Библиотека java книг - на главную
Авторов: 48598
Книг: 121350
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Голос Тайра. Жертва порока»

    
размер шрифта:AAA

Кристина Кандера
Голос Тайра. Жертва порока

Глава 1

— Свадьба! Представляешь? Этот идиот надумал жениться!! И когда?! Когда?!
В кабинете дяди Фила было прохладно — магический вентилятор исправно крутился под потолком, гоняя еще не успевший раскалиться с утра воздух — окна были плотно закрыты, что исключало попадание уличного шума. Сам же господин главный редактор газеты «Голос Тайра» и по совместительству владелец этой самой газеты бегал из угла в угол, то запуская пальцы в собственные волосы, то потрясая кулаками.
— Это немыслимо! Это катастрофа! Это конец всему!!
Я опустила глаза, мысленно представляя себе картинку: спина прямая, руки сложены на коленях, складки на платье аккуратно расправлены. Этакая благородная барышня. Сущий ангел, на первый взгляд. И на второй. И даже на третий.
— Ты понимаешь, чем мне все это грозит?! — дядя Фил вероятно устав бегать из угла в угол, остановился напротив и, уперев руки в бока, принялся сверлить меня злым взглядом своих карих глаз. Стоит ли говорить, что я почувствовала себя очень неуютно под таким прицелом? Но, памятуя о том, для чего меня всей редакцией слезно уговаривали прийти в этот кабинет, утвердительно кивнула, соглашаясь со всеми доводами своего родственника.
В ответ на мой жест, редактор газеты «Голос Тайра» закатил глаза и со стоном опустился на соседний стул.
— Да ничего ты не понимаешь! — взвыл дядя Фил. — Ровным счетом ничего! Этот… этот… даже не знаю, как обозвать его, женится! Ты можешь себе представить, что все это значит для меня? Для газеты? Для Империи, в конце-то концов?!!
Я снова кивнула, молча соглашаясь со всем, что вещал мой родственник. Зная дядю Филиппа, прекрасно понимала, что единственная возможность пережить бурю и не оказаться во всем виноватой — это соглашаться со всем, что он скажет и — ни в коем случае! — не противоречить и не вступать с ним в споры. Знали об этом и остальные сотрудники «Голоса Тайра», но не умели усмирять своего работодателя, так как я, а потому именно мне и пришлось сидеть здесь, в его кабинете, выслушивать возмущенные выкрики господина главного редактора, кивать в ответ и — что самое невыносимое! — молчать.
Поняв, что другой реакции, кроме как молчаливого согласия, он от меня не дождется, дядя Фил поднялся со стула и принялся снова расхаживать по кабинету. Но на этот раз он уже не бегал из угла в угол, а степенно прохаживался по светлому пушистому ковру, заложив руки за спину, рассуждая сам с собой:
— Я его уволю… нет, — тут же поправился он, — это будет слишком легким для него наказанием. К тому же, если я его уволю, то «Вестник» и этот падальщик Доргван тут же подхватит моего лучшего журналиста. Не-е-ет, — тут же протянул главный редактор «Голоса Тайра», мстительно прищуриваясь, — такой радости я им не доставлю. Ни-за-что! Я лучше что-нибудь другое придумаю, — я исподлобья следила за метаниями родственника, отчетливо определив именно тот момент, когда в его светлую голову пришла очередная идея наказания нерадивого журналиста, единственным прегрешением которого было — о, ужас! — то, что он решил устроить свою личную жизнь в такой неподходящий, по мнению моего дядюшки, день. — Я его сошлю. Да, точно! — дядя Фил остановился на месте и поднял вверх указательный палец правой руки. — Будет он у меня до конца жизни про бездомных котят статейки клепать. Или, лучше, отправлю я его в провинцию, освещать достижения магов-селекционеров в области растениеводства. Вот тогда он у меня попляшет! Вот тогда я буду торжествовать!
Когда дядя заговорил про селекцию, я поняла, что пора вмешаться. Ну, просто потому что, все работники газеты, и я в том числе, прекрасно знали, что никуда он Тома Брайта не отправит, и не уволит. Просто Том, он же звезда не только «Голоса», он — пример для всех журналистов в Империи. Он же что угодно разнюхает и так преподаст, что любо-дорого. А потому, когда дядя стал придумывать особо грязные способы отмщения несчастному Тому, я решила вмешаться.
— Так, а что такого случилось, что Том так срочно понадобился?
Дядя Фил застыл на месте с поднятой ногой — он как раз собирался следующий шаг сделать, но мой вопрос застал его на середине действа. Постоял так с секунду, затем поставил ногу на пол, развернулся ко мне всем корпусом, слегка наклонился вперед, чтобы было удобно смотреть мне в глаза, и так спокойно-преспокойно спросил:
— А ты здесь зачем сидишь?
— А? А… я… это… — и вот тут я поняла, что попала. Что надо было мне еще немножко про методы селекции в растениеводстве и естественный отбор в природной среде послушать, потому что теперь дядя Фил на меня переключится.
— Я тебя спрашиваю, — очень спокойно, даже как-то ласково вопрошал у меня главный редактор газеты «Голос Тайра», — ты здесь что забыла? Тебя кто звал-то?
— Так это… ты же сам и звал, — не слишком уверено кивнула в ответ, стараясь не смотреть дяде в глаза.
— На меня смотри, когда я с тобой разговариваю! — рявкнул он и я, вздрогнув, тут же подняла глаза. — Эти бездельники опять тебя подослали? Да…
— Да нет, — покачала я головой. — Я сама, честно.
Вообще, я дядю не боялась. Я его знала, как облупленного, все-таки последние пять лет он мне и вместо отца и вместо матери был, когда я, сбежав из провинции, появилась на пороге его дома и заявила, что теперь меня из столицы никто не увезет, принял активное участие в моей судьбе. Даже с маменькой договорился, что вроде как опекать меня будет, бумаги там какие-то состряпал. Так что бояться я его не боялась, но опасалась. Потому как последние полгода работала тут же, в редакции «Голоса Тайра», правда на должности младшего помощника корректора. Почему младшего и почему помощника? А это дядюшка так поиздевался специально. Даже должность эту самолично придумал.
Меня же когда из Магической императорской академии выгнали, ну не выгнали, а выпустили, по всем правилам, правда, диплома я так и не получила, но это совсем другая история. Так вот, после того, как мое обучение закончилось, я чтобы дядю лишний раз не нервировать, на курсы журналистов отправилась, трехмесячные. Ну, откуда же мне было знать, что это какой-то мошенник просто денег подзаработать решил и на самом деле ничему меня учить не собирался?
А когда он исчез в неизвестном направлении спустя всего неделю, после того как деньги за обучение оказались уплачены, я и призналась во всем дяде Филиппу. А он… он тогда долго смеялся и даже статью в «Голос» написал. Сам. О том, как бестолковых дур (правда он покорректнее выразился, но сути это не меняет) разводят на деньги разные проходимцы. Еще и мораль в конце вывел, что благовоспитанным девушкам, надо не по курсам разным-всяким бегать, мужские профессии осваивая, а дома сидеть, пироги печь, да детям сопли утирать. Ох, и зла же я тогда была! Но делать было нечего, замуж меня в скором порядке дядя Филипп выдать не удосужился (кандидата подходящего не подвернулось), к маменьке на юг империи я уже сама ехать отказалась наотрез, а занять меня чем-нибудь надо было, чтобы, по словам самого дяди: «Не влипла в очередные неприятности, людям на смех».
Вот он меня и пристроил в редакцию на смешную должность, с оговоркой, что если я год не проработаю младшим помощником корректора, если не выдержу, то тогда придется мне паковать чемоданы и возвращаться к маменьке под бок.
Ну а я в провинцию не собиралась никаким образом. Я не для того в четырнадцать лет из дома сбежала и сама, тайком ото всех, в столицу пробиралась, чтобы в двадцать обратно возвращаться с поджатым хвостом. Вот и приходилось терпеть и работать, и молчать… иногда.
Пока я предавалась размышлениям, дядя Фил снова вошел в раж и теперь уже поносил на чем свет стоит всех сотрудников редакции и меня в том числе. Только вот исходя из его разглагольствований, я не очень поняла, он нами недоволен или все же восхищается сообразительностью?
— Так, а чего случилось то? — перебивая родственника на полуслове, повторила я свой вопрос. — Зачем так срочно Том понадобился?
— А ты не знаешь? — выдохнул дядя.
Я честно помотала головой.
— Ну вот! — снова закатил глаза мой родственник. — Все знают. Весь город гудит. Вся Империя в курсе, а у меня в редакции никто ни сном, ни духом! Ох, Брайт, Брайт, на кого ты меня оставил, на кого променял, — и, не обращая больше на меня внимания, дядя Фил, понурив голову, направился к своему столу и рухнул в кресло. Тяжело облокотился о столешницу и закрыл лицо руками.
Я тут же подскочила со своего стула, метнулась к небольшому столику в углу, налила в стакан воды из графина и услужливо поставила перед дядей.
— Ну, дядя Фил, — легонько погладила его по плечу, — ну, не берите все так близко к сердцу. Расскажите лучше, что такого стряслось.
Несмотря на то, что мой родственник так сокрушался о том, что какое-то важное событие прошло мимо нашей газеты, я была уверена, что на самом деле все это не совсем так, вернее — совсем не так. Слишком хорошо знала, как у дяди налажена агентурная сеть, прекрасно себе представляла, что у него есть свои информаторы везде, где только можно и зачастую благодаря такому ведению дел именно «Голос Тайра» являлся той самой газетой, которая освещала самые громкие мероприятия и становилась кузницей сенсаций.
Да к тому же, учитывая, что дяде понадобился именно Том Брайт, я могла предположить, что в столице случилось что-то нехорошее. Просто, Том, он же в основном о криминальных событиях писал, проводил журналистские расследования, частенько раскрывал истинного преступника раньше, чем доблестные работники имперской полиции. Да-да, и именно поэтому, «Голос Тайра» так не любили доблестные слуги правопорядка.
— Что стряслось? — убрал ладони от лица дядя Филипп. — А то стряслось, что не далее, как этой ночью убили дочь лорда Нейроса. Единственную дочь. Наследницу всего состояния. А написать про это некому. И на место преступления мне отправить некого. А этот паразит Доргван, я уверен, уже вовсю своих падальщиков натаскивает. И это «Вестник», а не «Голос Тайра» будет освещать этапы расследования. Небось, проходимцы, которых выкармливает этот паразит Доргван, уже крутятся на месте преступления, а то и статейки клепают.
— Поручите эту статью кому-нибудь другому, беды-то? — я пожала плечами.
— Кому? Вот кому мне ее поручить, если по криминалу у нас только этот паршивец Брайт специалист? Ты мне не подскажешь? Может быть, мне стоит попросить написать об этом леди Истар? — я скривилась от такого предположения. Леди Истар, конечно же, была достойной дамой, но она чересчур сильно любила животных и писала в основном только про них. Люди же, тем более мертвые, ее интересовали мало. Вернее, не интересовали совсем.
— Или господину Молару? — продолжал высказывать предположения дядюшка.
После этого дядиного предположения я скривилась еще больше. Молар вел колонку светских новостей. И в случае убийства леди Как-ее-там, скорее всего, написал бы не об этом, а о том кто, где, с кем и каким образом. У него это лучше всего получалось. А убийство? Убийство — это, по его мнению, мерзко и не стоит внимания. Вот о том, с кем перед смертью развлекалась покойная, господин Молар написал бы, ох, как бы он об этом написал. Еще и магоснимки бы приложил и интервью, взятое за минуту до смерти. Он на это мастер, каких поискать. К слову сказать, именно из-за его колонки на «Голос Тайра» чаще всего в суд подают. Но и из-за этой колонки нас больше всего и читают. Всем же интересно, кто, с кем и в какой позе.
— Или, на крайний случай, вон, — и дядя кивнул на дверь, — Малкольму? — стоит ли говорить, какая гримаса появилась на моем лице после упоминания имени моего заклятого врага — секретаря дядюшки Филиппа? — А может, ты прикажешь мне самому этим заняться и забросить все остальные дела?
В этот момент так некстати раздался сигнал из переговорника — кто-то усиленно пытался связаться с господином главным редактором. Этот факт еще больше вывел моего родственника из себя и он, схватив кристалл, изо всех сил рявкнул в него:
— Я занят!!
А затем, бросив кристалл на подставку, заорал еще громче:
— Малкольм!!
По тому, как быстро отворилась дверь, я сделала вывод, что дядюшкин секретарь по своему обыкновению далеко не отходил и подслушивал с той стороны.
— Д-да, госпо…
— Сделай так, чтобы меня никто не беспокоил! Почему я должен это повторять по нескольку раз?! Неужели вы настолько бесполезны, что не можете понять мои слова и выполнить распоряжение раз и навсегда?! — и он еще что-то кричал краснеющему и заикающемуся секретарю.
А я немного развернулась в кресле и бросила на Малкольма ликующий взгляд, как бы показывая этим свое превосходство. Мелочно и низко? Возможно. Но, мне это доставило удовольствие, да и настроение как-то сразу стало улучшаться. Предпочитаю, чтобы дядя Филипп срывался и кричал на кого-нибудь другого, потому что когда он начинает учить жизни меня, я не сдерживаюсь, и тогда рычим и ругаемся мы уже вдвоем. А после таких «семейных разговоров» я чувствую себя так, словно меня заставили пробежать, по крайней мере, несколько километров, причем в туфлях на каблуках, шляпке и многослойных юбках.
Малкольм зло глянул в мою сторону и скрылся за дверью, а дядя Фил откинулся на спинку собственного кресла и устало прикрыл глаза.
— И почему вокруг меня одни идиоты? — пробормотал он.

Я посчитала вопрос риторическим и не стала на него отвечать, как не стала и уточнять, что в данный конкретный момент вокруг дяди есть только его единственная и горячо любимая племянница, а себя я к идиотам уж точно не отношу.
— Что еще ты от меня хотела? — дядя Фил приоткрыл один глаз и пытливо уставился на меня. — Зачем приходила-то?
— Да так, — отмахнулась я. Ну не сдавать же мне разъяренному господину главному редактору работников его же газеты, которые меня сюда и направили, слезно умоляя «сделать хоть что-нибудь»? Мелочно это как-то и непрофессионально.
— Ну, говори уже, пока я добрый. Вдруг даже сделаю, как попросишь.
А вот такой шанс упускать было никак нельзя. Не часто дядя Фил готов вот так взять и что-то сделать. Я стала лихорадочно раздумывать о том, чего мне больше всего хочется сейчас? Магический вентилятор в кабинет? Повышение зарплаты? Все не то, все не то…
Как назло, в этот момент в голове крутилась всякая ерунда вроде новой шляпки или набора для письма, но это все такие мелочи за которыми я уже лет с восемнадцати не обращаюсь к дяде. Можно было бы еще попросить личный магопереговорник. Они как раз в моду вошли, маленькие такие, в карман или в сумочку помещаются. А женские модели, так и вовсе разноцветные делают, розовенькие там или голубенькие, камешками украшены. Я вон давече читала в колонке господина Молара о том, что дочка канцлера приобрела себе такой, так на его декорирование брильянтов ушло на такую сумму, какую я в «Голосе Тайра» за всю жизнь не заработаю. Взгляд мой заметался по сторонам, мысли пришли в движение. «Что же попросить? Что? Что?»
Мой взгляд вдруг зацепился за листы бумаги, раскиданные на столе главного редактора. Под исписанными бумагами затесалось пара магоснимков, возможно даже…
Вот оно! Я даже подпрыгнула в кресле, сообразив, что вот он — мой шанс и сделав глубокий вдох, выпалила:
— Отдай мне статью о смерти той… дочки этого… ну, которую Брайт должен был писать! — от нахлынувшего вдохновения и чувств, я даже забыла, кто есть кто, но вроде бы смогла вполне внятно изложить свою просьбу.
По крайней мере, дядя Фил точно понял, что именно я от него хотела, потому что сразу его глаза округлились от удивления, а потом он весь просто затрясся от смеха.
— Тебе? Отдать статью Брайта? Ха-ха-ха… ой, насмешила… ой, не могу… ха-ха-ха!
— И что в этом смешного? — обиженно насупилась я. — Думаешь, что я не справлюсь? Так вот, я справлюсь и даже не хуже Брайта! — я демонстративно скрестила руки на груди и откинулась на спинку кресла, продолжая смотреть на родственника исподлобья.
— Ой, Рианка, ой, повеселила старика. Я даже забыл, что злился, — не унимался тем самым дядя, демонстративно смахивая мизинцем слезинку с ресниц.
— Да почему нет?! — я не выдержала и вскочила с места. — Почему нет? Думаешь, что не справлюсь? Так проверь! Испытай меня! — подобные разговоры происходили у нас с дядей как минимум раза два в неделю и обычно они заканчивались одинаково — меня отправляли и дальше править чужие тексты.
— Я не думаю, — мой родственничек, любимый и единственный, кстати, потянулся вытирать глаза кончиком шейного платка, которые несколько лет назад вошли в моду вместо галстуков, — я в этом уверен. Честно признаться, даже Брайт не справился бы, а он на этих делах собаку съел. Лорд Нейрос — это не бабулька из рабочего квартала. Лорд Нейрос — это прежде всего имя, положение и связи. Он в Совете Империи не последний человек — это раз, отец его, вице-канцлер — это два, семейка эта в родстве с самим императором — это три. Еще предложения будут или ты уже пойдешь на свое рабочее место и не будешь мне тут надоедать?
— Так не честно! — я всплеснула руками и еще быстрее забегала по кабинету, благо места здесь было предостаточно. — Ты даже не хочешь давать мне шанс, даже крохотный, даже малюсенький! — я выставила пальцы, показывая какой именно шанс мне нужен.
— Ри, детка, — дядя уже не смеялся, но и злиться надо признаться, он перестал, — это ж надо не только побывать на месте преступления, поговорить с родственниками и следователями, опросить судмедэкспертов — а эта братия, скажу тебе, вообще неразговорчива, по сути своей — это же еще написать все это связно надо, на корректуру отдать, мне на утверждение. Это ж кроме всего прочего, надо никого не обидеть из сильных мира сего. Даже Брайт бы не справился.
— Конечно, — ядовито произнесла я, останавливаясь посередине кабинета и упирая руки в бока, — потому что вот уже три месяца, как все его статьи корректирую и правлю я. От Брайта там — только идея и материал.
— Идея тоже важна! — не сдавался мой родственничек. — А без материала нет статьи.
— Ну, дядя! — я тоже не собиралась идти на попятный. — А если я справлюсь?
— А если нет?
— А если да? Ты же даже испытать меня не хочешь и самой проявить инициативу не даешь! А тут такой шанс!
— У меня завтра номер выходит, обзорную статью надо сдать до пяти утра.
— Я успею!
— Не успеешь!
— Успею!
— Ладно, — вдруг протянул главный редактор газеты «Голос Тайра», — но если не справишься, то вернешься к матери и выйдешь замуж за того, кого она там тебе выбрала.
На мгновение я задохнулась от такого предложения. Это же надо, настолько сильно желать от меня избавиться, чтобы своими руками толкнуть замуж! Ну, дядя! Не ожидала от тебя такого! Вот уж точно не ожидала.
Но в ответ не стала возмущаться, лишь прищурилась и кивнула с достоинством.
— Принято! Но, — я подняла вверх указательный палец для пущей убедительности и дополнительного эффекта от своих слов, — если я справлюсь, то тогда, ты принимаешь меня в штат.
— Идет! — тут же подхватился со своего места дядя Фил.
— По рукам!

Глава 2

О том, в какой глубокой яме я оказалась, понимать начала почти сразу, как мы с дядей Филом ударили по рукам. Просто не мог он вот так взять и отдать мне важную статью. Вот никак не мог. Дядя Фил, он, конечно, замечательный. И меня любит очень, как-никак я его единственная племянница — своих-то детей у него нет. Но еще он не один раз неоднозначно высказывался, что приличной девушке нечего лезть в мужское дело, а все, что от нее нужно — это удачно выйти замуж.
Именно по причине этих самых его убеждений, я и съехала из его особняка сразу же после того, как меня выпустили из академии. Просто кому понравится, когда эти самые «удачные» женихи шастают вокруг в любое время дня и ночи? Вот и мне это не нравилось, а дядя… он же ничего слушать не желал, все твердил о том, что раз с академией у меня ничего не вышло, то прямая дорога мне — замуж.
И вот сейчас он сам, по собственному желанию, так сказать, предложил мне написать статью об убийстве? Нет, что-то здесь однозначно не так.
Я прищурилась и подозрительно покосилась на довольного дядю Фила, настроение у которого из отметки «порву любого» вдруг резко доросло до точки «сегодня просто чудо какой замечательный день». Подозрительность моя только возросла.
— Ну, что, Рианка, — потер ладони главный редактор «Голоса Тайра», улыбаясь так широко, что мне вот уж совсем не по себе стало. — Иди, твори. Не забудь только, что статья должна в завтрашнем номере выйти. Ступай-ступай, не мешай серьезным дядям работать.
Я насупилась, встала и даже почти дошла уже до двери, как услышала в ответ:
— Документы заберешь у Малкольма через час.
— И кристалл дашь? — резко развернувшись, я удивленно посмотрела на дядю.
— Еще чего! — вскинулся он. — Не доросла еще до таких игрушек. Ручками все, ручками.
И коварный главный редактор ехидненько так захихикал, потирая ладони и приговаривая о том, что уже завтра пойдет заказывать костюм на мою свадьбу.
— Потому что у Бердолини всегда такая очередь, — посетовал этот… этот… — У него ведь весь цвет нашей столичной аристократии одевается.
Я лишь хмыкнула в ответ и решительно вышла из кабинета, предварительно стребовав магический амулет-оповещатель, с его помощью главный редактор в любой момент может связаться со своим работником и вызвать того в редакцию.
В приемной обретался Малкольм. Он покосился на меня с пренебрежением, губы так поджал, точно перед ним не я, умница и красавица, а что-то уж и вовсе неприятное.
Я только фыркнула в ответ, и больше не обращая на дядюшкиного секретаря никакого внимания, гордо так направилась к выходу. Идти то я шла, только вот чем ближе была дверь, тем отчетливее я понимала, что… плохо все. А мысли в голове вертелись разные. И нехороших было куда как больше, чем приятных. Это ж во что я такое сейчас ввязалась? Это что же мне не сиделось в том пыльном чулане, который отвели младшему помощнику корректора, да статейки не правила? И вот что сейчас делать-то?
Эйфория от удачно выигранного спора лопнула, как мыльный пузырь, оставив после себя неприятный липкий осадок. Вышла в коридор, дверь за собой прикрыла и взвыла тихонечко от осознания того, в какой глубокой яме я оказалась. Это что же мне сейчас делать-то? Куда бежать? Кого опрашивать? Да я же ничего не знаю и даже не представляю себе с чего начинать?
От понимания всей ситуации я взвыла уже в полный голос. Хорошо еще, что в коридоре второго этажа никого не было. Это внизу всегда царил хаос и гвалт: бегали журналисты, курьеры, приходили и уходили осведомители и другой сброд, дверями там еще любили хлопать от души и ругаться так, что у приличной барышни уши вяли. Дядя сразу хотел, чтобы я там сидела, но когда сам с полчаса послушал, о чем его «мальчики» разговаривают, быстренько приказал специально для меня кабинет приготовить.
Ну как кабинет — каморку для метелок, а приготовить — это в его понимании все метлы и ведра оттуда вынести и стол письменный занести. А то, что когда там стол установили, я к этому самом столу могла разве, что по воздуху добраться его уже не интересовало никак.
Я вздохнула. Огляделась еще раз. На втором этаже редакции находились кабинеты самых лучших дядиных журналистов. Сюда-то и посторонние не допускались, потому и царили в большинстве своем тишина и покой. Взгляд мой скользил по рядам глухих дверей, отмечал таблички, на которых были написаны имена и фамилии. Вон, в самом конце коридора кабинет Тома Брайта, святая святых, туда и дядя-то частенько с опаской входил, а рядом с ним кабинет господина Молара, чуть ближе к лестнице обретается леди Истар.
Так… озарение пришло внезапно. Точно вспышка.
— Ну конечно! — воскликнула я и даже подпрыгнула на месте. — И как это я сразу не догадалась?
Круто развернувшись, я влетела в приемную.
Малкольм, сидевший за своим столом и важно что-то разглядывающий на листе бумаги, аж подскочил от неожиданности.
— Что? — возопил он, подрываясь с места и бросаясь мне наперерез. — Туда нельзя! Господин главный редактор занят!
Он и, правда, попытался меня не пустить. Меня! Но я оказалась быстрее и наглее. Оттолкнув мерзкого секретаришку с дороги, я влетела в кабинет дяди и захлопнула дверь прямо перед носом у Малкольма.
Дядя Фил сидел за своим столом, на том же самом месте, где я его и оставила несколько минут назад и, нацепив очки, что-то увлеченно рассматривал.
— Ри? — он удивленно вскинул голову, когда я вбежала в его кабинет. — А что….
Но я не обратила на него никакого внимания. Решительно прошла к шкафу, что гордо возвышался вдоль одной из стен и, распахнув дверцы, практически нырнула во встроенный туда бар. Весело зазвенела посудой и бутылками, пока не отыскала собственно то, ради чего и вернулась.
Прижав к груди непочатую бутылку лучшего коньяка — а дядюшка мой в этом толк знал определенно, — я вынырнула обратно и с победным выражением на лице, обернулась к дяде Филу. О, это надо было видеть! У него было такое выражение, такое… глаза выпучены, рот открыт, очки на бок съехали… Я даже пожалела о том, что у меня под рукой не было магического кристалла. Такие моменты нужно запечатлевать. Горестно вздохнув, понимая какого компромата лишаюсь, все еще прижимая бутылку к груди, я, гордо расправив плечи, поплыла к выходу.
И только взялась за ручку двери, как сзади раздалось:
— Растешь, Рианка, растешь. Не ожидал от тебя, если честно. Но, что уж тут, моя школа.
И вот эти слова для меня, как бальзам на душу подействовали. Так хорошо сразу стало, тепло внутри разлилось, а за спиной точно крылья выросли. В приемную я прямо-таки выпорхнула. Дверь за собой прикрыла аккуратненько и даже Малкольму улыбнулась, от чего противный секретарь едва мимо стула не сел.
Но я на него уже внимания не обращала. Передо мной стоял он. План! И я спешила на всех парусах к его выполнению.

Когда ты хочешь узнать что-нибудь, что касается кого-нибудь из богатых и знаменитых, у тебя есть только одна дорога — к господину Молару.
Старый джентльмен знал на память все аристократические семейства, он прекрасно разбирался в генеалогии и мог быстрее самих аристократов проследить их родословную до десятого колена. А еще, господин Молар был непревзойденным сплетником. У него был нюх на разного рода слухи. Ни один скандал в более-менее достопочтимом семействе не проходил без того, чтобы штатный сплетник «Голоса Тайра» не написал об этом. Хотя, стоит признать, что большую часть этих самых скандалов, господин Молар создавал сам.
Именно к этому весьма и весьма интересному господину я и направилась, рассудив, что кто как не он должен знать все-все про семейство Нейрос. А чтобы он меня точно выслушал и даже посоветовал хоть что-нибудь дельное, прихватила дядюшкин коньяк. А что такого? Дяде Филу лекари еще два года назад прописали спокойный образ жизни, меньше волнений и полный отказ от спиртного, жирного и жареного. Только вот бессменный редактор и он же по совместительству хозяин газеты «Голос Тайра» вместо того, чтобы жить в свое удовольствие и греть пу… хм… отдыхать на водах, как то положено немолодому господину его возраста и положения решительно отказывался освободить кресло главного редактора и вести куда более спокойный образ жизни, тратя те денежки, что успел заработать за столько-то лет.
А раз так, то и… короче, я решила, что лишиться коньяка, пусть даже от отличнейший и безумно дорогой — это не такая уж беда, для того, кому на этот самый коньяк даже смотреть нельзя. Здоровее будет, вот!
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Венка об авторе Александра Лимова
    Потихоньку прочла всю серию ) Есть пару книг, которые прям зашли! Но остальное , ну такое... скоротать вечерок, разгрузить мозг и забыть )

  • galya19730906 о книге: Ева Маршал - Проданная чудовищу
    Для меня книга никакая. Даже не стала себя мучить.

  • Лина6 о книге: Ева Маршал - Проданная чудовищу
    На начальных строках:"Его поршень ритмично ходил во мне", закрыла книгу и удалила.

  • olgabel о книге: Татьяна Андреевна Зинина - Карильское проклятие. Наследники
    Сюжет интересный, герои разноплановые придуманы, но в поступках у героев мало логики, диалоги неокончены. Один из главных героев вообще в любом споре разворачивается спиной и уходит, не поясняя ни своей позиции, ни отношения. Вроде бы и событий много, но как то больше суеты.

  • karuzina83 о книге: Елена Звездная - Бой со смертью
    Выбор действительно должна делать девушка. Только заботился о Рие как раз не Норт, а Артан. Это он спас ее от отчима. Он, узнав о попытке изнасилования Нортом и Ко, разобрался с родственничком. Именно Артан дал свое кольцо девушке, чтобы предотвратить участь любовницы в случае проигрыша команды Некроса. И таких мелочей в книгах много. А насилие Норт тоже проявлял. Причем делал он это до Артана, желая разделить любовь девушки с друзьями. Если Артан делал это под влиянием инстинктов темного лорда по отношению к своей кошке, то Норт делал это в твердом уме. Чего стоит его нападение фаерболами в начале первой книги, а потом домогательства в качестве благодарности? Он шантажировал девушку, заставив сделать смертельноопасные для нее артефакты. К тому же От Артана Рие действительно никуда не деться. Целоваться ей похоже все равно с кем (вспоминаем бал). Полагаю с постелью будет тоже самое. А Норта, как мне кажется, ей просто жалко. Не похоже ее отношение на любовь

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.