Библиотека java книг - на главную
Авторов: 52903
Книг: 129778
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Герои»

    
размер шрифта:AAA

Забавная мифология-2: Герои

Предисловие

Начнем, пожалуй, с флэшбэка.
Итак, вначале был Хаос, потом Уран и Гея, потом Крон и Рея, потом Крон сожрал своих детей, дети обиделись, замутили войну с титанами, запихали папу в Тартар и начали сами править миром. Образовалась верховная троица: Зевс на земле и в воздухе, Посейдон на море и Аид в... э, Аиде (ладно, в мире мертвых). Братья женились и размножались (кроме Аида, он в силу специфики профессии не любил детей). Братья завели себе свиты по вкусу и измывались над смертными, как только могли. Смертные отвечали богам взаимностью и, в попытках дотянуться до божественности, отжигали, как только можно (взять хоть Тантала, который попытался накормить богов человечиной!).
По идее, такое никогда не может наскучить, но богам почему-то наскучило. Сентиментально-сериальные развлечения в стиле "он полюбил ее, но она его не полюбила, и она стала деревом" показались пресными. Захотелось реального экшна, причем не ординарного боевичка, а чего пофантастичнее...
Вот тогда-то и появился род героев. Герои были все больше сыновьями Зевса, изредка – Посейдона. И смертных женщин, конечно. Героев вечно тянуло на квесты и подвиги, а потому прославились они тем, что истребляли редкую чудовищную фауну Древней Греции (медуз горгон, ехидн, химер и вообще, чем уникальнее была тварь, тем больше герои радовались). Людям, которых фауна поедала, такой оборот очень нравился. А фауне – не очень, но против богов не попрешь.
Первым по хронологии героем был Персей. Почти одновременно с ним где-то по земле шастал Беллерофонт. А через три поколения герои начали рождаться прямо пачками, с разницей в несколько лет: Персей был прадедом Геракла, Геракл был почти ровесником Ясона, там же еще где-то прыгают Тесей, Орфей и целая вереница других. При этом они еще встречались между собой, всячески затрудняя наш рассказ.
А рассказ у нас будет складываться из повествований о разных героях (и плевать на хронологию). Сначала поговорим о Персее, потом скажем пару слов о Беллерофонте, потом о Геракле, Ясоне и Тесее. А потом, может, еще до кого доберемся.
Ну, как говорится – в большой греческий путь!

Часть 1. ПЕРСЕЙНЫЕ ПОХОЖДЕНИЯ

Итак, судя по хронологии, первым, кто заявил о себе мощно, круто и в веках – был Персей, сын женщины и жидкости, храбрый джигит с божественными цацками, истребитель редкой фауны, любитель чего почернее, отчаянный штукатур и дедушкомочитель. Прадед Геракла и звезда в прямом смысле слова.
Все вышесказанное следует расписать под хохлому множеством словес, чем мы сейчас и займемся. И, конечно, начнем с того, с чего начинались все мифы о великих героях.
С пророчества.

1. У меня тут Зевса... натекло...

Когда царь Аргоса Акрисий узнал от оракула, что его должен убить внук, он почему-то совсем не обрадовался – а мог бы воскликнуть, что, мол, всё как у людей, даже как у богов, и пуститься в буйный пляс. Но вместо этого царь принялся хмурить бровь и подумывать, что делать с единственной дочкой, которая и должна была народить супостата.
Решение было найдено в стиле «Эврика»: Данаю заперли в подвал. Подвал проконопатили камнями и бронзой (чтобы уж точно никакой ушлый жених не пролез). И, вроде бы, учли даже все, но оказалось, что не учли Зевса, которому в погоне за женихательством не указ ни камни, ни бронза (да по сравнению с Герой это – тьфу и растереть!)
Громовержец закономерно заинтересовался – что ж такого-то там в подвале красивого прячут – и полез брать твердыню штурмом. История молчит о первых попытках (если вспомнить, что Зевс умел превращаться в животных – таки зря молчит история, колоритные картины). На беду верховного бога, подвал был выстроен в стиле «ни муравей не проползет, ни Громовержец не промчится». Но – и вот тут оцените логику – там, где не проползет и муравей – вполне может просочиться что-нибудь жидкое…
Находчивый Зевс перешел в жидкое состояние (золотого дождя, не подумайте чего!) – и, о радость, оказалось, что подлые греческие гастарбайтеры где-то недоконопатили. Так что вскоре у Данаи закапало с потолка, а через девять месяцев после этого родился мальчик – тот самый Персей.
Аэды (у них просто настрой какой-то – пропускать самое интересное) не описывают выражение лица Акрисия, когда он увидел на руках у дочери внучка. Длинный, яркий и ужасно нецензурный монолог, который сопровождал выражение лица, время от времени прерывался воплями: «КАК?! КАК, Тифон тебя через Ехидну?!»
Даная опускала глазки и бормотала что-то, что вот, накапало… кхм, малость.
Изобразив оглушительный фэйспалм, Акрисий приказал приволочь деревянный ящик побольше, проконопатить его («Хорошо проконопатить, кому сказано, а то бывали случаи!»), после чего закатал в сундук дочь и внука и с грустным вздохом выкинул в море.
Ну, а дальше все было примерно как у Пушкина:
В синем небе звезды блещут,
В синем море волны хлещут;
Туча по небу идет,
Бочка по морю плывет.
Словно горькая вдовица,
Плачет, бьется в ней царица;
И растет ребенок там
Не по дням, а по часам.
В конце концов, ящик выкинуло на берег острова Серифы, прямо в сети рыбаку Диктису. Диктис ящик открыл – и тут уже получилось не по-пушкински, а как-то по-довинчевски: вместо «Тятя, тятя, наши сети притащили мертвеца» перед рыбаком оказалась «Мадонна с младенцем». Ошалев от такого поэтичного выверта судьбы, рыбак отвел находку к царю острова. Вот на царском-то дворе Персей потихоньку и вырос.

Античный форум
Акрисий: У меня с потолка подвала капает Громовержец! От этого можно как-то избавиться?!
Крон: Я проверял, от ЭТОГО избавиться невозможно!
Гера: Что он делает у какого-то смертного на потолке?!
Посейдон: Сырость – это хорошо!
Аид: лол, попробуйте тряпкой.

2. Домогатели домогались-домогались...

Полидект, на царском дворе которого вырос Персей, оказался мужик не промах, решил, что он не хуже Зевса и полез женихаться к матери героя. Правда, без эффектных превращений в атмосферные осадки. Персея такой оборот дел совсем не устраивал, и он, недолго думая, заворотил царю оглобли (или превращайся в золотой дождь, как папа, или катись!). Полидект, который, как оказалось, был в чем-то еще и на Акрисия похож, насупил брови и начал думать – куда б услать ушлого сынишку.
Вариант с подвалом отпал еще на подлете (знаем, чем такое заканчивается), остался вариант более простой и заманчивый: спихнуть парнишу в квест со смертельным исходом.
– Значит так, сын Громовержца, – заявил Полидект. – Хватит тебе сидеть на казенных-то харчах. А ну взял ноги в руки и пошел за головой Медузы Горгоны! И тебе – подвиг, и мне – жизненно необходимая в хозяйстве вещь.
Тут опять приходится отвлечься на аэдов и передать героический ответ Персея:
– Ну, ладно, добуду я тебе ее голову…
И дополнить тем, что после этого Персей поинтересовался:
– …а это кто?
Выяснилось, что Медуза Горгона – колоритная личность. Когда-то она была красивой девушкой, к которой воспылал Посейдон. Но, не в пример своему брату, не стал рассказывать сказки про красивые глаза или превращаться в дождь, а просто совершил с Медузой действия определенного плана в храме Афины. Оскорбленная Медуза так громко рыдала о том, что «он не сказал мне, что у меня красивые глаза!!», что разозленная Афина превратила ее в чудовище. «Ну и все равно мне замужество не светило», – заметила Горгона и принялась носиться повсюду на золотых крыльях, раздирать людей чешуйчатыми руками и пить кровушку, всячески входя во вкус такой жизни. Сестры – Сфены и Эвриала – посмотрев на жизнь Медузы решили, что тоже хотят стать «веселыми монстрятинами» – и таки стали. В результате троица имела колоритное зрелище: змеи вместо волос, клыки-кинжалы, когти, чешуя, золотые крылья – красотища такая, что посмотришь – и в камень превратишься. Собственно, как раз народ и превращался. Толпами.
Из всех Горгон Медуза была единственной смертной, но непробиваемая броня и убийственность взгляда сводили смертность практически на нет. Но тут уже Персею начали вовсю помогать родственнички: Гермес презентовал свой меч, разрубающий любые сплавы, и сандалии-летяги; Афина отдарилась зеркальным щитом. В полезное снаряжение входила еще безразмерная сумка и шлем-невидимка.
По сути, так на войну не снаряжали еще никого.
Очень довольный таким снаряжением, Персей простился с матерью, вышел на дорогу, и тут до него дошло: где живут сестры-горгоны, никто попросту не знает.
Плюнув, герой надел крылатые сандалии и рванул по воздуху в неопределенном направлении, бормоча, что вот, божественные покровители, шлемы, мечи, сандалии… могли бы хоть приблизительную карту дать!!

Античный форум

Гермес: Дядя, ты даешь. Ты что, не мог сказать, что у нее красивые глаза?!
Посейдон: Я сказал, что у нее кривые ноги. Не оценила.
Афина: Этот Полидект такой странный. Выбрал одну смертную Горгону…
Посейдон: Мог бы выбрать бессмертную, да.
Гермес – Афине: А ты Персею точно победы хочешь?
Аид: Откуда у этого смертного МОЙ ШЛЕМ?!
Гермес покинул беседу.

3. Операция "Голову с плеч!"

Какое-то время Персей бесцельно бороздил просторы греческой вселенной, но потом Гермес сжалился, вмешался и пояснил ситуацию. Оказываются, местожительство Горгон известно старухам-Грайям (по сведениям – старшим сестрам Горгон), которые и сами-то живут не близко. Грайи примечательны тем, что на троих у них – один зуб и один глаз, которыми они и пользуются в строгой очередности (не органы, а переходящий вымпел!). При всем при этом старушки не промах и информацией обеспечены лучше, чем зрением и зубами. А потому расклад таков: подкрадываешься, крадешь у бабушек единственное достояние (не зуб крадешь! Да в кого ж ты такой тупой…), а потом подвергаешь допросу с пристрастием. Все, ТЗ получено, дуй воровать орган!
Персей, вооруженный до зубов стараниями родственничков, сильно озадачился. Что ни говори, парень уже морально изготовился головы рубать, а тут, оказывается, другие подвиги требуются… Но, поскольку сын Зевса был юношей послушным, то на остров к Граям все-таки отправился, дождался торжественной передачи глаза и упер оный у бабуль из-под трех носов.
После чего со спокойной совестью дождался коллективного вопля «Хулиганы зрения лишают!» – и предложил сменять глаз на информацию. Оживившиеся Грайи попытались раскрутить Персея еще на пару зубов («Милок, у тебя их полным-полно, ну что тебе стоит»), не преуспели и выложили все, что знали: практически точный адрес в духе «Ну, это далеко-далеко, на крайнем западе, где царствует мрачный бог Танат и его мать Нюкта».
– Спасибо, облагодетельствовали, – не растерялся Персей, вернул глаз ближайшей Грайе и полетел «далеко-далеко на крайний запад».
Кто другой, имея на руках такое количество информации, попал бы не на остров Горгон, а в гости к Танату. Но Персей был героем и долетел, куда нужно. Причем, еще и хорошо подобрал время: сестры как раз напились кровушки, раскинули крылышки и дружно сопели на своем острове: руби – не хочу.
Тут случилась еще одна заминка. Поскольку Горгоны были тройняшками, они оказались (кто б подумал, а?) одинаковы с лица. Существовала опасность рубануть одну из бессмертных Горгон и все-таки проверить на себе гостеприимство Таната. Пока Персей изображал вокруг Горгон комара и маялся вопросами типа «А если всем трем головы снести – они прирастут? А если одна не прирастет – это та, которая мне нужна?» – опять вмешался Гермес. Тяжко вздыхая, он показал на одну из Горгон и заверил, что – вот тебе Медуза, давай уже, чикай голову, а то с вашими подвигами мне свои дела делать некогда…
Подвиг проходил по всем героическим правилам. Герой подлетал к чудовищу на крылатых сандалиях, невидимый – и еще смотрел только в отражение щита, а то мало ли, глаза откроет, а помирать неохота. Горгона на поползновения героя реагировала храпом и слабым шевелением змей на голове. Гермес отчаянно закрывался ладонями где-то в сторонке и бормотал, что «да надо было мне самому этой твари голову отрубить, проще б было…»
Наконец Персей решил, что инструкцию по технике безопасности при общении с Горгонами он выполнил сполна, достал волшебный меч и свершил неимоверный подвиг: снес голову спящей Медузы. Голова не успела еще возмутиться («зачем же так будить?!»), как была уже засунута в волшебную сумку, а герой со всех сандалий несся от острова подальше. Потому что две оставшихся и бессмертных Горгон проснулись, и вид обезглавленной сестры им совсем не понравился.
Какое-то время в небесах разворачивалась игра «залови невидимку», потом Горгоны поняли, что тупо нарезают круги по воздуху, а героя-то уже и нет… И вернулись на остров, где их к тому же ожидало то еще зрелище: из тела Горгоны с потоком крови родились белоснежный крылатый конь Пегас и великан Хрисаор (только что было только тело, а тут – кони какие-то, великаны…)
Персей в то время был где-то уже над Ливией, причем зверски ругался, потому что в волшебной саморасширяющейся сумке оказался недостаток: она гнусным образом протекала. Кровь Медузы падала на землю, превращалась в змей и начинала сходу кусать ливийцев.
В общем, Сфена и Эвриала остались злыми, в небесах появился крылатый конь, на земле – новый великан, а Ливия стала пустыней, но главное – великий подвиг таки совершился.

Античный форум

Грайи: Этот гадский герой испортил нам глаз! Вернул каким-то косым и близоруким!
Зевс: Зато великий подвиг.
Сфено: Ха, глаз! Этот герой нам сестру испортил! Вместо нее – конь какой-то.
Зевс: Зато подвиг!
Танат: Задолбался косить ливийцев. Кто туда змей напустил?!
Зевс: Э-э-э…
Аид: Между прочим, брат, мог бы и получше экипировать героя на подвиг.
Зевс: ЕЩЕ лучше? Издеваешься? Как?
Аид: Дать ему молнию, гы-гы.

4. Во саду ли в огороде бегают Атланты...

Совершить великий подвиг, а потом еще мотаться по небу с головой Медузы за плечами – это вам не оливки лузгать. Эту нехитрую истину Персей почувствовал на себе и очень скоро: из живота что-то взывало к милосердию, глаза слипались, да и вообще, пережитый стресс – великий подвиг же! – давал себя знать.
Основная загвоздка была в том, что край света не был оборудован гостиницами, тавернами и постоянными дворами. А потому, оказавшись во владениях титана Атланта, Персей очень обрадовался.
Ибо владения были буржуинскими, с пышными садами и большими стадами, что намекало на приятный отдых.
Хозяин, впрочем, тоже был типичный буржуин и охранял свои владения куда как рьяно. Особенно он трясся над яблоней с золотыми яблочками. Картина «титан Атлант над фруктом чахнет» осложнялась еще и тем, что правдолюбивая Фемида выдала титану предсказание: мол, бойся, Атлант, бойся, придет к тебе однажды сын Зевса, да и обнесет твой сад и утащит твои золотые яблочки. Опасаясь подлого разбоя, Атлант обнес свой сад сам. Забором. С которого, видимо, потом брали проект для Великой Китайской Стены. Потом посадил под забором огнедышащего дракона. Но сердце чуткого садовника таки стучало неспокойно.
Можно представить, что это самое сердце вытворило, когда к титану в дом на крылышках впорхнул дружелюбный и ничего не подозревающий Персей и первым делом выдал:
– Приветик! Я – сын Зевса, не пустишь ли меня к себе на отдых и покушать?
В сердце каждого садовладельца живет тайный сторож Митрич с двустволкой. Он древнее титанов. Этот зловредный дух как раз и проснулся в сердце у Атланта, так что сын Япета и брат Прометея принялся, потрясая кулаками, вопить:
– У-у, фулюганы, лазют тут, яблоки тырют! У-у, пшел вон, а то уши оборву! У-у, у меня тут лук, солью заряженный, – (короткое замыкание в мозгу: солью?! а, плевать). – Дракона спущу, ремнем отшлепаю, брысь отседа!!!
Ошеломленный Персей заикнулся было о том, что вот, великий подвиг… Медуза… на что получил в ответ, что титан и не такую брехню слыхивал, и вообще, у титана внук – Гермес, так что на враки уже пару столетий иммунитет.
После чего дух садовника с двустволкой возобладал, и Атлант твердо решил выкинуть Персея из своего дома кверху тормашками.
Персей, некормленый, невыспанный и злой, из дома-то вышел сам. А вот уже потом разошелся не на шутку – мол, сыновей Громовержца и великих героев гнать?! А подарочка за такую ласку не хочешь, дядя?!
И вытащил из сумки голову Медузы Горгоны с отчаянно выпученными глазами.
Титан, конечно, отвернуться не успел и закаменел на славу, так, что уперся даже в небо на веки вечные.
Персей плюнул, из чистого благородства не стал покушаться на хозяйские яблоки и убрел искать другое место для отдыха, бормоча при этом, что, оказывается, голова Горгоны – ужасно нужная в хозяйстве вещь…
После такой аналитической выкладки его точно ждали великие дела.

Античный форум:

Зевс: Я что-то не понял! Гермес, ты же мне отчитывался, что заставил деда принять небесный свод на плечи?
Гермес: Ну, да.
Зевс: А он – ходит, машет руками, еще в доме сидит. И Персей теперь заставил принять его на плечи небо.
Гермес: Ага ж.
Зевс: Но он сейчас уже окаменел.
Гермес: Так точно, ага.
Мойры: Да ну, как же, он потом с Гераклом только так трепаться будет!
Зевс: Да как это понимать?!
Гермес: Ты еще не слышал, что аэды про тебя сочиняют)

5. Вкуссненькая рыбка, голлм, голлм...

К тому времени, как Персей на своих аэросандалиях домахал до Эфиопии, ему уже не хотелось не то что яблок – в принципе ничего. Правда, подлетая к царству Кефея герой малость взбодрился при виде интересной картины: «А что это там на скале такое черненькое белеется? О, оно еще и плачет! О, так оно еще и девушка? Это я удачно зашел…»
Правда, аэды выдают какие-то варианты, что Персей чуть не принял девушку за прекрасную статую из белого мрамора, но, наверное, врут. Из мрамора – может быть, но вот белого – очень вряд ли, потому что девушка, на минуточку, была коренной эфиопкой. А именно – дочкой самого царя Кефея Андромедой. И болталась она на скале совсем не от праздности душевной. И даже не потому, что прогневала богов. И даже не (по примеру Прометея) для того, чтобы ей клевали печень. То есть, гнев кое-кого правда имел место, но речь шла уже совсем не об одном органе…
Если по порядку, то мать Андромеды, Кассиопея прогневала морских нимф заявлением, что она красивее их. Нимфы, вместо того, чтобы постучать костяшками пальцев по головам, всерьез обиделись и пошли с челобитной к Посейдону. Посейдон, который нимф шибко любил как подданных и просто так, иногда в частном порядке, выслал на земли Кефея славную монстрятину.
Монстрятина последовательно пережрала: приманку у рыбаков, рыбу у рыбаков и даже частично самих рыбаков. Когда водная пакость принялась за корабли, народ пошел к оракулу, от которого и получил логичный ответ: «А вы отдайте на растерзание чудищу дочку Кассиопеи, авось, полегчает».
Вдохновленный народ не стал особо спрашивать разрешения у царя и царицы, так что Андромеду споро пристегнули к скале, украсили лавровым венком (с приправкой оно вкуснее) – и пожелали счастливо оставаться под морским бризом.
Услышав такую трагическую историю и увидев красивую, хоть и излишне загорелую девушку в беде, Персей тут же влюбился и возжелал объект любви спасти от участи вкусного полдника. Но перерубать цепи волшебным мечом почему-то не стал, потому что «лучше я совершу великий подвиг!!»
Объект будущего подвига уже всплыл с морского дна, унюхал полдник и бодро нацелился на скалу с царевной.
Кассиопея и Кефей, увидев морское диво, прибежали на берег и принялись обнимать дочь, вопя и голося.
В этом сумбуре Персей проявил себя как истинный сын Громовержца.
– Спокойно, граждане! – заявил он. – Я, на минуточку, сын Зевса и совершил великий подвиг – убил Медузу. Могу еще один совершить, исключительно ради большой любви к вашей дочери. Только… это… мне бы уточнить… а дадите дочку в жены?!
Малость прибалдевшие родители пообещали не только дочку в жены, но и царство в придачу и даже еще к нему печенек. Про печеньки Персей уже не слышал. Когда он увидел, какого размера рыбеха подплывает к скале, голод вскипел в его крови с новой силой, а потому он окончательно отбросил сомнения и рванул забарывать монстра.
Голодный герой и голодное чудовище сошлись в эпическом поединке. Голову Медузы Персей, повинуясь ясным стратегическим импульсам, использовать не стал (каменное нельзя съесть), а потому усердно тыкал монстра мечом с высоты. Монстр лупил хвостом, пытался сбить героя с сандалий и вообще очень обижался, что ему не дают законно покушать.
В конце концов крылышки на сандалиях Персея намокли. А поскольку принимать ванны с монстрами в его планы никак не входило – то он, выкрикнув для поднятия духа: «Я все равно наконец поем!!!» встал ногой на скалу и прикончил рыбку окончательно.
После чего Андромеда была раскована, и родители торжественно повели домой и ее, и новоявленного жениха.
Последний, впрочем, тоскливо оглядывался назад, рвался из рук и бормотал что-то о вкусненькой рыбке…

Античный форум:

Зевс: Ну, и как эта дрянь у берегов Эфиопии называется?
Гермес: Э-э… Персей?
Зевс: Я о монстре.
Посейдон: Это был коллекционный гуппи из моего аквариума!
Зевс: Брат, ты завязывай там с мутациями. Сколько уже тебя и Аида прошу…
Аид: Сначала подкинут вотчину с залежами урана, потом обижаются.

6. Ты виноват лишь в том, что хочется мне…

По основному закону, действующему в античных мифах – то есть по закону подлости – на свадебном пиру Персею тоже спокойно поесть не удалось. Сначала, понимаете ли, надо принести благодарственные жертвы богам (и нет, барана есть нельзя. Нельзя, кому сказано, это для богов! Тьфу ты, оттащите героя от барана, он еще сырой… живой… ну, ладно, уже только сырой, но все еще для богов…), потом знакомство с родственниками и прочие церемонии, потом речи и тосты, а потом «Так он же совершил великий подвиг! Расскажи нам, о герой, о своих свершениях!» Когда же сладостная минута наконец наступила, Персей раз двадцать повторил, как именно он героически убивал страшную Медузу и вонзил зубы в жаркое – во дворце поднялся гром, крик, и в пиршественный зал ввалился первый жених Андромеды. С копьем, при войске и при непраздничном настроении, потому как: «Пропала царевна, невеста моя-а-а!», и «А ну, отдайте, чего забрали!”, и «Где этот герой, который у меня почти жену увел?»
Герой, слившийся с барашком в страстной гармонии бытия, не прореагировал. Поэтому встал отец Андромеды и тактично напомнил горячему эфиопскому парню Финею, что невесту-то его хотели чудовищу отдать… не припоминаешь? В цепях там на скалу повесили и все такое… А вот Финея в эти трогательные мгновения рядом не наблюдалось.
На это горячий эфиоп буркнул что-то вроде того, что он «за копьем ходил» и в подтверждение этим же копьем запустил в Персея. Тем самым оторвав того от барашка.
Фактически, Финей подписал себе и своим спутникам смертный приговор.
С воплем, выражавшим весь трагизм своей Ананки: «Да дадут мне сегодня пожрать?!» – Персей вскочил и отправил копье по обратному адресу (и даже почти попал). После чего, особенно яростный по той причине, что «А счастье было так возможно, так близко…», выхватил меч и принялся рубать супостатов. С Олимпа к брату принеслась Афина со своей эгидой, и под ее прикрытием герой какое-то время преспокойно усеивал пиршественный зал телами врагов. Тела, правда, сопротивлялись, как могли, здраво рассудив, что тут вон свадьба, пир… вот этого бешеного убрать и можно хорошо попраздновать.
Что произошло дальше – тут аэды выражаются туманно. То ли у Афины нашлись другие дела, и она унеслась куда-то по ним, а Персея окружили… То ли рука бойца рубать устала, то ли вокруг полегло слишком много народа… В конце концов, может быть, какой-нибудь ушлый друг Финея прихватил со стола баранью ножку в пылу боя – так или иначе, но Персей выдал: «Ну, бойтесь, сволочи!» – и схватился уже не за меч, а за торбу. При этом скомандовал: «Кто со мной – отвернуться! Врагам – смотреть на меня, сейчас вылетит птичка!!» – и, согласно аэдам, всем друзьям хватило ума отвернуться, а всем врагам – хватило ума посмотреть…
После чего зал украсился большим количеством каменных статуй в разных позах, потому что из торбы появилась не птичка, а голова Медузы – с неизменно работающими глазами. Единственным уцелевшим оказался горячий эфиоп Финей, который по причине своей горячности не успел сообразить – друг он или враг, а потому отвернулся.
Увидев, что в друзьях у него – сплошные статуи, Финей безоговорочно признал право Персея на жену и жаркое и робко так поинтересовался: а может, не надо, а?
– Надо, Финя, надо! – твердо отвечал Персей, протягивая ему голову Медузы.
В зале стало на одну статую больше, уважаемые гости вылезли из-под столов, а великий герой сунул оружие обратно в сумку, сел и все-таки доел жаркое.
Так что свадьба в целом получилась нормальная греческая.

Античный форум:

Гера: Он вообще что-нибудь сам делать умеет?! С женихами ему Афина помогала…
Зевс: Спокуха, все не так критично. Зато у него уже не было шлема: он отдал его нимфам…
Аид: Каким нимфам?!
Зевс: Аэды поют, что Персей получил шлем от нимф…
Персефона: От КАКИХ НИМФ?!
Аид: Кому он отдал МОЙ ШЛЕМ?!
Гермес: Каменные изваяния воинов-эфиопов по сходной цене. Оптом, в розницу.

7. Так он же памятник!

Долго в царстве Кефея Персей все-таки решил не оставаться: он взял жену, поправил торбу и вернулся на Сериф к великому домогателю Полидекту. И почти сразу обнаружил, что Полидект в своих домоганиях времени зря не терял. Даная, спасаясь от приставучего царя, окопалась в храме Зевса и перешла на осадное положение. В храме Полидект Данаю не преследовал, справедливо опасаясь молний или золотых осадков. Зато время от времени бродил в окрестностях, отчего Данаяпугалась за свою честь и окапывалась в храме прочнее.
Разозленный видом активно окапывающейся матери, Персей рванул в дворец и успел, конечно, на пир (потому что в песнях аэдов цари больше ничем не занимаются). И, само собой, с порога заявил:
– Я совершил великий подвиг и выполнил твое поручение!
…сначала Полидект честно пытался вспомнить, кто такой Персей. Потом, еще больше удивляясь, начал вспоминать, какое поручение ему давал. Потом – уже совсем долго – вкуривал, почему Персей вообще жив, с таким-то поручением…
Потом, разумеется, начал ржать и тыкать пальцем, потому что «Гы-гы, а это не капустный кочан у тебя там в мешочке?»
Персей привычным жестом потянулся к своей сумке, приговаривая: «Так тебе доказательства нужны? Сейчас вылетит птичка…»
Через пару секунд в зале некаменным остались Персей, голова Горгоны и пиршественный стол. Герой посмотрел на статуи Полидекта со товарищи, резюмировал: «Хорошо пошло, нормальный мрамор», прихватил со стола горсть оливок и пошел сообщать матери, что можно больше не окапываться.

Античный форум

Танат: Заберите у этого *цензура* голову этой *цензура* Медузы! Мне долго еще отсекать пряди *цензура* у каменных статуй?!
Гермес: Чур, я забираю. В мире спрос на каменные скульптуры, хочу открыть дельце.
Танат: Я… тебя…
Гермес: Деньги пополам. Я с головой Медузки, ты с лобзиком для прядей, под мастерские подземный мир сойдет.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.