Библиотека java книг - на главную
Авторов: 44316
Книг: 110240
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Шабаш ведьм»

    
размер шрифта:AAA

Картер Браун
Шабаш ведьм

Глава 1

Считалось само собой разумеющимся, что Гектор Малвени, великий английский актер, займет одно из бунгало в районе самого шикарного отеля в Беверли-Хиллз. Я нисколько бы не удивился, если бы этот человек, с его-то положением, арендовал два бунгало — одно для себя, другое для своего дворецкого. Я постучал в дверь, и десять секунд спустя мне открыла какая-то красотка в крошечном купальном халатике, который едва прикрывал еще более крошечный купальник. Девушке было около двадцати пяти лет. Она была высокой, стройной, с длинными красивыми ногами. Сквозь ткань лифчика угадывались соски маленьких, но достаточно твердых и упругих грудей. Красотка окинула меня сонным взглядом карих глаз, слегка выпятив в шаловливой манере верхнюю губу.
— Меня зовут Рик Холман, — сообщил я ей. — Мистер Малвени ждет меня.
— И вы явились вовремя, мистер Холман. Входите. — Девушка пошире распахнула дверь. — Я Бренда Малвени, его жена. — В ее глазах на мгновение мелькнула насмешка, как будто она бросала мне какой-то вызов, и от меня требовалось его принять.
Как только я переступил порог бунгало, девушка закрыла входную дверь, повернулась и направилась в гостиную. Следуя за ней, я наблюдал, как покачиваются ее гладкие бедра и ягодицы с такой атлетической жесткостью, что трудно было ощутить какое-то влечение к этой девушке.
На великом английском актере, комфортно разлегшемся в кресле, были только яркие цветные шорты. Его густые с проседью волосы были расчесаны на пробор, а бородка аккуратно подстрижена. На груди его курчавились целые заросли шерсти, а плоский живот был втянут без всяких видимых усилий. Для мужчины, которому было по меньшей мере пятьдесят пять, он выглядел великолепно.
— Дорогой, — обратилась к нему жена, бывшая на тридцать лет моложе своего мужа, — это мистер Холман.
Пара проницательных светло-голубых глаз уставилась на меня из-под кустистых бровей, затем он кивнул.
— Дорогая, приготовь нам, пожалуйста, что-нибудь выпить. — Он почесал обнаженную грудь. — Присаживайтесь, Холман. Что вы пьете?
— Бурбон со льдом, если можно, — ответил я. Он скорчил гримасу.
— Эту отраву американцы выдают за настоящее виски! Хотя кому что нравится. — Тут он взглянул на свою терпеливо ждущую жену. — Мне шотландское с содовой, дорогая, и не вздумай положить хотя бы кусочек льда.
— Когда-нибудь, — тихо промурлыкала она, — я обложу твой соответствующий орган льдом, а потом волью в тебя множество стаканчиков. И тогда мы выясним наверняка, действительно ли шотландское виски усиливает потенцию, как ты это утверждаешь.
— Поразительно. — Малвени немного помолчал, наблюдая, как его жена подходит к бару и начинает смешивать напитки. — Холодна как лед, а кажется страстной и темпераментной.
Бренда коротко и неприятно рассмеялась.
— С тобой, милый, — сказала она, и ее английский акцент стал еще заметнее, — не приходится особенно выбирать.
— Видите, Холман. — Малвени улыбнулся мне. — Что вы насчет всего этого думаете? Чувствуете, как все бурлит под этим на первый взгляд спокойным и безмятежным фасадом?
— Вы оба такие остроумные, — проворчал я, — что я просто краснею от смущения.
— А вы наглец, Холман, не так ли?
— Да, — искренне согласился я.
— Я привык к тому, что люди ловят каждое мое слово с почтительным выражением лица, — весело заявил Малвени. — Потому что я великий актер Гектор Малвени. Что в вас такого выдающегося, что вы решили, что можете позволить себе грубить мне?
— Может, он гомик, дорогой, — бросила женщина через плечо. — И не выносит разговоров на тему сексуальных игр между мужчиной и женщиной.
— По-моему, ты просто не в его вкусе, любимая, — небрежно произнес Малвени.
— Какая же женщина, по-твоему, в его вкусе?
Малвени простер руку в мою сторону.
— Она в вашем вкусе, Холман? Прыгнули бы вы с ней в постель?
— Он втайне надеется, что вы это сделаете, — обратилась ко мне Бренда. — Ему нравится считать себя сексуально эмансипированным, и, пока он может глазеть и не путаться под ногами, он чувствует себя молодым и готовым к бою.
— Я повторяю, что вы оба слишком, слишком остроумны, — огрызнулся я. — Я же явился сюда не для того, чтобы смотреть, как вы тут изображаете из себя доморощенных жизнелюбов, поэтому, если вам нечего мне сообщить...
Малвени радостно хихикнул.
— Ты слышала, дорогая? Сначала он остается равнодушным к такому великому актеру, как я, а потом его не трогают даже твои эротические чары. Этот человек не кто иной, как проклятый реакционер.
Женщина подала напитки, присела на подлокотник кресла, в котором расположился ее муж, и легонько положила руку ему на плечо.
— Не считаешь ли ты, что следует рассказать мистеру Холману, в чем состоит дело? — терпеливо спросила она. — Ты же видишь, этот человек не мешает дело с развлечением.
— Полагаю, ты права, любовь моя. — Он сжал ее обнаженное бедро, а затем хмуро посмотрел на меня. — О вас ходят лестные отзывы, Холман. Осторожный, осмотрительный, умеющий улаживать личные дела людей, которые, как я, постоянно находятся в центре общественного внимания. В настоящий момент меня беспокоят две очень серьезные проблемы.
— У этих проблем имеются имена — Аманда и Керк, не так ли, Малвени? — поинтересовался я. Он еще больше нахмурился.
— Двое моих детей. Очень обаятельны и совершенно меня не выносят. Если они не рассказывают журналистам, какой я отъявленный мерзавец-отец, то, значит, заняты тем, что, выпутавшись из одной скандальной истории, тут же попадают в другую.
— За последнюю пару месяцев мне не довелось прочитать о них ни строчки, — заметил я.
— Знаю! — энергично закивал Малвени. — Это меня и беспокоит, Холман. Это значит, что оба замышляют нечто ужасное, и это может обрушиться на нас в любой момент газетными заголовками. Я предлагаю вам очень простое задание. Выясните, чем они занимаются, и положите этому конец!
— Вы шутите?
— Я совершенно серьезен, — рявкнул он. — Крайне необходимо, чтобы в течение ближайших трех месяцев даже тени скандала не легло на фамилию Малвени.
— Гектор чересчур скромен, — спокойно заметила его жена. — Ходят упорные слухи, что его собираются посвятить в рыцари, и он не желает, чтобы что-то или кто-то, особенно двое его отпрысков, испортили все дело в самом начале.
— Сэр Гектор Малвени. — Актер самодовольно погладил свою бородку. — Это звучит, как вы думаете, Холман?
— Нет, — сказал я, — но это меня не касается.
— Вы хотите, черт подери, взяться за это дело или нет? — резко спросил он.
— Нет, — ответил я. — Не имею ни малейшего желания.
Женщина пронзительно вскрикнула, когда его пальцы впились в ее голое бедро, и тут же скинула руку.
— Скажите, пожалуйста, почему вы отказываетесь от этого предложения, мистер Холман? — спросила она.
— Потому что, если судить по его рассказам, это не имеет никакого смысла. Либо он знает, что его дети уже занимаются чем-то, что может свести его шансы на рыцарство к нулю, либо он просто чокнутый отец.
Жена тихо вздохнула.
— Расскажи ему, дорогой.
— Откуда я знаю, что он после этого изменит свое решение? — проворчал Малвени.
— Ты, конечно, не знаешь. — Она холодно улыбнулась мужу. — Но ты должен дать ему этот шанс.
— Ладно. — Он нетерпеливо пожал плечами. — Принеси эти прелестные фотографии, любимая, пока я попытаюсь рассказать Холману, в чем состоит дело.
Бренда Малвени поднялась с подлокотника кресла и вышла из комнаты. Я отхлебнул глоток бурбона и задал себе вопрос, не перенесся ли я вдруг в английский сумасшедший дом для новых аристократов.
— Когда умерла моя первая жена, Керку было шестнадцать, а Аманда была на два года моложе, — решительным тоном начал рассказывать Малвени. — В силу моей профессии я виделся с ними не так часто, как хотелось бы, и потом — это произошло как-то неожиданно — они стали взрослыми и независимыми. Между нами сохранялись еще какие-то родственные отношения до того момента, когда я решил жениться вторично, и тут наступил конец всем нашим отношениям.
— Я помню кое-что из их высказываний в газетах, — сказал я. — Аманда жалела бедного старого папочку, пытающегося вернуть ушедшую молодость с помощью женитьбы на девушке настолько юной, что ей впору было быть его внучкой...
— Керк говорил по поводу меня, что хуже старого маньяка может быть только дряхлый старый маньяк! — Он слабо улыбнулся. — За весь год, что мы женаты, я не услышал от них ни единого слова. Хоть убейте, до сих пор не могу понять их логики, почему они так настроены против моей новой женитьбы. Может, им больше было бы по душе, если бы я менял партнерш каждую ночь?.. Я и не подозревал о пропасти между поколениями до тех пор, пока сам с этим не столкнулся.
Женщина вернулась в комнату, держа в руке пачку фотографий.
— Ты рассказал ему, дорогой?
— Я пытался объяснить, — проворчал Малвени, — но, по-моему, все это прозвучало как сущая бессмыслица.
— Возможно, будет проще, если мистер Холман сам взглянет. — Скупо улыбнувшись, она уронила пачку фотографий мне на колени и бесстрастно посмотрела на мужа. — Дорогой, почему бы тебе не сходить искупаться или заняться чем-нибудь? Тогда тебе не придется сидеть здесь, изображая невозмутимого британца и испытывая одновременно страшный стыд.
— Полагаю, ты права, любимая. — Малвени поднялся, расправил плечи и строевым шагом вышел из бунгало с таким видом, будто снаружи его ждал расстрел, который он собирался встретить с открытым забралом.
— Гектор просто не может иначе, бедняжка, — прокомментировала Бренда Малвени после того, как за ее мужем закрылась дверь. — Я хочу сказать, что там, где дело касается его детей, он всегда напускает на себя мужественный вид.
— Наверное, это дух времени, — сказал я. — Сегодня нечасто встретишь отважных рыцарей.
Она устало улыбнулась. Фотографии, которые мне вручила Бренда, оказались увеличенными снимками, выглядевшими так, будто их сделал какой-то жалкий любитель; все они были нерезкими и с большой зернистостью. Но предмет съемки был легко узнаваем. Обнаженная светловолосая Аманда Малвени стояла с поднятыми руками, в одной из которых она держала зловещего вида нож. Перед ней на каком-то подобии грубого алтаря было распростерто обнаженное тело девушки. Остальные фотографии представляли собой вариации на ту же тему, но даже при скудной освещенности я заметил, что у Аманды прекрасная стройная фигура с округлыми грудями, бедрами и ягодицами. Девушка на алтаре лежала, раздвинув ноги, между которыми сгущались тени. Все это было сделано довольно грубо и по-дилетантски, и, отдавая фотографии Бренде Малвени, я не удосужился подавить зевок.
— Я понимаю, — отреагировала она, — но Гектор воспринимает их всерьез.
— Вот что значит быть чопорным отцом, — заметил я. — Вероятно, она позировала для этих снимков и прислала их с целью пошутить.
— Гектор не может выбросить из головы их страшные ритуальные убийства, которые произошли пару лет назад, — тихо произнесла Бренда. — У меня бы просто тяжесть с души свалилась, если бы вы взялись за это дело, мистер Холман, и достоверно бы выяснили, что все эти фотографии — просто шутка в духе Аманды.
— Ладно, — ворчливо согласился я. — Похоже, все равно этим летом будет скучно. Скажите, фотографии пришли по почте?
— Сегодня утром со штемпелем Сан-Лопара.
— Значит, придется проехаться туда и осмотреться.
— Гектора очень заботит предстоящее посвящение в рыцари, — сказала она, — но гораздо больше его заботят собственные дети. Больше всего его задевает то, что до нашей свадьбы я была лучшей подругой Аманды, и он никак не может понять, почему она ополчилась на собственного отца.
— А что она за человек?
— Она дикая. Легко поддается чужому влиянию, особенно влиянию своего брата. — В сонных карих глазах Бренды внезапно появился блеск. — Керк — это нечто совершенно другое! Он злобный! Жестокий! Я-то знаю! — Тон ее голоса стал намеренно безразличным. — У меня с ним была связь до встречи с Гектором.
— Вы считаете, Керк в этом как-то замешан? — с сомнением спросил я. — Никогда бы не подумал, что он боится камеры. На этих фотографиях Аманда единственная звезда.
— Они всегда вместе в чем-то замешаны, — объяснила Бренда. — Не поймите меня превратно, если я скажу, что в основе их отношений лежит что-то противоестественное. Секс не имеет к этому никакого отношения. Это глубже и гораздо опаснее.
— Эти фотографии вас беспокоят? Она кивнула.
— Эта шутка не в их духе, потому что ни один из них не обладает чувством юмора подобного рода. Я подозреваю, что кто-то другой послал эти снимки Гектору. Возможно, как предупреждение или еще хуже.
— Хуже? — повторил я.
— Прелюдия к шантажу! — Бренда облизала языком верхнюю губу. — У Аманды есть хорошая подруга. Ее зовут Мери Пилгрим. Если она сейчас не вместе с Амандой, то знает, где Аманду можно найти.
— Так где же мне разыскать Мери Пилгрим?
— У нее квартира на бульваре Уилшир, и ее номер телефона есть в справочнике.
— Я свяжусь с ней.
— Аманду всегда привлекало все таинственное, сверхъестественное, особенно если это имело отношение к колдовству, — продолжила Бренда. — Керку не составляло труда завести ее чем-нибудь этаким. Если честно, мистер Холман, то один вид этих фотографий Аманды с ножом в руках пугает меня до смерти!
— Что случилось с вашим великолепным английским акцентом? — громко поинтересовался я.
— Он всегда пропадает, когда я волнуюсь, — объяснила она. — Акцент у меня, конечно, искусственный, но с тех пор, как я вышла замуж за Гектора, это вошло у меня в привычку.
— Надеюсь, вы не думаете всерьез, что Аманда Малвени, какой бы дикой и неуправляемой она ни была, впутается в какой-то психованный ритуал, включающий человеческое жертвоприношение? — задал я наводящий вопрос.
— Сама она, может, и не станет, — медленно произнесла Бренда. — Но если ее подстрекает Керк? Да, я думаю, это возможно.
— По-вашему, Керк Малвени все время выступает в роли негодяя, — улыбнулся я. — Может, вы просто предубеждены против него? У вас была связь с сыном, а закончили вы свадьбой с отцом.
— В ту ночь, когда мы оба поняли, что все кончено, Керк сказал, что хочет оставить мне кое-что на память, — сказала Бренда. — Кое-что, что не позволит мне забыть его никогда.
— Например, норковая шубка? — предположил я. Она повернулась ко мне спиной, расстегнула лифчик и снова повернулась ко мне. В ложбинке между ее маленьких крепких грудей виднелся шрам в виде буквы "К".
— Он связал мне руки за спиной, — тихо произнесла она. — Коленом уперся мне в горло, чтобы я не могла кричать. Самое ужасное было то, что он нисколько не торопился, как будто ему доставляло удовольствие резать меня ножом.
— И вы ничего не предприняли после этого?
— У меня не было выбора. Я уходила от него к Гектору, и в то время я продолжала считать Аманду своей хорошей подругой. Если бы я рассказала его отцу и сестре, что Керк со мной проделал, это бы разрушило мои отношения с ними обоими.
— Понимаю, — медленно произнес я.
— Думаю, что нет, мистер Холман. — Она не спеша застегнула купальник. — Вы считаете, что единственной причиной, по которой я вышла замуж за Гектора, было то, что он богат и знаменит. Но я вышла за него замуж потому, что любила его. И все еще продолжаю любить.
— Почему-то я вам верю, — сказал я.
— Тогда, если вы мне верите, выясните, что затевают Аманда вместе с Керком, — настойчиво произнесла она, — и остановите их, прежде чем они окончательно погубят Гектора!

Глава 2

У девушки, открывшей мне дверь в квартиру, были волосы цвета хереса и большой чувственный рот. На ней были джинсы в обтяжку, призывно облегающие бедра и подчеркивающие контуры лобка, и полупрозрачная маечка, позволяющая детально рассмотреть розовые очертания ее грудей с темными сосками. Вот, промелькнула у меня мысль, девушка, которая не испытывает никаких угрызений совести по поводу демонстрации всего того, чем ее щедро наградила природа. Ее чувственный рот расплылся в приглашающей улыбке, отразившейся в голубых глазах.
— Меня зовут Мери Пилгрим, — произнесла она хриплым голосом, — а вы, как я догадываюсь, должно быть, Рик Холман?
— Верно, — согласился я.
— Входите. — Она распахнула дверь. — Мы вас ждали.
— Что-то вроде ясновидения? — спросил я.
— Час назад мне позвонила Бренда Малвени. Она никогда не умела держать язык за зубами.
Я проследовал за ней в гостиную, и какой-то парень, с комфортом разлегшийся на кушетке, приветственно щелкнул пальцами правой руки. Его густые черные волосы доходили ему почти до плеч, а роскошные усы имели вызывающе холеный вид, как если бы он каждый вечер по сто раз расчесывал их перед сном. На нем была вязаная рубашка и элегантно расклешенные книзу брюки.
— Это Керк Малвени, — представила блондинка. — Керк, это Рик Холман.
— Вот это настоящее приключение. Да, конечно! — Малвени ослепительно улыбнулся. — Я хочу сказать, для такого маленького человека, как я, встретить большую шишку, приводящую в движение Голливуд, и все такое... А скажите, мистер Холман, как вы зарабатываете на жизнь сейчас, когда Голливуда больше нет?
— Я вытаскиваю кроликов из старой шляпы, — ответил я. — А как поживает маленький человек, претендующий на роль гения экрана, который ничего путного до сих пор в жизни не сделал?
— Послушай, старина! — Странным образом он стал подражать английскому акценту своего отца. — По-моему, ты слишком далеко заходишь.
— Он не правильно расставляет акценты. — Я посмотрел на Мери. — Он играет на пианино? Она спокойно пожала плечами.
— Понятия не имею. На моих глазах он только и делал, что валялся на этой кушетке и поглощал мое спиртное.
Малвени сцепил руки за головой и с еще большим комфортом разлегся на кушетке.
— А как нынче поживает малютка Бренда? Все такое же маленькое бесполое существо, каким она всегда была?
— Она беспокоится о вашем отце, потому что считает, что он беспокоится о вас и вашей сестре, — сказал я.
— Старый ублюдок беспокоится обо мне и Аманде только потому, что английская верхушка собирается наградить его за безупречную службу, — усмехаясь, произнес Керк. — Тридцать лет унылой невдохновленной актерской игры стоят рыцарского звания. Я бы плюнул, но уважаю любимый ковер Мери.
— У него благородное сердце, — заметила Мери.
— Чем вы сейчас занимаетесь, Керк? — спросил я тоном светской беседы. — Или вражда с стариком отцом занимает все ваше время?
— Знаете что, Холман? — раздраженно вскипел он. — Перестаньте болтать! У вас не рот, а водопроводный кран.
— Черная магия? — нащупывал я почву. — Это для вас новое ощущение, особенно если этим занимается ваша сестра?
— Аманда слишком хорошая девушка, чтобы напускать порчу даже на такого как вы, Холман. — Он снова ухмыльнулся. — Вы уверены, что эти фотографии, из-за которых старик чуть не обделался, не были чьей-то шуткой? Я хочу сказать, берешь какую-нибудь красотку, похожую на Аманду, надеваешь на нее светлый парик, а потом фотографируешь. Как насчет этого?
— Я хочу удостовериться, — сказал я. — Вот почему мне нужно поговорить с вашей сестрой.
— Вы действуете очень хитро и коварно, Холман! — Он выразительно закатил глаза. — Прямо как в короткометражках старика Мак-Сеннета[1]. Я мог бы высказать пожелание, чтобы вы хранили молчание, но, наверное, я прошу слишком многого. Даже если бы я знал, где сейчас находится малютка Аманда, я бы вам не сказал. Но если это хоть как-то может помочь, могу сообщить, что единственное место, где ее точно нет — это Сан-Лопар!
— Он был здесь, когда позвонила Бренда, — стала оправдываться Мери. — И заставил меня держать трубку так, чтобы слышать весь разговор.
— Это из сентиментальности, — объяснил я. — Бренда его старая любовь. Их разрыв причинил ей настоящие страдания.
Малвени рывком приподнялся, сел и внимательно посмотрел на меня. В его темных глазах ничего не отражалось.
— Держу пари, она сказала тебе, что это сделал я.
— Что именно? — невинным тоном осведомился я.
— А, брось! Эта буква "К", что она носит посередине своей плоской груди. Это ее любимая тема с тех самых пор, как она спятила той ночью!
— Она здорово рассказывает, Керк, — сказал я. — Как ты сначала связал ей руки за спиной, потом уперся коленом в горло, чтобы она не могла кричать. Как ты все делал не спеша, потому что, как считает она, получал от всего этого удовольствие.
— Пожалуйста!.. — напряженным голосом произнесла Мери Пилгрим. — Неужели мы должны выслушивать все эти ужасные подробности?
— Эта Бренда, — зло сказал Керк, — вот уж действительно красотка с богатым воображением!
— Скажи мне только одно, — вежливо попросил я его. — Ты собираешься учинить что-нибудь.., особенное, чтобы окончательно похоронить надежды своего отца на рыцарское звание?
— Я? — Керк встал с кушетки и медленно поднял руки над головой. — Дружище, мне есть чем заняться и без этого. Он повесил себе на шею Бренду, а это более чем достаточно для любого мужчины. Что касается меня, он может получать свое звание, а потом повеситься на нем. Мне на это наплевать.
И Керк направился к тому месту, где стояла Мери. Подойдя к ней, он небрежно обхватил ладонями ее груди и сжал их так, что она вздрогнула от боли.
— Я должен убраться, малышка, — нежно произнес он. — Не верь ни единому слову Холмана, потому что он профессиональный лжец.
— Убери свои руки, — ледяным тоном отрезала она, — а не то я ткну тебе пальцем в глаз!
Он опустил руки и, расплывшись в улыбке, повернулся ко мне.
— Остерегайтесь колдуний, Холман. Если я где-нибудь встречу Бренду, я сообщу ей, что вы хотите участвовать в шабаше!
Пару секунд спустя за ним захлопнулась дверь, заглушая раскаты его хриплого смеха.
— По-моему, нам обоим не мешает выпить, — заметила Мери Пилгрим.
У нее уже была приготовлена пара ледяных мартини, и я не стал спорить. Передав мне мою порцию, она со стаканом в руке уселась на кушетку.
— Уверена, — спокойно сказала девушка, — вы просто сгораете от любопытства. Во-первых, почему это Бренда позвонила мне и все рассказала о вас; и во-вторых, каким образом Керк оказался здесь и услышал все, что она говорила по телефону?
— А в-третьих, — продолжил я, — почему это, во-первых, вы не ткнули пальцем ему в глаз?
— Что? — Ее голубые глаза расширились от удивления.
Я поставил свой стакан на маленький столик рядом с кушеткой, наклонился вперед, обхватил ладонями ее полные груди, а потом слегка сжал их. Она отреагировала тут же: в следующее мгновение содержимое ее стакана растекалось по моему лицу.
— Поймите меня правильно, — пробормотал я, вытирая лицо носовым платком. — Вы реагируете совсем по-другому, чем с Керком.
— Кто вы? — мрачно спросила она. — Какой-то извращенец?
— Почему вы сразу же не ткнули пальцем ему в глаз так, как выплеснули мне в лицо спиртное? — настаивал я.
— Полагаю, правда состоит в том, что Керка я боюсь до смерти, а вас нет, — ответила Мери. — Вы уверены, что единственная причина, по которой вы схватили мои.., меня! — состояла в том, чтобы посмотреть на мою реакцию?
— Почему бы нам не забыть обо всем? — потеряв терпение, предложил я. — Я приготовлю вам выпить.
Забрав у нее пустой стакан, я подошел к бару и приготовил новый коктейль. Когда я подошел к Мери со стаканом в руке, на ее лице появилось слабое подобие улыбки, тут же сменившееся задумчивым выражением.
— Я никак не могу объяснить, как случилось, что Керк появился за пять минут до звонка Бренды, — медленно произнесла она. — Мне бы хотелось считать это совпадением, но в жизни Керка Малвени нет места совпадениям. Он просто их не допускает.., если вы понимаете, что я имею в виду.
— Не понимаю, — огрызнулся я.
— Я и не надеялась, что поймете. — Она глотнула мартини. — Эти фотографии Аманды в роли ведьмы, о которых рассказала Бренда. Они выглядели настоящими? — Как могут фотографии кого-то в роли ведьмы выглядеть настоящими?
— Аманда способна на любую выходку просто смеха ради, — продолжала размышлять Мери. — Я не уверена, что смогу чем-то помочь вам, мистер Холман. Я очень давно с ней не виделась.
— Вы считаете, она может находиться в Сан-Лопаре?
— Или в Мехико, — резко возразила она, — а может, в Англии, в Лондоне.
— Вы здорово мне помогаете, — признался я.
— Собираетесь отправиться в Сан-Лопар и там ее поискать?
Я пожал плечами.
— А что еще остается делать?
— Я могла бы поехать с вами. — Она немного подумала над тем, что сказала, затем решительно кивнула. — Это лучше, чем сидеть здесь и постоянно нервничать из-за того, что Керк вернулся в город.
— А почему я должен брать вас с собой?
— Потому что я считалась лучшей подругой Аманды, — самодовольно заявила она, — и у меня есть кое-какие соображения по поводу того, что заставляет ее так злиться.
— Ладно, — согласился я. — Я заеду за вами через час. Она покачала головой.
— Это я вас заберу через час, мистер Холман. Я обычно схожу с ума от страха, если кто-то другой ведет машину. — Она медленно облизала кончиком языка полную нижнюю губу. — Упакую сумку и возьму ее с собой. Наверное, мы должны будем остановиться где-нибудь на ночь.
Над этим стоило подумать во время короткого обратного пути домой в свою лачугу в Беверли-Хиллз, символизирующую мое положение в обществе. Пять минут спустя после моего возвращения зазвонил телефон, и на третьем звонке я поднял трубку.
— Мистер Холман? — послышался в трубке хриплый незнакомый женский голос.
— Конечно, — ответил я.
— Это говорит ваш дружески настроенный партнер. Вам необходима помощь в поисках Аманды Малвени, мистер Холман, и я готова оказать ее вам безвозмездно!
— Что ж, благодарю вас, — сказал я. — Я подумаю.
— Эти похабные фотографии Аманды в роли ведьмы были посланы из Сан-Лопара, — продолжила трубка. — Человека, которого вам нужно повидать, зовут Кронин.
— Кто он?
— Неприятный извращенный псих, — небрежно заметила женщина. — Вероятно, вы поладите с ним.
— Где мне его найти?
— Вы что, хотите, чтобы я за вас делала всю работу? — Она хрипло рассмеялась. — Не забывайте, мы партнеры! — И тут она повесила трубку.
Пять минут спустя, когда я все еще продолжал размышлять о своем новом неизвестном партнере, в дверь позвонили. В четыре часа пополудни любой гость может оказаться интересным, решил я. Это могла быть Мери Пилгрим, приехавшая на полчаса раньше, или продюсер порнофильма, решивший арендовать мой бассейн для сцены оргии, или даже пара друзей-музыкантов, которым требовался кто-то, кто отсчитывал бы ритм. Возможно, это и увлекательно, но, с другой стороны, возможно, и нет, так что я решил смирить свое воображение, потому что мне уже приходилось разочаровываться раньше. Открыв дверь, я увидел на пороге двух парней, и в следующее мгновение Керк Малвени ворвался в дом, преследуемый по пятам своим приятелем.
— Я бы пригласил вас войти, — мрачно заметил я, — но вы уже вошли.
— Закрой дверь, Хэл, — приказал Керк. Его дружок закрыл дверь и, прислонившись к ней, скрестил руки на широкой груди. Судя по виду, для того чтобы сдвинуть его с места, требовалась по меньшей мере базука[2].
— Давайте выпьем, Холман, и немного поболтаем, — любезно предложил Керк. — Хэл позаботится о том, чтобы нас не беспокоили.
Я провел его в гостиную и подошел к бару.
— Что будете пить? — вежливо спросил я.
— Пиво, — ответил он.
Я открыл банку и толкнул ее по стойке в направлении Керка.
— Хотите стакан?
— Вы считаете, я изнежен или что-то вроде этого? — Он скупо улыбнулся. — Я хочу, чтобы вы знали, Холман. В этой истории о том, что я порезал Бренду, нет ни слова правды.
— Ладно, — согласился я, — значит, это не правда.
— Я ее бросил, и она в отместку подцепила моего старика. Вот вам и повод для смеха!
— Я никогда не смеюсь перед закатом, — сообщил я ему. — У меня такое правило.
— Но вам не следует недооценивать Бренду. — Керк отхлебнул пива и вытер рот ладонью. — Она шлюха с идеями. И вы — одна из таких идей, знаете это?
— Нет, — сказал я, — я этого не знал.
— Я не знаю, в чем тут дело, — задумчиво произнес он. — Но мне это не нравится. Наверняка именно она вбила в голову старика идею нанять вас.
— Зачем? — спросил я.
— Чтобы добраться до Аманды или до меня, а может, и до нас обоих. — Он побарабанил пальцами по стойке бара. — Эти фотографии все еще у нее?
— Полагаю, что да.
— Чтобы старик поверил, на фотографиях должна быть Аманда или ее точная копия. — Размышляя над этим, Керк отхлебнул еще пива. — Мы с Амандой очень близкие люди. Если она позировала для этих фотографий, чтобы в шутку их использовать, она бы мне об этом сказала. Все это очень хитро закручено, и наверняка за всем этим стоит Бренда.
— Когда в последний раз вы видели свою сестру? — спросил я у Керка.
— Примерно три месяца назад. Мне нужно было кое-что обдумать, решить, поэтому я отправился на юг, пересек границу и какое-то время жил в одном из борделей Тихуаны. — Он погрузился в задумчивое молчание, и я с трудом подавил зевоту. — У меня появились идеи, Холман, особенные идеи. Я хочу снять фильм. Вам знакомы подобного рода вещицы. Низкая смета, сюжет на тему личных странствий, но, как я уже сказал, это нечто особенное. До сих пор, — продолжал он задумчиво, — я был всего лишь одним из тех парней, которым посчастливилось унаследовать фамилию знаменитого отца. Но теперь люди прислушиваются, когда я рассказываю, какой именно фильм я собираюсь делать, и в настоящий момент я даже получил финансовую поддержку. Вы знаете, в какое положение это ставит меня? В такое же, как и моего старика. Он не хочет никакого скандала, который мог бы серьезно уменьшить его шансы на получение звания сэра, а я не хочу никакого скандала, который мог бы разрушить мои планы на создание фильма. Вот вам еще один повод для смеха, Холман, — я и мой старик — в одной лодке.
— Зачем же Бренде портить вам обоим жизнь?
— Хороший вопрос. — Он поставил пустую банку из-под пива на стойку бара. — Это мне еще придется выяснить. Но прежде я должен встретиться с Амандой и разузнать, что замышляет моя маленькая сестренка. Можно еще пива?
— Конечно. — Я открыл еще одну банку и протянул ему. Он сделал большой глоток и снова вытер рот рукой.
— Но сейчас я озабочен тем, что двое — это уже толпа, вы понимаете?
— Если бы я понимал, то был бы медиумом, — проворчал я.
— Вы и я, Холман. Многовато для визита к Аманде. Кроме того, она откровенно разговаривает только со своим братом, но тотчас замыкается, сталкиваясь с каким-нибудь надутым типом вроде вас. — Он ухмыльнулся и завопил:
— Хэл!
— Он что, глухой? Почему вы так вопите? — спросил я.
— Хэл не глухой, но туго соображает, что, впрочем, одно и то же. В компании с ним вам не придется напрягать свой интеллект, но он очень домашний. Как сенбернар, при условии, что вы его регулярно кормите!
В дверном проеме появился верзила, который выглядел так, будто он завтракал одними борцами-профессионалами, и гостиная как-то сразу съежилась.
— Ты звал меня, Керк? — В его низком голосе слышались какие-то странные шипящие звуки, как будто когда-то ему в горло воткнули лом.
— Поздоровайся с мистером Холманом, — велел ему Керк.
Верзила скосил на меня глаза.
— Хэлло, мистер Холман, — покорно сказал он.
— По-моему, вы прекрасно друг с другом поладите, — промурлыкал Керк. Горилла же переместился к бару поближе к Керку, рассеянно взял в руку пустую банку из-под пива и смял ее в лепешку, просто сжав пальцы.
— Мистер Малвени, — почти застенчиво произнес он. — Я голоден!
— Не волнуйся насчет этого, Хэл, — успокоил его Керк. — Сразу после того, как я уйду, мистер Холман приготовит тебе настоящий сочный бифштекс.
— И как долго я должен кормить его бифштексами? — поинтересовался я.
— До этого же часа завтрашнего дня, — радостно улыбнулся Керк. — Все, что мне нужно, это фора в одни сутки. Все это время, Холман, продолжайте кормить Хэла, и вы найдете его самым спокойным парнем из всех, кого вы когда-либо встречали.
— Если вы считаете, что я на это попадусь, то вы окончательно спятили! — разозлился я.
— Мистер Холман решил, что я спятил, — оскорбленным тоном сообщил Керк горилле. — Хэл, докажи ему, что я вполне серьезен.
Рука, протянувшаяся поверх стойки бара, сама по себе выглядела смертоносным оружием. Пальцы ухватили меня за лацканы пиджака, и я почувствовал, как меня поднимают в воздух и вжимают в стенку бара.
— Что мистер Малвени хочет, то мистер Малвени получает, — решительно произнес Хэл.
Он резко отпустил меня, и я беспомощно сполз по стенке бара.
— Ничего личного, вы понимаете. — Керк мизинцем разгладил свои роскошные усы. — Вы бы только смутили Аманду, если бы добрались до нее первым. Но если она действительно сообщит мне нечто важное, я дам вам знать, как только вернусь.
— Премного благодарен! — отозвался я. Он допил пиво и швырнул банку своему бандиту, который тут же смял ее в лепешку своей пятерней.
— Мистер Холман не должен подходить к двери или отвечать на телефонные звонки, — распорядился Керк. — Мистер Холман на сутки умер для всего мира. Ты понял, Хэл?
— Конечно, мистер Малвени. — Верзила медленно наклонил голову.
— Развлекайся, старик! — Керк улыбнулся своей ослепительной улыбкой, махнул на прощанье рукой и направился к выходу.
Я посмотрел на верзилу, а его слегка косящие глаза смотрели мимо меня.
— Полагаю, нам следует чем-нибудь заняться вместо того, чтобы все время пялиться друг на друга, — предложил я. — Как насчет того, чтобы пойти со мной на кухню и понаблюдать, как я буду готовить бифштекс?
— С удовольствием, мистер Холман. Итак, мы отправились на кухню, и там я выбрал самую тяжелую сковородку, какую только смог найти.
— Бифштекс из вырезки с грибами?
— Звучит великолепно! — В первый раз за все время в его голосе послышалось какое-то оживление.
Как только я достал бифштекс из морозильной камеры, в дверь позвонили, и я по-настоящему обрадовался тому, что Мери Пилгрим приехала по меньшей мере на пять минут раньше. Верзила подозрительно уставился на меня, и его правая ладонь медленно сжалась в кулак величиной с ляжку.
— Все в порядке, — быстро отреагировал я. — Я останусь здесь и не двинусь с места, пока вы отправите незваного гостя восвояси.
— Да уж... Будьте любезны, мистер Холман. Я не хочу лишаться этого бифштекса и не хочу причинять боль вашему гостю.
— Буду сидеть тихо, как мышь, — пообещал я. В дверь настойчиво позвонили в третий раз, и Хэл, повернувшись ко мне спиной, направился к выходу из кухни. Я взял в руки тяжелую сковородку и, держа ее над головой, как мышка, на цыпочках проследовал за ним. Приблизившись, я превратился в разъяренную крысу и опустил сковородку ему на голову. Его череп загудел, как стенные часы с боем, и он медленно опустился на колени. Я ударил во второй раз, и он, неуверенно покачнувшись, растянулся ничком на полу.
Когда я наконец открыл входную дверь, то увидел Мери Пилгрим, она держала в руке чемодан. На лице блондинки явственно читалось нетерпение.
— Вы что, спали? — резко спросила она. — Я уже полчаса звоню в вашу проклятую дверь!
— Мне нужно было кое-что прибрать в кухне, — объяснил я. Тут я с опаской указал на сияющую белизной низкую иностранную спортивную машину, стоявшую на дорожке у моего дома. — Это ваша?
— Конечно, — выпалила она. — Вы не должны нервничать, Холман. У нее на всех колесах дисковые серво-тормоза и радиальные шины.
— Меня всегда беспокоит псих за рулем, — сознался я.
— Заткнитесь и полезайте в машину, — ледяным тоном приказала она. — И вот еще что. Почему вы не почините эти чертовы часы? Они отстают на два часа!

Глава 3

Раздался визг тормозов, и машина, оставив на дороге черный след от шин, снизила скорость с девяноста миль в час до законных тридцати пяти для того, чтобы въехать в Сан-Лопар. Внезапно оказалось, что мы мчимся по дороге, которая извивалась так, будто страдала пляской святого Витта.
— Итак, — ледяным тоном заметила Мери, — я рада, что вы, наконец, перестали хныкать. Мы почти приехали. У вас есть на примете какое-то определенное место в Сан-Лопаре или мы просто едем наугад?
— Как насчет того, чтобы отправиться к Питу Кронину? — небрежно поинтересовался я.
Ее голубые глаза задумчиво уставились на меня.
— К Питу Кронину? Полагаю, это Бренда рассказала вам о нем.
— Просто она посоветовала навестить его, потому что, возможно, он знает, где найти Аманду, — солгал я не моргнув глазом.
— Это на противоположном конце города, — заметила она. — Не моргайте, а то не увидите Сан-Лопар.
Пять минут спустя я понял, что она была права. В Сан-Лопаре было всего два квартала домов, и на этом все заканчивалось. Одинокий придорожный ресторанчик посветил нам своими огнями в тщетной надежде заполучить нас к себе и тут же растворился в темноте. Мери на какое-то время сосредоточилась на вождении, и это было большим облегчением.
— Я не уверена, что в темноте смогу разыскать этот дом, — сказала Мери.
— Мы всегда можем где-нибудь припарковаться и подождать рассвета, — сказал я.. — Когда мы устанем от поцелуев и объятий, я спою для вас.
— Безумно смешно! — огрызнулась она. — Я, должно быть, сошла с ума, связавшись с вами в этом путешествии в никуда. Было бы предпочтительнее остаться дома и рискнуть встретиться с Керком Малвени.
— И что же в нем есть, что вас так пугает?
— Я всегда отказывалась с ним спать, а Керк не выносит, когда его отвергают. Когда-нибудь, в недалеком будущем, он настоит на своем и возьмет меня силой. — Она неуверенно засмеялась. — Наверное, это звучит как дешевая реплика из древней пьесы.
— Вы всегда можете оказать сопротивление, — возразил я. — Ударить его по голове лампой или чем-нибудь еще.
— Только не Керка. Насилие — это его специальность. — Внезапно она вздрогнула. — Может, переменим тему?
— Хорошо, — согласился я. — Далеко ли отсюда до жилища Кронина?
— Думаю, около мили. Если только я свернула в нужном месте.
— Я всегда думал, что в Мексике великолепно в это время года, — мрачно заметил я. — Вы будете неотразима в сомбреро.
— Замолчите! — Она резко повернула направо, и мы начали карабкаться вверх по склону холма. — Дом находится на самой вершине.
Внезапно я почувствовал, что близок к помешательству.
— Вы не знаете, не принадлежал ли когда-то этот дом одному парню, которого звали Ли Рэнд? Он в свое время снимался в вестернах и был настоящей звездой.
— Эй, а ведь это правда! — Мери была поражена. — Я помню, как Пит рассказывал нам, что этот дом пару лет пустовал, прежде чем он приобрел его. Там произошла какая-то трагедия или что-то в этом роде...
— Рэнд обнаружил, что его сын убил девушку, которая могла оказаться его, Рэнда, дочерью, — сказал я. — Поэтому он убил сына, а потом и себя.
Мери содрогнулась.
— Звучит ужасно! Откуда вам это известно, Рик?
— Я был там в то время, — чистосердечно признался я.
Мы проехали последний поворот и очутились прямо перед широко распахнутыми красивыми коваными железными воротами. Пока мы ехали по извилистой дороге к дому, лучи фар разрезали темноту, и я заметил, что когда-то тщательно возделываемые владения превратились в непроходимые джунгли.
— Выглядит так, будто здесь никто не живет, — тихо произнесла Мери. — Я не вижу в доме света.
— Думаю, что самый простой способ выяснить — это позвонить в дверь, — блеснул я сообразительностью.
Мы поднялись по каменным ступеням к массивной бронзовой входной двери, и я нажал кнопку звонка. После того как я проделал эту процедуру несколько раз, над крыльцом зажегся свет.
— Мы делаем прогресс, — сказал я.
— Я бы хотела оказаться сейчас в Лос-Анджелесе, — заявила Мери. — И плевать на Керка Малвени!
Тяжелая бронзовая дверь отворилась, и на пороге возник пожилой дворецкий. На какое-то мгновение наше внимание было приковано к голому черепу, обтянутому тонкой, желтой, похожей на сморщенный пергамент, кожей. Стоявшая рядом со мной Мери вздрогнула и впилась пальцами мне в руку.
— Добрый вечер, — глухо прошептала эта развалина. В моей памяти что-то щелкнуло.
— Тэптоу? — догадался я.
С риском для жизни наклонив голову, еле державшуюся на тощей шее, он заморгал своими слезящимися голубыми глазками.
— Да, сэр. Я Тэптоу. Боюсь, что не припоминаю...
— Вы были с мистером Рэндом, — сказал я. — Моя фамилия Холман.
— Теперь я вспомнил, сэр. Это была ваша работа!
— Что вы имеете в виду? — строго спросила Мери.
— Мистер Холман совал нос туда, куда не следовало бы. — Он слегка выпрямился. — Но это не важно. Что сделано, того уж не вернешь.
— Мистер Кронин дома? — спросил я.
— Сейчас выясню, сэр.
Он мягко закрыл бронзовую дверь, и нам ничего не оставалось, кроме как стоять на крыльце и ждать.
— Тэптоу? — прошептала Мери. — Неужели это все наяву? Здорово! У меня от него мурашки по спине. А на что он намекал, говоря, что это ваша работа?
— Это было давно, — объяснил я. — Один человек нанял меня выяснить, что случилось с девушкой, которая будто бы была дочерью Рэнда. И я выяснил.
— Пит никогда не упоминал о том, что сохранил дворецкого, когда покупал этот дом.
— Может, он и не сохранил, — ободряющим тоном произнес я. — Может быть, этот Тэптоу, которого мы только что видели, исчез, как только закрылась дверь.
— Не надо! — Она еще сильней впилась ногтями в мою руку.
Снова отворилась бронзовая дверь, и Мери вздохнула с облегчением, увидев, что на пороге стоит все тот же пожилой дворецкий.
— Мистер Кронин в настоящий момент занят, — прошептал он. — Может быть, вы подождете в библиотеке?
Мы проследовали за ним по тускло освещенному холлу и вошли в просторную сводчатую комнату, три стены которой были заставлены стеллажами с книгами. Бронзовый полковник Уильям Коди[3] в натуральную величину стоял неподвижно в нише окна. Возможно, он вспоминал свои славные дела или сожалел о том, что в современном мире царит дикость и жестокость. Я немного надеялся ради него самого, что когда окружающий мир станет достаточно диким, то бизоны вернутся обратно.
— Не хотите ли выпить? — шепотом предложил Тэптоу.
— Водку со льдом, — быстро сказал я, опасаясь, что он передумает. — Как насчет тебя, Мери?
— То же самое, — нервно ответила она. Дворецкий выплыл из комнаты так, будто налетел легкий бриз и подхватил его с собой.
Как только за Тэптоу закрылась дверь, Мери ткнула указательным пальцем в бронзовую статую и спросила:
— Кому могла прийти в голову мысль поставить это в виде украшения?
— Ли Рэнду, — ответил я. — Кому же еще?
— У меня мурашки бегут по спине.., от этого дворецкого и от этого дома у меня по спине бегут мурашки!
— Над этим местом до сих пор витает тень Ли Рэнда, — объяснил я. — Ничто не изменилось в этой комнате с тех пор, как я последний раз находился в ней. Кстати, а кто, черт возьми, этот Пит Кронин?
— Один друг Аманды, — резко ответила Мери. — Я вам об этом уже рассказывала.
— Чем он зарабатывает себе на жизнь?
— Он художник.
— Зачем это художнику понадобился такой дом?
— Откуда, черт возьми, мне знать!
— А ты точно уверена, что хорошо знаешь Аманду Малвени? — огрызнулся я.
— Рик! — Она с упреком поджала нижнюю губу. — Не набрасывайся на меня сейчас, а то я упаду в обморок.
Вновь появившийся дворецкий принес поднос с напитками и поставил его на стол.
— Мистер Кронин скоро придет, сэр. Что-нибудь еще?
— Я слышал, что после смерти мистера Рэнда дом пару лет пустовал, — сказал я. — Фантастическое совпадение! Я хочу сказать, то, что мистер Кронин нашел вас здесь.
— Мистер Кронин нашел меня прямо в этом доме, — прошептал дворецкий. — Я никогда и не покидал его, потому что, согласно воле мистера Рэнда, выраженной в завещании, я могу жить в этом доме до конца моих дней. Любой, кто желал приобрести дом, должен был вместе с домом приобретать дворецкого. Понимаете?
— Похоже, новый владелец не стал ничего менять?
— Он настаивает на том, чтобы все было так, как при жизни мистера Рэнда.
Он наклонил голову, наверное, на целую четверть дюйма, а затем снова медленно выплыл из комнаты. Мери тихо вздохнула и целеустремленно направилась к столу с напитками, словно почтовый голубь, страдающий алкоголизмом.
— Знаешь, что я тебе скажу? — Она быстро отхлебнула водки. — Этот старик в душе тебя ненавидит.
— Он обвиняет меня в том, что случилось с Рэндом, — сказал я. — Он не прав, но я его понимаю.
Она огляделась с выражением отвращения на лице.
— Остальная часть дома выглядит так же, как эта?
— Не знаю, — признался я. — Я там никогда не бывал.
— Точно так же, — вдруг прозвучал низкий баритон. — Похожа на мавзолей. Доходит до того, что спустя какое-то время начинаешь стыдиться, что ты живой.
— Пит? — вздрогнула Мери. — Ты так незаметно подкрался, что до смерти напугал меня!
Тип, стоявший в дверях и баюкавший в руках бокал, медленно улыбнулся ей.
— Привет, Мери. Наверное, именно это называется приятным сюрпризом.
У него было лицо стареющего херувима, а выглядел он лет на тридцать пять. Редкие вьющиеся каштановые волосы были аккуратно расчесаны в тщетной попытке прикрыть намечающуюся плешь. Длинные изогнутые ресницы придавали его карим глазам явно фальшивый невинный взгляд, а чахлая бороденка, окаймлявшая его пухлый подбородок, выглядела просто нелепо. Роста он был чуть ниже среднего, и его тучное тело на коротких ногах казалось весьма неустойчивым. Глядя на то, как он одет, можно было подумать, что находишься на вечернем представлении в «Метрополитен-опера». На нем был черный мохеровый костюм: узкие брюки, двубортный пиджак на четырех пуговицах с отделкой кантом из черного атласа и белая кружевная рубашка-жабо.
— Это Рик Холман, — махнула рукой в мою сторону Мери. — Рик, это Пит Кронин.
— Тэптоу рассказал мне все о вас. — Кронин слегка поклонился мне. — А могу я спросить, чему я обязан удовольствием лицезреть вас?
— Рик хочет поговорить с Амандой, — объяснила Мери. — Я подумала, что она может быть с тобой.
— Увы и ах! — Он печально покачал головой. — Не удостаивает более она своим присутствием мое одинокое жилище. В одно прекрасное утро она попросту исчезла, пока я пребывал в объятиях Морфея. Ни залитой слезами записки на крышке комода, ни увядшей розы на подушке рядом с моей головой!
— У вас имеются какие-нибудь догадки по поводу ее теперешнего местопребывания? — спросил я у него.
— Никаких. — Он подошел к столу и осторожно примостился на краю. — Полагаю, ваш интерес к очаровательной Аманде чисто профессиональный, мистер Холман?
— Безусловно, — подтвердил я.
— Какая потрясающая сдержанность! — Он покрутил рукой, и бренди в бокале заколыхалось. — Вам нет нужды быть сдержанным, мистер Холман. Ее сумасшедший братец, уже нанес мне визит и рассказал эту невероятную историю. Должен признать, что всегда считал Аманду ведьмой, но без этих ведьминских штучек — летучих мышей, засушенных жаб и прочего.
— Керк был здесь? — оцепенев, спросила Мери.
— Он уехал всего полчаса назад, — с готовностью ответил Кронин. — И то, что он не нашел здесь Аманды, кажется, совершенно выбило его из колеи. — Посмотрев на меня, Кронин занавесил глаза своими длинными ресницами. — Керк также сообщил мне, что на сутки оставил вас импотентом.
— Я бы сказал, что это неточное выражение, мистер Кронин, — грустно сказал я. Он тихо хихикнул.
— Возможно, вы правы, мистер Холман. Извините меня, но вам не следует принимать подобные вещи так близко к сердцу. — Он улыбнулся и отпил глоток бренди. — Новости, которые сообщил мне Керк, привели меня в восторг, — продолжал он. — Его отец вот-вот станет сэром Гектором Малвени, а какой-то синдикат на самом деле собирается финансировать мечту Керка снять фильм. Как приятно узнавать о том, как твои друзья преуспевают в этом мире. — Бренди в бокале заколыхалось сильнее. — Сама мысль о том, что Бренду станут называть леди Малвени, просто восхитительна.
— Сколько точно прошло времени с тех пор, как Аманда уехала отсюда? — спросил я.
— Ну, я дни не считал, как вы понимаете. Возможно, это произошло пару недель назад.
— У вас нет никакого представления о том, куда она могла отправиться?
— Думаю, она просто взгромоздилась на метлу и вылетела из окна. — Его маленький рот скривился в скрытой улыбке. — Единственный, кто приходит мне на ум, — это Эд Конциус. Но Мери, конечно, наверняка уже упоминала о нем.
— Нет, — торопливо вмешалась Мери. — Я не подумала об Эде. Как глупо с моей стороны!
— Да, действительно. — Кронин, коварно усмехнувшись, посмотрел на нее. — Очень глупо с твоей стороны, Мери. Я хочу сказать, что если ты не рассказала мистеру Холману о нашем дорогом Эде, то, значит, ты ему вообще ничего не рассказала, не так ли?
— Бренда всегда говорила, что ты подлый сукин сын, — выпалила Мери, — но сегодня в первый раз я поверила ей!
— Я всегда вспоминаю эти золотые деньки, — промурлыкал Кронин. — Маленькая счастливая компания, свободно путешествующая по всей Америке. Все делили поровну, искали приключений — три неразлучные парочки: я и Аманда, Бренда и Керк, Мери и Эд. Жаль, что это все так внезапно кончилось! — Он позволил себе еще глоточек бренди и кинул быстрый взгляд на Мери. — Ты виделась с Эдом после окончания нашей одиссеи?
Страницы:

1 2 3 4





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Хеллиана о книге: Алина Ланская - Зачем я ему?
    Давно читала на Литнет. Интересная молодежная история.

  • Катя*** о книге: Джулия Ромуш - Ловушка для Броцкого
    Может и идея неплохая, но жуткая безграмотность, отсутствие хорошего слога, огромное количество косноязычных фразочек портит впечатление, создает устойчевое мнение, что автор деревенщина со слабым словарным запасом.

  • galya19730906 о книге: Юлия Риа - Игрушка демона
    Мне понравилась книга, прочитала с удовольствием и начинаю читать вторую книгу.

  • Юнона о книге: Наталья Жильцова - Ария для богов
    Да, порадовалась новой книжке от Н.Ж., но может хватит уже разводить "Санта-Барбару"? Ко времени выхода этой части, я, имхо, напрочь забыла предыдущие, только "Полуночный замок" хорошо запомнился (наверное, потому, что это одна из первых книг в этом жанре, которую прочла), да "Антимаг" вскользь, все остальное- проходное.

  • Конти о книге: Рина Лесникова - Белый дирижабль на синем море
    Антиутопия . Для меня было тяжеловато и мрачно все происходящее . Разочарована , что героиня с другим , но тут уж нет вины ни героини , ни героя . Система виновата и гад из начальства . Вот уж устроили , подменили слова свобода на диктатуру, промыли мозги населению ... кучка слизняков-чинуш .

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.