Библиотека java книг - на главную
Авторов: 45214
Книг: 112420
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Товарищ Миша»

    
размер шрифта:AAA

Дружеская вечеринка в ночном кафе закончилась полным отключением сознания и «доставкой» друзьями беспомощного тела Мишани Пананина в сторону его дома…

Часть 1
Под Минском

Диван лениво скрипнул под тяжестью, лежащего на нём тела. Белый, с рыжим оттенком кот, поднял заспанную мордочку и недовольно фыркнул. Компьютер мерно гудел в углу комнаты. Солнце слегка пробивалось сквозь зашторенные окна. Всё было как обычно. Наступило утро нового дня.
Мишка нехотя открыл глаза, непроизвольно зевнул, голова гудела.
– Проснулся? – послышался голос из другой комнаты. – Завтрак на столе. Отец уехал в командировку на три месяца. Не забудь сходить в магазин.
В соседней комнате что-то упало, передвинулось.
– И ещё. Мне надоели твои каждонедельные пьяные оргии и невменяемое состояние после. На какие деньги ты гуляешь? И когда собираешься на работу устраиваться? Сколько можно продавливать диван и сидеть в интернете? С девушкой бы познакомился, а то одичал совсем…
Михаил накрылся одеялом с головой, которая раскалывалась, напоминая о вчерашнем вечере.
– Началось, – раздраженно буркнул он, прикрывая голову подушкой.
Через некоторое время стукнула входная дверь. Мишка откинул одеяло, сполз с дивана и в трусах уселся за компьютер. Заначка в виде бутылки пива ослабила дикую боль. Просматривая почту, сортировал сообщения. Незнакомый адрес привлёк неожиданно внимание. Некая Виолетта Комарова предложила встретиться сегодня в час дня в кафе. Мишка почесал затылок.
– Поди ехать придётся на другой конец города, – буркнул он, но внизу сообщения мелким шрифтом стоял адрес. – Так это… Через дорогу!
Он быстро написал согласие на встречу и довольный потёр руки.
– Никаких усилий! А рыбка попала в сеть!
Настроение резко улучшилось, и Мишка принялся приводить себя в порядок. Давно он так резво этого не делал. Позавтракал, даже посуду помыл, отчего наверняка мать будет прибывать в шоке. В коридоре висело зеркало в полный рост и он, пробегая мимо него, вдруг остановился.
Небольшого роста, с круглым лицом и животом, давно не стрижеными волосами и не бритый, он больше походил на Карлсона, чем на обыкновенного мужчину.
– Мда…, – пробормотал он, поглаживая живот. – Сказочный персонаж. А ведь мне, дай бог память, двадцать четыре. Эх…
Настроение поползло вниз. Спорт он никогда не любил, институт забросил на третьем курсе, поработал грузчиком на рынке месяц и уволился. В армию не взяли, нашли какое-то заболевание. Вот теперь сидит дома. Интернет, диван и книги о «попаданцах» составляют большую часть времени изо дня в день. Особенно завораживали книги о героях, которые оказывались в прошлом и вопреки всему меняли историю так, как они хотели. Встречались со Сталиным и Берией, рассказывали им о будущем, указывали, как правильно воевать, строить заводы, что необходимо развивать, какие полезные ископаемые и где искать, кто из военачальников талантлив, а кто нет, кого обязательно выпустить из тюрем. Герои воевали на фронтах и в немецком тылу, и всегда выходили победителями из различных, даже заведомо проигрышных ситуаций. Короче втянулся в этот неторопливый ритм и ничего другого не хочется. Да и боялся менять налаженную жизнь…
Быстро побрился, причесал волосы, облился отцовским одеколоном (своего-то никогда и не было).
Взгляд упал на часы. Пора на рандеву.
Летний тёплый ветерок шебуршал в листве деревьев. Народу во дворе почти не встречалось. Неспешной походкой прошёл до кафе. Взявшись за ручку стеклянной двери, отпрянул, словно обжёгшись.
– Током что ли? – прошептал он, и опять взялся за ручку.
Дверь открылась. В зале лишь за двумя столиками сидели по два человека. Мишка, осматриваясь, проскользнул к дальнему столику у окна и сел спиной к стене, чтобы видеть всех, кто войдёт, а заодно и то, что творится на улице. Именно так делали герои любимых книг.
Потягивая сок из высокого стакана, Мишка, вскоре. горько усмехался.
«Уроды. Развели по полной. Сейчас, наверно, смеются надо мной. Девчонка пригласила на свидание. Как бы ни так. Сидел бы лучше за компом, и всё нормально б было».
Он уже порывался встать, когда в кафе вошла симпатичная блондинка небольшого роста и сразу направилась в его сторону.
– Привет, – кивнула она и присела, напротив. – Извини, немного опоздала. Женщины всегда опаздывают на свидание.
Девушка улыбнулась и протянула руку.
– Виолетта.
– Миша, – зачарованно ответил он, пожимая маленькую нежную ручку.
– Слушай, не подумай там чего нехорошего, но может, лучше пойдём к тебе домой? Не хочется что-то сидеть на людях.
Ошеломлённый таким предложением Мишка чуть не впал в ступор. Такого он не ожидал даже в самых смелых фантазиях. Его затрясло, приходилось говорить почти сквозь зубы, потому как челюсти предательски старались застучать друг о друга.
– Пойдём, – выдавил он, наконец.
Соседки на скамейках у подъезда застыли в изумлении, провожая их застывшими взглядами.
В подъезде Виолетта засмеялась.
– Представляю, что они сейчас там о тебе говорят.
– Что им ещё делать?
Девушка вела себя уверенно, словно в квартире Мишки она частый гость. А тот не знал, как себя вести, суетился, всё делал невпопад.
– Чаю, может, предложишь даме? – хитро спросила она, прищурив весёлые голубые глазки.
– Конечно, счас, мигом! – Мишка умчался на кухню.
Виолетта по-хозяйски прошла по квартире, мельком оглядев все комнаты. Мишкино гнездышко её интересовало больше. Пробежала глазами по столу с компьютером и не убранному дивану. Её заинтересовала книжная полка, заваленная огромным количеством книг. Она провела рукой по плотно стоявшим томам и выдернула случайный томик. Немного пролистав, поставила назад.
– Миша, а почему все тебя зовут Мишка? Ни Миша, ни Михаил, а Мишка?
– Так получилось, – показался в проёме озадаченный парень.
– Нет, я ничего не имею против, но как-то звучит пренебрежительно.
Мишка исчез на кухню еще более озадаченным.
– Книг у тебя много. Это всё ты прочитал?
– Практически всё, – послышался приглушённый голос.
– И какие книги тебе наиболее интересны?
Мишка вошёл с подносом, на котором стояли две чашки чая, ваза с печеньем и розетка с вареньем. Подкатив ногой к креслу небольшой столик, он аккуратно поставил поднос, и пригласил гостью отведать угощение. Но та не спешила и ждала ответа, устремив на Мишку свои прекрасные глаза.
– О «попаданцах» люблю читать. Как они попадают из будущего в прошлое и меняют весь ход истории, – глаза рассказчика заблестели. – Дают советы Сталину и Берии, налаживают производство техники будущего, и…
– Ты считаешь, что это реально, указывать руководителю страны как надо строить государство?
– А почему нет? – изумился тот. – Человек-то из будущего!
Мишка проговорил последнюю фразу чуть ли не по слогам, воздев кверху указательный палец.
– Ну, хорошо, пусть будет так, – Виолетта немного задумалась. – Скажи мне, кем ты считаешь себя на данный момент?
– В смысле? – оторопел Мишка.
– Ты не работаешь, сидишь на шее родителей, общественных нагрузок не имеешь. То есть, получается, ешь и спишь. За тебя работают другие, одевают, кормят, пишут книги, чтобы ты мог читать. А что сделал в этой жизни ты? – взгляд Виолетты резко изменился, глаза стали колкими, пронзительными. – Ты же животное, овощ, не способный ни на что. Вчера, чтобы погулять с друзьями, ты украл у отца деньги. А эти деньги он отложил на день рождения твоей матери послезавтра.
Мишка под неожиданно изменившимся взглядом девушки сжался. Его словно тряхнули так, что он забыл не только слова, но и весь алфавит.
– Я человек… – выдавил он из себя фразу, которая больше была похожа на писк.
– Человек так себя не ведёт, – голос девушки становился твёрдым, командным. – Решение по поводу тебя принято. Я была против, чтобы дали второй шанс, но согласилась на то, что ты окажешься в другом времени в своём теле, со своим багажом знаний в самый трудный час для своего отечества.
– Как это? Как? Вы не посмеете. И кто эти вы? – он задохнулся от нахлынувших чувств. Буря эмоций пронеслась перед глазами девушки.
– Не всё ли равно, кто? Главный вопрос – куда!
От решительного стального голоса у Мишки волосы встали дыбом.
– Я не хочу никуда. Здесь дом, здесь мама, – забормотал он и взвизгнул. – Я жить хочу!
– Вот и поживёшь, если овощ вообще может жить.
Виолетта грубо схватила Мишку за шиворот и потащила к балкону. Тот вяло упирался, а когда она попыталась перевалить его через парапет, то резко схватил её за туловище и увлёк за собой.
– Я туда перейти не смогу, мне в другую сторону. А твоя новая жизнь только начинается или…
Фраза осталась незаконченной. Всё вокруг завертелось, закружилось и сознание погасло.

– Долго еще будешь сидеть? Там сотни будущих бойцов Красной Армии в очереди стоят. Бегом!
Крик подействовал. Мишка подпрыгнул и побежал к выходу.
– Сидор забери! – крикнул кто-то сзади и в спину прилетел тряпичный мешок из разноцветных лоскутков с небольшим содержимым, больно ударив чем-то твердым в плечо.
– Клоун, – проговорил высокий парень и ухмыльнулся.
По очереди прошел смешок. Мишка вышел на улицу, и здесь его направили в другую очередь.
«Меня обстригли!»
Он провел рукой по короткому ежику волос. Немного огляделся. Вокруг мужики в какой-то старой одежде, лица серьезные. Недалеко военный с двумя кубиками в петлицах. Кричит на кого-то, тычет рукой в сторону. Лето. Солнце жарит на полном серьезе. Мишка осмотрел себя.
«Странная поношенная одежда, стоптанные кирзовые сапоги. Круглый животик на месте, даже нащупал рубец от аппендицита. Тело мое. Но где я? И вообще, что это за толпа? Не могу вспомнить, как я тут оказался».
Мысли лихорадочно переносились с одного на другое. Обрывки воспоминаний никак не желали складываться в одно целое. Он понимал, что вокруг чужие люди другого незнакомого ему мира, но поверить в это не мог. Происходящее вокруг казалось нереальным, странным хорошо прорисованным сном. Высокий парень с латанным перелатанным рюкзаком крутился перед Мишкой. То, перекрикиваясь с кем-то, то махая кому-то рукой. Похоже, что он многих знал и его знали. На веснушчатом, с постоянной улыбкой, лице были такие же смешливые голубые глаза. Создавалось впечатление, что парень все обо всем знал. Мишка осторожно дернул его за рукав странного комбинезона. Парень резко обернулся.
– Чего? – спросил он, продолжая улыбаться.
– Куда нас? – вдруг спросил Мишка, хотя вопрос был подготовлен совсем другой.
– На фронт. Куда еще, – пожал плечами тот, и хотел отвернуться.
– Какой фронт? – опешил Мишка.
– Ну не в тыл же.
– Так я вот не пойму, что случилось то? – пробормотал Пананин. – Вроде только что дома был, а теперь…
– С бодуна что ли? – засмеялся парень. – Ну, ты даешь! Второй день как война идет, а он ни слухом, ни духом.
К разговору стали прислушиваться и, вскоре, со всех сторон полетели шуточки в сторону Мишки.
– Не дрейфь! – толкнул его в плечо, стоящий позади мужик. –Немец, конечно, силен, но остановим. Потом дадим по сусалам так, что портки потеряет.
– Опять немцы?
– Опять. В шестнадцатом годе били и сейчас побьем.
Мишка завис.
«Какой такой шестнадцатый год? Вроде Россия в 2016 году с немцами не воевала. Чего они гонят. И вообще, что за маскарад, что за фронт?»
– Немец-то прет. Город за городом берет. Гродно вообще сдали сразу, – чуть слышно сказал кто-то из очереди.
«Гродно? Так это же Беларусь! Россия тут при чем? Пусть даже мы помогаем им, но туда же войска должны отправлять подготовленные…».
Мишка осекся. Внезапная вспышка в голове заставила по-другому посмотреть вокруг.
«Я что, в прошлом? Такое разве может быть? Тут явно что-то не так. В прошлое попасть можно в фантазиях и «попаданческих» романах, а в реальности это нереально».
– Фамилия, имя, отчество, – раздался требовательный голос.
– Мой? – переспросил Мишка и икнул.
Военного немного передернуло, но он справился с мимикой.
– Твой, – последовал насмешливый ответ. – Пить меньше надо.
– Пананин Михаил Ильич.
– Год рождения?
– Год? А… правда… в шестнадцатом…
Договорить Мишке не дали. Вопрос повис в воздухе, оборванный в самом начале. Его толкнули в другую очередь, и «попаданец» забыл, что хотел спросить у военного, который записывал на бумагу каждого, кто подходил к его столу. И эта очередь подошла к концу. Немолодой военный со множеством красных треугольников на воротнике, молча, окинул взглядом призывника, кивнул головой, отошел к разложенным стопками обмундированию, выбрал нужную гимнастерку с шароварами и протянул Мишке. Тот хотел идти, но военный задержал за рукав. Протянул вещмешок, портянки, ботинки и две, смотанные в рулон черные матерчатые полоски шириной сантиметров десять.
– Следующий, – деловито буркнул он и повторил все в точности, что проделывал до этого.
Следующая очередь привела к другому военному, который вручил пачку патронов, ремень с подсумками, небольшую квадратную сумку из парусины, стеклянную фляжку для воды, алюминиевую кружку, овальный котелок с ложкой, саперную лопатку в чехле, противогаз в сумке и каску. В последней очереди выдали винтовку, трехлинейку, записав номер напротив фамилии. Мишка чиркнул пером по желтой бумаге, поставив небольшую кляксу.
– Переодевайтесь, через полчаса построение, – прокричал военный в фуражке, внимательно рассматривая призывников и добровольцев.
Во время переодевания Мишка поглядывал по сторонам. Получалось, что народ делили на несколько групп. Вон та, дальняя группа, уже в полном обмундировании грузится в полуторки. Соседняя группа построена в две шеренги и перед ними ходит, наверное, офицер.
«Стоп. Офицеров вроде в Красной армии нет. Командиры. Званий так вообще не знаю. Кубики, треугольники, ромбики. Фиг разберешься. Еще бы разобраться с тряпками, которые сунули вместе с ботинками и прочей дребеденью. Сбежать тут невозможно. Пока. Я, что похож на дурака, который будет погибать на какой-то войне, которая закончилась черт его знает, когда. Нет уж, дудки. Ну и как они мотаются? Почему сапоги не дали? Жалко, что ли? Может сказаться больным? В больничку положат, а там сбежать по-тихому. Чего этот офицер на меня так смотрит? Лучше бы помог разобраться с этими тряпками, чем улыбаться».
Он вывернул свой мешок, чтобы переложить содержимое в выданный вещмешок и удивился тому, что там оказалось. Шмат сала и чистые портянки было нормальным, а вот остальное. Небольшой старый чугунок для варки картошки на печи, моток веревки, вырезанная из куска дерева кукла, несколько небольших тряпичных мешочков с чем-то непонятным и глиняная свистулька.
– Сразу видно, на войну собирался! – загоготал молодой парень, который на сборном пункте стоял в очереди перед Мишкой. – Чугун на голову, веревку на шею и свистульку в зубы! Фашист как увидит, ему не до войны будет!
Мишка растерянно обвел взглядом смеющихся мужиков. Скользнул по ухмыльнувшемуся лицу командира. Хотел было оставить лишнее здесь, но потом быстро покидал все в вещмешок, краснея от множественного внимания.
– Шустрее, боец! Хватит ловить ворон! – гаркнул совсем рядом командный голос, вырывая Мишку из раздумий и заставив работать руками намного активней.
Окрик, правда, предназначался совершенно другому человеку. Вот только Мишка понял, что он попал. И попал так крепко, что прежняя жизнь стала казаться сладким сном. Он еще и суток не провел в новом для себя времени, а ощущения реальности происходящего уже накрыли его с головой.
– Товарищ командир! – Мишка обратился к военному, стоявшему недалеко от него.
– Представьтесь, боец!
– Пананин.
– Красноармеец Пананин! И при обращении не забываем: Разрешите обратиться!
– Я вот чего хотел спросить…
– По уставу боец! По уставу! – жестко отреагировал военный.
– Разрешите обратиться? – немного вытянувшись, вскинул руку Мишка, немного опешив от резкого ответа.
– Обращайтесь, – ответил военный и невольно бросил взгляд на выпирающий живот красноармейца.
Мишка подобрался, но животик не пожелал втягиваться и продолжал висеть, не взирая на все старания своего владельца.
– Нас сразу под танки?
– На передовую, боец, а не под танки. Но пока в резерв. Тут обстановка на фронте меняется с каждым часом. Все может случиться, – военный шумно вздохнул. – Сейчас нас увезут на полигон, постреляете хоть немного. Разборку, сборку оружия проведете.
– А когда будет обед? Кушать уж сильно хочется, – проговорил Мишка и увидел жестко блеснувшие глаза командира.
– По приезду на место будет полевая кухня.
Переодетые в форменное обмундирование мобилизованные военным приказом рабочие, крестьяне, служащие с суровыми лицами застыли в строю. Военный, с которым разговаривал Мишка, вышел на середину перед строем. Обвел взглядом новоиспеченных красноармейцев.
– Бойцы! Враг пришел на нашу землю! Уничтожает наши города и села, убивает мирных граждан, рвется к Минску. Фашистские самолеты бомбят Минск и другие мирные города нашей Родины. И сейчас вы слышите разрывы бомб на северной окраине города. Неужели мы не в состоянии остановить фашистских захватчиков? Здесь наша земля, наш город, наши семьи. Неужели мы допустим их уничтожения? Встанем грудью на защиту нашей советской родины!
Военный немного помолчал, окидывая тяжелым взглядом замерший строй.
– Шоферы есть? Три шага вперед!
Вышло двое.
– У здания, где вас подстригали, найдете лейтенанта Семыгина и поступаете в его распоряжение. Остальные, налеее-во, шагом марш за мной!
Колонна остановилась в тени какого-то двухэтажного здания.
– Вольно! Ждём машины и грузимся. Машины будут минут через десять-пятнадцать.
Мишка неожиданно ощутил, что ему надо в туалет. И не просто уже надо, а очень надо!
– Мужики, где тут тубзик? – обратился он к рядом стоящим красноармейцам.
– Чего где? – не понял парень с пилоткой, надвинутой на глаза.
– Туалет, спрашиваю, где тут? – огрызнулся Мишка.
– Приспичило чишо? Ну, я туть, думаю, всюду сортир.
– Да вот там отходное место, – махнул в сторону полутораметрового сплошного деревянного забора сосед справа. – Токмо обегать придется. Там метров триста с энтой стороны и метров триста с той.
Терпеть уже было невозможно. Мишка рванул из строя в ту сторону, словно бегун на короткие дистанции.
– Стоять! – закричал лейтенант, пытаясь вытащить из кобуры пистолет. – Стрелять буду!
– Та он у сортир побёг, товарищ лейтенант.
– Припёрло парня, вона как летит!
– Пятки сверкают!
– Да там не разберёшь, что сверкает! Пятки или ещё что!
Строй солдат веселился. Отпускал шуточки вдогонку. Мчавшийся к препятствию Мишка, не замечал, что каска съехала на ремне и бьет по ногам, не чувствовал тяжести винтовки и вещмешка. В голове билась всего одна мысль – успеть! Он ворвался в деревянный туалет без кабинок. В полу вырезана ромбовидная дыра. На ходу рванул с плеча винтовку, с трудом расстегнул ремень, каска глухо стукнув по настилу, откатилась в сторону. С каким наслаждением Мишка ощутил облегчение. Оглянулся по сторонам, а туалетной бумаги тут не было и в помине. В стороне лежал обрывок газеты, чем он и воспользовался. Натянув штаны, уже неспешно вернув на место каску и винтовку, Мишка удивленно смотрел на выросший перед ним забор.
– Не понял, когда успели забор поставить?
Подойдя к нему вплотную, он вытянул руки и понял, что не то, что перебраться через него не сможет, но даже залезть. Пришлось обходить вокруг.
– Вон, спортсмен идет! – услышал Мишка чей-то голос, и весь строй засмеялся как по команде.
– Отставить смех! – с трудом сдерживая улыбку, отдал команду лейтенант. – Красноармеец Пананин, почему покинули строй без спроса?
– Так это, – Мишка мгновенно стал пунцовым, – в туалет срочно, надо было…успеть…
– Успел?
– Успел.
– Прыжками в высоту занимался?
– Какими прыжками? – опешил Мишка.
– Ты сиганул с разбега через полутораметровый забор и даже не зацепил его. И при этом в руках винтовка, а за плечами вещмешок с боеприпасами. По твоей комплекции и не скажешь, что спортсмен.
Мишка недоуменно пожал плечами.
– Встать в строй.
И тут же раздался голос другого командира.
– Рота! По машинам!
Полуторки, натужно гудя, уже час ползли в непонятном для Мишки направлении. Он всматривался в серьезные лица новых товарищей, пытаясь понять, о чем те думают. Ведь впереди всех ждала неизвестность. И у каждого из них своя судьба.
Мишка прикрыл глаза. Вспомнил, что еще недавно был дома, в своем времени, и будущее было стабильно диванным. Но, вдруг, все изменилось, да так, что расслабиться не получается. Вот и сейчас кто-то толкнул его в бок локтем. Мишка хотел высказать по этому поводу наглому бойцу пару ласковых словечек, но открыв глаза, понял, что-то произошло. Бойцы быстро спрыгивали вниз и строились в колонну по два. Справа длинной стеной тянулся лес. Слева небольшой лесок, за которым виднелся следующий. Дальше пехота пылила пешком, отвернув от дороги в сторону ближнего леска.
– Бегом, марш! – скомандовал военный и побежал впереди отряда.
Через некоторое время поступила команда перейти на шаг. Мишка обливался потом, живот урчал и просил есть, ноги казались ватными, винтовка постоянно била по спине и тяжело оттягивала плечо. Каска болталась на ремне и постоянно смещалась к центру, словно намереваясь ударить по интересному месту. Живот, как ни странно, не мешал и не сковывал движения. А вот портянки в ботинках сбились, обмотки (онучи) ослабли и начинали сползать. Мишка понимал, что еще немного и останется без ног. В своем времени, он уже бы сидел на траве, скинув ненавистные обувки, но сейчас держался из последних сил и молил всех святых, чтобы не размотались трехметровые обмотки.
– Умыться, почиститься, привести себя в порядок и обедать.
Последнее слово было как бальзам на душу. Пот заливал лицо. Раскрасневшийся Мишка упал на траву, размотал онучи, сбросил ботинки, сорвал портянки и увидел содранные кровавые мозоли.
– У, боец, ты, похоже, уже не боец, – сказал кто-то за спиной Мишки. – Санинструктора сюда! Это же надо так умудриться!
Пока Мишка разворачивался, чтобы посмотреть на того, кто отдал команду, как рядом приземлилась запыхавшаяся девчушка лет восемнадцати с выгоревшей на солнце длинной челкой. Курносый носик с чуть заметными конопушками произвел на пострадавшего неизгладимое впечатление, отчего он даже подпрыгнул на месте.
– Вы не бойтесь, – прожурчал словно ручеек чудо голосок, поражая Мишку приятными интонациями. – Немного пощиплет и все. Вот только заживать будет долго. Что же вы так неосторожно.
Девушка улыбнулась.
Слово «неосторожно» кольнуло Мишку, оно прозвучало так, как говорила когда-то мама. Перед глазами возникла картинка из далекого детства…
– Миша, что же ты так неосторожно с великом? Сам вымазался в грязи и ребятишек всех обрызгал.
Под ложечкой засосало до такой степени, что захотелось не просто плакать, а рыдать. Хотелось обнять родителей, таких близких и самых родных на свете.
Из приятных воспоминаний его бесцеремонно выдернули.
– Эй! Очнись! – какой-то боец тряс его за плечо.
– Чего, – пробормотал Мишка, возвращаясь в реальность.
Девушки медсестры рядом не было.
– Ничего! Обед! Без жратвы останешься. Твой рюкзачок-то с голоду высосет тебя всего, и до фронта не доберешься!
Вокруг засмеялись, продолжая работать ложками. Мишка покраснел, схватил котелок и босиком побежал к полевой кухне.
– Пузо придержи, а то оно бежит к котлу впереди тебя, так и навернёшься!
Слегка пришедшие в себя красноармейцы зубоскалили. Мишка босой, переваливаясь с ноги на ногу, побрел к полевой кухне. Мельком заметил командирский взгляд исподлобья, оценивающе провожавшего его. В душе шевельнулось не доброе предчувствие. Даже аромат пшенной каши не сумел поднять настроение.
– Пананин! К командиру!
Мишка бросился обратно, обувать ботинки, но запутался в наматывании портянок. Приказ-то надо выполнять. Плюнув на все, он поковылял босиком.
– Товарищ командир, красноармеец Пананин по вашему приказу пришел!
– Пришел, значит, а я думал, приковылял, – усмехнулся командир, стараясь спрятать непроизвольную улыбку. – Значит так, боец, раз ты остался без ног и двигаться дальше не в состоянии, то поступаешь в распоряжение старшины Кисленко.
Рядом с командиром стоял усатый, жилистый военный небольшого роста, но широкий в плечах и с тяжелым взглядом человека, видевшего в этой жизни все и, возможно, даже больше. В его петлицах красовалось много красных треугольничков.
– Я бы хотел с вами…, – забормотал Мишка.
– Красноармеец Пананин, собрать свое имущество! Вы придаетесь для усиления во взвод хозяйственного обеспечения! Выполнять приказание!
– Оки, – буркнул Мишка.
– Чего? – удивился командир.
– Есть во взвод хозяйственного обеспечения, – исправился вытянувшийся, насколько позволял живот, Пананин.
Командир с трудом прятал улыбку, глядя на полноватую фигуру обмундированного бойца, и уже не скрывал своей радости от того, что сплавил в другое подразделение.
– Принимай, старшина, не обессудь, – развел он руками.
Кисленко лишь крякнул.
– На передовой сам знаешь, первая пуля его. А у тебя может еще поживет. Хотя какая от него польза, честно говоря, не вижу. Городской. Выращен в масленичных условиях. В общем, сам разберёшься.
– Почему масленичных?
– Катался как сыр в масле, а теперь вот…
Сводный отряд ушел на запад, а отделение старшины Кисленко, в составе восьми человек, направилось в расположение полка, к которому и было приписано.
– У тебя, старшина, смотрю пополнение, – командир полка улыбнулся, глядя на невысокого красноармейца с выпирающим животом. – Кашевар?
– Обычный боец, товарищ полковник. Майор Стародубцев, командир ополчения, передал его нам. Говорит, что если немцы его не убьют, то он его пристрелит. Ноги стер до крови на первых трех километрах.
– Ценный кадр, значит, – усмехнулся комполка. – Давай, старшина, в свой батальон. Поставишь бойца на довольствие. Тебя, кстати, там уже заждались. Только будь осторожнее, где-то недалеко диверсантов выбросили. Так что, смотри в оба. Да и за этим поглядывай.
Первый день Мишка на войне, а уже столько всего произошло. В его времени этих событий хватило бы на целую неделю. Поручений пока никаких не давали, к тому же без ботинок он мало что может сделать. Поэтому, сидя на подводе, смотрел за тем, что происходит вокруг. Старшина в общих чертах рассказал, что от него требуется. В принципе тут все было понятно. Приказали принести – принес, приказали унести – унес, приказали помочь – помог и тому подобное. Ничего сложного. А вот девушка санинструктор нет-нет и всплывет в памяти, хоть и видел ее, можно сказать, мельком. Мишка удивлялся сам себе. Обычно девушки появлялись где-то на горизонте и исчезали без каких-либо последствий. А тут вот раз и не получается ее забыть. Даже то, что он оказался в другом времени, и совсем рядом идет война. Усталость и незнание местных реальностей отошли на второй план.
«Вот чем она могла ему запомниться вот так сходу? Тем, что на мгновение вернула в прошлое? В смысле, в будущее. Или в будущее прошлого? Стоп. Прошлое будущего. Вот это бред так бред…»
– Пананин! – старшина смотрел на новичка и с трудом старался не сорваться. – Если вы стерли ноги, то это не повод отдыхать. Почему не бриты? Побриться и марш помогать повару кухню чистить.
Страницы:

1 2 3 4 5





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.