Библиотека java книг - на главную
Авторов: 38227
Книг: 97190
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Констанция. Книга первая»

    
размер шрифта:AAA

Жюльетта Бенцони
Констанция. Книга первая

ГЛАВА 1

Осень 17… года выдалась в Бретани чрезвычайно теплой и солнечной. Старый парк вокруг дворца графини Эмилии Аламбер весь утопал в золоте. Лишь редкие зеленые пятна хвои разрушали это единство.
В отличие от лета, которое было дождливым и туманным, осень поражала разнообразием красок и на удивление теплыми солнечными днями. Все дорожки в парке были усыпаны листвой, садовник с утра до вечера сгребал листья в большие золотые горы, и по парку тянулся серебристыми шлейфами голубоватый дым сжигаемой
Листвы. Садовник поджигал кучи всегда на закате солнца, когда обитатели дворца покидали ставшую прохладной террасу и, кутаясь в шали, уходили в залы к каминам.
Здесь, в селении Мато, все дышало таким осенним спокойствием, что, казалось, ничто не в силах разрушить идиллическую картину.
Время словно остановилось, и каждый следующий день был похож на день предыдущий.
Трехлетняя Констанция, единственная внучка графини Эмилии, со своей няней целые дни проводила на свежем воздухе. Она восхищалась всем подряд: и белками, ловко взбирающимися по стволам деревьев и перескакивающими с ветки на ветку, и птицами, низко пролетающими над землей. Ее удивляла всякая малость. Вот и теперь она стояла возле огромной клумбы, усаженной цветами, и осторожно прикасалась маленьким розовым пальчиком к бархатистому лепестку розы.
— А почему она такая колючая? — спросила девочка у своей няни. Та не знала, что ответить, и поэтому сказала:
— Все красивое, Констанция, должно уметь защищаться.
Этот ответ не удовлетворил любопытную Констанцию.
— Жанет, а зачем красивому защищаться?
Няня задумалась, наморщив лоб.
А Констанция, не дождавшись ответа, побежала по одной из дорожек парка. Ее внимание привлек жук-скарабей, переползавший дорожку. Девочка, присев на корточки и взяв в руки палочку, преградила жуку дорогу. Тот остановился, как бы раздумывая, с какой стороны ему лучше обойти преграду. Но стоило ему свернуть
Влево, как Констанция тут же переставила палочку, не давая жуку двигаться дальше. Жук свернул вправо. Но и тут его ждала преграда. Тогда он обхватил палочку лапками и взобрался на нее.
Когда няня подошла к своей воспитаннице, та держала перед собой палочку с зависшим на ней насекомым.
— Брось, брось!
— Почему?
— Он может укусить тебя!
— А разве у него есть зубки? Констанция с любопытством поднесла жука поближе к глазам:
— У него даже нет рта. Зато большие глаза и шесть рук… или ног, — девочка запуталась, чего у жука шесть.
Няня мягко, но настойчиво забрала у Констанции палочку и бросила ее в кусты.
И девочка тут же потеряла интерес к жуку, переключив свое внимание на то, как кричат птицы, вспугнутые внезапным порывом ветра. Так неожидан и неуместен был в этот мягкий солнечный день тревожный крик птиц.
Девочка стояла, запрокинув головку в голубое небо и глядя на темную стаю птиц, которые никак не могли угомониться и вновь опуститься на ветки деревьев к своим покинутым гнездам.
— Жанет, почему они кричат? — спросила Констанция.
— Их что-то испугало. Может быть, белка.
— А разве белка может испугать?
— Если бы ты, Констанция, была такой же маленькой, как птицы, ты бы тоже боялась белки.
— А я хочу быть такой, как птица, — и девочка взмахнула руками, будто собиралась взлететь, и побежала по дорожке.
Она подбежала к парадному входу дворца, вихрем влетела в гостиную и бросилась к бабушке Эмилии, сидевшей за столом и раскладывавшей пасьянс.
— Бабушка, бабушка, там летают большие птицы. Я тоже хочу быть птицей.
Графиня Аламбер отложила карты в сторону и погладила девочку по темно-каштановым кудрявым волосам.
— Ты, Констанция, вырастешь, станешь очень красивой девушкой и тогда будешь порхать на балах, как птичка. Это я тебе обещаю.
— А что такое бал? — тут же последовал вопрос любопытной внучки.
— Это когда собирается много красивых дам, кавалеров, и все танцуют и веселятся.
— Но ведь я не умею танцевать, — задумалась девочка.
— Ты обязательно научишься, у тебя будет учитель танцев. И когда ты появишься при дворе, король непременно обратит на тебя внимание.
Няня Жанет осторожно вошла в гостиную и с самого порога позвала к себе Констанцию.
— Не отвлекай мадам, видишь она занята делом, — и обратилась к самой госпоже. — Мадам Аламбер, простите, что Констанция побеспокоила вас. Я сейчас ее чем-нибудь займу.
— Не беспокойся, Жанет, пусть она побудет со мной. Мне нравится разговаривать с ней. И вообще, она моя единственная внучка, поэтому я ее очень люблю.
Эмилия Аламбер прижала к себе девочку и поцеловала в лоб.
— Бабушка, а где сейчас мама? — поинтересовалась Констанция.
Ей не часто доводилось проводить время в обществе матери.
— Наверное, она в оранжерее, — предположила графиня, — скоро
Должен приехать твой отец, и она хочет украсить дом цветами.
Как только разговор зашел о цветах, девочка оживилась.
— Я видела чудесные цветы на клумбе.
— Большие?
— Большие. Вот такие, — Констанция сложила вместе свои ладошки,
Демонстрируя величину бутонов, а затем потянула за руку свою няню.
— Жанет, пойдем поможем выбрать цветы для моего папы. Ведь он
Привезет мне подарки из Парижа.
Эмилия Аламбер с сожалением проводила взглядом уходящую Констанцию. Ей хотелось побыть вместе с внучкой подольше, но неволить ее она не хотела.
Карты ложились к картам, но пасьянс не складывался. Графиня Аламбер,
Как всегда, когда у нее что-то не получалось, нервничала.»Почему же до сих пор не приехал Рене?» — думала она о сыне, отправившемся в Париж.
В последний год его дела стали для матери тайной. Он не любил говорить
О них, лишь отшучивался. Но графиня все прекрасно понимала, ведь ей самой
Не один год пришлось провести при дворе. Она догадывалась, что сын выполняет какие — то очень важные поручения самого короля. И, естественно, не может о них распространяться.
С одной стороны, это льстило графине Аламбер, а с другой стороны, внушало тревогу за сына.»Почему он не едет? Еще неделю назад получено письмо, в котором Рене
Писал, что вскоре выедет из Парижа. И надеялся пробыть в Мато как минимум месяц. Что могло задержать его?»
Графиня Аламбер тщательно перемешала карты и принялась раскладывать ровными рядами.»Если пасьянс удастся, значит, сын приедет сегодня», — загадала желание
Графиня и перевернула первую карту.
Начало хорошее: карта лежала там, где и должна была быть. Пасьянс был
Очень сложным, и вероятность того, что он сложится, была чрезвычайно мала. Но, как ни удивительно, на этот раз пасьянс удался.
Графиня Аламбер развеселилась и, отложив карты, направилась в
Оранжерею, чтобы сообщить жене своего сына Маргарите хорошую весть.
Маргарита, двадцатилетняя красавица, стояла возле садовника и отдавала
Указания, какие цветы еще присовокупить к букету.
Но тут вмешивалась Констанция:
— Вот этот! Вот этот! Ой! — она неосторожно схватилась за стебель и
Вскрикнула, уколовшись шипами.
— Осторожно, Констанция, ты поранишь пальчики.
— Я хочу вот этот, — упорствовала малышка. Матери пришлось уступить, и садовник кривыми ножницами со звонким щелчком срезал очередной цветок.
Графиня Эмилия Аламбер, войдя в оранжерею, залюбовалась своей внучкой, так умело подбиравшей цветы. Садовник, увидевший свою госпожу, поклонился.
— Маргарита, — сказала Эмилия, — ты правильно делаешь, что готовишься к встрече мужа. По-моему, он приедет сегодня.
— Но вы говорили, что он приедет и вчера, и позавчера. Те букеты уже
Завяли.
— Он приедет сегодня, я это знаю.
— Отец приедет! — закричала маленькая Констанция и бросилась к бабушке. — И мы поедем с ним кататься.
— Отец приедет уставшим, — наставительно сказала Маргарита, беря
Дочь за руку.
На ее лице появилась ласковая улыбка, она тоже очень любила своего
Мужа и тосковала, когда тому по делам приходилось уезжать в Париж.
Конечно, можно было поселиться и в столице. Но Рене всегда настаивал на
Своем:
— Здесь, в Бретани, вам будет спокойнее.
— Ты лучше скажи, Рене, — возражала сыну мать, — что тебе будет спокойнее в Париже.
— И это тоже, — смеялся сын. Но так и не рассказывал, в чем же состоит
Суть его службы при дворе.
Граф Рене Аламбер не меньше своей жены любил Констанцию. В каждом письме он спрашивал, как поживает его маленькая прелестница и непременно присылал ей какую-нибудь безделушку: то дорогой веер, то куклу, то еще какую-нибудь диковинку.
А Констанция чувствовала, что все ее любят, и поэтому вела себя не очень хорошо. Она заранее знала, что любое ее прегрешение будет прощено.
Вот и теперь, оглядевшись, она поняла, что взрослые заняты своими делами и на какое — то время о ней забыли.
Девочка не могла этого стерпеть, ей постоянно требовалось всеобщее внимание.
— А я знаю, что сделаю! — закричала она. — Я спрячусь, и вы меня не найдете.
Она бросилась бежать и в одно мгновение скрылась среди экзотической зелени деревьев и кустов оранжереи. Жанет устремилась за своей воспитанницей, но девочка, словно сквозь землю провалилась. Няня обыскала всю оранжерею, раздвигала кусты, заглядывала под огромные листья тропических растений.
Но Констанции нигде не было.
Девушка, не на шутку обеспокоенная, вернулась к тому месту, откуда начала поиски.
— Так где же Констанция? — нетерпеливо спросила графиня Аламбер.
— Мадам, если бы она выбежала из оранжереи, то мы бы увидели.
— Значит, она где-то здесь? — предположила встревоженная Эмилия.
К поискам подключился и садовник. Но и его усилия не увенчались успехом.
— Этого не может быть, я бы ее нашел, где бы она тут ни спряталась.
Бабушка нервничала, ей казалось, что слуги недостаточно расторопны и все делают спустя рукава, поэтому она сама принялась за поиски. Но с таким успехом можно было искать иголку в стоге сена — оранжерея была огромной и имела множество укромных местечек.
Наконец, поверив в невозможное, в то, что Констанция смогла каким-то чудесным образом улизнуть незамеченной из оранжереи, Эмилия и Маргарита направили поиски в дом.
— Констанция!
— Констанция! — раздавалось в залах дворца. Но ответа не было.
— Так куда же исчезла девочка?
А все объяснялось довольно просто — Констанция через приоткрытую в дальнем конце раму выскользнула на улицу и прикрыла раму за собой. А то, что рама осталась не закрытой на задвижку, осталось незамеченным.
Девочка пробежала мимо пруда, и уверенная в том, что ее будут искать очень долго, направилась к домику садовника. Она заглянула в окно, жена садовника готовила обед.
Констанция обошла дом и остановилась у приоткрытых дверей, там во влажном полумраке поблескивали странные на взгляд ребенка приспособления: огромные лопаты, вилы, ножницы, надетые на длинное древко. Все это манило к себе Констанцию. И девочка, пересилив страх, перешагнула порог.
— Констанция! Констанция!.. — слышалось из оранжереи.
Потянуло сквозняком, и толстая деревянная дверь со скрипом закрылась. Девочка стояла, привыкая к темноте. Страх волнами то поднимался в ее еще не окрепшей душе, то исчезал, но верх брал интерес.
Сколько здесь было всего диковинного и незнакомого — плетеные огромные корзины, мешки, пучки сухих трав, склянки с семенами, медные лейки…»Вот тут-то меня никто не найдет», — подумала Констанция, забираясь на большой мешок, в котором сухо шуршала солома.
Девочка посмотрела вверх и проследила взглядом за тонким золотистым лучом, в котором кружилась пыль.»Ну почему меня никто еще не нашел?» — подумала девочка, начиная скучать.
Но выходить на улицу самой ей не хотелось. Она прислонилась спиной к другому мешку и устроилась поудобнее. Она вслушивалась в тихие звуки, наполняв —
Шие помещение. Ей казалось, что все странные вещи живые. Под нею в мешке
Потрескивала солома, поскрипывали стропила у нее над головой, что-то шуршало в углах. Временами слышался писк мышей.
Констанция немного побаивалась. Очередной шорох в углу насторожил девочку. Она вцепилась пальцами в шершавую мешковину, и всмотрелась в темноту.
Там полыхнули огнем два желтых глаза. Ужас промелькнул на лице девочки. Она уже готова была опрометью броситься к выходу, как в тонкий луч, пробивавшийся сквозь соломенную крышу, мягко ступая, вошел большой рыжий кот. Его длинная шерсть вспыхнула как золотая листва. Кот, важно ступая и урча, направился к девочке. Та подозвала его.
— Кис, кис…
Кот замурлыкал громче и, подойдя к Констанции, принялся тереться о ее
Ноги.
— Иди ко мне, — позвала его девочка. И кот послушно вспрыгнул на мешок и растянулся рядом с Констанцией, положив большую круглую голову ей на колени. От зверька исходило успокаивающее тепло, а мурлыкал он, готовясь ко сну, так заразительно, что Констанция и сама зевнула.
Теперь она уже ничего не боялась. Она запустила свою маленькую ручонку
В густую шерсть кота и стала гладить его. Кот отвечал на ласки урчанием и еще теснее прижимался к девочке… Констанция и сама не заметила, как уснула.
А тем временем ее продолжали искать. К поискам ежеминутно подключалось все больше и больше народа. Уже все слуги были подняты на ноги, а мать с тревогой посматривала на поверхность пруда, не решаясь произнести страшное распоряжение.
— Обыщите все! — приказала графиня Эмилия. Садовник беспомощно развел руками.
— Мадам, мы обыскали весь дворец.
— А на чердаке вы были? Садовник утвердительно кивнул.
— Мы звали ее, но… Если бы она была где-то рядом, то обязательно бы
Отозвалась.
— Ищите везде! — еще раз строго сказала графиня. — Не могла же девочка раствориться в воздухе.
Садовник посмотрел на пруд. Зеркало воды было неподвижным. На глади замерли лилии, две лодки были привязаны к причалу.
— Она не могла пойти к пруду, — сама себе сказала графиня. — Она очень боится воды, даже умываться не любит.
Переполох охватил весь дворец, все были заняты поисками маленькой Констанции. Они обыскивали комнаты, заглядывали под кровати, открывали
Шкафы, спускались в подвалы.
— Где же она может быть? — горестно заламывая руки, восклицала Маргарита.
Она бросалась то в одну сторону, то в другую, ее руки то взлетали вверх, то беспомощно падали вниз. Казалось, еще мгновение, и женщина начнет рвать на себе волосы. Глаза ее были полны слез. Ведь все получилось так нелепо и глупо. Еще полчаса тому назад девочка была с ними, она была радостна и беспечна, она помогала выбирать цветы для букета. А тут вдруг исчезла.
Даже жена садовника, и та участвовала в поисках, оставив приготовление
Обеда на потом.
— Может быть, маленькая Констанция вышла за ограду и направилась к холмам, к лесу? Надо спросить крестьян. Может быть, они видели?
Один из конюхов вскочил в седло и помчался к воротам.
Графиня настороженно следила за ним.Наконец, конюх вернулся. Он спрыгнул с коня и поклонился графине.
— Что? Что ты молчишь? Говори скорее! Мужчина снял шляпу и беспомощно развел руками.
— Я спросил у всех. Все крестьяне в один голос говорят, что никто из них не видел маленькую госпожу. А их на поле много, идет уборка урожая.
— Значит, она здесь, — немного успокоилась графиня Аламбер. — Маргарита! Может быть, Констанция где-нибудь в доме. Надо еще раз тщательно осмотреть все комнаты, все кладовки.
Графиня повернулась к конюху, садовнику и дворецкому.
— А вы обыщите парк, везде, под каждым кустиком посмотрите. Может быть, она прячется в цветах? Ведь здесь столько зарослей! Я их обязательно вырублю.
Мужчины бросились исполнять приказание графини. А Эмилия вместе с Маргаритой и служанками отправились во дворец. Они методично уже в который раз принялись осматривать каждую комнату. Вновь открывались и закрывались шкафы, сундуки, отворялись двери в гардеробные комнаты. Женщины даже заглядывали в дымоходы.
Наконец, устав от бесплодных поисков, графиня Аламбер опустилась в кресло и, прижав ладони к вискам, заплакала.
— Маргарита, Маргарита, успокойся. Не надо отчаиваться. Девочка где-нибудь здесь. Скорее всего, она где-то прячется и следит за нами, радуясь, что мы не можем ее отыскать.
— Что мы скажем Рене? Что? Что? — горестно заломав руки, воскликнула молодая графиня.
— Не стоит терять надежды. Я думаю, Констанция обязательно отыщется. И ее непременно надо будет наказать, чтобы в следующий раз девочке было неповадно совершать подобные безрассудные поступки.
— Да-да, я ее накажу, обязательно накажу. Но вначале ее нужно найти. Найти! И Маргарита выбежала из гостиной.
А Констанция, ни о чем не подозревая, спала на мешках с соломой. Огромный рыжий кот нежно урчал, лежа на коленях у девочки.
— Киска, ты хорошая и теплая, — бормотала сквозь сон девочка.На лице ребенка светилась улыбка. Девочка даже и не подозревала, какой переполох вызвала ее шутка. Она не подозревала, как горько плачет ее мать, как нервничает бабушка. И с какой исступленной беспомощностью слуги обыскивают сад.
Жена садовника, взяв в руки грабли, осторожно разворачивала ворохи осенней листвы.»Может, — думала сердобольная женщина, — девочка спряталась в листья?»
Возможно, еще несколько часов продолжались бесплодные поиски девочки, если бы не случилось следующее.
Огромный рыжий кот нервно дернул ушами. Он приподнял голову, повел носом, щетинки усов задрожали, а в глазах вспыхнули искорки. Кот вдруг окаменел, его ноздри жадно втягивали воздух, шерсть вздыбилась, а из мягких подушечек лап вылезли острые когти.
Констанция вскрикнула, когда когти впились ей в ногу, и открыла глаза.
— Киса, ты что? Мне же больно.
Но зверек не реагировал на ее слова. Рыжий кот уставился в одну точку, готовясь к прыжку. Его большой пушистый хвост нервно подрагивал и постукивал по пыльному мешку.
— Что случилось, киса? Киса!
И в этот момент кот, странно вскрикнув и оттолкнувшись от мешка, бросился в темный угол. Послышался пронзительный писк, возня и, разбрасывая клочья соломы, к ногам Констанции выкатился клубок сплетенных тел.
Огромная серая крыса и рыжий кот сцепились в смертельной схватке.
Констанция завизжала и вскочила на ноги на мешке.
Животные, не обратив внимания на ее визг, продолжали бороться. Кот
Скалил пасть, бил крысу лапами и норовил вцепиться ей в горло. Крыса
Изворачивалась и кусала кота. Рыжий кот, казалось, не обращал внимания
На полученные раны. На пыльном сером полу уже поблескивали капельки крови. Визг и рычание наполнили пристройку.
Констанция от ужаса закрыла глаза. Она боялась, что крыса вскочит на
Мешок и укусит ее за ногу. Она дико визжала, представляя себе, как огромная крыса бросится на нее.
Кот на время отступил от крысы, но та и не думала убегать, она изготовилась к прыжку и оскалила острые сверкающие зубы. Глаза крысы были налиты кровью, а ее огромный черный хвост с длинной серебристой щетиной нервно
Стучал по пыльному полу. Крыса была огромна, она была такая же, как и кот.
Когда девочка увидела, как вспыхнули зеленым пламенем глаза крысы, она спрыгнула с мешка и опрометью бросилась к двери.
А крыса и кот вновь сцепились в смертельной схватке.
— Сюда! Сюда! — громко кричала Констанция. Садовник и дворецкий первыми услышали ее крик.
— Кажется, это Констанция, — обратился садовник к дворецкому. — Да-да, это кричит ребенок.
И мужчины побежали на голос девочки. А она мчалась навстречу им, цепляясь за корни деревьев, спотыкаясь в густой траве.
— Там, там! — указывала Констанция подбежавшим к ней мужчинам. — Большая крыса сейчас съест кота! Помогите! Помогите коту! Он такой хороший. Дворецкий подхватил девочку на руки. А садовник схватил вилы, стоящие у дерева и бросился в пристройку. Он слышал возню, визг, но с яркого света в темноте не мог разобраться, кто где. Наконец, его глаза привыкли к темноте, и он увидел огромную крысу, вцепившуюся в загривок рыжего кота.
— Ах ты, исчадие ада! — закричал садовник и воткнул вилы в крысу.
Та изогнулась и попыталась перекусить стальные зубья вил. Послышался противный скрежет и тонкий пронзительный визг.
Кот отскочил в сторону и сразу принялся зализывать раны на лапах и груди.
А садовник с хищной улыбкой на лице поглубже вогнал вилы, пригвоздив крысу к земляному полу.
Вскоре он вышел из пристройки, торжественно неся перед собой наколотую на вилы огромную крысу. Хвост крысы еще нервно подрагивал, пасть скалилась.
— Кот! Кот! — закричала Констанция. — Где киска?
— Он там, — садовник качнул головой в сторону отворенной двери.
Наконец, сам кот, перепрыгнув через порог, появился у ног маленькой Констанции.
Ты смелая киска, — с восторгом прошептала Констанция.
Кот будто понял ее слова и важно закивал головой и ответил преданным урчанием.
— Пойдем, пойдем, Констанция. Тебя уже давно ищут. Ведь все думали, что ты потерялась.
— Зачем думали? — спросила Констанция. — Я здесь.
Она важно зашагала к дворцу.
Маргарита, увидев свою дочь, стремглав бросилась с высокого крыльца ей навстречу. О наказании она тут же забыла.
Едва она подняла дочь на руки, как та, захлебываясь, сбивчиво принялась рассказывать о своем приключении.
— Мама, мамочка, я хотела спрятаться, я хотела поиграть с вами. А там большая крыса бросилась на меня.
— Какая крыса? Констанция, о чем ты говоришь?
— Большая-большая, — девочка развела руки в стороны, — ну вот такая. Хвост у нее огромный, вот такой. И Констанция развела ручонки еще шире.
— Она хотела меня съесть. А я вскарабкалась на мешок и спряталась. А рыжий кот защитил меня. Он очень хороший и смелый. Давай возьмем его во дворец, он будет спать со мной.
— Какой кот? Какая крыса? Дворецкий поклонился молодой графине и стал объяснять.
— Констанция пряталась в пристройке, там, где хранится садовый инвентарь, мешки с семенами…
— О какой крысе она говорит? — перебила его Маргарита.
— Да-да, действительно, садовник запорол вилами огромную крысу, которая чуть не съела кота.
Графиня испуганно охнула, прижала дочь покрепче к себе и погладила ее по каштановым волосам.
— А где бабушка? — спросила Констанция, — Я хочу и ей рассказать про смелую киску.
— А вот бабушка тебя накажет, Констанция.
— Бабушка меня любит. Любит! Любит! — закричала девочка, пытаясь соскочить на землю.
Графиня Эмилия Аламбер уже стояла на крыльце.
— Иди ко мне, маленькая моя, — позвала она. Констанция побежала к бабушке и та, заключив ее в объятия, нежно поцеловала.
— Зачем же ты, Констанция, меня пугаешь?
— Как пугаю? Я же играла, — изумилась девочка.
— Хорошо, моя маленькая. Но больше так никогда не делай. Ты должна говорить, куда и зачем уходишь. А вот твою няню я накажу за то, что она оставила тебя без присмотра.
— Не надо, не надо, бабушка, никого наказывать, — запротестовала Констанция. — Жанет хорошая.
— Она всегда должна быть при тебе, — строгим голосом сказала графиня Эмилия. — Ведь могла случится беда.
— Нет, бабушка. Давай я лучше расскажу тебе, как рыжий кот победил крысу.
— Нет, моя милая внучка, ты расскажешь мне это потом. А сейчас тебе нужно умыться и привести себя в порядок.
Жанет со слезами на глазах, но с улыбкой на устах повела свою воспитанницу в ванную комнату.
А та, найдя слушательницу, принялась рассказывать про свои приключения служанке.
— Если твой отец узнает…. — решилась перебить Констанцию Жанет, — то тебе не поздоровится.
— А я сама ему обо всем расскажу, — девочка склонилась над фаянсовым тазом, а Жанет принялась лить тонкой струёй теплую воду ей на руки.
— Я не хочу умываться. Мне это не нравится, — упрямилась Констанция.
Но все-таки ей пришлось уступить настойчивой Жанет.
Наконец-то девочка была умыта, причесана и соломинки исчезли с ее платья. Она вновь стала похожей на большую куклу.
Глядя на Констанцию, никому и в голову не могло прийти, что она способна заставить волноваться стольких слуг и господ.
Уже немного отойдя от потрясения, графиня Аламбер встретила свою внучку. Решимость наказать ребенка вновь вернулась к женщине.
Она понимала, что если оставить подобные шалости безнаказанными, то
В будущем Констанция принесет еще большие волнения.
— Мы сегодня не поедем кататься на лодке, — строго сказала графиня и погрозила пальцем внучке.
Та понимала, что провинилась, и на ее глазенках появились слезы.
— Ты будешь сидеть у себя в комнате целый день и никуда не выйдешь…
— А если приедет отец?
— Я, Констанция, расскажу ему, какая ты непослушная, и он не захочет с тобой встречаться.
— Тогда я снова убегу и сама найду его, — в глазах маленькой девочки зажглась злость.
— Нет, ты будешь целый день сидеть у себя, чтобы ни случилось.Тебя позовут только к ужину.
Констанция потупила взгляд и старательно изучала носки своих туфелек.
— Жанет, проводи Констанцию наверх. Пусть посидит и подумает о своем поступке, — строго сказала Эмилия Аламбер.
Констанция хотела было возразить, но Жанет уже взяла ее за руку и повела ее к выходу.
— Я больше не буду, — попробовала оправдаться девочка.
— Надеюсь. Но это ничего не меняет, — ответила бабушка.
Каким длинным показался коридор девочке, пока она шла к месту своего заключения. Ей стало ужасно жаль саму себя, и весь мир показался ей несправедливым.
Сколько интересного осталось в саду, сколько неизведанного было в оранжерее!
А день для ребенка — это целая вечность. И эту вечность предстояло провести в одиночестве, да еще в четырех стенах!Но каким долгим ни бывает путь, он все-таки кончается.
Констанция оказалась в своей комнате вместе с Жанет. Девочка опустилась на козетку и насупилась. Жанет тоже злилась на свою воспитанницу, ведь и ей предстояло провести целый день в комнате Констанции.
К тому же настроение девочки было не из лучших, и девушка понимала, что всю свою злость та сорвет на ней и поэтому сразу же приготовилась дать отпор.
Но, к ее удивлению, Констанция расплакалась. Она подбежала к своей няне, крепко обхватила ее за ноги и вскоре подол няниного платья насквозь промок от детских слез.
— Вот видишь, Констанция, как нехорошо получилось, — сказала Жанет, сама готовая расплакаться.
— Я больше не буду. Скажи моей маме и моей бабушке, чтобы они простили меня.
— Они уже простили тебя. Но ты все равно должна понести наказание. Ты согласна, Констанция, что ты заслужила его?
— Да, но это так долго до вечера-а-а, — сказала девочка, размазывая слезы по щекам.
— Но и тебя, Констанция, мы искали очень долго. Ты заставила всех сильно поволноваться. Ведь мы даже подумали, что ты утонула в пруду.
— Как это утонула? — изумилась девочка. Но Жанет не стала отвечать на этот вопрос, подхватила Констанцию и стала расхаживать с ней по комнате, словно та была грудным ребенком. Она качала ее, и та понемногу успокаивалась. Правда, ее личико оставалось грустным, и слезы все еще поблескивали в глазах.
Жанет уложила девочку на мягкую перину и сама присела рядом.
Констанция еще долго вздрагивала и не выпускала пальцев девушки из своего кулачка.
— В следующий раз я обязательно тебе скажу, где буду прятаться, — прошептала Констанция, — и тогда ты сможешь найти меня первой и никто не будет на меня сердиться.
— Не думай больше об этом, — сказала Жанет, — теперь ты никогда не заставишь волноваться свою мать, бабушку и слуг.
— Я буду послушной. Жанет, а я красивая? — вдруг спросиа она?
— Ты очень красивая, — сказала служанка, поправляя ее волосы.
— Такая же красивая, как мама?
— Красота женщины и красота ребенка — это две совсем разные вещи…. — сказала Жанет и замолчала.
Констанции еще было не понять подобных мыслей. Девочка считала, что ее мать самая красивая женщина в мире, а отец самый мужественный и благородный мужчина.
— А вдруг отец уже приехал? — спохватилась Констанция и попыталась сесть.
Жанет ласково уложила ее и сказала:
— Если отец приедет, он сразу же придет к тебе.
— А если мама его не пустит?
— Он все равно придет.
— Хорошо, Жанет. Ты больше не сердись на меня.
— Я и так на тебя не сержусь, — сказала девушка. — Ты очень милый ребенок и совсем не доставляешь мне хлопот, разве что иногда.
Но Констанция уже не слышала последних слов. Измученная страхами и волнениями, девочка сладко уснула. Она еще шептала, засыпая, кого-то звала, но слов уже разобрать было невозможно.
И Жанет вскоре смогла высвободить свои пальцы из ослабевшего кулачка Констанции.
— Какая она милая, — прошептала девушка, глядя на свою воспитанницу, — особенно, когда спит.
Осторожно, чтобы не разбудить девочку, Жанет укрыла ее и отошла к окну.
За парком простирались поля, а за ними темнел лес. Жанет знала, что где-то далеко за лесом простирается море. Она никогда там не была, никогда не видела бескрайней морской глади. Но девушка с интересом слушала рассказы садовника. Тот любил вспоминать о днях своей юности, о чужих краях, и Жанет с трудом верилось, что где-то бывает жизнь, совсем не похожая на ее собственную.
Убедившись, что ее воспитанница спит крепко, Жанет неслышно притворила за собой дверь и спустилась в гостиную.
Молодая графиня Маргарита, стоя на террасе, всматривалась вдаль, не
Покажется ли экипаж ее мужа, спешащего из Парижа домой. Брошенное рукоделие лежало на изящном столике, там лежала и раскрытая книга.
— Жанет, как там Констанция? — не оборачиваясь спросила графиня.
— Она спит, мадам.
— Пожалуйста, будь все время рядом с ней. Я боюсь, что с Констанцией что-нибудь случится.
— Она крепко спит, мадам, и я рискнула покинуть ее на минутку, чтобы доложить вам.
Девушка вновь поднялась в комнату своей воспитанницы. Та все еще спала, но уже успела сбросить с себя покрывало. Жанет опустилась на стул и устроилась поудобнее возле окна. Подперев голову руками, она задумчиво смотрела на далекий горизонт, словно ждала чего — то, словно оттуда должен был приехать ее возлюбленный, ее жених, который возьмет ее под руку и увезет с собой в далекие
Страны к новой неизведанной жизни.
Но дорога, ведущая к поместью, была пустынной, лишь изредка ее пересекала повозка, груженая золотыми снопами сжатой пшеницы.
Девушка прислушивалась к звукам, наполняющим дом, к тихому дыханию спящей малышки.

ГЛАВА 2

Владелица имения Мато зря обижалась на сына. Тот спешил приехать домой как можно скорее. И не его была вина в том, что он задержался.
Перед самым отъездом из Парижа он получил важное задание из рук самого короля. И теперь у его ног в карете покачивался небольшой сундук с двумя изящными замками. Рене и сам толком не знал, что находится в нем, но знал, что что бумаги, находящиеся в сундуке, ни в коем случае не должны попасть в чужие руки.
За окном кареты проплывали знакомые с детства пейзажи. Приближалось родовое имение, граф Аламбер выглянул в окошко, втянул в себя дурманящий осенний воздух и приказал кучеру ехать быстрее.
— Как можно, ваша честь? Лошади и так устали.
— Ничего, до дома осталось совсем немного.
Кучеру уже и самому изрядно надоела дорога, он и рад был поехать побыстрее, но жалел лошадей. Поэтому он лишь сделал вид, что подгоняет их.
Но когда карета взобралась на вершину холма, лошади почувствовали приближение дома, и экипаж покатился быстрее.
Рене откинулся на спинку сидения и отодвинул шторку.Пейзажи навевали приятные воспоминания, и Рене прикрывал глаза, желая вернуться в прошлое…
Вот здесь он с отцом впервые выехал на охоту…Вот в этом лесу он подстрелил своего первого оленя и по этому поводу во дворце был устроен настоящий пир…
Карета мерно раскачивалась на рессорах, крестьяне, завидев карету своего господина, на короткое время отрываясь от работы, выпрямлялись и вновь склонялись, отдавая дань земле.
Повсюду высились только что сжатые снопы. По дороге тянулись повозки, груженые пшеницей.Потом потянулись виноградники.
Даже сидя в карете, граф Аламбер ощущал сильный дурманящий запах зреющего винограда. Урожай в этом году обещал быть хорошим, лоза, отяжелевшая от винограда, гнулась к земле. Тут и там виднелись женские фигуры с большими плетеными корзинами. Крестьянки выбирали спелые грозди.»Хорошее будет вино, — думал граф Аламбер, — осень такая солнечная, и виноград уродился на славу».
Рене вновь выглянул в окошко, надеясь увидеть свой родной дом.Среди желтеющих деревьев лишь на мгновение мелькнул фасад здания и вновь все потонуло в золотой листве. Колеса кареты шуршали по дороге. Лошади бежали резвее, в предчувствии долгожданного отдыха и корма.Вот и ворота парка…
Здесь ничего не изменилось за время отсутствия хозяина. Лишь только летняя зелень сменилась желтизной и багрянцем осени. За окном кареты промелькнул огромный старый клен, несколько листьев сорвалось и полетело вслед удаляющемуся экипажу. Кучер объехал большую круглую клумбу и остановился у парадного входа.
Граф еще не успел ступить на подножку, как входная дверь распахнулась и к карете устремилась радостно улыбающаяся Маргарита. Она бросилась на шею мужу, крепко обняла его и прошептала:
— Ты почему так долго ехал?
Ее шепот отозвался щекоткой, и граф улыбнулся.
— Я ехал как мог быстро. Посмотри на лошадей.
— Но все равно, наша разлука была такой долгой! Мне кажется, что прошла целая вечность с того времени, как ты отправился в Париж.
— А где Констанция? — спросил он, немного отстраняясь от жены и заглядывая ей в глаза. — Почему она меня не встречает?
— Она сегодня провинилась и теперь спит.
— Я хочу увидеть ее прямо сейчас, — сказал Рене.
— Нет, лучше подожди, пусть она проснется, у нее был трудный день.
— А что случилось? — насторожился Рене, но перехватил улыбку жены.
— Я, наверное, испугалась куда больше, чем сама Констанция. Представляешь, она спряталась, и мы битый час не могли ее найти. А потом оказалось, что Констанция забралась в пристройку дома садовника, в ту, где он хранит семена и инструменты, и уснула. Представляешь, мы ее везде искали, перевернули весь дом, подвалы, чердак, а она спала безмятежно, как ангел.
Рене отдал слугам приказание, чтобы выгрузили багаж, а сам взял небольшой сундучок и понес его в дом.
— Рене, что там такого ценного? Почему ты не можешь доверить его другому?
— Потому что, дорогая, его доверили мне. И я поклялся не отходить от него ни на шаг.
— Неужели, дорогой, ты опасаешься кого-либо у себя дома?
— Нет, но если я пообещал, значит так оно и будет.
Маргарита насторожилась. Что-то в поведении мужа показалось ей странным, чего-то он не договаривал.
И женщина решила выведать, что же за сундучок он привез из Парижа.
Графиня Эмилия Аламбер хоть и слышала, как подъехала карета, осталась сидеть за карточным столиком и поднялась только, когда сын вошел в гостиную.
Рене улыбнулся матери и, подойдя к ней, поцеловал руку. А она поцеловала его в щеку и пригладила растрепанные русые волосы.
— Мы так ждали тебя, Рене. Я говорила Маргарите, что ты приедешь сегодня.
— Откуда ты знала? Ведь я мог задержаться в дороге, могла сломаться карета. Да мало ли что могло случиться?!
— А я знала, — сказала Эмилия, — материнское сердце невозможно обмануть. Да и карты мне показали, что ты приближаешься к дому.
Рене вновь улыбнулся и обнял мать.
— Ты не меняешься, как я тебя оставил за карточным столиком, когда ты раскладывала пасьянсы, так я тебя и застал. Тот же столик, те же карты и тот же неудавшийся пасьянс.
— Нет-нет, Рене, пасьянс, как раз-то удался. Вот посмотри сам.
Рене бросил беглый взгляд на столик и увидел, что все карты лежат на своих местах.
— Да! — изумился он. — этот пасьянс редко удается.
— Я с каждым разом все больше и больше совершенствуюсь в этом искусстве. Ожидая тебя, нужно же мне чем-то занимать мысли и руки!

Констанция, которая крепко спала, вдруг заворочалась, словно что-то почувствовала. Она открыла глаза и несколько мгновений смотрела в потолок, потом вскочила и подбежала к окну. Она была еще слишком мала, чтобы выглянуть во двор, поэтому взобралась на стул и увидела карету внизу.
— Карета! Карета! — закричала малышка на всю комнату. — Отец приехал!
Дремавшая Жанет вскочила и, испугавшись за свою воспитанницу, схватила ее на руки.
— Карета! — Констанция указывала в окно, — Отец приехал. Пусти меня!
Девочка вырвалась и, не обращая внимания на уговоры няни, стремглав вылетела из комнаты. Жанет побежала следом.
— Куда ты в таком виде? Констанция, тебе нужно причесаться,
Надеть нарядное платье.
Но девочка не слушала, преодолевая ступеньку за ступенькой.
Наконец, запыхавшись, она выбежала в гостиную и устремилась к
Отцу. А тот уже и сам спешил навстречу дочери. Он подхватил ее на
Руки и закружил по комнате.
— Какая ты большая, Констанция! — воскликнул он, подбрасывая ее в воздух.
— Я так тебя ждала, — у девочки перехватывало дыхание от испуга, так высоко она подлетала, — я так тебя ждала, что даже уснула.
— Говорят, Констанция, ты стала проказничать? Рене опустил девочку на пол и посмотрел на нее строгим взглядом.
— Я все тебе расскажу. Только обещай не сердиться. Обещай! Там был такой рыжий кот. Такой большой и смелый. Он защищал меня…
— От кого же? — изумился Рене.
— А там еще была преогромная серая крыса. Она хотела укусить меня, но котик напал на нее и спас меня.
— А как ты попала в общество крыс? — спросил отец.
Девочка задумалась и смутилась.
— Я играла…
— Кто-нибудь просил тебя об этом?
— Нет, я сама, — наконец-то призналась девочка, — я хотела, чтобы было весело и все смеялись.
— А получилось совсем по-другому, — наставительно сказал отец. — Ты заставила всех волноваться и переживать. В другой раз, я прошу тебя, подумай и будь осмотрительнее. Ведь ты уже взрослая девочка.
Граф Аламбер вновь подхватил свою дочь на руки и крепко прижал к себе.
— Папа, а у тебя такие большие усы! Когда ты уезжал, они были маленькие, а теперь они совсем большие.
Граф Аламбер прикоснулся кончиками пальцев к своим идеально ухоженным усам.
— Они такие щекотные, как колючки, — девочка опасливо потрогала острый, изящно подкрученный кончик уса, — они, как шипы у розы.
Взрослые рассмеялись этому детскому сравнению.
Лицо графа вдруг стало абсолютно серьезным. Он еще крепче прижал к себе дочь, будто кто-то собирался отнять ее у него.
Женщины посмотрели на него с тревогой.
— Что-нибудь случилось, сын? — поинтересовалась графиня-мать.
Жена подошла к Рене и встала рядом с ним.
— Да, случилось, — просто сказал граф. Маргарита посмотрела на сундучок, стоявший у карточного столика.
— Завтра утром мы отправляемся в Англию.
— Кто мы? — спросила Эмилия Аламбер.
— Я, Маргарита и Констанция.
— С чем связан столь срочный отъезд, Рене? — осведомилась мать. — Неужели нельзя повременить?
Вместо ответа граф Аламбер покачал головой и кивнул в сторону сундучка.
— Что это?
Графиня пристально посмотрела на изящные замочки, словно желая взглядом проникнуть туда, где хранилась тайна.
— Это поручение самого короля.
— Тогда понятно, — негромко произнесла мать. — Но почему ты хочешь взять с собой жену и дочь? Ведь Констанция еще совсем маленькая и ей нелегко будет перенести дорогу.
— Я не хотел бы все объяснять, — недовольно поморщился Рене, — но могу сказать только одно — может быть, мне придется остаться в Лондоне надолго, и я хотел бы, чтобы моя жена и дочь были рядом со мной.
— Ты даже не знаешь, на сколько едешь?! — изумилась Эмилия.
— Нет, не знаю, — замялся Рене.
По всему было видно, что ему не хочется продолжать разговор на эту тему, потому что он не может объяснить подробнее.
— Может быть, — он предупредительно поднял палец, — ты услышишь обо мне что — нибудь… недоброе, поэтому, забегая вперед, хочу сказать, все это будет сделано специально, а я чист перед королем. Я думаю, придет день, когда я смогу все тебе объяснить.
Хотя я думаю, ты и так все прекрасно понимаешь. Ведь и мой отец, и
Мой дед служили королю и часто выполняли секретные поручения, отправляясь то в Англию, то в Испанию, то к Папе римскому.
Графиня тяжело вздохнула — возразить сыну было нечего.
Единственное, что она сочла нужным сказать — сказала:
— Да, престол всегда мог положиться на род Аламберов. Мы всегда были верны королю и ни разу не запятнали свою честь и герб.
— Вот поэтому, — продолжал Рене, — мы и отправимся завтра на побережье, где нас будет ждать корабль. Я с удовольствием побыл бы в Мато несколько дней, но дело не терпит отлагательства.
Рене опустил дочь на пол и взял сундучок.
— Я поднимусь в кабинет. Встретимся за ужином. Он легко взбежал по лестнице. Констанция увязалась за ним:
— Я хочу с тобой, отец.
Только тут Рене вспомнил, что не отдал подарков дочери, жене и матери. Пришлось возвращаться.
Из дорожной сумки были извлечены безделушки, впрочем, так называл их сам Рене. Жене он подарил прекрасные серьги венецианской работы с двумя крупными жемчужинами, мать получила Библию в тисненном золотом переплете с золотыми
Застежками. И конечно, самый чудесный подарок достался Констанции, во всяком случае она радовалась больше всех.
Это была большая испанская кукла ростом чуть поменьше самой Констанции.
— Как ее зовут? — спросила девочка.
— Как ты назовешь, так и будет.
— Но разве у нее нет имени? — настаивала Констанция.
Рене задумался на минуту.
— Ее зовут донна Анна. Ведь она испанка.
— Так у нее даже два имени? — изумилась девочка. — Донна и Анна?
— Нет, донна — это по-испански, как мадам по-французски, а Анна — это имя.
— Тогда я буду называть ее мадам Анна.
— Хорошо, — согласился Рене.
И убедившись, что внимание дочери всецело занято куклой, отправился в кабинет.
Он устало опустился за стол и, прикрыв руками лицо, застыл в раздумиях.
Очнулся Рене, когда в дверь легко постучали.
— Кто это? — спросил Рене.
Дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула жена. В ее ушах поблескивали новые серьги.
Граф сразу же это заметил, но решил подразнить Маргариту и сделал вид, что не замечает обновки.
Жена села на подлокотник кресла и положила левую руку на плечо мужа.
— Ты ничего не хочешь мне сказать, Рене?
— Я хочу сказать, что ты красива.
— Это ты говорил и раньше.
— Еще я могу сказать, что по-прежнему тебя люблю.
— И это я слышала.
— Наверное, ты хочешь услышать от меня, что эти серьги тебе к лицу.
— Вот это я и хотела услышать, — заулыбалась Маргарита и мизинцем качнула жемчужину. Та тускло сверкнула.
— В свой прошлый приезд в Париж я специально заказал их для тебя. Тебе нравится мой подарок?
— Он бесподобен. Я давно мечтала о таких серьгах.
— Но, Маргарита, ты никогда мне не говорила об этом.
— Значит, ты хорошо знаешь мой вкус и можешь угадывать желание. Скажи мне, Рене, почему мы должны ехать в Лондон так спешно?
— Прошу тебя, не спрашивай.
— Я согласна, Рене, не интересоваться твоими делами, когда они касаются только тебя одного. Но теперь мы едем все вместе, и Констанция с нами. Должна же я знать, что нас ждет впереди.
— Маргарита, положись на меня и ни о чем не расспрашивай.
— Но все же, Рене, что ждет нас впереди?
— Впереди нас ждет успех, — отшутился граф Аламбер, — я могу пообещать тебе, что ты будешь принята при королевском дворе в Лондоне и думаю, что все англичане будут восхищены твоей красотой. Так что, не забудь прихватить с собой мой
Подарок и самые лучшие наряды.
— Тогда придется прихватить все. Благодаря тебе у меня только лучшие наряды.
— Значит, бери все. Быть может, мы пробудем в Англии достаточно долго.
— Достаточно — это сколько? — попыталась осторожно уточнить Маргарита.
— Возможно, год. Но думаю, мы вернемся скорее.
Маргарита взяла муха за руку и нетерпеливо спросила:
— Это поручение тебе дал сам король?
— Да, он мне доверяет. И я не могу обмануть его надежды.
— И все-таки, что в этом сундучке? — любопытство терзало Маргариту.
— Этого не знаю даже я. Единственное, что я знаю, это кому я должен вручить сундучок. А тебе лучше не знать о цели нашего путешествия… Ты же сама сколько раз укоряла меня, что я не беру тебя с собой, — перевел он разговор на другое. — Вот теперь, Маргарита, твои мечты сбываются, мы будем вместе. Я, честно говоря, рад этому.
— Я тоже рада. Но мне тревожно.
— Чего ты боишься, дорогая?
— Я боюсь не за тебя, не за себя, я боюсь за Констанцию, она такая маленькая. Может быть, ей лучше остаться здесь?
— Ты согласишься расстаться с ней на год? — Рене пристально посмотрел в глаза жены. Та колебалась недолго.
— Нет, я не могу прожить без нее и дня.
— Вот видишь. А тут целый год. И я, Маргарита, не могу больше жить подолгу без вас, поэтому мы и поедем все вместе.
— Нужно отдать распоряжения, чтобы паковали багаж. Ведь в спешке можно что-нибудь забыть.
— О, если нам чего-нибудь не будет хватать, мы купим — рассмеялся Рене.
— А где мы будем жить в Лондоне? — наконец-то Маргарита уже смирилась с тем, что завтра им предстоит отъезд.
— У нас там будет свой дом. Его уже готовят к нашему приезду.
— Все это так неожиданно и таинственно, — воскликнула Маргарита.
— Ничего не поделаешь. У короля есть свои тайны, и одну из них он доверил мне.
— Хорошо, Рене, я больше не буду задавать вопросов. Ты обними меня, поцелуй и пообещай, что все будет хорошо, тогда я успокоюсь.
Рене обнял жену и почувствовал, как она напряжена и взволнована.
— Успокойся, дорогая. Я тебе обещаю, все будет даже лучше, чем хорошо.
— Так не бывает, — возразила женщина, — дорога неблизкая, а с нами Констанция.
— А я думаю, — возразил Рене, — она будет в восторге от путешествия. Ведь ей еще никогда не приходилось покидать Мато, а тем более плыть на корабле по морю.
Вечером все собрались в столовой. Жарко пылал камин, горели свечи в высоких канделябрах, поблескивало фамильное серебро.
Эмилия расспрашивала сына о близких знакомых, которых не видела вот уже несколько лет. Рене обстоятельно рассказывал обо всех, кого ему доводилось видеть, обо всех столичных новостях.Удовлетворив свое любопытство насчет чужих судеб, Эмилия принялась расспрашивать о модах.
Здесь Рене беспомощно развел руками, на его взгляд в Париже ничего не изменилось, и придворные дамы носили те же наряды, что и прежде.
На что мать и жена, переглянувшись, скептично улыбнулись.
— А какие сейчас в моде пуговицы? — пыталась разузнать мать.
— Пуговицы? — Рене задумался. — Да самые обыкновенные.
И он попытался двумя пальцами показать размер пуговиц.Женщины расхохотались.
— Тебя, Рене, кроме политики ничего не интересует, — сказала мать.
— Это к лучшему, — заметила Маргарита, — я бы огорчилась, если бы мой муж знал толк в женских нарядах и в деталях расписал бы туалеты придворных дам. Значит, он в самом деле в Париже всецело занят делами.
— Ну, так и нечего меня допрашивать, — Рене даже немного обиделся, ведь он был искренне убежден в том, что он прекрасно разбирается в последних модах.
Жанет уже успела рассказать Констанции о том, что они завтра отправляются в Лондон. И девочке не терпелось узнать, как же они туда доберутся, поэтому она то и дело перебивала отца, задавая свои вопросы.
— А корабль больше, чем лодка на пруду?
— Он очень большой, Констанция, в нем есть комнаты и кровати, чтобы спать.
— Значит, он такой как наш дом с лестницами и каминами?
— Нет, он немного меньше, но все равно очень большой.
— А мы возьмем нашего садовника?
— Нет, садовник останется дома, ему нужно ухаживать за садом, иначе все цветы к твоему приезду пропадут.
— А где мы будем жить?
— Мы будем жить в большом доме.
— У нас там будет парк?
— Нет, дорогая, дом стоит в городе, при нем есть лишь внутренний дворик. Зато в нем есть фонтан.
— Я возьму с собой кота, он будет ловить крыс. Упоминание о крысе за столом повергло Эмилию в ужас. Как каждая женщина, она терпеть не могла грызунов и едва сдерживала дрожь, завидев безобидную мышку.
— Какие ужасные вещи ты говоришь, Констанция, — возмутилась графиня.
— А кот сильнее крысы, — убежденно произнесла девочка.
Эмилия резко отложила вилку и нож, а вслед за ней и Маргарита.Она вспомнила, как испугалась, заметив в саду белку. На миг пушистый хвост зверька попал в луч солнечного света, и она увидела тонкий хвост, прикрытый полупрозрачным мехом.
Зато Рене был невозмутим, он уговорил Констанцию оставить кота в имении, а вместо него взять с собой привезенную из Парижа испанскую куклу. Девочка, на удивление, недолго спорила и согласилась с отцом.
Ей казалось, что Лондон совсем недалеко и пересечь Ла-Манш все равно что переплыть на лодке пруд.
Никогда раньше она не покидала своего дома и мир ограничивался для нее горизонтом. Что там дальше, она никогда не задумывалась, хотя ей и рассказывали о дальних странах, но это было похоже на неинтересную сказку. Ведь какой интерес могут вызвать у ребенка люди, говорящие на непонятном языке. А здесь, в Мато, было еще много непознанного, и каждый день приносил Констанции новые открытия.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2018г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.