Библиотека java книг - на главную
Авторов: 49385
Книг: 123140
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Лотэр»

    
размер шрифта:AAA

Кресли Коул
Лотэр

БЛАГОДАРНОСТИ

Спасибо двум невероятным дамам, которые постоянно вдохновляют меня – моему редактору Лорен МакКенна и издателю Луизе Бёрк.
Особые благодарности выпускающим редакторам «Гэллери Букс», и особенно Нэнси Тоник за её терпение к моим «заморочкам» с предпечатными копиями и совершенно невозможными приложениями к ним и заметками.
Низкий поклон моему невероятному агенту Робину Ру. Я тебя обожаю.
И, наконец, огромная благодарность моим читателям. Спасибо, что помогли мне взять это препятствие, спасибо за вашу поддержку!

Из «Книги Ллор»

Ллор
«…а те разумные существа, что не являются людьми, объединятся в одну страту, тайно сосуществуя с человеческой расой».
- Большинство обитателей мира Ллора бессмертны, с повышенной регенерацией, позволяющей им быстро восстанавливаться после полученных ран. Самых могущественных из них можно убить магическим огнём, либо обезглавливанием.
- От сильных эмоций у обитателей мира Ллора меняется цвет глаз, у каждого вида это происходит по-своему.
Вампиры
«Во времена первой смуты на землях Ллора господствовало братство вампиров. Они полагались лишь на свою холодную натуру и логику, будучи абсолютно лишены чувства милосердия. Придя из суровых степей Дакии, они обосновались в России, хотя и поговаривали, что где-то в Дакии всё ещё существовала тайная группа вампиров».
- Каждый вампир ищет свою невесту, единственную жену, и существует как живой мертвец, пока не найдёт её.
- Невеста изменит тело вампира и сделает его полностью живым, даст ему дыхание, заставит его кровь быстрее бежать по венам. Этот процесс называется «вдохнуть жизнь в вампира».
- Падшие — это вампиры, которые убивают, выпивая свою жертву досуха, пока не наступит её смерть. Их отличают по красным глазам.
- Вампиры разделены на две армии, ведущие непрестанную войну друг с другом: Орда, состоящая преимущественно из падших, и так называемые Обуздавшие Жажду, обращённые вампиры, отказавшиеся пить кровь непосредственно из источника.
Валькирии
«Когда дева воительница, умирая в сражении, издала бесстрашный крик, полный отваги, Один и Фрейя вняли её призыву. Поразив её ударом молнии, эти два бога перенесли воительницу в свои залы, тем самым навсегда сохранив её храбрость в образе Валькирии — бессмертной дочери девы».
- Валькирии живут за счёт электрической энергии земли, которую возвращают потоком в виде молнии вместе со своими эмоциями.
- Не пройдя соответствующей тренировки, могут быть загипнотизированы сиянием необработанных и обработанных драгоценных камней.
Обращение
«Только через смерть кто-либо может стать «другим».
Такие существа, как ликаны, вампиры и демоны могут быть обращены из человеческого существа или даже из других существ Ллора различными способами, но катализатором изменений всегда является смерть, а результат не гарантирован.
Воцарение
«И придёт время, когда все бессмертные существа Ллора, от самых сильных фракций валькирий, вампиров, демонов и ликанов до призраков, перевёртышей, фей и сирен… будут сражаться и уничтожать друг друга».
Это своего рода система мистического контроля популяции бессмертных.
Происходит каждые пятьсот лет. Или прямо сейчас…

ПРОЛОГ

 Замок Хелвита, цитадель Орды
Зима, много веков назад…
— Интересно,каких новых унижений мне ещё сегодня ждать? — посетовала Иванна Смелая, обращаясь к сыну Лотэру. Они шли в сопровождении стражников в покои вампира по имени Стефан — короля Орды.
А также отца Лотэра.
Несмотря на свой девятилетний возраст, Лотэр считал тон матери несколько безрассудным.
— И зачем было будить тебя? — вопрошала Иванна, словно мальчик мог объяснить внезапные порывы отца.
Вызов короля передали в полдень, а в это время Лотэр уже давно должен был спать.
— Не знаю, Матушка, — пробормотал он, наспех оправляя одежду. Ему дали всего несколько секунд на сборы.
— Подобное отношение уже переходит все границы. Придёт день, когда моё терпение лопнет, и тогда ему мало не покажется.
 Однажды Лотэр подслушал, как мать жаловалась его дяде Фёдору на короля за его «неумение держать язык за зубами, распутство и всё более усугубляющееся непристойное поведение». «Он растоптал мою любовь к нему», — грустно признавалась она. — «Ко мне здесь относятся как к постылой любовнице короля, а ведь в Дакии я была наследницей престола!»
Фёдор пытался её успокоить, но Иванна его оборвала: «Я знала, что мне следовало расстаться с ним ещё до того, как его сердце перестало биться. Теперь я иногда задаюсь вопросом, а есть ли у него сердце вообще?»
Сегодня в её льдисто-голубых глазах плясали нехорошие огоньки.
— Не для такой жизни я была рождена.
Меха, укрывавшие плечи Иванны, раскачивались вперёд и назад от каждого шага женщины. Юбки алого платья приятно шуршали. Этот звук всегда напоминал Лотэру о матери.
— И ты, мой принц, тоже! — продолжала Иванна.
Она называла его «принцем», хотя Лотэр принцем не был. По крайней мере, не в этом королевстве. Он был лишь незаконнорожденным сыном Стефана, одним из многих таких же, рождённых от других женщин.
Они проследовали за двумя стражниками по разветвляющейся лестнице к личным покоям короля. За стенами замка бушевала снежная буря, а внутри от холода позолоченные стены покрылись влагой.
Свечи в канделябрах освещали путь, но их света всё равно не хватало, чтобы полностью развеять мрак в этих гулких коридорах.
Лотэр поёжился, мечтая поскорее оказаться снова в своей тёплой постели с недавно подаренным ему щенком, который любил уютно устраиваться у него в ногах.
Оказавшись в приёмном покое короля, Иванна поправила изысканную причёску, в которую были уложены её светлые волосы и, высоко подняв подбородок, принялась ждать, пока перед ней откроют инкрустированные золотом скрипящие двери. В который раз, глядя на мать, Лотэр подумал, что она выглядит как ангел из стародавних времён.
В покоях отца всю дальнюю стену занимали устремляющиеся ввысь окна из чёрного стекла, испещрённого какими-то тёмными магическими символами. Окрашенное стекло пропускало тусклый свет снаружи, где бушевала метель, и отбрасывало зловещие тени к тому месту, где стоял королевский трон.
Впрочем, огромный вампир и без этого освещения выглядел пугающе. У него было телосложение, словно у демона, плечи шире, чем дверной косяк, и кулаки размером с наковальню.
— А, Иванна Дачиано соблаговолила явиться по моему вызову, — подал голос Стефан, сидящий во главе длинного обеденного стола.
С каждой ночью его глаза, казалось, всё больше наливались кровью, сверкая кровавыми отблесками из-под песочного цвета прядей, падающих на лоб.
Дюжина или около того придворных из свиты короля уставились на Иванну с неприкрытой злобой. Она в ответ обнажила клыки. Иванна считала их всех ниже себя по достоинству и не скрывала этого.
По левую руку от короля сидел дядя Лотэра, Фёдор. Он выглядел чем-то смущённым.
Лотэр проследил за взглядом Иванны. Она смотрела на место по правую руку от Стефана… почётное место, которое обычно отводилось ей. Перед ним сейчас стояли блюда с остатками недоеденной пищи.
Молодые вампиры иногда употребляли земную еду в качестве добавки к обычному рациону из крови. Может, очередной незаконнорожденный сын Стефана прибыл в Хелвиту и будет теперь здесь жить?
Сердце Лотэра подскочило.
«Я мог бы с ним подружиться, у меня мог бы появиться товарищ».
У Лотэра никогда не было друзей. Все чурались королевского ублюдка. Единственным близким человеком для него была мать.
— Уже поздно, — отозвалась Иванна. — Всем давно пора почивать в этот ненавистный час.
Фёдор, казалось, пытался о чём-то молчаливо её предупредить, но она, не обращала на него внимания.
— Что тебе угодно от меня, Стефан?
Хорошенько отхлебнув из кружки крови, смешанной с медовухой, Стефан утёр губы рукавом.
— Я желал видеть мою надменную любовницу и её немощного ублюдка, — король уставился на Лотэра. — Подойди.
— Стой на месте, сын, — велела Иванна на дакийском.
— Я должен повиноваться, ради твоего же блага, — ответил ей на том же языке Лотэр. Как обычно, он был готов сделать всё, что было в его силах, лишь бы оградить мать от неприятностей. Несмотря на то, что прекрасно осознавал свою слабость и никчёмность.
На лице Иванны отражалась тревога за сына, смешанная с гордостью за него.
— Мне следовало знать, что Лотэр Дачиано никогда не станет прятаться за юбками матери, даже перед лицом такого красноглазого тирана.
Когда Лотэр преодолел расстояние, отделявшее его от отца, и предстал перед ним, король покачал головой, всем своим видом демонстрируя отвращение.
— Итак, ты до сих пор не можешь перемещаться?
— Пока нет, мой король, — ответил Лотэр, сохраняя бесстрастное выражение лица. Сколько бы усилий он ни прикладывал, у него не получалось телепортироваться. Иванна говорила ему, что дар перемещения у Даков всегда развивался с некоторым запозданием, в их замкнутом королевстве в нём просто не было нужды. Она считала, что его неспособность перемещаться — лишь очередное подтверждение того, что он унаследовал от неё гораздо больше, чем от рядового вампира Орды.
Стефан схватил и сжал руку Лотэра.
— Слишком хилый, всё ясно.
Лотэр отчаянно хотел вырасти, стать таким же грозным, как его воин-отец. Хотя бы для того, чтобы защищать мать. Только принцесса Иванна и сама прекрасно могла за себя постоять.
— Боги свидетели, ты позоришь меня, мальчишка. Мне следовало свернуть тебе шею ещё при рождении.
Лотэр привык к подобным нападкам, он частенько выслушивал их от отца.
Однако его мать с этим смириться не могла.
С воплем, подхватив графин с кровью, она запустила им в Стефана. Графин расколотил вдребезги тёмное стекло у короля над головой, и в зал ворвался луч блёклого света.
Придворные зашипели и отскочили кто куда. Стефан не шелохнулся, и луч света успел выжечь рану диаметром в несколько дюймов на его локте, пока дневные слуги поспешно не завесили куском ткани разбитое окно.
— Мой сын — само совершенство, — прорычала Иванна, обнажив клыки и сверкая потемневшими до черноты глазами. — Даже несмотря на то, что унаследовал твои черты лица. К счастью, острый ум передался ему с моей королевской кровью. Он невероятно хитёр, это признак крови Даков!
Стефан в свою очередь оскалился, демонстрируя клыки. Алые глаза вампира запылали ещё ярче.
— Ты испытываешь моё терпение, женщина!
— А ты — моё! — Иванна никогда не уступала ему. На каждый удар она отвечала с удвоенным запалом.
Иванна рассказывала Лотэру, что Даки славились холодным рассудком и тщательно обдуманными поступками. Очевидно, Иванна Смелая оказалась исключением из правил.
Эта женщина была не менее неистовой, чем буря, бушевавшая сейчас за окном. Каждый раз, когда Стефан пытался уйти на ночь глядя, она намеренно доводила его до бешенства своим колючим языком, пытаясь привлечь к себе внимание. Однажды Иванна призналась Лотэру, что его отец всю жизнь мечтает отыскать женщину-вампира, которая по-настоящему будет принадлежать ему — истинную Невесту Стефана, которая заставит его сердце биться до скончания веков.
Законную королеву, которая родит ему наследников.
Иванна снова поправила волосы, откровенно пытаясь совладать с собой.
— Ты высмеиваешь сына на собственный страх и риск, Стефан.
— Сына? Я не признавал его сыном. Этот мальчишка никогда не сравнится с моим настоящим наследником! — заявил вампир, отхлебнув в очередной раз из кружки. — В этом я абсолютно уверен!
— Я тоже в этом не сомневаюсь. Лотэр превзойдёт во всех смыслах любого мужа, когда вырастет! Он — Дак!
Лотэр наблюдал перепалку отца и матери со всё возрастающим беспокойством, припоминая как дядя Федор однажды предостерегал Иванну: «Даже Стефан может позавидовать твоей силе и образованности. Ты должна покориться, или его любовь к тебе обратится в ненависть».
Слова дяди оказались пророческими, и этот момент наступил.
Выражение лица отца сделалось убийственным.
— Ты считаешь свой народ настолько лучше моего… — процедил вампир, но его прервала ввалившаяся в зал женщина. Смертная женщина. Она вышла, пошатываясь, словно пьяная, из его спальни.
У Лотэра отвисла челюсть, а Иванна прижала руку к губам.
Женщина была одета, словно королева. Её облачения не уступали по роскоши одеяниям Иванны. Неужели это она трапезничала по правую руку от короля на месте Иванны?
— Человек? — шок матери быстро сменился яростью. — Ты посмел притащить одно из этих разносящих болезни животных в мой дом? Сюда, где живёт мой единственный ребёнок?
Она рванулась вперёд и отдёрнула Лотэра к себе за спину.
Взрослые вампиры были бессмертны, но Лотэр, не достигший возраста бессмертия, пока был восприимчив к болезням.
— Эту женщину зовут Оля. Она моя новая спутница жизни.
— Спутница жизни! — воскликнула Иванна. — Скорее домашняя зверушка. Люди живут в грязных хибарах и спят вповалку с собственных скотом!
Стефан поманил женщину, и она, застенчиво опустив взгляд, неуверенно пошла к нему.
— Ах, но она на вкус, словно мёд и вино. Правда, Фёдор? — обернулся он к брату.
Фёдор виновато глянул на Иванну.
Притянув свою зверушку на колени, Стефан ухмыльнулся:
— Тебе стоит её попробовать, Иванна.
Вампир обнажил бледную руку смертной.
У Иванны глаза полезли на лоб.
— Ты пьёшь кровь, прикасаясь к её коже! Я не собираюсь марать свои клыки о человека, также как и о любое другое животное. Может, велеть подать тебе свинью, если так хочется кого-то покусать?
Стефан и Иванна сверлили друг друга глазами в молчаливом противостоянии. На их лицах было столько всего написано, но Лотэр пока не умел читать по лицам.
В конце концов, Иванна заговорила:
— Стефан, ты же знаешь, что это не проходит без последствий, особенно для такого, как ты…
— Мой народ преклоняется перед Жаждой, — оборвал король. — Право брать кровь — наше священное право.
— Значит, вы добровольно отдаёте себя во власть безумия. Потому что только безумие ждёт вас в конце такого пути!
Пропустив мимо ушей предостережение Иванны, Стефан запустил клыки в запястье смертной, заставляя её застонать.
— Ты отвратителен! — воскликнула Иванна, закрывая собой короля от Лотэра. Но зрелище, представшее перед мальчиком, было захватывающим, и он выглядывал из-за юбок матери. Почему она учила его никогда никого не кусать?
Закончив кормиться, Стефан выпустил руку смертной и горячо поцеловал её прямо в губы. Иванна разразилась криком ярости:
— Мало того, что ты пьёшь прямо из них, так ты ещё и предаёшься усладам с их телами! Как ты только не сгоришь со стыда?
Стефан оторвался от смертной и ухмыльнулся, облизнув губы:
— Очень просто.
Смертная захихикала, наматывая на палец прядь волос короля.
— С меня хватит! Я не собираюсь больше этого терпеть!
— А что ты можешь сделать?
— Я покину это пристанище дикарей навсегда, — заявила Иванна. — Немедленно убей эту зверушку, или я сейчас же вернусь в Дакию!
— Поосторожнее с ультиматумами, Иванна. Вряд ли тебе придутся по вкусу последствия. Особенно учитывая, что ты не можешь найти дорогу домой.
Иванна объясняла Лотэру, почему королевство вампиров Дакии никто никогда не мог отыскать. Мистические Даки путешествовали в клубящемся тумане. Тот из них, кто хоть единожды покинул туман, никогда не мог самостоятельно вернуться домой, а его память о родных местах и их местоположении стиралась.
Иванна влюбилась в Стефана с первого взгляда и, отдав ему сердце, пошла за ним в Хелвиту, оставив позади волшебный туман, свою семью и судьбу наследницы престола.
— Я найду его, — заверила она. — Даже если это будет стоить мне жизни, я доставлю Лотэра в Земли Туманов и Крови, где правят цивилизованные бессмертные, а не дикари.
— Цивилизованные? — расхохотался Стефан, и придворные присоединились, вторя своему королю. — Твои родственники изверги ещё более жестокие, чем я!
— Необразованный мужлан! Ты понятия не имеешь, о чём говоришь! Ты даже осознать не можешь нашу культуру… Уж я то знаю, я ведь пыталась тебя учить!
— Учить меня? — рявкнул вампир, обрушив кулак на стол. — Твоё высокомерие погубит тебя, Иванна! Ты всегда считала себя превыше меня!
— Потому что так и есть!
Придворные умолкли.
— Забери свои необдуманные слова назад, — прошипел король сквозь стиснутые зубы, — или на рассвете я вышвырну тебя и твоего ублюдка прямо в метель.
Лотэр сглотнул, думая о камине в своей комнате, любимых головоломках, разложенных на столе, и игрушках, разбросанных по тёплым шкурам, укрывающим полы. Жизнь в Хелвите могла быть не самой сладкой, но это единственная жизнь, которую он знал.
«Извинись, мама», — безмолвно молил он её.
 Она же наоборот распрямила плечи и заявила:
— Выбирай, Стефан. Вонючая человеческая зверушка или я!
— Моли меня о прощении и принеси извинения моей спутнице жизни.
— Молить? — поперхнулась Иванна. — Никогда. Я - принцесса Даков!
— А я - король!
— Брат, оставь, — вмешался Фёдор. — Это уже становится утомительным.
— Она должна знать своё место, — не унимался Стефан. — Проси у Оли прощения, — велел он Иванне снова.
Когда смертная победно улыбнулась, Лотэр понял, что они с матерью обречены.

Месяц спустя…
— Разжигай в себе ненависть, сын мой. Пусть она пылает, как кузнечный горн.
— Да, мама, — выдавил Лотэр.
Изо рта мальчика вырывался пар. Они с матерью устало тащились, преодолевая сугробы высотой по колено.
— Это единственное, что может нас сейчас согреть.
В глазах Иванны плескалось негодование, и они горели неутихающей злой обидой с того самого момента, как Стефан повелел изгнать их с сыном из Хелвиты.
В тот день Лотэр впервые увидел, как мать затаила дыхание и потрясённо взглянула на отца. Она знала, что совершила ошибку.
Но была слишком горда, чтобы её исправить. Иванна не могла себе позволить склониться перед смертной.
«Даже ради меня».
Весь двор собрался поглазеть, как Лотэра и высокомерную Иванну вышвырнут из крепости, позволив взять с собой лишь одежду, которая была на них.
Как их отправят умирать на морозе. Они оба уже давно были бы мертвы, если бы Фёдор не сунул Лотэру монету.
Щенок Лотэра припустил за ними с широко распахнутыми глазами, путаясь в собственных лапах от страха, что не сможет догнать хозяина. Стефан поймал щенка за загривок и прямо на глазах у мальчика переломал животному хребет.
Под звуки хохота придворных король швырнул умирающего зверька Лотэру под ноги.
— Я сам решаю, какие из наших зверушек и когда должны подохнуть.
Слёзы обожгли глаза Лотэра, но Иванна зашипела на него:
— Не смей плакать, Лотэр! Пусть вместо слёз в тебе кипит ненависть! Никогда не забывай, как он нас предал сегодня!
А Стефану прокричала:
— Однажды ты поймёшь, что потерял, но будет слишком поздно…
Вновь возвращая мысли Лотэра в реальность, Иванна отрешённо пробормотала:
— К тому времени, как мы доберёмся до Дакии, я взращу в твоей душе такую же лютую ненависть, как эта стужа, которая пытается нас убить.
— Сколько нам ещё идти? — У Лотэра окоченели ноги, а желудок был совершенно пуст.
— Я не знаю. Я просто пытаюсь прислушиваться к внутренним ощущениям и полагаюсь на то, что моё отчаянное стремление найти возлюбленный дом - Дакию, приведёт нас туда.
Иванна рассказывала Лотэру, что Дакия была землёй обетованной, богатой и мирной, которой правил король Сергей, её отец. Дакия была отделена от мира нерушимой каменной стеной, сокрыта в самом сердце опоясывающей её со всех сторон горной гряды.
Там, внутри огромной пещеры, своды которой терялись в необозримой выси, стоял волшебный чёрный замок в тысячу раз превосходящий по размерам Хелвиту. А вокруг этого замка плескались великолепные фонтаны крови. Подданные короля каждое утро приходили к ним и набирали её вёдрами.
Лотэр едва ли мог представить себе подобное место.
— После всех наших скитаний, сынок, я чувствую, что мы уже близко.
В первую ночь изгнания, когда они пробирались через наводящий ужас Кровавый Лес, окружавший Хелвиту, Иванна боялась, что Лотэр не переживёт ночную стужу. Раз за разом она пыталась перенестись вместе с сыном в Дакию, но неизменно возвращалась на то же место, откуда начинала.
Мальчик пережил ночь, а она совершенно выбилась из сил.
Теперь Иванна была слишком слаба для перемещения, и они просто брели к очередной деревне, чтобы отыскать амбар и спрятаться от света наступающего дня.
К несчастью каждая деревня, встречавшаяся на пути, кишела грязными смертными. Люди пялились на красоту Иванны и заморский покрой её одежд с благоговением… и с подозрением. Лотэру тоже перепадала часть любопытных взглядов, привлечённых пронзительностью голубых, как чистейший лёд, глаз мальчика и невероятно светлым цветом локонов, всё время выбивавшихся из-под шапки.
Иванна же глумилась над этими немытыми завшивевшими созданиями и их примитивным языком. С каждым днём она испытывала всё большее отвращение к смертным и заражала им Лотэра.
Каждую ночь перед самым рассветом Иванна отправлялась на охоту, оставляя Лотэра одного. Иногда она возвращалась с победно горящими глазами и порозовевшими от полученной крови щеками. И тогда, надрезав запястье, она наполняла своей кровью чашу для Лотэра.
Иной раз всё складывалось не так удачно, и она была угрюма и бледна, проклиная Стефана и его предательство, горько сетуя, что вообще когда-то решила связать с ним жизнь. На рассвете, уже засыпая, Лотэр не раз слышал, как она бормотала: «А теперь мы спим со скотом, и я вынуждена пить прямо из плоти…»
Иванна вдруг замедлила шаг и, вскинув голову, начала осматривать окрестности.
— Они преследуют нас, мама?
Люди из последнего поселения, где они останавливались, оказались особенно враждебно настроены, и выслеживали их с матерью, не побоявшись сунуться даже в самые непроходимые дебри.
— Не думаю. Снег очень быстро заметает наши следы.
Успокоившись, Иванна тяжёло двинулась дальше: — Давай повторим твои уроки.
Каждую ночь в дороге мать наставляла его. Она учила Лотэра самым разным вещам, начиная с того, как выжить среди людей: «Пей из них, только если умираешь от голода, но никогда не выпивай человека до смерти», заканчивая правилами этикета Даков: «Чрезмерное проявление эмоций считается пределом грубости. Естественно, когда твой отец набрасывался на меня, это меня оскорбляло».
И каждый раз она заставляла Лотэра повторять данные им клятвы, как будто думала, что может скоро и внезапно умереть…
— Что ты должен сделать, когда вырастешь, мой принц?
— Я должен отомстить тем, кто нас предал. Я уничтожу Стефана и сяду на его трон.
— Когда ты должен сделать это?
— До того, как он найдёт свою Невесту.
— Почему?
Лотэр послушно отвечал:
— Когда его суженная вдохнёт в него жизнь, он станет ещё более сильным, его будет труднее убить. И он сможет зачать с ней законного наследника. Вампирская Орда никогда не последует за ублюдком Стефана, если его истинный наследник будет в живых.
— Ты должен быть совершенно точно уверен, что Орда готова присягнуть тебе на верность. Если твоя попытка захватить корону провалится, они уничтожат тебя. Подожди до тех пор, пока не войдёшь в свою самую полную силу.
— Мне придётся стать красноглазым, как он, чтобы одолеть его?
Иванна остановилась, склонив голову набок.
— Что тебе известно об этом?
— Если вампир, выпивая жертву, убивает её, он становится сильнее, но кровь пятнает его глаза.
— Да, потому что он выпивает досуха, добираясь до самой глубины души существа. Это приносит силу… но ещё и порождает Жажду. Стефан превратился в одного из Падших, — объяснила Иванна и туманно добавила: — И эта жажда будет становиться всё более и более мучительной с каждой новой жертвой. Особенно в его случае.
— Но почему?
Мать окинула Лотэра оценивающим взглядом, словно что-то взвешивая в уме.
— Не забивай себе этим голову, — сказала она, в конце концов, стараясь придать тону беспечности. — Никогда не убивай, выпивая жертву, и тебе не придётся волноваться на этот счёт.
— Но как же я тогда… — Лотэр вспыхнул от смущения. — Как же я смогу стать достаточно сильным, чтобы уничтожить Стефана?
Иванна протянула руки, прижала замёрзшие ладони к его щекам и подняла лицо Лотэра, заставляя его посмотреть себе в глаза.
— Забудь всё, что говорил тебе отец. Когда ты вырастешь, все бессмертные мужи будут трепетать в страхе перед тобой, а их женщины лишаться чувств в твоём присутствии.
— Правда, мама?
— Ты великолепно сложён, и вырастешь в невероятно красивого Дака. Ты будешь вампиром, вселяющим страх. Особенно когда в тебя вдохнут жизнь, — Иванна воздела глаза к небу, подставляя лицо падающим снежинкам. — А что касается твоей невесты… — Иванна снова встретилась взглядом с сыном. — Твой невесте не будет равных. Истинная королева, перед которой даже я склоню голову.
Лотэр покосился на мать, чтобы убедиться, что она не подшучивает над ним, но Иванна казалась абсолютно серьёзной.
Лотэр надеялся, что отыщет эту женщину как можно скорее. Он знал, когда вырастет, в один прекрасный момент его сердце перестанет биться, а лёгкие пропускать через себя воздух. Тогда он станет одним из ходячих мертвецов, и ему не будет нужды в женщинах.
Однажды дядя, потрепав Лотэра по подбородку, шутливо сказал: «Как только ты забудешь ощущение сжимающих тебя женских бёдер и перестанешь по нему скучать, ты встретишь свою невесту, и она вернёт тебя к жизни».
 Лотэра пока совершено не волновали вопросы отношений с противоположным полом, но мысль о том, что однажды его сердце перестанет биться пугала.
— Как много времени понадобится, чтобы отыскать её? — спросил он Иванну.
Она посмотрела вдаль и странным тоном ответила:
— Я не знаю. Это может занять и века. За пределами Дакии женщины-вампиры встречаются довольно редко. Зато я точно знаю, что ты будешь хорошим и преданным королем для неё.
И снова мать заставляла его повторять клятвы:
— А что ты сделаешь, когда захватишь трон Орды?
— Я заключу союз с твоим отцом. Объединю Даков и Орду под гербом одной семьи.
Иванна кивнула:
— Сергей единственный, кому ты можешь доверять. Не верь моим братьям и сёстрам, они извечно плетут интриги и строят заговоры. Только моему отцу. И, конечно же, ты сможешь доверять своей предначертанной невесте. А что насчёт остальных?
— Я должен использовать их и, получив желаемое, безжалостно от них избавляться. Мне не должно быть ни до кого дела, потому что все остальные для меня пустое место.
— Всё верно, мой умный сыночек, — похвалила мать, приподняв подбородок Лотэра.
Ещё несколько миль они прошли точно так же. Она учила его замысловатым обычаям Даков, пытаясь отвлечь их обоих от пронизывающего холода. Тяжёлые тучи обещали просыпаться ещё более обильными снегами. Всего несколько часов оставалось до того момента, когда первые лучи рассвета рассеют тьму.
Лотэр поёжился, стуча зубами и своими крохотными клыками.
— Тихо, — вдруг шикнула Иванна. — Люди всё-таки преследуют нас, — она принюхалась. — Боги, как же меня воротит от их запаха!
— Что им надо от нас?
— Они на нас охотятся, — прошептала мать.
— К-куда же нам спрятаться?
Они были на широкой равнине, заключённой между двумя плато, возвышавшимися с запада и востока. Смертные приближались с севера. Далеко на юге виднелись горы.
Иванна в отчаянье озиралась по сторонам.
— Мы должны добраться до тех гор. Я думаю, именно там находится проход в Дакию. Беги! — велела она и подтолкнула Лотэра.
И он побежал так быстро, как только мог. Но снег был слишком глубоким, а слепящая метель слишком густой.
— У нас не получится, мама!
Иванна схватила сына за руку и попыталась перенестись вместе с ним. На мгновенье их тела словно истаяли в воздухе, но так и не исчезли. Стиснув зубы, она попыталась ещё раз, но также безуспешно.
Выпустив Лотэра, женщина закружилась на месте, высматривая путь к спасению… потом вдруг замерла и прислушалась. Лотэр увидел, как широко распахнулись глаза матери.
— Отец! — закричала она так громко, что эхо её голоса разлетелось далеко по равнине. — Я здесь! Это я — твоя Иванна!
Но никто не ответил.
— Отец!
Вдалеке уже слышны были крики приближающихся смертных.
— Папа? — Иванна пошатнулась, на лице женщины отразилось… непонимание. — Я знаю, они где-то рядом. Я почувствовала его и остальных.
Лотэр тоже это почувствовал. Присутствие могущественных бессмертных. Почему же они не спасают свою принцессу?
Иванна рухнула на колени, и кровавые слёзы заструились по её прекрасному лицу.
— Мы были так близко.
Гордая Иванна начала копать руками снег, раздирая лёд, в который превратился снежный наст, спрессованный под своим весом. Она не прекращала копать, даже когда обломала все ногти, а её пальцы разбились в кровь.
— Как же низко я пала, Лотэр. Не хочу, чтобы ты запомнил меня такой, — нора в снегу всё увеличивалась. — Ты — сын короля, внук короля! Никогда не забывай этого!
Кожа с её пальцев начала облезать, и Лотэр бросился к матери, пытаясь помочь. Но она ударила его по рукам с таким выражением лица, словно была близка к помешательству. В конце концов, выкопав яму, в которую он едва мог уместиться, Иванна втащила Лотэра в неё и велела:
— Сиди здесь. Спрячься.
— Я должен её углубить, мама. Мы здесь не поместимся.
— Здесь достаточно места для тебя. А я сделаю так, чтобы тебе ничего не угрожало, — прошептала она.
У Лотэра глаза полезли на лоб. Она собиралась сражаться со смертными?
— Перенесись отсюда одна, — взмолился мальчик, хотя подозревал, что мать, вероятно, слишком слаба даже для этого.
— Ни за что! Так, повтори все клятвы, которые ты мне дал!
— Мама, я…
Иванна клацнула клыками, сверкнув потемневшим взором.
— Клятвы, Лотэр!
— Я лишу жизни Стефана. Захвачу его трон.
— Кому ты будешь доверять?
— Никому, кроме твоего отца и моей королевы.
Ещё более горькие слёзы потекли по щекам матери.
— Нет, Лотэр. Ты будешь доверять только своей королеве. Сергей и Даки отреклись от нас сегодня.
— Почему?
— Я привела смертных слишком близко к ним, — Иванна всхлипнула. — Он решил, что тайна местонахождения королевства… важнее наших жизней. Я поплатилась за свой дерзкий нрав, за своё неумение быть изворотливой и хитрой. Они карают меня в назидание другим.
Лотэра охватила паника.
— Но как я тебя найду? Что же мне делать?
— Когда люди уйдут, моя семья вернётся за тобой. Если же нет, выживи любой ценой! Помни всё, чему я тебя учила, — она закатала рукав и велела: — Пей, Лотэр.
— Сейчас? — изумился мальчик и покачал головой. — Тебе нельзя сейчас терять кровь.
— Слушай, что говорят! — она впилась клыками в запястье. — Отклони голову назад и открой рот.
Лотэр нехотя повиновался, и мать поднесла своё прокушенное запястье к его губам. Насыщенная кровь Иванны быстро согрела мальчика, заставляя чувство холода отступить. Она заставила его пить до тех пор, пока кровь практически перестала выступать на поверхности раны и её края не покрылись льдом.
— А теперь слушай внимательно. Я уведу их подальше от тебя, я отвлеку их. Позволю им себя схватить…
— Не-е -ет! — Лотэр разрыдался.
— Лотэр, слушай! Когда они меня схватят, в тебе взбунтуются все инстинкты, ты почувствуешь непреодолимую потребность меня защитить. Игнорируй свои инстинкты и полагайся только на холодный рассудок. Не повторяй моей ошибки со Стефаном. Не уподобляйся мне! Поклянись!
— Ты хочешь, чтобы я спрятался? Чтобы не защищал тебя от этих существ? — слёзы стыда душили Лотэра.
— Да, именно этого я и хочу. Сын, ты у меня такой умный, каких мне ещё не доводилось встречать в своей жизни. Используй свой разум. Не повторяй моих ошибок! — она схватила его за подбородок. — Дай мне эту последнюю клятву. Поклянись Ллором, что не сойдёшь с этого места, пока смертные не уйдут.
«Поклясться Ллором?»
Это была нерушимая клятва. Лотэр хотел воспротивиться, он не мог согласиться на такое. Как он сможет стоять в стороне и не защищать её?
Иванна вздёрнула подбородок.
— Лотэр, я… умоляю тебя.
«Гордая принцесса Даков умоляет такое ничтожное создание как я?»
Лотэр изумлённо приоткрыл рот и дрожащими губами прошептал:
— Клянусь тебе Ллором.
— Очень хорошо, — она прижалась холодными губами к виску сына. — Я хочу, чтобы ты никогда, никогда больше не позволил довести себя до такого ещё раз, — и, не обращая внимания на отчаянные протесты мальчика, начала закапывать его в снегу. — Стань королём, ведь для этого ты и был рождён!
— Мама, пожалуйста! К-как ты можешь это делать?
— Потому что ты — мой сын. Ты — моё сердце. Я сделаю всё, чтобы защитить тебя! — они встретились взглядами. — Лотэр, единственное, что действительно ценно в моей жизни — это ты.
Он не хотел верить, что видит её в последний раз, он не хотел говорить ей, как сильно её любит, чтобы это не звучало как прощание…
— Я знаю… — прошептала она в ответ на его молчание и засыпала Лотэра снегом с головой.
Он лежал, съёжившись, содрогаясь от страха за мать. Тепло её крови в его жилах не давало ему замёрзнуть насмерть. Лотэр ничего не видел и мог лишь отчаянно вслепую вращать глазами и прислушиваться.
Она поднялась на ноги и побежала навстречу смертным. Через какое-то время откуда-то издалека донеслись звуки борьбы и топот множества ног. Не меньше дюжины людей окружило Иванну. Лотэр стиснул кулаки, борясь с невыносимым желанием броситься матери на помощь. Они схватили её.
Но он ничего не мог поделать… он был связан данной клятвой, да и слишком истощён.
Лотэр давился рвущимся наружу воплем отчаяния и захлёбывался жгучими слезами, слушая звяканье цепей и приглушенные крики Иванны, сопровождающиеся стонами мужчин.
Лотэр вырос в Хелвите и многое повидал при дворе своего распутного отца, и тех нравах, что царили там. Он прекрасно знал, что эти смертные делали с его матерью.
Драгоценная кровь, которую она ему пожертвовала, подкатила к горлу, и он чуть не вырвал. Справившись с рвотными позывами, Лотэр решил, что станет одним из падших, он будет охотиться и убивать, забирая себе силу.
И пусть он вырастет свихнувшимся от жажды крови, но никогда больше не позволит себе быть слабым…
Ему показалось, что прошли часы, пока крики Иванны затихли. Он снова жадно вслушивался, бешено вращая глазами. Спустя какое-то время Лотэру показалось, что в воздухе разлился запах дыма, а затем и запах горелой плоти.
Рассвет!
Иванна снова закричала.
Она горела и кричала на дакийском:
— Помни, мой принц! Отомсти за меня!
Она кричала что-то ещё, но Лотэр не мог разобрать. Что-то бессвязное… прерывающееся воплями агонии.
И под крики умирающей матери Лотэр, рыдая, снова и снова повторял свои клятвы, как молитву, добавив к ним ещё одну:
— С-с-сожгу к-короля… Д-даков… заживо…

ГЛАВА 1

 Слейтвилль, штат Виргиния
Пять лет назад…
— Так вы собирались меня изгнать? — вопрошала Саройя Жница Душ, величаво приближаясь в отблесках огня к израненному человеку. — Даже не знаю, что хуже. То, что вы приняли меня за демона… — продолжила она, поигрывая окровавленным тесаком и наслаждаясь зрелищем расширяющихся от ужаса глаз мужчины, неотрывно следящих за каждым поворотом ножа в её руках, — или то, что действительно верили, будто способны отделить меня от этой человеческой оболочки.
Ничто кроме смерти человека, в которого она вселялась, не могло избавить носителя от Саройи. И уж подавно не какой-то смертный церковнослужитель, явившийся с пятью дружками в этот отвратительный трейлер в глуши Аппалачей, чтобы провести обряд изгнания нечистой силы.
Несчастный пытался отползти от уверенно приближавшейся убийцы, запнулся об опрокинутый и разбитый торшер и упал навзничь. Падая, мужчина выпустил обрубок правой руки, который до того зажимал уцелевшей левой, и из раны фонтаном брызнула кровь.
Саройя умилённо вздохнула. Много столетий назад, будучи богиней смерти, она уже набросилась бы на свою жертву и, вонзив клыки в яремную вену, сосала бы кровь и пожирала душу человека, пока от того не осталась бы лишь пустая оболочка. Теперь Саройя была обречена вселяться в бессильных смертных и раз за разом переживать собственную смерть в их телах.
Кто ей достался в качестве последнего носителя? Элизабет Пирс, девятнадцатилетняя девчонка, столь же прелестная, сколь и невыносимо бедная.
Священник натолкнулся на расчленённое тело одного из своих товарищей и, взвизгнув от ужаса, обернулся, выпуская Саройю из поля зрения. В мгновение ока она набросилась на добычу, замахнулась со всей силы и вонзила нож мужчине в шею.
Кровь хлынула, заливая всё вокруг, когда убийца выдернула клинок, чтобы ударить во второй раз. А потом в третий и в четвёртый…
Утирая тыльной стороной ладони забрызганное кровью лицо, Саройя задумчиво рассматривала труп.
Эти пятеро смертных считали себя какими-то особенными, духовно возвышенными. Но разве их головы отсекаются не с той же лёгкостью, что и жирные рыбьи головы на разделочном столе в лавке продавца рыбы? Покончив с пятым священником, Саройя обернулась к последней живой душе, оставшейся в трейлере. Рут, мать Элизабет. Она забилась в угол и, бормоча молитвы, потрясала кочергой.
— Я подчинила себе душу твой дочери, женщина. Она никогда не вернётся, — солгала Саройя, хотя прекрасно знала, что уже очень скоро Элизабет отыщет путь назад и стряхнёт с себя оцепенение, возвращая контроль над собственным сознанием и телом.
Из всех смертных, в которых вселялась Саройя, Элизабет оказалось самой красивой, самой юной… и самой сильной. Богине трудно было восставать и завладевать её разумом. С относительной лёгкостью это удавалось только в тех случаях, когда девушка спала или была истощена.
Такое с Саройей случалось впервые. Она вздохнула. А ведь Элизабет должна была почитать за честь, что удостоилась права стать носителем её сущности, храмом из плоти и крови, вместилищем божественного вампирского духа.
Саройя оглядела похищенное у девчонки тело. Упрямица не только не проявляла должного смирения, но ещё и сопротивлялась изо всех сил. Каждый раз приходилось бороться с ней, чтобы завладеть им снова. Элизабет боролась с ней даже в эту самую секунду.
Впрочем, всё это не имело значения. Веками Саройе подсовывали то сутулых пожилых мужчин, то женщин с лошадиной внешностью. Так что Элизабет в сравнении с предыдущими носителями казалась идеально подходящей кандидатурой. Рано или поздно Саройя одолеет девчонку. Для этого у неё имелась пара козырей — накопленная веками мудрость, кое-какие священные дары… и союзник.
Лотэр Враг Древних.
Сын короля, вампир тысячи лет от роду, с несказанно зловещей репутацией. Год назад личная прорицательница Лотэра направила его к ней. Они провели вместе одну единственную ночь в близлежащих лесах, но мужчина дал обет, что избавит её от жалкого существования, которое Саройя была вынуждена влачить столь долгое время.
Возможно, вампир не способен вернуть ей утраченную божественную сущность. Однако от него требовалось лишь отыскать способ избавить тело Элизабет от души этой девчонки. Если получится безраздельно завладеть этим телом, Лотэр обратит Саройю в вампира… и так они обойдут предначертанное ей проклятье.
Богиня знала, что Лотэр не будет знать покоя, пока не отыщет нужную информацию и не найдёт способ, как это сделать.
«Потому что я — его Невеста».
Саройя, игнорируя мать Элизабет, перевела взгляд на маленькое окошко в стене трейлера и уставилась на неприветливые и пустынные окрестности. Неужели, устраивая эту бойню, она на самом деле втайне надеялась привлечь внимание Лотэра?
«Сколько ещё я должна дожидаться его в этой забытой богами глуши? От него ни слуху, ни духу!»
Лотэр говорил ей, что за его головой охотится целый сонм врагов, движимых древней, как мир, кровной местью: «Если вампиров оценивают по силе и грозности их врагов, то можешь смело считать меня по-настоящему страшным вампиром, богиня. А если по их числу, то мне просто нет равных».
Может быть, его враги одержали верх?
Саройя не собиралась больше здесь задерживаться. Пирсы начали приковывать Элизабет на ночь к кровати, чтобы она не убивала. А ведь для неё убийства — единственный смысл жизни.
Вспомнив о том, как с ней обращались в этом доме, Саройя снова сосредоточилась на матери девчонки.
— Да, твоя дочь будет моей навеки. И когда я прирежу тебя, займусь твоим младшим сыночком, выпотрошу его, а потом пройдусь по всей вашей семейке, как чума, — сообщила Саройя. Подняв мясницкий нож над головой, убийца шагнула вперёд…
Внезапно тёмные пятна расплылись у неё перед глазами, и голова закружилась.
«Нет, нет!»
Элизабет приходила в себя, врываясь в сознание Саройи с силой товарного поезда. Каждый раз девчонка выныривала из бессознательного состояния, как если бы её топили, а она, хорошенько нахлебавшись воды, всё же вырывалась на поверхность. Такой напор и отчаяние неизменно буквально сметали богиню.
Что ж, маленькая сучка может и вернёт себе контроль над телом, но как обычно очнётся посреди воплотившегося ночного кошмара.
— Наслаждайся, Элизабет…
Колени подогнулись, спина припечаталась к полу. Тьма.
Всё, что слышала Элли Пирс — бешеный стук сердца…
Она очнулась от неистового грохота у себя в ушах. Элли лежала, крепко зажмурившись, на полу в трейлере своей семьи. Всё тело было в чём-то липком и тёплом.
Вокруг стояла гробовая тишина, разрываемая лишь её собственным порывистым дыханием, треском поленьев в очаге и лаем собак, надрывавшихся снаружи. Элли не помнила, как здесь оказалась и сколько пролежала без сознания.
— Мама, получилось? — прошептала она, приоткрыв глаза. Может быть, служителям церкви всё удалось?
«Прошу тебя, Боже, только бы обряд сработал… это же моя последняя надежда».
Когда глаза привыкли к царившему в помещении полумраку, разбавленному лишь светом огня в очаге, Элли приподняла голову и осмотрела себя. Её футболка, поношенные джинсы и ботинки из секонд-хенда, всё было мокрым до нитки.
Пропиталось… кровью. Девушка сглотнула комок в горле.
«Кровь не моя. О, Боже»!
В её руках была зажата рукоять огромного мясницкого ножа, с которого капала кровь.
«Я же сказала им, чтобы не снимали с меня цепи, пока не придут дядя и двоюродные братья!»
Но преподобный Слокамб и его коллеги из церковной «службы спасения» самонадеянно сочли, что способны с справиться с этим…
Какое-то движение привлекло внимание Элли. Кочерга?
Зажатая в руках её матери.
— Постой! — Элли едва успела перекатиться на бок, когда кочерга обрушилась на пол, как раз в том месте, где только что лежала голова девушки. Брызги крови полетели во все стороны, словно на полу была лужа, а не ковёр.
— Изыди, нечестивая тварь! — закричала мама, замахиваясь кочергой для нового удара. — Ты забрала у меня дочь, но моего сына тебе не видать!
— Погоди! — Элизабет поднялась на ноги и, отбросив нож, протянула к ней руки ладонями вверх. — Это я!
Мама кочергу не опустила. Её тёмно-рыжие волосы растрепались и висели спутанными прядями вокруг гладкого, ещё не тронутого морщинами лица. Склонив голову к плечу, она потерлась лбом о предплечье и отодвинула упавшие на глаза локоны.
— Ага, ты уже это говорила, а опосля начала тут рычать на своём демонском языке и всех порешила! — Чёрные дорожки от потёкшей туши пролегли на щеках матери, её персиковая помада размазалась по подбородку. — Говорила-говорила. Аккурат перед тем, как поубивала всех священников!
— Поубивала? — Элли обернулась и замерла при виде картины кровавого побоища, царившего вокруг.
Пять разрубленных на части тел валялись по всей гостиной.
Эти люди приехали сюда, потому что её мать засыпала их письмами, умоляя о помощи и приводя доказательства одержимости Элли. Аудиозаписи, на которых дочь говорила на мёртвых языках, хотя не могла их знать, фотографии, где её рукой были написаны послания кровью, но она не помнила ни когда, ни при каких обстоятельствах это писала. Однажды она написала на шумерском: «Падите предо мной».
И вот теперь голова преподобного Слокамба лежала рядом с остальными его останками. Язык мертвеца вывалился из приоткрытого рта, а глаза остекленели. На теле недоставало одной руки. Элли словно в тумане увидела подходящую руку под обеденным столом. Конечность валялась рядом с кучей скальпов и сваленных грудой отрубленных пальцев.
Элизабет прижала ладонь ко рту, пытаясь совладать с рвотными позывами. Эти пятеро поклялись изгнать из неё демона. А демон разделал их, словно свиней на бойне.
— Эт-то… я натворила?
— А то ты не знаешь, демон! — Мама замахнулась кочергой. — Иди, играй в эти игры с кем другим!
Элли начала царапать грудь. Казалось, по коже бегали мурашки, будто это существо внутри ворочалось прямо под ней.
«Ненавижу, ненавижу, как же я ненавижу эту тварь…»
Мысли демона всегда были закрыты для Элли, но сейчас ей казалась, что она буквально кожей ощущает, как чудовище злорадствует.
Где-то вдалеке завыли сирены, и собаки за окном залаяли ещё громче.
— О боже, мама, только не говори, что ты вызвала этого пустозвона шерифа?
Семья Элли жила в горах с незапамятных времён. И полицейские тут были не в чести.
Вот тут-то мама и бросила кочергу.
— Ты взаправду Элли? Демон сказал, что на этот раз всё. Что ты больше к нам не вернёшься никогда.
Не удивительно, что мама на неё напала.
— Это я, — подтвердила девушка через плечо и устремилась к окну, стараясь не думать о том, почему так хлюпают её ботинки по ковру. Отдёрнув пропитавшиеся сигаретным дымом шторы, она уставилась в ночь.
Снизу по заснеженной дороге, извивающейся по склону, поднималась машина шерифа, сверкая синими огнями. За ней двигалась ещё одна полицейская машина.
— Я должна была вызвать их, Элли! Я должна была остановить демона. А потом ихний диспетчер услышал, как завопили священники…
«Что же мне делать?.. Что я вообще могу сделать?..»
В девятнадцать лет слишком рано отправляться в тюрьму! Уж лучше умереть. Элизабет и так уже посещали мысли о самоубийстве на случай, если изгнание демона провалится.
Потому что пять мёртвых священников, лежавших на полу трейлера, — далеко не первые жертвы демона.
С тех пор, как год назад эта тварь завладела телом Элли, она убила ещё как минимум двоих людей. По крайней мере, двоих, о которых Пирсам было известно.
Однажды Элизабет очнулась у себя в кровати, а рядом лежал остывающий труп мужчины средних лет с перерезанной от уха до уха глоткой.
В семье Пирсов не знали, что и думать. Неужели их конкуренты из другого клана подложили это тело? Но почему выбрали Элли? И почему у неё руки в крови?
Кузены по-тихому закопали того человека за амбаром на склоне горы, и порешив между собой, что мужик, должно быть, сам виноват в случившемся, решили молчать об этом и забыть.
Семья начала подозревать, что Элли одержима лишь тогда, когда она притащила изувеченного коммивояжера из угледобывающей компании, а потом «поносила» родственников такими словами, каких девочка, вроде Элли, «знать не знала и слыхом не слыхивала».
С тех пор мама и дядя Эфраим начали приковывать её каждый вечер цепями, словно одного из кобелей во дворе. Элли ненавидела эти цепи, но, несмотря на то, что ей не составило бы труда открыть замки подручными средствами, терпеливо сносила все неудобства.
Только всё без толку. Мама и дядя уже опоздали.
Туристы нашли неподалёку в лесу чудовищный алтарь, усыпанный человеческими костями.
Элли услышала, как мама прошептала тогда дяде Эфраиму: «Думаешь, это Элли?»
«Это не я!» — хотелось закричать. Эта чёртова штука внутри побеждала, она завладевала её разумом всё чаще, и всё легче преодолевая сопротивление девушки.
«Всё равно, это лишь вопрос времени, когда от меня и так ничего не останется».
Огни сирен подбирались всё ближе, пронзительно сверкая, несмотря на яркий лунный свет, заливающий склон. Элизабет внезапно охватило безумное желание как-нибудь отмыться, перехватить шерифа снаружи и, не пуская внутрь — может, покаяться в том, что это была шутка, ложный вызов — уболтать его уехать или согласиться на залог.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Gaidelia о книге: Зои Дешенель - Дьявол для Ангела
    Гадкая херня. Героиня бесила своей нелогичностью и тупостью. Узнала своих насильников и побежала просить помощи у мажорика прикинуться ее парнем, дабы те ее повторно не изнасиловали. Ау, детка, ты в своем уме? Это просто полный треш. не дочитала эту кашу пародию на звание ,,слр,,.

  • Софья_Л о книге: Софья Липатова - Некромант
    так странно, найти свою книгу на другом ресурсе, еще и увидеть к ней отзывы)
    спасибо, Анюткин, за каждое вышесказанное слово
    Если что - это трилогия

  • Natalis75 о книге: Зои Дешенель - Дьявол для Ангела
    В этом тексте (назвать книгой язык не поворачивается) чего только не намешано,Зои впихнула что надо и не надо.Такое ощущение что из разных романов по главе.То гг не верит в Бога,но зато верит что умерший отец приходил к ней 40 дней и потом смотрит на неё с неба 2 года,а потом вообще супер - душа отца вселяется в волка и с ней разговаривает.
    То драма и она жертва группового изнасилования и думает о суициде,а потом молодёжка и она вся такая крутая всех на место ставит,а крутые мажоры на неё запали.Затем фэнтези и резкий переход на криминал.А одна фраза героини меня просто убила "Теперь мне понятно,что ты умер не своей смертью и тебя не просто так застрелили".А 2 года она получается думала ,что огнестрел это естественная смерть? То отец был военным,то стал мистер провосудие.То она слабая жертва,то крутая и сама себя зовёт демоном.То она нищая и гордая,а то сразу согласилась и не брезгует мажорскими деньгами чтобы ее одели и хорошо кормили.То она живёт в трущобах,а то рядом в парке миллионеры с детьми и собачками гуляют.А её собаку мне безумно жаль,она с ней гуляет раз в неделю,бедная она либо столько терпит ,либо гадит в квартире.А героиня нюхает и ей пофиг.Но тогда зачем писать,что она чистоплотная,лучше бы в деревне тогда оставила и не мучила животное.
    Если любите попурри и девочек авторов (у которых все розовые меркантильные мечты о богатых,крутых и красивых мажорах ) то этот текст для Вас.Автор даже пишет,что ее многочисленные фанаты в восторге от ее таланта и "книг".

  • gohar.62 о книге: Тайга Ри - Последняя из рода Блау
    Отличная книга.Спасибо автору. Жду 4-ой книги.

  • Gaidelia о книге: Алайна Салах - Потерянный бит
    Хорошо, что и нейту счастье привалило. Все с хэ

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.