Библиотека java книг - на главную
Авторов: 46892
Книг: 116450
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Между клизмой и харизмой» » стр. 4

    
размер шрифта:AAA

– Дорогая Алла Борисовна, дорогой Филипп, уважаемые Анатолий Александрович и Людмила Борисовна, дамы и господа, позвольте приветствовать вас и заручиться вашей поддержкой. Давайте впредь не покупать пиратских дисков и кассет. Разрешите ваши аплодисменты считать одобрением нашего начинания! – возвращаясь мимо столов к Ярдову, я чувствовал себя Гагариным, шагающим по ковровой дорожке. А вместо гагаринского шнурка в руке моей трепыхалась бумага с текстом. Гости пожимали мне руку, хлопали по спине, одобрительно кивали.
Уже в разгар вечеринки Ярдов, хмельной и возбужденный, нашел меня за кулисами.
– Ты все знаешь, ученый хуев, мы что, крутые?
– Нет, не крутые, а очень крутые. – Я схватил со стола, заваленного кокошниками и перьями, пакет сока и жадно отпил половину.
– Прикинь, Путин попросил меня закрыть магазин завтра на час для Нарусовой. Она хочет выбрать пару фильмов на DVD.
– А кто такой Путин?
– Вот ты лох! – Ярдов взглянул на меня, как на дебила. – Это зам Собчака по внешним связям, идиот. А что это за компания сидит за соседним столом?
– Не знаю, но могу быстро посмотреть. – все столы, за исключением тех, которые выбрал для своих гостей Ярдов, мы продавали по билетам. Через минуту я вернулся со схемой рассадки гостей.
– И что это за гости?
– Это Михаил Мирилашвили, владелец сети казино «Конти» и «Гостиного Двора» с семьей. Они заплатили десятку за стол. А рядом за соседним столом Костя Могила, его партнер Лисовский и руководство Пятого канала.
– Они тоже заплатили?
– Да. Столько же.
– Мы отбились?
– Не знаю пока. Как подобьем бабки после концерта, скажу.
Концерт закончился под утро. Самые стойкие из гостей требовали продолжения. Выручили «Ватсоны». За доплату в пятьсот долларов попели еще часок. Когда все закончилось, разъехались гости и начало светать, я и казначей компании Иван Кузов купили внизу в баре Absolut Curant и в три приема осушили его. После, присев в углу ресторана и подзывая поочередно артистов, честно со всеми расплатились.
– Вы кто? – Я сверялся со списком, а Иван отсчитывал нужную сумму.
– Экран.
– Сколько?
– Шестьсот.
– Вы?
– Кран.
– Как? Мы же только что вам заплатили.
– Это был экран, а я кран телевизионный.
– А вы кто?
– Низкий дым.
– А что это?
– То, что стелется по сцене.
– Сколько?
– Восемьсот.
– А сколько же стоит высокий дым?
– Ничего не стоит. Там достаточно шашки. А тут дорогая дым-машина.
– Надо было шашкой ограничиться, – заметил Иван.
Я посмотрел на Ивана, пытаясь угадать, шутит он или впрямь так считает. Он не шутил, что-то вычислял на калькуляторе и записывал вычисленное в блокнот.
– Отбились?
– Не совсем. Минус семь тысяч. Но это сущая хуйня. Такое открытие провели, такой концерт отгрохали. Все было круто!
С этой сущей хуйней, выжатый и пьяный, я поехал домой отсыпаться.
Утром позвонил Ярдов…

В Чечню в рабство

– Мы отбились?
– Кто звонит? – Я узнал голос Ярдова, но на всякий случай прикинулся спящим.
– Почему не на работе?
– Сам же сказал, можешь завтра весь день отсыпаться.
– На том свете отоспишься. Выкладывай, отбились?
– Нет. Минус семь тысяч.
– Как минус? Ты клялся, что выйдем в ноль. И даже заработаем что-то.
– Все верно. Но часть билетов были розданы бесплатно. – Напомнить, что билеты раздавал исключительно он, я не осмелился.
Ярдов на мгновение замолк. Неужели согласился с доводом?
– Ты что, сука, решил меня на бабки кинуть? Слышь, сегодня же вернешь деньги либо созывай своих братков армянских. А пока я включаю счетчик.
Со временем на счетчик набежало двадцать тысяч долларов. Каждый раз в гневе или во хмелю Ярдов вспоминал о долге:
– Слышь, горемыка, продавай квартиру. Скоро и ее не хватит расплатиться. Или отдам тебя в рабство в Чечню.
Как гласит бедуинская народная мудрость, если бедуина долго называть верблюдом, то рано или поздно у него вырастет горб. Бедуином я не был, но горб стал расти. Горб причудливой вины. Мне стало постепенно казаться, может, я и впрямь задолжал Ярдову? А раз задолжал, то надо поскорее вернуть долг, дождаться потом «юрьева дня» и с чистой совестью выйти из крепостной зависимости. Свобода как-никак лучше несвободы. Да и угрозы о рабстве – это не просто фигура речи. В те военные годы рабство в Чечне было обыденным явлением. Боевики врывались в станицы, резали население, а уцелевших уводили в плен.
Однажды, пребывая в грусти и тревоге, в голову мою залетела мысль: а не попытаться ли продать видеозапись концерта на телеканал? Допустим, ОРТ. Воодушевленный этой мыслью, я тут же поделился ею с Умовым.
– Хорошая мысль, – поддержал Егор, – только получи добро от Ярдова. Кстати, про наш концерт уже написали в газете. Вот прочти. – Егор протянул мне «Коммерсантъ-Daily».
…Г-жа Пугачева призналась, что приехала в Петербург для того, чтобы совместить три события. День рождения Валерия Леонтьева, открытие музыкального магазина (фирма «Сан-Франциско» решила, что может позволить себе таких гостей, и осилила звездные гонорары) и теннисный турнир Saint-Petersburg Open. Г-жа Пугачева, правда, призналась, что теннис не любит, так как от прыгающих туда-сюда мячиков и мужиков у нее болят глаза. Семья долго на турнире не задержалась и уехала на концерт в гостиницу «Прибалтийская». Остальные гости последовали за ними. Может, сработал и рекламный трюк: организаторы обещали, что Пугачева споет. Но звезда сдержала данный ранее обет молчания. Пели же Таня Буланова, группа «Колибри» (четыре девушки очень впечатлили Никиту Михалкова) и «Доктор Ватсон» (четыре юноши напомнили Анатолию Собчаку шлягеры молодости)…
– Дерзай, армяшка! Может, спасешься, – благословил Ярдов меня в Москву. – и передай Пугачихе, что отстегнем ей половину, если поможет с ОРТ.
Квартира Пугачевой пряталась в неприметном сталинском доме на Земляном Валу, аккурат над отделением милиции. Чтобы попасть к Звезде, следовало пройти паспортный контроль и строгий шмон в дежурной части отделения. Особенно долго наряд милиции изучал букет бордовых роз, который я купил по наказу Ярдова. Интересно, что они искали в цветах? Ничего не найдя, вежливо препроводили меня на второй этаж. Дверь открыла домработница Люся. Она была в малиновых лосинах и сиреневой майке с изображением Киркорова в перьях.
– Я к Пугачевой.
– Не разувайтесь, проходите в зал. Сейчас Филю позову.
– Ой, извините, Алла Борисовна! Не узнал вас.
– А без грима меня никто не узнает.
Пошаркивая шлепанцами, из соседней комнаты к нам вышел Киркоров в блестящих шортах и футболке с надписью «Не шалю, никого не трогаю, починяю примус». Вытирая потное лицо и залезая полотенцем за шею, он ожесточенно раздирал себя, морщась и страдая. Подав мне руку, Киркоров развалился на диване, потом взглянул на меня, пытаясь вспомнить, где видел.
– Вы пели у нас на дружеской вечеринке в «Прибалтийской». – Я достал из дипломата видеокассету. – Вот запись концерта.
Киркоров взял кассету, сполз с дивана, перевернулся на живот и таким вот странным образом дотянулся до видеомагнитофона.
– У него в одном месте до сих пор детство играет, – хихикнула Пугачева.
Посмотрев кусок в начале и кусок в конце, звездная семья похвалила запись.
– Класс! – воскликнул Филипп.
– Да, неплохо. Вот только надо аплодисментов добавить, – заметила Пугачева, – и пусть тень уберут у меня с подбородка. Я позвоню завтра Эрнсту. Думаю, тысяч на пятьдесят потянет.
– Нам и половины этой суммы хватит.
– Смешной вы, честное слово. Милый мой, это вам придется заплатить.
– Ка-ак? – чуть было не вскрикнул я. – У нас же эксклюзив, уникальный концерт, да еще и в присутствии важных персон: Собчак, Путин, Никита Михалков…
Попытка продать концерт на других каналах дала похожий результат.
– У вас там Пугачева открытым текстом рекламирует магазин, а мы должны это показать бесплатно? С какой стати? – примерно так мне отвечали повсюду.
Только Дмитрий Лесневский, гендиректор РенТВ, сначала вроде согласился, но, посовещавшись с мамой, передумал.
– За деньги – да, бесплатно не готовы. К тому же это магазин Пугачевой. Пусть платит.
– Это не ее магазин. Она лишь открывала его.
– Тем паче…
Вернувшись ни с чем в Питер, я стал искать иные возможности расплатиться с Ярдовым. Как-то раз попивая с коллегами пиво, кто-то из ребят поинтересовался: а где можно достать запись концерта? И вообще почему бы не продавать кассеты в нашем магазине? И впрямь, почему? Я заказал в сервис-центре пятьдесят копий, чтобы для начала исследовать спрос. Кассеты разошлись за два дня. И это при цене двадцать пять долларов за копию. Ни фига себе! Что же получается? Достаточно продать тысячу копий, и долг закроется.
Вдохновившись нечаянной надеждой, я снова засобирался в Москву: теперь уже на студию «Союз» договариваться о производстве нужного тиража на VHS и DVD.
Но…
Вечером накануне поездки, когда рабочий день уже близился к концу, позвонили из газеты:
– Добрый вечер! Беспокоит Александр Кузнецов, специальный корреспондент «Санкт-Петербургских ведомостей». Я купил в вашем магазине видеокассету «Дружеская вечеринка». – Кузнецова я лично не знал, но слышал, что за серию разоблачительных статей о коррупции Союз журналистов Петербурга наградил его премией «Неподкупен» и присвоил звание «Острое перо».
– Спасибо за покупку! Надеюсь, вы остались довольны обслуживанием? – с журналистами я всегда был нарочито вежлив, мало ли что. – мы стараемся работать по-западному, продаем только лицензионную продукцию и хотим полностью искоренить пиратство в городе.
– Что ж, благородная цель. На обложке кассеты изображен логотип вашей фирмы с адресами магазинов. Это ваша компания произвела? Тут также перечислены имена исполнителей: Киркоров, «Браво», Буланова, «Колибри» и другие. Но почему-то я не обнаружил ни одного копирайта.
– Извините, чего не обнаружили?
– Авторских прав. И смежных тоже. Скажите, вы выкупали права у исполнителей и у авторов музыки и слов?
У меня выступил пот на лбу.
– Александр, не знаю, как вас по отчеству…
– Натанович.
– Александр Натанович, вы ужинали? – приходя в себя и не найдя ничего лучшего, я предложил встретиться в ресторане, так сказать, в приватной обстановке. – Как насчет мексиканской кухни? Приглашаю вас в ресторан La Cucarachа на Фонтанке.
Кузнецов согласился было принять приглашение, но, вспомнив про свою неподкупность и немного помявшись, отказался. Пришлось ехать к нему в редакцию.
– Чаю хотите? – Меня встретил неприметной внешности и низкого роста мужчина средних лет в подтяжках поверх выцветшей фланелевой рубашки и тяжелых очках. Рыжеватый и слегка рябой, он походил на Акакия Акакиевича из гоголевской «Шинели», с небольшой лысиной на лбу и геморроидальным цветом лица. – Я с вашего позволения включу диктофон.
– Слушайте, но это был наш концерт, для друзей и сотрудников, мы честно заплатили всем артистам, потратились на аренду ресторана, на технику, еду. – От чая я отказался, потому что нестерпимо хотелось водки или, на худой конец, пива, холодного пива.
– Вам принадлежат только технические права. Авторские и смежные вы должны были выкупить. Вы торгуете контрафактом. – Кузнецов встал из-за стола. – Извините меня, но я вынужден попрощаться с вами. Мне еще готовить материал про вашу фирму.
На следующее утро «Санкт-Петербургские ведомости» вышли с разгромной статьей про нас. На первой странице крупным шрифтом чернело название «Как Ярдов обокрал Киркорова». В статье говорилось, что компания «Сан-Франциско» под видом борьбы с пиратством сама торгует контрафактом, тем самым обкрадывает бедных артистов, не платит роялти ни им, ни авторам музыки, ни авторам слов. И куда смотрят правоохранительные органы, возмущалась газета. Почему не пресекут противозаконную деятельность компании?
На работу идти не хотелось. Хотелось лечь в ванну, набрать воды и окрасить ее своей кровью. Или принять афобазол и не проснуться. Но тягостнее всего была мысль, что моя маркетинговая карьера, так и не начавшись, рушится навсегда. Чтобы как-то прийти в себя и смыть мрачные мысли, я полез в ванну.
– Тебе звонит Ярдов. – Сгорбленный вид жены и грустные ее руки вызвали во мне жалость. Я представил ее вдовой, и жалость сменилась покоем.
– Меня нет… совсем нет… я ушел… ну, придумай что угодно.
– Третий раз звонит. Лучше ужасный конец, чем ужас без конца, – обреченнно произнесла жена. – Подойди, пожалуйста, к телефону.
– Привет, армяшка! – Странно, но Ярдов не был в гневе. – Читал, что про меня написали в газете? Еще вчера про меня судачили лишь лучшие люди города, а теперь меня знает каждая собака. Это крутой пиар. Молодец! Списываю с тебя долг. Живи, сука!
Между копчиком и лопатками у меня зачесалась спина. Я почувствовал, как исчезает горб.

Нет бани – нет идеи

Не стремись прежде времени к душу,
Не равняй с очищеньем мытье,—
Нужно выпороть веником душу,
Нужно выпарить смрад из нее…
Владимир Высоцкий
В бане не только смывают грехи и лечат душу. В бане проводят собрания, ведут переговоры, заключают сделки. Мозгуют и трут начистоту. Без лишних глаз, без лишних слов, без исподнего. В русской бане рождаются идеи. Порой необычные…
– Поддай, слышь, парку!
– Sorry?[6]
– Не русский, что ли? А крест зачем нацепил православный?
– I’m greek. Orthodox[7].
– Грек? – В сауне гранд-отеля «Европа» Ярдов впервые узнал, что греки тоже православные. – Любишь баню?
– Lubish. – Грек был тощ и белес, вроде и не грек вовсе. От ярдовских расспросов он втянул голову в плечи и стал еще мельче.
– А в России что делаешь?
– Еquipment, ravioli[8]. – Грек кое-как объяснил на смеси русских и английских слов, что продает оборудование для производства равиолей, которое после нехитрых переделок может производить пельмени и вареники.
Наутро после знакомства с греком Ярдов вызвал меня к себе и рассказал сон. Ему приснилось, что в шахтерском поселке, в бурьяне за отчим домом, на ветру скрипела кривобокая черная баня, до окон вросшая в землю. И к бане приближался тощий и белый, как пар, человек. В руках он нес липовый веник и горшочек с жаркими пельменями.
– Сон, прикинь, вещим оказался. Вчера я с ним мылся в бане.
– С кем?
– С греком. – Ярдов на миг задумался, а потом спросил:
– Жена твоя лепит или покупает пельмени?
– Покупает, конечно. Когда ей лепить с тремя детьми?
– Даю тебе неделю, нет, три дня, срочно исследуй мне рынок пельменей: кто, что, сколько, почем? – Ярдов, когда замышлял новый проект, излучал ярость и нетерпение. – Продам магазины, займусь производством. В пельменях навара больше.
Из исследования, проведенного на скорую руку, выяснилось, что славный наш город не доедает в день аж триста тонн пельменей. Вот такой вот отложенный спрос. При этом чуть ли не три четверти потребляемого продукта лепится вручную. Неизбалованный наш потребитель имел крайне куцый выбор: пельмени «Богатырские» да вареники «Студенческие». И все это в заиндевевших картонных пачках, которые надо было встряхивать, чтобы проверить, не слиплось ли содержимое.
Ситуация на рынке сильно смахивала на описанную в хрестоматийном анекдоте про обувщика, отправившего двух своих сотрудников в Африку изучить рынок и телеграфировать, стоит ли туда входить. Первый через неделю написал: рынка нет – все ходят босиком. Второй: рынок огромен – все ходят босиком.
Опрос выявил также, что мечтательный наш потребитель желает есть пельмени исключительно из мяса молодых бычков и нежных телок. Мы, само собой, предложили ему такие пельмени. Но лишь в рекламе – наглой и возбуждающей. И в виде сочных женских ягодиц. На деле же в наших пельменях, кроме жилистой пашины с хрящами и косточками, не было ничего. И это в лучшем случае. А чаще всего в них плавала смесь говяжьего жира, сои и крахмала.
– Нам нужен крутой бренд. – Ярдов уже несколько дней ходил по офису одержимый проектом. – давай, армяшка, думай! Запустишь пельмени, отпущу летом на волю.
Окрыленный нежданной милостью Ярдова, я бодро взялся за проект: распределил задачи среди коллег, настроил их на аккордную работу, объявил конкурс на лучшее название для будущего бренда. А чтобы был стимул, с согласия Ярдова учредил приз для победителя – фотоаппарат Canon EOS500. Суперкрутой и модный. Но приз так и не разыграли. Присланные названия были безнадежно скучными и тривиальными.
– Миша, полный завал. Время идет, а названия нет. Разумеется, бренд – не просто название, а ценность. – Я заглянул к Гонцову в комнату обсудить предварительные итоги.
– Зачем тогда паришься? – справедливо возразил Миша.
– Но шлют всякое барахло. Какие-то там «Сытные», «Домашние», «Ручные» и чуть ли не «Дрессированные».
– А если «Чемпионские»? Есть же «Богатырские», почему не быть «Чемпионским»?
– Тогда уж ЧМО – Чемпион Мясных Объедков, – грустно пошутил я. – эх, договориться бы с Макаревичем и назваться «Смаком».


Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию.

Примечания

1

Серен Обю Кьеркегор. Заключительное ненаучное послесловие (дат.).

2

Максимилиан Вебер. Характеристики харизматического господства (нем.).

3

Ведущая сеть магазинов бытовой электроники открывает вакансию маркетингового аналитика (англ.).

4

Вы говорите по-английски? (англ.).

5

Люкс (лат.).

6

Простите? (англ.)

7

Я грек. Православный (англ.).

8

Оборудование, равиоли (англ.).
Страницы:

1 2 3 4





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Alena741 о книге: Алиса Ганова - Темный инквизитор для светлой академии
    Интересно.

  • Antix6665 о книге: Эолия Шейнберг - Путь предвестника [СИ]
    Серия отличная, читается на одном дыхании, только здесь она выложена в очень черновом варианте, рекомендую найти вычитанный вариант, там много изменений и т.д.

  • liss.rubanova о книге: Маргарита Сергеевна Дорогожицкая - Танец над вечностью [СИ]
    Первые 5 книг серии прочитала с огромным интересом. Необычный сюжет детектив, любовь, фэнтези и все обильно полито сумашедшинкой... Увидев, что появились 6 и последняя 7 книги, обрадовалась, понеслась читать, интересно и конечно хотелось узнать чем дело кончилось. Но как-то восторга было меньше, уж сильно накрученно, концовка оставила неудовлетворённость (кроме момента с подарком от Антона). Автору спасибо огромное за ее творчество и бурную фантазию. С нетерпением буду ждать новые книги.

  • nikaws о книге: Жанна Долгова - Оберег для невидимки
    Настроение во время прочтения менялось от интереса, до скуки и удивления от смены поведения ГГГ, от ее постоянного сна (как беременная), все время просыпала события и добудится ее можно было видимо только при помощи тяжелой артиллерии. Книга своеобразная, легко написана, местами затянута, местами рывками, в конце какой ералаш событий Не совсем понятна почва возникших чувств ГГ, но без лишних саливации и пошлости. На 4 -

  • venn89 о книге: Андрей Александрович Васильев - Солнце и пламя
    Автор разошелся, жалко конечно что такая концовка, не хеппи энд, но серия классная.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.