Библиотека java книг - на главную
Авторов: 54296
Книг: 133276
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Морская ведьма» » стр. 4

    
размер шрифта:AAA

Есть ребята из школы, которые терпят меня ради Ника – правда, только когда он находится где-то неподалеку, чтобы это видеть. В остальное время в их глазах читается неодобрение, когда я здороваюсь с ними.
Та девчонка, которая не смогла спасти свою мать.
Та девчонка, которая выжила, хотя ее лучшая подруга утонула.
Та девчонка, которая думает, что, раз ее отец – королевский рыболов, она может спокойно разгуливать по замку.
Та девчонка, которая возомнила, будто она не просто очередное увлечение принца-ловеласа.
Я подхожу к камням у входа в бухту и стою там некоторое время, позволяя соленому бризу растрепать мои волосы. Ветер здесь кажется очищающим – словно могучее дыхание пролива Эресунн избавляет от грязи тело и душу.
Сегодня море в бухте спокойное. Волны нежно гладят берег, целуют песок и камни с одинаковой трепетной частотой. Никого не видно. Платье на мне самое обычное – у меня вообще нет дорогой одежды, которую жалко. Поэтому я скидываю башмаки, снимаю чулки, складываю их и оставляю на пляже подальше от волн прилива. Песок липнет к пальцам на ногах. Я прыгаю с островка на камень, затем на следующий. Так я добираюсь до скалы Пикник Рок.
Хотя камень все еще сырой из-за поднимавшейся во время прилива воды, на нем можно сидеть. Я подбираю юбки и сажусь, подтянув ноги к груди. Я закрываю глаза, позволяя энергии моря окутать меня.
Сердцебиение постепенно успокаивается. Наконец подступает усталость. Но нельзя лечь спать здесь. Я заставляю себя подняться – затекшие ноги не держат тело – и иду собирать вещи. Ветер совсем утих. И вдруг по спине пробегает холодок. Я обхватываю себя руками, чтобы согреться. Однако ничего не выходит. Я вглядываюсь в темноту ночи – в тень скалы, разделяющей бухту на две части. И готова поклясться, вижу, как свет отражается бликом на чьей-то бледной коже.
– Кто здесь? – спрашиваю я. По телу проносится дрожь.
В ответ слышен лишь шум ветра. Он набирает силу по пути из гавани в море.
Сонливость как рукой сняло. Я внимательно смотрю на отвесный склон скалы. Но там ничего нет, кроме теней и волн.
Может, это был живущий в бухте осьминог. Возможно, существо решило мне отомстить за то, что тетушка Ханса никак не оставит его в покое. Ведьма пытается собрать и упаковать в скляночки все его чернила до последней капли.
А может, и нет. Возможно, это игра моего воображения.
Как и на день рождения Ника.
– Тебе, наверное, стоит держаться подальше от бухты во время растущей луны, Эвелин, – бормочу я сама себе. Луна имеет непредсказуемое влияние на ведьм.
Как будто наяву я слышу новую нотку в хоре сетующих голосов: та девчонка, которая видит призраков в лунном свете.

ЧЕТЫРЕ ГОДА ТОМУ НАЗАД

Мальчик услышал два всплеска. Они последовали один за одним. Юноша вскочил на ноги, позабыв о своей флейте, и вонзил взгляд в море. Затаив дыхание, он ждал, когда одна из них вынырнет. Обе были прекрасными пловчихами, но девочка с волосами цвета воронова крыла всегда побеждала.
До косы было чуть меньше ста метров. И в обычный день нужно немного напрячься, чтобы доплыть. Но мальчик наблюдал за морем и понимал: сегодня не обычный день. Это были не просто волны.
Море злилось.
Мальчик затаил дыхание и подошел ближе к воде. Но не слишком близко – его матушка часто говорила, что соль портит дорогую кожу его сапог.
Первой всплыла на поверхность блондинка. Она набрала полные легкие воздуха и снова ушла под воду. Девочка уже могла видеть косу, но до нее оставалось еще около семидесяти метров.
Мальчик ждал, когда над водой появится темноволосая голова. Он вдохнул. Прищурившись, посмотрел на то место, где подруга должна была вынырнуть. Ее там не было.
Снова мелькнула голова блондинки. Она была на десять метров ближе к косе и плыла, не оборачиваясь.
Темноволосой не было видно.
Мальчик сделал еще шаг вперед. Волна воспользовалась этим и оставила смачный мокрый след на его обуви. Хоть кожа и промокла насквозь, ему было все равно. Юноша тут же снова прильнул взглядом к морю. Сердце выпрыгивает из груди. Он скидывает промокшие ботинки.
Наконец-то. Вдалеке, метрах в тридцати, появилась корона иссиня-черных волос.
Взметнулась вверх рука, отчаянно пытаясь ухватиться за воздух.
Набрав побольше воздуха, мальчик нырнул в воду. Он открыл глаза. В мутной воде юноша ничего не мог различить – только соль щипала глаза. Помня о девочках и о вскинутой вверх руке, он вынырнул пораньше. Мальчик поплывет по поверхности воды, держа голову над волнами. Он отлично умел плавать. Хоть он очень вытянулся за последнее время, сила не ушла в рост. Но течение было чересчур быстрое – мальчику еще не приходилось с таким сталкиваться. Оно тянуло за собой. Уставшие ноги с трудом могли сопротивляться. Невиданная сила из глубины увлекала его во тьму – в объятия русалок, сказками о которых пугали хаунештадских детей.
Над водой юноша не увидел ничего. Ни пятна волос, ни взмаха руки. Но он знал, где они были. Знал, куда плыть.
Преодолев еще двадцать метров, мальчик снова опустил голову в воду и открыл глаза. Посмотрел в глубину, куда его пыталось затянуть течение.
Он увидел, как из облака темных локонов, напоминающих чернильное пятно, к нему навстречу тянутся пальцы. Ее лицо было скрыто за волосами. Юноша нырнул в надежде, что еще не слишком поздно.
Легкие горели от нехватки воздуха. Он вынырнул на поверхность, ухватив одной рукой ее за предплечье. Из-за рывка волосы улетели назад. Синюшный оттенок проступил на ее лице. Мальчик не мог понять, дышит она или нет.
Но он держал ее.
– Ну же, Эви. Давай. – Набрав воздуха, юноша начал молиться всем языческим и христианским богам. Его тело за двоих боролось с течением. Хоть берег был и далеко, мальчик его видел.
Он двигался в сторону суши, делая небольшие передышки в борьбе с волнами и попытками удержать на плаву тело. В эти мгновения принц поворачивал голову в надежде увидеть блондинку, стоящую в целости и сохранности на косе.
Но он не видел никого.
Выбравшись на сушу, мальчик что есть мочи зовет на помощь. Он опускает Эви на песок, убирает с лица пряди и подносит ухо к ее губам.
Не дышит.
Он переворачивает подругу на живот и стучит по спине. Из ее рта и носа вытекает вода и струйкой льется на песок.
Появляются люди. Со стороны пристани и фарватера бегут мужчины и женщины. Они собираются вокруг, шепотом обсуждая девочку. Местные никогда не говорили о ней ничего хорошего – и даже в этой ситуации не стали делать исключения.
Мальчик сказал мужчинам, что еще одна девочка осталась в море. Он указал в сторону песчаной косы и плещущихся над ней волн. Он приказал им отправляться спасать ее. Мужчины подчинились. Потому что знали, кто перед ними.
Мальчик сделал девочке искусственное дыхание, а потом снова похлопал ее по спине, убрав назад копну волос для большей эффективности. В этот раз вода полилась потоком. Затем девочка резко втянула воздух.
Ее глаза открылись. Они были темными и уставшими.
– Ник?
– Да, Эви, да!
Улыбнувшись, юноша обнял ее, хоть это было не очень уместно – учитывая ее голые плечи, нижние юбки и тот факт, что он принц. Но мальчику было наплевать, ведь она была жива. Эви выжила.
– Анна? – спросила она.
И их взгляды обратились в сторону моря.

8

Жизнь в Хаунештаде бьет ключом.
Ясная летняя погода в сочетании с волнительным ожиданием фестиваля в честь Урды создают в воздухе особую атмосферу приближения чего-то грандиозного. Из-за этого я просыпаюсь ни свет ни заря. И, несмотря на мрачные впечатления прошлой ночи, чувствую себя отдохнувшей и свободной.
Я спускаюсь к гавани с аметистом в кармане и вижу проезжающую карету Ника. Я помахала другу рукой. Однако не уверена, что он меня заметил. Ник, вероятно, направляется в долину на встречу с фермерами, работающими на землях его отца. Это традиция на Литасблот. Мы благодарим не только Урду, но и тех, кто возделывает поля.
На кораблях в порту ни души. Но я все равно провожу по их бокам камнем, заговаривая – не взирая на то, что суда никуда не отправятся в ближайшие пару дней. В такое прекрасное утро взывающие к Урде слова льются, как песня. Но я не могу позабыть вчерашней речи Ника. Колдовством ее не проведешь. Словами ее не обманешь. Ее воля непоколебима. Пытаюсь ли я обмануть Урду своими заклинаниями? Меня одолевает приступ страха. Сердце начинает стучать чаще. Ноги наливаются свинцом. Земля уходит из-под ног. Это мое наказание? Я закрываю глаза, чтобы восстановить равновесие. Что за глупости. Магия дана мне не для обмана. Заклинания превозносят Урду. Они воздают хвалу ее морю. Они несут жизнь. Конечно, она знает это. Я успокаиваюсь и ухожу с пристани. Мне нужно отвлечься.
Ник не вернется с полей до полудня. Улицы скоро наводнят гости города, но настоящие празднования начнутся лишь вечером. А Ник будет выступать в качестве судьи в играх. Я иду в сторону рынка, чтобы купить еду для позднего завтрака. Большая сочная клубника, полголовки пахучего сыра «Самсе», баночка маринованной селедки, которую мы зовем «слид», и свежий ржаной хлеб с хрустящей корочкой – такой толстой, что напоминает поверхность камня. Все это записывают на счет моего отца. А я возвращаюсь в Хаунештадскую Бухту.
Здесь тихо. Несколько парочек гуляют у скал. Они не обращают на меня внимания. Я снимаю ботинки с чулками и складываю их там же, где вчера. Затем перепрыгиваю с маленького камня на большой у подножия Пикник Рок. Благодаря палящему солнцу и спокойным водам поверхность камня абсолютно сухая. Я ложусь на него спиной, подставляю лицо солнечным лучам и закрываю глаза.
Помимо моей воли мысли занимает Икер. Он все еще не вернулся. Я уже начинаю переживать. Вот и сейчас ощущаю укол беспокойства.
Что, если что-то случилось?
Что, если взорвалась дымовая труба?
Что, если кит пробил борт корабля во время охоты?
Что, если я в этом виновата?
Знаю, это звучит нелепо. Но хуже всего другое: если несчастье и случится, мы даже не узнаем об этом. Почти все королевство сейчас здесь. Никто вопреки обыкновению не следит за морем.
Тут мое воображение начинает рисовать ужасные картины о судьбе моего отца. И вдруг я чувствую, как на мои закрытые веки падает тень. Видимо, солнце закрыла туча. Раз даже погода портится…
– Простите, мисс?
Этот голос.
Я широко раскрываю глаза в ожидании увидеть лицо давно покинувшей меня подруги.
И вижу склонившуюся ко мне девушку.
Ту, которую я видела в иллюминаторе.
Ту, которая спасла Ника.
Но этого не может быть. Сегодня у меня совсем плохо с головой.
Я привстаю и начинаю моргать. Солнце слепит глаза. Но когда окружающий мир вновь обретает четкость, я все еще вижу перед собой ту же девушку. Она выпрямляется. Длинные светлые волосы покачиваются.
Лицо ее, как и мелодичный голос, до боли напоминает Анну – только повзрослевшую. Даже такая же россыпь веснушек на носу. На ней надето платье. Одеяние выглядит лучше, чем все мои вместе взятые. Кожа ее новых туфелек блестит на солнце.
Туфли. Ноги. Никаких плавников. Нет, девушка не может быть тем, кем я ее считала. Не знаю почему, но в животе похолодело.
– Мне очень неловко, но… – взгляд девушки падает на клубнику в моей руке. – Я больше суток ничего не ела.
Находясь в оцепенении, я отдаю ей ягоду.
Девушка некоторое время крутит ее в руках, прежде чем откусить кусочек. Я двигаю к ней всю еду, что у меня есть.
Анна любила сыр и фрукты.
– Ой, нет, правда не стоит. Я…
– Я настаиваю, – перебиваю я. Удивительно, что это первые мои слова – ведь на языке крутится столько вопросов. Но я боюсь их задавать. Не возникает сомнений: рано или поздно я оговорюсь и назову ее Анной.
Пока девушка ест, я думаю о том, что сказать дальше.
Ты спасла Ника?
Ты была русалкой?
Ты – это Анна?
Ты меня не помнишь?
На ее месте я бы тут же сбежала после таких слов. Поэтому я молча открываю банку с маринованной селедкой, пока девушка жует краюшку ржаного хлеба.
– Тебе лучше? – интересуюсь я.
– Да, намного. Большое спасибо. И прости за беспокойство. Я все.
Я качаю головой и придвигаю к ней открытую банку с плавающими в рассоле кусочками селедки.
– Поешь еще.
Она смотрит на рыбу с отвращением и машет руками у лица. Я достаю селедку и кладу себе в рот. Затем вытаскиваю за хвост оставшийся скелетик и выкидываю его в воду. Девушка смотрит на меня так, будто бы я только что откусила ей ухо.
Я так же дразнила Анну. Она ненавидела селедку. Сейчас я улыбаюсь. Однако изнутри меня распирает грусть. Нужно перестать искать умерших среди живых.
– Ты уверена, что наелась? – настаиваю я. – Еще остался сыр.
– Нет, спасибо. Я в порядке. – Она всхлипывает, когда произносит «в порядке». Девушка хмурит брови. Под глазами появляются красные пятна. Кажется, будто она плачет – только без слез.
Я опускаю руку ей на плечо в знак утешения. Она переводит дыхание и начинает говорить практически шепотом. Кажется, она не против того, что я до нее дотрагиваюсь. «Я убежала из дома».
– Ох, Анна…
В тот же миг глаза девушки взметнулись вверх.
– Аннамэтти. Но как ты…
– Я не… Я просто… ты напоминаешь мне одну знакомую.
Сквозь плачь прорывается смешок.
– Жаль, что я не она.
– Нет, не жаль, – резко отвечаю я, пока эта девушка – Аннамэтти – вытирает нос.
– Ее отец тоже был лжецом? Кормил всех баснями о том, где он побывал и что повидал, а на самом деле продавал наш скот и не приносил в дом ни гроша?
Я качаю головой и не знаю, что сказать.
– Мне пришлось продать половину ценностей, что у нас имелись, чтобы оплатить его долги и купить поесть. Я не смогла этого больше выносить. Вчера я убежала в горы, перешла Лиль Бьерг и оказалась здесь.
Что-то было не так с ее историей. Повествование казалось вымученным. Но я как завороженная вглядывалась в лицо девушки. Я встречала тысячи лиц с тех пор, как Анна погибла в море. Но ни одно не было так похоже на нее. Тот же тембр голоса. Если бы я не касалась ее плеча и не была уверена, что Аннамэтти состоит из плоти и крови, я бы подумала, что вижу привидение.
Девушка трет лицо руками. Ногти у нее аккуратные и ухоженные. Глаза Аннамэтти открываются. Она хватает меня за руку.
– Я ужасный человек. Прервала твой завтрак, съела твою еду, вывалила на тебя свои проблемы. И я даже не удосужилась спросить твое имя.
– Эви, – отвечаю я.
– Эви, – повторяет она, пробуя звучание на вкус. – Британское имя?
– Да. Эвелин. Моя мама влюбилась в него, когда ездила в Брайтон.
– И не зря, – с улыбкой говорит Аннамэтти. У нее белые и ровные зубы – как у принцессы. Или доярки.
Я снова повторяю про себя: это не Анна. Это даже не девушка, которую я видела в иллюминаторе и на пляже. Это девушка с фермы, живущая по ту сторону горного перевала. Кровь приливает к щекам. Аннамэтти сжимает мои ладони.
– Спасибо большое за твою щедрость, Эви! Это воистину подарок судьбы. – Под глазами у нее опять проступает краснота. Губы девушки дрожат. – Вряд ли мне еще раз так повезет.
Я не знаю, что делать с этим потоком искренности. Внутри теплится какое-то странное чувство.
– Тебе правда некуда пойти и у тебя ничего нет?
Аннамэтти разводит руками.
– У меня есть моя одежда и моя гордость.
Я не могу объяснить, откуда взялась эта девушка, как я к ней отношусь и почему мне хочется ей верить. Но я верю. И хочу помочь.
– Идем со мной.

9

Маленький дом, построенный моим отцом, находится недалеко от Хаунештадской Бухты. Он расположен вблизи берега и недалеко от замка Ольденбургов, от которого к нашему дому ведет дорожка. Задний двор выходит в рощу. Эта роща отгораживает дом от скалистого утеса, нависающего над морем.
– Он такой интересный и необычный, – восхищается Аннамэтти.
– Дом, милый дом, – отвечаю я и открываю входную дверь. Давно я никого не приводила в наше крошечное деревенское жилище. Когда я была маленькой, мы часто брали к себе детей, родители которых уходили в море. Но после смерти матери все прекратилось.
Тетушка Ханса помешивает что-то у очага. По запаху напоминает похлебку из гороха и окорока. Тетя всегда готовит ее на Литасблот, чтобы поставить на общий стол рядом с тушкой жареной свиньи. Это мясо традиционно едят на второй день фестиваля. Потому что «не бывает много свинины среди этой склизкой рыбы». Ханса стоит к нам спиной. Мне следует сказать ей, что у нас гости. Опрометчиво не предупреждать о посторонних, если живешь с ведьмой.
– Тетушка Ханса, познакомься с моей новой подругой.
Ханса вытирает руки. По положению плеч тетушки я понимаю: суп она мешала без ложки. В заклинаниях, помогающих по хозяйству, нет ничего особенного – но тетушка их очень любит. Ведьма никогда не собиралась заводить собственную семью, пока на ее голову не свалились мы с отцом. И с нами не так-то просто – хоть она в этом никогда и не признается.
Когда тетя поворачивается, на лице у нее улыбка. В ясных голубых глазах восторг – ведь она застала племянницу за чем-то столь нетипичным. Ханса на двадцать лет старше мамы. За это время в их семье появилось несколько братьев. Однако все они погибли, отдав молодые жизни переменчивым настроениям моря. Ханса пережила много горя, похоронив своих братьев и сестер. Это оставило отпечаток на ее лице. Ведьма выглядит старой. Но от нее никогда ничего не ускользает – уж я-то знаю.
Ее реакция при виде Аннамэтти такая же, как у меня. Только тетушка говорит вслух то, что думает.
– О, Анна вернулась с морского дна?
У Аннамэтти отвисает челюсть. Гостья не может вымолвить ни слова. Ее жизнерадостное настроение как ветром сдуло.
– Аннамэтти, тетушка, – поправляю я. – Она из долины. Живет на ферме.
Ханса делает шаг вперед и вскидывает бровь – это у нас семейное – так высоко, что у нее сбивается прическа.
– Правда, что ли? – Ханса осматривает гостью с головы до пят. – Эти руки никогда в жизни не знали тяжелой работы. Эти волосы никогда не палило солнце. И одно это платье стоит больше, чем самая жирная корова в долине.
Тетя делает еще шаг к Аннамэтти и хватает ее за руку.
– Кто ты на самом деле?
– Тетушка, пожалуйста, оставь ее в покое. Она преодолела долгий путь…
– Шшш. Ты видишь только то, что хочешь видеть, – ее внимание снова приковано к Аннамэтти. Ханса смотрит на девушку так, будто может подчинить ее волю себе с той же легкостью, с которой варит суп. – Итак, я спрашиваю еще раз – кто ты такая на самом деле?
Вокруг глаз Аннамэтти снова проступают красные пятна. Однако она не плачет. Более того, гостья смотрит с вызовом. Как будто пытается выиграть негласное состязание с тетушкой Хансой. Когда она открывает рот, оттуда доносится последнее, что я ожидала услышать.
– У вас суп закипел.
Суп не просто закипел. Зеленоватая гороховая жижа, шипя, льется по стенкам кастрюли обильным, неестественным потоком.
– Ааа! – гогочет Ханса. – Видела я таких, как ты.
Я потрясена. Таких, как она? Аннамэтти – ведьма?
Я таращусь на девушку.
Еще одна ведьма. Моя ровесница. Стоит рядом со мной.
Из всех невероятных фактов об Аннамэтти в этот поверить сложнее всего.
Кажется, будто кто-то вскрыл потайную дверь глубоко внутри моей грудной клетки. Бережно хранимый семейный секрет вырывается наружу и висит в пропахшем супом воздухе. В голове проносятся сотни мыслей, когда я смотрю на ее лицо – такое знакомое и в то же время такое чужое. Анна не была ведьмой. В отличие от Аннамэтти.
Аннамэтти кивает. Суп возвращается к спокойному томлению в кастрюле.
Покрытые пятнами руки тетушки снова хватают Аннамэтти – только в этот раз в ее глазах горит странный огонек. Весь скепсис испарился.
– Эви, дорогая, ты завела очень интересное знакомство.

* * *

Тетушка долго и подробно расспрашивает Аннамэтти о ее семье, прежде чем нас отпустить. Забавно: как и мы, гостья утверждает, что ее предки жили в городе Рибе и состояли в родстве с самой знаменитой датской ведьмой Марен Сплиид. Двести двадцать лет назад по приказу короля Кристиана IV ее привязали к деревянной лестнице и бросили в костер. Этот случай не только послужил уроком, но и породил множество легенд. Дар Марен был исключительным, но смелость сыграла с ней злую шутку. Смерть знаменитой ведьмы и последовавшие за ней казни, происходившие при «Охотнике на ведьм», заставили ведьм Дании разбежаться по всей стране. Наш народ так и не смог оправиться после тех событий – кланы развалились, а магические знания хранились внутри семей и не разглашались.
Учитывая время и расстояние, неудивительно, что в Хаунештаде живет не одна магическая семья, восходящая корнями к городу Рибе и Марен. Однако мне все равно сложно с этим смириться. Мы так долго верили в свою исключительность.
Когда Хансе наконец удается узнать все подробности о генеалогическом древе Аннамэтти, мы идем на улицу. Затем заходим в лесочек за домом, где нас никто не увидит – даже из замка Ольденсбургов, славящегося своими панорамными видами. Мы спускаемся вниз, к морю.
Нужно внимательно смотреть под ноги – земля усеяна корявыми корнями и ветками. Но я знаю эту тропинку, ведущую вниз по пологому склону, лучше, чем кто бы то ни было. И ухитряюсь по пути незаметно рассматривать Аннамэтти. Может, ее семья действительно приехала издалека. Однако на лице у юной ведьмы написано: она местная.
Насколько я знаю, Анна не владела магией. У нее были мама с папой – оба «обычные» люди – и бабушка. Для пожилой женщины Анна стала центром вселенной. Родители уехали из города вскоре после похорон дочери. Собрали свои вещи и титулы и переехали на Ютландию – подальше от места, где все напоминало о тяжелой утрате. Бабушка все еще живет здесь, но она потеряла рассудок от горя, не сумев перенести потерю семьи. Я иногда встречаю ее в булочной. Старушка всех зовет «Анной» – даже меня.
– Что? – интересуется Аннамэтти, перехватив мой взгляд. Мы пролезаем меж двух сросшихся деревьев, стволы которых увлажнились от сока.
Я не могу поведать ей свои мысли. Но в голове крутится несколько вопросов.
– Просто… как ты узнала, что мы ведьмы? Если бы ты не угадала, мы бы могли сдать тебя. Тебя могли бы отправить в изгнание.
Девушка уклоняется от ветки.
– Я просто почувствовала.
Как тетушка Ханса.
– Наверное, я никудышная ведьма, – отвечаю я. – Я ничего не почувствовала. Сейчас я ощущаю, как кровь волнуется в жилах. Но час назад? Нет.
Сколько же всего я не знаю о своих способностях.
– Эви, я думаю, ты отличная ведьма.
Очень мило с ее стороны. Однако это не значит, что слова Аннамэтти – правда. Тетушка Ханса показала мне только самые простые заклинания. Я читала ее книги и книги матери и знаю: еще учиться и учиться. Увидев способности Аннамэтти, я поняла, что появилась возможность узнать больше.
– Как ты это сделала? Я имею в виду трюк с супом.
Аннамэтти пожимает плечами и, ухватившись за ствол, описывает круг – как будто водит хоровод у майского дерева[5].
– Это всего лишь оживляющее заклинание, – отвечает девушка так, словно произвести впечатление на тетушку Хансу – незначительное дело.
Я чувствую укол зависти. Аннамэтти так легко, просто и со знанием дела говорит о магии. Я тоже так хочу. Я потратила несколько месяцев на изучение литературы и эксперименты, чтобы сотворить заклинание от Засухи. И я не уверена, что оно сработало.
У меня имеются только косвенные свидетельства его эффективности, а госпожа Серафина научила меня не выдавать случайности за успех.
Еще пара шагов, и мы на белом песке пляжа, невидимого из Хаунештадской Бухты. Я всегда тут хожу, когда нужно срезать путь до Лагуны Греты. Я пытаюсь перестать волноваться, но не получается – ведь никогда не доводилось посещать лагуну при свете дня. Я окидываю взглядом пляж. На нем ни души – все, должно быть, готовятся к вечерним празднованиям.
– Осторожно, – предупреждаю я, когда мы доходим до конца пляжа. Там находятся два огромных камня. – Здесь глубоко.
Я снимаю ботинки и чулки и вхожу в воду. Почувствовав под ногами песчаное дно, я оборачиваюсь и вижу: Аннамэтти все еще стоит у камней.
– Вот, – возвращаясь, я протягиваю ей ладонь. – Возьми меня за руку. Я помогу.
Маленькими шагами девушка подходит и крепко хватает меня за руку. Я улыбаюсь.
– Пойдем. Это не страшно.
Добравшись до нужной точки, я отодвигаю небольшой булыжник, загораживающий вход, и приглашаю Аннамэтти войти. Даже в разгар дня пещера погружена в тень. Я зажигаю свечку. С выступов на стенах свисают различные бытовые приспособления. На полу стоит ведро с задыхающимися устрицами – мой недавний провал. На уступе выстроились мои растворы, баночки с чернилами осьминога и кальмара, ядом медуз и измельченным в порошок панцирем краба.
– Ты построила себе логово.
Я смеюсь в ответ.
– Точнее, секретную мастерскую.
– Нет же, это именно логово. – Руки Аннамэтти скользят по каменному выступу. Она поочередно поднимает на свет баночки, восхищаясь цветом и консистенцией содержимого.
Мыском туфли юная ведьма толкает ведро с устрицами.
– Что ты собираешься сделать с этими малютками? – Она берет одного моллюска и держит его в ладошке – как будто это птенчик, а не источник моего бесконечного разочарования.
– Они пустые. Я хотела заколдовать их, чтобы они выращивали жемчужины. Потом их можно было бы расколоть…
Резким жестом Аннамэтти прерывает меня. Она вполголоса бормочет что-то невнятное, сосредоточив взгляд на устрице.
В следующее мгновение раковина моллюска становится ярко-розовой, как закатное небо. Ее створки открываются. Внутри лежит превосходная жемчужина: идеально ровная, молочно-белая и переливающаяся.
– Она прекрасна, – завороженно говорю я, хотя слова кажутся бесполезными для описания такой красоты. Она неземная, неестественная. Мне хочется дотронуться до жемчужины, но в то же время страшно. Она кажется… живой.
Аннамэтти загадочно улыбается.
– Думаю, слишком прекрасна, чтобы ее разбивать, – девушка произносит древнескандинавское слово «Fljóta». Жемчужина уже парит у ведьмы над ладонью. Затем без лишних слов девушка снимает несколько нитей, свисающих с вбитых в каменные стены гвоздей. Аннамэтти накрывает жемчужину и нить руками, скрывая их от меня. Потом про себя читает заклинание, сконцентрировав взгляд в одной точке. Несколько секунд спустя она раскрывает ладони. В них оказывается безупречное жемчужное ожерелье.
– Повернись и приподними волосы, – командует она.
Я подчиняюсь. Аннамэтти завязывает ожерелье на моей шее, располагая его так, чтобы жемчужина лежала в углублении между ключиц. У меня нет драгоценностей. Я ни разу не примеряла их. Правда, если не считать обручального кольца моей матери, которое отец прячет в небольшом сундучке вместе с письмами, рисунками и другими воспоминаниями об их совместной жизни.
Я прикасаюсь к жемчужине и поднимаю глаза на Аннамэтти. Та уже увлечена следующей устрицей и нитью. Несколько секунд спустя юная ведьма надевает очередное ожерелье себе на шею.
Страницы:

1 2 3 4 5





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • alesh.nat о книге: Мила Бачурова - Заложники Солнца
    Вот ради таких книг перерываешь тонны макулатуры (файлов),что бы найти ту что не оставит равнодушной.Автор,огромное Вам спасибо!

  • Bibii о книге: Алекс Найт - Капкан для Ректора
    Прочитала с удовольствием.

  • gohar.62 о книге: Марина Снежная - Роль для попаданки
    На один раз.

  • Chernichka о книге: Наталья Бульба - Анастасия. Дело для нежной барышни
    "Расследование преступления влечет за собой возможность избежать следующего."

    Заранее предупреждаю, что тут будет краткая заметка для меня.
    Просто я люблю читать и не люблю писать отзывы). А эту книгу я читала где-то месяц назад и после я уже прочитала книг 5-6. Поэтому впечатления смазанные и далекие. Но оценка стоит по первым впечатлениям.

    Люблю я этого автора. Читала у неё цикл "Белая галактика" и скажу, что серии очень похожи, но и кардинально отличаются. Там чистая космическая фантастика, а тут детективное фэнтези.

    А еще я люблю видеть в книгах игры сильнейших, интриги, видеть как развязывается потихоньку этот клубок. И в этой истории все это есть, да еще и приправлена вся эта прелесть магией....ммм...вкуснятина.

    Мне нравится какие у автора герои, как автор продумывает и запутывает, но потом обязательно распутывает, сюжетную линию. Каждое событие и действие очень точно вплетено в картину книги. Герои все взрослые, в меру адекватные и разумные. Но как и в "Белой галактике" мне не нравится любовная линия и все, что с этим связано. Все кругом боготворят нашу героиню, готовы пылинки сдувать. А вот кто её избранный понятно с самого начала, и, кто бы мог подумать, им оказался один из самых крутых в той шайке . На ровном месте какие-то чувства возникли. Особо они не общались, друг друга не знали. Но вот если бы сказали, что это голый расчет, что они просчитали выгоду таких отношений, то это бы уже смотрелось лучше для меня. Потому что книга слишком логична для такого непонятного шага, как любовь.

  • Chernichka о книге: Марк Лоуренс - Принц Терний
    "Ненависть сохранит тебе жизнь там, где любовь потерпит неудачу."

    Обложка, название, аннотация - все это отражает суть книги, а это, согласитесь, один из важных факторов. Бывает смотришь на обложку/название/аннотацию и либо вообще не хочется даже в руках держать "это", либо прочитав не понимаешь, что за название и к чему такая картинка. В настоящее время это встречается все чаще, к сожалению.

    Книга шла тяжеловато, втянулась я под конец. Да так втянулась, что уже начала следующую часть.
    Мне не очень понравился язык автора. Слишком простой, прямолинейный, грубый - можно сказать подростковый. Немного раздражали резкие переходы из одного времени в прошлое. Вот, серьезно, читаешь, пытаешься втянуться и тут резкий скачок, и ты ОПЯТЬ пытаешься втянуться, но уже совершенно в другой момент. А времени нет, потому что главы короткие и все происходит слишком быстро. Поэтому для меня книга получилась суховатой, безэмоциональной. Но нельзя так!!! Ведь тут большой акцент не на сюжет, не на приключения, а именно на переживания и чувства героя. Да какие чувства: ярость, ненависть, гордость, боль! И все это я вижу, но не чувствую, и это очень печально. Все, что у меня вызывал главный герой, и то редко, так это жалость.

    Вот просмотрела я мнения других и увидела, что многих смущает возраст главного героя. Да, современному человеку сложно представить, что в 14 ты уже состоявшийся убийца, в 12 ты уже замужем. Для нас это дети. Но ведь в нашем прошлом тоже были такие устои, законы. И я смогла это понять и воспринимала как должное. Как говорится "Со своим уставом в чужой монастырь не ходят".

    Автор показал нам своё видение, альтернативное будущее нашего мира. Именно будущее. После каких-то событий технологичный мир пал и появился мир магический, но глубоко запрятаны отголоски прошлого. Я пока прочитала только эту часть и особо ничего не поняла про историю мира, про магию. Хотя именно вот эта задумка мне больше всего и понравилась. Посмотрим, что будет дальше? сможет ли автор нам это раскрыть и показать? Очень надеюсь, что да.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.