонг утвердилась в мире мужчин и была с ними на равных, что не раз доказывала во время внезапно возникающих сражений. После разных жизненных перипетий, дала себе зарок не вести с женщинами дел. Дочь умершего наркобарона решила по примеру современницы – королевы пиратов – возглавить дело отца и стать знаменитой преступницей двадцатого века. Она охотно позировала перед камерами и давала интервью крупным изданиям, вела себя при этом глупо и вызывающе, как ребенок, попавший в конфетно-карамельный зал без надзора взрослых. «Свои» ее не трогали в связи с тем, что девица была из семьи очень уважаемого и авторитетного человека, который умудрился вырастить только одного потомка. Опиумный рынок присмирел, ожидая, что детеныш быстро пресытится игрой в бизнес-леди и уйдет в тень, оставив управление наркомиром профессионалам. Но в результате она почти разрушила отцовские наработки. Когда полиция загнала ослабевшую и запутавшуюся даму, подсевшую на собственный товар в угол, она вынуждена была пойти на сотрудничество, и стала марионеткой в руках власти.
– Молодежь наступает тебе на пятки, Ши! Берегись, старухам не место на большой дороге! – произнесла девушка во всеуслышание. Люди Мадам Вонг замерли в ожидании команды «фас!», но она не отреагировала на провокации, понимая, что дни бедняжки сочтены, и взбалмошную перепуганную дочь преступника растащит на куски ее же окружение. Через сутки ее нашли в канаве, а смерть записали на счет вдовы Вонга.
– Женщины и серьезный бизнес – несовместимые компоненты, – твердил ее мудрый супруг. – Но в человеке есть и мужское, и женское начало. Сражайся с бабой внутри себя, одолей ее и управляй миром!
Шан не понимала, что именно имел в виду Мистер Вонг, но когда его не стало, ей пришлось вникнуть в философию бандитской жизни, чтобы не сдохнуть от руки недоброжелателей. Ей предстояло удержать на плаву то дело, которое он сумел раздуть до серьезных масштабов. Со временем от хрупкой, доверчивой танцовщицы почти ничего не осталось, лишь блеклая тень. Вместо нее появилась женщина, не ведающая страха.
В империи Вонг доверие было дорогостоящей валютой, которая в целом в преступном мире была не в ходу. Были два человека, которым Шан могла вверить свою жизнь: ее телохранитель Шэнли, который сопровождал пиратку везде, и Тереза. Ослепшую женщину подобрали после очередного пиратского рейда. Впервые Шан была снисходительной и подобрала утопающего из воды. Все что о себе помнила Тереза, когда пришла в сознание, что она когда-то жила в Португалии и была дочерью капитана. И еще она была настоящей кудесницей на кухне. Каким образом женщина управлялась с кипящими кастрюлями без глаз – для всех было загадкой. Окружение Мадам Вонг боготворило эту иностранку, с трудом говорящую на их языке, прозвав ее «Святая Тереза». Спасенная из морской пучины португалка проводила большое количество времени возле Мадам Вонг.
Шан было трудно, и ей часто не хватало мудрых советов супруга. Она любила его слушать. Особенно в первое время их знакомства. Она почти ничего не понимала из его речей, но чувствовала, что рядом с этим дорого и красиво одетым мужчиной скучно не будет никогда.
Государственный чиновник Вонг Кунгкит был человеком представительным и очень щедрым. Из всех девушек он выделил именно ее – красавицу Шан. Девушка была равнодушна к дорогим подаркам и говорила прямо:
– Я не стану вашей любовницей!
Ее упрямый нрав только раззадоривал предприимчивого мужчину, и он сделал заявление:
– Не станешь моей любовницей? Что ж придется на тебе жениться!
Господин Вонг посещал все ее представления и особенно отмечал танцевальную композицию «Флибустьерша», в которой полураздетая девица была предводительницей развратных амазонок, преклоняющихся перед ней. После завершения этого кратковременного музыкального спектакля сцена была завалена цветами. Хозяин ворчал, потому что посетитель не тратил денег в стенах его заведения, он просто посещал представления, делая минимальный заказ в баре, но зато соседствующие цветочники в эти вечера рано закрывали свои лавки, потому что весь товар выкупался разом, и у стройных ног красавицы Шан вырастали горы благоухающих бутонов.
– Если ты захочешь, это будут не цветы, а золото! – обещал поклонник молодой девушки, но она лишь смеялась в ответ. – И что я буду делать с твоим золотом?! Есть его? Или построю дом?
В отличие от своих коллег будущая властительница морей была равнодушна к богатству, чем удивляла злопыхательниц, уверенных, что она не заслуживает такого внезапно свалившегося счастья, как сватовство мистера Вонга.
– Ты вылезешь с этой помойки! – завистливо твердила ее дублерша. – Будешь носить дорогую одежду и украшения, спать столько, сколько влезет. Вкусно есть и пить! Никаких идиотских танцев для похотливых забулдыг. Разве это не счастье?!
Шан лишь улыбалась в ответ. Ее не понимали и считали немного странной, а после случая с ядовитой рептилией дразнили «заклинательницей змей». Ей было плевать, что думают и говорят другие. Она твердо знала, чего хочет: ее мысли занимал Сяолун, и смысл ее существования был в нем, в их совместном счастливом будущем. Ей хотелось жить в красивом доме с мужем и детьми, где не пахнет рыбой и нищетой, где все смеются и никогда не болеют. Ради своей мечты Шан трудилась с утра до вечера, откладывая заработанные на представлениях деньги, при этом экономя на всем. Сяолун зарабатывал намного меньше. Он написал книгу и бродил с рукописью по издательствам, но никто не хотел ее печатать, считая автора недостаточно талантливым. Тогда он устроился в известную гонконгскую газету и ему доверили вести колонку некрологов. Сяолун становился молчаливым и задумчивым, отшучиваясь, что его клиентура омрачает светлое писательское мировоззрение. Однажды несостоявшийся писатель бежал, оставив после себя лишь записку, в которой извинялся перед своим маленьким флибустьером. Он забрал все деньги, значительная часть из которых принадлежала Шан. Именно тогда появилась первая отметина на бедре. Кровоточащая кровь успокаивала ее, физической болью она приглушала душевную. В этот вечер ее ожидало последнее выступление на сцене ночного заведения. В зале как обычно сидел терпеливый Вонг Кунгкит, ожидающий ее ответа на предложение руки и сердца. Закончив танцевальный номер на руках участников постановки высоко под потолком, девятнадцатилетняя девушка многозначительно посмотрела на присутствующего в зале жениха и громко произнесла:
– Я согласна стать вашей женой, мистер Вонг!
Столь оригинальным способом упрямая Шан решила залатать образовавшуюся брешь в душе, заглушить боль расставания с Сяолуном замужеством с нелюбимым мужчиной. Она знала одно: ее новый избранник никогда не даст свою Ши в обиду. В тот вечер хозяин заведения плакал от радости, потому что осчастливленный согласием Шан жених вызвался оплатить выпивку всех присутствующих в зале, и праздник щедрости продолжался до самого утра. Так началась история самой Мадам Вонг – королевы пиратов двадцатого столетия – с похорон маленького флибустьера.

Глава 2
Миром правит зло

Чарли Стюарт был человеком увлекающимся и, ставя перед собой цели, обязательно их добивался. Он путешествовал по миру, охотясь за интересным материалом, писал талантливые статьи, и без труда продавал их ведущим изданиям Великобритании. Частенько мистер Стюарт работал под заказ и получал финансирование командировки от заинтересованной стороны. Находясь в постоянных разъездах, он заскакивал домой, чтобы поменять гардероб. Его вторая половина по имени Джессика первое время страдала от невнимания, но затем смирилась с участью жены популярного журналиста.
– Чарли, у тебя семья! Что я буду говорить нашей дочке, когда она подрастет? – взывала к его совести расстроенная женщина, поймав мужа среди ночи на пороге дома. – Я чувствую себя матерью-одиночкой.
Изнеможенная бессонными ночами Джессика случайно застала его у входной двери. На родине Чарли побыл всего несколько суток, большую часть из которых провел в кабинетах начальства, и, получив новое задание, мчался на всех парусах по волнам своего сомнительного успеха и непомерных амбиций. Он сбегал, как неблагодарный сын от слишком строгих родителей.
– Моя милая, моя хорошая Джес, я ведь тебя предупреждал, что профессия – для меня все! И тебе придется делить меня с ней! – произнес он с нежностью.
– Да, ты предупреждал, – произнесла она, всхлипнув. – Но я не думала, что это будет так тяжело! Твоя работа на первом месте, а я – лишь слабая, незаметная тень в полдень!
Мужчина аккуратно стер слезинки с ее глаз, заверив, что настанет тот момент, когда журналист почувствует: перо затупилось и ему нечего сказать. А пока Чарли одержим этим движением в неизвестность, он чувствует азарт и эти поездки наполняют его существование смыслом!
– Я знаю, никто не сможет воспитать нашу дочь лучше тебя! Я уверен, она поймет меня когда-нибудь, а ты сможешь ей объяснить, что ее папа чертов трудоголик-словодобытчик! У тебя есть прекрасный просторный дом в престижном районе, хорошая машина, красивая одежда, холодильник забит свежими продуктами. Тебе не нужно работать. Лили получит достойное образование. Миссис Стюарт, вы обречены жить безбедно до самой старости! Что еще нужно?! – произнес он с легкой иронией.
– Мужа! – выдохнула Джессика и разрыдалась.
Сердце Чарли сжалось. Он прижал ее крепко к себе, чувствуя как горячие слезинки, прожигают тонкую рубаху.
– Я устала быть одна! Ты как гость в доме. Словно дальний родственник заглядываешь к нам с Лили раз в три месяца. Между нами пропасть, Чарли! Мы отдаляемся… И я не знаю, насколько меня хватит! Я не угрожаю, но хочу предупредить: возможно, однажды ты вернешься, а нас с Лили не будет, я уеду обратно в свою провинцию к родителям, потому что там я ощущаю себя кому-то нужной!
Заголосила дочурка и женщина отстранилась. Несколько мгновений она смотрела в глаза своего мужа, ожидая важных слов, но он молчал. Джессика резко отвернулась и поспешила подняться наверх, чтобы уделить внимание годовалому ребенку. Чарли еще некоторое время стоял в проеме открытой двери, рассматривая прихожую. Хотя ремонт был сделан давно, он видел ее словно впервые. Стараниями Джессики в доме было очень уютно. В тот миг человек, сбегающий из теплой берлоги в холодный отчужденный мир, наполненный опасностями, вдруг понял, что никогда не ценил по достоинству усилия жены. И еще он почувствовал, что ему хочется остаться.
– Это моя последняя поездка, Джес, я обещаю! – крикнул вдруг мужчина, не узнав собственный голос. Его горло сдавил ком, глаза наполнились слезами. Что-то щелкнуло внутри организма, а в том месте, где предположительно находится душа, появилось маленькое горячее солнышко, причиняющее боль. Он закрыл дверь и поспешил прочь, торопливо перебирая ногами и не оглядываясь. Путь его лежал на Восток. За материал о королеве морей по фамилии Вонг предлагали слишком хороший гонорар, чтобы отказаться. За ее фотоснимок было обещано увеличить вознаграждение в десять раз. Азарт и склонность к авантюризму не позволяли ему повернуть назад.
– Дружище, мои поздравления! Своя газета…
– Чарли, если ты не закроешь рот – будет драка. Это обычный мусор, который никто не читает. В основном преувеличенные полицейские сводки о том, как славно они борются с преступностью! Сплошное вранье! Ты видишь, у меня даже секретарши нет! Какой же я преуспевающий начальник после этого?
Беррельас вяло махнул рукой и немного ослабил галстук. Лето выдалось жаркое, ленивый вентилятор, недовольно ворчащий под потолком, нисколько не спасал от духоты, он перегоняя горячий воздух. В небольшой комнате стояло три стола: за одним сидел сам редактор газеты, на другом стояла необходимая техника, а третий был захламлен какими-то бумагами.
– Должен сделать тебе комплимент: твой английский значительно лучше! – произнес Чарли с отеческой теплотой в голосе.
Беррельас весело закивал, вспомнив старые времена: приехав из Макао в Гонконг, он отчаянно искал себе работу. Полуостров, откуда он родом, был португальской колонией и соответственно жители говорили на двух языках – португальском и китайском. Многие учили и английский, но Беррельас был человеком ленивым и считал, что знаний ему и без того достаточно и захламлять голову лишней информацией ни к чему. С Чарли он познакомился, сражаясь за теплое место репортера в известном гонконгском издании. Ни тому, ни другому эта работа не светила из-за языковых провалов. Чарли мог говорить на китайском, но с огромнейшим усилием. Этот коварный язык никак ему не давался.
– Лучше бы я в Россию поехал! Их звукоизвлечение куда лояльнее – не надо выкручивать себе язык и передавливать глотку! И еще эти ваши наречия, будь они неладны! А русские, я слышал, читают мысли!
– Русские читают мысли? – удивился португалец, произнеся эту фразу так медленно, что казалось, остановилась планета, и все замерло в ожидании, пока собеседник закончит вопрос.
– Читают! После стакана водки! – убедительно и со знанием дела произнес англичанин, не скрывая раздражения. Менять место дислокации он не мог, потому что на тот момент зависел сразу от нескольких лидирующих британских изданий, которые возжелали, заиметь свой источник информации в городе, где встречались Восток и Запад. Заказчики оплачивали проживание журналиста в другом уголке мира, чтобы регулярно получать достоверные факты о происходящих там событиях. Скучающие англичане любили азиатские сказки и с удовольствием читали о перспективах чужих земель, о которых так часто и много писали на страницах прессы. Еще в середине девятнадцатого столетия над Гонконгом развивался английский флаг. С тех пор представители чуждой нынешнему населению культуры чувствовали себя на этой территории хозяевами. Дабы узнавать больше и легально, Чарли пришлось устроиться в местную газету, но языковая ограниченность лишала его возможности входить практически в любые двери без стука. Так и сложился португальско-английский дуэт: талантливый и уже известный к тому времени англичанин с трудом формулирующий китайские фразы и новичок-португалец, который несправедливо был назначен главным в их паре. Над ними потешалась вся редакция, прозвав «мальчики по вызову» и за это Чарли ненавидел пройдоху Беррельаса еще больше. Они постоянно ругались и усугубили свое положение, потому что коллеги начали поговаривать об их «внутрисемейных перепалках».
– То, что ты меня… ненавидеть – мешать, – произнес как-то португалец, пригласив Чарли в бар. – Я тебе не враг! Ты – бог газеты. Я признавать твой талант, Чарли Стюарт! Я надеяться… уметь как ты… писать! Дружить?
Беррельас протянул руку и умасленный приятными словами англичанин с удовольствием ее пожал, добавив:
– Ты стал говорить намного лучше на моем языке!
– Это русская водка! Ты читать мои мысли! – отшутился португалец, подняв рюмку и призывая выпить за понимание. После примирительного вечера они стали приятелями. Чтобы унять надоевших коллег, мужчины открыто делали друг другу подарки, оставляли букетики цветов на столе и делали двусмысленные комплименты, чем истребили желание отшучиваться по поводу их партнерства. Работали они ладно до момента, пока Чарли не покинул Азию, вернувшись на родину для короткой передышки.
– Рад, что ты приехал! Что ты ищешь в Гонконге? – весело уточнил Беррельас, присев на край стола. Чарли не двинулся с места, стоя под волной чуть прохладного потока от вентилятора.
– Меня интересует одна женщина…
– Утомили англичанки? Визит в поисках свободной любви?
Чарли рассмеялся, оправдываясь, что не стал бы мчаться за моря и океаны ради любовных утех. Он не захотел ходить вокруг да около и сходу произнес:
– Я хотел бы познакомиться с Мадам Вонг.
Португалец некоторое время сидел ошарашенный, словно на него вылили ледяную воду, и он тут же покрылся слоем льда. Оттаял он спустя пару минут.
– Мне бы очень хотелось, чтобы это был твой особенный английский юмор!
– Я не шучу, дружище, я действительно хотел бы с ней познакомиться, потому что склоняюсь к мысли, что ее не существует!
– Как ты говорил, когда мы вместе работали… Не стоит плевать против ветра? Это плохая затея, Чарли. Все очарованы ее персоной, потому что полиция пообещала крупную сумму за портрет этой женщины. Ты не слышал, что случилось с бедолагами, которые решились рискнуть? Их не просто порубили на куски, их превратили в фарш! – лицо Беррельаса помрачнело. Он ненавидел разбойницу всеми фибрами души и не понимал, каким образом она удерживает позиции лидера в бандитском мире. Там, где свершалось серьезное преступление, в особенности связанное с крупным грабежом среди морских волн, люди видели тень Мадам Вонг. Они переглядывались и, ничего не говоря, думали об одном и том же: мы знаем, кто это сделал – сумасбродная жадная пиратка, ей мало богатства, она снова и снова выходит в море, чтобы грабить. В последнее время у преступной знаменитости появился новый вид дохода – рэкет. Она предупреждала капитанов плавучих средств о том, что им предстоит быть ограбленными, и предлагала купить спокойствие, заплатив дань. Почти все отдавали назначенную сумму, потому как ущерб от налета превосходил ее в несколько раз. По сведениям гонконгской морской полиции доход от пиратства Мадам Вонг исчислялся миллионами.
– Я думаю, тебе не стоит хотеть с ней встречи. У меня есть достаточно материала по ее делишкам. Изучай, собирай, анализируй! С удовольствием поделюсь, но в обмен на обещание, что ты не будешь искать встречи с дьяволом!
– Ладно! Все равно я получу хорошие выплаты за ряд статей о «шлюхе Азии», которая так тревожит умы чопорных англичан. Такое ощущение, что люди хотят знать больше о том, что происходит здесь, а не у них под носом! В общем, покручусь тут пару-тройку месяцев и… на пенсию!
– Ты бросишь журналистику?! – воскликнул португалец с недоверием. – Да не поверю! Я уверен, ты и в восемьдесят повезешь свой атеросклероз в другую часть света. Чтобы Стюарт усидел на месте?! Только не ты!
Чарли задумался: на мгновение он представил ринг, на котором его «Я» раздвоилось. С одной стороны был успешный аферист-журналюга, не гнушающийся ничем ради получения интересующих его данных. С другой – унылый семьянин в отутюженной заботливыми женскими руками пижаме, он смердит скукой и быстро старится. Тряхнув головой, англичанин отогнал эти сумрачные ведения.
– Еще скажи, что ты планируешь жениться! – произнес с иронией Беррельас, до неприличия развеселившись.
– Ты считаешь, из меня не выйдет мужа? – моментально разозлившись, отозвался мужчина, прищурившись. Его приятель наступил на больную мозоль – тема семьи поднимала в нем бурю отрицательных эмоций, потому что он считал себя плохим супругом и отцом. Это была его ахиллесова пята!
– У тебя нет гена преданности, Чарли! Ты только не обижайся, ради бога!
Страницы:

1 2 3





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Fil_ka о книге: Марина Владимировна Ефиминюк - Первая невеста чернокнижника
    Забавное произведение, есть с чего посмеяться, но почему-то возникало чувство, что "кусочки от имени светлого мага" там исключительно ради объема книги.

  • tktyjxrf о книге: Марина Владимировна Ефиминюк - Любовь к драконам обязательна
    Про сюжет пока ничего не могу сказать.
    Читаю на сороковой странице из двухста. Смеюсь, бывает, что и до слез.
    Вот прямо сейас и "ржу", а время к двум часам ночи, бедные мои соседи.
    Очень рекомендую эту книгу для расслабиться!!!


  • merry))) о книге: Снежана Альшанская - Академия десяти миров
    Прошла неделя и наконец-то я дочитала эту книгу. Скажу честно на пунктуацию и орфографию не обращала внимания так, как для меня было важнее дочитать сие произведение. Первый минус текста - прошлое и будущее замесили так, что иногда не понимаешь , где эта грань . Нет , конечно , встречаются главы с названием «Прошлое» и «Будущее» , но внутри этих глав полная каша .
    Героиня попадает в один мир и тут каким непостижимым образом уже в другом (как и когда ?????). И эта любовь со второй встречи , причём у обоих.
    Затем мешанина со временем, потом непонятное описание мира . Почему непонятное ? Да потому , что нет сносок или словаря по словам, которые придумал автор. Что-то объяснили , что - то разгадывай сам. Конец скомканный , вначале пробиралась сквозь дебри слов, пару страниц в день лишь осиливала , и тут уже конец . Зло подвержено , враги пойманы , друзья живы. Видимо автор в процессе уже подустала от своего чтива.
    Идея хороша , но автору видимо не хватает опыта. Желаю ей удачи .
    П.с. Обложку лучше сменить - ужас просто .

  • Zvolya о книге: Марина Владимировна Ефиминюк - Любовь к драконам обязательна
    Спасибо автору за отличное настроение, оставшееся после прочтения книги: и улыбнуло местами, иногда просто посмеялась от души. Отличный стиль написания, не напрягающий и не скучный сюжет, всё здорово. Если хотите отдохнуть без особых заморочек по спасению мира от супер зла, очень советую к прочтению

  • 89501729928 о книге: Джастин Валенти - Две пары


читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2018г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.