Библиотека java книг - на главную
Авторов: 50415
Книг: 124925
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Ловушка для вексари»

    
размер шрифта:AAA

Дж. Э. Уайт
Ловушка для вексари

Джеку, Логану и Колину – книжка про монстров!

Пролог

Сафи ворочалась под одеялами, ожидая, как и каждую ночь, когда вернётся папа. Вот если бы удалось заснуть, не пришлось бы тогда ёрзать и вертеться с боку на бок, воображая тысячу несчастий, которые могут с ним случиться во время Переплетения. Сафи бы просто закрыла глаза, а потом открыла – раз, и папа уже сидит у её кровати!
Как по волшебству.
А сегодня он, как назло, ещё и задерживался, и Сафи сделалось страшно. Нет, конечно, Сафи много чего боялась: и грозы, и огня, и этих вот насекомых со множеством лапок, которые только и ждут, пока она заснёт, чтобы начать ползать по комнате. Но больше всего на свете Сафи боялась потерять папу. Поэтому, хотя темноты она тоже боялась, она всё-таки решила дойти до соседской хижины, чтобы посмотреть, не вернулся ли домой их сын, тоже переплётчик.
«А потом, – подумала она, – надо же рассказать папе, что я видела…»
Она как раз выскользнула из постели, как вдруг послышались знакомые папины шаги, тяжёлые и размеренные. Сафи ахнула от неожиданности, юркнула обратно под одеяла и расправила их. Когда папа вошёл в комнату, она сонно открыла глаза, как будто он её только что разбудил.
– Папа! – воскликнула Сафи.
Его длинная белая борода слиплась от пота и грязи. На тёмной коже подбородка набухал страшный серповидный ожог.
– Ты ранен!
Сафи села и погладила его по щеке.
– Ничего, это пустяки, – ответил папа.
Наверно, и правда пустяки. У папы всё тело, особенно руки, было обезображено шрамами. Этот новый ожог был далеко не самый страшный.
– Спи давай, – сказал он. – Поздно уже.
– А я спала!
Папа вскинул брови.
– Ну, я же в постели лежала, – поправилась Сафи.
– Спи, моя ненаглядная. Спи.
– Пап, а можно сказку?
– Ох, я так устал! – вздохнул папа, но сам уже подвинул табурет к Сафиной постели и сел. – И даже ещё не ужинал.
Сафи улыбнулась. По правде говоря, теперь, когда папа вернулся, её утягивало в сон, как рыбку на удочке. Но она чувствовала, что папе нужно рассказать ей сказку, что время, проведённое с единственной дочерью, залечивает его раны лучше любого бальзама.
– Расскажи, как он появился, – сказала Сафи.
– Что, опять? Это же мрачная история, радость моя.
– Зато хорошая!
– Но это не…
– Ничего, мне не страшно.
И да, несмотря на многочисленные страхи Сафи, этой истории она не боялась. В сказке Лесной Демон был просто словом, он был скован сюжетом так же надёжно, как и любой другой персонаж. В сказке он не мог причинить им зла.
– Ну расскажи! – попросила Сафи.
Папа потянулся, табуретка скрипнула под его весом, и он принялся рассказывать. Его звучный голос заполнил маленькую спальню целиком.
– На одном утёсе стоял замок, а в замке жила-была принцесса, которую не радовало всё то, что радует других детей. Ей не нравилось играть в прекрасные игрушки, которых у неё было полным-полно – ей нравилось только ломать их. Принцесса терпеть не могла, чтобы её товарищи по играм смеялись – она улыбалась, только когда они плакали. Казалось, ничто не способно заполнить пустоту в её сердце. И вот её отец, человек добрый, но слепой к истинной природе своей дочери, устроил состязание: он посулил отдать половину сокровищ своего королевства за то, что сможет порадовать принцессу.
– Ты про Риготт забыл, – напомнила Сафи. – Которая умела повелевать животными и была единственной, кто предупреждал…
– Поздно уже, – сказал папа, – а про Риготт ты и сама всё знаешь. К тому же про неё ещё будет речь в конце истории.
– Всё равно, лучше рассказывай как следует!
Папа сделал вид, будто собирается встать.
– Может, лучше вообще не рассказывать, а?
Сафи энергично замотала головой.
– Так на чём я остановился? – спросил папа, усаживаясь на место. – Ах да! Состязание. Слухи о нём разнеслись во все концы Мира, и с самых дальних берегов приплыли в королевство изобретатели и игрушечники, плетельщики баек и игрокузнецы, поэты и архитекторы. Все надеялись, что королевская награда достанется именно им. Каждое утро принцесса садилась на свой трон, и ей приносили ослепительные россыпи сокровищ. Там был и металлический мальчик, что умел играть во все игры на свете, но всегда позволял принцессе выигрывать. И кукольный домик с большими окнами, сквозь которые принцесса могла смотреть, как его обитатели беседуют и играют, спорят, растут и стареют. И ткацкий станок, на котором фантазии принцессы сами собой превращались в великолепные ковры.
Но от всех этих замечательных даров принцесса попросту отворачивалась, не говоря ни слова. Таким образом миновало сорок дней. И вот наконец на сорок первый день явился при дворе человек с книгой, обёрнутой в чёрные листья.
– Сордус! – прошептала Сафи. И хотя она обещала не бояться, голос у неё дрогнул – самую малость.
– Он посулил принцессе, что книга эта даст ей возможность делать всё, что она захочет. Советница короля, могущественная вексари по имени Риготт…
– Ну наконец-то! – воскликнула Сафи.
– …Умоляла его не давать эту книгу принцессе. Но король, наконец-то увидевший в глазах дочери неподдельную радость, ничего и слушать не желал.
Папа вздохнул.
– И Сордус не солгал. Гримуар даровал принцессе возможность осуществить все её самые чёрные желания. Не прошло и нескольких дней, как от королевства остались одни руины, и самой принцессе пришёл конец.
– И только Риготт выжила! – сказала Сафи.
– И преследовала Сордуса до самого острова, который был ему домом, твёрдо решив сделать так, чтобы он больше никому не смог причинить вреда.
– Надо было его убить…
– Нет, – ответил папа. – Риготт верила в то, что любая жизнь свята. За такое человека винить не стоит. К тому же по-настоящему опасен был не сам Сордус, а его могущество. И потому Риготт создала зверя по имени Нирсук. Достаточно было одного его укуса – и Сордус тотчас же сделался бы обычным человеком.
Сафи закрыла глаза. Как выглядел Нирсук, точно не знал никто, поэтому всякий раз, как папа рассказывал эту историю, Сафи представляла его себе по-разному. Сегодня Нирсук был гигантской сороконожкой с рогами на ногах.
Папа продолжал:
– Однако Сордус был куда могущественней, чем могла себе представить Риготт. Он владычествовал над травами и деревьями, он осыпал Нирсука градом чёрных шипов и убил его прежде, чем зверь сумел приблизиться к нему. Тут началась великая битва. Сордус пытался удушить Риготт лианами и лозами и насылал на неё чудовищ, созданных из корней и сучьев, Риготт же в ответ насылала на него птиц, и зверей, и насекомых, что ползают под землёй. Остров содрогался. Однако в конце концов Риготт поняла, что не совладать ей с жестоким Сордусом, и, видя, что ей приходит конец, вложила она всю свою магию в одно, Последнее Заклинание и заточила Сордуса на острове, где он никому не может причинить зла.
– Кроме нас, – сказала Сафи.
Папа кивнул.
– Кроме нас.
Он поцеловал Сафи в щёку, девочка хихикнула от прикосновения колючей бороды.
– Ну, а теперь спать, – сказал он, отодвигая табурет в угол комнаты. – А то кому-то с утра ещё и завтрак готовить.
– А мне видение было.
Папа застыл.
– И что ты видела? – спросил он.
– Девочка, идущая сквозь Чащобу, – ответила Сафи. – Высокая, черноволосая. И с ней мальчик. Они этого ещё не знают, но идут они сюда.
Папины губы нервно скривились. Он выглянул в окошко, словно проверяя, нет ли там кого.
– Ты об этом никому не говорила? – шёпотом спросил он.
– Ну что ты! Нет, конечно!
– Эти сны… нельзя допустить, чтобы он узнал…
– Я никому не скажу, пап. Честное слово!
Папа погладил бороду и поразмыслил над её словами.
– Ты знаешь, кто она такая? – спросил он.
– Кое-что знаю, – ответила Сафи. – Она из дальней деревни на границе Чащобы. И она владеет великой магией, но гримуара при ней нет.
– Интересно… – сказал папа. Он подоткнул одеяло на Сафи, наклонился и вполголоса сказал ей на ухо: – Может быть, это вексари. Может быть, она едет сюда, чтобы наконец-то всех нас спасти от него.
Сафи замотала головой.
– Ничего подобного. Я видела, что будет, когда девочка доберётся сюда. Разорение. Огонь. Смерть. И не только здесь, но и во всём Мире.
Она стиснула папины руки.
– Эта девочка сюда не спасать нас едет! Она – та, кто нас всех уничтожит.

Книга первая
Вексари

Ведьмы сеют зло, наставляя детей на пути тьмы.
«Путь» Лист 12, жилка 49

1

Каре Вестфолл было всего двенадцать, однако тьму она успела повидать в самых разных видах. Удушающую тьму мешка из-под картошки, наброшенного на голову. Водянистую тьму, такую непроглядную, что в ней можно потерять себя самоё. Тьму искушения, затмевающую разум посулами власти и мести. И любая тьма, каждая по-своему, оставляла отпечаток в её душе. Все они были разные. И все одинаковые.
Но такой тьмы, как эта, Кара прежде не встречала.
После того как ветви сомкнулись у них за спиной, Кара и Тафф остались на плаву в океане беззвёздной ночи. Вокруг царила тишина, слышался лишь приглушённый топот копыт по мягкой земле Чащобы.
Кара крепко уцепилась за гриву Тенепляски и зажмурилась. Авось кобыла дорогу найдёт. Сама Кара больше ничего особо сделать не могла.
– Они хотели нас убить! – шёпотом сказал Тафф ей на ухо. Дыхание его было жарким, дышал он коротко и часто: воздух тут был странный, разреженный какой-то. – Почему же папа их не остановил?
– Эта тварь – не наш папа.
Кара почувствовала, как прильнувшее к ней тельце вздрогнуло.
– Папы больше нет, – продолжала она. – Грейс использовала своё Последнее Заклинание, чтобы его изменить. Теперь он Тимоф Клэн.
– Как – Тимоф Клэн? Тот самый? Из историй?
Они же выросли на этих легендах. О Могучем Тимофе Клэне. Истребителе ведьм. Создателе Единого Истинного Пути.
– Да, – ответила Кара.
– Ерунда какая-то.
– Магия не подчиняется логике.
– Да нет, я не про это. Я про Тимофа Клэна. Даже если он стал нашим папой – да кем угодно! – он бы всё равно никогда не причинил нам зла. Ведь он же добрый!
– К кому как, – возразила Кара. – Для всех добрый, а для ведьм нет.
Каре послышался какой-то звук в темноте – но нет, это просто Тафф устроился поудобнее на крупе Тенепляски.
– А папа умер? Навсегда умер? Или просто исчез?
– Я не знаю.
– Ты же его вернёшь?
– Тафф!
– Я же видел, на что ты способна. Ты – ведьма! Добрая ведьма. Ты сотворишь заклинание и всё исправишь.
Надежда в его голосе была как кинжал, который вонзился ей прямо в сердце.
– Книги заклинаний у меня больше нет, – ответила Кара. – И даже если бы и была, я не могла бы её использовать. Это опасно. Ты же видел, что случилось с Грейс.
– Но ты-то другая, не такая, как она!
– Не настолько я другая.
– Но ведь должно же быть что-то, что мы можем…
– Я больше не ведьма.
– Но…
– Тсс! – перебила Кара. – Давай немножко помолчим, а?
Тафф обхватил её за талию и привалился головой к спине между лопатками.
– Ненавижу магию! – пробормотал он.
Они ехали всё дальше во тьму Чащобы. Кара гадала, увидят ли они когда-нибудь ещё дневной свет.

Когда Тафф принялся похрапывать, Кара улыбнулась тому, что братишка способен уснуть в любой момент, и погладила его ручонку, мягонькую, как куриные пёрышки. Конечно, будь такая возможность, Кара предпочла бы, чтобы мальчик находился в более безопасном месте. И всё же она была благодарна за то, что он при ней.
Чащоба – не то место, куда стоит попадать в одиночку.
Кара смотрела по сторонам, пытаясь обнаружить в кромешной мгле хоть какие-то очертания. Какие-нибудь ориентиры, хоть малейший намёк на силуэт или форму. Ну хоть… хоть что-нибудь! Но нет, куда ни глянь, повсюду была лишь та же непроглядная тьма.
«Вот если бы мы попали в другую часть Чащобы, – думала Кара, вспоминая прошлый раз, когда она тут побывала, – плетельщики могли бы подсветить нам дорогу. Я бы и сюда могла их призвать, если бы по-прежнему владела магией». Но магии она лишилась, и её отсутствие ощущалось так же остро, как отсутствие потерянного друга.
Заморосил мелкий дождичек – крохотные капельки покалывали ей щёки. Ну что ж, хоть не холодно, и на том спасибо. В Де-Норане уже почти наступила зима, но тут была теплынь – липкая жара, прямо как летом после ливня. У Кары катился пот со лба, одежда липла к спине.
В тепле, под ровный шаг Тенепляски, мысли Кары невольно вернулись ко всему, что случилось до их бегства в Чащобу. Грейс, которую утянуло в немыслимые бездны гримуара. Лицо Лукаса, становящееся всё меньше, когда его корабль уходил вдаль. Крупные и мелкие камни, свистящие мимо её головы, лютая ненависть деревенских, которых она спасла…
И главное – слова, звучавшие у неё в голове шелестом листвы: «Твоё могущество не зависит от книги. Ты не такая, как другие, Кара Вестфолл…»
Она очнулась.
В какой-то ужасающий миг ей почудилось, будто Тафф свалился с лошади. Потом туман сна развеялся, и Кара с облегчением ощутила тяжесть брата, привалившегося к спине.
Однако облегчения хватило ненадолго: она почувствовала, как трудно сделалось дышать.
Грудь у Кары горела, оттого что она пыталась втягивать в лёгкие непокорный воздух. Приходилось дышать коротко и часто, как будто она всасывала воздух не из окружающего пространства, а через крохотное отверстие в тростинке. Тафф, который выглядел воплощением здоровья с тех самых пор, как Джейбенгук спас его от верной смерти, сипел и хрипел ещё хуже её.
– Тафф! – шепнула Кара. Даже этот слабый выдох казался непосильным трудом для лишённого кислорода тела. – Тафф! – повторила она. – Надо… Проснись, Тафф!
– Я есть хочу, – сонно пробормотал братишка. И тут же вскинулся в панике: – Я не могу дышать!
– Тсс! – сказала Кара. – Тсс! Молчи. Береги дыхание.
В темноте ей было не видно, как Тафф кивнул, но Кара знала, что он понял. Его сердечко, которое колотилось как барабан, чуточку выровнялось.
– Воздух, – сказала Кара. – Что-то не так!
Когда Кара была в Чащобе в первый раз, воздух тут был отличный – по правде говоря, даже лучше, чем в Де-Норане. «Но это было в двух часах к югу отсюда. Может, в этой части Чащобы воздух другой. Может, тут людям вообще не место». Но если это правда, что же им тогда делать? Кара понятия не имела, сколько часов они уже так едут. При той скорости, с какой они теряют кислород, возвращаться, наверно, уже не имеет смысла. К тому же даже если бы она и захотела вернуться, она не знала, в какую сторону ехать. Темнота уничтожала всякое чувство направления.
Она услышала страшный хрип и поняла, что это Тенепляска пытается втянуть в себя воздух. «Сколько же времени она нас так везёт?» – подумала Кара и похлопала кобылу по боку. Ей отчаянно хотелось подбодрить Тенепляску, но она решила не тратить воздух на слова. Вместо этого она соскользнула на землю, чтобы облегчить кобыле ношу.
Как только Карины ноги коснулись земли, она поняла, что эта часть Чащобы ещё страннее, чем она думала.
Почва под ногами шевелилась.
Пока они ехали верхом, это ровное, медлительное шевеление было незаметно, но сейчас сомнений быть не могло. Кара пощупала землю под ногами – это оказалась никакая не земля, а что-то ребристое, скользкое, гладкое, будто кожа. Оно щекотало пальцы, будто лист кувшинки, колышущийся в волнах ручья.
«Непроглядная тьма. Шевелящаяся земля под ногами. Туман…»
Кара вспомнила то, что рассказывала мама об иных растениях с Опушки, и в голове начала созревать немыслимая идея – хотя, конечно, когда речь идёт о лесе, способном начисто затмить солнце, значение слова «немыслимое» придётся пересмотреть.
«А может, мы и не в лесу вовсе?»
Она стащила Таффа с лошади. Грудь заныла от напряжения.
– Идём, – сказала она. – Держись за руку. Не… не отпускай!
И повела его за собой сквозь тьму. Тенепляска шагала следом.
– Земля… – сказал Тафф. – Ты чувствуешь?..
– Да.
– Что это за место такое?
Кара бы с радостью всё объяснила, но было не до того.
– Ловушка.
Земля тянула их за собой в определённом направлении – Кара даже не представляла, куда именно, – но она свернула и повела Таффа наперерез этому движению. Каждый шаг был утомителен, будто по пояс в воде. И как бы глубоко она ни вдыхала, в губы просачивалась лишь жалкая струйка воздуха.
Но тут они упёрлись во что-то вроде стены, и Кара воспряла духом. «Значит, я права!» – подумала она, и тут же одёрнула себя за самоуверенность. Они пока ещё не вырвались отсюда!
Она прижалась ухом к скользкой стенке – и услышала снаружи приглушённый шум дождя.
– Помогай! – сказала Кара Таффу. Она взяла его за руки и положила их на мясистую стенку. – Нащупай… щель. И попробуй раздвинуть её пальцами.
Тафф сжал сестрину руку в знак того, что всё понял.
Они водили по стенке кончиками пальцев, разыскивая во влажноватой поверхности хоть какое-нибудь отверстие. Возможно, поиски были бы эффективнее, если бы они разошлись, но Кара не хотела рисковать, отпуская от себя Таффа. И к тому же она не была уверена, что это подействует. «Если я видела, как мама так делала на Опушке, это ещё не значит, что то же самое получится здесь». Кара провела пальцами по особенно гладкой поверхности – и обнаружила, что рука проваливается куда-то вниз. Не сразу она сообразила, что упала на землю. Она так и осталась лежать, дыша судорожно и беззвучно, сама удивляясь, отчего же она не встаёт. Но всё, что она могла – это прислушиваться, как шаги Таффа удаляются в темноту.
«Он думает, что я рядом, но он один-одинёшенек».
Перед глазами всё плыло.
Издалека донёсся крик Таффа. Кара слышала слова, но не могла понять, что они означают. Она попыталась вдохнуть, чтобы окликнуть брата по имени, но тут дыхание наконец перехватило окончательно, и её накрыло первой волной паники.
И тут вдруг земля под ней провалилась, и Кара поехала спиной вперёд по внезапно образовавшемуся склону. В лицо хлестнул холодный дождь, и воздух, долгожданный воздух хлынул в лёгкие. Она услышала, как Тафф завопил от восторга. Повернув голову, Кара увидела, как он съезжает с чего-то вроде блестящей зелёной горки, размахивая руками, будто на праздничных гуляньях.
Ещё несколько секунд – и Кара кубарем покатилась по мягкой почве Чащобы. Почва была чёрная, сыпучая, не имеющая ничего общего с плодородной землёй Де-Норана, и всё же Кара обрадовалась ей как никогда в жизни. Дышалось ей теперь свободно и легко.
Высоко вверху чёрные вершины сплетались между собой, поглощая большую часть вечернего солнца, однако отдельные лучи всё же достигали подножий деревьев, и света кругом было достаточно, чтобы Кара могла оглядеться по сторонам.
Темница, откуда они вырвались, висела над головой на рыжеватых лианах. Она смахивала на растение с Опушки, которое мама называла «тюлинет», только те можно было в руки взять, а это было гигантское: там могли бы поместиться сотни людей. Его огромная тяжесть равномерно распределялась по деревьям, образующим ровный круг. Чёрные лепестки смыкались в центре, так что растение имело куполообразную форму, вроде тех юбок с кринолинами, что некоторые девицы напяливают на праздник Теней. Тот лепесток, что выпустил их наружу, втянулся на место, будто здоровенный язык.
– Что это было? – спросил Тафф. Он похлопал Тенепляску: лошадь выглядела крайне недовольной внезапным падением, но осталась цела и невредима.
– Гритченлок, что же ещё, – ответил сзади женский голос.
Кара с Таффом развернулись и уставились на женщину.
Женщина была ростом с Кару – а Кара была высокой для своих лет – и носила потрёпанный плащ, собранный воедино из разных источников. Коротко, по-мужски подстриженные волосы торчали неровными клочьями. Судя по сухой, морщинистой коже и несколько сгорбленной спине, Кара дала бы ей немного за семьдесят, однако взгляд жёстких, как кремень, глаз не имел возраста и приводил на ум потерянные королевства и позабытые земли.
На левом плече у неё болтался простой мешок из сыромятной кожи. При каждом движении женщины он загадочно громыхал и позвякивал, как будто там лежали то ли камни, то ли осколки битого стекла.
– Попейте, – сказала женщина, кивнув на текущий неподалёку ручей.
– А это не опасно? – спросила Кара.
Женщина насмешливо сощурилась.
– Не опаснее, чем всё остальное в здешних местах.
Не успела Кара оглянуться, как Тафф забежал в ручей по колено и окунул лицо в воду.
– Ой, какая вкусная! – воскликнул он, когда вынырнул, чтобы отдышаться. Он наклонился, чтобы попить ещё, но Кара удержала его.
– Да ладно тебе, Кара, отличная вода! – возразил он.
– Откуда ты это знаешь?
Кара зачерпнула воды в сложенные ладони, опасливо отхлебнула, потом сделала глоток побольше. Вода, прохладная и освежающая, приятно увлажнила пересохшее горло. Тело требовало ещё, но Кара заставила себя остановиться: нет, сперва надо поглядеть, как желудок отреагирует.
– Вы давно за нами следите? – опасливо спросила Кара, подводя лошадь к ручью.
– С тех самых пор, как вы попались в гритченлок. Я всё ждала, хотела знать, выживете вы или погибнете.
Женщина пожала плечами.
– Какое-никакое, а занятие.
– Но вы же могли бы нам помочь! – воскликнул Тафф.
Женщина покачала головой.
– Не тот у меня нынче день, чтобы по деревьям карабкаться. Вот если бы вы застали меня вчера – это было бы другое дело.
Тафф подбоченился.
– Ерунда какая-то!
– Тем не менее это правда, – ответила женщина. – Подобно гритченлоку.
– На свете нет ничего подобного гритченлоку.
– И то правда. А как вы догадались, что вы у него внутри? Большинство людей просто бродят кругами, не соображая, что происходит, пока внутри не иссякнет воздух и растение не начнёт их переваривать. Это все из-за вращения, понимаете? Жертва уверена, что она куда-то идёт, когда на самом деле она не двигается с места.
Женщина одобрительно хмыкнула.
– Хитро придумано!
– Какой кошмар! – сказала Кара.
– Да какой там кошмар? – возразила женщина. – Большинство жертв гритченлока умирают во сне. Тут, в Чащобе, это, считай, милосердно.
Дождик, который до сих пор тихо шуршал в листве над головой, припустил сильнее. Тафф поймал несколько капель языком, вызывающе поглядывая на сестру, как бы говоря: только попробуй мне и это запретить!
– Глядите! – сказала женщина.
Лианы со скрипом растягивались: гритченлок опускался вниз. Коснувшись земли, массивные лепестки медленно развернулись, и их внутренняя сторона потемнела, из зелёной сделавшись чёрной, под цвет здешней почвы. Идеально замаскированная ловушка.
– По ночам это действует лучше, – сказала старуха, – но вы не первые, кто в него средь бела дня попадается. Не вините себя. Тут и в самом деле нетрудно растеряться, особенно новичку.
– А вы кто? – спросила Кара.
Старуха почесала голову, выудила что-то из волос и щелчком отбросила в сторону.
– Ты ещё не ответила на мой вопрос. Как ты догадалась, как оттуда выбраться?
– Мы с мамой раньше ходили собирать травы на Опушке, – ответила Кара. – Мама была целительница, а на Опушке растёт много растений, которые годятся на лекарства. Но она меня учила и тому, каких растений следует избегать. И хищные растения вроде этого показывала, тюлинеты и земляные красавицы. Однажды вечером – мы весь день убирали капусту, я это запомнила, потому что у меня все руки были зелёные, я то и дело вытирала их о своё платьице, – она повела меня вглубь Опушки, и мы присели рядом с какими-то лепестками – мне показалось, будто они просто лежат на земле. Мама пригасила фонарь, и мы сидели в темноте и щёлкали семечки.
Голос у Кары сорвался, и она немного помолчала, чтобы взять себя в руки. Именно от таких мелких, сугубо личных воспоминаний о маме сердце каждый раз пронзала боль утраты.
– И тут вдруг по земле пробежала мышка, и ловушка раз – и захлопнулась в мгновение ока. Лепестки сомкнулись, отделились от земли, и растение принялось вращаться на коротком стебле. Мама подвела меня поближе, чтобы мне было слышно, как мышка шуршит внутри. «Бедняжке кажется, что она по-прежнему бегает на свободе, – сказала мне мама. – Она не понимает, что воздух внутри скоро закончится. Ещё чуть-чуть – и ей конец». Я взмолилась, чтобы она спасла мышку. Обычно мама не вмешивалась в то, что творится на Опушке, но в тот раз она послушалась. «Эти лепестки очень мощные, – сказала она, – даже самому могучему человеку в Де-Норане не под силу их раздвинуть. Но вот, погляди!» Она подцепила лепестки ногтем, они застыли и развернулись, и получился такой холмик, по которому мышка скатилась на землю.
– И что, в гритченлоке ты поступила так же? – спросила старуха. – Раздвинула лепестки? Просто старая уловка, и ничего больше?
– На самом деле, это сделал мой братишка.
Тафф, который по-прежнему ловил на язык дождевые капли, радостно улыбнулся и помахал рукой.
Старуха вздохнула.
– Опушка – необычайно опасное место для детей.
– Ну, у нас вообще было необычайное детство.
– Как тебя звать?
– Кара Вестфолл. А это мой брат, Тафф.
Старуха чуть заметно кивнула, как будто Кара подтвердила то, что она и так уже знала.
– А вы кто? – спросила Кара.
– Ну, от рождения, если тебя интересуют такие вещи, я звалась Маргарет Оллвезер. Но ты, должно быть, знаешь меня под другим прозвищем, которое мне дали намного позднее. Мэри-Котелок, слышала?
Тафф тихонько ахнул и подался поближе к Каре.
– Ага, – сказала Мэри, – вижу, вы обо мне слышали.
Холодный дождь тёк Каре за шиворот. Ветер жалобно завывал в кронах, как будто пытался что-то сказать, но никак не мог выговорить.
– Вы же умерли, – сказала Кара. Она шагнула вперёд, загородив собой Таффа, и выхватила перочинный ножик. – Вы же умерли несколько столетий назад!
– Я исчезла несколько столетий назад. Разница существенная.
– Но не могли же вы прожить так долго!
– Но всё-таки прожила. Замечательная штука эта магия!
– Вы его не тронете, я вам не позволю!
Мэри-Котелок смерила Кару неприкрыто-насмешливым взглядом.
– А зачем мне вообще его трогать?
– Я о вас наслышана! Я знаю, что вы творите с детьми.
– Ты знаешь, что я творила когда-то. Но вам нужна моя помощь. Вы тут одни-одинёшеньки, и вам уже грозит опасность. Здесь водятся твари, которые чуют магию, которые готовы на всё, чтобы её отведать…
– А у меня и нет магии.
Мэри-Котелок усмехнулась. Зубы у неё пожелтели от старости, но всё ещё выглядели достаточно острыми, чтобы кусаться.
– Ой, что-то не верится, Кара, дочь Хелены!
Порыв ветра пронёсся над лесом. Вместо того чтобы зашуметь, листья зашептались: на них обрушился поток слов, почти членораздельных – но не совсем. Шёпот этот был полной противоположностью колокольчикам, пению, гулению младенца. В нём слышалось полное отсутствие всякой надежды.
– Что это? – воскликнула Кара, с изумлением обнаружив, что глаза у неё наполнились слезами.
– Чащоба не такая, как другие леса, – отвечала Мэри. – Эти деревья питаются не плодородной почвой и солнечными лучами – они растут на боли и страданиях, горе и отчаянии. Эти листья никогда не желтеют и не краснеют, не шуршат под ногами прохладным осенним вечером. Но временами, когда ветер дует в нужную сторону, они шепчутся.
Страницы:

1 2 3 4 5





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Rose-Maria о книге: Алисия Эванс - Мать наследницы
    Вторая книга гораздо лучше первой. Очень интересно все завершилось!

  • Rose-Maria о книге: Алисия Эванс - Дочь моего врага
    Очень слпбое прорзведение. Проду читать не буду

  • bezbabnaya о книге: Мария Зайцева - Охота на разведенку
    Мне понравилось, интересная история,читается на одном дыхании

  • Zagi о книге: Карина Рейн - Игрушка для мажора
    Ооооочень наивно. Не могу сказать это плохо или хорошо, каждый решит для себя сам. Герои эмоционально юны и незрелы, будто про подростков читаешь. Действие происходит в какой - то альтернативной России, где юношей и девушек ставят в пары на 5 лет. Для того, что бы окончили университет. Эм? Типо по одиночке не справятся?! Ну короче этот соц эксперимент мне в книге был не ясен, но это решение автора, он(а) так видит...
    Книга так себе, автору есть к чему стремиться.

  • Toblerone о книге: Адалин Черно - Жена лучшего друга
    Вот "мысленно подумала" и решила, что видала и хуже, но и это не фонтан.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.