Библиотека java книг - на главную
Авторов: 44762
Книг: 111430
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Эльфийский порно-спецназ в логове национал-вампиров»

    
размер шрифта:AAA

Лирик Тимоти
Эльфийский порно-спецназ в логове национал-вампиров

Пролог


Драконы сношаются феерически.
Эльфы — нехотя и надменно, потому что им не особо надо, да и слишком они спесивы, чтобы отдаваться какому-либо занятию без остатка.
Горгульи спариваются настолько отвратительно, что наблюдатель забывает о сексе на год, вот какова мерзостность горгульего сношения.
Гномы любятся во тьме пещер, поэтому никто не знает, как там у них. Известно лишь, что быстро, чертовски быстро.
Вампиры тоже сношаются, но, говорят, они мертвы, а в мертвых телах, как известно, кровь не течет, поэтому у вампиров элементарно не встает. Вампиры частенько совершают покупки в сексшопах.
А вот драконы сношаются феерически.
Но речь пойдет не только и даже не столько о том, как это происходит у огнедышащих рептилий.
На карту будет поставлена целостность самой Всеобщей Ткани Первородной Реальности. А с такими вещами не шутят.

Глава 1. Марлен. For whom the bell tolls?


Москва — деловой центр России. Поэтому в Москве есть представительства всех мыслимых и немыслимых фирм, корпораций и прочих хозяйствующих субъектов. И стран. И не только.
Ходят неподтверждённые, но кажущиеся весьма достоверными слухи, что в Москве есть даже представительство Сатаны.
Вы скажете, его интересы простираются несколько шире России, какова бы широка матушка ни была. И это верно. Но верно и то, что у каждой нации свой Сатана. Да-да, свой. Потому что Сатана — сумма представлений о нем. А коль о ком-то у нас с вами есть представления, то у него должно быть и представительство.
Офис Господа также наличествует, но где-то, кажется, в Люберцах и без вывески. У РПЦ пиар и возможности значительно роскошнее.
В общем, представительств в столице не счесть.
Еще говорят, что Москва не резиновая. Особенно эту максиму любят повторять уже понаехавшие. И они, что характерно, неправы. Москва — резиновая. Но не в пошлом каучукосодержащем смысле, а в топологическом. Высшая топология, о которой пока только догадываются земные ученые, позволяет искривлять пространство таким образом, чтобы объять необъятное и вместить невместимое.
Кроме того, огромное число представительств заинтересовано в том, чтобы не бросаться в случайные глаза. Помните люберецкий офис без вывески? Повышенный интерес досужих просителей, мошенников и просто больных людей не нужен ни Господу, ни тем более Сатане, ни инопланетянам, ни тем же гномам, опозоренным в прологе.
Вот почему большинство самых интригующих представительств устроено так, чтобы отсечь поток лишних посетителей. Особенно ловко маскируются офисы, расположенные в центре. Здесь и сортирующие коридоры-лабиринты, и спрятанные в параллельных мирах фальш-этажи, и скучные вывески вроде «Облмосспичпром», где истинная надпись, сделанная на языке гоблинов, зашифрована в орнаменте.
Эльфийское представительство в Москве защищено целым каскадом уловок.
Во-первых, бабка-консьержка. Московских бабок-консьержек нанимают многие потусторонние лица и организации. Круче московской бабки-консьержки только пес Цербер, но он один, и тот в астральной Греции.
Во-вторых, потайной этаж. Вход на него есть только в единственном лестничном пролете не скажу какого бизнес-центра. Причем лестница служебная, куда можно проникнуть только по магнитным картам обслуживающего персонала или по волшебному эльфийскому слову, которое звучит слишком неприлично для русского уха. А дверь, ведущая на этаж, оборудована табличкой «Опасно для жизни! Высокое напряжение», и плюс всегда заперта.
В-третьих, сам этаж спроектирован как лабиринт высокой степени сложности (из десяти крыс, взятых из варианта реальности, где стали разумными не люди, а пасюки, этот лабиринт прошла одна, да и та призналась, что случайно).
Наконец, вход непосредственно в офис увенчан надписью «Кабинет 001. Вход ТОЛЬКО сотрудникам ФСБ. Допуск не ниже 01-ГТ».
Доподлинно известно, что в представительство эльфов в Москве доходил не каждый эльф, хотя их-то снабжали магическими подсказками. История знает курьез, когда еще в 1978 году, при КГБ, эльф, слишком долго живший в России, срезался прямо у двери, так как проникся страхом перед советским комитетом госбезопасности. Бедолагу нашли на пороге пускающим слюни и поющим песню «А в глубине кармана — патроны от нагана и карта укреплений советской стороны…»
В общем, истинный бастион, а не офис.
А главным здесь вот уже восемьдесят восемь лет был Верделмарлениэль Востроухов. Верделмарлениэль — это древнее имя, означающее Верный делу Маркса, Ленина и Энгельса, или что-то другое. А фамилия просто как бы намекала. Для простоты главу представительства звали Марленом.
Марлен был сыном коренной москвички и неотразимого эльфа — предыдущего главы представительства. Папу Марлена звали, простите за прямоту, Амандилом, и он прослужил здесь долгие двести три года. Лесной народ считал Москву провинциальной дырой. Впрочем, эльфы относятся так ко всему, что находится за пределами их пресловутого леса. И вот на сто семьдесят девятом году дипломатической работы Амандил взвыл от тоски по родине и жалости к себе: «Изумрудная долина, батюшка-лес! Задвинули сына вашего, запихнули в задницу вселенной! Руки бы на себя наложить, да страсть как жить хочется!..» До истечения срока, на который его назначили представителем, оставалось почти двести лет…
Грусть-кручина была настолько сильной, что даже знаменитая спесь куда-то делась. А без нее мозг заработал на всю катушку, аж острые уши в трубочку свернулись. По эльфийским законам, должность представителя в варварской стране была наследной, значит, досрочно соскочить с государственного крючка можно было, только насадив на него сына.
В истории эльфийской дипломатии Амандил стал первым высокородным гражданином, который женился на туземке (брр!) и затем вступил с ней в половую связь (здесь эльфийки падают в обморок, а эльфы опорожняют желудки), давшую жизнь метису Марлену.
Итак, Амандил родил Верделмарлениэля, официально признал его, затем вырастил и воспитал, причем временами даже отступала брезгливость. Все-таки житье среди варваров заставляет просвещенного представителя истинного народа трагически опуститься.
Сдав сыну дела, Амандил вернулся на родину, где его встретили как окончательного извращенца. А это означало, что политическая карьера испустила смрадный дух, зато практически все эльфийки его статуса захотели разделить с ним ложе. До спеси ли? Очень уж любопытно, какие они — маньяки-человеколожцы. Другой вопрос, хотел ли этих всех романов сам Амандил, ведь… сами понимаете.
Марлен Амандилович папу не любил, потому что гены. А вот маму любил, потому что это мама. Маму все любят.
Мама у него была старинного княжеского рода. Не мог же папа-эльф возлечь с простолюдинкой, он с дворянкой-то еле смог.
Маму звали Елизавета Васильевна, и по молодости была она дамой, приятной во всех отношениях. Родив Марлена, она согласно толстовскому канону стала самкой. Вложила в сына душу, как говорится, отрекшись от себя. Папе сделалось плохо при виде жены-самки, и он судорожно дал ей развод.
Марлен очень ценил эту жертву Елизаветы Васильевны и позже возил маму к эльфам на омолаживающие процедуры. Лесной народ знал в этом деле толк — мама получилась как новая. Плюс жизнь прокачали лет на триста вперед. Ну, чтобы два раза не ездить.
Эта мама и сегодня отжигает по топовым клубам столицы. Из-за нее иногда стреляются кавказцы, а сам Анзор Батумский сыпал к ее ногам золото в слитках и кокаин мешками.
Кстати, килограммовый слиток ушиб ногу, а кокаина оказалось действительно много, и опять-таки пришлось прилечь на эльфийскую больничку.
Нынешний глава представительства получил прекрасное эльфийское образование. За это он дополнительно ненавидел папу. Легко представить, каково было мальчонке-метису в лучших учебных заведениях, где лютовали малолетние шовинисты. Марлен постоянно натыкался на надписи «Эльфолюдок, поезжай домой!», но особенно его бесили чучела, развешенные по территории кампуса. Среди эльфов достаточно затейников, они создавали точнейшие копии юного Марлена. Но парень сдюжил.
Он закалился в злобного скрытного бойца, став чемпионом практически во всех состязаниях. Он знал историю эльфов лучше самих эльфов. Он вообще был офигенен. Но злобен.
В родном измерении Марлен сравнительно быстро перебесился. Особенно помогло участие сначала в гражданской, а затем и в Великой Отечественной. Бился не за идею, а просто по зову кровожадного сердца. Очень уж немцы напоминали ему эльфов-одноклассников.
Потом путь воина Марлену прискучил, да и подолгу отсутствовать в представительстве возбранялось. Он помучался, помучался и стал коллекционировать сначала рейхсмарки, потом просто марки, затем вдруг стал жадно читать русскую и советскую литературу. Собственно, весь потайной этаж эльфийского представительства теперь был забит книгами.
Погожим майским днем, которым наконец-то начинается подлинное действие сего трактата, Марлен Амандилович сидел за рабочим столом, попивал добрый эль, импортированный из эльфийского леса, и читал роман некоего Регинова «Примерноноль».
Востроухов выглядел преуспевающим чиновником тридцати земных лет, вид имел спортивный, белые кудри закрывали остроту ушей. Обстановка офиса была под стать хозяину — современная, слегка агрессивная, набор техники «мечта президента». Ну, в том смысле, что каждый гаджет по паре.
Двое помощников, нанятых из числа людей, занимались архивом в одной из дальних комнат представительства. Проверяющие с «большой земли» любили придраться к полукровке и всегда выкатывали массу претензий. По результатам последней проверки помощники меняли красные папки на синие.
Востроухов постмодернизма не любил. Его начитанность была безбрежной, оттого всякий ныне модный роман виделся монстром Франкенштейна, сшитым из кусков чужого текста, а перетряхивание терминологии и знаковых фамилий постмодерна выглядело как грубые швы, скрепляющие плоть неживой книги.
Вот и «Примерноноль», купленный на всякий случай (вдруг это пасквиль про эльфов? Примерноноль звучит пародией на эльфийское имя), так истязал Марлена, как не издевались над ним в школе. Роман виделся третьей производной всех известных русской литературе функций. А эль подходил к концу.
Часы отбили полдень, когда в дверь офиса мелко постучались, и она стала медленно открываться.
Марлен Амандилович не без удовольствия отложил книгу, но в то же время непроизвольно напрягся — эльфы заглядывали к нему редко и практически всегда в заранее оговоренное время. Следовательно, с кем-то из лесных граждан случилось нечто из ряда вон…
Не угадал.
На пороге стоял самый обычный туземец лет двадцати. Вихрастый, русоволосый, нос картошкой, телосложения субтильного, одет бедновато, но аккуратно, и на плече баул.
— Здравствуйте. — Парень улыбнулся.
— Manen narmo ava anta apsa… — вымолвил Марлен.
Повисла тишина.
Востроухов, произнеся пароль на нарочито скверном квэнья, ждал отзыва.
Посетитель не распознал в тарабарщине фразу «Сколько волка ни корми» и не знал, да и не мог знать, что надо закончить русскую пословицу, помянув дорогой каждому эльфийскому сердцу лес. Наконец, парень нашелся:
— Экскьюз ми! Ай эм зе дистрибьюта оф зе моуст попьюла кампании э… эбаут косметикс. Ай эм глад ту репрезент ю сам фингс оф ауа продакшн.
— Постойте, молодой человек. — Марлен остановил парня повелительным жестом. — Как вы вообще сюда попали?
Левая рука Востроухова уже открыла ящик тумбочки, отодвинула томик Тютчева и легла на рукоять пистолета. Молодой человек наверняка засланный казачок. В бауле могло быть что угодно, а не косметика. Модный гексоген, стильный пластид, старый добрый тротил… Мало ли, какие-нибудь орки или другой горячий горный диверсант привет прислал.
— Я? — Парень глуповато замигал. — Там это… У вас в парадном такая бабка отмороженная, вот я и со служебного. За уборщицей. А потом сверху шаги и мат, ну, я решил: спрячусь-ка в щитовой. За дверь шасть, а ее и нету уже, будто не было.
Марлен Амандилович кивнул. Дверь на лестничной площадке действительно была односторонней. Для не-эльфов, разумеется.
— И что же дальше? — Рука главы представительства уже сжимала верный пистолет, а большой палец лежал на предохранителе.
— А дальше, как в новогоднем фильме. — Посетитель широко улыбнулся. — «Кто так строит?» Помните?
— Да. — Востроухов не помнил, но знал, что сейчас нельзя давать слабину.
— Минут пятнадцать по вашим коридорам ходил. Пока в эту дверь не уперся.
— И что на ней написано? — Ледяным голосом спросил Марлен.
— Что ФСБ… Допуск… Но я ведь потерялся. — Парнишка сник, гладя баул, будто он пес. — А тут еще товар. Я же… Мне за учебу заплатить до конца мая, а то отчислят без экзаменов.
— Бред какой-то. — Пистолет снова оказался в тумбочке, Востроухов призадумался.
Эльфийский представитель видел, студент не врет. Эльфийское чутье, как-никак. Похоже, чудеса случаются, и парню повезло. Одна беда — придется писать отчет наверх, в управление безопасности. Эльфы боялись варваров-людей и особенно непредсказуемыми считались русские. Похоже, не зря.
— Имя. — Таким тоном, наверное, говорили английские колонизаторы с индусами.
— Вова.
Марлен Амандилович скривился.
— Полное давай. — Он взял бокал и вылил остатки эля в рот.
— Владимир Владимирович Путин, — отрапортовал студент.
Эль пошел не в то горло, и Востроухов выплюнул его с громким «пффф!!!» прямо перед собой. Парень зачарованно уставился на янтарное облако.
Прокашлявшись, Марлен сипло спросил, снова потянувшись к ящику с пистолетом:
— Ты сейчас пошутил, мальчик?
— Нет, у меня и паспорт с собой.
Студент подошел к столу и протянул Востроухову паспорт.
— Тезка, значит. — Марлен засунул паспорт в сканер. — Ну, Вова так Вова.
Парень потянулся к сканеру.
— А…
— По рукам на! — прикрикнул Востроухов. — Раз ты к нам попал, то теперь в разработочку. Вот тебе анкета.
Вова как на автомате принял из рук Марлена стопку бумаг.
— Отвечать, сам понимаешь, придется честно. Не ответишь честно сейчас, сам понимаешь, есть и высший суд. Там с тебя спросится не в такой обстановке.
Студент мелко закивал, мол, понимаю, притом сам.
Он достал из кармана ручку, неуверенно стал озираться, где бы присесть.
Востроухов ткнул пальцем в сторону одного из дверных проемов:
— Там стол и стул. Пятнадцать минут тебе на исповедь.
Парень ушел саморазоблачаться, глава эльфийского представительства полез в сеть. Предстояло проверить Путина-младшего. Он показался Марлену редчайшим лошком, грех не использовать такого втемную при случае.
Пробудив ото сна компьютер, Востроухов открыл заветный сайт, ввел сначала пароль, затем паспортные данные и стал ждать. Глядя на курсор в форме переворачивающихся песочных часов, Марлен подумал, что было бы не дурно вздремнуть. Муторное утро, несимпатичный роман, скукота и усталость глаз…
Он сомкнул на секундочку веки и вдруг почувствовал, как его волосы хватает беспардонная рука, наклоняет, тянет голову влево. Распахнув глаза, Марлен увидел сообщение на экране: «Ошибка! Номер паспорта гражданина РФ и ФИО не совпадают с имеющимися в базе данных».
Он схватился за руку наглеца, но тот рубанул Востроухова свободной рукой по печени.
— Ах ты… — У главы представительства перехватило дыхание.
Но тут в его шею, справа, впились хищные зубы.
И почти мгновенно все стало как-то до лампочки.

Глава 2. Марлен. Сила эльфийской крови


Лампочка. Ее и увидел Востроухов, когда очнулся.
Он долго приходил в себя, то проваливаясь в вату тумана, то выныривая на свет лампочки, пока не осознал, что находится на собственном столе, спеленатый по рукам и ногам скотчем. Голова также была примотана к столешнице. Под затылком лежала книга. Наверняка «Примерноноль».
За окном темнело. Значит, он провалялся в отключке часов семь.
Марлен Амандилович прислушался. Бормотание сплит-системы, шум кулеров компьютера, поставленного куда-то под стол. Враг, кажется, был не поблизости.
«Расправился с ребятами и роется в бумагах», — решил Востроухов, и мысль его была безучастна, но несла она в себе не обычное эльфийское высокомерие по отношению к людям, а тупое равнодушие.
Поняв это, Марлен попробовал разозлиться. Не получилось.
Он старался не шевелиться, чтобы не скрипеть скотчем. Да и неприятно было: перед связыванием враг закатал ему штанины и рукава, липкая лента тянула кожу и волоски.
Еще саднила шея. Справа. Востроухов сначала вспомнил звук — хищный всхлип с отголоском рыка, совпавший с прокалыванием кожи… Потом секунда боли и — апатия. Плюс сладковатый запах с едва уловимым намеком на вонь разложения.
Да-да, это вампир, кто же еще.
«Что я о них знаю? Почти ничего, не наша сфера интересов… А им-то что? И…» — Марлен Амандилович растерянно открыл рот. Лже-студент Вова Путин не может быть вампиром, ведь он пришел днем. Еще он живой. И не врал, когда рассказывал о себе. А если и врал, то это была очень искусная ложь… Неужели в офис пробрались как-то еще?
— Это невозможно, — прошептал Востроухов. — Вход один…
Надо поднять тревогу. Кнопка висела в считанных сантиметрах — под столешницей, к которой враг примотал главу представительства.
Марлен стиснул зубы и попробовал высвободить левую руку.
Дохлый номер — вампирское отродье не пожалело скотча.
Востроухов стал дергаться, невзирая на боль.
Он привлек внимание врага — в коридоре послышались торопливые шаги.
Скосив взгляд, Марлен увидел, как в проеме появился лже-студент. Вова имел вид хозяина положения, двигался по хищному скупо, в глазах горел новый огонь. Востроухов облился холодным потом: сейчас Вова был явной нежитью. Чувства эльфа врать не будут.
— Как же так?! — выдавил он.
Вова приблизился к столу, по-деловому осмотрел Востроухова. Подмигнул:
— Секретные технологии. И суть тебе не понравится, Автандилыч.
— Амандилович, — исправил Марлен, все-таки породу не перешибешь.
— А Мандилович, так Мандилович, — озорно рассмеялся лже-студент, показывая клыки, но потом вдруг осекся, будто кто-то выключил функцию смеха.
От мгновенной перемены настроения вампира Востроухову стало особенно жутко. А Вова продолжил, неожиданно перейдя на вы:
— Я, конечно, зря так с вами, Марлен Амандилович. Но войдите в мое положение, задание есть задание. Захват эльфийского представительства, сами знаете, сродни святотатству. Поэтому действовать пришлось максимально жестко. За выпитых людей, — лже-студент мотнул головой в сторону архива, — также приношу искренние извинения. Свидетели же.
Марлен давно разменял второе столетие, он понимал, что его ускоренно ломают, то «тыкая», то чуть ли не облизывая, и приготовился сопротивляться.
Вова помолчал, затем усмехнулся:
— Конечно, вам, если не ошибается наша разведка, сто двадцать три года, вы не пацан, все отлично понимаете. Но корежить вашу психику я не собираюсь. — Вампир удовлетворенно кивнул, прочитав на лице пленника страх. — Вы нам нужны здоровым и деятельным.
— Вы ж меня укусили.
— А тут, простите за банальность, один раз не Леголас. — Вова опять рассмеялся, и это раздражало. — Вы полуэльф, у вас сильный иммунитет, а я не усердствовал. Так, надкусил для анестезии. Вы меня поймите, Марлен Амандилович: вы дважды за пушку хватались, да еще эта кнопка у вас под столом… И боец вы, по нашим данным, на зависть. Другого выхода у меня не было. Чуть-чуть газа и укус.
— А, все-таки газ… — У Востроухова отчаянно зачесался нос, но он велел себе не гримасничать, чтобы не выказывать слабость.
— Я бы почесал вам нос, — участливо сказал вампир, присаживаясь на край стола. — Только это было бы оскорбительно и бесполезно. Так вот, газа была лошадиная доза, но эльфийская кровь… Удивительные все-таки существа эльфы.
— Ну, хорошо. А зачем скотч? Зачем вы превратили меня в липкую мумию?
— Во-первых, чтобы предотвратить матч-реванш. Я хотел бы договориться, а не драться. А, во-вторых, отходняк.
— Отходняк? — Марлен переспросил почти автоматически, потому что сейчас ему страсть как хотелось почесать не только нос, но и уши, лицо и руки.
— Да. Все кровь, все она, голубушка. — Вова облизнулся. — У лесного народа удивительная аллергическая реакция на наши укусы. Бурная, но непродолжительная.
Востроухов почти не слушал объяснения вампира — сейчас он неистово желал расчесать каждый миллиметр кожи. Каждый!
Он застонал, и Вова повысил голос:
— Вы бы себя видели, Марлен Амандилович! Вы сколько эля выпили? Это осложняет… Весь в пятнах! Краше в гроб кладут! Но, надеюсь, это ненадолго. Правда, самое страшное впереди. Не рисуйтесь, кричите!
И Марлен закричал. Пальцы царапали столешницу, по телу пошли судороги, казалось, кожа загорелась, во все органы впились иглы, а в глаза рубанули самым ярким прожектором во вселенной. И глаза — сгорели, лопнули, мгновенно вскипев.
Марлена закрутило, словно космонавта в центрифуге. Это сошел с ума вестибулярный аппарат. Сына женщины и эльфа крутило и сжимало туже и туже, уминая его тело сначала в шар, затем в шарик, затем в точку… Он превращался в черную дыру.
Одновременно в уши ворвался гул бесконечного удара колокола, причем звук нарастал, а не затухал. Он становился мощнее и мощнее, он, казалось, разорвал барабанные перепонки, затем передающие нервы, а потом ворвался в мозг и сокрушил его, как кувалда хрустальную вазу. Мозг осыпался осколками, и только тогда наступила спасительная тишина.
В этот раз Востроухов пришел в себя, лежа в комнате отдыха, на диване.
Скотча уже не было, зато тело ощущалось большой отбивной. Все, что теоретически могло болеть, болело. Все остальное, оказалось, тоже может.
— О… — выдавил из себя Марлен и открыл глаза.
Вампир сидел в кресле и рассеянно смотрел новости. На экране показывали Красную площадь — тревожную толпу, милицейское оцепление, а затем дали вид на брусчатку сверху. Толстая косая линия белой краски. Поливальная машина. Огромная клякса на брусчатке. Ничего не понятно.
А еще Востроухов почему-то не слышал, что лопочет корреспондент.
«Я что, оглох?» — спросил он себя.
Лже-студент Вова повернул голову и ответил:
— Нет, что вы, Марлен Амандилович. Я просто убрал звук, чтобы вам не мешать. А картинка — так, вроде огня в камине. Мне их новости неинтересны.
— Их? Кого — их? — сипло спросил Востроухов.
— Кого, кого. Пищи. Вы же не станете слушать новости своего обеда.
Вампир встал, подошел к бару, плеснул в стакан воды и принес ее Марлену.
— Выпейте, полегчает.
Марлен послушался и выяснил, что Вова не соврал.
— Меня, кстати, и правда Владимиром зовут, — отрекомендовался вампир. — Только, конечно, не Путиным. А еще мы не любим слова «вампир». Мы — упыри. Наши, исконные!
— Святоотеческие, — добавил Марлен.
— Ха, а вам действительно лучше. — Владимир вернулся к креслу, повернул его так, чтобы сидеть лицом к собеседнику и устроился. Сцепил пальцы, помолчал, потом перехватил взгляд Востроухова, вперенный в немой экран, где теперь фонтанировала красками реклама, и выключил телевизор.
— Дьявольская штука, да? А эта их реклама форменный цыганский гипноз. Я изложу предложение и уйду. А завтра звякну. К вечеру, договорились?
— Были бы варианты… — горько усмехнулся глава представительства.
— Ну и чудненько. — Вампир, то есть, упырь Вова потер себя по коленям. — Вы эльфов, мягко говоря, не любите. И мы знаем, что это взаимно. Мы предлагаем вам сделку, которая содержит признаки предательства и венчается немалой золотой мздой. Я буду говорить честно. Верю, что вы даже в случае отказа не станете делиться с лесным народом моими откровениями. Ведь так?
— Да. — Востроухов с трудом сел, поставил ноги на пол.
Так он добился хотя бы формально равного положения с упырем.
— Да вам, кстати, и не поверят. А предмет сделки — эльфийская кровь, — заявил тот. — Вас ведь удивило, Марлен Амандилович, что я действовал днем? Удивило. Вы собственными глазами видели, что я просто живой паренек. Догадались? Да, вчера я напился крови одного из эльфов.
«Сейчас в Москве семнадцать наших», — подумал Востроухов. В его памяти тут же всплыли имена и образы эльфов. Он спохватился — вампир-телепат отсканировал эту информацию.
Упырь рассмеялся, такой уж затравленный вид имел Марлен.
— Вы не обижайтесь, пожалуйста. Но «ваших», как вы их совершенно незаслуженно называете, не семнадцать, а восемнадцать. Один позавчера прилетел из Лондона. Его-то я и пил. Так что мы знаем чуть больше вас. Успокойтесь: вы пока не изменили эльфийскому приемному отечеству даже в мыслях. — Вампир встал и снова отправился к бару. — Хотите еще воды? Алкоголь вам в ближайший месяц, простите, не показан.
— Налейте.
Востроухову было непередаваемо плохо. Разруха тела гармонизировала с полным крахом боевого духа. Пожалуй, так гадко ему не было со времен эльфийской школы, где его звали эльфолюдком даже некоторые преподаватели. Он припомнил случай, когда его «случайно» столкнули с лестницы в пятом классе…
— Итак, кровь, — продолжил упырь Вова, отдавая собеседнику стакан. — Считалось, что эльфийская кровь нас убивает. А это не так.
Он опять обосновался в кресле и приложился к стаканчику с вискариком.
— Прекрасный самогон. В общем, Марлен Амандилович, эльфийскую кровь пить можно и даже нужно. Просто надо чуть-чуть подготовиться, но это детали. Главное в другом: после приема упыри на долгое время в светлое время суток становятся особенно румяными, а главное, перестают бояться света. Я вам больше скажу. — Вова подался к Востроухову и понизил голос, будто опасался, что кто-то подслушивает. — В первые несколько дней мы даже в церковь можем зайти. О как.
— А зачем вам, собственно, в церковь?
Упырь беспечно отмахнулся:
— Да мало ли, причаститься приспичит… Не о том речь!
Марлен почуял, что Вова смутился и уходит от скользкой темы. Вова тут же прочитал, что Марлен его раскусил. Допил виски, поставил стакан на пол.
— Ну-ну, «я знаю, что ты знаешь, что я знаю».. Теперь непосредственно к делу. Нам нужен доступ в ваш мир, да вы и сами догадались, Марлен Амандилович. И не надо недоверчивых улыбок. Если мы станем похищать тех, кто пребывает сюда через ваше представительство, то привлечем внимание и попросту не удовлетворим потребности в крови. А ее надо много — ночная жизнь всем порядком надоела. В общем, кому не хочется вздохнуть полной грудью? Есть проект взять кровь, так сказать, на месте. И речь о промышленных масштабах, как вы понимаете.
Настала очередь смеяться Марлену. Правда, после аллергического приступа было больно даже смеяться, вышло жалкое подхихикивание.
— Знаете, как налажено перемещение между мирами у эльфов? — спросил он.
— Я так понимаю, секретность полная, ведь их сначала усыпляют…
— Вы необычайно корректны или чудовищно не осведомлены, Владимир, — отдал собеседнику должное Востроухов. — Открою вам тайну: эльфы ширяются.
— И, вмазавшись, перемещаются меж мирами? — Упырь считал мысль быстрее, чем собеседник ее озвучил, и знал: полукровка не врет, оттого его откровение звучало еще более дико.
— Именно так! О, здесь целая мифология… — Тема была настолько захватывающей, что Марлену полегчало, и он принялся жестикулировать. — Представляете, если бы земная наркота действительно переносила людей в глюки, а? Торчки на Земле не задерживались бы. Наркобизнес был бы нерентабельным, потому что встреча «покупатель-товар» не повторялась бы никогда. Вернуться без вмазки невозможно. Наркота стала бы табуированным товаром.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.