Библиотека java книг - на главную
Авторов: 53214
Книг: 130548
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Горе-волшебник. Книга 1»

    
размер шрифта:AAA

Горе-волшебник. Книга 1

ГЛАВА 1
Уже битый час я прятался в шкафу, а Корвиус все не думал успокаиваться. Сейчас этот огромный дядька был больше похож на взбесившегося кузнеца, который случайно вдарил себе по пальцу тяжеленной кувалдой, чем на почтенного Верховного волшебника Школы. А заодно и моего родного деда.
Нет, ну разве ж я виноват, что уродился таким бездарем? Это так меня дед зовет, сам я так не думаю. Ну не дается мне это их волшебство, так что теперь делать? Не вешаться ж с горя! Зато я быстрее всех бегаю и из рогатки стрелять умею. И чего они все на меня так набросились как собаки с голодухи на кусок черствого хлеба? Бабка моя и та все время говорит, что в семье не без выродка. Я сначала на нее сильно обиделся. Долго дулся — даже есть не шел (только с кухни плюшки да калачи таскал, так разве ж это еда для растущего ребенка?), зыркал на всех злобно. У меня это здорово выходило — я перед зеркалом хорошо научился. А потом бабка объяснила, что выродками зовут тех, кто родился без способностей к волшебству в семье волшебников. Вроде как выродилось в нем, то есть во мне волшебство. Это-то я понял, только зачем же слово такое ругательное придумали? В деревне, что возле нашего замка, за такое и в глаз дать могут. Один такой умник лопоухий назвал меня так разок. Больше так не делает. Он теперь вообще на глаза мне не показывается.
Да и на кой мне это их волшебство сдалось? Всю жизнь штаны за свитками и книжками просиживать да раз в год чего-нибудь там большое и страшно важное наколдовать? Не, не по мне такая жизнь. Я на волю хочу. Мир повидать, на людей поглазеть, себя показать. Я уже два раза убегал. Один раз даже почти получилось. Маленечко не долетел до берега рва, когда прыгал с поднятого моста, так в воду и плюхнулся. Это, конечно, ерунда, только вот я плавать не умею. А ров вокруг нашего замка ой глубокий! Предки-волшебники хорошо постарались, чтоб защитить свое богатство. Они молодцы, а я чуть не потоп! Единственное дидятко! Наследник, между прочим! Так я еще и виноват оказался. Дед потом долго ругался (он у меня вообще горячий), на цепь грозился посадить. И посадил. Только не на железную цепь, а в ученическую и заставил переписывать какие-то непонятные свитки. Так это ж он сам придумал, а мне еще и влетело за то, что его «бесценная библиотека» сгорела. Я честно писал! А потом заснул немножечко, свечку локтем зацепил, она и повалилась. И, зараза такая, не потухла! Я ж не виноват, что там скучно было. Дед так разорался, что я чуть не оглох. Радовался бы, что единственный внук живой остался, так он все: «бесценная библиотека», «бесценная библиотека». Тьфу!
И за что мне это все? Выродок и выродок, чего они все ко мне прицепились? Не могу колдовать, так и не надо! Вон сколько профессий хороших: кузнец, конюх, пахарь… Так нет же, угораздило меня быть «единственным наследником древнейшего рода волшебников». Аж оскомину набило — так часто мне это талдычили.
— Марвус! Выходи! — завопил почти над самым моим ухом дед, я чуть не подпрыгнул! — Выходи, неслух, или я тебя в угол поставлю!
Чего?! Это он меня собрался в угол ставить? Да я ж совсем взрослый — мне уже тринадцать стукнуло, а он меня — в угол! Теперь точно не вылезу! С голоду помру, а не вылезу!
Дед поворчал себе чего-то под нос и пошел искать меня куда-то еще. Фух, пронесло! Ой! Мой живот заурчал так громко, что я со страху вжался в стенку шкафа. Не виноватый я! Я ж говорил, что расту. Не, кажись, все-таки пронесло. Тихо стало, можно будет скоро и вылезать. Совсем тихо стало, даже мухи жужжать перестали. Ой, не к добру это, ой, не к добру!
— Ага! — с оскалом мясника на морщинистом лице Верховный волшебник распахнул дверцы шкафа. — Вот ты где, негодник!
Я сглотнул, пытаясь придумать, как бы мне отсюда пошустрее удрать. Только как это сделать, если мой дед даже шире, чем сам шкаф, а я вообще самый мелкий у нас в деревне? Даже Арма меня выше, а ей всего семь!
Дед снял с головы колпак и вытер им свое лицо — умаялся бедненький. А мне совсем нехорошо стало: еще на той неделе на этой лысине волосы росли, жиденькие, конечно, но все ж. Так дед сам виноват! Вот кто его просил пить из моего кубка? Это ясно, что лето, жарко, пить охото… А нечего всякую пакость в рот тащить! Не маленький же! Ну, закончились у меня все склянки (разбил случайно — честное слово!), вот я в кубке зелье для роста волос и смешал. Дед сам задал! Ему ж сейчас и лучше: лысину тряпочкой протер — и мыть не надо, да и потеет не так. Спасибо от него я, знамо дело, не дождался, еще и сидеть теперь не шибко приятно.
— Марвус… — выдохнул дед, он пытался говорить спокойно, а мне от этого еще страшнее стало. Когда он орет, хоть знаешь, чего ждать, а тут вообще ничего не ясно.
— Марвус, мальчик мой, ты должен понять, что у тебя нет выбора. Я и сам бы тебя ни за что не отпустил в такое опасное путешествие. Но не я решаю. Ты ведь мой наследник, ты должен там учиться.
Ага, будет мне он сказки рассказывать. Ну и что, что я наследник. Я ж выродок, а выродкам в Школе делать нечего. Я и тут спокойно могу штаны просидеть. Вот только б дед уехал поскорее, так я б уж точно сбежал. Я даже с нашим конюхом договорился, чтоб он меня на другой берег на лодке переправил. Мне даже пришлось из нашего винного погреба ему аж три бутылки вынести. Правда за это от бабули деду досталось, но я ж не виноват, что за ним и раньше такой грешок водился.
— Марвус, поверь, тебе там будет лучше. Я и так тебя четыре года сам учил, — он вздохнул. А глазки то как забегали! — Когда мог, конечно.
Ну да, учил, как же! Давал задание, а сам смывался в свою Школу на несколько месяцев и даже носа тут не показывал. Вообще-то, бабуля и сама могла бы меня обучать, зря что ли считается самой способной выпускницей Школы за всю историю, а это не много ни мало за тысячу тринадцать лет! Но характер у моей бабушки — не сахар. Даже больше скажу: дед по сравнению с ней просто паинька. Как-то раз бабуля попробовала меня чему-то поучить, так я потом от нее полдня по всему замку улепетывал. И это без передыху, а старушке то уже семьдесят пять стукнуло.
— Марвус, я бы с радостью оставил тебя в замке. Но ты же знаешь, что должен появиться в Школе. Была б моя воля, я б тебя не заставлял.
Так я и поверил. Да дед спит и видит, как бы меня услать куда-нибудь подальше, и чтоб не вернулся! Ясно же, что не простил мне тот случай. Если честно, то я и сам не знаю какой — случаев-то много набралось, а дед у меня злопамятный. Вообще-то с памятью у него уже не очень в девяносто три года то, поэтому иногда он меня просто так наказывает, чтоб неповадно было.
— Деда, — начал было я, но тут же замолк, потому что волшебник сдвинул свои мохнатые седые брови, будто вспомнил о какой-нибудь моей шалости. Но этого ж не может быть. Сейчас только утро, и я еще не успел набедокурить. Честное слово, сегодня я только плюшку с кухни стащил, а это не считается. Всего ж одну стащил, да и то она горелой оказалась. А за старые проказы я уже рассчитался. Ой! А если он узнал… Нет, тогда бы он меня вообще высек. — Деда?
— Погоди, Марвус, я что-то слышу.
Как и дед, я попытался сосредоточиться, так же, как и он, нахмурился, даже засопел от натуги, но все равно ничего, кроме пролетающей мимо мухи не смог расслышать. А говорят еще, с возрастом слух хуже становится. Враки.
— Приехал, — вздохнул волшебник и отошел назад, чтоб я мог вылезть из шкафа. — Поторопись, Марвус.
Фух, пронесло. На этот раз Корвиус ругаться не будет.
— Деда, а кто приехал? — спросил я, закрывая за собой дверцы шкафа.
— Сопровождающий.
— Чей? — захлопал я глазами. Не, я и сам догадывался чей. Но, а вдруг?
— Марвус!
И зачем так орать? Можно подумать, он еще не привык к тому, что я у него всякие глупости спрашиваю.
— Да понял я. А почему я сам поехать не могу? Я уже взрослый! Или с тобой хотя бы. Ты что не поедешь? — я так удивился, что даже моргать перестал. Деда и так уже долго дома сидит, а он ведь Верховный волшебник Школы. Самый главный там, то есть. На кой мне нянька в дороге? От деда я хоть сбежать смогу, а с нянькой непонятно как карта ляжет.
— Нет, у меня еще здесь дела есть, а потом во Дворец заехать нужно, я и так там давно не появлялся — некуда больше тянуть. Так что я приеду немного позже. Может, месяца через два. Или три. Или четыре. Пока не уверен. Как управлюсь, так и приеду, но может и затянуться. И не приставай к взрослым с глупыми вопросами! Не дорос еще!
Это он так издевается, да? Я прищурился, глядя деду прямо в глаза снизу-вверх. Не, я так и знал, что он от меня избавиться хочет. Так вот, я в Школу ехать не хочу и не поеду! Что я там забыл! Вот пусть что хотят делают, а не поеду. И вообще, я обиделся.
— Деда! — сказал я так грозно, как только мог. А чтоб страшнее было, встал на цыпочки. Почти до дедова пояса дотянулся. — Я ни…
— Угомонись, Марвус! — прикрикнул волшебник, а меня чуть от этого назад к шкафу не снесло. Дед потихоньку начинал закипать: сам он стал красный как помидор, из ушей пар повалил, и ноздри быстро-быстро задергались. Но я устоял — не впервой. — Ты едешь, и точка! Я и так слишком долго это откладывал. Четыре года ты сидел здесь, четыре года! Тебе уже давно было положено обучаться в Школе! И я бы уже давно тебя отправил туда, если бы ты не был вы…
— Выродком, да? — подсказал я.
— Марвус, — дед как-то подозрительно быстро остыл, даже его брови теперь были не так сильно нахмурены и даже их лохматость стала не такой заметной. — Ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать, что у всех есть обязанности. И твои сейчас — это усердно учиться в Школе, чтобы потом…
Корвиус еще долго пытался вразумить меня, я делал вид, что слушаю и старательно кивал. Был бы я выродком из какой другой семьи — меня б никто и не позвал в Школу. А я ж внук самого Верховного волшебника, что его. Наследник, оладка перепеченная! Единственный! А я виноват, что ли, что все мои предки были Верховными волшебниками? Ну, разве что папа мой не успел, а так все-все были. И я должен когда-нибудь стать. Ну, это они так думают. Деда у меня ишь какой сильный! Он еще лет пятьдесят самым главным в Школе будет. Как раз все привыкнут, что следующим Верховным волшебником будет кто-нибудь другой, не из нашей семьи. Вот зачем мне этой чепухе учиться? Да и взрослый я, чтоб первый раз в Школу идти. Да я не сильнее восьмилетнего десятиклассника, а меня хотят запереть к моим ровесникам в пятый. Меня ж там сразу засмеют!
Если честно, то я какой-то неправильный выродок. Я кое-что все-таки могу наколдовать. Неправильно, конечно, но все же.
Вскоре мой живот снова заурчал, и я подумал, что неплохо было бы заглянуть на кухню, чтобы что-нибудь вкусненькое стащить прямо из-под рук одной из наших поварих, а лучше у самой главной (от этого еда еще вкуснее становится), но мы с дедом пока так и не отошли от шкафа.
— … жилет и туфли. Гарлиус уже ждет тебя в твоих покоях.
— Чего?! — завопил я. — Я не буду это надевать! Я лучше голым ходить буду, чем таскать эти бабские тряпки!
— Марвус!!! — деда так разозлился, что у него лицо покрылось красными пятнами, это еще хуже, чем когда он полностью красный, и я почувствовал, что мое как раз стало совсем белым.
Почтенный Верховный волшебник больше не сказал ни слова, а просто схватил меня за ухо и потащил за собой. Мы пронеслись по залам, потом выскочили на улицу и на потеху слугам через весь двор пробежали к другому крылу замка. Я зря боялся — на нас никто не обратил внимания. Привыкли. Я чуть успел заметить, что во дворе появилась незнакомая карета. Только и запомнил, что она черная, а на козлах сидит рыжий и очень кудрявый возница и жадно пьет воду из кувшина. Еще бы! До нашего замка поди доберись. Предки-волшебники хорошо постарались, чтоб нас не так легко достать было. И сбежать отсюда тоже.
По лестнице мы с дедом взбежали на второй этаж (кто б мог подумать, что без малого столетний старик может быть таким резвым? Может, кто и не мог бы, а я еще как! Чай не впервой от него бегаю!), почти проскакали по коридору, и деда впихнул меня в мою комнату и громко захлопнул за собой дверь, отчего та чуть не рухнула. Но нет, устояла. Хотя еще пару таких пробежек, и моя комната станет проходным двором. Если честно, то я бы только обрадовался.
Только я выдохнул, как в меня тут же вцепились клешни моего камердинера Гарлиуса. Он был еще более старым, чем мой дед и прислуживал еще его отцу, а может быть, и его отцу. Точно не знаю, но мне этот высоченный ходячий скелет достался по наследству. На него было страшно смотреть: лицо желто-зеленое, под глазами черные синяки с желтыми же прожилками, седые длиннющие волосы зачесаны назад и спускались чуть ниже лопаток, а пушистые бакенбарды закрывали половину лица. Да и похоже, что Гарлиус лет сорок назад разучился улыбаться, а может, и никогда не умел, потому что выражение его лица ни разу не менялось за все время, что я его знал. И смотрел он на всех так, будто он был самым благородным аристократом, а все остальные — муравьями под его ногами. К тому же и одет он был всегда так, словно собирался на званый ужин. Рядом с ним я был похож на босоногого деревенского мальчишку.
Ладно, я выглядел так возле кого угодно. Обычно летом я носил только старые льняные дырявые штаны да простую легкую рубаху, башмаки вообще не понимаю, зачем в такую погоду нужны. Зимой я вообще-то точно так же выгляжу, а что поделаешь, если поры года у нас ничем не отличаются. Я вообще не понимаю, зачем делить год на зиму, весну, лето и осень. Хватит и того, что у нас двенадцать месяцев. Еще и названия какие понапридумывали: Аврарий, Баварий, Ваварий, Гаварий, Даварий, Емль, Жаварий, Заварий, Иварий, Каварий, Лаварий, Мемль. Так и учил их как считалочку. Хотя, как вот понять простому безграмотному люду, когда год заканчивается и начинается, раз все месяцы одинаковые? Хорошо хоть, что в каждом месяце ровно тридцать дней, и в каждой неделе по десять. А что было бы если б по-разному было? Ага, полная неразбериха. Да и названия у месяцев мудреные, так что хорошо, что хоть дни называют просто: первый, второй… десятый. В общем, ну это все. Что это я вообще об этом?
— Твоя одежда готова, — проскрипел камердинер. — Помочь?
— Отстань. Сам справлюсь.
Гарлиус пожал плечами и уселся на диван, взял в руки пилочку и принялся приводить свои и так безупречные ногти в порядок. Что он там каждый день спиливает — ума не приложу. Я вот свои грызу, так они расти боятся. Правда, за это мне от бабули здорово влетает. А я ей назло еще больше грызу. Что я, баба какая, с ровными ногтями ходить? Еще б сказала, чтоб я косички заплетать стал!
Камердинер так выразительно посмотрел на мою одежду, что я аж вздрогнул. Хоть он и каждый день мне прислуживал, а мне все равно рядом с ним было не по себе. А вот ему, я думаю, со мной было очень даже неплохо, потому что я сам за него делал всю его работу, чтоб он меня лишний раз не трогал.
— Да одеваюсь я, одеваюсь. Иди пока… э… прогуляйся что ли.
— Нет. — Вот вроде бы всего одно короткое слова, но у меня аж зубы свело от скрипа.
Я когда-то, когда совсем маленький был, обращался к Гарлиусу на «Вы», но деда объяснил, что так говорят только с волшебниками, да и то только с теми, кто в Школе учился. Если честно, то я не понял, к чему это он. Все равно ведь нет никакой другой школы, где учили бы волшебству. А Гарлиус у нас вообще с волшебством дела не имел. Хорошо хоть, не выродок, как я. А то б его тоже в Школу отправили. Хотя нет, его б не отправили — он же из простой семьи. Наверное. Вообще-то я про него совсем ничего не знал и не очень-то хотел. К тому же, это он только со мной себя так ведет. При деде с бабулей он просто паинька.
Я огляделся по сторонам, и в который раз меня передернуло — терпеть ненавижу эту комнату, или «покои», как их все называют. Тут действительно можно упокоиться — так тут мрачно и холодно. Стены выкрашены в черный цвет, а потолок — в серый. Насколько я знаю, так в комнате наследника было всегда. И не потому, что так наследникам очень нравилось, или традиция такая была. Просто сколько бы ни старались перекрасить и стены, и потолок, они все равно становились такими же, как прежде. Даже у деда ничего не получилось, а он у нас в семье самый талантливый. Меня каждый раз передергивает, когда я сюда захожу. Только вот от холода дрожит не тело, а душа.
И еще: зачем одному человеку, а тем более подростку, комната, где может поместиться добрая половина всей нашей прислуги, а если потесниться, то и злая. А их там всех не меньше сотни. Да и разве удобно спать на кровати, на которой можно пяти парам пляски устраивать, и те не стукнуться друг о друга, даже если очень захотят? Я обычно на самом краешке сплю — так деру давать проще. А этот тяжеленный черный в белую крапинку балдахин? Каждый раз боюсь, что он меня во сне придавит.
Только одно я тут люблю — портрет моих мамы и папы. Раньше, еще до того, как я родился, он висел в Большой гостиной, но дед решил его снять и на чердак снести. А я нашел недавно и упросил мне отдать, вот теперь картина и висит в моей комнате. Каждый день, когда я спать укладываюсь, долго смотрю на своих родителей, желаю им спокойной ночи и только потом засыпаю. Надо будет забрать портрет с собой, а то ж не усну.
Гарлиус закончил пилить ногти, а я все еще не оделся. Камердинер приподнялся, словно собирался встать и помочь мне, как предлагал. Поэтому я шустренько стащил с себя свою любимую одежду и взял в руки ту, что для меня приготовили. Бе! Пакость какая!
Разве ж может настоящий мужик бабские тряпки на себя нацепить! А как еще эти белые чулки с подвязками да туфли с огромными бантами обозвать? Деревенские увидят — стыда не оберешься. У нас даже девочки бантики только на косы привязывают. А тут такое позорище да еще с кружавчиками. И деваться мне некуда — дед везде меня достанет. Ничего, по дороге убегу. Жаль только, что с конюхом не получилось.
Все равно убегу! Я ж мужик, а мужик с любыми трудностями справится. Поэтому я стиснул зубы и, стараясь не смотреть в зеркало, влез все-таки в это бабское убожество. Белые чулки, короткие, до колен черные бархатные штаны, белая рубаха (с кружавчиками же!), синий жилет с золотыми пуговицами и короткая темно-синяя бархатная мантия — вот какую мерзость меня заставили надеть. Да я ж со стыда провалюсь, если меня друзья увидят! Да и жарко в этом.
— Причешись, — сказал Гарлиус, а я подпрыгнул от испуга — совсем забыл, что он тут. Вот уж по кому я точно скучать не буду, так это по своему сторожу-камердинеру. Какой от него вообще толк, если я все равно почти все сам делаю? Но деда говорит, что он у нас что-то вроде… Как он там говорил? А! Кто-то вроде семейной реликвии. Деда еще маленький был, когда он к нам служить пришел. Или это с прадедом было?
Я сделал вид, что ничего не слышал и стрелой выскочил из комнаты. Ну, не люблю я причесываться — что тут поделаешь! А стричься вообще ненавижу, поэтому и отрастил патлы до плеч. Иногда сам их ножом подрезаю, когда уже совсем длинными становятся. Не, лохматым я не хожу, обычно в хвост их завязываю, и нормально.
— Марвус! — окрикнули меня, и я застыл на месте, уж очень я боялся повернуть голову назад. Только все равно придется — родная бабушка ж зовет.
— Да? — я обернулся и попытался улыбнуться. Вышло как-то не очень, но я лучше не мог. Боюсь я ее, вот что. Вроде бы маленькая пухленькая совсем седая старушка, а как глянет — так душа в пятки уходит.
— Марвус, ты же знаешь, что нельзя бегать по коридору. Твой шаг должен быть медленным и внушающим уважение. Ты ведь наследник! И ты не имеешь права испортить в Школе репутацию нашего рода. Твой дедушка — Верховный волшебник Школы! Никогда не забывай об этом!
— Да, бабушка.
— Ты должен помнить, что ты обязан сделать все возможное, чтобы научиться волшебству.
— Да, бабушка.
— И ты должен вести себя достойно.
— Да, бабушка.
— И всегда одеваться подобающе.
— Да, бабушка.
— Ты помнишь, как нужно обращаться к Корвиусу в Школе?
— Да, бабушка.
— И как?
— Да, бабушка.
— Марвус?
— Да, бабушка.
— Марвус!!!
Ой! Она меня так часто поучает, что я давно уже ее не слушаю. Все равно я никогда не смогу стать таким, как она хочет. Да я и сам таким быть не хочу.
— Да, бабушка?
— Марвус! И почему ты такой невнимательный?! Я спросила: как ты должен будешь обращаться к Корвиусу в Школе?
— Верховный волшебник Корвиус.
Можно подумать, мне дадут это забыть. Еще бы! Ведь деда ж в Школе самый главный. А тут я, весь такой неправильный и непослушный. Выродок, одним словом.
— Хорошо. А теперь медленно идем в Большую гостиную. Там нас ждет гость.
— А кто, бабушка?
— Скоро узнаешь.
И почему они никогда не могут сразу ответить? Жалко им, что ли? Или важничают?
Вниз по лестнице мы с бабушкой спускались раз в десять, а то и в двадцать медленнее, чем до этого поднимались с дедом. Я успел все ступеньки пересчитать по нескольку раз — так мы ползли. Бордовый ковер, что покрывал всю лестницу, уже давно пора было выбросить. Нет, он был как новый, но я как вспомню, сколько раз меня заставляли его драить! Нет, слуг у нас много. Зато они, в отличие от меня, не шкодничают.
А внизу нас уже, наверное, заждались.
Ничего подобного. Деда сидел в своем любимом кресле, которое для меня было с хороший диван, и пил что-то из хрустального кубка. А кто говорил, что с утра нельзя? Ох, и достанется же ему от бабули! Мне от этого даже немного полегчало. Гостя же нашего я рассмотреть не мог, потому что его тут попросту не было.
— Доброе утро! — рявкнула бабушка так, словно не приветствовала своего любимого мужа, а орала на нашкодившего… на нашкодившего меня.
— Доброе утро, дорогая! — дед тут же подскочил, спрятав за спиной кубок. Я еле сдержался, чтоб не заржать как лошадь на лугу. Ну, очень смешно было смотреть, как мой могучий дед склоняется в три погибели, чтоб поцеловать супругу в щеку и при этом старается не расплескать вино. Иногда мне кажется, что он ее тоже боится.
Не знаю, что мне стукнуло в голову, но я решил помочь Верховному волшебнику. Пока бабушка не видела, я осторожно взял из дедовой руки кубок (чуть вытащил из его пальцев!) и спрятал его в спинке дивана. Там уже давно был мой тайник, и я раньше никому его не показывал. Но раз уж я все равно отсюда уезжаю, то можно его больше не прятать.
— А! Так вот, значит, какой ты! — раздалось за моей спиной. Хорошо, что я уже кубок спрятал, а то бы здесь уже была лужа. Винная, конечно.
— Ремус! — дед выпрямился во весь свой немаленький рост и кивнул гостю. Мда… И где только таких берут? Он же совсем ненамного ниже деда. Может, у них зелье роста какое есть? Только со мной почему-то никто не поделился. — Устали с дороги?
— Нет. Все в порядке, Верховный волшебник, — этот великан улыбнулся так широко, что мне захотелось дать ему в зубы, да только не допрыгну. Весело ему, а меня тут на каторгу отправляют! Может, на ногу наступить? — Выпить бы что-нибудь освежающее, и я снова готов отправиться в путь.
Деда тут же хлопнул в ладоши и желание этого… В общем, этого было выполнено. А вот если бы я чего-нибудь такого же попросил, Корвиус отправил бы меня пинком под зад к колодцу. Не, не нравится мне этот Ремус.
— Это моя супруга Трисса.
— Мое почтение, волшебница! Я очень много о Вас слышал. О Вас в Школе легенды ходят. — И этот нахал схватил руку моей бабушки и поцеловал. Вот сейчас ему точно будет крышка! Вот сейчас она ему все зубы пересчитает! Вот сейчас она уши ему надерет! Вот сейчас она… Э? Чего? А чего это она покраснела? Да еще так глупо заулыбалась… Заболела она, что ли?
— А это мой внук. Марвус, поздоровайся.
— Здрасссьте.
— Марвус!
— Здравствуйте, уважаемый волшебник Ремус. Надеюсь, Вы найдете наше скромное жилище э… удобо… удовле… э… удо… Тьфу! Оладка перепеченная!
Говорил же деду, что забуду, а он не верил. Так что это он сам виноват.
— Марвус!!!
Ой! Пора драпать! Я уже приготовился дать деру, как этот Ремус заржал как лошадь недорезанная еще и с перепоя.
— Как же! Как же! — хохотал он. — Весь в отца! Узнаю, узнаю!
Бабуля с дедом злобно на меня косились, но при госте уши драть не решались. Хоть какая-то польза от этого… этого.
— Твой отец был моим лучшим другом, малыш.
Малыш?! Да он совсем того! Какой я ему малыш! Мне уже тринадцать!
— А Вы вообще кто такой? — я сложил руки на груди и встал на цыпочки. Деда уже готов был отлупить меня прямо тут, но я вовремя отошел. Я уже понял, что при госте он не станет. Наверное.
— Я? — улыбнулся Ремус и убрал с лица (тьфу ты!) кудрявую светлую прядь. Небось, щипцами завивал — длиннющий хвост-то прямой! Э! Да этот отцовский друг сейчас похож на бабу даже больше чем я. Это ж надо! Манжеты с розовыми кружавчиками! А еще эта светло-голубая мантия с серебряной вышивкой… Не, он точно на мужика не похож, и даже усы дело не спасали. Тем более такие тонкие. Не, не верю я, что у моего папы был такой друг.
— Марвус! — дед подошел так тихо, что я подпрыгнул, когда услышал его голос над собой. — Иди поешь на кухне. Нам поговорить нужно.
Меня уж точно упрашивать не пришлось — только пятки засверкали. А может, прямо сейчас и сбежать? Не, не получится. Конюх только ночью сможет. Ничего, все равно сбегу. И уже совсем скоро. В этой их Школе я точно учиться не буду. Ни за какие калачи да коврижки!
О! А вот и вкусненькое!
— А ну руки убери!
Я чуть не подавился пирожком — так меня напугала Анэлия, наша главная кухарка. Да тут любой бы кучу в штаны наложил. Эта бабища была такого же роста как деда и такая же широкая. И характер как у моей бабули. Со спины не сразу и разберешь, что перед тобой женщина, тем более, что юбки да платья она не уважала. В общем, та еще тетенька.
— Так деда ж разрешил…
— А я не разрешала! Повадился, ишь, пряники с пирожками таскать! Мелкий такой, и куда в тебя только лезет? Хоть бы подрос, что ли. А так что не в коня корм. Я тут на хлебе и воде сижу, а этому хоть бы хны!
Пока она кричала, я стащил еще пирожок и три пряника и спрятал их под манжетами. Хоть какая-то от них польза. А когда Анэлия отвернулась, шмыгнул обратно к деду. Только я немного задержался у дверей. Надо ж было добычу доесть! В Большой гостиной о чем-то спорили, руками сильно махали, но я ничего не мог расслышать. Тогда я подошел поближе, прячась то за креслом, то за диваном, а то и вовсе ползя по полу. Я так часто пытался убежать из дома, так часто безнаказанно таскал еду с кухни, что мне впору было идти в королевскую разведку — так я был хорош. И вот я уже сидел за тем самым диваном, где спрятал дедово вино. И никто меня не заметил!
— Ремус, Вы уверены?
— Никаких сомнений, Верховный волшебник. Я сам слышал. Это снова началось
Тут тяжко вздохнула моя бабуля, чего я за ней раньше никогда не замечал.
— Корвиус, нам нельзя его отпускать.
— Но, дорогая! Я и так тянул сколько мог.
— Но не сейчас же!
— Дорогая, так будет лучше. Я не могу его больше здесь держать. Я постараюсь управиться как можно скорее. До Школы дело не дойдет. Я обещаю.
— Корвиус, я не хочу… я не хочу, чтобы он тоже… Ты понимаешь?!
А вот я ничего не понимал, а они вдруг перешли на шепот, и я опять перестал разбирать слова. Поэтому я осторожно прополз вперед, совсем чуть-чуть. Потихоньку я высунул голову из-за дивана, но нечаянно задел хрустальный кубок, тот самый, который я же и спрятал, и тот со звоном покатился по каменному полу, оставляя за собой кроваво-красную лужу, но хоть не разбился. Ой, кому-то сейчас влетит!
— Марвус! — заорали дед и бабуля.
— Э… — промямлил я, поднимаясь на ноги и отряхивая эти бархатные бабские панталоны. Жалко, что не порвал. — Я тут это…
Но оправдываться мне уже не надо было. Бабушка увидела кубок и лужу на полу и теперь сама стала по цвету почти такой же, как разлитое вино. А вот деда наоборот весь совсем белый стал. Наверное, даже лысина побелела.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • elag64 о книге: Анна Бегун - Лисы взрослым не игрушка
    Кого не перекусать??????

  • valeria8ria о книге: Наталья Способина - И оживут слова. Часть I
    Хорошая история.Размеренная и необычная. Затягивает, поэтому вторую часть буду ждать

  • Chernichka о книге: Мария Галина - Время побежденных
    "— Если бы у вас, легавых, были бы такие же мозги, как мышцы…" - прям слоган всей книги и всех главных героев.

    Я прочитала эту книгу в рамках "Книжного вызова" и для меня это реально было вызовом. Даже несмотря на то, что я предпочитаю фантастику.

    Что за обложка?! Изобразили красотку с пушкой, которая мелькнула в книге в таком образе ОДИН раз. Дальше была изнеженная дамочка, которая от вида трупа чуть в обморок не падала (хотя вроде как доктор спец. отдела ).

    Самым раздражающим фактором для меня были герои. Прям слов не хватает, вот честно. Картонные, заурядные, глупые, противоречивые и безголовые. Мне было скучно и неинтересно следить за ними. Избавься автор от них в начале или в конце, единственное, что я бы почувствовала, это облегчение. Пользы от них не было никакой. Краткое описание главного героя - "сила есть, ума не надо!". Ну, так нам пытался показать автор, хотя на деле и физ.подготовка у него была так себе. Про его напарника-инопланетянина вообще ничего конкретного сказать не могу. Он мне напомнил наивного ребенка: то бесстрашный, то трясется, чаще вообще ничего не понимает. Хенрик - вроде адекватным казался, потом без причины не превратился в истеричку недоверчивую (цитата "Как вы, интересно, ухитрились достичь такого высокого положения в вашей организации, — насмешливо поинтересовался доктор, — при таких-то нервах?". Второстепенные герои прошли мимо меня, я их даже и не вспомню сейчас. Единственный, кого мне чуток жалко - это гения Стампа. На фоне остальных он прям самый-самый адекватный.

    Зачем тут вставили любовную линию?! Да еще и такую топорную. Был типо "альфа-самец", который делил девушек только так "либо секс-бомба, либо хозяйственная клуша". Встретил типо умную секс-бомбу. Две встречи и она уже "Я не такая", а он "Я тебя люблю, жить не могу". Тьфу. И, самое печальное, что автор то женщина.

    Финал книги мне непонятен. Что? Как? Почему? Вопросов к происходящему у меня осталось куча.

    Вся книга заключается в бегатне героев без особого смысла. Хотя про кадаров я бы почитала, но не в исполнении этого автора!

    "Самая безобидная на свете штука — это труп." - мне просто нравится эта фраза из книги)

  • moonlight о книге: Стелла Грей - Котобар «Депрессняк»
    Мне понравилось. Очень интересно, читала до 2 ночи, никак не могла оторваться

  • Сноуджейн о книге: Инга Ветреная - Интриги королевского отбора
    У меня единственный вопрос: кто это писал? Ну вряд ли автор веселых и остроумных , пусть и чуть наивных произведений, которыми я восхищалась ранее. Это же дурь полная, со всеми присутствующими роялями . Героинька, попав в другой мир, сходу качает права, хамит всем так, что это даже для ЛФР перебор, прекрасно при этом вжившись в чужую личность, и ее никто не раскрывает. Она не умеет и не хочет вести себя прилично, о элементарной вежливости никогда не слышала, лезет кругом, куда запрещено, и при этом ее никто не может остановить. Автор, вы серьёзно? Это все равно что дворничиху пригласить на дипломатический раут. Вы действительно считаете, что это проканало бы? Да нет! В лучшем случае - тюрьма и лишение дворянства. Говорить так с властьимущими не то что глупо, это самоубийство. Хамить верховному магу... Да кто она? Или ей пофигу, как петеушницам на курорте: все равно уеду (вернусь в другой мир), так что могу и попробовать всех построить. Дома же я никто, и звать меня никак, а на работе что-то подобное вякну - мигом без нее и останусь .
    Плохо. Ужасно. И если вначале еще по инерции улыбалась, то дойдя до сцены встречи с принцем на галерее, закрываю. Лучше перечитаю еще раз Академию

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.