Библиотека java книг - на главную
Авторов: 50434
Книг: 124961
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Без штриха»

    
размер шрифта:AAA

Пролог

Глобализация. Какое громкое слово. Она призвана сделать нашу жизнь проще, лучше. Повысить экономическое развитие государства. Поделиться продвижениями в культуре, медицине и науке. Смывая тем самым различия между странами и народами. Высшая цель.
Экономический рост для всей страны и для каждого человека в частности, но это всё обман. Всё это красивые слова и не более. Нас всех вогнали в одинаковые рамки, мы теперь такие же — рабы, а не люди, и только лишь небольшая группа индивидуумов управляет этим миром.
Все мы лишь пешки в чьей-то большой игре. Сильные мира сего на этом зарабатывают много денег, богатея день от дня, а бедные всё больше нищают. Мы — просто серая масса, лишь средство для достижения личной выгоды. Они говорят нам, что для того, чтобы разбогатеть, надо работать, а не сидеть на заднице. Как будто мы не работаем, а просто просиживаем штаны, вот только они не уточняют, что работать надо где-нибудь в высшем менеджменте, а не на заводе у станка стоять или в офисе циферки считать. Для них это не работа, а что-то мелкое и очень простое, за что не стоит платить больших денег, — с этим как раз и справятся мелкие людишки.
Пока одни работали, а другие на этом зарабатывали, мир все больше погружался в горы мусора, пластика и токсичных отходов. Даже новые бактерии, что могли есть всё, что природа не перерабатывала, не справлялись с таким количеством отходов, что навалило великое человечество, стремясь к лучшей жизни, стремясь заработать как можно больше денег немедленно, именно в эту минуту, а что будет дальше — их уже не волновало. Мы забыли о том, что с этой планеты нам деться некуда. Она утонула в мусоре.
Изобретали новые системы очистки воздуха и воды, в продаже появился пластик, который природа может самостоятельно переработать. Возникали новые заводы по утилизации мусора — как никогда раньше, человечество стало заниматься сортировкой отходов. Государство ввело налог на мусор, но всё оказалось тщетно. Людей слишком много, а мусора они производят ещё больше. Из-за загрязнения окружающей среды продовольствия стало меньше. Удобрения и различные системы улучшения почвы не давали нужного результата. Во многих местах земля оказалась токсична, урожай погибал, леса вырубали.
Человечество столкнулось с проблемой перенаселения. Планета больше не может прокормить такое количество людей. Проблему надо было как-то решать. Даже при данном развитии науки и внедрение различных искусственно созданных и модифицированных культур не помогло окончательно решить проблему, и тогда правительство приняло решение и разработало ряд льгот и поощрений семьям, которые откажутся от рождения детей. Также льготы полагались и семьям с одним ребёнком, семьям с двумя детьми какие-либо привилегии не предоставлялись, но оба ребёнка могли жить спокойно и свободно, в отличие от тех, кому не посчастливилось родиться третьем в семье.
Все люди теперь имели индивидуальный номер, который выбивался в качестве штрих-кода на запястье левой руки. Татуировки наносили только после исполнения шестнадцати лет, до этого момента дети и подростки носили специальные браслеты. Номер можно было купить третьему и последующим детям, заплатив государству определённую сумму денег, — конечно, такие затраты могли себе позволить далеко не все.
Штрих-код позволял получать образование, медицинскую помощь, защиту от государства, а также давал возможность создавать семью и рожать детей, которым, в свою очередь, тоже присвоят индивидуальный номер, и они смогут жить полноценной жизнью внутри общества. Родителям больных и с различными отклонениями детей предлагали выбор: если дефекты были замечены ещё в утробе, то прервать беременность, или же такому ребёнку могут не присваивать код и отдать его в детский дом. Насколько я знаю, потом такие дети, если доживают до взрослого состояния и могут работать, получают самые социально невостребованные должности: мусорщик, уборщик и тому подобное. В обществе многие против того, чтобы оставлять таких детей в живых, ведь работы становится все меньше и меньше, а кормить свою семью на что-то надо.
***
Мне повезло. Повезло родиться на этот свет. У меня прекрасные родители, замечательные брат и сестра, они близнецы. Жаль только, что третий ребёнок государству не нужен, оно это совсем не поощряет. Вот если бы папа родил тройняшек, тогда никаких бы вопросов не было, мне бы тоже полагался индивидуальный номер. Но я родился в семье уже третьим ребёнком без права на штрих-код — мне не настолько повезло. Таких, как я, люди попросту называют «без штриха». Это усложняет жизнь. У моих родителей нет средств, чтобы оплатить так называемый «штраф» и сделать мне штрих-код. Но мир не без добрых людей, и я всё равно тайно, чаще всего за взятку, получаю необходимое лечение. Не такое, что я могу спокойно прийти в больницу, меня туда просто не пропустят, там везде стоят системы, считывающие коды и отслеживающие, чтобы только угодные граждане получили необходимые медицинские услуги, а врачи сами приходят к нам домой при необходимости.
Существуют люди, которые организовали общество, защищающее и всячески помогающее таким, как я, — Общество Защиты людей без штрих-кода. Они помогают получить медицинскую помощь и начальное образование, организовывают младшие классы и различные кружки для детей.
В нашем городе тоже есть эта организация, но один я туда ходить боюсь. Возле здания, где базируется это общество, всегда орудуют охотники, которые фактически занимаются работорговлей. Ведь мы абсолютно беззащитны.
Людей «без штриха» крадут, убивают, насилуют, продают и эксплуатируют. Государство полностью игнорирует преступления, совершенные против таких, как я.
Среднее образование я получил только благодаря брату и сестре, они на три года меня старше. Немало нервов мы друг другу потрепали во время моего обучения, но я всё равно им очень благодарен. Они альфы и всегда меня защищают. Бумаг, подтверждающих мою личность, нет, так же как и об образовании. У меня вообще нет никаких документов. Но это и неважно, главное — любящая семья.

Глава 1

Молодые юноши и девушки — альфы, беты и омеги — играли в футбол. Звонкий смех разносился по округе. Молодёжь бегала за мячом, весело крича друг другу ничего не значащие фразы. Одеты они были все примерно одинаково — в очень сильно поношенные футболки и шорты, кое-где в одежде виднелись дыры, но и обстановка, в которой они играли, соответствующая. Мяч катался по серой сухой земле, поднимая столбы пыли в воздух, — подростки не обращали на это никакого внимания. Воротами им служили по два металлических столба с каждой стороны. Возможно, когда-то это действительно было поле для игры в футбол и здесь стояли специальные ворота, но время ничего не жалеет и разъедает даже металл. Серые однотипные многоэтажки, покрытые многочисленными трещинами, прижимались тесно друг к другу, чуть вдали от них стояли сгнившие покосившиеся бараки. Ветер доносил неприятный запах со стороны свалки, которая находилась в нескольких километрах от этого места.
Двое альф — совсем юный парень и уже зрелый мужчина — наблюдали за игрой со стороны. Мужчина был одет в чёрный строгий костюм, белую рубашку и чёрный галстук, он резко выделялся среди окружающей нищеты.
Юный альфа был одет куда проще своего отца: чёрная футболка с принтом льва, синие джинсы и кроссовки, о которых большинство игроков, за коими он сейчас наблюдал, даже и мечтать не смели. Игра его мало интересовала, он внимательно смотрел на поле и не мог оторвать взгляда своих синих глаз лишь от одного игрока — от омеги-парня старше него самого на пару лет, чёрные прямые волосы которого, довольно сильно запылённые, были собраны в хвост. Альфа не мог с такого расстояния разглядеть цвет его глаз, но он был уверен, что они тёмные. Он сжимал кулаки, не замечая, как впивались его собственные ногти в кожу, разрывая её до крови, как сами собой удлинились клыки и с них на футболку капал чуть желтоватый яд внутренней секреции. Он не чувствовал запах с помойки, он лишь сильнее втягивал в себя воздух, вдыхая аромат темноглазого омеги, доносившийся до него с дуновением ветра.
Этот запах сводил с ума. Ярость рвалась откуда-то изнутри. Хотелось впиться зубами в нежную кожу шеи, растерзать, разорвать, искусать юное тело, схватить омегу и больше никогда не отпускать, чтобы он больше не мучил его своим одуряющим ароматом. Альфа с трудом себя сдерживал. Член у него уже болезненно стоял колом, и парень ёрзал, стараясь хоть немного поправить его положение в штанах, чтобы не было так больно, да так, чтобы отец этого не заметил, который на мгновение отвернулся на охранников, стоявших чуть позади них.
Омега звонко смеялся и наравне с альфами гонял мяч, его взгляд скользил мимо юного альфы, не задерживаясь на нём. Подростка это очень злило, ведь он хотел, чтобы омега смотрел только на него. Альфа перевёл взгляд на запястье парнишки и сначала не поверил своим глазам: у того не было штрих-кода — того самого, что позволял жить человеку полноценной жизнью, подтверждая в нём гражданина общества. Парень стал следить за рукой брюнета, высматривая и лишь сильнее убеждаясь в том, что он не ошибся.
— Отец, — парень схватил за рукав дорогого пиджака мужчину, который уже несколько минут украдкой смотрел на своего сына, — у того мальчишки, — он указал рукой на заинтересовавшего его омегу, — нет штриха.
— И что? Для этих мест ничего удивительного, родители не могут позволить себе выкупить штрих-код для третьего ребёнка.
— А как они вообще в таком случае позволили себе родить лишнего человека? Они что, не понимают, к чему ведут эту планету? Как же их социальная ответственность?
Старший альфа отрицательно покачал головой.
— Ричард, все имеют право на жизнь. Я привёз тебя сюда специально, чтобы ты посмотрел, как живут люди за чертой бедности. Наша задача сделать для них мир лучше.
— Если они к этому сами не стремятся, зачем нам это делать? Пусть отрывают свои задницы и идут работать, а не плодят нищету, — юный альфа говорил сквозь сжатые зубы — он больше не мог вдыхать этот одурманивающий аромат, доносящийся со стороны омеги.
— Ты думаешь, они не работают? — отец внимательно наблюдал за сыном, который упорно смотрел на поле, где продолжалась игра. — Работают. Многие зарабатывают себе на жизнь и жизнь своей семьи тяжким трудом.
— Зачем им вообще семьи? Надо запретить им рожать. Бедность плодит такую же бедность.
Старший альфа ещё что-то говорил, но Ричард уже не слушал — он смотрел только на заинтересовавшего его омегу. Тот громко кричал и скакал по полю, как маленький ребёнок, радуясь забитому мячу. Омега кинулся в объятия двум альфам — парню и девушке, которые были явно старше него. Ричард сжал кулаки ещё сильнее, тихо зарычав, сделал шаг в сторону обнимающейся троицы. Он еле сдерживал себя, чтобы не кинуться на двух альф и не перегрызть им глотки. Альфа мог это сделать, никто ему не помешает — скоро он станет сильным альфой, ещё сильнее, чем его отец.
— Прошу, давай заберём того омегу, что без штриха, — Ричард опять схватил старшего альфу за рукав дорогого пиджака. — Нас никто не остановит, ведь мы сможем это сделать. Закон это разрешает, его не станет искать полиция. Давай его заберём?
Молодой альфа лихорадочно хватал ртом воздух и был очень возбуждён, он повернулся к охране, сделал жест подойти и снова обратил свой взгляд на поле. Джозеф Уилсон молчал, внимательно смотря на сына, потом перевёл свой взгляд на темноволосого парня, за которым так внимательно следил Ричард. Омега эмоционально разговаривал с двумя альфами, размахивая руками и весело смеясь, те же лишь одобрительно улыбались и похлопывали его по плечу.
— Риччи, — начал было отец, но был грубо прерван.
— Я просил так меня не называть, — тихо, сквозь сомкнутые зубы проговорил юный альфа.
— Хорошо. В детстве тебе нравилось это сокращение твоего имени.
— Это было давно. Я уже не ребёнок.
— Я понимаю… — Джозеф перевёл взгляд на поле: игра закончилась, многие сидели прямо на земле и пили воду. — Ты говоришь, что им надо запретить рожать детей, — альфа указал рукой в сторону поля. — А что, если среди них окажется твоя Истинная пара, что ты на это скажешь тогда?
Ричард, не отрывающий взгляда от темноволосого омеги, вздрогнул всем телом. Страшная догадка поразила его. Он сделал шаг назад, рассеянно смотря на парней и девушек, многие из которых уже заметили двух альф и их охрану, и теперь кто искоса, кто в открытую разглядывал их, но заинтересовавший его омега на Ричарда так и не смотрел — он собирал свои вещи и явно намеревался уходить вместе с двумя альфами, с которыми до этого обнимался.
— Тогда я предпочту остаться один, без Истинного, — Ричард посмотрел отцу прямо в глаза.
— И лишишь себя возможности на счастливую семейную жизнь.
— Лучше без пары, чем прожить жизнь рядом с одним из подобных, — Ричард указал рукой на расходившуюся молодёжь.
— Как так получилось, что я воспитал такого жестокосердечного сына?
— Просто тебя никогда не было рядом. Вечно работа и благотворительные фонды. Ты старался сделать жизнь лучше для всех, но только не для меня.
Юный альфа уже кричал, привлекая внимание окружающих людей. Он тяжело дышал.
— Это неправда. Давай об этом поговорим дома.
Джозеф повернулся к подошедшим охранникам, сделал жест рукой, что они готовы уезжать. Он подтолкнул сына к машине. Ричард поддался на уговоры отца и пошёл в сторону автомобиля. Обернулся уже почти у самой двери машины и встретился с тёмными глазами того омеги. Альфа повернулся к нему и зарычал, не скрывая своей злости и обиды, всем своим видом показывая, что он настроен агрессивно. Брюнет что-то испуганно заговорил, сделал шаг назад, прячась за спинами альф, что стали свидетелями всей сцены. Парень и девушка вышли вперёд, пряча своего друга. Зарычали, приготовились к схватке с альфой по статусу выше их и явно сильнее, пусть он по возрасту и младше. Ричард кинулся вперёд, желая вцепиться клыками в первую попавшуюся шею, — ему было всё равно, кого убивать первым, но он доберётся до желанной добычи, чего бы это ему сейчас ни стоило. Инстинкты кричали только об одном: омегу надо забрать, присвоить себе, впиться зубами в загривок, пометить, оставить на нём запах, а если этого не получится, то растерзать, разорвать на части, чтобы он никому не достался.
Ричард успел сделать только несколько шагов вперёд, прежде чем его остановили сильные руки охранников. Он зарычал на них, вкладывая в этот рык всю свою силу, но сильные зрелые мужчины-альфы проигнорировали его. Сейчас они выполняли приказ сильнейшего, и им совершенно не важны битвы альф за омег.
— Успокойся, сын, — спокойно сказал Джозеф.
Молодой альфа резко вырвался из рук охраны. Тряхнул головой, прогоняя наваждение и принимая решение старшего альфы. Тяжело дыша, он направился к машине. Ричард прилагал немалые усилия для того, чтобы не смотреть в сторону омеги. В его душе бушевал ураган эмоций, они бились и требовали выхода, но он смог преодолеть себя. Сел в машину и, лишь когда за ним захлопнулась дверь и за затемнёнными окнами его невозможно было разглядеть, он посмотрел на брюнета, который стоял на том же месте, прижимая руки к груди. Автомобиль тронулся, увозя альфу от самого желанного в мире омеги.

Глава 2

Стивен и Саманта, как обычно, что-то не поделили и теперь шумно спорят. Папа-омега грустно на них смотрит, присев на диван, на коленях у него лежит рубашка, которую он только что зашивал.
— Ты на него глаз положил! Не смей подходить к Эндрю, он мой! — кричала сестра.
— С чего ты взяла, что он мне интересен? — Стивен подошёл ближе к девушке и приобнял её одной рукой. — Тем более для сестры какого-то омеги мне совсем не жалко. Бери. Пользуйся.
— Он тебе не вещь! Ты не можешь им распоряжаться! — она гневно скинула руку брата со своего плеча.
— Ты не переживай, я не жадный: поиграю и отдам.
Стивен весело рассмеялся, когда Саманта накинулась на него, стараясь сбить с ног. В нашей маленькой квартире это выглядело нелепо и совсем неуместно — они так всё в комнате посшибают и переломают. Дальше я смотреть на их концерт не стал — никогда не поймёшь, когда они шутят, а когда говорят серьёзно, — вышел на балкон, заваленный всяким ненужным хламом. Когда-то родители его застеклили — это было ещё до рождения близнецов и они могли себе это позволить; сейчас денег не хватает даже на то, чтобы перекрасить рамы, пластик выглядит весьма потрёпанным, кое-где имеются глубокие царапины. Высовываюсь в окно, вдыхаю ещё по-летнему тёплый воздух. Сегодня на улице хорошо. Осень неспешно вступает в свои права. На деревьях тут и там можно увидеть листья, окрашенные в жёлтый цвет. Лёгкий ветер мягко качает крону молодого ясеня, расположившегося прямо под нашими окнами. На немногочисленных клумбах зацветают осенние цветы, даря проходящим мимо людям приятный аромат. Солнце ярко светит, и даже не ощущается привычный запах гари, доносящийся с помойки.
Оглядываю небольшой двор — на футбольной площадке непривычно тихо. Недавно там произошёл странный случай. Двое альф — совсем молодой и постарше, вид у них был такой, как будто они не из этого мира, — очень контрастировали с окружающей их обстановкой. Я тогда был так увлечён игрой, что не сразу их заметил. Они спокойно стояли и наблюдали за нами, за тем, как мы с ребятами гоняем мяч по полю. И им не было страшно находиться в самом сердце нищего квартала. Они не боялись за свою дорогую машину, даже не одну, ведь приехали вместе с охраной в несколько человек. Думаю, именно из-за наличия рядом вооружённых людей альфы не опасались за свои жизнь и имущество. Интересно, зачем они вообще сюда приезжали?
В тот день мне было по-настоящему страшно. Молодой альфа хотел убить меня. Я это слышал в его рыке, видел это в его взгляде. Он точно бы меня убил — перегрыз бы моё горло и я бы истёк кровью. Никто, кроме брата и сестры, не встал на мою защиту. Он был младше, чем мои защитники, но от этого альфы исходила очень большая сила, никто не осмелится ему противостоять. Таких сильных альф я видел первый раз в жизни и, надеюсь, последний — неудивительно, что они богаты. С такой силой можно легко управлять людьми. Непроизвольно прикасаюсь к шее, потираю её — я легко могу представить, как клыки альфы смыкаются на ней, как кровь течёт из ран.
Бросаю взгляд в сторону трущоб, которые фактически находятся на свалке. Одноэтажные маленькие домики, некоторые из которых имеют свой огород — отсюда мне этого всего не увидеть, но я и так знаю, что скрывается за высотными зданиями нашего района. Там жить ещё хуже, чем здесь. Вообще лучше жить в другом квартале, где обеспеченные люди, как те альфы, что были здесь несколько дней назад. Но к тому району мне даже не приблизиться, как и в лес не попасть.
Леса — это закрытые территории. Правда, недавно у нас в квартале сделали небольшой сквер: высадили деревья, поставили лавочки и заасфальтировали дорожки. Открывали его торжественно, прибыла делегация, произносились красивые слова об улучшении жизни нашего района, города и много чего, что на самом деле от нас, простых людей, очень далеко. Родители побоялись меня отпускать посмотреть на открытие сквера. Даже в сопровождении Стивена и Саманты.
Случайно услышанная фраза вывела меня из раздумий:
— У нас с ним любовь.
Спор между Самантой и Стивом перешёл на новый уровень. Аргументы закончились, и начались признания. Поворачиваюсь к ним лицом — до этого их перебранка меня не интересовала.
— Так тебя на романтику потянуло? Это всё из-за того, что ты девушка, — Стивен, как обычно, подначивает сестру.
— Это тут при чём?
— Раньше все омеги были девушками. И это им свойственно говорить про любовь, семью и всякие подобные глупости.
— Ты просто ещё никого подобного не встретил, поэтому сам не понимаешь, что говоришь.
Когда-то очень давно женщины и мужчины не подразделялись на альф, омег и бет. Тогда люди были больше похожи на людей, а не на животных, которые легко могут разорвать горло зубами. Передёргиваю плечами. До чего же неприятно осознавать, что ты — слабое звено, что не способен сам себя защитить.
— Всё, хватит. Надоело вас слушать, — папа-омега встал и бросил рубашку сыну в руки. — Стив, хватит дразнить сестру, а ты, Саманта, забудь об Эндрю. Он единственный ребёнок в семье, и его родители вряд ли согласятся породниться с нами.
Папа посмотрел в мою сторону, но, заметив, что я наблюдаю, быстро отвёл взгляд, сел на диван и стал собирать швейные принадлежности в коробку.
Стало немного грустно. Существует правило негласного выкупа, в основном оно применяется к единственному ребёнку в семье и если он вступает в брак с человеком, у которого есть братья или сёстры. Эти деньги через год — как правило, но совсем не обязательно, — отдают молодой семье или же вообще на них устраивают свадьбу. Это связано с тем, что семьи с одним ребёнком считаются привилегированными и у них больше средств на жизнь, — таким образом они хотят удостовериться, что брак не является корыстным. Сомнительная страховка. Но уж так заведено. Денег у нас в семье недостаточно, чтобы заплатить выкуп, так что об Эндрю Саманте придётся забыть. Они могут, конечно, и не спрашивать разрешения родителей, всё-таки уже совершеннолетние, но это определённо точно спровоцирует конфликт между семьями. Нам особенно опасно с кем-либо ссориться, надо со всеми дружить, ведь в нашей семье есть я — человек без штриха.
— Эндрю тоже меня любит и согласен на брак без выкупа, — не унималась Саманта.
— Вы ещё молоды. Это временное увлечение. Ещё очень рано говорить о свадьбе. Пообщайтесь. Его родители никогда не согласятся на этот брак, — в голосе папы слышалась нотка грусти.
— Мы с ним Истинные, а значит, на брак не надо согласия родителей и выкуп тоже не нужен.
Папа настолько удивился, что, открыв рот для того, чтобы что-то сказать, забыл про это, да так с ним открытым и сидел. Даже Стивен изменился в лице, а его не так просто удивить.
— Ты даже мне не сказала об этом, — брат был шокирован услышанным. — Почему?
— Я тебе говорила, но только ты не понял этого, я сама тогда не осознавала. Ты дал мне совет просто сбросить с ним напряжение и забыть об этом омеге, — Саманта пожала плечами. — Я тогда Эндрю безумно хотела и сейчас хочу. А от этого дикого желания может избавить только метка.
— Ну, я же не знал, — как-то растерянно пробормотал Стивен.
— Ох, — папа закрыл лицо ладонями.
Саманта кинулась к нему, встала перед ним на колени, убирая ладони с лица любимого папы-омеги, торопливо заговорила:
— Всё будет хорошо, ты не переживай. Если родители воспротивятся, обращусь в суд или вызову старшего альфу из его семьи на сражение за омегу.
— Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь из вас в этом сражении погиб, — папа начинал злиться. — Нет, это не выход и портить отношения с будущими родственниками я точно не хочу, — он задумался, снова посмотрел на меня, опустил взгляд на дочь. — Выкуп, думаю, они в любом случае потребуют, но в связи со сложившимися обстоятельствами вполне могут уменьшить сумму.
В коридоре послышался звук открывающейся двери. С работы наконец вернулся отец-альфа. Он работает на мусоросжигательном заводе, как и большинство людей, проживающих в этом квартале. Отец прошёл в гостиную.
— У вас тут что? Какое-то собрание? А меня почему не позвали? — он улыбнулся, но, посмотрев на невесёлые лица, изменил тон на более серьёзный. — Так, что случилось?
Все молчали. Саманта выглядела немного виноватой, только причины этого я не мог понять. Её вины в случившемся нет, это суждено всем — найти свою Истинную пару. Это ведь настоящее счастье. Им с Эндрю уже по двадцать три года, они уже вполне самостоятельные, оба работают. Это я не могу один из дома выйти и устроиться на официальную работу. Бывают случайные заработки, но родители против того, чтобы я передвигался по городу без сопровождения, хотя у меня есть браслет-фальшивка — такие носят люди без штриха, которые принадлежат какому-нибудь человеку, фактически являясь рабами.
— Саманта встретила Истинного.
Наконец я подал голос, заходя обратно в комнату с балкона. Все взгляды устремились на меня.
***
Джозеф Уилсон, как обычно, сидит у себя в кабинете, разбирая бумаги. Он не глава корпорации, однако на нём лежит очень много важных дел, которые требуют его немедленного вмешательства. Николь Стивенс заходит в кабинет без стука. Ему можно. Он хоть ещё совсем молод, но уже очень перспективный сотрудник отдела личной разведки корпорации Уилсонов. Парень, слегка виляя бёдрами, подходит к столу начальника и кладёт перед ним на стол папку с бумагами. Джозеф смотрит на документы, которые принёс омега, берёт их в руки и сразу раскрывает.
— Это он? — мужчина достал из папки фотографию.
— Да, сэр, — омега кивнул. — Всё так, как вы и предполагали. Юноша — третий ребёнок в семье. У него есть старшие брат и сестра. Альфы. Родители не в состоянии заплатить деньги государству за индивидуальный номер для третьего ребёнка.
— Очень хорошо, — альфа пролистывал бумаги личного дела юноши.
— Ему двадцать лет. Один из дома никогда не выходит. С ним всегда рядом есть кто-то из альф.
— Охраняют. Боятся, что украдут, — Джозеф хмыкнул себе в усы, разглядывая фотографию омеги: тёмные волосы, карие глаза. — Правильно делают.
— Вы хотите его выкрасть?
— Надеюсь, до этого не дойдёт. Как его имя?
— Кики Бекер.
— Кики? — мужчина поднял глаза на стоящего напротив стола омегу. — Разве это имя? Скорее кличка.
— Все называют его «Кики». Документов у него никаких нет. Сами понимаете, — парень растерянно повёл плечами: ему было неловко за то, что он не смог выяснить всей информации.
— Ладно, пусть пока будет Кики.
Мужчина снова устремил взгляд своих синих глаз на фотографию молодого омеги.

Глава 3

Книжный шкаф располагался во всю стену. Книги стояли ровными рядами. В лучах света, что проникал через окно, танцевали пылинки. На столе, выполненном из дорогого красного дерева, стояли часы, мирно тикая.
— Так, для чего ты меня позвал?
Ричард наконец подал голос: ему надоело разглядывать цветные корешки книг за спиной отца, который спокойно сидел за столом, читая какой-то документ, и не обращал внимания на сидящего напротив него сына. Джозеф поднял глаза на молодого альфу, молча открыл верхний шкафчик стола, достал оттуда конверт и отдал сыну. Ричард извлёк содержимое конверта — в нём оказалась фотография. Сердце альфы застучало сильнее. Ему казалось, что он даже чувствует запах этого омеги.
— Узнаёшь? — отец внимательно следил за реакцией сына, и вопрос был почти риторический.
— Нет, — парень с трудом взял себя в руки, но постарался, чтобы голос его был предельно холоден и твёрд.
— Этого омегу мы не так давно видели в бедном квартале, — Джозеф встал, обошёл стол и приблизился к сыну.
— И что? Почему мне должно быть до этого омеги какое-то дело?
— Так, значит, тебе нет до него никакого дела? — старший альфа сделал паузу, но Ричард хранил молчание и просто смотрел на отца снизу вверх. — Выходит, я ошибся, решив, что этот омега для тебя особенный.
Джозеф протянул руку к фотографии и попытался её забрать из рук сына. Ричард не позволил этого сделать, отдёрнул изображение юноши от рук отца.
— Это Кики Беккер, — усмехнувшись, сказал Джозеф.
Младший альфа шёпотом повторил имя, как бы пробуя его на вкус. Он снова посмотрел на фотографию. Ничего особенного в этом человеке нет. Просто омега. Красивый, но многие омеги красивые. Немного острый подбородок, но это совсем не портило парня, а даже наоборот — придавало ему некое обаяние.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.