Библиотека java книг - на главную
Авторов: 41957
Книг: 105680
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Сломленный» » стр. 4

    
размер шрифта:AAA

Она быстро помылась, потратив драгоценное время и усилия на волосы до раздражения кожи головы. Девушка не возражала — по крайней мере, это удерживало ее от оргазма прямо в общественном душе. Завернувшись в полотенце, Сьюзан подошла к своему шкафчику, схватила одежду, натянула ее и скрутила свои мокрые волосы в жгут на голове. Она могла высушить их и позже. Ей нужно было выбраться отсюда.
Сьюзан направилась домой и когда туда добралась, то держала в своей руке телефон и смотрела на номер Джима. Она не должна была ему звонить. Должна заблокировать его номер и притвориться, что ничего не произошло. Сьюзан до сих пор не знала, как они собирались все уладить. Черт, она не могла даже решить, хотела ли узнать его лучше или просто использовать мужчину для секса.
Но Сьюзан не могла справиться с желанием. У нее было чувство, что потребуется больше, чем несколько заходов с сексом, чтобы выкинуть его из своей системы до такой степени, чтобы она снова смогла функционировать как нормальный человек. Девушка набрала номер Уэйда, надеясь на то, что сможет начать сегодня вечером. Было поздно, но он был в мотобанде. Они ведь не работали в обычное рабочее время, верно?
После пятого звонка ответила голосовая почта:
— Уэйд из компании «Уэйд Энтерпрайзис». Не смогу перезвонить, если не знаю, кто ты, так что делай то, что должен. — Сьюзан почти рассмеялась, но раздался звуковой сигнал, и она попыталась подумать о том, что на самом деле собиралась сказать.
Время истекало и, наконец, она проговорила:
— Привет, Джим, это Сьюзан. Позвони мне, когда сможешь. Это был длинный день. Позже. — Девушка поморщилась, когда отключилась, желая быть менее неловкой и немного более креативной. Джим услышит это и закатит глаза, удивляясь тому, как кто-то настолько глупый мог делать так до сих пор в своей жизни. Но урон уже был нанесен и поэтому Сьюзан легла смотреть телевизор и ждать от него ответ.

Глава 17

Парни остановились перекусить где-то на полпути вниз по дороге, и Джим почувствовал облегчение. У него болела нога, и он боялся, что ожог на ступне воспалиться. К тому же, ему отчаянно была нужна сигарета. Он закурил, как только выключил двигатель, и попросил Диггера принести ему «Кока-колу», чтобы запить обезболивающее. Он не смог бы двигаться дальше без них.
Уэйд проверил свой телефон и увидел пропущенный звонок, но не смог проверить, кто это был, прежде чем к нему подошел Боксер.
— Эй, чувак, как нога?
Джим пожал плечами.
— У меня были более легкие поездки, но я в порядке. — Существенно преувеличенные слова, и он знал об этом, но это было настолько близко к правде, что мужчина постарался быть наименее уязвимым для одного из своих парней.
— Должно быть, это отстой. Ты взял смену одежды, чтобы можно было нестись на всей скорости? — друг жестом указал на бедро Джима.
Тот кивнул.
— Две, на всякий случай.
— Отлично. — Байкер остановился, чтобы закурить свою сигарету. — Итак, что ей нравится?
Джим нахмурил брови.
— О чем ты говоришь?
— Медсестра. Или фельдшер скорой помощи, или как там ее. Какая она? Бьюсь об заклад, что она чертовка в постели.
Джим неожиданно обиделся и отвернулся.
— Это не твое чертово дело. Вот как она ведет себя в постели. — Он не мог поверить в то, что Боксер спросит что-то подобное.
— Не надо так ершиться передо мной. Мы все время говорим об этом дерьме, и вдруг у тебя появляются новые моральные принципы или кодекс этики, которые совсем на тебя не похожи. С каких пор ты не рассказываешь о своих завоеваниях?
— Она не гребаное завоевание! — огрызнулся Джим и мгновенно пожалел об этом, когда Боксер удивленно поднял брови.
— В самом деле? Это не то, что ты говорил раньше. Что с тобой происходит, чувак? Ты даже не знаешь эту девку и действуешь так, словно защищаешь ее, как будто она твоя младшая сестра. Если она тебе нравится — просто скажи.
— М-м… что-то новенькое, мудак. Я не сплю с тем, кто, по крайней мере, мне не нравится. Я не бабник, как ты, который трахает все то, где есть сиськи. Клянусь, что если Донни наберет еще десять фунтов и его, сука, сиськи вырастут, ты будешь задыхаться возле него с высунутым языком. — Джим это ненавидел. Он не мог признать того, что ему понравилась Сьюзан, а не то напряжение, которое возникло в клубе, когда она появилась. — Почему ты так делаешь?
Боксер скрестил руки на груди.
— Я не верю тебе, Уэйд. А пытаюсь понять, почему, впервые почти за двадцать пять лет дружбы ты чувствуешь, что должен мне лгать.
Недоверчиво глядя на Боксера, Джим ответил:
— Ты уже доказал, что не хочешь слышать от меня ничего правдивого. Каждый раз, когда в последнее время я что-то тебе говорю, ты споришь со мной так, как будто я извергаю содержимое какого-то биотуалета. Ты не тот лучший друг, который был у меня последние двадцать пять лет, чувак. Ты преследуешь меня на каждом шагу, и, честно говоря, я больше ничего не хочу слышать о своих глупых решениях. Они только мои, и всегда такими и были. Мне не нужно, чтобы кто-то говорил мне, как жить, так же, как мне не нужно, чтобы кто-то меня воспитывал.
— Этот клуб вырастил тебя, Уэйд. Он поднял нас обоих, когда наши родители срать хотели на нас обоих. — Страсть в голосе Боксера была ощутимой. — Ты им должен. И я тоже. В последнее время я вижу, как ты играешь быстро и свободно, и это меня пугает, потому что от этого люди страдают. Вот как мы теряем наших людей. Эта цыпочка — просто последнее дело. Ты продолжаешь говорить, что не теряешь контроль, но с тех пор, как умерла Трина, тебе еще придется это доказать.
Джим заметил нескольких парней, которые направлялись к ним, включая Диггера с его напитком.
— Слушай, я не хочу драться, особенно перед всеми остальными. У нас есть работа, которую нужно сделать. Если ты действительно думаешь, что я — ходячая катастрофа, мы говорим после того, как это заберем и вернемся домой целыми и невредимыми. — Джим бросил сигарету и откинулся на байк, фактически прекратив разговор и направившись к Диггеру. Он нуждался в обезболивающем больше, чем когда-либо, да и его давление поднялось.
— Эй, становится темно. Думаю, что нам нужно поторопиться и вернуться на дорогу, — крикнул Донни, запихивая гамбургер себе в рот и проглатывая его за два укуса.
Джим запил таблетки и кивнул.
— Думаю, что это плохая идея оставаться здесь надолго. Я видел трех копов за последние две минуты, и у меня тревожное предчувствие. — Бросив оставшийся напиток и стащив горсть картошки у протестующего Донни, он перекинул ногу через байк, и убедился в том, что опустил голову, чтобы никто не мог увидеть на его лице боль. Чем скорее они отправятся в путь, тем скорее доберутся до мотеля, где стоял новый принтер для них. Ему нужно было продержаться с чертовой ногой несколько часов, если он собирался вернуться домой.

Глава 18

Сьюзан проснулась. Она не сразу узнала обстановку вокруг себя, но когда очнулась, то поняла, что, должно быть, уснула на диване за просмотром «Неделей акул» (прим. пер. — ежегодный недельный блок телевизионного программирования, созданный Томом Голдом на канале Discovery Channel, в котором реализовано программирование на основе акул). За ее окном сквозь жалюзи светило солнце и она прищурилась, глядя на часы. Было только еще шесть часов. Проклиная время, она заставила себя подняться с дивана и направилась в душ, остановившись только на некоторое время, чтобы включить кофеварку. Это была единственная вещь, которая поможет ей пережить этот день.
От горячей воды мысли в ее голове прояснились и хотя она все еще была замедленной, девушка вспомнила, что звонила Джиму прошлой ночью. Сьюзан застонала, момент слабости вызвал у нее стыд, тем более, что он так и не перезвонил. С другой стороны, если она спала так крепко, то могла и пропустить его звонок. Еще более вероятно было то, что громкость была уменьшена.
— Ты — гений, — саркастично сказала себе девушка, когда мыла волосы, которые на самом деле не были грязными, но чувствовались такими, потому что она не спала в постели. Она натянула свитер и вернулась на кухню, чтобы налить свою первую чашку кофе, а затем пошла за своим телефоном. Девушка нахмурилась. Не было ни звонков, ни сообщений от Джима и это ее расстроило. В конце концов, он был тем, кто хотел начать все с начала, и тем, кто предложил какие-то условия, которые им все еще нужно было выяснить. И теперь, он даже не мог потратить минуту, чтобы отправить ей чертово сообщение.
Сьюзан плюхнулась на диван и потянулась за учебником, чтобы подготовиться к завтрашнему уроку. Может, она была несправедлива. В конце концов, кажется, он собирался куда-то поехать и быть вне зоны действия сети или что-то в этом роде. Конечно, даже если бы он отправился в долгую поездку, то мог бы послать ей сообщение, когда остановился. Ему нужен был бензин, еда и он, конечно, не мог долго ехать с такой ногой.
К тому же, снова упрекнула она себя сама. Он мог быть занят и это было прекрасно. Он ничего ей не должен. Джим позвонит или напишет смс, когда у него будет время. Черт, она позвонила ему меньше, чем через двадцать часов после того, как от него ушла. Она нуждалась в нем, и это не очень хорошо сработало бы между двумя людьми, у которых была своя отдельная жизнь. Вздохнув, девушка выпила кофе и начала читать. У ее профессора физиологии вошло в привычку проводить тесты, и она хотела быть готовой.
Сьюзан увлеклась своей книгой и была благодарна будильнику, который постоянно устанавливала на свой телефон, чтобы получить сигнал о том, что пришло время готовиться к работе. Она выругалась и, возможно, в первый раз, почувствовала себя уставшей, захотев, чтобы ее просто закопали в учебном материале. Сьюзан, наконец, начала его усваивать и начала наслаждаться этим. Тем не менее, она не сможет оплатить все счета, которые не покрывали ее гранты и кредиты, чтобы она смогла взять выходной, поэтому Сьюзан направилась в свою комнату, чтобы переодеться во что-нибудь, в чем она смогла бы показаться на станции скорой помощи.
Когда Сьюзан, как обычно, упаковала сумку с запасными вещами и едой, зазвонил ее телефон, и она, немного волнуясь, схватила его. Это был не Джим, а мать. Она не могла понять, почему вдруг ее мать захотела с ней связаться, и была в полном недоумении, когда та ей написала. Должно быть, она снова встречалась с молодым парнем. Игнорируя сообщение, Сьюзан бросила телефон в сумку, налила кофе, который она еще не выпила, в дорожную кружку, и вышла.
Ее телефон снова зазвонил, когда девушка выехала с парковки и она разозлилась еще больше. Сьюзан решила, что это просто была ее мать, которая была грубой и требовала внимания. Женщина не любила ждать и думала, что ее жизнь должна была быть центром всех мыслей во все времена. Эгоистичная сука, вот кем была ее мать. Как и ее сестра, если на то пошло, и Сьюзан ни на секунду не пожалела о потере контакта с ней. Просто мысли о семье раздражали Сьюзан.
Она не понимала, что неслась сломя голову, пока резко не затормозила, чтобы не проехать на красный свет. Ее сердце бешено билось, и Сьюзан хлопнула рукой по рулю. Что случилось с ней в последнее время? Она стала безрассудной и легко выходила из себя. Может быть, у нее было слишком сильное стрессовое состояние. Только это объясняло ее не типичные действия, включая странное влечение к Джиму Уэйду. Одно Сьюзан могла сказать наверняка: по крайней мере, постель с ним на некоторое время избавила ее от стресса.
Возможно, со временем, их физические отношения понизят ее уровень стресса. Это было бы настоящим облегчением. И если не будет ничего другого, она могла бы показать его своей матери, чтобы та действительно могла разозлиться. В конце концов, именно влияние матери породило ее ненависть к мотобандам.
«Клубы», — напомнила она себе. Это было не в пятидесятые годы. Банды носили специальные цветные банданы на определенных руках. Организованные группы мужчин, носящие идентичные знаки различия на своих кожаных куртках, когда они ехали на своих байках по улице, теперь были просто клубами. Сьюзан покачала головой. Может, они были не так уж и плохи. В конце концов, когда она, разъяренная, вошла туда, чтобы «разорвать» Джима, то не могла не заметить, как все его приятели, казалось, следили за ним, их уши шевелились, когда они слушали и их глаза были подозрительными, когда они своими позами показывали, что были готовы к разборкам.
Она видела их преданность друг другу и это было ничем иным. Это было больше, чем она могла сказать о своей семье, и они были связаны кровью.
Свет светофора изменился, и теперь она ехала более внимательно, решив выкинуть свою семью и Джима из головы на следующие несколько часов. Сьюзан хотела делать свою работу и наслаждаться ею так, как умела она, прежде чем кто-то узнает кто она и начнет на нее смотреть. Сегодня будет ее вечер и со всеми своими проблемами она разберется позже.
Смена началась достаточно просто и Сьюзан чувствовала себя хорошо. Она даже поболтала с Эриком, что делала очень редко. Если они разговаривали, то это была серьезная тема или философская дискуссия. Они даже говорили о политике, но когда дело доходило до чего-то личного и беззаботного, Сьюзан замолкала и позволяла говорить Эрику, пока он не понимал, что обсуждение превращалось в монолог.
Сегодня, однако, все было по-другому, и в минуту тишины после того, как они посмеялись над старыми комедиями, Сьюзан услышала, как она сказала:
— Сегодня моя мать прислала мне сообщение.
Эрик взглянул на нее, а потом отвернулся.
— Что она написала?
— Не знаю. Я не читала сообщение. Я не хотела ничего слышать от нее. Я не разговаривала с ней несколько месяцев и не говорила с отцом около года, и мне удалось избегать контакта с моей сестрой почти три года. Почему я не должна хотеть отпустить прошлое? — она говорила раздраженно даже для ее собственных ушей и догадалась, что некоторые плохие привычки никуда не исчезли еще с тех времен.
— Итак, ты просто будешь ждать, пока в один прекрасный день не прочитаешь их некрологи, и даже не попытаешься выяснить отношения или что-то еще? — Эрик отчитывал ее, но его тон был добрым. Он понимал ее, даже, если не соглашался с ней. Это всегда помогало узнать о том, что кто-то не ненавидел ее за то, чего в ней не было.
Пожимая плечами, Сьюзан сказала:
— Может быть. Знаешь, мой отец создает проблемы и он — главная причина, по которой мне изо всех сил приходится доказывать свою правоту. Ты знаешь, как трудно будет заслужить уважение или получить где-нибудь ординатуру?
Эрик нахмурился.
— Я думаю, ты найдешь подходящее место. Если они не смогут смотреть мимо ошибок, которые сделал твоя семья, и увидеть, что ты лучше, чем это, ты все равно не захочешь там работать. Ты не должна платить за грехи других.
К сожалению, жизнь была устроена так и Сьюзан знала, что не сможет этого изменить.
— Я бы хотела, чтобы мы жили в идеальном мире, но если бы мы это сделали, у меня не было бы такого стыда за прошлое. — Было время, когда она думала о том, чтобы изменить свое имя, чтобы попытаться избежать общественного обсуждения, но знала, что это ничего ей не принесет. Как только кто-нибудь вникнет в ее прошлое, что будет неизбежно, они все равно узнают, кто ее семья. Девушка решила, что будет лучше, если она станет справляться с проблемой.
Ее напарник усмехнулся.
— Эй, в идеальном мире мы оба были бы неизменно богатыми и проводили наши дни у бассейна со слугами или путешествовали бы в экзотические места. Мой сын был бы гением, который захотел бы пойти в ракетостроение вместо дислексии и из всех сил не пытался бы написать свое имя.
Сьюзан удивленно посмотрела на него.
— Ты никогда не говорил об этом раньше.
Он пожал плечами.
— Давиду поставили диагноз около месяца назад. Мы работаем над тем, чтобы нанять ему репетитора, который специализируется на такого рода расстройстве обучения, но ему до сих пор трудно не расстраиваться и не хотеть бросить. У моей жены самые трудные времена, потому что она с ним дома и наблюдает за тем, как он через это проходит, и пытается найти способы ему помочь, поэтому я стараюсь не жаловаться. По крайней мере, он достаточно здоров и умен, чтобы это преодолеть, как только обретет свое терпение.
Сьюзан поняла, что была слишком погружена в свой собственный мир. Было много людей, у которых были более насущные проблемы и она часто забывала подумать о том, насколько это могло быть хуже. Эрик обожал своего сына, и она знала, что ему разбило сердце то, что Давиду приходилось преодолевать такое трудное препятствие. По крайней мере, ей не пришлось с этим сталкиваться. Девушке приходилось заботиться только о себе.
Это заставило ее снова подумать о Джиме. Одной из причин, почему ей было так трудно с ним и его друзьями, было отсутствие сострадания. Ее учили не думать о них как о людях с чувствами. Но они прошли через те же сложные ситуации, как и все остальные. Очевидно, смерть жены Джима нанесла ему больший урон, чем, как он хотел, чтобы думали другие. Его борьба была такой же сложной, как и у Эрика. И хотя Сьюзан пришлось бороться за свое место в мире, по крайней мере, она не потеряла никого настолько же близкого, как Джим.
Но это также напомнило ей о том, что она не могла слишком сильно сблизиться с Джимом. В конце концов, его образ жизни был опасен, или, по крайней мере, она предполагала, что это так. И это означало, что он мог исчезнуть из ее жизни в любой момент. Уэйд мог погибнуть, как могло быть в его аварии. Или, если он занимался незаконной деятельностью, мысль о которой она взрастила, полагая, что это факт для мотоклубов, то Джим мог бы отправиться в тюрьму до конца своей жизни. Любая ситуация снова оставила бы ее одну, а она не была готова к тому, чтобы потерять кого-то подобным образом.
Сьюзан подумала, что хотела бы узнать его получше, но на самом деле, лучше придерживаться отношений, которые не выходили бы за рамки удовлетворения физических потребностей для них обоих. Она имела дело с любыми эмоциональными потребностями, с которыми она столкнулась в своей карьере и успела посвятить себя реальным отношениям. К тому времени, Джим, определенно, будет далеким воспоминанием.
Зазвучало радио и Эрик поехал быстрее, включив фары и сирены. Это был большой, многофункциональный автомобиль, и им нужно было торопиться. Она была взволнованна и нервничала, надеясь, что не было травм, опасных для жизни.

Глава 19

Место аварии было ужасным, по крайней мере, два человека были без сознания и нуждались в немедленной помощи. Сьюзан поспешила к одной женщине, которая истекала кровью, быстро ища источник кровотечения.
— Она не дышит, — сказал ей Эрик, и девушка замерла.
Она еще никого не теряла на работе, и сегодня не собиралась. Сьюзан нашла рану на боку женщины и быстро надавила на нее, пока Эрик начал делать искусственное дыхание. Казалось, что рана задела орган или крупный кровеносный сосуд, кровь быстро просачивалась через повязку.
Эрику удалось вызвать пульс у раненой и свистящее дыхание. Сьюзан покачала головой.
— Думаю, что у нее может быть сломано ребро и проколото легкое. Я не могу понять, потому что не могу остановить кровотечение или достаточно замедлить его, чтобы осмотреть женщину. — Эрик надел на лицо женщины кислородную маску и начал осматривать остальные ее травмы.
— Для меня это тоже только догадка, — сказал он, возвращаясь туда, где Сьюзан пыталась забинтовать рану. — Давай сделаем это вместе, а затем наденем на нее шейный бандаж и посмотрим, есть ли что-нибудь еще, что мы могли бы сделать. — Это было против правил, но женщина не собиралась приходить в себя в ближайшее время и начинать двигаться. Кроме того, она едва дышала и ее пульс был таким слабым, что сначала они должны были остановить кровотечение, иначе делать что-то еще было бы бесполезно.
Им удалось замедлить кровотечение, чтобы заняться делом, и в то время, как другие парамедики бросились заботиться о других жертвах, они загрузили женщину в заднюю часть машины скорой помощи. Эрик поехал с сиреной и мигалками. Сьюзан продолжала следить за жизненными показаниями женщины, и когда монитор перестал показывать признаки жизни, она закричала:
— Состояние критическое!
— Расчетное время три минуты! — крикнул Эрик с водительского места, когда поворачивал за угол. Сьюзан схватила электрошок, оголила женщине грудь и включила прибор. От первого удара ничего не произошло, а от второго сигнал едва мигнул на экране.
— Черт возьми! — она не собиралась сейчас терять пациента, но когда Сьюзан хотела применить электрошок в третий раз, то снова обнаружила проблему. Рана на боку женщины снова кровоточила прямо сквозь повязку. — У нее кровотечение!
— Я помогу! — закричал Эрик. Сьюзан слышала, как он говорил по радио: — У нас есть пациент, нужна реанимационная и сразу хирургические швы. У пациентки остановка сердца и кровотечение с возможным повреждением органов.
Женщина уже была под наркозом больше двух минут и Сьюзан уронила электрошок, начав делать искусственное дыхание. Может быть, она могла бы, по крайней мере, сохранить достаточное количество кислорода, поступающего в мозг женщины, чтобы у нее не возникло никаких долговременных повреждений, когда та выйдет из комы. Сьюзан нужно было верить в то, что пациентка не умрет под ее присмотром.
Бригада скорой помощи уже ждала, когда они вывозили раненую из машины и провозили через входные двери в больницу, Сьюзан и Эрик находились рядом с ними, сообщая подробную информацию о ее травмах.
Но когда они все добрались до палаты, Сьюзан и Эрику пришлось остаться, и девушка была вне себя от беспокойства. Она спросила своего напарника:
— Парамедиков было достаточно на месте аварии или мы должны вернуться?
— Там уже были четыре другие бригады и еще две машины находились в пути. Большинство травм были несерьезными. Только троим или четверым нужна была помощь. Сейчас все в порядке. — Он взволнованно на нее посмотрел. — С тобой все нормально?
Девушка покачала головой и прикусила губу.
— Не думаю, что у нее получится, и я никогда не теряла пациента. Я сейчас не очень хорошо с этим справляюсь.
Эрик положил свою руку ей на плечо.
— Она все еще может очнуться, ты же знаешь. Это отличный травматологический центр, и если травма не затронула селезенку, она, вероятно, поправится.
Но Сьюзан была почти уверена, что все было серьезнее. Она оценила попытку Эрика успокоить ее, но это не сработало. Девушка не была уверена, должна ли она была быть счастлива или обеспокоена тем, что у нее не было возможности работать над чем-то настолько серьезным раньше. В конце концов, было больно знать, что ты не можешь кого-то спасти. Но, в то же время, у нее был большой опыт для решения этой проблемы.
— Я собираюсь подождать здесь и посмотреть, узнаю ли что-нибудь, — сказал ей мужчина. — Почему бы тебе не выйти и не подышать свежим воздухом?
Сьюзан кивнула, не зная, что делать. Как только она оказалась на улице, то почувствовала себя одинокой и бесполезной, поэтому решила вернуться назад и найти где-нибудь для себя место, может быть, в кафетерии. Но затем она обнаружила, что вынимает свой телефон, который обычно не носила с собой, но сегодня положила в карман. Она проверила его, обнаружив четыре сообщения и даже звонок от матери. Сьюзан решила сдаться и прочитать сообщения. Ее день уже испортился. Насколько все могло быть хуже?

Глава 20

Первые два сообщения только напоминали о срочной необходимости поговорить, и Сьюзан закатила глаза. Ее мать, вероятно, только что обнаружила родинку на задней части руки, которую посчитала раком кожи и запаниковала. Медицинский совет для ее ипохондрии был единственной причиной, по которой мать удосуживалась связываться с ней.
Сьюзан прочитала два последних сообщения и побледнела. Первая говорила о том, что ее отец болен, и отказался идти к врачу потому, что думал, что это просто грипп. Было немного странно, и Сьюзан не могла вспомнить, чтобы, хотя бы раз в жизни у ее отца был грипп, вероятно, потому что в его венах тек алкоголь.
Но последнее сообщение, на самом деле, заставило девушку занервничать. «Я знаю, что ты ненавидишь нас. Я бы не просила тебя придти проведать отца, если бы это не было критично. Пожалуйста». Ее мать никогда не говорила «пожалуйста», и никогда не упоминала об их отношениях. Она притворялась, что между ними все в порядке, когда ей было что-то нужно. Очевидно, что с отцом Сьюзан действительно что-то было не так, как бы ей это не нравилось. Сьюзан понимала, что завтра поедет туда и проверит его. Она еще не была врачом или хирургом, но зато прошла достаточно много курсов, помимо обучения на фельдшера скорой помощи, чтобы сделать простой диагноз.
Сьюзан быстро отправила сообщение матери: «Извини, работала. Заеду завтра утром перед колледжем. Будьте готовы пораньше». Когда она нажала кнопку «отправить», то подпрыгнула от неожиданности от звука открывающейся двери. Это был Эрик и его лицо было мрачным. Сжав губы в тонкую линию, Сьюзан кивнула.
— Она умерла. — Это было заявление, а не вопрос.
Мужчина отвернулся от нее и засунул руки в карманы.
— Она была стабильной в течение нескольких минут и они собирались отвезти ее на экстренную операцию, чтобы восстановить разрыв селезенки. Но она снова потеряла сознание в коридоре и они не смогли ее вернуть. — Эрик быстро подошел к Сьюзан. — Ты сделала все, что могла, Сьюзан, как и я. Это дерьмо происходит всегда. Мы порождения эмоций, но ты же не сможешь позволить добраться до тебя потере одного пациента из тысячи.
Но у Сьюзан было плохое предчувствие того, что это только начало. Каковы были шансы того, что она потеряет своего первого пациента в тот же день, когда ее мать по-настоящему побеспокоиться об ее отце? И, вдобавок ко всему, она до сих пор ничего не слышала от Джима. В этот момент Сьюзан его ненавидела. Она ненавидела его за то, что Уэйд заставил ее полюбить себя, хотя она отлично знала, что не сможет перебороть желание быть с ним, даже, если тот недостаточно внимательный, чтобы ей перезвонить. Он был эгоистичным ублюдком, и им нужно было отладить некоторые вещи, если, даже они собирались просто продолжать заниматься только сексом. Она точно не собиралась с ним встречаться.
— Я это знала, когда мы туда приехали, — пробормотала Сьюзан, возвращаясь к действительности. — Я знала, что она не выкарабкается. Я была так уверена, что, вероятно, что-то пропустила…
— Прекрати, Сьюзан. Ты сделала свою работу так, как смогла, — резким тоном, назидательно, сказал Эрик. — Так вот, я не курю, но думаю, что хочу сигарету. И думаю, что смог бы успокоить нервы, если бы ударил кого-то.
Мысль о сигаретном дыме вернула девушку снова к Джиму и она хотела удариться головой о стену, не потому, что мысль о нем ее беспокоила, а потому, что утешала.
— Да, думаю, что сигарета сможет помочь.

Глава 21

В дурном настроении, Джим привел свою команду обратно на базу, набирая обороты на байке Ари, прежде чем выключил его и закурил. Он отошел от машины и направился к задней части клуба, нуждаясь в одиночестве, прежде чем пнет одного из своих парней и что-то случится.
Все прошло не так, как планировалось. В любую минуту кто-нибудь из «Белых Дьяволов», которых они обогнали три часа назад, наверстают упущенное своими задницами, и, по крайней мере, будут сказаны резкие слова. Все было просто прекрасно. Они пошли в типографию, отдали бумагу Эрни Фосвеллу, сорокалетнему чудаку с толстыми стеклами очков и крючковатым носом, и тот показал им отпечатки на обычной бумаге пятерок, десяток и двадцаток. Они были идеальными.
Страницы:

1 2 3 4 5





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.