Библиотека java книг - на главную
Авторов: 49230
Книг: 122954
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Шаги в темноте. Убийство Адама Пенхаллоу»

    
размер шрифта:AAA

Джорджет Хейер
Шаги в темноте
Убийство Адама Пенхаллоу

Джорджет Хейер – родоначальница популярного жанра «любовный роман в стиле эпохи Регентства», автор историко-приключенческих произведений, писательница, чьи книги в XXI веке переживают второе рождение. Она обращалась к криминальному жанру не так уж часто, однако ее книгами восхищалась Агата Кристи и они считаются классическими образцами английского детектива.

***

Превосходные детективы, в которых увлекательный сюжет соседствует с тонким юмором!
«New York Times»
Читать романы Джорджет Хейер – настоящее удовольствие!
Дороти Л. Сэйерс

Шаги в темноте

Глава 1

– А это, видимо, скаковой круг, – заметил Чарльз Малкольм. – С набором естественных препятствий.
– Это теннисная площадка, – с достоинством возразила его жена Селия.
Он усмехнулся.
– Просто ее нужно слегка выровнять, – объяснила она, строго взглянув на него.
– Ну да, пройтись по ней сенокосилкой и паровым катком, – проворчал Чарльз. – Только вряд ли на это найдутся охотники.
Его свояченица поспешила вступить в полемику:
– Ты только взгляни, какое чудное место! Мы с Селией влюбились в него с первого взгляда.
– Охотно верю, – кивнул Чарльз. – Парочка многостворчатых окон, вид на церковные руины – и вы обе готовы преклонить колена. Но ведь с вами был Питер. Он-то на что клюнул? На пиво в местном пабе?
– В конце сада есть форелевый ручей, – сообщила Маргарет.
– О да. И еще один появляется в людской, когда идет дождь. Бауэрс мне показывал.
– В одном окне не было стекла! – горячо возразила Селия. – Естественно, в дом попадала вода!
Маргарет взяла Чарльза под руку.
– Подожди, вот увидишь свою спальню. Там панели, драпированные льном, и встроенный шкаф. Ни за что не догадаешься, что он там есть.
– Забавно, – согласился Чарльз. – Если в спальню залезут воры, то как же они найдут мой фрак? Надо будет отметить шкаф крестиком.
– Будешь находить его по компасу. Пойдем, мы всё тебе покажем.
Покинув теннисный корт, они направились к дому по одной из заросших дорожек, которая, петляя между клумбами, вывела их к террасе на южном фасаде здания.
– Чарльз, только посмотри, как играет солнце на изумительном сером камне! Как же можно осуждать нас за то, что мы не в силах отказаться от этого места? – воскликнула Маргарет.
– Сначала я взгляну на свою комнату.
Однако он не мог не признать, что дом, полученный его женой вместе с ее сестрой и братом в наследство, с художественной точки зрения был весьма примечателен. Построенный несколько веков назад из серого камня, он неоднократно перестраивался и теперь представлял собой весьма хаотичное строение в окружении дубов, которые росли здесь еще во времена Вильгельма Завоевателя, а теперь гордо возносили свои корявые стволы над беспорядочно разросшимся подлеском. Извилистая дорога тянулась к воротам, за ними начинался проселок, ведущий к деревне Фрэмли. До нее было около мили, но путь можно было существенно сократить, пройдя через поле позади дома.
Сбоку от проселочной дороги виднелись руины монастырской церкви, которые так пленили Селию. От здания мало что осталось – Реформация и артиллерийская пальба Кромвеля сделали свое дело, – однако фрагменты стен сохранились. В них угадывались прежние готические окна, но в основном это были развалины, не поднимавшиеся выше нескольких футов.
Монастырь впоследствии восстановили, но из-за многочисленных перестроек он утратил первоначальный вид. Селия, раздобывшая книгу о старых монастырях, утверждала, будто библиотека и трапезная сохранили свой первозданный облик, хотя панели в них относились к более позднему периоду.
Место это досталось ей неожиданно. Ее дядя, которому она в компании Питера и Маргарет регулярно наносила визиты, завещал бывший монастырь своему племяннику и двум племянницам. Не будучи любителем сельского уединения, он никогда не жил в этом доме, который унаследовал от сестры, обитавшей здесь после замужества и смерти мужа. Сестра оставила дом в том виде, в котором он был сейчас, и, едва увидев его, Селия Малкольм, Маргарет Фортескью и их брат Питер тотчас же объявили, что о подобном месте они мечтали всю жизнь. По крайней мере сестры. Питер проявил меньше энтузиазма, но согласился, что продавать его жаль.
Одно время дом сдавался внаем, но с тех пор, как съехали жильцы, снявшие его через два года после смерти владелицы, никто не проявил желания там поселиться.
– У вашего дяди возникало много проблем с этим домом, – сообщил им адвокат Милбэнк. – Его сестра ни на что не жаловалась, но она была стара, довольно эксцентрична и не слишком обращала внимание на то, что происходит вокруг. Дело в том, миссис Малкольм, что у дома дурная репутация. Ваш дядя сдал его на три года, однако жильцы съехали уже через год. Они утверждали, будто в доме бродят привидения.
– Как романтично! – воскликнула Маргарет.
Адвокат улыбнулся:
– Я бы не стал рассчитывать на это, мисс Фортескью. Думаю, вы не обнаружите там ничего щекочущего нервы, разве что крыс. Но я счел своим долгом предупредить вас. Если вы откажетесь вступить во владение домом с предполагаемыми привидениями, то у меня есть на него покупатель.
Он взял листок бумаги, лежавший на столе, и вопросительно посмотрел на Питера.
– Это предложение, о каком вы нам писали? – поинтересовался тот. – От человека, который заинтересовался нашим домом, когда рыскал там на машине?
Мистер Милбэнк кивнул.
Взволнованно повернувшись к брату, Селия и Маргарет стали уверять его в необходимости иметь загородный дом, который к тому же просто идеален по своему расположению. Питера доконал ручей с форелью. Чарльз, молодой адвокат, делающий карьеру, не пожелал тратить время, чтобы взглянуть на дом, в котором его жена вознамерилась поселиться независимо от того, как он на это посмотрит. Он доверил это дело Питеру.
– Вы просто злоупотребили моим доверием, – заявил Чарльз, когда они пили чай в библиотеке. – Два месяца ваша троица суетилась, «приводя дом в порядок», как вы изволили выразиться. Одновременно вы усыпили мою бдительность, рассказывая всяческие небылицы о доме, пока я не поверил, что это нечто соответствующее вашим описаниям. Ты, – он негодующе указал пальцем на Маргарет, – сказала, что дом просто идеален. А факт, что здесь всего одна ванная комната и хилая система отопления, способная нагреть только одну ванну за раз, намеренно утаила.
– Холодные ванны полезны для здоровья, – заметил Питер, намазывая джем на кусок хлеба с маслом. – Мы же не предлагаем тебе жить тут зимой. Более того, я не вижу причин, почему мы не можем превратить одну из спален в дополнительную ванную комнату и поменять отопительную систему. Не сразу, конечно, но в обозримом будущем.
Чарльз холодно посмотрел на него.
– А как насчет освещения? И телефона? Нам придется провести в дом электричество. И после всего этого Селия утверждает, будто «получила загородный дом практически даром». Я должен был это предвидеть.
– Лично я предпочитаю свечи и керосиновые лампы. В таком доме электрический свет неуместен, а что касается телефона, я очень рада, что его нет. – Селия быстро кивнула в сторону мужа. – В этом году у тебя будет настоящий отпуск, мой дорогой. Ничего, что напоминает о городе.
– Премного благодарен, – усмехнулся Чарльз. – А что ты говорила перед чаем? Что-то насчет похода в деревню, чтобы заказать бекон к завтраку?
– Ты можешь съездить на машине, – посоветовала Селия. – Заодно попробуешь нанять там садовника. Думаю, вам с Питером не справиться с садом.
– Убежден в этом, – веско произнес ее муж.
Дверь открылась, и в комнату вплыла добродушного вида дама средних лет. Это была миссис Босанквет, тетушка Маргарет Фортескью. Сев на предложенный ей стул, она приступила к чаепитию, проигнорировав черствый кекс и сосредоточившись на хлебе с маслом.
– Я распаковала чемоданы, – сообщила она. – Но уже дважды теряла шкаф.
– Неужели? – посочувствовал Чарльз.
Миссис Босанквет вопросительно повернула к нему свое благообразное лицо. Она была глуховата. Когда Чарльз повторил, она с готовностью кивнула.
– Да, дорогой, но потом я надела кусочек гербовой бумаги на защелку. Какой необычный старый дом! Я разговаривала с миссис Бауэрс, и она сказала мне, что в погребах можно заблудиться.
– Это еще что, – вздохнул он, поднимаясь из-за стола. – Я уже заблудился, когда шел из нашей комнаты в гардеробную. Конечно, можно запереть пустые комнаты, но тогда дом потеряет свою прелесть. Ты едешь в деревню, Питер?
– Да. Я тебя познакомлю с отличным бочковым пивом.
– Вперед! – просиял Чарльз.
Дорога во Фрэмли проходила через заросли столь живописные, что Чарльз не смог удержаться от одобрительной реплики. Питер, преодолевая крутой поворот, заметил:
– Нет, правда, это место не столь уж безнадежно.
– Не отрицаю. А болтовня о странных звуках, привидениях и шагах в темноте?
– В деревне, когда речь заходит о монастыре, все начинают креститься. Я-то уверен, что это всего лишь крысы. Милбэнк же говорил…
– Ты знал о привидениях раньше? И не сказал мне ни слова?
Питер был несколько озадачен.
– Я не придал этому значения. А ты не стал бы здесь жить, если бы знал об этом заранее?
– Не стал? – мрачно повторил Чарльз. – Если бы ты срывался с места всякий раз, когда Селия заявляла, что в отличных во всех отношениях домах или гостиницах «ей как-то не по себе», ты бы и близко не подошел к этому месту.
– Она не верит в деревенские предрассудки.
– Да? Ставлю шесть соверенов против одного, что первая же крыса, которая заскребется в перекрытиях, спровоцирует наш немедленный отъезд. Тем более что Бауэрс прямо-таки трясется от страха.
– А что с ним? Наслушался местных сплетен?
– Похоже. К тому же он довольно труслив. Распаковывая мои чемоданы, напустил на себя таинственности, как в готическом романе. «Одно скажу наверняка, сэр, никакие сокровища не заставят меня спуститься в подвал, когда стемнеет». И в первую же ночь, когда они с женой приехали, Бауэрс слышал шаги за своей дверью и всякие шорохи, словно кто-то шарил по панелям.
– Вот осел! – возмутился Питер. – Но ты можешь утешать себя мыслью, что ни одно привидение не способно устрашить почтенную миссис Бауэрс. Позволь сообщить тебе, что мы приближаемся к гостинице «Колокол». Настоящий четырнадцатый век – частично.
Машина вынырнула из-под деревьев и оказалась на краю деревни, беспорядочно расположившейся вокруг единственной улицы. Гостиница «Колокол» стояла в самом ее начале и представляла собой живописную, но несколько хаотичную постройку с внутренним двором. Питер Фортескью подъехал к двери и заглушил мотор.
– Открываем сезон, – усмехнулся он. – Мужайся, Чарльз. Но за пиво я ручаюсь.
Они вошли в длинный бар с низкими балочными перекрытиями и маленькими зарешеченными окошками, выходящими на улицу. Беспорядочно расставленные дубовые скамьи делили помещение на уютные секции. За барной стойкой возвышался хозяин заведения, своими внушительными пропорциями и добродушной физиономией напоминавший диккенсовского персонажа.
Напротив мистера Уилкса у стойки расположился некто, являющийся его полной противоположностью, – тощий жилистый человечек с острым личиком и бесцветными бегающими глазками. Он бессвязно говорил что-то, пытаясь вовлечь бармена в разговор. Взглянув на посетителей, он быстро опустил голову.
– Добрый вечер, Уилкс, – произнес Питер. – Вот, привел своего зятя, чтобы он угостился вашим бочковым пивом.
Бармен приветливо улыбнулся:
– Рад видеть вашего друга, сэр. Две полпинты, сэр? Сию минуту.
Он снял с полки две высокие оловянные кружки и налил в них пенящегося пива. Вручив их клиентам, привычным жестом вытер стойку и любезно поинтересовался:
– Позвольте спросить, как вам живется в монастыре?
– Спасибо, отлично. Привидений пока не видели. Когда они обычно появляются?
Улыбка сползла с лица мистера Уилкса. Как-то странно посмотрев на Питера, он проговорил изменившимся тоном:
– На вашем месте я не стал бы шутить по этому поводу, сэр.
Чарльз оторвался от кружки.
– Мой дворецкий Бауэрс сюда, случайно, не заходил?
Хозяин удивился. Маленький незнакомец, чуть отодвинувшись в сторону, быстро посмотрел на Чарльза.
– Да, сэр, был пару раз, – ответил Уилкс.
– Я так и думал, – кивнул Чарльз. – И вы рассказывали ему, что по коридорам бродит привидение и скребется в двери?
Бармен отшатнулся.
– Он опять это слышал?
– Черта с два! – бросил Чарльз. – Все, что он слышал, – ваши рассказы плюс его воображение.
– Нет, без шуток, Уилкс, вы ведь не верите во все эти сказки? – вмешался Питер.
Маленький человек, который, казалось, хотел что-то сказать, отошел от стойки, присел у окна, вынул из кармана мятую газету и углубился в чтение.
Помолчав с минуту, Уилкс заявил:
– Я сам видел его, сэр.
Питер недоверчиво поднял брови.
– Более того, видел, как вполне здравомыслящий человек, такой вот, как вы, собрался и уехал, не дожив два года до окончания аренды. Я унаследовал эту гостиницу пять лет назад, и когда я здесь появился, монастырь уже стоял пустой, как и перед вашим приездом. Его владелица, старая миссис Мэтьюс, умерла за год до этого. Она, по всему, была с причудами. Монастырь потихоньку ветшал, но ни одна живая душа не решалась приблизиться к нему в темноте, даже за большие деньги. Согласитесь, обо мне никак не скажешь, что он, мол, с приветом; человек я нормальный, и когда услышал, что говорят об этом месте, поначалу просто посмеялся, и все, вот как вы сейчас. А потом Бен Тилман, у которого мельница в Краушейзе, побился об заклад, что я побоюсь отправиться туда ночью.
Уилкс замолчал и снова рассеянно вытер барную стойку. Затем глубоко вздохнул, словно вновь почувствовал пережитый ужас.
– Ну я и пошел, сэр. Мне было ни капельки не страшно – во всяком случае, поначалу. Ночь была лунная, и к тому же я прихватил с собой фонарик. Но он мне не понадобился. Я присел на старый камень на развалинах церкви, заросший травой и сорняками. Помню, даже стал насвистывать, чтобы скоротать время. Не могу сказать, сколько времени прошло, когда я вдруг заметил: что-то изменилось.
– Что именно? – спросил Чарльз.
– Трудно сказать, сэр. Сразу и не объяснишь. Все выглядело по-прежнему, просто потянуло холодком. А ведь была теплая июньская ночь. Я почувствовал, что надо мной как бы сгущается холод и вползает в меня. И вместо того чтобы насвистывать и представлять, как я посмеюсь над Беном Тилманом, я застыл на месте. Мне почему-то стало страшно сделать движение. Не могу сказать почему, но я не смел и пальцем пошевелить, не то что рот раскрыть. Честно говоря, я так перепугался, что готов был вскочить и бежать куда глаза глядят, и бог с ним, с этим Беном, пусть говорит, чего хочет. Но я не мог. Что-то держало меня. Не знаю, что это было, сэр, и не могу объяснить, но мне было не до шуток. Знаете, как бывает, когда душа уходит в пятки? Ты сидишь и прислушиваешься, да так, что от натуги чуть не лопаются барабанные перепонки. Вот так я сидел как вкопанный. При каждом шорохе пялился в темноту, стараясь что-нибудь разглядеть. Но там ничего не было. А вскоре мне показалось, будто позади меня кто-то стоит.
Уилкс замолчал и провел по лбу рукой.
– Конечно, такое кажется любому, кто напуган до смерти, но мне не почудилось. Надо было набраться духу и обернуться. Легко сказать, но, клянусь вам, сэр, для этого потребовались все мои силенки. И все же я сделал это. Резко обернулся, чувствуя, как пульс стучит в висках. И увидел его так же ясно, как сейчас вижу вас, – он стоял сзади и смотрел на меня сверху вниз.
– Кого вы увидели? – с тревогой спросил Питер.
Хозяин вздрогнул.
– Здесь его называют Монахом. Думаю, это он и был. Высокая черная фигура без лица – в темноте блестели только глаза.
– Это ваш дружок Тилман так вырядился, чтобы напугать вас, – предположил Чарльз.
– Бен Тилман не мог раствориться в воздухе, сэр. А с Монахом именно так и получилось. Он просто исчез. В общем, больше я туда не пойду даже за тысячу фунтов.
Повисло молчание. Человек у окна встал и вышел из бара. Питер поставил кружку.
– Ну спасибо вам. Веселенькую историю вы рассказали.
Чарльз проводил взглядом тощего незнакомца:
– Кто он?
– Коммивояжер, сэр. Пытается сбыть здесь пылесосы, а между делом рыбачит на речке.
– Похоже, он интересуется привидениями, – заметил Чарльз.
Когда они с Питером вышли из бара, тот произнес:
– Почему ты про него спросил? Думаешь, он нас слушал?
– А ты как считаешь?
– Да, похоже, но что здесь такого?
– Ничего. Но он не хотел, чтобы мы это заметили. Где бакалейщик, к которому мы идем?
В бакалейной лавке, которая, как это часто бывает в деревне, одновременно являлась почтой и торговала бельем, друзей приветствовал джентльмен в пасторском облачении, покупавший марки. Он отрекомендовался викарием и сообщил, что они с женой собираются в монастырь с визитом, но только после того, как новые жильцы немного обустроятся.
– Как хорошо, что монастырь вновь стал обитаемым, – проговорил он. – Увы, старыми домами сейчас пренебрегают из-за отсутствия современных удобств.
– У нас сложилось впечатление, что данным домом пренебрегают по причине присутствия там привидений, – заметил Питер.
Викарий улыбнулся:
– Боюсь, вам придется искать поддержку у человека более доверчивого, чем моя скромная персона. О заброшенных домах вечно плетут всякие небылицы. Смею предположить, что монастырское привидение – не более чем мышь или крыса.
– Вот и мы так думаем, – кивнул Чарльз. – Однако это приносит неудобства. Моя жена рассчитывала найти здесь горничную, но единственная девица, которую ей удалось уговорить, заявила, что будет приходить только на день и ни за что не останется после захода солнца.
Мистер Пенниторн снисходительно улыбнулся.
– Деревенские жители склонны к предрассудкам, – глубокомысленно изрек он. – Но ведь вы не остались без слуг?
– Нет, у нас есть дворецкий и его жена.
Чарльз забрал сдачу и вручил Питеру объемный пакет.
– Нам по дороге, сэр? Мы можем вас подвезти.
– Нет, благодарю вас. Это ваша машина стоит у гостиницы? Я провожу вас, если не возражаете.
Выйдя из лавки, они медленно двинулись по улице. Викарий обратил их внимание на несколько ветхих старых зданий, представляющих интерес с архитектурной точки зрения, и пообещал как-нибудь показать церковь.
– Она, конечно, не такая древняя, как те развалины в монастыре, – вздохнул он. – Но мы гордимся ее восточным витражом. За последние несколько лет нам удалось собрать достаточно денег, чтобы почистить его. Это дорогое удовольствие, уважаемый мистер Малкольм, но нам помог полковник Экерли, он, как обычно, проявил необыкновенную щедрость. Вы уже познакомились с ним? Он наш церковный староста и весьма достойный джентльмен – пукка сагиб[1], как он сам себя называет.
– Он живет в белом доме за монастырем? – уточнил Питер. – Нет, мы еще не встречались, но я, кажется, видел его в «Колоколе». Веселый седеющий джентльмен с приятным лицом и короткими усами? Ездит на пикапе «воксхолл»?
Викарий не слишком разбирался в машинах, но описание полковника Экерли показалось ему довольно точным. Они дошли до автомобиля, и викарий, вновь отказавшись от предложения подвезти его, распрощался и быстро зашагал по улице.
Когда Чарльз с Питером добрались до монастыря, наступило время ужина, и на земле лежали длинные тени. Они нашли сестер в библиотеке в компании миссис Босанквет, где их приветствовали возгласом:
– Наконец-то явились! Мы забыли сказать, чтобы вы купили керосиновые лампы.
– Зачем? – удивился Питер, вспомнивший, как он распаковывал целую коробку.
– У нас не осталось ни одной для лестничной площадки наверху, – объяснила Селия. – А Бауэрс говорит, что не пойдет туда без света. Какая чушь! Я велела ему взять свечу.
– Честно говоря, мне и самой как-то не хочется подниматься наверх в темноте, – призналась Маргарет.
Чарльз поднял голову.
– Началось, – мрачно произнес он.
– Это совсем не то, что ты думаешь, – возразила Маргарет. – Я вовсе не думаю о привидениях и всяких глупостях, но там запутанная планировка и какие-то шорохи – я, конечно, понимаю, что это крысы, однако ночью бывает страшно и кажется, будто за тобой кто-то наблюдает. В старых домах всегда так.
– И здесь тоже? – спросила Селия, широко раскрыв глаза.
– Ничего особенного, Селия, но ты ведь знаешь, что люди чувствуют, когда посещают Холируд, Хэмптон-Корт или другие старинные замки. Там что-то такое в воздухе. Не могу объяснить, но ты и сама понимаешь.
– Сырость? – с надеждой предположил Питер.
Сестры негодующе посмотрели на него.
– Нет, дурачок. На тебя словно смотрят духи умерших там людей. И нечто похожее я ощущаю тут.
Миссис Босанквет опустила вязанье и мягко произнесла:
– Ты говоришь о стенах, дорогая? Надеюсь, там нет скелетов. Всегда терпеть их не могла, в них есть что-то противоестественное.
– Тетя! – вскрикнула Селия. – Скелет в стене? Откуда ему там взяться?
– Уверена, дорогая, что там нет ничего подобного, но в свое время мне довелось прочитать очень неприятную историю про замурованного в стене монастыря, не помню какого, но там точно шла речь о монахах.
– Ах, тетя Лилиан, тетя Лилиан, – простонал Чарльз. – И ты, Брут!
– Если бы я хоть на секунду поверила, что в этом доме кого-то замуровали, меня бы давно здесь не было! – воскликнула Селия.
– Ты права, дорогая, – кивнула миссис Босанквет. – Осторожность никогда не помешает. Я прекрасно помню, как разразилась эпидемия чумы, когда разрыли старое лондонское кладбище.
– На этой веселой ноте мы и проследуем на ужин, – сказала Селия, услышав гонг в холле.
Несмотря на мрачные воспоминания миссис Босанквет, никто из присутствующих не лишился аппетита. Ужин был сервирован в квадратной столовой в боковом крыле дома, и хотя еще не стемнело, Селия поставила на стол свечи, придававшие комнате уют. С общего согласия разговоры о скелетах и привидениях больше не велись. После ужина все перешли в библиотеку, где миссис Босанквет раскинула сложный пасьянс, а остальные сели за карточный стол. Время от времени за панелями что-то шуршало, что, несомненно, свидетельствовало о засилье крыс. Мужчинам даже не пришлось убеждать в этом дам.
– Я знаю, что миссис Бауэрс собирается поставить крысоловки, – произнесла Селия, собирая свои карты.
– Не люблю крыс, – отозвалась ее тетка. – Против мышей я ничего не имею. Бедные маленькие существа. Однажды я останавливалась на ферме, так они бегали по чердаку, как стая терьеров.
Маргарет встала из-за стола и приблизилась к окну. Уже взошла луна, заливавшая сад серебристым светом.
– Как красиво! – воскликнула она. – Жаль, что отсюда не видно церкви.
Маргарет вышла на террасу и облокотилась о низкую балюстраду. Ночь была безоблачной и тихой, под деревьями темнели глубокие омуты теней. Руины церкви закрывали кусты.
– Ты увидишь ее из своей спальни, – предположил Питер. – Иди сюда, мы в пролете из-за твоих бездумных ставок.
Она неохотно вернулась к столу.
– Просто преступление играть в бридж в такую ночь. Кто-нибудь хочет прогуляться со мной к церкви?
– Не отвечайте все разом, – ехидно предупредил Чарльз.
– Лично я после этого роббера иду спать, – заявила Селия. – Сходим все вместе как-нибудь в другой раз.
Через полчаса мужчины остались одни. Чарльз закрыл окна и запер их на задвижки.
– Думаешь, следует обойти задние комнаты? – спросил он, зевая.
– Конечно, нет. Бауэрс позаботится, чтобы все было заперто. Я только накину цепочку на входную дверь.
Когда Питер вышел, Чарльз закрыл последнее окно и повернулся, чтобы загасить большую масляную лампу, свисавшую на цепях с потолка. Через незанавешенные окна в комнату вливался лунный свет. Когда Чарльз направился к двери, он вдруг услышал за спиной легкий шорох, словно о стену задели пышной юбкой. Чарльз быстро оглянулся. В комнате никого не было, но он мог поклясться, что слышит легкие шаги.
Из коридора раздался голос Питера:
– Ты идешь?
– Сейчас.
Нащупав в кармане коробок, Чарльз чиркнул спичкой и осветил темный угол комнаты. В дверном проеме появился Питер со свечой в руке.
– В чем дело? Ты что-нибудь потерял?
Спичка погасла.
– Нет, мне послышалось – вероятно, крыса, – ответил Чарльз.

Глава 2

Викарий с женой нанесли визит через два дня. Миссис Пенниторн, пришедшая в пенсне и белых лайковых перчатках, сообщила Селии, что местное общество немногочисленно. В Мэнор-Хаусе живут Мастерманы, но они ни с кем не общаются, мистер Титмарш из Кроссуэя имеет столь странные привычки, что она не рискнет рекомендовать его для знакомства. При последующих расспросах выяснилось, что странность мистера Титмарша заключается в его хобби – коллекционировании ночных бабочек. Миссис Пенниторн добавила, что у него возмутительно бесцеремонные манеры и в поисках экземпляров для своей коллекции он постоянно бродит по ночам. Еще есть доктор Рут с женой, и хотя миссис Пенниторн избегает плохо отзываться о людях, она все же должна предупредить Селию, что доктор попивает. И наконец, полковник Экерли, тот не пьет и не коллекционирует мотыльков, но является убежденным холостяком, что весьма прискорбно. Потом миссис Пенниторн перешла к перечислению пороков окрестных фермеров и деревенских жителей, и Чарльз, который, по мнению его жены, всегда норовил исчезнуть в самый неподходящий момент, предложил викарию прогуляться к церковным руинам. Тот не возражал, и Чарльз быстро ретировался, не обращая внимания на негодующий взгляд Селии.
На развалинах церкви викарий порассуждал об особенностях норманнской и раннеанглийской архитектуры и даже сделал попытку расшифровать длинные полустертые надписи на заросших травой надгробных плитах. Вернувшись в дом, они обнаружили там еще одного посетителя. Это был полковник Экерли, оказавшийся более приятным гостем, чем Пенниторны, которые вскоре удалились. Полковнику было лет сорок пять, по виду типичный вояка, впрочем, весьма любезный в общении. Он крепко пожал руки хозяевам и заявил, что, знай он о присутствии здесь миссис Пенниторн, немедленно дал бы деру. Дамам он сразу понравился.
– Оставайтесь к чаю, – предложила Селия. – А доктор действительно пьет? Или он наркоман?
– Бедный старина Рут! – с теплотой произнес полковник. – Будем к нему милосердны, как истинные христиане, в отличие от жены викария. – Он громко рассмеялся. – Я, конечно, не отрицаю, что бедняга Рут прикладывается к бутылке. Он прекрасный врач и, что бы там ни говорили, расслабляется только в свободное от работы время. Жена у него, правда, настоящая фурия.
– А этот чудак, мистер Титмарш? – поинтересовалась Маргарет.
– Совершенно безобидный старик, моя юная леди, – заверил полковник. – Хотя и со сдвигом. Не моего поля ягода. Правда, его тут считают очень умным. Не удивляйтесь, если наткнетесь на него как-нибудь ночью. Я перепугался до смерти, когда впервые обнаружил его в своем саду. Подумал, это грабитель. – Он опять расхохотался. – Старик сказал мне, что мажет дерево птичьим клеем или еще какой-то гадостью. Он – энтомолог.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.