Библиотека java книг - на главную
Авторов: 50434
Книг: 124961
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Мальчик-бродяга»

    
размер шрифта:AAA

Владимир Голубев
Мальчик-бродяга

Книга первая

Глава 1
Чудесное спасение

Я долго не мог заснуть, сегодняшние сборы в дорогу измотали меня до последней степени. Завтра нашу семью должны были забрать люди из сопротивления и тайными тропами отправить из страны. Окно на границе должно было открыться буквально на час. Я это подслушал из разговора отца с его старинным другом. Я в очередной раз перевернулся на другой бок. Старый раздолбанный диван стоял в домике на дереве с самого момента его строительства.
Неужели этот безумный день наконец закончился?
Ничего не предвещало нашу очередь. Казалось, бегство из страны – это далекое-далекое будущее. Еще вчера я в десятый раз перечитывал книгу выживальщика в промежутках между тренировками на гибкость и выносливость, а сегодня ранним утром приехал «старинный друг» отца, и все закрутилось.
Ночевать я устроился в домике на дереве. Хотел попрощаться с детством. Ближе к полуночи пошел дождь, сначала упали крупные редкие капли, потом полило, как из ведра. Заворчали обе кавказские овчарки. Я выглянул в окошко, чтобы увидеть тех, кто взволновал кавказцев. Вовремя, огромные псы замертво упали посредине двора. Свет погас.
Чудовищная молния ударила в высокий тополь, стоящий посредине двора. Дерево вспыхнуло, будто облитое бензином. Оно разбрасывало огромные ветки по всему двору, а десяток фигур в чёрном шли к дому, лениво уворачиваясь от огня. Метров с пяти они открыли стрельбу по щитовому дому, изрешетив стены, как сито. Пару минут спустя стрельба прекратилась, двое убийц вошли внутрь и пробыли там минут десять. Они подошли к командиру, спрятавшемуся от дождя под моим деревом.
– Не можем найти мальчишку.
– Проверьте домик на дереве, – приказал командир, указав в мою сторону. Он сам смело полез за бойцами, как бы страхуя их.
Небольшая шаровая молния встала на пути убийц, спасая меня на мгновение. Оба бойца выпустили в сторону шара две очереди из автоматов, но шар только вырос в размере. Командир, видя, что пули бесполезны для шаровой молнии, всё равно попытался разрушить её длинной очередью. Шар мгновенно вырос, поглотив и убийц, и входную дверь, и меня. Затем шаровая молния взорвалась с оглушительным свистом, отбрасывая меня на пол, испепеляя стену вместе с дверью, и сбрасывая убийц на землю. От удара моя голова закружилась, из ушей пошла кровь, а в глазах стало двоиться. Дождь мгновенно закончился, а я покатился по абсолютно сухому двору, и провалился в маленькую ямку, скрывшую меня от убийц. В предрассветных сумерках было достаточно светло, чтобы убийцы могли меня найти. Я попытался изобразить из себя «пустое место». Меня нет!
Минут через пять я не выдержал напряжения и раздвинул стебли травы. Дерево с домиком пропало. Наш дом пропал. Командир и двое его бойцов озирались, с перекошенными от напряжения лицами. Мне показалось, будто какое-то голубоватое облачко размером с кулак, подлетело к командиру убийц и растянулось на всю его голову. Ноги жертвы подкосились, «тушка» мерзавца упала на траву мягко и аккуратно, будто убийца улегся отдохнуть. Я зажмурился изо всех сил, но всё равно видел голубоватое облако точно также, как с открытыми глазами. Вокруг я ничего не видел, но облачко мне мерещилось.
Двое бойцов издали сдавленный вопль. Синхронно. Мне послышался ужас в их крике. Я испытал благодарность к своему защитнику, а тот дважды напал на бандитов, убивая их, и становясь немного больше в размере. Я не испытывал к убийцам моей семьи ни капли сочувствия. Каждый из них мог сказать: «Ничего личного, только работа». Но я не хочу умирать. Моя семья хотела жить!
Рассветало, и голубоватый шар становился тускней. Я снова закрыл глаза, чтобы увидеть, своего спасителя. С закрытыми глазами мне казалось, что он светится мягким, приятным светом. Я протянул к нему руку, и шар лег на ладонь, было настолько приятно, что по коже побежали мурашки. Хотелось завилять хвостом, как делали наши овчарки. Я снова вспомнил о смерти семьи и заплакал. Казалось, шар успокаивает меня, обещает защиту от «плохих». Я мысленно попросил его: «Не уходи!»
Внезапно мне захотелось есть. И я понял, что у меня нет ничего. Ни еды, ни воды, ни одежды, ни обуви, ни оружия. Я стоял на холодной, мокрой от росы траве, босиком. Пижама совсем не грела. Главный убийца был худенький и невысокого роста. Конечно, не такой тщедушный, как я, в свои четырнадцать лет. Я раздел труп командира. Сделал это без всякой брезгливости. Поговаривали, будто после смерти сфинктера расслабляются, но одежда убийцы была чистой. И всё равно, я натянул его чёрный костюм поверх своей пижамы. Из оружия оставил нож и необычный пистолет. Фляжка была полная, объемом около полу литра. На вкус кисловатая жидкость, думаю, вода, с добавлением сока лимона. Еды не было совсем, если только двухсотграммовая плитка не была шоколадкой. У рядовых фляжки были также полные. Я разбогател на две «шоколадки», проверять их было рано, аппетит за время мародерства исчез. Взял пачку презервативов, из-за веса, командирские часы, они тоже весили немного. Рядовых раздел, все вещи сложил, но был не уверен, что найду их в высокой траве, если у меня будет необходимость вернуться.
Пока я экипировался окончательно рассвело. Мой голубой шар никуда не улетал, я его постоянно видел, закрывая глаза. Он постоянно находился рядом, как щенок. Я даже старинную песню вспомнил из древнего мультика: «Голубой щенок». Я представил себе голубое ухо щенка и почесал шар, а тот, казалось, заурчал. Внезапно шар медленно полетел в сторону восхода солнца, там, вдалеке, виднелась уродливая башня, не круглая и не квадратная, возможно, гениальное озарение архитектурной мысли. Я пошел вслед за шаром. Ботинки были велики, размера на три, я напихал в носы тряпок, но идти было неудобно. Спустя минут десять я закрыл глаза, и затылком увидел, что мы с моим «щенком» удираем от серого шара раза в два большего размера, чем мой друг. Серый шар был не такой плотный и яркий, как мой Щенок, но, видимо, опасность исходила от его размера. Я чувствовал ужас, охвативший моего друга, но он не захотел спасаться бегством. Щенок так испугался, что его страх парализовал меня. Серый шар подлетел неторопливо, как хищник, уверенный в том, что жертве некуда бежать. Внезапно меня охватило бешенство. Я издал вопль, хотя вряд ли шары могли меня слышать. Я был готов разорвать серый шар голыми руками. Не знаю, что именно случилось, но мы вдвоем с моим Щенком набросились на серый шар. Голубой шар смог каким то образом воспользоваться моей помощью, вырос в размере и победил. Теперь уже хищник издал беззвучный вопль смерти. Я упал на колени, думая, что умираю, улегся на бок, и наблюдал битву шаров затылком. Бой еще не закончился, а я уже начал жевать шоколадку, запивая её кисленькой водичкой.
Я лежал на траве часа три. Съел полторы шоколадки из трех, и был готов прикончить вторую, но неопределенность моего будущего, меня остановила. Щенок дежурил рядом со мной, морально поддерживая. Как только я почувствовал, что в силах передвигаться, то поднялся на колени. Голова закружилась от слабости, но вполне терпимо. Щенок обрадовался и медленно поплыл по воздуху в сторону башни. Два километра я шел три часа. Специально засек время по командирским часам. Внутри башни был родник. Невероятно холодная вода вытекала из маленькой чаши, закрепленной на стене, но стена треснула. Через трещину вода просачивалась наружу, где на солнечной стороне росла громадная яблоня с зелеными незрелыми плодами. Когда то это место было террасой, но за три с лишним десятка лет листва, плоды и сучья превратили её в крошечный садик. Крысы забирались сюда, чтобы полакомиться упавшими яблоками, змеи заползали, чтобы полакомиться крысами, а шар – хозяин «водокачки» – убивал и тех и других, чтобы получить маленькую искорку энергии от их смерти. Поэтому тут и там виднелись мелкие кости.
Зеленое яблоко я выбросил, но решил вернуться, как только разожгу костер. Внутри башни был лифт, или устройство, которое я привычно интерпретировал как лифт. Он не работал или я не понимал, как его запустить. Узкая винтовая лестница меня не вдохновила. Я не мог бы взобраться даже на один этаж вверх. Делать было нечего, нужно было собирать сухую траву и хворост для розжига костра. Непонятно, зачем у боевиков с собой презерватив, зато он пригодился мне, чтобы разжечь огонь. Хотя нести литр воды в презервативе, а потом держать полминуты над комком сухой травы было для меня достаточно трудно.
Как только загорелся крошечный костер, то тут же появился Щенок. Я увидел его, когда зажмурился от дыма. Голубой шар буквально купался в огне.
Громадная куча хвороста прогорала очень быстро. Яблоки, запеченные на огне, казалась мне вполне съедобными. Помню, отец в походах кормил меня разной экзотической едой: вареными улитками, червями, рогозом, подорожником и щавелем. Нужно искать что-то съедобное, невозможно долго протянуть на яблоках. Подорожника и щавеля я в пути не увидел, водоемов тоже, а следовательно остаются только черви. Вечером попробую подняться на один этаж вверх, нужна соль, без неё я быстро похудею.
К вечеру я набрался сил и добрался по винтовой лестнице до второго этажа. Дверь рассохлась и не хотела открываться. Я потратил час, чуть не сломал нож, но открыл дверь. Маленькая кухня обрадовала бы меня больше, чем бесконечные шкафы с книгами. Хотя жечь книги мне не позволяло воспитание, но выгрузить книги на пол и разобрать старинные шкафы на дрова я мог легко. То есть в моих планах шкафы уже ярко сгорели, но пока работа по разборке мебели была мне не по силам. Все шкафы были одинаковые, кроме одного низенького буфета рядом с невысоким столом и неудобным креслом из гнутого дерева. В буфете было много банок, когда то, судя по намекам на цвет и запах, содержащих мед, кофе, сахар, специи. Возможно, в одной из банок была соль, но заведомо мало. Зато на круглой подставке обнаружилась литровая емкость с длинной ручкой. Металл походил на серебро.
Всего этажей было девять. Везде стояли шкафы с книгами, но что гораздо важнее металлические ковши и стеклянные баночки с окаменелыми специями. Подставка под ковш явно была нагревательным элементом, но человек, не сумевший запустить лифт, не мог рассчитывать включить нагреватель. Книжные шкафы открывались лишь на втором этаже. На третьем этаже и выше они были закрыты, видимо, магией, замков не было видно. На девятом этаже было всего два шкафа, которые «дышали» прохладой и выглядели так, будто были сделаны вчера. У буфета сидел мертвый старик в абсолютно целой одежде. На каждом пальце у него сверкали перстни, а бабский медальон вызывал подозрения о его нетрадиционной ориентации. На девятом этаже было много запертых дверей. Возможно, они вели в спальню, кухню, гардеробную, хранилище вкусняшек. Старик не хотел отдавать свои перстни, я смог снять только четыре. Еще я разбогател на две золотые монеты, лежащие на столике. Медальон показался мне излишне вычурным.
Червей в степи я не нашел, а питаться теми, что жили в грунте под яблоней, мне пока не позволяла брезгливость. Неожиданно меня выручил Щенок. В один из дней он убил большую змею. Дома я слышал восторженные отзывы о вкусе змеиного мяса, но этот экземпляр без специй и соли был слишком пресным. На второй день я расковырял ножом закаменелые остатки «соли» и «специй», поэтому мясо показалось мне вполне съедобным.
Из девятого этажа библиотеки было два выхода на северный и южный балконы, крошечные площадки для одного человека. В пяти километрах на север виднелись развалины маленького города или крепости. На юге, когда садилось солнце, мне мерещились огоньки костров. Ночью оценить расстояние было крайне сложно, но до них было очень далеко, возможно, километров десять.
Потянулись одинаковые скучные будни. Днем я пытался составить местный алфавит и вскрыть двери комнат на девятом этаже, вечером разжигал костер для Щенка. Шар не рос от огня, не набирал силу, но, я так понимаю, не тратил ночью силы, спасаясь от холода. Я успел «насладиться» мясом второй змеи. Через две недели «кормушку» моего Щенка попытался отнять очередной серый шар. Надувшись для устрашения врага, тот казался не просто большим, а огромным. Его диаметр был в полтора раза больше, совсем не маленького Щенка. Я приготовился умирать, или остаток дня выбираться из неминуемой слабости, но внезапно мой голубой шар легко победил. Я, как в прошлый раз, отдал Щенку всё, что мог, все мои силы, всё здоровье, весь накопленный запас энергии, но голубой шар сожрал противника за считанные секунды. Я сразу же смог сделать десяток шагов до ближайшей баночки с густым раствором сахара, выпил приторную гадость и улегся на топчан ждать, когда желудок подаст голове сигнал об отсутствии голода. Я лежал с закрытыми глазами, поэтому видел Щенка. Его огромный яркий шар растекся по моей груди, проник в руки, ноги, и даже то, что находилось между ног, но не затронул голову и спинной мозг. Через открытую дверь залетела крошечная птичка. Она села на выступ лепнины у меня над головой и нагло насрала, по-снайперски попав мне в волосы на голове. «Сука», – подумал я, хотя всегда любил собак, независимо от их половой принадлежности. Я рефлекторно вырастил щуп из тела Щенка и коснулся птички. Мой друг обрадовался даже маленькой искорке жизни, полученной от смерти пичуги. Общение без слов, на уровне эмоций начало мне нравиться. С этого дня Щенок завел себе привычку прятаться у меня в теле. До сих пор он, видимо, ориентировался на свои, особые чувства, эмоции в поиске жертв и врагов, но теперь Щенок использовал моё зрение для стрельбы щупом в охоте на крыс и змей. А его конкурентов я видел издалека, стоило мне закрыть глаза. Щенок приучился прятаться внутри моей ауры, а когда шар-соперник неторопливо приближался ко мне, своей добыче, в полной уверенности, потеряв малейшую осторожность, мой голубой шар внезапно атаковал. На ночь я оставлял Щенка у костра, заснуть с ним внутри было невозможно.
Через месяц яблоки полностью созрели, соль и специи закончились, для костра осталось четыре шкафа на втором этаже. Нужно было решать. Куда идти? На юг или север? Я разжег костер, но не спешил уходить в башню. Щенок чувствовал мою нерешительность и тоже не торопился к огню, на свою ночную грелку. Внезапно на юге ярко вспыхнул желтый луч лазера. Он мгновенно разгорелся до ослепительно белого, преодолел десять километров за пару секунд, и ударил меня в грудь с невероятной силой. За долю секунды до этого шар выпрыгнул из моего тела навстречу лазерному лучу. Щенок вспыхнул весь, не только в месте удара. Голубой шар испарился за секунду, оставив после себя крошечную точку, едва различимую невооруженным взглядом.
Я перестал жечь костер ночами, Щенок теперь спал у меня рядом с сердцем. Весь день я охотился на крыс, змей и птиц, с ужасом ожидая появление шара-конкурента. Это наверняка означало бы смерть для меня и моего голубого друга. Мне повезло, за месяц не было ни одного шара-конкурента. А однажды прилетела большая стая ворон. Они клевали верхние, самые спелые яблоки, когда птицы пытались отобрать друг у друга особо вкусное яблоко, оно падало вниз. Смерть соседней вороны не настораживала, часто птицы продолжали сидеть на ветках, вцепившись когтями намертво. Мне удалось убить дюжину ворон, пока мудрые птицы осознали опасность. Это был удачный для Щенка день. Вечером прибежала стая крыс, решившая поохотиться на неподвижных птичек, часть из которых всё-таки упали на землю. Крысы сбросили ворон, сидевших на яблоне, вниз на землю и устроили пир, на который приползла толстая змея. К концу месяца Щенок вырос размером с кулак, и я перестал ежеминутно дрожать, ожидая неминуемую смерть.

Глава 2
Женские интриги

Серо служил магом на заставе более тридцати лет. Состав охраны менялся каждый год. Княгиня присылала на границу штрафников. Редко кто из охранниц доживал до конца своей смены. Маги своевременно обновляли заклинания, удерживающие демонов на границе, но либо им не хватало силы, либо появлялся особо сильный демон. Любой прорыв приводил к смерти множества охранниц. Амулеты часто были бессильны, они лишь оттягивали время. Пока маг скакал от заставы к месту прорыва, демон успевал убить пять или шесть охранниц. Но и потом борьба с демоном была трудной и долгой. Серо был сильным магом. На участке его заставы гибель охранниц было самой низкой, часто до половины состава доживали до конца срока и могли возвратиться в армию на службу. Серо знал, что многие давали взятки чиновницам, чтобы попасть именно на его заставу. Магу было больше ста пятидесяти лет, и причиной его службы была Библиотека. Её башня была хорошо видна в дорогую подзорную трубу, установленную на вышке рядом с границей. Всё своё свободное время Серо проводил, наблюдая за башней. Маг каждый год покупал в столице княжества накопители. По расчетам Серо через восемь лет можно будет перестроить охранную линию границы, передвинув её на пять километров ближе к Библиотеке. В начале лета Серо заметил отблески огня у входа в башню. Какая-то мразь обосновалась в Библиотеке, и, несомненно, жгла книги, самое дорогое наследие Древних. Маг пришел в бешенство. Безусловно, это преступление следовало прекратить. Серо вызвал к себе начальницу заставы.
– Гита! Завтра ночью мне будут нужны двенадцать охранниц. Отбери самых своенравных, тех, на кого у тебя зуб.
– Ваша милость, для какой цели нужны охранницы, – почувствовала неладное Гита.
– У входа в Библиотеку какая-то паскудница жжет книги. Каждую ночь!!! Я положу этому конец. Завтра днем нарисую пентаграмму, а ночью уничтожу эту Осквернительницу Святыни.
– Ваша милость, каждая из охранниц имеет шансы выжить. Я не могу отобрать у них жизнь, лишая их последней надежды, – упала на колени Гита.
– Ты мне сопли по полу не размазывай. Хорошо. Пусть тянут жребий. Для оставшихся бонус. Я увеличу размер маны, вливаемой в защитный контур. Шансы выжить у охранниц возрастут в разы. Считай, дюжина смертниц заплатит своей жизнью за жизнь остальных. Сестры по оружию!!!
– Ваша милость бесконечно милосердна в свой заботе о недостойных! – поползла задом в дверь Гита.
Пентаграмма вышла на удивление удачной. Большую роль сыграло то, что охранницы были крепкие, полные жизни женщины, а не, как часто бывает, заморенные рабыни. «Копьё огня» легко преодолело десять километров. Серо четко видел в свою подзорную трубу, как оно вонзилось в грудь Осквернительнице Библиотеки. Выжить в этом море огня не смог бы сам магистр. Только после этого Серо смог вздохнуть спокойно, с чувством выполненного долга.
После мастерски выполненного удара костер больше не горел на ступенях башни, проникшая в Библиотеку мразь была уничтожена. К концу лета в степи появился одинокий путник, Серо рассмотрел в подзорную трубу юношу, скорее даже мальчишку. Тот спокойно шел к границе, не боясь демонов. Дважды начинал накрапывать дождь, уже не летний, а скорее осенний. Мальчишка поднимал лицо вверх, наслаждаясь непогодой. Маг с ужасом ожидал неминуемую смерть юноши. Время шло, но мальчишка оставался жив. Серо знал, что демонов привлекала сама граница, вернее жизни охранниц, такие близкие, и такие недостижимые. Поэтому чем ближе к границе, тем больше становилась смертельная опасность.
Необычная одежда юноши очень заинтересовала Серо. Мало того, что кто-то включил в состав экспедиции в Пустошь мужчину, жизнь которого дорого стоит, но его одежда говорила о высоком статусе.
– Гита! Ко мне! – приказал маг.
Начальница заставы попыталась не потерять уважение подчиненных, одновременно не раздражая мага излишней медлительностью.
– Всех лошадей делишь на два табуна. Один твоя охранница погонит левее мальчишки, второй табун другая охранница погонит правее. Главное, чтобы мальчишку не затоптали!!!
– Обе охранницы погибнут. А у нас договор! Ваша милость!!!
– Сто золотых той, кто привезет мальчишку живого. Пятьдесят за его тело.
– Я сама рискну. Вдруг смогу привезти своей дочери денег, чтобы купить мужчину на пару ночей, – решилась Гита.
– Скорей ищи напарницу. Время решает жить мальчишке или умереть.
Два табуна вырвались на простор степи, погоняемые безжалостными ударами кнутов. Хорошо, что расстояния между лошадьми были достаточно большими, и смерть лошадей не создавала завалы. Задние лошади успевали обогнуть или перепрыгнуть упавших.
Напарница Гиты погибла в самом начале, и её табун постепенно потерял скорость, а затем лошади стали падать на землю одна за другой. Гита гнала свой табун изо всех сил, каждый удар её кнута вырывал клок кожи из лошади. Ей порой казалось, что это она убивает животных, а не демоны, злобные порождения эльфов.
В десяти метрах от мальчишки лошадь умерла, и Гита чудом успела соскочить, ничего не сломав, даже не потянув связки. Мальчишка захлопал в ладоши, выражая свой восторг мастерством охотницы. Он шел по степи медленно, хотя не казался уставшим. Самец подошел к Гите, взял её за руку, и повел за собой. Охотница понимала, что преодолеть сотню метров степи в окружении демонов нереально, но подчинилась мальчишке, его харизма завораживала.
Дважды мальчишка останавливался. Гите в эти моменты казалось, будто её волосы встают дыбом, и жуткий холод продирает до самого сердца. После третьей остановки самец пошатнулся, потом залез Гите на спину, крепко обнял её и заставил изображать лошадь. Охотница поняла, что мальчишка выдохся, и больше не в силах защищать их. Она бросилась бежать изо всех сил. За двадцать метров до границы над её головой пронесся ледяной ураган, – это Серо разгонял демонов. Когда Гита упала в объятия мага, ей показалось, что сердце выскочило из груди.
– Запашок, однако, специфический. Мальчишка обосрался от страха. Помоешь, приведешь в порядок, одежду постираешь, как только мальчишка начнет вставать приведешь ко мне, – распорядился маг.
Гита была несогласна с Серо. Но не стала возражать. Ей напротив показалось, что самец был достаточно смелый. Но сейчас он балансировал на грани жизни и смерти.
Мальчишка застонал и потянулся рукой в нагрудный карман. Гита помогла ему достать стеклянную баночку с притертой крышкой. Самец попытался открыть банку, но и здесь потребовалась помощь охранницы. Мальчишка выпил жидкость и провалился в беспамятство. Гита позвала дочь, вдвоем они легко раздели самца, вымыли теплой водой и уложили на кровать Лалиты. Через час мальчишка очнулся и попросил пить и есть. Во всяком случае, именно так Лалита интерпретировала его жестикуляцию. Она принесла ему кашу и кружку воды, но мальчишка настойчиво совал ей в лицо свою банку.
– Ты не слишком обнаглел, маленький засранец? Где я тебе возьму мёд? Ты маг? А может дворянин? Нет! Бери выше! Ты чиновник! – издевательски спрашивала самца девчонка.
– Gde moi monety? Gde zoloto, naglaja devka?
Лалита поняла, что засранец слишком нагл для её уровня и позвала мать. Гита сделала самое страшное лицо. Новобранки ссались от страха при её виде.
– Loshadka! – обрадовался мальчишка. Он с любовью посмотрел на Гиту.
– Gde moi monety??? – самец доступно изобразил игру с золотом.
– Лалита, принеси трофеи, – зло выплюнула Гита.
Мальчишка отдал Гите свой нож, который охранница оценила в десяток золотых. Сталь была невероятно прочной, причем без всякого намека на магию.
– Loshadka! – нежно погладил охранницу самец.
Гите захотелось упасть на колени и завилять хвостом, которого никогда не было. Охранница расплылась в довольной улыбке.
– Лалита! Принеси банку мёда, – строго приказала она дочери.
Та в недоумении уставилась на мать. Мальчишка протянул монету, и постучал по банке.
– Volshebnoe slovo: «Sdachu mozhesh ostavit sebe!»
– Я теперь у него на побегушках? – недовольно спросила Лалита.
– Ты видела его четыре перстня? Он дворянин! Не из последних! Свой характер засунь себе …
Самец съел всю банку меда, явно через силу, запил водой, и завалился спать.
– У него сейчас начнутся газы, а потом понос, – злорадно напророчила Лалита.
Но желудок мальчишки оказался крепким.
«Нужно было принести ему молока,» – подумала Лалита. На заставе держали корову, маг обожал простоквашу и творог. – «Хотя, с учетом небывалой вредности самца, молоко могло пойти ему на пользу.»
Серо пришел сам на следующий день.
– Я не знаю имперского, а он не говорит на Великом, ваша милость, – доложила Гита.
Маг выругался по-эльфийски. В герцогстве насчитывалось шесть человек, знающих благородный язык исчезнувшего народа, но догадаться было несложно.
– Учи его языку. Каждый день с утра до вечера. Я принесу настойку для улучшения памяти. Стоит… Твоя банда покидает заставу через полтора месяца, я также заказал себе замену. Лалита должна непрерывно быть рядом с мальчишкой, и болтать без остановки. Если я загляну, и застану тишину, то она заплатит штраф – золотой.
– Каждая работа должна быть оплачена, ваша милость.
– Медная монета в день! – как отрезал маг, и через пару минут молчания добавил, – У тебя может появиться мысль: завести внучку от дворянина. Учти в своих расчетах следующее. Я заберу мальчишку с собой. Он не узнает о наличии у него дочери, никогда ей не поможет, ты не сможешь подтвердить его отцовство.
Гита поговорила с дочерью. Лалита была амбициозна, завести ребенка от дворянина – это возможность улучшить кровь. По всем признакам было видно, что самец быстр, вынослив и умен. Через два дня мальчишка пришел в норму. К этому времени он уже запомнил три сотни слов и мог разговаривать на бытовые темы. Он смешно строил фразы, а его жуткий акцент напоминал речь варвара из северных баронств империи, но жуткое снадобье мага прекрасно действовало. Лалита уже дважды делала попытки соблазнить Фила Плескова, но пока напрасно. Мальчишка сам завел разговор об обычаях своей страны. Он начал рассказывать о таком устройстве, как душ и ванна, оказалось, на его родине его принимают ежедневно.
«Непонятно. То ли он стесняется своего запаха, то ли намекает на то, что я грязнуля?»
Гита не поверила, будто где-то есть такая богатая страна.
– Сама подумай, Лалита, метр дров стоит золотой. Мне каждый зимний месяц выдают десять золотых на дрова. И я не могу протопить на них свою крошечную квартиру. Тем простецам, что ловят в реке бревна, отбившиеся от плотов, рубят руки, как ворам.
– Можно пойти в общественную баню, и помыться там за серебренную монету.
– В верхнем зале бассейн для чиновников, чуть ниже для дворян, еще ниже бассейн для магов, а уже потом – для обычных людей за серебро. Вода мутная, грязная. Подхватишь заразу – отдашь десять золотых магу за лечение. Нет! Я лучше на эту монету куплю дров, подогрею большую кастрюлю воды, и помоюсь в тазике, – поделилась своим богатым опытом Гита, – На вот тебе, Лалита, золотой. Иди к магу и купи у него дров. Этой зимой они ему здесь не пригодятся.
Вечером мальчишка блаженствовал в большой бочке с теплой водой, а потом всю ночь отрабатывал золотой.
На следующий день Серо решил, что пришло время поговорить с мальчишкой.
– Фил Плесков? Моё имя Серо.
– Полностью будет Филипп Андреевич Плесков. Фил – это уменьшительное имя для друзей. Андрей – имя отца, а Плесков фамилия. Вы намного старше меня и я не могу звать вас просто Серо. У вас есть фамилия?
– Я маг. Мой уровень слишком низок для родового имени, такие имена возможны только для дворян, и то не для всех. Обращение на «Вы» со стороны дворянина чревато для меня. Это может быть воспринято как самозванство, будто я присвоил себе баронский титул.
– Зовите меня Фил, а я буду звать вас Серо.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.