Библиотека java книг - на главную
Авторов: 52968
Книг: 129942
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Печать на устах. Рыцарь»

    
размер шрифта:AAA

Печать на устах. Рыцарь.

Глава 1 + пролог

ПЕЧАТЬ НА УСТАХ.
Рыцарь.


Пролог.

Осада продолжалась недолго – ведь защищать замок было практически некому. Да он и не был готов к обороне. Не прошло и получаса с начала атаки, как ворота оказались разломаны, и нападавшие ворвались во двор. Сломив сопротивление немногочисленных защитников, победители рассыпались по двору и замку, убивая всех, кто держал в руках оружие. Кто-то пробежал по лестнице на стену, схватился с солдатами, остававшимися там. Другие врывались в конюшни, выбивали двери хозяйственных построек, торопились прорваться в главную башню. К ней успели отступить некоторые уцелевшие воины, так что на ступенях у входа бой разгорелся с новой силой.
Мальчик проснулся от грохота, топота и криков и сначала нырнул с головой под одеяло, сжавшись в комок и дрожа от страха. Кто-то вбежал в его комнату:
- Скорее!
Чужие руки выдернули ребёнка из постели. Он рванулся, завопил во все горло, но жёсткая сильная ладонь легла на рот, заглушая крик:
- Тише-тише, не надо!
Узнав няньку, мальчик захлебнулся криком:
- А где мама?
- Тише!
Прижимая к себе закутанного в одеяло ребёнка, женщина бросилась бежать вниз по тёмной лестнице. Замок был уже полон пришельцев – везде грохотали чужие шаги, с треском распахивались двери. Кричали женщины, плакали дети. Всех, кого находили, хватали и волокли прочь.
Завернув за угол, нянька налетела на высокого рыцаря, который как раз в эту минуту разбил ударом огромного меча дверь. Увидев перед лицом блеск стали – на светлом клинке темнели пятна свежей крови – женщина рухнула на колени:
- Нет…
- Темноволосая! – в прищуренных глазах рыцаря мелькнул гнев. – Тварь!
- Нет! – закричала нянька, шарахнувшись прочь и не удержав равновесия. – Умоляю, не надо! Я…
Мальчик при падении ударился и вскрикнул.
- Что это у тебя?
Край одеяла отогнули. На рыцаря глянули полные слез и ужаса ярко-зеленые глаза. Черты лица были совсем эльфийскими, разве что зелень глаз и непривычно смуглые скулы выдавали нечистое происхождение.
- Полукровка… Орочье отродье…
- Пощадите! – нянька упала на колени. – Это же ребенок!
- Орочий ублюдок!
Меч взлетел, готовый опуститься на светлую взлохмаченную со сна головку, и нянька еле успела пригнуться, закрывая мальчика собой.
- А, чтоб тебя… Тащите этого на двор!
Одеяло, в которое он кутался, было всё в крови. Кровь была и у него на лице, руках и волосах. Почти ничего не видя от страха и застилавших глаза слез, мальчик заковылял за взявшими его в плен рыцарями. Несмотря на свой юный возраст, он знал – идет война. Она началась до его рождения, он появился на свет во время войны и привык к ней, как к неотъемлемой части мироздания, как привыкают к смене времён года, к закатам и рассветам. Эльфы воюют с восставшими орками, которые более десяти веков были рабами, но сбросили ярмо рабства и теперь пытаются отстоять свою независимость. Так говорили, но здесь, в родном замке его матери, все было по-другому. Мальчик не понимал, из-за чего орки убивают эльфов, а эльфы – орков. В окружавшем его маленьком мирке те и другие до последнего уживались вполне мирно. Это был один из немногих островков мира в окружении пламени войны. Его нянька была орчихой. А мама…
Где мама?
- Где моя мама? – вспомнил и заново испугался он.
- Шагай!
Несмотря на позднее время, во дворе было тесно – тут толпились эльфы и орки, вперемешку, все те, кого не убили в ночном бою. Мальчика толкнули в толпу. Споткнувшись о край одеяла, он упал, и чья-то жесткая рука вздернула его за шиворот, помогая встать на ноги.
- Держись! – послышался гортанный выговор одного из орков. Он был ранен – правая рука висела на перевязи, и воин придерживал мальчишку левой.
- Где моя мама? – всхлипнул мальчик и тут же увидел.
Полураздетую эльфийку выволокли на двор. Её подняли с постели, не дав как следует одеться, и она дрожала на сыром осеннем ветру босая в тонкой ночной сорочке и наброшенном на плечи плаще, который был ей велик и постоянно сползал с худеньких плеч. Распущенные волосы лезли в глаза, закрывая половину лица, на котором уже набухал синяк от чьего-то закованного в железо кулака.
- Мама!
Мальчик рванулся к ней, но та же рука, которая помогла ему встать, удержала ребенка на месте:
- Молчи. Стой!
- Там мама, - он даже не обернулся узнать, кто его держит. Он видел только мать и тянулся к ней изо всех сил.
- Молчи!
- Что вы делаете? – женщина гордо вздернула подбородок. – Мы мирное население! По какому праву…
Один из рыцарей, коротко замахнувшись, ударил её, вынуждая замолчать, и едва не сбил с ног.
- По закону военного времени!
- Мы не участвуем в вашей войне! – воскликнула женщина. – Мы только…
- Вы, леди, только помогали нашим врагам! – один из командиров шагнул вперед. – Вы укрывали у себя раненых темноволосых. Вы снабжали их провизией. Вы доставляли им сведения о передвижении наших войск! Вы предали свою расу, леди! – последнее слово он выплюнул, как ругательство. – Смотрите! – эльф простер руку в сторону сбившихся кучкой орков. – В вашем замке до сих пор скрываются темноволосые!
- Это раненые, - эльфийка выпрямилась, расправив тонкие плечи. – Они всего лишь отдыхали и поправлялись после…
- И вы еще смеете говорить, что не участвуете в войне? Вы предоставляли приют врагам! Принимали их у себя, кормили, лечили… А для чего? Чтобы они потом опять убивали ваших же соплеменников?
- Это был только акт милосердия… ничего более!
- Ничего более? – эльф шагнул ближе. Их взгляды встретились. – А вот мне известно другое! Вы не только укрывали у себя их раненых, но и прятали вполне здоровых темноволосых. И даже более того – отдались одному из них и произвели на свет орочье отродье! Вы знаете, леди, какое наказание по законам военного времени следует за подобный проступок? Смерть!
- Нет, - прошептала женщина. – Вы этого не сделаете! Вы не посмеете!
- Еще как посмеем! Взять! Всех темноволосых – вон! И эту!
Пленных орков – некоторые на самом деле были ранены в ночном бою или некоторое время назад и впрямь находились тут на излечении – погнали прочь со двора в сырую осеннюю ночь. Немногих чистокровных эльфов оставили под присмотром пары десятков воинов. Женщине заломили руки назад, сорвав и швырнув на землю плащ.
- Мама!
Мальчик кинулся было к ней, но тот самый орк, что удерживал ребенка, крепко взял его за руку:
- Тихо! Держись!
Легко сказать «держись!», а вот каково держаться на самом деле, когда ты мал, слаб и тебе очень страшно не столько за себя, сколько за маму.
Пленных отогнали от замка примерно на пол-лиги, на опушку леса, уже потерявшего часть своей листвы. В ветвях сонно шевелился ветер, половинка луны освещала высокий обрывистый берег реки. Мальчика – кроме него, тут было еще несколько подростков, чистокровных темноволосых и полукровок – запихнули в самую гущу, подальше от чужих взглядов, но он ухитрился высунуть нос из-под чьей-то руки.
Пленницу вывели на этот берег, бросили на колени. Она с трудом удержалась на ногах, выпрямляясь и пытаясь глядеть твердо.
- Здесь и сейчас, - заговорил один из эльфов-офицеров. – По закону военного времени мы судим предательницу, которая в это тяжёлое время помогала нашим врагам…
- Орки – такие же жители нашей страны! – воскликнула женщина. – Они…
Короткий шлепок по губам заставил её замолчать.
- Которая не только укрывала у себя их солдат, но спасала им жизни, - продолжал офицер.
- Всякая жизнь священна! – вскрикнула женщина.
- Молчите! Ваши дела перевешивают любые слова, сказанные в оправдание! Вы не только лечили солдат врага, вы еще снабжали темноволосых продовольствием, докладывали их полевым командирам о передвижении наших войск. По закону военного времени вы, леди, осуждены на смерть.
«Смотри! – шептал какой-то голос внутри мальчика. – Смотри! Запоминай!»
- Осуждена? – фыркнула женщина. – Но я не вижу здесь суда? Где судьи? Тут только палачи, которые собрались вместе, чтобы всем скопом убить одну безоружную женщину…Это – самое обычное убийство! И вы – всего лишь убийцы! Ровилар! – блуждающий по лицам эльфов-офицеров взгляд её внезапно остановился на одном из них, и она подалась вперед. – Ровилар? Это ведь ты? Кузен! Это ты?
Названный сделал неуверенный шаг вперед, чувствуя на себе десятки взглядов. Его командир, боевые товарищи, подчиненные, пленные орки – все смотрели только на него.
- Ровилар, скажи им, что я ни в чем не виновата! – воскликнула пленница. – Я только помогала! Я всегда была против войны. Я была уверена, что всего можно добиться мирным путем! Когда мой отец освободил своих рабов, твой ведь его поддержал! Ты помнишь? Скажи им! Ровилар!
Тот колебался, чувствуя себя очень неуютно от того, что его признали. И ведь это он сказал командующему, что здесь они могут найти орочье гнездо. И не ошибся.
- Нет…
- Вы чудовища! – в голосе женщины прорвались слезы. – Я вас ненавижу! Вы – трусы и палачи! Вы издеваетесь над пленными, над…
- Пленными? – старший офицер подошёл ближе. – Те, кто остался в замке – вот пленные! Их мы освободили! А это, - он махнул рукой на согнанных в кучу орков, - это враги, которых надо уничтожать! И, раз вы, леди, с ними заодно, то и вас тоже ждет смерть!
- Но вы можете купить себе жизнь, - подал голос Ровилар, - если скажете, где ваш сын?
Старший офицер, уже махнувший рукой одному из своих подчиненных, остановился:
- А в самом деле, где он?
«Смотри! Смотри и запоминай!» - смотри, даже если внутри холодеет от ужаса, перед глазами всё плывет, и чужие голоса доносятся гулко сквозь шум крови в ушах.
- Мальчишка! - офицер почесал переносицу. – Этот ублюдок, рожденный от одного из темноволосых! Его надо найти!
«Смотри! Он говорит о тебе!»
- Куда вы его спрятали?
- Скажите, где он, кузина, вам сохранят жизнь, - сказал Ровилар.
Чужие руки так крепко стиснули плечи мальчика, что он вскрикнул от боли.
- Он ребенок! Он ни в чём не виноват! – воскликнула женщина. – Вы не посмеете убить ребенка!
- Ублюдка, зачатого от одного из этих…чудовищ? – старший офицер кивнул в сторону пленных. – Среди тех, кого нашли в замке, был хоть один полукровка?
- Кажется, я видел где-то здесь несколько штук, милорд, - высокий рыцарь с двуручным мечом, который он держал на плечах, как коромысло, кивнул головой в сторону пленных орков.
- Взять!
- Беги…
Жаркий шепот обжег щеку. Сильные руки толкнули мальчика прочь. Упав на четвереньки, он пополз между чужих ног, обдирая ладони и колени. Вслепую вломился в какие-то кусты. За его спиной слышались голоса и топот ног. Поднялась суматоха.
Нескольких подростков выдернули из толпы и бросили на землю:
- Кто из них?
Женщина расправила худенькие плечи и гордо расхохоталась:
- Вам не найти моего сына! Его здесь нет! Нет! Нет!
Она кричала, смеясь и плача одновременно, пока старший офицер не дал знак рыцарю с двуручным мечом. Лезвие мелькнуло в воздухе, описывая полукруг – и крик прервался. Тело упало на землю.
Голова подкатилась к самым ногам Ровилара, и тот отшатнулся, меняясь в лице. Хотелось самому кричать и выть. Кузина… подруга детства… они выросли вместе, их отцы были родными братьями… Если бы не война, они могли бы пожениться… А теперь…Что же ты наделала? Куда дела ребенка? Где мальчик? Где мой племянник?
Чья-то рука легла ему на плечо.
- Это война, - сказал старший офицер. – Либо они, либо мы!
- Либо они, либо мы, - повторил Ровилар.
- Думаю, замок отойдет вам, как наследнику и ближайшему родственнику покойной. Я напишу в рапорте, что это темноволосые всех убили – в том числе и вашу кузину с ее ребенком. Съездите, отвезите рапорт… и заодно проведайте моих дочерей. Думаю, вам стоит немного развеяться!
Ровилар кивнул, продолжая думать о своём.

Мальчик бежал по осеннему стылому лесу, продираясь сквозь кусты, натыкаясь на деревья, спотыкаясь и падая, вскакивая и снова пускаясь бежать. Слезы душили его. Голос матери звучал в ушах. «Скажи им, Ровилар! Ровилар! Ровилар!»
Он был совсем один, был мал, слаб и напуган. И, упав в очередной раз и ударившись коленкой о камень, мальчик разрыдался в голос от страха, жалости к себе и одиночества.



Часть 1.

Глава 1.

Наместник Ровилар Сапфировый выпрямился и обвел взглядом своих советников. Их было шестеро – трое сидели справа от него, а трое – слева. Его кресло отличалось от остальных лишь тем, что находилось на небольшом возвышении, в остальном являясь точной копией, как символ того, что единственное отличие занимающего его эльфа чисто формальное. То есть, должно быть таковым по закону. Только сам Наместник и его советники сидели. Остальные лорды и леди, приглашенные на расширенный совет, должны были стоять вдоль стен. По традиции, на это заседание мог свободно прийти любой желающий, но на деле большинство явилось сюда по заранее разосланным приглашениям, а посторонним вход был запрещен. Наместник отыскал лишь несколько незнакомых лиц – это были провинциалы либо дальние родственники приглашенных.
- Итак, - промолвил он, - начнем. Пусть выйдет тот, кому есть, что сказать. И ни одно слово да не останется не услышанным!
По той же традиции, приглашение следовало повторить трижды, а лорд Ровилар был ревностным приверженцем традиций. Но на этот раз, не успел он произнести эту фразу в третий раз, как вперед шагнул один из лордов, отвешивая поклон:
- Слово к великолепному лорду Наместнику!
- Говори! – кивнул тот, слегка прикусив губу от досады, что его перебили.
- Мое имя – Дом Линнестар*, - представился эльф. – И я хочу подать прошение о зачислении моего сына Лаэмира в когорту Преданных.
(*Дом Линнестар – означает, что носящий это имя лорд заодно является главой семейства и владельцем собственного замка.)
Лорд Ровилар посмотрел на своего сына, наследника Раванира – по той же традиции, Преданные, элитная когорта войска, подчинялась либо самому Наместнику, либо его наследнику с момента его совершеннолетия. В прежние времена, говорят, и многие старшие эльфы, такие как родители самого Ровилара, ещё помнят их, чуть ли не у каждого лорда были свои Преданные – несколько личных телохранителей, обязанные следовать за своим господином в огонь и воду и готовые отдать за него жизнь в любой момент. Теперь времена изменились, и отборные охранники-смертники остались лишь у Наместников.
Под пристальным взглядом отца сын заерзал в кресле, но промолчал.
- Мой сын, - продолжал тем временем лорд Линнестар, - горит желанием послужить Дому Ровилар…
- Но вы знаете, высокий лорд, что Преданные – не просто еще один отряд. Туда попадают лучшие из лучших, - произнес Наместник. – Да, не так давно когорта понесла большие потери, и мы вынуждены были объявить новый набор. Насколько мне известно, в её составе до сих пор не хватает пять или шесть мечей?
На сей раз он напрямую обращался к сыну, и тот нехотя буркнул:
- Шесть.
- Всего шесть! Тем жестче должен осуществляться отбор новых кандидатов. Преданным может стать далеко не каждый!
- Великолепный лорд, мой сын с отличием окончил Школу Меча, и наставники отзывались о нем в превосходной степени. Его воспитатель отзывается о нем с восхищением, - подхватил лорд Линнестар, - он, будучи оруженосцем, выиграл семь турниров из десяти, в которых принимал участие. В прошлом году на турнире вы сами вручали ему рыцарские шпоры…
- Но вы же знаете, кто такие Преданные? – продолжал Наместник, поскольку сын упорно отмалчивался. – Вы знаете, что, произнеся клятву, ваш сын перестает быть наследником имени и титула. Новобранцы, вступая в когорту, отрекаются от семьи, от своего рода, от своего прошлого. Они живут и умирают ради других целей…
Это был не просто еще один ритуал – каждый новичок должен был представлять, на что идет, надевая бело-синий мундир, - это был еще и удар по больному месту. Многие из присутствующих знали, что других сыновей у лорда Линнестара нет, а значит, его род может угаснуть. Ведь Преданным запрещалось заводить свои семьи. Во время Смутных Веков Ровилар сам весьма недолгое время был Преданным – сперва рядовым, потом командиром когорты – и покинул свой пост в связи с необходимостью женитьбы. Но там была уважительная причина – он остался последним представителем своего рода, потеряв старшего брата и кузину, убитых орками. А принц, которому он присягал на верность и чью жизнь и честь поклялся защищать, был смертельно ранен в одном из сражений и перед смертью попросил Ровилара позаботиться о его дочерях. В то время сделать это можно было лишь одним способом – женившись на одной из девушек. Что Ровилар и сделал, получив вместе с рукой жены власть и титул.
- У меня есть дочь, - голос лорда Линнестара чуть дрогнул. – Она еще не достигла девичества, но я собираюсь именно ее сделать наследницей имени и титула и на одном из ближайших турниров объявлю о том, что начинаю искать достойного жениха для девушки. Кроме того, мы с супругой достаточно молоды и могли бы попытать счастья еще раз…
- Что ж, это меняет дело, - произнесла сидевшая по левую руку от него леди Аннирель, бывшая свояченица Наместника. – Будет жалко, если без наследников угаснет древний род.
Лорд Ровилар покосился на женщину – он был вдовцом и со смерти жены просто надышаться не мог на единственного сына. Все эти годы Наместник упорно отказывался от повторного брака, несмотря на неоднократные попытки сосватать ему новую супругу. Своими словами леди Аннирель как бы напомнила ему об этом – как и о том, что другого наследника, кроме Раванира, у него нет.
- И еще, - голос просителя чуть дрогнул, - мой сын непременно желает занять место своего покойного брата…
Раванир – или, как его чаще звали, Рави - напрягся, но опять промолчал.
- Да, помню, - вместо сына опять ответил отец, - это большая потеря. Скорблю вместе с вами… И причина достаточно уважительная, чтобы мы могли удовлетворить его просьбу. Думаю, юный Лаэмир в самое ближайшее время сможет подать прошение о зачислении в когорту Преданных… И оно, несомненно, будет принято благосклонно.
- Угу, - буркнул наследник, понимая, что на сей раз отмолчаться не получится и придется что-то говорить.
- Отлично! Дело сделано! – Наместник широким жестом отпустил просителя и снова посмотрел на собравшихся:
- Есть ли тут кто-нибудь еще, кто желает сказать хоть слово?
Таковые нашлись.
Трижды в год Наместник устраивал подобные расширенные заседания совета, куда мог прийти любой обитатель Сапфирового Острова, дабы подать прошение или высказать жалобу. По традиции, того, кто переступил порог этого зала, не имели права не выслушать, но тот, кто опаздывал, оставался ждать следующего раза. Предписывалось, чтобы о дне очередного расширенного заседания – Дня Справедливости – всегда объявляли заранее, дабы все просители успели собраться к нужному часу. Но на деле о нем знали только те, кто накануне получил особое приглашение. Большинство обитателей Острова даже не догадывались о таком обычае. Но, приглашая, кроме жителей поместья-столицы, ещё и провинциалов, Наместник давал понять, что правосудие все-таки существует.
Просьбы, с которыми прибыли гости, не отличались разнообразием – каждый хотел получить что-то для себя. Все они были заранее рассмотрены, решения приняты, так что оставалось лишь еще раз озвучить все обстоятельства дела и сообщить результаты. Тем более, что и ломать-то голову особо было не над чем. Какой-то провинциальный захудалый лорд просил разрешения на брак с богатой наследницей своих соседей. Но, поскольку у девушки были живы и здоровы отец, мать и брат, этот вопрос оставили полностью на их усмотрение. Два брата пытались поделить один-единственный замок, оставшийся от отца – каждый хотел оставаться в родовом гнезде, в то время как другому надлежало искать себе новый дом. Совет решил вопрос в пользу старшего брата – по праву первородства. Соседи никак не могли решить спора о меже между их владениями – одним и тем же лесом пользовались фермеры обоих – и суд постановил проделать в лесу просеку, которая и будет отмечать границу. Свекровь и невестка судились за право воспитывать внука, единственного наследника погибшего отца – суд отклонил просьбу, как заведомо глупую, и постановил отправить мальчика к соседу на воспитание. Ибо всем известно, что только мужчина должен воспитывать сыновей, а женщина излишней мягкостью и опекой только всё портит. И так далее…
Наконец, последняя просьба была изложена, ответ получен и проситель, кланяясь, исчез в толпе приглашенных. Переждав гул голосов, Наместник спросил:
- Есть ли еще кто-то, кто желает быть услышанным? Пусть выйдет и скажет свое слово или забудет о том, что хотел сказать.
Он заранее знал, сколько прошений было подано, и сколько решений будет вынесено и не ждал ответа. Леди Аннирель выпрямилась в кресле – наступил ее черед.
- Ну, если больше никто не хочет высказаться, перейдем ко второму вопросу, - начала она.
- Мой господин… позвольте мне!
Робкий голос раздался откуда-то из задних рядов, из-за спин стоявших вдоль стен лордов и леди, и те стали оборачиваться, толкая соседей локтями. Наместник удивился – о таком его не предупреждали.
- Кто там еще? Пусть выйдет и перестанет прятаться!
Подталкиваемый собравшимися, вперед протиснулся светлый альфар в серой тунике простого слуги. Обычно альфары, прислуживающие в доме, одеваются в цвета гербов своих хозяев, а туника, штаны и короткая безрукавка этого слуги были обычного серого цвета. Лишь один рукав туники был лиловым с узором из золотистых мелких цветочков. Талию невысокого хрупкого мужчины перетягивал простой пояс из переплетенных ниток, на котором висел короткий кинжал в ножнах. Это указывало на то, что альфар был конюшим – только этим слугам разрешалось иметь что-то вроде оружия. В руках неучтенный проситель тискал шапку-колпак такого же лилового цвета, как и рукав туники. Колпак был украшен длинным пером, петушиным или фазаньим, выкрашенным в ярко-лиловый цвет. Альфар смущался и краснел так, что побагровели даже его длинные уши, торчащие из копны каштановых волос.
- Кто ты такой и что здесь делаешь? – поинтересовался лорд Ровилар. Будь это обычное заседание, он бы уже приказал страже вышвырнуть дерзкого слугу вон. Но здесь и сейчас, в День Справедливости, перед десятками глаз, он не имел права так поступить, прежде не выслушав бред крепостного.
- Мой господин, - альфар поклонился, согнувшись пополам, - мое имя – Аларик сын Седрика. Я служу старшим конюшим у леди Миритирель из Дома Хонеара. И я хотел обратиться к вам с просьбой…
- Ко мне? – Наместник обернулся на стоявшую среди других даму. Леди Миритирель тоже была его родственницей – супругой двоюродного брата мужа свояченницы – и занимала, благодаря выгодному браку, довольно высокое положение в обществе. Настолько высокое, что, несмотря на статус замужней женщины, имела собственный двор, герб и охрану, а в случае войны могла бы вывести на поле боя полсотни всадников. – А почему ты не обратился за этим к своей госпоже?
- Милорд, я пытался поговорить с ней, - альфар опять поклонился, - но миледи ответила мне отказом…
- Тогда почему ты теперь пришел ко мне? – Наместник начал чувствовать раздражение. – Твоя хозяйка уже дала ответ. Неужели ты думаешь, что я стану отменять ее решение? Ступай себе и довольствуйся тем, что тебе дозволено было переступить этот порог…Но за дерзость и за то, что ты осмелился подвергнуть сомнениям суждение твоей хозяйки, я думаю, тебя стоит примерно наказать. Как вы считаете, леди Миритирель?
Та лишь пожала плечами, всем своим видом показывая, как мало ее занимает этот вопрос:
- Делайте, что хотите!
- Думаю, излишняя жестокость ни к чему, - подала голос леди Аннирель. – Публичная порка и высылка на отдаленную ферму – более, чем достаточное наказание. А до этого он три дня должен просидеть на хлебе и воде и как следует подумать о своем поведении!
- Отличное решение, сестра! – улыбнулся лорд Ровилар. – Эй, стража!
Двое охранников вышли вперед. Им еще предстояло ответить перед своим командиром, почему они пропустили в зал заседаний крепостного слугу. Аларик весь сжался, когда рослые рыцари нависли над ним, и так крепко стиснул свой колпачок в руках, что сломал перо.
- Но милорд, вам не кажется, что мы должны его все-таки выслушать?
Слова защиты прозвучали из рядов приглашенных гостей. От толпы отделился лорд Линнестар.
- Уж если этот альфар смог как-то проникнуть сюда и осмелился подать голос, следовательно, он считает свое дело достойным того, чтобы его выслушали, - произнес он. – Мне кажется, так будет справедливо!
- Не вижу в этом смысла, - покачал головой Наместник. – Ведь леди Миритирель уже вынесла своё решение. Кто я такой, чтобы отменять приговор твоей хозяйки? – он в упор взглянул на альфара.
- Но милорд, - от страха тот еле стоял на ногах, но появление неожиданного защитника придало слуге сил, - миледи тоже не стала меня слушать. Я обратился к ней с просьбой, но она оставила мои слова без ответа…
А вот это уже было интересно. Можно было с чистой совестью спихнуть с себя решение еще и этого вопроса.
- По какой причине, миледи, вы отказались выслушивать вашего слугу и заставили его тем самым обращаться сюда, к высокому собранию, минуя вас? – поинтересовался он.
Леди Миритирель раздраженно дернула плечом:
- Это мое дело… У меня болела голова. Достаточно такого объяснения?
- Вполне достаточно. Но у нас голова не болит, - подхватил лорд Линнестар. – Во всяком случае, у меня. Думаю, будет справедливым, если мы здесь и сейчас выслушаем этого альфара. Говори, Аларик сын Седрика.
Тот обратил на пришедшего ему на выручку лорда затравленный взгляд:
- Мне дозволено говорить?
- Да, но покороче! – не сдержавшись, рявкнул Наместник.
- Прошу прощения у благородных господ, - слуга поклонился. – Мое дело простое. У меня есть дочь… прелестное юное дитя, совсем ещё невинное. Она никому не причиняла зла. Она только-только расцвела и…
- И ты пришел просить у своей леди согласия на брак своей дочери? – догадался лорд. Крепостные альфары, живущие в замках и прислуживающие господам, не имели права решать многие личные вопросы без одобрения хозяев. И женитьба детей была одним из них.
- Нет, милорд, она…
- Повела себя неподобающе? – перебил слугу Наместник. – И тебе требуется разрешение, чтобы властью отца покарать дочь, покрывшую тебя позором?
- Нет, милорд, моя дочь не такая! Она… ее изнасиловали.
Лорд Ровилар резко расправил плечи. В законах Радужного Архипелага был пункт, предписывающий суровое наказание за подобные дела. В случае, если насилию подвергалась эльфийка со стороны представителя низшей расы, насильника надлежало предать рабской смерти*, предварительно оскопив его. Насилие по отношению к прислуге тоже заслуживало пристального внимания – если, конечно, насилию подвергались чужие крепостные.
(*Рабская смерть – распятие. На неё могли осудить за особо тяжкие преступления, как-то изнасилование, дезертирство, предательство родины. Называется так потому, что в прежние времена так казнили исключительно орков – когда те были рабами эльфов. На войне многие эльфы до сих пор так казнят всех пленных.)
- Вот как? И ты знаешь, кто это сделал?
Если подобное деяние совершил кто-то из придворных или рыцарей леди Миритирель, альфару придется ответить дважды – за то, что отнимает внимание высокородных лордов и за то, что выносит на публичное обсуждение такое незначительное «домашнее» дело. Изнасилование собственной рабыни – отнюдь не то дело, которому стоило уделять внимание. Но если это был посторонний…
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Несси о книге: Кэт Форд - Сильная рука [любительский перевод]
    Нда..определенно расширяет кругозор. Чем дальше читала, тем больше понимала, что это не мое(БДСМ). Но, блин, не могла оторваться!!

  • moonlight о книге: Алиса Ардова - Мое проклятие
    мне очень понравилась книга!! героиня умная и добрая. было интересно читать , сюжет захватил. единственное смутило что любовь не возникла сама по себе, а этому поспособствовали некоторые свойства героини, но автор сгладил этот момент, описывая то как они проводят время вместе , узнают друг друга

  • Alena741 о книге: Виктория Лукьянова - Чистая любовь
    Мля... Как тут печально всё

  • len.glu о книге: Виктория Лукьянова - Чистая любовь
    Литнет. Золушка (уборщица, но в глубине души — дизайнер), мистер начальник (охренительный чел, проблемы с кукушкой — он даже пахнет парфюмом "M. Gr." — О, нестареющие 50 ОС!). На этом можно было бы написать, обладая склонностью к написанию литературных произведений, что-нибудь эдакое душещипательное на вечерок... А не тоску.

  • Werenok о книге: Евгений Черкасов - Герой с магическим протезом
    Посредственный рассказик

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.