Библиотека java книг - на главную
Авторов: 52903
Книг: 129731
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Партизан.Ру-2.»

    
размер шрифта:AAA

Георгий Антонов
Партизан. Ру-2

ГЛАВА 1

Что куксишься, девка? Помогла бы лучше лук почистить! Мужики вернутся голодные, а щи всё никак не закипят на этом газе. Выдумали тоже… — ворчала добродушно баба Нюра, уже обжившаяся в новом просторном доме на окраине облцентра. Дом был снят на год без всяких документов у местного прохиндея-алкаша.
С Топтыгой что-то неладно. Чувствую, — отозвалась Индига, вертя в руках луковицу.
Прости Господи! Неужто застрелили охотники? Вот жалость-то…
Да нет, живой. Но плохо ему. Как будто на помощь зовёт. И вроде бы он здесь где-то, недалеко. Ничего не пойму…
А ты чего в кухне вертишься? — баба Нюра отвесила подзатыльник Гришке, запустившему в очередной раз руку в блюдо с пирожками. Пошёл бы лучше борова покормил!
А харя у него не треснет? — обиделся Гришка. — Две бадьи гороху с утра сметал, с котлетами. Про пиво я уже не говорю.
А ты пива пожалел. Пускай трескает. Боров тоже человек. Лишь бы не верещал. А то соседки уже спрашивают — покажи да покажи им свинью. А как его такого людям покажешь?
Да уж, — важно подтвердил Гриша, — Такого не покажешь. Не поймут, факт. Ну, ладно, я ему пирожков снесу. И там ещё видел в сарае стопку журналов «Свиноводство» — с картинками. Пусть на хрюшек помедитирует. — И он принялся жадно рассовывать пирожки по карманам.
Но до погреба, в котором обретался новообращённый Индигой в борова Филипп Кузякин, Гришке дойти не удалось. Через минуту он влетел обратно в кухню и, давясь непрожёванным пирогом, выдохнул:
Там… Менты!
Где? Какие менты? — испуганно встрепенулась от плиты баба Нюра.
Во дворе. Какие-то в чёрном. С пистолетами.
В дверь грубо заколотили. Баба Нюра кинулась в сени и столкнулась носом к носу с низкорослым человечком в очках с кожаной папкой в руке. За ним в дверях показались два крепкоголовых жлоба, обряженных в чёрную форму сродни милицейской и перетянутых натуго портупеями.
Пахнет вкусно, — констатировал очкастый карлик, по-хозяйски проходя в кухню. Жлобы ввалились за ним.
Что вам надо? Кто вы? — пролепетала ошеломлённая их натиском баба Нюра.
Значит, щи-борщи готовим. Пирожками угощаемся. — карлик без спросу сунул один пирожок себе в рот и, прожевав, одобрительно кивнул. — На пирожки с мясом у нас, значит, деньги есть. А как за жильё платить — так мы сразу бедные-неимущие… Всё! Собирайте барахло, мамаша! — крикнул он вдруг сорванным фальцетом, и на лице его проступили склеротические жилки. — Ознакомьтесь с решением суда!
Какого ещё суда? У нас за год вперёд уплачено… — запричитала старушка.
Не знаю, кому там у вас уплачено, а у меня постановление суда — дом будет продан за долги. Распишитесь здесь и здесь! — он сунул бабе Нюре в нос какой-то документ.
Ничего не подписывай, — твёрдо сказала Индига, поднимаясь из-за стола.
А это ещё что за… — начал было карликовый пристав, но язвительная фраза буквально встала у него поперёк горла — он поперхнулся недожёванным пирогом и замер, склонившись в каком-то полупоклоне над своими бумагами с нелепо поднятой головой. Индига, выкинув перед собой руку, наподобие нацистского приветствия, медленно опустила её к поясу. Карлик, у которого ком пищи пошёл не в то горло, стал наливаться багрянцем, а потом синеть. Перетянутые портупеями крепыши тоже застыли на своих местах — со стороны зрелище напоминало детскую игру в «море волнуется — раз…».
Неприметная старенькая «Нива» болотного цвета заехала под мост и теперь, подпрыгивая, неслась по трассе в сторону пригородного посёлка Дурни. Домкрат, непривычный к пёстрым городским пейзажам, немного успокоился и перестал вертеть головой.
Дожили, — ворчал он, тыкая локтем в бок Тайсона. Нет, ты глянь, чего придумали: «Баня — хамам». Дорвались хамы, теперь уже бани для них особые!
Да нет, это для чёрных баня, — рассмеялся Тайсон.
А не один ли хрен? — ответил Домкрат.
Сам он после переезда в город в баню ходить перестал — зато часами как ребёнок плескался в джакузи, куда Каролина, смеясь, бросала ему надувные пластиковые игрушки. Они жили в пятикомнатной квартире в центре, раньше принадлежавшей Баракову — безопаснее места не придумаешь. Квартира большую часть времени пустовала, и соседи не знали хозяев в лицо, так что появление новых людей никого насторожить не могло. Домкрату же из всех городских прелестей, не считая, разумеется, самой Каролины, больше всего пришлось по вкусу содержимое бездонного Бараковского бара.
Сейчас, закончив дневные дела, ехали на базу — к бабе Нюре.
А вот бы в казино сходить! — вдруг ни с того ни с сего брякнул Домкрат.
Чего это ты? — не понял Тайсон.
Не зря говорят — роскошь засасывает, — прокомментировал Князь.
Да нет, это я так, — смутился Домкрат. — Вот жизнь прожил, везде вроде побывал. И в тундре служил, и в тюрьме сидел. В казино только не был.
Ну, завтра сходишь, даст тебе Бабай сто баксов, не обеднеем.
Князь, поворачивай! — резко сказала с переднего сиденья до этого молчавшая Хельга.
Что такое? — притормозил от неожиданности командир.
А ты не понял? — Хельга посмотрела на него мрачно. — Нет для нас никакого завтра. Сегодня всё может закончиться. А Домкрат в казино ни разу не был.
Точно. Надо ехать, — подтвердил Тайсон. — Каково ему будет помирать, и в последний момент вдруг пожалеть о такой херне… Поехали в казино — вон их сколько по городу понатыкано!
А у бабы Нюры щи поспели… — мечтательно протянул Бабай.
А вот в казино и пожрём, — ответил Тайсон, — поехали! Я видел растяжку, там как раз в центре какое-то новое открывается.
Ну, что, орёлики? Всё ли у вас в ажуре? — толстенький вертлявый управляющий окинул в сотый раз придирчивым взглядом сверкающий кожей и деревом интерьер заведенья. — Смотрите у меня, сегодня на открытии будет сам мэр, так что если что не так — хозяин с меня лично скальп сдерёт. А я — с вас! Кто наш хозяин и чем он раньше занимался — надеюсь, никому разъяснять не надо.
А кто хозяин-то? — шёпотом спросила у повара посудомойка из новеньких.
Прохор! — коротко шепнул повар, воздев очи к потолку. Комментарии не требовались.
Когда управляющий на своих коротеньких ножках выкатился из зала, среди персонала казино начался корпоративный обмен мнениями.
Да, Прохор — сила. Смотри — по всей стране казино запрещают, а у нас в городе их — как ларьков овощных. И каждый месяц новое открывают.
Так все ж в доле! Мэра нашего видел? Бывший военком, морда в телевизор не влазит…
Девки, я вам по секрету скажу — только никому! Чтоб могила! Тачку на постаменте у входа видели?
Это «Тойоту», которая суперприз?
Ну. Её сегодня наш мэр в «Блэк Джек» выиграет.
Откуда знаешь?
Я вам ничего не говорил, вы не слышали. Идите, работайте!
Вы как хотите, а я не пойду туда, — заупрямился Бабай, — плохое место, гнилые люди. Я к бабе Нюре поеду, там щи стынут.
А мне надо нашего доктора Зло проведать, — отозвался Князь. — Он звонил, говорит, что-то интересное сочинил.
Ну, и валите, — Тайсон вылез из машины первый и распахнул заднюю дверку перед Хельгой. Следом неуклюже выбрался Домкрат. Сияющий огнями вид огромной зеркальной витрины казино несколько смутил таёжного человека, но, взглянув на своих соратников, он приободрился и затянул потуже на кадыке узел дорогого галстука. Вся троица выглядела соответственно случаю, а Домкрат со своим гладко выбритым в парикмахерской тяжёлым лицом и настороженным взглядом вообще тянул не меньше, как на хозяина мелкооптовой базы.
Тем не менее охранник на входе при их приближении загородил собой проход.
Извините, господа, сегодня вход по пригласительным. Закрытое мероприятие.
Отбарабанив заученную фразу, он задержался взглядом на лице Тайсона — профессиональная реакция — и вдруг физиономия его расползлась в широчайшую улыбку:
Коляныч! Ты, никак? Жив, старый пёс!
Здорово, Лёха. Я-то тебя сразу срисовал. С Кандагара не виделись, да?
Точно. Когда тебя осколком зацепило. Но мы им тогда дали! А я вот видишь — шестерю теперь в охранном агентстве.
Так значит, вход по пригласительным? А, Лёх?
Да мэр у них сегодня гуляет. Открытие! Ленточку разрезал, сейчас городской бюджет в карты просирать будет. Вас-то я, конечно, пропущу! Но только чур — сядьте где-нибудь в уголку. И поскромней уж там. А то знаю я тебя, одно слово — Тайсон!

ГЛАВА 2

Олег шел от остановки в Дурнях к дому бабы Нюры, и в душе его была смута. Он пока никак не определился со своим новым положением, и отсиживался на полузаброшенной родительской даче, пребывая в думах и вздрагивая на каждый стук. С одной стороны, любовь к Индиге после лесных приключений никуда не исчезла, наоборот, влекла его всё более властно. И симпатия к партизанам и их делу только усилилась после расстрела карательной экспедиции Совкова. Но и открыто, окончательно и бесповоротно влиться в отряд и участвовать в вооружённой борьбе что-то ему не давало. Может, привычка к мирной жизни, а может, и банальный инстинкт самосохранения. Что творилось в правоохранительных органах по поводу последних событий, и как там трактуют его роль, он тоже не знал. Короче, полная непонятка. Обуреваемый вот этими мыслями, он и вошёл в калитку дома.
Дядька Олег! А тут такое! — выбежал ему навстречу встрёпанный Гришка с вылупленными глазами. И поволок за руку в дом. Здесь Олег впервые увидел Индигу плачущей. Баба Нюра — та просто ревела в голос. На полу посреди комнаты лежал труп. Труп был совсем маленький, почти детский, с синим лицом. Но очень настоящий, притом в черной форме судебного пристава, и совсем свежий.
Это я его… Я не хотела, — прошептала сквозь слёзы Индига, — но он пирогом поперхнулся.
Ну, значит сам поперхнулся, — рассудительно заметил Олег, беря её за влажную ладонь, — Не ты же его поперхула!
Именно, что я, — и Индига, давясь слезами, рассказала Олегу, что произошло.
Он встал на колени над трупом и принялся профессионально обшаривать карманы — скорее по привычке, чем с какой-то конкретной целью.
А где ещё двое? Надеюсь, они-то хоть живы?
В сарай я их свёл, к борову, — пояснил Гришка, — они ещё от заморозки не прочухались.
Надо пойти, хоть связать пока, — и Олег, сопровождаемый Гришкой, прихватив с печи веревки, направился в сарай. Филипп Кузякин встретил их восторженным визгом — думал, принесли жрать. Олег, сам поражаясь своему хладнокровию, довольно крепко замотал двум приставам руки и ноги верёвками и, потрепав по жирной холке бывшего олигаршьего сына, вернулся в дом. В дверях он столкнулся с вернувшимся из города Бабаем. Обнялись. Олег кратко изложил Бабаю ситуацию. Принялись думать вместе — Индига только всхлипывала в углу, и участия в мужской беседе не принимала.
Карлик этот, — Олег просмотрел документы, — Степан Щипан, старший пристав, — загнулся сам, без следов насилья. Значит, труп прятать никуда не надо. Наоборот, вывезти куда подальше отсюда и вывалить на улице. Типичный несчастный случай. Дело по дому вёл он, так что пока передадут кому-то другому — пройдёт время. Работы у них перегруз — сейчас как раз всех должников из квартир выселяют. До нас не скоро доберутся. Что делать с теми двумя? Не убивать же?
Бабай покачал головой.
Убивать вообще нехорошо. А связанных, безоружных — тем более. Наши не станут.
Но и отпустить нельзя, — пожал плечами Олег.
Придумал! — Бабай вдруг аж подскочил с табуретки.
Через десять минут оживлённого обсуждения успокоившаяся Индига уже направлялась в сарай к связанным узникам.
Казино сияло огнями, гремело шансоном, всплёскивал со сцены жирными ручками известный областной шоумен Иван Пупов, и вытанцовывали вокруг него канкан голые девки, украшенные лишь пучками страусиных перьев на задницах да ретро-котелками на бритых под ноль головах. Новая буржуазия гуляла с размахом, бросая горстями фишки на столы и упиваясь шампанским и собственной безнаказанностью. В небольшом ВИП-зале, отделённом от основного пространства лишь широкой аркой, за столиком в тесной компании вёлся разговор серьёзный и отчасти нелицеприятный. Большие пацаны делили бабло. Один из беседующих, хозяин заведения, известный всему городу уголовный авторитет Прохор, неожиданно привстал из-за стола и ухватил своего собеседника за лацканы. Подскочила охрана — собеседником был ни больше ни меньше, как глава администрации города Роман Зеелов. Прохору пришлось сесть на место, и он, брезгливо щурясь, опрокинул махом стакан водки. Всю эту сцену могла прекрасно наблюдать сквозь арку другая колоритная компания, расположившаяся за угловым столиком в общем зале. Их было трое, и они, как и Прохор, пили водку. Прямо напротив их столика за зеркальной витриной на улице, на невысоком подиуме сверкал в огнях стробоскопа суперприз первого игрового сезона — новенький внедорожник «Тойота».
Ништяк тачка. Я бы такую выиграл, — произнёс один из компании — жилистый мужчина со шрамом, и затушил в жюльен самокрутку ароматного голландского табака.
С моим никакого сравнения. Этот внедорожник для гламурных пидорасов, — пренебрежительно отозвалась элегантная блондинка с синими, как лесное озеро, глазами. — Ты что скажешь, Домкрат?
Здоровенный мужик в строгом костюме с кричащим галстуком, прожевав, ответил:
А я играть хочу.
И в этом по-детски капризном ответе здоровяка было столько искреннего наива, что его собеседники не могли сдержать улыбки.
Так пойди и играй. Вон за тем столом — «Блэк Джек». Это как в «очко.» А мы с Тайсоном еще выпьем.
Денег давайте, — обиженно произнёс человек-гора. Он явно чувствовал себя здесь не в своей тарелке. Хельга, достав из сумочки пачку новеньких купюр, протянула ему, махнув рукой в сторону стойки:
Вон там тебе на фишки обменяют. Да особо не шикуй — больше не дам. У нас лимит.
Домкрат удалился, а Хельга с Тайсоном разлили и выпили ещё по одной.
И что там твой друг говорил про мэра? Это который вон там, в закутке с каким-то быком бабло делит? — Хельга небрежно указала в сторону ВИП-зала. Тайсон посмотрел туда — и долго не мог оторвать от Зеелова мутного взгляда. Когда он снова повернулся к Хельге — ей стало слегка не по себе. Глаза Тайсона внезапно налились кровью, а шрам на покрасневшем лице вздулся ярко-белым рубцом. Он не глядя взял со стола бутылку, и опрокинув остатки из горлышка себе в рот, замер в оцепенении.
Но-но, полегче. Здесь тебе не тут, — произнесла Хельга, но, поняв, что шутить сейчас не время, накрыла ласковой ладонью пальцы Тайсона.
Вернись и расскажи. Что случилось вдруг?
Случилось, — ответил Тайсон, — только не вдруг и не здесь. Это та самая гнида. Зеелов его фамилия. Я его на всю жизнь запомнил. Вот и свиделись — Земля-то круглая.
Что натворила гнида?
Под Кандагаром он наш взвод погубил. Мы в окружение попали — связались со штабом, чтоб вертушки слали. А они, вместо того, чтобы по духам бить — нас накрыли. Прямой наводкой били. Я один выжил — меня в разведку послали, вот и выжил. Зеелов этот в штабе за связь отвечал. Потом я стороной узнал, что он духам оружие продавал — а наш взводный его поймал. Сообщить не успел — послали на срочное задание. Вот Зеелову и надо было, чтоб взводный не вернулся. А ребят всех — просто, до кучи. Я тогда поклялся, что ему не жить. Потом он областным военкомом был — но меня на приём не пустили. Где живёт — не знал. Да и бухал я тогда сильно. А теперь — вот он, тёпленький.
Н-да. История… — сочувственно произнесла Хельга и, щёлкнув пальцами, подозвала официанта и заказала ещё водки.
Ну, как — поможешь? — с надеждой посмотрел Тайсон на Хельгу.
Прямо здесь, что ли? Пьяные и без оружия? Тут охраны до чёрта! Давай лучше проследим — и сделаем его тихо и корректно.
Если не хочешь, так и скажи — я один пойду! — упёрся изрядно набравшийся Тайсон. Хельга беспомощно оглянулась в поисках Домкрата, надеясь вдвоём образумить буяна. Теперь только она начала понимать, откуда Тайсон получил своё прозвище. Ведь действительно, пойдёт сейчас один — и сто процентов запалится. Неожиданно от ближнего столика, за которым играли в «Блэк-Джек», раздался хриплый рёв, подобный паровозному гудку:
Я выиграл! Моя тачка! — орал Домкрат. Возникла суматоха. Его пытались урезонивать, хлопать по плечу и шептать в ухо, но Домкрат уже гневно швырнул горсть фишек в бледное лицо крупье и, схватив подбежавшего охранника за талию, перекинул его на сцену, сшибив, как кегли, Ивана Пупова и визжащих девиц. Из ВИП-зала на шум выбежали в окружении охраны два серьёзных мужчины, так и не доделившие наворованное — Прохор и Роман Зеелов. Прохор расстегнул пиджак от Гуччи и потянулся к кобуре.

ГЛАВА 3

Три охранника повисли на Домкрате, в тщетной попытке обездвижить его, скрутив руки за спину. С таким же успехом можно было пытаться обездвижить мчащийся по рельсам паровоз. Со стороны сцена напоминала травлю медведя собаками, когда злые и отважные лайки гроздьями виснут на матёром звере — и отлетают одна за другой по широкой параболе, чтобы больше уже не подняться. Длится эта забава обычно до тех пор, пока не подоспеет вооружённый карабином охотник.
Стукнув напоследок головами с бильярдным звуком, и отбросив на столы два последних тела, Домкрат огляделся исподлобья, мотнул башкой, и тут услышал чей-то окрик:
Сзади!
Прохор был по жизни серьёзный бизнесмен и неглупый мужчина. Начинать стрельбу на открытии собственного заведения ему было не с руки — слава Богу, сейчас не начало девяностых, и популярности ему бы это не прибавило. Кроме того, у авторитета мелькнула мысль, что такого монстра неплохо было бы, по возможности, залучить себе в личную охрану — Прохор, как все люди непростой судьбы, питал известное снисходительное уважение к физической силе. Поэтому, пока Домкрат боролся с охраной казино, он, выхватив тяжёлую «беретту» из кобуры, подкрался сзади и уже занёс руку, чтобы лично отключить его ударом рукоятью по затылку — и тем самым лишний раз напомнить всей здешней шпане, кто в доме хозяин.
Посетители, в которых трусость боролась с любопытством, широким кольцом сгрудились вокруг дерущихся, и с жадностью ждали, чем закончится даровое шоу. Кажется, некоторые потные личности готовы уже были делать ставки на участников. Роман Зеелов, глава города, оказался выдавлен толпой в самый первый ряд, и беспомощно озирался в поисках своей охраны — но пробиться к хозяину сквозь густую толпу у секьюрити не было никакой возможности. И Зеелову отчего-то стало вдруг страшно — тем беспричинным, метафизическим страхом, который, бывает, накатывает во сне — и не можешь пошевелить ни ногой, ни головой. Зеелову оставалось лишь заворожённо смотреть прямо перед собой и покрываться липким потом. Вот Прохор подобрался вплотную к здоровяку. Короткий замах руки с пистолетом. И — совершенно неожиданно, как чёрт из коробочки, из-под руки у гиганта вдруг выныривает небольшой, жилистый мужичок без пиджака, перехватывает руку Прохора, и, крутанувшись вокруг своей оси, плотно фиксирует противника по направлению лицом к Зеелову. Пистолет в руке Прохора дёргается три раза, извергая пламя. Грохот выстрелов перекрывает женский визг из передних рядов…
После того, как мэр в луже крови осел мешком на пол, толпа на секунду прянула в стороны. Этого хватило бойцам секьюрити, чтобы продраться сквозь неё к центру событий. Так ничего и не понявший Прохор стоял столбом в середине людского круга, тупо глядя на дымящийся ствол «беретты» в своей руке. Домкрат, увлекаемый Тайсоном, тоже ничего не соображая, проталкивался к выходу. И секьюрити, безусловно, не стали бы преградой на их пути, если бы от входной двери не раздался окрик в мегафон, усиленный внезапно обрушившейся тишиной:
Всем лечь! Работает ОМОН!
И перетянутые портупеями бойцы в масках рассыпались по помещению, укладывая на пол посетителей довольно чувствительными тычками тяжёлых берцев и короткоствольных автоматов. Тайсон мгновенно потянул Домкрата за собой на пол — и снизу они могли наблюдать, как профессионально работает подразделение, возглавляемое капитаном милиции Егором Михалёвым. Тайсону доводилось общаться с Егором на встречах ветеранов, и ему стало ясно, что они влипли — капитан своё дело знал на пять баллов. А если их сейчас повяжут — свидетели найдутся, и тогда… Словом, надо было как-то уходить. Суета в зале между тем постепенно уступала место организованному милицейскому беспределу. С воем подкатила «скорая», и Зеелова, накрыв расцветающей алым пятном простынёй, унесли. Пройдя мимо штабелей лежащих мордой в пол новых русских, Егор неспешно подошёл к Прохору, всё ещё сжимавшему в руке неостывший ствол, и поднял маску на лоб.
Ну, вот ты и допрыгался, Прохарчин, — произнёс Егор удовлетворённо, — теперь трудно будет откупиться, а?
Не тебе решать, сявка! — огрызнулся по привычке Прохор, но тут же сбавил тон и произнёс задумчиво:
Слушай, ты будешь смеяться — но это не я его…
Ну хоть сейчас-то будь мужиком! — вспылил Егор, — я ж не следак, протоколов не веду.
Мужиком никогда не был. Я — честный вор, — отрезал Прохор, внимательно оглядывая помещение, — и, как честный вор, я тебе говорю — это подстава. Мухрявый, гнида, подсуетился. Они где-то тут, в зале. Уйти не могли…
Да кто они?
Люди Мухрявого. Он их подослал, больше некому… Вот они!!! — Прохор выкинул руку с указующим перстом в сторону отползавших к выходу Тайсона с Домкратом. — Здоровый бузу затеял, а мелкий со шрамом стрелял! Возьми их, начальник! Зуб даю, они!
Ладно, — нахмурившись, произнёс капитан Михалёв и приказал двум бойцам:
Вон тех двоих — в наручники. А насчёт зуба, Прохарчин, я запомнил. Один звонок личному протезисту я тебе, так и быть, организую.
И, отвернувшись от Прохора, Егор направился, бормоча что-то себе под нос, к выходу, где двое бойцов под дулами автоматов упаковывали в наручники Тайсона и Домкрата.
Всё внимание зевак, столпившихся снаружи у зеркальной витрины казино, было приковано к происходящему внутри. Никто из них и не заметил стильную блондинку в вечернем платье, забравшуюся, чтобы лучше видеть, на подиум, на котором сверкала в огнях рекламы ярко-серебристая «Тойота.» Приз, так и не дождавшийся своего счастливого обладателя… Впрочем, почему не дождавшийся? Пока мэр Зеелов истекал кровью под капельницами, машина успела обрести свою новую хозяйку. Замок поддался умело согнутой дамской шпильке где-то на второй минуте манипуляции. Сигнализация, по счастью, ещё не была установлена — Прохор отчего-то полагал, что у таких, как он, не воруют. Дамочка кошкой проскользнула за руль, соединила два провода на передней панели, мотор заворковал, и синие глаза сузились в две безжалостные щели. Тяжёлый внедорожник задом аккуратно съехал с подиума и развернулся на тротуаре.
Фары зажглись, взревел клаксон, сметая зазевавшихся с дороги, и «Тойота», набрав скорость, въехала со всей дури в широкую зеркальную витрину заведения. Оказавшись под звон ливнем осыпавшегося стекла на заповедной территории Прохоровского казино, автомобиль, проехав по лежащим мордой в пол ВИПам, поддел бампером капитана Михалёва, отшвырнув его метров на пять назад. Двое бойцов ОМОНа брызнули по сторонам, и перед Тайсоном и Домкратом широко распахнулась гостеприимная дверка. Дополнительного приглашения не требовалось. Тайсон, уже в наручниках, был буквально на руках закинут Домкратом на заднее сиденье, и «Тойота», сделав круг почёта по осквернённой территории храма желтого дьявола, развернулась и выехала так же, как и заехала — через соседнюю секцию зеркальной витрины.
Когда первый шок прошёл, бойцы ОМОНа выбежали на улицу и дали вслед удаляющимся огням автомобиля несколько длинных и очевидно безвредных очередей. А когда вернулись к своему глухо стонавшему на полу капитану, тот лишь сморщил лицо в бессильной гримасе.
Ушёл! — выдавил Егор, превозмогая боль в сломанной ноге.
Там девка была за рулём, товарищ капитан. Очень уж всё неожиданно…
Прохор ушёл! — чуть не плакал от обиды капитан. — Сто процентов, его это люди!
Нет, ну с Тайсоном я понимаю, — ворчала Хельга, когда они, бросив машину, добирались рейсовым автобусом к Бараковской квартире. — У него особые обстоятельства. Но ты-то, рассудительный вроде мужик. Чего тебя переклинило?
Жульё достало, — отозвался виновато Домкрат. — Сказали, семьдесят тысяч — и тачка моя. Так хотелось Каролину прокатить, чтоб на своей…
И ты семьдесят тысяч выиграл? — недоверчиво покосилась на него Хельга.
Ну, выиграл. Так я ж им говорю, давайте, я машиной возьму. Нет, упёрлись жлобы…
Хельга согнулась от беззвучного хохота. Домкрат поглядывал на неё озабоченно, полагая, что это истерика. Лишь поднявшись в квартиру, она пришла в себя настолько, чтобы объяснить наивному Домкрату непонятые им принципы розыгрыша суперприза. После чего успокаивать пришлось уже Домкрата. Каролина привычно пошла набирать воду в джакузи. Хельга, балуясь, пальцами расчёсывала ему дремучие патлы. И только Тайсон, устроившись уютно с пивом возле телевизора, казалось, источал глубочайшее довольство вполне удавшейся жизнью.

ГЛАВА 4

Виталий Иосифович Кузякин владел в этом городе всем. Ну, или, так скажем, почти всем. Ему принадлежала крупнейшая в области агрофирма по выращиванию и переработке свинины — «Барабеково.» И агрокомбинат по возделыванию картофеля, овощей и прочей ботвы под гордым названием «Красновоздвиженский», тоже принадлежал ему же. Не говоря здесь о сети мясокомбинатов, газет, депутатов ОЗС, земельной недвижимости на сотни га, и прочих мелочах. Империя! К слову сказать, губернатор Шукляев принадлежал ему же — хотя Виталий Иосифович и числился у него по бумагам в первых замах. Ну, да что там бумаги — подотрись и выкинь! Был ещё, правда, Борис Бодунов — этот раскинул по городу свою паучью сеть продуктовых супермаркетов… По реализации в розницу Кузякинской продукции населению. Тот ещё тихушник, и тоже женат на еврейке. Московской. Бухает в меру. И вообще, всё в меру. Чем бесит. Отчасти, так скажем, свой человек. Хотя… Однажды некий немецкий путешественник, герр Карпенштоффель, которого нелёгкая занесла в наш славный облцентр, ознакомившись с некоторыми цифрами, всплеснул в удивлении коротенькими ручками:
Как так? Если герр Кузякин умирать, этот прекрасный город оставайс совсем без еды? Один этот уважаемый господин кормиль весь область? Экономически нецелесообразно! Пфуй!
Но к чёрту Карпенштоффеля. Если бы эти немцы что-то понимали в русской протяжной душе! Виталий Кузякин, при всём его видимом могуществе, был, в первую очередь, пассивным педерастом. Да, да, им, вам не померещилось, читатель. Тем, кого в местах исправительных именуют «петухами», и чьё место там, в силу исторически сложившейся иерархии, жёстко определено. А именно: «у параши!» А потом уже он был — олигархом, зампредом, завзятым авиапутешественником, тихим алкоголиком, средним нумизматом, плохим мужем и никаким отцом. И всё это — благодаря Мухрявому. О, Господи, как уже достал этот Мухрявый!
… Юный Виталя в золотые горбачёвские не терялся, как некоторые, а ковал себе денежку, не отходя от кассы — а если точнее, от прилавка ночной камеры хранения на Чебоксарском ж\д вокзале. По три-четыре ящика водяры за ночь — и жизнь играла всеми красками распускающегося капитализма! Карты, девки… Ну, а два ствола — это уже было попозже. На зоне. Мухрявый — а теперь уже и не вполне Мухрявый, а просто Муштаков Сергей Сосоевич — гаркнул, выныривая из бассейна:
Мальчишки! Кузякина качать — и в воду!
Стайка молоденьких мальчиков из подтанцовки столичной группы «Ласковый мой», веселясь и шлёпая друг друга по ягодицам, кинулась исполнять приказание. Пьяный Кузякин, наглотавшийся хлорированной воды, вынырнул, отдуваясь:
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.