Библиотека java книг - на главную
Авторов: 48627
Книг: 121450
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Город людей» » стр. 10

    
размер шрифта:AAA

При этом половина домов имели вид заброшенный — пыльные окна, грязные стены, потухшие пустые витрины. В нескольких фасадах зияли дыры, пробитые как будто пушечными ядрами, такие же следы довольно часто встречались на дороге и тротуарах улицы — глубокие, разного размера ямы, некоторые с обожжёнными краями. Часть из них были старыми, полузасыпанными, часть производили впечатление свежих. Возле некоторых стояли металлические треножники с табличками, надписи на них были, разумеется, непонятны. На каких-то треножниках висели маленькие цветочные венки из пожухлых лиловых цветов — где совсем засохшие, а где и совершенно свежие.
— Бомбят их тут, что ли? — неуверенно спросил майор.
Город вовсе не выглядел находящимся на военном положении — те дома, которые не были заброшены, светились огнями разноцветной иллюминации, люди, попадающиеся нам навстречу, не выглядели встревоженными. Где-то вдали глухо хлопнуло, и раздался гулкий удар. Земля дрогнула под ногами. Ночной прохожий впереди непроизвольно втянул голову в плечи, но больше никак не отреагировал, даже шаг не ускорил.
Звук повторялся регулярно, с интервалом в десять-пятнадцать минут, то ближе, то дальше. Вздрагивала земля, но больше ничего не происходило: не завывали сирены, не мчались машины МЧС, сидящие в барах горожане даже головы не поворачивали.
— И правда, кажись, бомбят… — с сомнением сказал Борух. — Чем-то баллистическим? А почему взрывов нет?
Мы ушли с центральных улиц, заброшенных зданий стало больше. Быстро светало, мне было холодно и очень неуютно в мокрой одежде.
— Давайте сюда, — сказала Ольга, показав на приоткрытую дверь трехэтажки, которая выглядела нежилой. — Хватит по улицам шляться.
Внутри оказалось пыльно, темновато из-за грязных окон, но уютно. Несмотря на открытые двери, дом не был разграблен. В комнатах неплохая солидная мебель, в шкафах книги, на вешалках одежда, в ванной текла из крана вода. Кухни я не увидел, зато в большой гостиной был камин, рядом с которым нашлась полная дровяная корзина.
Через несколько минут мы уже сидели, завернувшись в найденные в ванной полотенца, а наша одежда сушилась на расставленных перед горящим камином вешалках. Андрей кипятил воду для чая в походном котелке, Борух присматривал за входом и улицей, стоя у окна.
Поели, попили чаю, обсушились — и только тогда вернулись к главному вопросу дня: что же делать дальше?
— Наша задача, — соизволила сообщить Ольга, — найти базовый срез агрессоров, разведать его по мере возможности и по результатам принимать дальнейшие решения.
Она, разумеется, соврала. Ольга не была бы Ольгой, если бы сказала правду. Не знаю, что думали по этому поводу остальные, но я был совершенно уверен — действовать в режиме «а там посмотрим» совершенно не в ее стиле. Давно все продумано, расписано и спланировано. И знает она всегда больше, чем говорит. Играть партнеров «в темную» — это ее фирменный modus operandi19.
— Возможно, мы сможем установить, с кем вести переговоры, — продолжала она. — Возможно, вычислим их ключевые реперы и устроим контрблокаду. Возможно, присмотрим объект для диверсии — они должны понять, что война всегда приходит к вам домой…
Последняя идея показалась мне наиболее в Ольгином стиле, но то, что она ее озвучила, означает, наверное, что на самом деле всё не так. Или она специально ее засветила, чтобы мы так подумали. Или тут что-то вообще третье, что мне и в голову не придет.
— Это все хорошо… — сказал от окна Борух, — а сейчас-то что делать? Как я понимаю, наш маршрут накрылся мохнатой шапкой вместе с утонувшим репером? И как мы будем выбираться отсюда, тоже непонятно?
— Посмотрите на это! — позвал нас из коридора обшаривавший этаж Андрей.
В соседней квартире, расположенной зеркально той, где мы расположились, тоже был вполне обычный интерьер. Шкафы были раскрыты, ящики секретеров выдвинуты — но это уже Коллекционер отрабатывал свое прозвище в поисках чего-нибудь необычного или ценного. Интереснее было другое — в сумрачной, отделанной резными деревянными панелями спальне, стояла большая, почти во все помещение кровать. И это массивное ложе было посередине пробито чем-то, пролетевшим сквозь крышу и все перекрытия верхних этажей и ушедшим куда-то вниз, в подвалы. Если заглянуть в пробоину под правильным углом, то вверху было видно небо. Внизу ничего видно не было, но сама кровать заскорузла от почерневшей засохшей крови, а рядом с ней стоял черный металлический треножник с двумя словами на неизвестном языке и значками, вероятно являющимися цифрами. Скорее всего — датой. Сверху на этом легком раскладном сооружении висел высохший пыльный веночек осыпавшихся цветов.
— Вот оно что… — удивленно сказал Борух. — Так это кенотафы20?
За окнами снова что-то хлопнуло и грянуло во вздрогнувшую землю. Мы уже привыкли к регулярности этих звуков и не обращали внимания, но тут переглянулись и посмотрели на дыру в потолке.
— Кажется, я что-то слышал про этот срез… — задумчиво сказал Андрей. — Сюда добирался кто-то из этих, «Метросексуалов»…
— Метро… кого? — переспросила Ольга.
— Да, команда контрабасов, которая ходит через кросс-локусы метро. Сами они себя называют «Метрострой», но прозвище прилипло… У них специфические маршруты, потому что подземка есть не везде, но зато они иногда попадают туда, куда не заходят другие.
— И что это за срез?
— Я буквально краем уха слышал. Якобы, вышли они в рабочем метро среза, где все время что-то падает с неба. Камни — не камни, метеориты — не метеориты, но летят они с такой скоростью, что даже в метро сквозные дыры в тоннелях, ничего не спасает.
— Да ладно, — засомневался я, — тогда бы они в атмосфере сгорали…
— За что купил — за то и продаю, — пожал плечами Андрей, — я им тоже не поверил. Проводники те еще сказочники. Рассказывали, что местные от этой напасти ударились в какой-то религиозный фатализм, и им теперь вообще все пофиг.
Бумм! — под пол ногами опять слабо вздрогнул.
— Когда тебя в любой момент может в брызги размазать, — задумчиво сказал Борух, — это меняет восприятие мира. Тем более если от тебя ничего не зависит — голая вероятность.
— Да, — припомнил Андрей, — как раз вероятность. Вроде бы местные посчитали, что для каждого конкретного человека вероятность попадания этой фигней точно в макушку не больше, чем под машину попасть, от рака помереть или из окна выпасть, и не стали ничего с этим делать. Ну, или все равно не придумали защиты, и так себя успокоили. Чинят критическую инфраструктуру, а на остальное забили и живут себе.
— Как-то невесело они живут… — прокомментировал Борух.
— Ну да, статистика статистикой, а голове не прикажешь… — согласился Андрей.
Хлопок, удар. Пол на этот раз дрогнул сильнее — видимо, близко легло. Я поежился — действительно, цифры не сильно успокаивают. Люди вообще не умеют оценивать вероятность в житейском, а не математическом смысле. Кокосовые орехи убивают сто пятьдесят человек в год, а акулы всего пять. Но никто не снимает фильмы ужасов про кокосы.
— Тём, а посмотри — тут есть еще репер? — неожиданно спросила Ольга.
Мне стало стыдно — вообще-то я, как оператор, должен был сам догадаться. Покрутил в планшете структуру, прикинул… Это не так-то просто, на самом деле — понять, в одном срезе реперы или нет. Между ними может вообще не быть прямого резонанса, а именно резонансные связки были первичны для создателей планшетов — кто бы они ни были. Но я вообще хромаю в теории. Я и практик-то так себе.
— Да, с высокой вероятностью, есть. Возможно, даже несколько. Но определил пока один, и он далеко.
— Насколько далеко?
— Не знаю. Встроенного дальномера в этой штуке нет. Но направление покажу.
Мы шли по улицам, вздрагивая от периодических хлопков и ударов. Прохожим было на нас плевать, нам на них, в общем, тоже. Один раз увидели, как возле свежей дыры в земле какой-то человек в оранжевой униформе смывает шлангом брызги крови и плоти, а потом устанавливает раздвижной, как фотоштатив, треножник, пишет на его табличке что-то маркером и уходит. Венок вешать не стал. Наверное, это не входит в его обязанности. Может быть, не дождавшись к вечеру пропавшего, родные побредут по ежедневному маршруту, вглядываясь в свежие таблички кенотафов. А найдя, зарыдают и пойдут плести веночек. А может, и не зарыдают. И не пойдут. Может, пожмут плечами и станут жить себе дальше, пока очередной хлопок сверхзвуковой каменюки с неба не превратит в облако красных брызг уже их.
Через час, поняв, что до репера дальше, чем можно было бы надеяться, мы спустились в метро, определив его по характерному пассажиропотоку в дверях станции. Сориентироваться в схемах и названиях на стенах было невозможно, но один из тоннелей шел в нужном нам направлении. На платформе стояла будочка с каким-то мужиком в униформе, люди подходили к нему и что-то передавали в окошко. Возможно, деньги за проезд. Мы пренебрегли, и нас никто ни о чем не спросил. Может, решили, что у нас проездной.
Поезд, вытолкнув собой из тоннеля горячий ветер, застыл у платформы. Он не был похож на наши — цилиндрический в сечении, с обтекаемым носом, без кабины машиниста спереди и разделения на вагоны. Двери уехали вверх, пассажиры вышли, пассажиры вошли — ну и мы с ними. Внутри оказались пары стоящих лицом друг к другу кресел с каждой стороны длинного салона, гнутые окна, светильники на потолке. Никто не стоял, все сели, мест хватало. Вообще, поезд был полупустой, да и на платформе народ не толпился — то ли время не пиковое, то ли от перенаселения этот город не страдал.
Двери опустились, коротко прошипел воздух, заложило уши. Такое впечатление, что вагоны тут зачем-то герметичны. Никто не объявил следующую станцию, поезд тихо тронулся, очень быстро набирая скорость, и втянулся в темный тоннель. Новые пассажиры достали из сумок газеты и книги, развернули их и погрузились в чтение. Наверное, эпоха телефонов тут не наступила. На нас по-прежнему никто не обращал внимания, хотя мы, мягко говоря, сильно выделялись. Впрочем, друг друга они так же игнорировали. Возможно, не видели смысла заводить лишние знакомства. Чтобы потом не переживать, когда брызги от нового приятеля смоют шлангом в канализацию. Кстати, я до сих пор не видел тут ни одного ребенка и даже молодого человека. Все окружающие выглядят на тридцать лет и старше, одеты в неяркую, практичную и лишенную признаков моды одежду, у женщин не видно косметики и украшений. И у всех какое-то общее печальное равнодушие на лицах. Похоже, людям не стоит постоянно напоминать о том, что они смертны. Даже если статистика благоприятна.
Поезд летел в темноте тоннеля, и мы понятия не имели, куда. Но направление нас устраивало, ехал он прямо, так что мы немного расслабились. Я вытянул натруженные ноги, сгрузил с себя автомат и рюкзак. Кресло оказалось удобным, и я уже почти задремал, когда свет погас, прекратился ровный гул моторов, и поезд стал замедляться, двигаясь по инерции. На потолке вагона зажглись тусклые аварийные огни, читать стало темновато, и пассажиры зашуршали своей макулатурой, сворачивая ее и убирая. Никто не паниковал, и даже, кажется, вовсе не волновался. Вагон остановился, за окнами была темнота туннеля. Постепенно стало душно и жарко, но люди продолжали спокойно сидеть, и мы следовали их примеру, поскольку все равно не могли придумать ничего лучше.
Вагон дернулся, свет зажегся, поезд быстро набрал скорость и помчался дальше, пассажиры вернулись к чтению.
— Починили, видать, — сказал Борух.
Внезапно в окна хлынул яркий солнечный свет, а вертикальное ускорение вдавило в кресла — поезд выскочил из тоннеля и теперь, как вагонетка в «русских горках», стремительно взлетал по дуге на высокую решетчатую эстакаду. Мы поднимались все выше и выше, и перешли в горизонталь на высоте метров, наверное, пятидесяти. Отсюда открывался широкий, но довольно скучный обзор — внизу развернулась практически пустая равнина, кое-где размеченная прямоугольниками сельскохозяйственной деятельности. Разнообразила его только такая же конструкция, идущая рядом. На наших глазах по ней просквозил встречный состав.
— Смотрите, смотрите! — Андрей показал вниз, и я разглядел валяющийся на земле под параллельной эстакадой разбитый всмятку поезд.
Это не добавило оптимизма, но деваться было некуда. Тем более что наш вагон летел ровно, не раскачиваясь, с тихим ненавязчивым гулом моторов и очень, очень быстро. Я смотрел в окно и видел периодически вспухающие на земле облачка выбитой вверх земли. Сами метеориты — или что это там такое падает, — разглядеть было невозможно, слишком быстрые. Странно, что от них не оставалось следов в атмосфере, как будто они возникали сразу у земли. Хлоп — и только брызги.
Эстакада пошла вниз, вызывая внутри неприятное чувство падения, и вскоре поезд с легким хлопком влетел в тоннель. За окнами снова стало темно, а пассажиры завозились, готовясь к выходу.
— Кажется, куда-то прибыли… — сказал Борух.
У меня же нарастало чувство близкого репера, похожее на… Да ни на что не похожее, не знаю, с чем сравнить. Просто я в какой-то момент понял, что он вот там, не очень далеко, и становится ближе, о чем и сообщил остальным.
Поезд, замедляясь, вкатился на платформу станции — совершенно такой же, как та, с которой мы выехали. Прошипели двери, уезжая вверх, часть пассажиров вышла, часть осталась — видимо, не конечная. Мы, конечно, вышли. Судя по ощущениям, до репера оставалось с полкилометра, не больше.
Мы поднялись наверх по длинной широкой лестнице, вышли из стеклянных раздвижных дверей и просто пошли по улице. Редкие пешеходы, еще более редкие машины — довольно скучного утилитарного дизайна и неярких цветов. На мой беглый взгляд, этому срезу вообще присуща блеклость и невыразительность. Одежда, интерьеры, архитектура — все спокойное, однообразное, очень умеренно и унитарно украшенное. Вот и помещение с репером оказалось точно таким же, как и то, в которое мы попали в начале. Только без дырки в полу и крыше. Вписанная в большой зал купольная ротонда, посередине которой стоит обрамленный невысоким бордюрчиком черный цилиндр.
Здесь нас ждали.

Если судить по моему скудному и достаточно специфическому опыту, в большинстве срезов догадывались, что репер — это не просто черная цилиндрическая фигня из странного камня. Где-то их засекречивали и прятали, ковыряя в меру развития местной науки в тайных лабораториях, где-то выставляли как религиозные символы, где-то ставили в музеи, как неведомые артефакты, где-то подбирали тот или иной ключик к технологии резонанса… Трудно сказать, как к ним относились здесь. Зачем они поставили его в специальном зале — или, как вариант, построили зал вокруг него.
Вокруг репера собралась странная компания — трое стариков, десятка два детей и три беременные женщины средних лет. При виде нас, старцы шагнули вперед, встав между нами и репером. Если они хотели нас остановить, то просчитались — я спокойно дотягивался до него там, где стоял, и мог запустить резонанс, не приближаясь вплотную. Так что я на всякий случай достал планшет и активировал его, прикидывая структуру. Седой дед, которому на вид было лет тыща, сделал шаг вперед и обратился к нам на неизвестном языке.
— Извини, дедуля, — покачал головой Борух. — Нихрена не понятно. Не говорим мы по-вашему.
Деды переглянулись, перекинулись парой слов, покивали и вперед вышел другой старикан, чуть моложе.
— Вы быть Коммуна? — сказал он с чудовищным акцентом.
— Да, — кивнула Ольга.
— Мы важный… просьба, требование, дело.
— Говорите.
Опуская дедову косноязычность, странный подбор слов и сильный акцент, резюмирую — он хотел, чтобы мы забрали с собой детей и женщин, поскольку этот мир обречен. На логичный вопрос «почему именно этих?» дедуля ответил, что других нет. Местные не то верования, не то законы, не то традиции — я так и не понял, — не приветствовали размножение как дело в глобальной перспективе безнадежное. Зачем плодиться, если все равно все умрут? А дедуганы — члены деструктивной секты, отрицающей доминирующую идеологию путем интимной практики с соответствующими последствиями. Мне даже показалось, что все эти детишки — лично их, хотя, конечно, в таком возрасте это уже героизм. Дети толкались и шушукались, глядя на нас с живым интересом, чем выгодно отличались от индифферентности остальных здешних аборигенов.
— Во-первых, мы не можем взять с собой больше двоих, — ответила ему Ольга. — Наши возможности ограничены группой в шесть человек, а нас уже четверо. А во-вторых, мы направляемся туда, где им не место.
— Но другие вы брали много люди! — запротестовал дед.
— Другие? Нам надо посовещаться, — ответила она, и мы отошли в сторону.
— Похоже, наши антагонисты тут уже отметились… — констатировал Борух. — И они умеют побольше нашего.
— У нас разведка, вы не забыли? — раздраженно сказал Ольга. — В том числе, чтобы понять, что они умеют и почему.
— Мы все равно в тупике, — поспешил разочаровать ее я. — С этого репера нет резонансов туда, куда нам надо. Придется возвращаться и заходить с другой стороны.
— Ну и как мы выберем тех двоих, которых можем взять в группу?
— Слышь, старый, — обратился к деду Андрей. — Я видел, тут есть машины. Машины, ферштейн? Ну, транспорт, повозки, средства передвижения. Сможете показать нам их гараж? Место хранения, транспорт, машины, понял?
Тот закивал. Что-то понял.
— Ну вот, технически проблем нет. Не напрямую, но выведем.
— Мы не можем взять этих детей… — упиралась Ольга. — Они же не такие, как… Они слишком взрослые для…
— Для чего? — спросил я.
— Для того, чтобы влиться в наше общество!
— Я знаю, куда их пристроить, — сказал Андрей. — Без проблем. Ну, почти…
— Да черт с вами, — зло ответила Ольга. — Все равно все через задницу пошло… Проще заново начать. Где там ваш гараж, дедуля?
В гараже было просторно, чисто и пусто. Совершенно не похоже на гаражи, которые мне доводилось видеть раньше. Детишки заворожено смотрели, как Андрей подошел к задней двери, положил на нее руки, долго о чем-то думал, а потом резко открыл. В проеме крутилась черное пыльное ничто. Я в первый раз видел, как проводники это делают. Надо признать — впечатляет.
Андрей решительно загонял в проем нервно хихикающих детей и по-коровьи равнодушных беременных. Деды коротко нам поклонились, ничуть, кажется, не беспокоясь о том, куда мы отправили их потомство. Странные они тут все.
За проходом нас ждало солнце, море, башня и громкий крик:
— Да какого хуя опять!

Бородатый Сергей стоял перед нами, уперев руки в бока, и в бешенстве орал на Андрея:
— Да ты охуел совсем! У меня тут что, блядь, сиротский приют? Что я с ними делать буду? У твоих подкидышей говенная статистика выживаемости!
— Послушай…
— Нет, это ты послушай! Я даже знать не хочу, где ты их на этот раз спиздил! Да еще детей! Да еще такую толпу! Тебя за йири до сих пор альтерионцы разыскивают, каждый раз спрашивают, не объявился ли ты. И у меня большой соблазн быстренько их сюда вызвать…
— Да не ори ты!
— Не орать? Да я тебя сейчас еще и в грызло отоварю! Киднеппер сраный!
— Уважаемый… э… Зеленый! — попыталась привлечь его внимание Ольга.
— И вы еще тут! — переключился на нее бородатый. — У меня нет лишнего костюма, акка или машины. Проваливайте в свою Коммуну, тут скоммуниздить больше нечего!
— Сергей, — сказал я. — Это не то, чем кажется.
— Ну да, ну да, — скептически ответил он. — А то я вашу компанию в первый раз вижу!
Ну, хоть орать перестал.
— Это беженцы из гибнущего среза, — я несколько упростил картину, но, по большому счету, так оно и было.
— И я единственный лох, которому их можно впарить на передержку? Они не выглядят способными прокормить себя сами, а я не смогу заработать на прокорм всех сирот Мироздания. Забирайте их на хер в свой коммунизм, у вас харч бесплатный!
— Никто не требует от вас взять их себе! — сказала Ольга.
— И потому вы притащили этот детский сад именно сюда?
— Да послушай ты… — начал Андрей.
— Тебя? Я тебя как-то уже послушал! Даже я не наступаю на одни грабли больше двух-трех раз! — снова начал заводиться Зеленый. — Ты мне еще за УАЗик должен!
— Да заткнитесь вы! — рявкнул Борух. — Детей напугали!
Я обернулся на жавшихся плотной кучкой в углу каменного сарая детей. Девочки уже рыдали, мальчики были к тому близки, и только три беременные тетки смотрели тупо и спокойно. Языка они, конечно, не понимали, но догадаться, что им тут не рады, было не сложно.
— Да вашу ж мать… — тоскливо сказал бородатый, разглядывая детишек. — Что ж вы, сволочи, делаете? А то у меня без вас проблем мало… Работа, дети, альтери эти чертовы…
— Дети? — переспросил Андрей. — Родила твоя?
— Мальчик.
— Поздравляю.
— Спасибо.
— Тебе уже сделали толстый намек, что он урожденный альтери, а твои права птичьи? — невесело усмехнулся Андрей.
— Такой толстый, что за щеку не влезет. Пока еще мягко стелют, но край кровати уже виден…
— Мне ли не знать. У меня там жена и ребенок. Про материнский долг и славный путь молодых твоей уже поют?
— В оба уха! Она, конечно, им не особо верит, но…
— А ты думал, в сказку попал?
Я с удивлением смотрел на Андрея. Он женат? У него ребенок? А как же Ольга? Ну, то есть, конечно, в жизни такое сплошь и рядом бывает, но как-то у меня это не вязалось с персоналиями. Не тот Ольга человек.
— Не думал. Но тогда это казалось меньшим злом…
— Мне тоже казалось…
— Не плачьте, дети! — сказал бородатый таким опытным родительским тоном, что они немедленно перестали реветь и вытаращились на него с надеждой. — Я понятия не имею, что с вами делать, но что-нибудь придумаю. Вы голодные?
Дети смотрели и только глазами лупали.
— Они не понимают, — пояснила Ольга.
— Вообще заебись, — покачал головой Сергей, — а что вы их к себе не заберете? Приняли бы в пионеры, или что вы там с ними делаете…
— По ряду обстоятельств это невозможно.
— Ну охуеть теперь…
— Пойдемте все в башню. Да, женщины и дети тоже, — он сделал приглашающий жест, детишки с беременными засеменили за ним. — На их счастье, я только что из магазина. Ты, рыжая, готовить умеешь? Или только врать и стрелять?
Он открыл багажник стоящей рядом машины и показал на пакеты с логотипом супермаркета.
— Давно не практиковалась, но справлюсь.
— Хватайте, что смотрите? Надеюсь, жена меня простит… У альтери ни гречки, ни фасоли, да и помидоры какие-то сладкие…
В подвальной кухне башни он достал самую большую кастрюлю, выдал продукты и Ольга засуетилась у плиты. Я, кажется, ни разу не видел ее в такой ипостаси — в Коммуне мы питались в столовых, а походная костровая еда не в счет. Даже не думал, что она так умеет.
— …бу-бу-бу — Альтерион, бу-бу-бу — дети… — обсуждали что-то Андрей с Сергеем.
Я прислушался.
— Альтери согласятся!
— Да они-то согласятся…
— Да брось, им там будет хорошо… В Альтерионе детей любят.
— …Странною любовью…
— А куда их еще девать?
— Я подумаю. Но ты мне все еще должен.
— У меня есть для тебя шикарное…
Я перестал прислушиваться — стало как-то неловко. Не мое это дело. Но все же расслышал слово «дирижабль».

Коммунары. Темнота перед рассветом

Ольга подскочила на топчане в своем чуланчике — тесном, зато отдельном, — и не сразу поняла, что из тяжелого сна ее выдернул тревожный звук сирены ГО. Быстро одевшись, она выскочила в коридор.
— Внимание! — прокашлявшись, сказал настенный динамик голосом Палыча. — Всем, кроме службы охраны, немедленно собраться во внутренних помещениях. Повторяю — всем, кроме службы охраны, проследовать во внутренние помещения…
Ольга, проигнорировав это распоряжение, рванула в противоположном направлении — к командному бункеру. Навстречу бежали растерянные люди, но их было немного — условной «ночью» большинство спали, а общие спальни и так относились к бомбоубежищу.
— Да, задраивайте гермодвери! — командовал Палыч в микрофон селектора. — Кто не успел — тот не успел. Да, лучше так, чем если они прорвутся вовнутрь, к детям и женщинам…
— Кто прорвется? — спросила Ольга.
— Ты здесь? — удивился директор. — Ну, может, и к лучшему… Мантисы. Снесли двери складского коридора. Их засекли, когда они попытались вломиться в реакторный зал, но там взрывозащитный тамбур, его танком не сломать. А куда еще они успели просочиться — никто не знает…
— Ничего себе…
— Матвеев начал установку гонять — они как взбесились… — пожаловался Палыч. — Мне постоянно докладывали, что они наружную вентсистему ломают. Но в железных каналах узко, им не пролезть, бетонные рассчитаны на взрывную волну, их не вскрыть. А вот про двери погрузочного терминала мы не подумали. Они стальные, конечно, но не бронированные.
— Мы готовы!
Ольга скептически оглядела собравшихся. Несколько человек из охраны, вооруженные карабинами, какие-то мужики с ломами и баграми с пожарного стенда, и даже двое подростков с ножами, привязанными к ручкам швабр.
— Это что еще за фольксштурм? — спросила она у директора.
— Да, уж… — согласился тот, — не впечатляет. Но нам не надо охотиться, просто локализовать прорыв, заблокировать их в каком-нибудь помещении…
— Если двери сломаны, то во внешних коридорах ваши ополченцы просто померзнут. Может, если остановить Установку, мантисы сами уйдут?
— А если нет? — возразил Палыч. — Работа Матвеева — самое важное сейчас. Это наш единственный шанс.
— Их порвут без всякой пользы, — кивнула Ольга на топчущихся у входа охранников. — Давайте я этим займусь.
— Ты? — изумился директор.
— Ну, не одна, конечно… — поправилась девушка. — Мы уже убили двух мантисов, у нас есть опыт. И скафандры.
— А, эта твоя гоп-компания… Оленька, я надеюсь, тобой движут не личные мотивы? Мы все тебе сочувствуем, но мстить неразумным тварям…
— Не волнуйтесь, товарищ директор, — твердо ответила Ольга. — Я знаю, что делаю.
Палыч внимательно посмотрел ей в глаза, что-то для себя понял, и махнул рукой:
— Действуй!

— Будем двигать это перед собой, — объясняла Анна, показывая на нечто вроде средневекового штурмового тарана, только без бревна.
— Зачем? — не понял Мигель.
— Смотри, она устроена так, что легко катится вперед, но, если ее толкнуть назад, то упирается в пол и не едет, пока не поднимешь за дышло…
— «Гуляй-город» это раньше называлось, — засмеялся Андрей. — Мобильное укрепление.
— Главное — задержать мантиса, чтобы он нас с наскока не порвал, а дальше — уже мое дело… — Анна показала двустволку с укороченными стволами.
Ольга непроизвольно взялась за кобуру — там был пистолет Ивана, который она взяла с собой. Просто с ним было как-то спокойнее. Андрей нес на плече свой карабин, а Мигелю выдали невесть откуда взявшийся маузер. (Надетая поверх скафандра портупея с деревянной кобурой-прикладом выглядела довольно необычно).
— — Посмотрите на себя! — засмеялся испанец, бывший большим любителем научной фантастики. — Мы похожи на шайку космических пиратов!
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.