Библиотека java книг - на главную
Авторов: 52036
Книг: 127591
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Возмездие: Перезагрузка»

    
размер шрифта:AAA

Сергей Працюк
Возмездие: Перезагрузка

ГЛАВА 1

Скопление Крест Агандаура, система Пегас военная база 27-го флота Турианской Иерархии 1 декабря 2184 года

Получив разрешение, майор ВКС Турианской Иерархии Карт Варелиан, по прозвищу «Синеус», развернул свой «Берет» и стал заходить на посадку. Корабль, к экипажу которого он был приписан, был новеньким авианосцем, введенным в состав 27-го флота Иерархии всего две недели назад, который носил гордое имя «Детонатор». Однако сказать, что корабль впечатлил Карта, было нельзя.
Тяжелый крейсер «Сенешал» — вот это был настоящий боевой корабль! Именно туда три года назад был назначен молодой офицер Карт Валериан для прохождения службы. Крейсер достойно нес знамя Иерархии к звездам и погиб во время Битвы за Цитадель, прикрывая эвакуацию гражданских транспортов со станции.
Отогнав грустные мысли, Карт осуществил прилив гордости — ему доверили командование всем крылом истребителей на борту «Детонатора»… но какой, к Духам, это боевой корабль?
Один из его друзей рассмеялся, услышав о новом назначении Карта.
— Что ты называешь боевым звездолетом? Без пяти минут братская могила, вот тебе определение нового класса кораблей, — заявил Рафин, и Карт был вынужден согласиться.
После Битвы за Цитадель турианские аналитики подробно разобрали все действия союзных флотов. Если раньше командование Палавена снисходительно посмеивалось, глядя на несущие крейсера Альянса, то теперь они не могли не признать высокую эффективность этого класса кораблей. Возможность одновременного запуска почти сотни истребителей с палубы одного авианосца против десяти со стандартного турианского крейсера существенно расширяла операционную функциональность флота.
Поэтому турианцы попросили людей помочь в разработке проекта нового корабля. Авианосцы были призваны хоть как-то закрыть дыры, возникшие после Битвы за Цитадель и последующей войны с гетами. Но как всегда бывало, переговоры не были легкими.
Непрерывно обсуждались достоинства и недостатки несущих крейсеров Альянса разных типов и серий. В результате долгих и нудных дебатов был выработан проект «Конкорд». По классификации Альянса Систем, это был легкий эскортный авианосец. Но турианцы сочли его достаточно дешевым и обладавшим хорошей боевой эффективностью, поэтому присвоили ему класс ударного авианосца.
Для этого восемьдесят четыре транспорта были реквизированы командованием Иерархии и переоборудованы в авианосцы. Карту было достаточно одного взгляда, чтобы понять всю глупость этой затеи.
Идея, конечно, неплохая, но исполнение было неудовлетворительным. Кто, например, придумал одну палубу для взлета и посадки? Запасной не было — хотя летные ангары были одними из самых уязвимых мест на кораблях, и можно было легко представить последствия нескольких попаданий. Если противник разрушит летную палубу, он моментально сделает целый еще корабль беспомощным и потом спокойно может добить его. Стандартные авианосцы Альянса располагали двумя такими летными палубами, которые неплохо дублировали друг друга.
Правда, было общеизвестно, что в Битве за Эпсилон Центавра у авианосцев Пятого флота Альянса «Гарибальди» и «Наполеон» взрывами торпед разворотило обе палубы так, что корабли едва не погибли. В результате в соответствии с изменившимися требованиями боевой обстановки и новейшими достижениями конструкторской мысли Генеральный штаб Альянса Систем постановил, что на авианосце должно быть три, даже четыре летных палубы.
Старые корабли начали переоборудовать, а новые закладывались с учетом новых требований. И вдруг кто-то в Верховном Командовании Палавена положительно отозвался об эффективности подобной конфигурации, которая могла быть быстро реализована! Почему бы и нет, если технология дешевая?!
Подходя к кораблю, Карт на секунду отвлекся, чтобы осмотреться. В носовой части турианского авианосца был смонтирован тяжелый четырехствольный кинетический ускоритель, спроектированный с такого же аналога на эсминце Альянса, но к конструкции турианского корабля он был мало приспособлен. По обоим бортам можно было видеть выпуклые башенки гамма-лазерных батарей вспомогательной артиллерии. Заходя на посадку, майор увидел восемь пусковых труб торпедных аппаратов, размещенных в нижней части «Детонатора».
Карт вздохнул, ему хотелось верить, что лазеры и торпедные аппараты сплошь новейших систем, способных выпустить десятки самых современных снарядов. Но он знал о бережливости турианского командования и был склонен подозревать, что на корабли проекта «Конкорд» закупалось устаревшее оборудование.
При посадке Карт чуть было не зацепился за ограждение, ударившись правым крылом. Гермодверь ангара была слишком узкой, что заставляло пилота отслеживать каждое свое действие. Карту это было непривычно, и последние радостные предвкушения от знакомства с новым кораблем Иерархии окончательно растаяли как дым. На «Детонаторе» оказалась жуткая теснота, гораздо хуже, чем на крейсерах. При малейшем неосторожном движении пилот рисковал куда-нибудь влететь.
Да, ожидания от нового корабля оказались диаметрально противоположными реальности. Правда, Карт тут же обругал сам себя. Он позволил себе вольность критиковать решения командования, и это в то время, когда все Пространство Цитадели испытывало тяжелые лишения в затянувшемся конфликте с гетами.
Пятнадцать месяцев назад произошло событие, которое разделило всю историю галактического сообщества на «до» и «после». Массированная атака гетов на Цитадель привела к колоссальным потерям, как среди наземных войск Иерархии, так и подразделений флота, приписанных к станции. Дредноут «Неустрашимый», краса и гордость турианского флота, по огневой мощи превосходивший азарийский «Путь Предназначения», был уничтожен в течение первого часа боя. Иерархия потеряла в том бою четыре дредноута и пятьдесят семь крейсеров, практически пятую часть своего боевого флота.
Трудно предсказать было бы последствия, если бы своевременно не прибыл флот Альянса. Благодаря смелой контратаке землян, остатки Флота Цитадели смогли перегруппироваться и разгромить синтетиков. Но вот цена вопроса оставалась слишком высокой. Геты разорили несколько планет Альянса и Иерархии, находившиеся на их пути к Цитадели. Экономика этих колоний до сих пор восстанавливалась.
За последний год война шла с переменным успехом. Крупных столкновений на уровне флотов уже не было. Но вот нападения одиночных рейдеров синтетиков на торговые пути Пространства Цитадели приняли колоссальные масштабы. Дошло до того, что уже формировались смешанные конвои и в состав эскорта иногда включали тяжелые крейсера и даже дредноуты. Все это приводило к тому, что уже не хватало кораблей держать границу с пространством гетов.
Истребитель, тем временем, начал проход кинетического барьера, и Карт, вздохнув, позволил себе осмотреться. В ангаре «Детонатора» было пятьдесят квадратных метров свободного пространства. Слева он увидел истребители точечной защиты М-54C «Эспада», а справа ровно в ряд стояли истребители-бомбардировщики М-57Б «Меч».
Карт ещё не думал по поводу этой машины — результата напряженной работы земных и турианских инженеров, перед глазами которых стоял истребитель-бомбардировщик Альянса «Аполлон». Оригинальную модель пришлось срочно переделывать, когда выяснилось, что ангар авианосца не вмещал стандартные модели турианских бомбардировщиков, которые хоть и зарекомендовали себя в боях довольно хорошо, но их громоздкие контуры никак не вписывались в такие тесные габариты.
Движение в таком маленьком ангаре было делом трудным и требовало определенного мастерства. Карт резко активировал все тормозные системы и плотно прижал мандибулы к щекам, когда «Берет» от такого маневра слегка развернулся вправо. Из-под правой треноги брызнул сноп искр, и турианец из палубной обслуги мгновенно отскочил.
Все три опоры истребителя жестко коснулись палубы, и «Берет» начал скольжение, покачиваясь корпусом, пока не замер практически вплотную от заграждения. Прикрыв глаза, Карт только вздохнул. Хороший турианец никогда не ругал начальство, эта истина была усвоена ещё с военной школы. Все, что требовалось, это прилежное выполнение своей работы.
Карт открыл глаза и отметился в вахтенном журнале. Перед отключением двигателя он дважды проверил приборы и записал в журнал все последние показания. Тем временем, к носовой части «Берета» уже был приставлен трап и начал подниматься механик, чтобы принять машину.
Карт очень ответственно относился к своему делу. Удостоверившись, что всё в порядке, он отключил генератор масс-поля и заглушил масс-ядро. Тот, кто ленился проводить процедуру двойной проверки систем безопасности, платил за это если не жизнью, то отделывался очень болезненными ощущениями. В ситуации если проблема все-таки была и срабатывала аварийная тревога, защитная система, если она, конечно, ещё работала, мгновенно осуществляла автоматическое катапультирование пилота. Легко представить себе последствия в подобном тесном ангаре.
Быстро набрав код доступа на панели, которая была у него над головой, Карт авторизовал механизм открывания кабины.
— Приветствую Вас на борту, майор Варелиан!
— Духи, не ожидал тебя здесь увидеть, Ксирит!
Турианка развела мандибулы в дружеской улыбке.
— Значит, тебя тоже назначили сюда, — произнес Карт, улыбнувшись в ответ.
С Ксирит он был знаком уже около двух лет. В составе экипажа крейсера «Сенешал» они были участниками Битвы за Цитадель.
— Мы здесь не одни из нашего узкого круга, — просветила она. — Генерал Рэнс перетащил сюда тридцать кадровых турианцев, этому авианосцу нужны толковые мастера. Остальные, однако, молодняк прямо из школы.
Карт покачал головой.
— Хотелось бы надеяться, что нам не сразу в бой, — плотно поджав мандибулы, высказался он.
— Корабль не так плох, как он выглядит, — турианка прикрыла правой ладонью лоб.
— Очень хочется в это верить, Ксирит.
— Командир корабля ждет, будет нехорошо, если Вы задержитесь.
— И то правда, — согласился Карт и осторожно поинтересовался. — Что мне следует ожидать от него?
— Лучше один раз увидеть, чем несколько раз травиться, — турианка уклонилась от прямого ответа.
Знаменитая дипломатия военных, невзирая на расовую принадлежность, состояла в том, что диалог с начальством следовало вести по принципу необходимого знания, то есть, строго фильтруя собственные мысли на сей счет.
Наконец, Ксирит, коротко кивнула ему и спустилась по трапу. Карт снял шлем и закрепил его в специальном креплении на спине.
Спрыгнув на палубу, майор повернулся к лифту, откуда можно было попасть на другие палубы корабля. По пути он ощущал любопытные взгляды. Их можно было понять: в конце концов, он был назначен новым командиром. Карт старался не обращать внимания, ряд сверкающих истребителей привлек его внимание не меньше.
По крайней мере, машины выглядели как новые. Это было не столько хорошо, сколько плохо — в новых истребителях всегда были латентные технические дефекты, которые проявлялись обычно в течение первых двухсот часов летного времени. Эскадрильи «Беретов» и перехватчиков находились позади «Мечей», что не лезло ни в какие ворота. Устав предписывал поднимать в космос сначала легкие машины, что в текущих условиях не представлялось возможным. Для этого требовалось сначала убрать тяжелые бомбардировщики.
Карт вздохнул. Заимствованная у землян концепция авианосного флота была очень хорошей идеей, воспринятой турианским командованием. Но сколько же проблем это влекло за собой?
Прямо сейчас он испытал искушение через Ксирит передать приказ, чтобы боевые машины переставили, но вовремя сдержал себя. В соответствии с Уставом сначала нужно познакомиться с офицерами и самому растолковать им всё необходимое.
Как только лифт прибыл на уровень БИЦ, раздался короткий сигнал горна. Карт поджал мандибулы от неудовольствия, этот ритуал был ему знаком: предстояло официальное приветствие по случаю его появления на борту «Детонатора».
Выйдя из лифта, майор увидел двенадцать операторов боевой вахты, синхронно ударивших себя в грудь. Ритуал воинского приветствия в войсках Иерархии соблюдался четко. Кулаком правой руки офицер один раз бил себя в грудь при обращении к другому офицеру. Потом в обязательном порядке тот, кого встречали, должен был отсалютовать тремя ударами в грудь, повернувшись лицом к знамени, если оно было в пределах видимости.
Вот и сейчас Карт тоже вытянулся и отсалютовал сначала флагу Иерархии и вымпелу 27-го флота, чьи голографические изображения колыхались у переборки командного пункта, а потом офицерам, которые его синхронно приветствовали, едва он только вышел из лифта.
— Прибыл к прохождению службы, — буднично сообщил Карт, сдерживая нараставшее внутреннее раздражение, которое, однако, никак не проявлялось внешне.
— Добро пожаловать на борт КТИ «Детонатор», сэр, — ответил старший оператор и ударил себя кулаком в грудь.
Карт продолжал стоять и стал осматриваться. БИЦ авианосца в принципе не отличался от общепринятых стандартов во флоте, и, к своему удивлению, он заметил высокую темную фигуру в дверном проеме отсека связи. Очень, очень знакомого турианца!
«Да это же Рокет-ден!» — обрадовался Карт, когда тот тоже заметил его.
Это был бывший легионер, перешедший во флот полтора года назад и зарекомендовавший себя неплохим пилотом. За свою карьеру побывал в рулевой рубке всех кораблей классом ниже крейсера. Капитан-лейтенант Яшири Армаус с полностью отсутствовавшими на лице клановыми татуировками, что было признаком низшей касты турианского общества. Скорее всего, именно происхождение делало Яшири малообщительным меланхоликом с узким кругом друзей, что, однако, не мешало ему быть превосходным пилотом. Он хлопнул себя кулаком в грудь, приветствуя своего друга, но в первую очередь своего нового командира. Кумовство в турианских войсках не поощрялось.
— Я бы не рекомендовал тебе, чтобы командир корабля ждал долго.
Карт отсалютовал в ответ и раздвинул мандибулы в широкой ухмылке, радуясь приятной встрече с другом. Они направились к лестнице, ведущей на жилую палубу.
— Я рад, что мою просьбу удовлетворили, — довольно сказал Карт.
— Какая просьба?
— Когда генерал Рэнс произвел меня в майоры, с задачей, чтобы я принял командование крылом на «Детонаторе», он сказал, что я могу взять, кого пожелаю.
— Теперь ясно, кого надо благодарить, что мне не дали насладиться отпуском на Цитадели и отправили на это недоразумение, — с тяжелым вздохом произнес Рокет-ден.
— Не обижайся, но мне нужен здесь тот, на кого я смогу положиться. Примешь под свою опеку эскадрилью бомбардировщиков.
— Слышу, слышу уже гром барабанов судьбы, что конец близок. Вот уж не знал, что друг так постарается, чтобы это произошло, — проворчал Рокет-ден.
— Ничего себе, Яшири! Ты получил почетную должность на новом корабле Иерархии — и снова недоволен? Что тебе ещё надо? Ты говори, не стесняйся.
Рокет-ден пренебрежительно скривил мандибулы.
— Да, благодарен я, можешь не сомневаться. Ты можешь гордиться собой, что сделал все, чтобы я на крейсерской скорости отправился к Духам. Ну, что ж, моя семья, наконец, может получить место в обществе.
— Ладно, не ворчи. Расскажи лучше про командира нашего корабля.
— Не вижу смысла. Сейчас вы встретитесь, он уже ждет тебя, — Рокет-ден махнул рукой на дверь каюты и, не произнеся больше ни слова, потопал, вероятно, в направлении кают-компании.
Карт активировал инструментрон и послал вызов на консоль дверного замка. Последовала пауза, настолько долгая, что он уже был готов повторить вызов, как прозвучал сигнал и красный свет сменился на зеленый.
Створки разошлись в боковые пазы, пропуская Карта, и тотчас сомкнулись за его спиной. Командир авианосца «Детонатор» стоял спиной к двери и был занят внимательным изучением трехмерной голографической карты сектора. Он был невысок и выглядел как турианец, глубоко задумавшийся, или, может быть, пытавшийся решать важные задачи.
Карт почувствовал неловкость. Это чувство усилилось, когда он случайно посмотрел на командирское кресло и заметил, что кожа на нем медленно расправлялась. Так бывало, как будто там только что кто-то сидел и вскочил, услышав вызов от консоли замка.
Томительное ожидание продолжалось еще некоторое время, точно в каюте кроме командира больше не было никого. Наконец, тот повернулся, глядя не на Карта, а куда-то вверх. Глаза были зеленого цвета и словно оценивали окружающий мир на невидимых весах. Череп уже серьезно закостенел и заострился, обычно аккуратный для турианцев нос как-то странно разбух и покрылся налетом желтизны.
«Любит выпить», — машинально резюмировал Карт, и это открытие не порадовало его.
— Майор Карт Варелиан?
Карт опомнился и, вытянувшись, ударил себя в грудь. Командир корабля оценивающе рассматривал его и, выдержав паузу, отсалютовал в ответ.
— Я следил за вашей посадкой. Мне показалось, что Вы немного неуверенно шли. Да, именно так — не очень уверенно.
Карт промолчал. Он был согласен, посадка так себе, но говорить, что он был не уверен… Однако, майор не посчитал нужным объясняться.
Командир по-прежнему рассматривал его со странным выражением во взгляде. Наконец, его мандибулы разошлись в подобие улыбки.
— Как самочувствие генерала Рэнса?
— Командующий флотом был здоров и бодр, когда мы виделись в последний раз, сэр.
Тот кивнул с серьезным лицом, словно Карт ему только что сообщил важную новость в галактике.
— Я просмотрел ваше личное дело, Варелиан. Вы были участником бунта на крейсере «Сирануш» полтора года назад или около того.
— Да, сэр, — невозмутимо ответил Карт, он не хотел оправдываться, этого желания не было тогда, не было его и сейчас.
— Плохое дело. Недостойное турианского воина дело.
— Думаете? — переспросил Карт.
В ходе официального расследования обстоятельств того дела все мотивы и действия были подробно разобраны. Действия командира крейсера были признаны незаконными, более того не только в рамках Турианской Иерархии, но и Пространства Цитадели. В соответствии с одним из пунктов Соглашений военный корабль Иерархии обязан придти на помощь любому, кто терпел бедствие, независимо от расы. Неважно, кто это был — законопослушные колонисты или пираты. Командир крейсера «Сирануш» нарушил это правило, поэтому решение экипажа о его отстранении от командования было признано правильным. Карта не только полностью оправдали — но ещё и вручили награды как от командования Палавена, так и Альянса Систем, чем он и заслужил высокое доверие в штабе.
— Именно так, Варелес. Грязное дело.
— Варелиан, — сухо поправил его Карт.
— Да, именно.
Командир авианосца отвернулся к карте, приняв вид турианца, занятого глубокими размышлениями. Когда он снова вернулся к Карту, лицо его было довольным.
— Я, коммодор Кассиус Лайон, приветствую на борту нового командира крыла КТИ «Детонатор».
Карт по-уставному склонил голову к правому плечу, отсалютовал командиру, ударив себя в грудь правой рукой, и трижды стукнул каблуками. Ответный ритуал приветствия был слабым и каким-то натянутым.
На мгновение Карт почувствовал неприязнь к своему командиру, но майор подавил это чувство. Это была распространенная привычка судить о других скоропалительно — черта, которая никогда ему не была свойственна. Кроме того, он впервые получил назначение на очень ответственную командную должность, и было бы неправильно начинать службу с конфликта. В данном случае речь шла о единственном турианце, которому он подчинялся.
— Я так полагаю, что Вы впервые на борту кораблей подобного класса, — не то спросил, не то констатировал Лайон.
— Да, сэр.
— И что Вы можете сказать по поводу корабля?
Коммодор посмотрел на Карта с неким вызовом во взгляде.
— У меня не было времени оценить этот корабль, сэр, я поднялся к Вам сразу после посадки.
— Хорошо, тогда, пожалуй, приступим к осмотру.
Кассиус пересек каюту, где обнаружилась ещё одна дверь и набрал код доступа на панели замка.
— Я принимал участие в разработке этого проекта, — он жестом показал Карту следовать за ним.
— В самом деле, сэр?
— Действительно. До войны с гетами я служил в СБЦ, потом меня перевели во флот, где я принял участие в создании ударного авианосца «Конкорд», — коммодор отогнул правый борт своего кителя и показал Карту небольшую бронзовую медаль с гербом Альянса Систем. — Видите, земляне наградили меня за большой вклад в развитие проекта, — Лайон одернул китель и выпрямился, заговорив не без гордости в голосе. — Учитывая, что я досконально изучил проект, командование Палавена решило, что мне стоит принять командование одним из кораблей первой серии.
— Куда Вы получили назначение, сэр?
— Меня назначили командиром транспорта, — сообщил Лайон, — очень ответственная задача. Ведь, по сути, от них зависит весь военный флот. Это транспорты обеспечивают флот боеприпасами, топливом — всем тем, без чего боевые походы невозможны. Вот только если судить по ответным отзывам, эта работа неблагодарная, — голос Лайона был пропитан желчным сарказмом.
Карту оставалось только вздохнуть. Соперничество между тыловиками и флотом, не было секретом ни для кого; оно существовало у всех рас Пространства Цитадели. Карт постоянно сталкивался с его проявлениями, а особенно в приграничных мирах Иерархии. Иногда оно достигало такого пика, что, казалось, стороны испытывали друг к другу ненависть сильнее, чем к внешним врагам.
— Полагаю, с боевым информационным центром корабля Вы уже ознакомились, когда прибыли на борт, — сообщил Лайон, введя Карта в слабо освещенное помещение, расположенное в верхней части корабля, рядом с командным пунктом.
Четырнадцать операторов уткнулись в свои дисплеи.
— Всё оборудование только с завода. Экипаж не очень хорошо пока соображает, но я не оставляю надежды, что со временем они освоятся, — заявил Лайон.
Карт заметил, что многие головы опустились при этом замечании.
— При разработке концепции ударного авианосца, командование решило, что он будет нацелен на выполнение четырех задач, — лекторским тоном начал Лайон. — Основная функция будет заключаться в том, что он должен являться базой для истребителей, перехватчиков и бомбардировщиков, которые таким образом доставляются к театру военных действий, а заодно ремонтируются, обеспечиваются топливом и боеприпасами.
— В прошлом флот постоянно испытывал нехватку истребителей, — ответил Карт. — Идея, которую мы заимствовали у землян, достаточно хорошая. К месту сражения истребители доставлялись в разобранном состоянии. Поэтому приходилось тратить массу времени на сборку и испытания, а в боевых условиях это непозволительная роскошь.
— Интересно, — Лайон задумался. — Разве транспорты доставляли истребители в плохом состоянии?
— Не в этом дело, сэр. Просто процесс сборки отнимал очень много времени.
Лайон хищно оскалился.
— Ну, что ж, тогда это в прошлом. Я предлагаю продолжить осмотр.
Напоследок окинув взглядом БИЦ, Карт последовал за командиром на следующую палубу, где они пошли к носовому отсеку. Там располагался центр управления огнем. Системы наведения и стрельбы были выведены за пределы БИЦ и находились в отдельном отсеке на жилой палубе. Такое расположение ограничивало возможность синхронизации стрельбы — в случае возникновения задержек связи между БИЦ и ЦУО, а такое могло произойти в результате прямого попадания, появлялась временная «мертвая зона» на девяносто секунд. Если бы враг узнал об этой особенности, то постарался торпедировать носовую часть авианосца, а потом с форой в полторы минуты атаковать корабль с близкой дистанции, находясь в безопасной зоне. Преимуществом, однако же, была возможность ведения самостоятельной стрельбы, даже в случае выхода БИЦ из строя.
Карт не смог скрыть разочарование, когда заметил отсутствие противокорабельных лазеров системы «ПОИСК», вместо которых были установлены стандартные одноствольные лазеры, которые устарели ещё год назад. Карта так и подмывало высказать свою позицию по этому вопросу, но он как истинный турианец своевременно остановил сам себя. Все-таки Лайон был в восторге от «Детонатора», впрочем, это было естественное чувство к проекту, в разработке которого принимал участие.
— Думаю, Вам ясно из моего сообщения, исполнения каких потенциальных задач командование будет ждать от кораблей этого класса?
Карт кивнул. Для него уже стало очевидно, что Лайон относился к тому типу турианцев, которые, быстро переходя с пятого на десятое, не могли вспомнить, о чем шла речь в последние пять минут.
— Я говорил, что «Детонатор» будет транспортной базой для операций флота?
— Да, сэр, — невозмутимо отозвался Карт.
— Благодарю за напоминание, да, я говорил об этом. Прошу меня извинить, у командира корабля, знаете ли, много забот…
Карт молчал как немой.
— Мы должны также эскортировать тяжелые корабли. Скоро, нам предстоят три такие задачи, командование перенаправляет резервы в скопление Родиан. Так что в ближайшие две декады мы займемся этим. Конечно, в этом районе участились случаи нападений гетов, опять же пираты не перевелись в этой галактике. И все же я не одобряю решение использовать в этих операциях такой мощный корабль. Можно было ограничиться в передаче каждому крейсеру по одному звену в качестве прикрытия. Они более маневренные, чем ударный авианосец, а в случае необходимости посадки, их можно будет закрепить на внешнем причале.
Карт понимал всю серьезность этой проблемы. Ангар турианского крейсера был рассчитан на десять истребителей и ни одной машиной больше. Даже десантные челноки подвешивались на кронштейны, крепившиеся к потолку трюма. В случае необходимости посадки лишние истребители действительно придется размещать снаружи, и здесь был серьезный риск. Пилотам нужно надевать скафандры замкнутого цикла и ходить по корпусу корабля фактически в открытом космосе. Если в бою крейсер предпринимал тот или иной маневр, истребитель и его пилот оказывались в плачевной ситуации.
— Командование также ждет от нас обеспечения поддержки при проведении десантных операций флота.
— И насколько часто придется нам этим заниматься, сэр?
Карт, в первую очередь, заботился о пилотах. Он принимал участие в нескольких десантных операциях, поэтому обо всех рисках был осведомлен. Самым сложным был момент входа в атмосферу планеты. Если при пересечении этой границы пилот не перенаправит всю энергию двигателей на щиты, то он даже вздохнуть не успеет, как его истребитель развалится и превратится в горящую щепку. Особенно смертельным этот маневр был для пилотов, которые вообще не имели опыта.
Впрочем, Лайон трактовал его вопрос по-своему.
— Понимаю, внутри каждого из турианцев живет дух воина.
— Я имею в виду, что каждый из нас стремится делать то, чему его учили, — парировал Карт.
— Я не думаю, что командование будет поручать нам такие задачи, — заявил Лайон. — То, что нам предстоит, всего лишь можно рассматривать как учебные походы. Вы можете быть уверены в этом, у меня есть определенная информация, — сказал Лайон, и Карт удивленно приподнял надбровные щитки, ему почудилось облегчение в голосе Лайона, что было нехарактерно для турианского офицера.
Закончив осмотр жилой палубы корабля, они отправились к лифту, чтобы попасть на инженерную палубу. Через минуту лифт раскрыл створки, выпуская обоих старших офицеров «Детонатора» на обзорный мостик, с которого можно было видеть всю панораму инженерного отсека и располагавшегося внизу ангара, где стояли истребители. Лайон жестом пригласил следовать за ним и начал спускаться под уклон первым мимо сотен трубок топливопроводов, расположенных в ряд.
— Клянусь святым Инвиктусом, это же «Гонец»! — воскликнул Карт, остановившись перед прозрачным стеклом биозащиты, отделявшим отсек от экспериментального масс-ядра, о котором в последнее время ходили самые разные слухи.
Турианка, стоявшая у консолей, раздвинула мандибулы в довольной улыбке и повернулась к старшим офицерам.
— Новейший двигатель, сэр, — она вытянулась и отсалютовала, ударив в грудь. — Начальник поста главный инженер Малис Дакотис.
— Действительно, у нас тут установлено прекрасное масс-ядро, Малис.
— Здесь стояло обычное ядро «Верк-33», но инженеры заменили его на это, — объяснила Малис. — Очень мощная машина, совместная разработка с Альянсом, на основе ядра «Тантал». Мы можем всего за десять секунд развить ускорение 133G и разогнаться до скорости фрегата.
— Это первая стоящая вещь, которую я вижу здесь! — непроизвольно высказался Карт.
И тут же майор мысленно обругал сам себя за то, что сначала говорил, а потом думал. Это была очень вредная привычка — говорить в присутствии того, кто ожидал совсем другой реакции.
Игнорировав замечание главного инженера, Лайон повернулся к Карту.
— «Верк-33» был не так уж и плох.
— Сэр, «Гонец» способен на все, что предлагают обычные двигатели, и, более того, он существенно сокращает необходимое время разгона масс-ядра для перехода на сверхсвет. С таким двигателем мы можем лететь очень быстро туда, куда необходимо, и так же быстро исчезнуть. Такая техника есть только на вооружении СпецКорпуса.
— Не думаю, чтобы нам когда-нибудь придется работать со СПЕКТРами Совета, — плотно поджав мандибулы от неудовольствия, ядовито сказал Лайон. — Основная задача подобных кораблей заключается в обеспечении базы для проведения операций флота, и я не вижу особой необходимости в установке реактора, чья стоимость превышает весь корабль, на котором он установлен. К сожалению, вы на флоте никогда не думаете о том, в какое количество кредитов обходится Палавену каждый новый дредноут и крейсер. А должны подумать, — назидательно произнес Лайон, — финансовая ответственность — очень важная вещь.
— Если нас когда-нибудь припечет, сэр, Вы поймете мои слова, и помянете добрым словом Иерархов, что на борту «Детонатора» установлен «Гонец».
— Вы говорите о четвертой потенциальной задаче, которую может поставить командование? — Лайон выглядел озабоченным.
— Нет… Я имел в виду только общую концепцию.
Карт беглым взглядом осмотрел Малис и остальных работников инженерного поста. Подобные вопросы не стоило здесь обсуждать и вообще на боевых постах военного корабля были категорически запрещены лишние разговоры.
Проект ударного авианосца класса «Конкорд» не вызывал сомнений: подобные корабли строились быстро, а их стоимость равнялась с корветами и фрегатами. Главную ценность, конечно, кораблям этого проекта придавали истребители, по шестьдесят машин из расчета на каждый авианосец.
Все это делало такие корабли идеальными кандидатами для рейдов в глубину Систем Терминус, или для обеспечения отвлекающих маневров при проведении наступательных операций флота.
— Командование не будет давать опасных заданий, Вилеский, я это знаю точно, — быстро, словно пытаясь убедить самого себя, высказался Лайон, но что-то в его взгляде не понравилось Карту. — На Палавене у меня есть определенные связи. Так что я пока здесь, нам подобных задач ставить не будут.
Карт удивленно моргнул, испытывая непонимание из-за хвастовства своего командира, которое явно отдавало трусостью.
— Если не возражаете, сэр, мне нужно приступить к ознакомлению со своими прямыми обязанностями, — сказал Карт тоном, который ясно дал понять, что осмотр окончен.
— Вы правы, мы заговорились. Непростительно с моей стороны было игнорировать это, — отозвался Лайон. — Предлагаю отобедать вместе. Я забрал с собой своего повара, и Вы не пожалеете об этом. Он печет отличный зореневый пирог, да и вообще готовит прекрасно. Найдется и бутылочка дарета, я ещё перед выходом в космос позаботился, чтобы под рукой был скромный запас.
Подобное предложение старшего по званию в военном флоте Турианской Иерархии расценивалось как приказ, и Карт был вынужден принять его. Он уже понял, что Лайон не был профессиональным военным, и привычки, приобретенные в СБЦ, так скоро не выветривались. Хотя, справедливости ради надо признать, Карт хотел бы провести вечер за просмотром и изучением личных дел своих подчиненных.
— Для меня это честь, коммодор.
— Договорились. Тогда, жду Вас, и обсудим некоторые вопросы более подробно.
Кивнув, Лайон покинул инженерный отсек. Карт посмотрел на Малис и заметил, что, прежде чем она отвернулась к консолям управления масс-ядра, мандибулы её искривила странная, грустная улыбка. Так улыбались обычно те, кто терпеливо и смиренно ждал наступления катастрофы.

* * *

Обуреваемый сразу десятком противоречивых мыслей, Карт вошел в отсек для брифингов. На доли секунды, когда пилоты синхронно ударили себя хлопками в грудь, он позволил себе забыть о проблемах. Но только на какое-то мгновение. Карт вздохнул. Предстояло очень много работы, чтобы из этого молодняка, который стоял перед ним, выпестовать настоящих воинов Иерархии.
В свое время Карт служил под началом очень толковых командиров, но теперь ситуация менялась. Он сам стал командиром. И этим все было сказано. Теперь Карт отвечал головой за качество выполнения боевых операций, и он просто не имел права допускать осечку.
Майор прошел к голографическому монитору и остановился.
— Вольно, прошу садиться, — сказал он, и пилоты заняли места в соответствии с первоначальным распределением.
Карт видел только два знакомых лица — самого Рокет-дена и Гиннис Сариан с летным позывным Сапсан. С Гиннис они познакомились в военной школе, но потом они получили назначение на разные корабли — пока снова не встретились на крейсере «Сенешал». Она была прирожденным асом для того, чтобы принять командование перехватчиками. У Гиннис были все черты воина — быстрота, агрессивность, профессиональное ведение боя в самых непредсказуемых ситуациях.
Заметив его оценивавший взгляд, она усмехнулась и игриво отвела голову в сторону. Карт с трудом сдержал себя, чтобы не развести мандибулы в ответной улыбке. Он знал, что ещё в школе она ему симпатизировала, но все было напрасно, в основном из-за Кайры, которая была в их группе. С большим трудом Карт прогнал эти воспоминания, сейчас было не то место и не то время.
Все остальные выглядели как типичный молодняк, эти турианцы и турианки смотрели на него с таким открытым и простодушным выражением, что читалось в их глазах, что Карт в очередной раз задавался вопросом — а оно вообще ему надо?
Любой командир по глазам сможет ясно сказать, участвовал ли его подчиненный в боях, или нет. Сражение, которое давало ответ, жить тебе в следующие пять минут или нет, когда решение, запоздавшее на доли секунды, могло привести к тому, что ты превратишься в атомы и рассыплешься в пространстве, не может оставить неизменным характер воина. И гибель соратников, и тревожные задания, и ночные кошмары — все это точило изнутри. Молодежи, которая сейчас сидела перед Картом, ещё только предстояло все это на себе прочувствовать.
— Я должен сказать вам, — начал он, понимая, что они приготовились слушать его, жадно ловя каждого слово такого ветерана, как он.
Смерти, конечно, боятся все — а кто нет? Однако настоящего страха перед смертью турианцы не испытывали. В турианских военных школах этому не учили. Инструктора вдалбливали в головы курсантов, что был только долг перед Иерархией, Палавеном, обществом — долг, который надо выполнить. Любой ценой и любыми средствами. И долг важнее жизни каждого из турианцев. Если хотя бы один выживший останется после боя, значит, этот бой был достойным и правильным. Этому учили всех, и исключений не было.
Если бы «Детонатор» имел бы хоть сколько-нибудь долгое время в своем распоряжении! Тогда Карт имел бы возможность научить этот молодняк всяким хитростям, которые знал сам, и тогда бы на борту было бы полноценное боевое подразделение.
— Вы, наверно, думаете, что сейчас отлично знаете свое дело. Ведь, в конце концов, месяц назад вы получили первые знаки отличия. Хочу вас порадовать. Тот, кто так думает, уже может паковать свои вещи. В настоящем бою уцелеет лишь тот, кто чувствует в бою плечо товарища, поэтому начинайте думать головой уже сейчас. Что касается меня, то я думаю о товарищах всякий раз, когда оказываюсь в истребителе. Только это спасало жизнь и мне, и Сапсан, и Рокет-дену. И не раз. Нашу великую Империю боятся во всей галактике, но поблагодарите за это наших предков. Вы же пока ещё не сделали ничего особенного, чтобы вас также боялись. Нельзя поддаваться страху и соблазну, иначе вы погубите и себя, и своего напарника, а может быть, подставите под удар весь корабль-носитель. С завтрашней вахты мы начнем проводить, в перерыве между боевыми заданиями, постоянные тренировочные занятия. Мы займемся отработкой основных элементов полета и вообще повторением всего материала, который вы прошли в школе. Только когда я, Рокет-ден и Сапсан увидим, что каждый из вас успешно справляется с этими нагрузками, мы перейдем к более сложным приемам боя. В течение месяца вы должны налетать больше, чем за весь прошедший год в военной школе. Перед 27-ым флотом стоит задача готовности к любым боям на границе Пространства Совета, поэтому и нам придется летать как на передовой. Я смотрю, вы неплохо отдохнули после военных школ, но со всей ответственностью заявляю, что теперь отдых кончился.
Карт внимательно осмотрел отсек. Он не увидел ни недовольства, ни одобрения; молодняк отнесся к новому командиру крайне осторожно, и это было понятно.
— Капитан-лейтенант Армаус назначается командиром эскадрильи истребителей-бомбардировщиков «Меч», старший лейтенант Сариан — разведывательных и патрульных «Беретов». Лично я поведу эскадрилью «Эспад». Если у кого есть вопросы, самое время задать их.
В комнате воцарилось напряженное молчание.
— Сэр, до нас дошел слух, что «Детонатор» не будет принимать участия в боевых операциях 27-ого флота. Это правда?
Карт скользнул взглядом по лицам.
— Напоминаю правила. Тот, кто хочет что-то сказать, должен сначала активировать свой коммуникатор и встать.
Пискнул планшет под рукой Карта. На экране высветились данные по пилоту, который задал вопрос. Майор в изумлении оторвался от экрана и посмотрел на поднявшегося высокого турианца с весьма затейливым узором татуировки рыжего цвета, покрывшим все лицо и доходившим до шеи. Лицо этого парня источало высокомерие, с легким налетом презрения, парень открыто демонстрировал пренебрежение к дисциплине на борту военного корабля.
Возникла неловкая пауза. Впрочем, в планшете значилось вполне однозначно — Марен Рэнс, лейтенант, КТИ «Детонатор», 27-ый флот.
— Да, сэр, командующий — мой отец, — Марен правильно истолковал замешательство майора.
Карт едва справился с изумлением, начиная осознавать смысл короткого сообщения на своем дисплее. Теперь он понял, почему эта татуировка показалась ему знакомой. Во-первых, такой узор говорил о знатности рода, а во-вторых, было бесспорное сходство: острый взгляд фиолетовых глаз, правильный нос.
Карт вздохнул и покосился на Рокет-дена — ещё друг назывался. Хотя бы предупредил. О личной жизни командующего 27-ым флотом Турианской Иерархии было известно немного — в основном то, что его жена и три дочери погибли во время атаки гетов на пассажирский звездолет почти одновременно с нападением на человеческий Иден Прайм полтора года назад.
— Я хочу, чтобы ты, парень, сбавил тон и не рассчитывал, что к тебе будут особо относиться, — наконец, заговорил Карт резким тоном.
— Лично от Вас или от этого авианосца никто ничего не ждет, сэр. Хотя, должен сказать, слухи о ваших действиях на крейсере «Сирануш» достаточно впечатляют.
По рядам прошелся тонкий гул — головы повернулись, взгляды переходили то на Марена, то на Карта. Ситуация становилась очень опасной. Парень нарушал дисциплину явно намеренно, а такое в турианском обществе сурово наказывалось.
— Слушай меня внимательно, парень, только слушай очень хорошо, — таким же резким тоном ответил Карт. — За подобные слова я имею полное право требовать трибунала, и твоя карьера закончится, не начавшись. Но я переломлю себя, чтобы объяснить кое-что. Нарушение дисциплины всегда опасно и ведет к непредсказуемым последствиям. Не знаю, зачем командование вообще посылает на границу таких, как Вы. Я проясню кое-что. В войне с гетами мы уже потеряли половину наших дредноутов, полтора года назад во время Битвы за Цитадель погибло пятьдесят крейсеров — треть всего флота. Я, конечно, не имею права разглашать эту информацию. Однако, я считаю, что иногда полезно посмотреть правде в лицо. За полтора года войны погибли ещё тридцать крейсеров, а вместе с ними десять тысяч турианцев. Геты тут же воспользовались своим преимуществом и стали совершать рейды к внутренним мирам Пространства Цитадели. После тысячелетия мира, царившего после Кроганских Восстаний, война придвинулась к Палавену. Поэтому, лейтенант Рэнс, ты сейчас не только заткнешься, но и будешь делать все, что прикажут старшие офицеры. Или ты исправишь свое поведение, или я вышвырну тебя отсюда прямиком в расположение твоего отца, и пройдет немало лет, прежде чем ты вообще выйдешь в космос. Мысль ясна?
Лицо Марена вспыхнуло от гнева. Он беспокойно шевелил мандибулами, точно собираясь возразить, но сосед своевременно дернул его за край кителя. Опомнившись, Марен вернулся на свое место.
— В таком случае, будем придерживаться намеченного плана. Немного времени на отдых, в четыре двадцать общий сбор на палубе. Советую не буксовать, ровно в пять мы взлетаем. Свободны.
Пилоты поднялись и, не говоря ни слова, друг за другом направились к дверям. Боковым зрением Карт заметил Лайона, стоявшего в коридоре. Настроение, и без того неважное, ещё больше упало, и он поджал мандибулы от неудовольствия. Если командир корабля подслушивал, это было в высшей степени некрасиво. Тогда его присутствие в отсеке было бы просто обязательным, хотя бы ради пары напутственных слов. Было ещё кое-что, что подпортило настроения Карту. Когда Марен проходил мимо командира, они обменялись парой явно дружеских слов и удалились вместе.
— Наш командир знает, где выгодно.
Карт встряхнулся, отвлекаясь от своих мыслей, и обернулся к Гиннис. Они остались в отсеке вдвоем.
— Ходит слух, что он начал заводить дружбу с этим генеральским отпрыском, как только корабль покинул орбиту Палавена. Не дождавшись тебя, сразу назначил его исполняющим обязанности командира крыла. Спроси Яшири, если хочешь узнать про нашего коммодора, — сказала турианка.
— Я не хочу этого слушать, Гиннис, — неубедительно возразил Карт.
— Хорошо, хорошо. Но про Кассиуса Лайона кое-что ты должен знать. Он никогда не служил во флоте, пришел из СБЦ, где был законченным бюрократом. Такие кадры нам уже попадались. Зачем пошел во флот, непонятно. Из СБЦ он тоже ушел при таинственных обстоятельствах — санкционировал операцию по разгрому крупного криминального синдиката, в результате чего Флот Цитадели лишился саларианского фрегата и чуть не потерял дредноут землян. Корабль отделался повреждениями, но скандал замяли. Лайона тихо убрали с поста, а потом поставили командиром авианосца класса «Конкорд», потому что в транспортах разбирается очень хорошо. Ещё бы, такое предложение выгоднее, чем военно-полевой суд. Наверное, втайне надеется, что сможет здесь отсидеться, пока все уляжется, а в его досье возникнет отметка, что он командовал боевым кораблем ВКС Иерархии, а потом сбежит обратно на Цитадель.
— Повторяю ещё раз, я не хочу ничего слышать об этом.
— Хорошо, Карт, мое дело предложить, твое дело — отказаться, — она раздвинула мандибулы в дружеской улыбке. — Хотя мне было бы интересно, что будет, если мы попадем в крупное дело.
— Если это случится, я готов поспорить на свое жалованье, что нас будет больше заботить, как бы сохранить наш молодняк и самим выжить в процессе, — проворчал Рокет-ден, вернувшись в отсек для брифингов с чашкой бурито.
Напиток приятного на глаз буро-фиолетового цвета был на вкус очень крепким и сладким, именно таким, каким его любил Карт. Сев на стул, Рокет-ден забросил ноги на стол, сделал глоток и протянул чашку Карту.
— Ты ещё не знаешь, сколько наши подопечные налетали в школе, — продолжал он. — Если узнаешь, то озвереешь. В среднем выходит около трехсот часов, а у некоторых вообще меньше двухсот.
Карт кивнул, впрочем, он не был удивлен. Преподаватели в военных школах Иерархии торопились быстрее отправить пополнение на строившиеся авианосцы класса «Конкорд». Это могло выйти боком. Из-за недостатка подготовки умения пилотов были ограничены и поэтому они рисковали и своими жизнями, и дорогостоящими истребителями.
— А в личных делах что?
— Как будто не знаешь этой волокиты, — необычно спокойно ответила Гиннис. — Общие слова, а подробный отчет о том, кто как летает, гурюн нашлепал.
— Что ж, — подытожил Карт. — Завтра утром все прояснится.

ГЛАВА 2

Скопление Крест Агандаура, система Пегас военная база 27-го флота Турианской Иерархии 2 декабря 2184 года

— Внимание всему экипажу, занять боевые посты! Повторяю, объявлена тревога первого уровня…
Карт смотрел со стороны, запоминая каждую мелочь и фиксируя в инструментрон. А таковых на фоне творившегося сейчас в ангаре «Детонатора» хаоса было просто запредельное количество.
Старший распорядитель по палубе бежал, раздавая приказы направо и налево. Он создавал впечатление очень рассудительного и грамотного турианца. Карт только вчера заикнулся, что перехватчики должны стоять впереди бомбардировщиков, и тот не спал всю ночь, но утром машины стояли там, где положено. Хотя такое усердие дало себя знать, и этот турианец выглядел сейчас очень усталым, и если бы не стимуляторы, то он не смог бы продолжать работу.
В ангаре было много лишней суеты. Здесь совершенно не чувствовалась, отшлифованная до последнего штриха, слаженность всей процедуры, к чему Карт привык на крейсерах Иерархии.
Все пилоты уже заняли места в своих истребителях, согласно заранее полученному приказу. Карт хотел лично оценить их способности, а уж потом можно было ставить более конкретные задачи.
Диспетчерский центр находился на уровне инженерного поста напротив гермодвери ангара. Попав в центр, старший распорядитель в последний раз осмотрел ангар и передал планшет со служебной информацией лично в руки начальнику поста. Тем самым он сдавал свои полномочия и передавал их диспетчерскому центру, ответственному за взлет и посадку истребителей.
С этого момента именно начальник диспетчерского поста принимал командование в процедуре взлета, и в некоторой степени на всем авианосце. Как минимум в той области, что командир корабля должен будет теперь предварительно согласовывать решение по смене курса или скорости с диспетчерским центром, если такая ситуация возникнет.
Первой к выходу направилась Гиннис. Над гермодверью ангара загорелся зеленый индикатор, оператор диспетчерского поста отправил пакет данных, предназначенный для загрузки в память ВИ машины Гиннис, и после этого нажал клавишу подтверждения. Получив сигнал, начальник диспетчерского поста сделал короткую отметку в журнале и активировал клавишу пуска катапульты. Механизм катапультирования сработал, истребитель Гиннис молнией покинул ангар и оказался в космическом пространстве.
Техники подтащили на место взлета следующую машину, и Карт сверился с часами инструментрона. Даже такой дисциплинированный офицер, как он, не смог удержать тяжкий вздох, а мандибулы бессильно задрожали. И было от чего!
Целая минута прошла, пока зеленый индикатор загорелся, разрешая движение второму истребителю, который взлетел, получив слишком большой импульс, и теперь раскачивался из стороны в сторону.
— Знал, что опыта никакого, но что дела так плохи! — вздохнул Карт, и Рокет-ден мрачно кивнул.
Турианские истребители взлетали один за другим — пять перехватчиков, за ними две «Эспады», снова пять «Беретов» и еще четыре «Эспады». Все шестнадцать машин сформировали патрульную группу, только на них пришлось потратить сорок драгоценных минут, включая десять минут, которые были потрачены на два неудачных взлета.
За первый случай свое уже получил механик, двигатель истребителя упорно не желал заводиться. Впрочем, Ксирит уже пообещала Карту провести с провинившимся механиком разъяснительную беседу. А во втором случае пилот сам отключил двигатель, потому что просто запаниковал, позабыв, отключил ли он систему аварийного катапультирования, или, наоборот, он случайно включил ее и в любой момент ВИ мог выбросить его за борт.
После того, как оба истребителя оттащили в ремонтный бокс, Рокет-ден безрадостным голосом резюмировал.
— Кошмар. Авианосец землян за это время поднимает восемьдесят истребителей и успевает развернуть их в боевой ордер, у нас же всего пятьдесят восемь машин на борту, и вылетело меньше половины. За полтора года ничему не научились. Если бы геты атаковали прямо сейчас, можно спокойно паковать вещи.
— Хорошо, если снаружи будут на круглосуточном дежурстве четыре перехватчика, — заявил Карт после анализа ситуации. — С такими порядками противник может проскочить к авианосцу, и безнаказанно накроет нас в два хода.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.