Библиотека java книг - на главную
Авторов: 55524
Книг: 136594
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «...Либо с мечтой о смерти»

    
размер шрифта:AAA

Александра Созонова
…Либо с мечтой о смерти

Глава 1 ОБЪЯВЛЕНИЕ

Мартовское утро с томительным, болезненно блестящим, назойливо сочащимся сквозь щели в жалюзи солнцем обещало день столь же бессмысленный и полый, что и все предыдущие.
Ничего обнадеживающего или хотя бы нового я не ждал, когда с привычным автоматизмом вытряхнул из почтового ящика дневной улов: пара рекламных проспектов, счета за газ и электричество, бесплатная еженедельная газета.
Писем не было. Дурная привычка, от которой не могу себя отучить: перебирать ежедневный почтовый мусор с тайным, запрятанным от самого себя нетерпением. А ну как выглянет белый или оливковый конверт, легкий, узкий, целомудренно-матовый на фоне кричащего глянца проспектов. Она ведь знает, что Интернет у меня отключен за неуплату. А к телефонам и мобильникам питает с детства иррациональную неприязнь.
Любое письмо, пусть в полстраницы. Содержимое его, маленькая душа, непрочно хранимая бумажными стенками, значения не имеет. Главное — зримый факт, осязаемое доказательство, что хоть в какой-то степени я ей еще нужен.
Писем не было, как и всегда.

Глянцевый мусор вместе со счетами улетел в бумажный ворох в углу, дожидающийся своей очереди стать каминной растопкой. Уже отходя, задел взглядом газетный лист, оказавшийся сверху. Одно из объявлений было помечено галочкой — ярко-синей, размашистой, какую мог оставить фломастер, либо дамсќкий карандаш для век. Недоумевая, кому понадобилось просматривать и помечать мою корреспонденцию, я наклонился и поднял газету.
Манящая галочка была напечатана типографской краской.
Рекламный прием всего лишь.
ЕСЛИ ВАМ ЧАСТЕНЬКО ПРИХОДИТ В ГОЛОВУ МЫСЛЬ О ТОМ, ЧТО ЖИЗНЬ — ВСЕГО ЛИШЬ БОРЬБА СО СМЕРТЬЮ, ЛИБО С МЕЧТОЙ О СМЕРТИ, ЕСЛИ МЕЧТА ЭТА СТАНОВИТСЯ ЧРЕЗМЕРНО НАВЯЗЧИВОЙ, ПРИОБРЕТАЕТ ПОСТОЯНСТВО ДЫХАНИЯ, МЫ — ИМЕННО ТЕ, КТО ВАМ НУЖЕН.
Лаконично-загадочный текст заставил перечесть себя трижды. Не только трюком с небесного цвета галочкой, но и содержанием он заметно выделялся на фоне однообразно-бодрых и убого-наглых призывов купить, обменять, отремонтировать, ублажить, исцелить и развлечь. Объявление звучало афористично. Его мог бы сочинить поэт, печальный и настоящий. Но главное, газетное послание обращалось непосредственно ко мне. Именно мне и именно частенько приходили в голову сходные мысли и мечты.
Приходили, периодически навещали лет с семнадцати. Приобрели «постоянство дыхания» три года назад.
(Тогда она исчезла в очередной раз, пропала — не то на пять дней, не то на неделю. Пора бы и привыкнуть к таким выходкам: уже полгода, с рокового рубежа полового созревания, она то и дело сбегала из дома. Но привыкнуть не получалось. И в тот день ритуал был обычный: обзвон приятелей и подружек (никто, как водится, ни слухом ни духом), ночные обходы любимых злачных местечек, растущая тяжелая ненависть к онемевшему телефону. Попалась в руки записная книжка, которую она обычно таскает с собой, но в тот раз забыла. Обрадовавшись массе новых возможностей, стал перелистывать и наткнулся на список на последней странице: «1. Влад (+++), 2. Сержи-мл (+-), 3. Джим (урод) (-), 4. Драго (+), 5. Джим (из леса) (++), 6. Лысый (-+), 7. Хуг (крыша) (- ++)…» Всего было девятнадцать пунктов. Что это означает, понял не сразу. Минуты через три.)

Я не тотчас бросился к телефону. Постарался настроить себя на то, что слова под синенькой галочкой не более чем уловка начинающего психоаналитика, либо свеженькой тоталитарной секты. Лишь после этого набрал указанный в газете номер.
— Частная клиника «Оттаявшая Гиперборея», — отозвался вежливо-безликий женский голос.
— Привет! Мне попалось на глаза ваше объявление в газете. Хотелось бы узнать, что за услуги оказывает ваша фирма, — я старался говорить как можно беспечней.
— К сожалению, подобной информации по телефону мы не даем.
— Ну, я не настолько тяжел на подъем, что не смог бы подъехать…
— В этом нет необходимости. Сообщите номер вашего факса, и вам тут же будет выслана тест-анкета. На основании ее результатов будет сделан вывод, являетесь ли вы потенциальным клиентом нашего учреждения.
— Но позвольте… — Я даже растерялся. — Прежде чем отвечать на ваши анкеты и тесты, должен же я узнать, чем вы занимаетесь, черт побери! Я слишком дорожу своим временем, чтобы тратить его неизвестно на что. Быть может, специфика вашей Гипербореи не имеет ничего общего с моими нуждами и интересами.
(Насчет времени, положим, беззастенчивое вранье: мне девать его некуда. Я давлюсь им, тону в нем, словно в каше из детской сказки, перехлестнувшей через край волшебного горшочка. Но нагловатой фирме с претенциозным названием знать об этом необязательно.)
— К сожалению, только ознакомившись с результатами тестирования, мы сможем решить, являетесь ли вы нашим клиентом, — голос заученно-вежлив и отполирован, словно у автоответчика: ни единой живой ноты, придыхания или смешка. — Если вас не устраивают наши условия, нет смысла продолжать разговор. Тем более, — голос усмехнулся едва уловимо, — что отсутствие свободного времени является косвенным признаком того, что вы набрали телефонный номер из праздного любопытства.
Зубы у вежливой стервы наверняка безукоризненно белые, дежурная улыбка благоухает «диролом». Помада? Темно-бордовая, с оттенком свернувшейся крови, а лак на ногтях — пронзительно-алый. Или черный.
Сплюнув в сердцах, назвал требуемое. Гиперборейская секретарша бесила, но и вызывала едкое восхищение: изумительный симбиоз казенной вежливости и природного хамства.
Не прошло и получаса, как из щели факса выползло нечто длинное и испещренное. Увидев количество вопросов, на которые предстояло ответить, дрогнул: что-то около 666-ти.
Будь я нормальным человеком, мало-мальски закованным в броню здравого смысла, непроглядный ворох пополнил бы каминную растопку. Но я не таков, отсюда и все проблемы. К тому же обилие тянучего, обволакивающего времени заставляло приветствовать любую возможность хоть как-то его избыть.

Львиная доля из 666-ти сильно смахивала на типичные опросники для душевнобольных. (Доводилось пару раз заполнять подобные, пока не выветрились надежды на могучую силу психиатрии.)
«Часто ли вам приходит в голову мысль, что бытие, в сущности, совсем не стоит усилий, затрачиваемых на его поддержание?» Еще бы! Правильнее будет сказать, что эта мысль не просто приходит, но поселилась в моей голове, свив себе уютное гнездышко под теменной костью.
«Если вы можете отождествить себя с каким-либо кулинарным блюдом, то с каким именно?» Несъедобным, это точно. Что-то вроде манной каши, обильно приправленной жгучим красным перцем.
«Наиболее часто одолевающие вас эмоции (нужное подчеркнуть): тоска, безотчетная тревога, паника, воодушевление, беспричинная радость, апатия, озабоченность, тяга ко сну?» Подчеркнем-ка мы первое, четвертое и восьмое — пусть покрутятся, интерпретируя.
«Боитесь ли вы лечебных пиявок?» «Снятся ли вам сны, в которых вы выступаете в роли убийцы, насильника или кровосмесителя?» «Сколько раз в день вы причесываетесь?» «Думаете ли вы о вероятности третьей мировой войны с облегчением?»
Нет. Нет. Один. Конечно. Только больше надежд внушают повальные эпидемии типа СПИДа или атипичной пневмонии, либо глобальная экологическая катастрофа. Про экологическую катастрофу, впрочем, имелся отдельный вопрос.
Когда-то меня зацепила фраза в одной книжке — за точность не ручаюсь, но смысл такой: еще можно понять, отчего в сотворенном Всевышним мире есть зло, боль, ненависть. Но почему в нем существует дерьмо?
(Я еще могу дышать, видеть, жить в мире, где она периодически убегает из дома, без звонка, без записки, напрочь забыв обо мне. Это тяжко, но выносимо. Но в мире, где существует «список»?..)
Впрочем, вопросов на эту или подобную тему в анкете не оказалось.

Около двух часов понадобилось для удовлетворения любопытства неведомой клиники с завлекательно-ледяным названием. Послав отработанные листки, обнаружил, что дожидаюсь ответа с нетерпением. Странное для меня нынешнего, напрочь позабытое состояние.
Газетная галочка цвета неба — слабая трещина в могильной плите, светлая цель, фонарик в ядовитом тумане…

Долгожданный ответ пришел на следующее утро. Тот же официальный голосок с убийственным ароматом «дирола» сообщил, что результаты тестирования дают мне радостный шанс влиться в число пациентов частной клиники «Оттаявшая Гиперборея». Как видно, с потенциальными клиентами полагалось разговаривать любезнее, чем с неведомыми читателями объявлений, поэтому голосок звенел на полтона теплее и доверительнее.
Офис «гиперборейцев» находился за городом, в сорока минутах быстрой езды. Двухэтажное новенькое здание из мраморной плитки, заросшее до карниза плющом, словно лицо, строгое и ухоженное, лохматыми бакенбардами, изнутри смахивало на представительство фирмы, пасущейся на сочной ниве нью-эйдж: звенящие буддийские безделушки, ковры с нежно-зеленым ворсом, тонкие ароматы сандала и эвкалипта.
Встретившая у входа секретарша (судя по голосу, не та хамовато-вышколенная стервозина, что отвечала по телефону), сверившись с бумагами, пригласила в полутемную комнатку без окон. Молодой человек в светло-голубом халате, облепив мою голову и запястья датчиками, принялся задавать вопросы, частично совпадающие с теми, что были в анкете. К счастью, их количество оказалось на порядок меньше, и вся процедура заняла не более двадцати минут. Проверка на детекторе лжи, не иначе.
Убедившись в моей искренности, меня вежливо препроводили в просторный кабинет, выдержанный, от паласа до электрических розеток, в тех же медитативно-успокоительных тонах, что и холл.
— Доктор Трейфул, — представился, приподняв верхнюю часть туловища над столом, господин средних лет в добротном сером костюме, с зачесанными назад редкими волосами.
Свеже-розовые щеки и приподнятые уголки губ излучали радушие. Светлые глаза смотрели проникновенно, выдавая принадлежность к проклятой Богом породе профессиональных целителей душ.
— Мы удовлетворены результатами вашей тест-анкеты, мистер Норди, — начал он, лишь только я плюхнулся в мягко-обволакивающее кресло напротив. — Вы — наш человек, если можно так выразиться. — Он пошуршал разложенными на столе бумагами и впился зрачками в одну из них. — Шизоидный тип личности, многолетний стресс, вызванный крахом карьерных амбиций, чередой неудач в личной жизни, потерей смыслообразующей составляющей бытия… реактивная депрессия на почве отсутствия взаимопонимания с единственной дочерью, перешедшая в последние несколько лет в стадию хронической… упорные суицидальные наклонности…
Доктор поднял на меня глаза, словно проверяя, согласен ли я быть носителем столь долгого и удручающего списка психиатрических ярлыков. Взгляд был липким и прочным, как скотч.
Не дождавшись с моей стороны ни возражения, ни кивка или задумчивого междометия, Трейфул заключил торжествующе:
— Мы рады сообщить вам, мистер Норди, что вы с полным правом можете влиться в число пациентов духовно-восстановительной клиники «Оттаявшая Гиперборея»!
— Весьма счастлив, — я благодарно пошевелился (медузообразное кресло чмокнуло подо мной, отвечая на это движение). — Вот уже вторые сутки меня безмерно интригует это название. Неужели я наконец-то получу возможность утолить свое любопытство?
Проклятое кресло вело себя, как живое. Оно слабо колыхалось, словно теплое желе.
— Именно к утолению вашего законного любопытства я и собираюсь сейчас приступить! Простите, что мы томили вас целые сутки. Прошу понять: специфика нашей клиники такова, что мы вынуждены держать в тайне сферу предоставляемых нами услуг от всех, кто не является нашими пациентами.
— Но, видите ли… — Я помялся. — Не могу сказать с уверенностью, что пополню собой счастливые ряды ваших пациентов.
— По результатам тестирования вы стопроцентно наш! — успокоительно замахал он на меня руками.
— Но есть еще материальный фактор, — не сдавался я. — Если стоимость ваших услуг (пока мне неведомых) превышает определенную сумму — а она почти наверняка ее превышает, судя по добротному виду вашего офиса — я, к сожалению, не смогу влиться и присоединиться…
Доктор Трейфул вновь замахал руками, издав жизнерадостный смешок.
— И думать не думайте об этом, любезный мистер Норди! Вас нисколько не должен смущать материальный фактор. Одно из немаловажных преимуществ нашей клиники — то, что пациентом её может стать человек с любым достатком, от миллионера до рабочего на ферме. И даже вовсе безработный, каким, судя по анкете, являетесь вы на данный момент.
Это заявление меня озадачило.
— Не хотите же вы сказать, что не берете денег за ваши услуги?
— Именно так! Вернее, мы берем деньги, но ровно столько, сколько способен заплатить наш клиент. Ни центом больше. Но позвольте же мне, наконец, подробно ввести вас в курс дела! — Доктор набрал дыхание для длинной речи. — Духовно-восстановительная клиника «Оттаявшая Гиперборея» начала свою деятельность около девяти месяцев назад. Ее отец-основатель, профессор Майер — личность, поистине, рождающаяся раз в столетие. Вы что-нибудь слышали о нём?
Я отрицательно повел головой.
— Я так и знал! Это неудивительно. Истинно великие люди вершат свой путь в тени истории, такова печальная закономерность. К тому же, что немаловажно, специфика основанной им клиники не располагает к публичности, к журналистским охам и ахам. Альберт Швейцер — вот имя, которое приходит на ум первым, когда задумываешься о предшественниках и братьях по духу этого удивительного человека, положившего свою жизнь на ниву спасения страждущих. Подавляющее большинство пациентов профессора Майера — люди с тяжелой формой депрессии и склонностью к суициду, — Трейфул сменил тон с пафосного на доверительный и бросил на меня короткий, полный сочувственного значения взгляд. — Многолетнее общение с несчастными и горячее желание облегчить их участь и послужили толчком, катализатором его замечательного начинания. Углубимся немного, с вашего разрешения, в метафизику вопроса. Что есть смерть, как вы считаете?
Я пожал плечами. Кресло подо мной сыто вздохнуло.
— Для кого как. Для атеиста — переход в ничто и нигде, полное исчезновение. Для христианина — волнующий момент встречи с Всевышним Судией, который определит его участь на всю последующую вечность. Для индуиста или буддиста…
— Бог с ними со всеми, с буддистами и атеистами! Я спрашиваю, чем является смерть для вас, вас лично, мистера Норди, тридцати семи лет от роду, неженатого, образование гуманитарное, психотип астенический! Как вы определяете ее для себя, к чему готовитесь, чего ждете от этого таинственного момента?
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2021г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.