Библиотека java книг - на главную
Авторов: 49327
Книг: 123139
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Горизонты ада»

    
размер шрифта:AAA

Даррен Шэн
Горизонты ада

This revised edition copyright © Darren Shan 1999, 2009
Cover design © HarperCollinsPublishers Ltd 2010
© Издание на русском языке, перевод на русский язык, оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2013

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Посвящается:
Басу, Бидди и Лайаму – моей личной чакане

Орден кровавой требухи (ОКТ) вручается:
Элен Джонстоун – Паукару Вами среди публицистов

Редакторам:
Саре Ходжсон – Форду Тассо сегодняшнего дня
Саймону Спантону – Франку Вельду вчерашнего дня

И всем виллакам ордена «Кристофер Литтл»

Пролог. Обслуживание номеров

В номере 812 гостиницы «Скайлайт» умирала молодая женщина. Она лежала на животе поперек кровати, полностью обнаженная, с множественными ранами на теле. Вся спина превратилась в кровавое месиво. Из ран сочилась темная кровь, стекала по бокам и скапливалась под ней в складках скомканных простыней. По лицу ее прополз паук, уловил дыхание смерти и быстро убрался восвояси.
Вошла горничная. Крупная женщина с толстыми руками и ногами. Окровавленное тело она увидела сразу. Любой другой заорал бы как резаный и выскочил из номера. Но этой даме смерть была не в новинку.
Осторожно прикрыв за собой дверь, она приблизилась к телу. Покрытый кровью нож лежал на полу рядом с кроватью. На горничной были пластиковые перчатки, но она не стала касаться ножа. Вместо этого она оценивающе разглядывала тело.
Наклонившись, горничная прижала два пальца к шее жертвы, нащупывая пульс. Ничего. Она уже хотела было уйти, как…
Легкая дрожь. Горничная подняла веко лежащей на кровати женщины. Зрачок ее сократился от света, а когда горничная убрала палец, веко задергалось и рот болезненно искривился.
Горничная нахмурилась, подняла нож и осмотрела раны. Выбрала ту, что находилась ближе к сердцу. Наклонившись, она пальцами раздвинула края раны, погрузила в нее лезвие ножа и принялась его поворачивать, второй рукой придерживая молодую женщину, пока не почувствовала, как та вздрогнула последний раз.
Она проверила пульс, зрачки, дыхание.
Умерл а.
Горничная выронила нож, прошла в ванную комнату, смыла кровь с перчаток, сняла их и спрятала в карман. Вышла из ванной комнаты, прошла к входной двери, открыла ее, сделала глубокий вдох и закричала во всю силу легких, всполошив сразу всех служащих и постояльцев.

Часть первая. «Она моя подружка»

1

Билл намотал леску на катушку спиннинга и заменил приманку. Мы рыбачили с пятницы, и все, чем могли похвастаться, – это недокормленная форель. Такую добычу мы в любой другой день просто выпустили бы назад, в реку.
– Думаешь, нам бы тогда стало везти? – спросил я.
– Вряд ли, – вздохнул Билл, одергивая воротник своей куртки. Ему была явно не по душе вся эта затея. Я с удовольствием проводил время, но Билл, рыбак требовательный, выходил из себя, когда все шло не так, как бы ему хотелось. – Говорил же тебе, сейчас не сезон.
– Не хнычь, – отозвался я. – Чем бы еще ты мог заняться? Читал бы или возился с фейерверками в подвале. По крайней мере, здесь мы дышим свежим воздухом.
– Уж больно далеко пришлось за этим тащиться, – проворчал Билл.
– А еще вид. – Я кивнул на деревья и кусты, росшие на берегу ниже по течению. Вдалеке виднелись очертания большого города, но это почти не портило красоту открытого сельского пейзажа.
Выражение лица Билла немного смягчилось.
– Знаешь, что нам надо сделать? – прибавил я. – Построить здесь хижину и переселиться. Рыбачить от зари до зари.
– Мне нравится, Гек Финн. – Билл улыбнулся и подмотал леску.
– Обязательно нужно будет так сделать.
– Я только «за». – Он вздохнул. – Но ведь ничего не выйдет, верно?
– Нет, – ответил я и, заметив, какое несчастное выражение приняло его лицо, рассмеялся. – Мы с тобой городские парни. Не продержимся долго в глуши, ничего не делая.
– Говори за себя, – фыркнул он, хотя знал, что я прав.
Билл обожал городскую жизнь. Если его лишить гула большого города, он зачахнет и умрет.
Мы немного помолчали, раздумывая о привлекательности сельской жизни. Потом Билл все испортил:
– Как поживает Кардинал?
– Ты же знаешь, я его редко вижу, – пробормотал я.
– Еще не поздно уйти оттуда, – продолжал он. – Можно найти работу в охране где угодно. Человек с твоим опытом может зарабатывать…
– Билл, не надо.
Он поднял одну бровь:
– Никак совесть мучает, Ал?
– Мы все это уже проходили. Мне нравится то, чем я занимаюсь. Бросать не собираюсь.
– Что, если тебе в один прекрасный день прикажут кого-нибудь убить?
Я вздохнул и уставился на прохладную ночную воду.
– А может, уже приказывали, – тихо прибавил Билл.
Я продолжал молчать.
– Ты убивал ради этого монстра, Ал?
Я внимательно посмотрел на него:
– Ты в самом деле хочешь знать?
Пожевав нижнюю губу, он покачал головой:
– Нет. Наверное, нет.
Билл служил в полиции. Я же работал на гангстера. Наши отношения были отличными, пока мы не касались работы. И он завел этот разговор теперь только потому, что испытывал раздражение из-за неудачной рыбалки.
Я взглянул на часы:
– Утро понедельника зовет. Нам скоро пора отправляться, если хотим избежать толкучки на дорогах.
– Мне надо было тоже взять отгул, – с сожалением произнес Билл. Смотав леску, он принялся разбирать спиннинг. Потом бросил взгляд на город и заметил: – Туман ложится.
Я прищурился и увидел зеленые валы тумана, накатывающие на крыши городских зданий. Город славился своим мистическим зеленым туманом, который появлялся неведомо откуда, срамя метеорологию.
– Класс, – с досадой произнес я. – Плюс пара часов на дорогу.
– В это время на дорогах довольно спокойно, – сказал Билл. – Не так уж и задержимся. Хочешь, я поведу?
– Ты вел машину сюда. Теперь моя очередь.
– Знаю, но это моя машина, не хочу, чтобы ты обернул ее вокруг какого-нибудь дерева. Я сяду за руль, если не возражаешь.
Я отрицательно покачал головой.
– Тогда употреблю еще одно пиво.
Пока Билл открывал банку, я принялся собирать вещи и прибирать место стоянки. Это не заняло много времени. Я предложил Биллу взять форель, но тот отказался. Я положил рыбу на лед и погрузил вместе с другим барахлом.
Город вдали уже почти весь накрыло светло-зеленое облако. Человек, не знакомый с нашими местами, мог вообще не заметить город, приняв его за покрытое пеленой озеро.
– Похоже, он улегся надолго, – заметил я.
– Ага, – согласился Билл, скатывая спальный мешок и засовывая его в багажник машины. – На этот раз всерьез.

* * *

Как только оказался дома, я сразу же улегся спать. Желая продлить себе выходные, я взял один отгул, так что не стал заводить будильник и проснулся поздно. Я редко позволяю себе такую роскошь. Я открыл глаза примерно в полдень и еще около часа полежал, подложив под спину подушки и прислушиваясь к звукам, доносящимся с улицы. Было не так шумно, как обычно: туман заставил многих остаться дома.
Я включил радио. Диджей разговаривал с женщиной, страдающей геморроем. Эта болезнь казалась ей постыдной. Она хотела создать общество, члены которого могли бы обсуждать подобные проблемы открыто, не смущаясь. Диджей ее поддержал и предложил слушателям звонить по поводу своих бед.
Я побродил по каналам. Наткнулся на парочку политиков, которые ссорились по поводу тумана. Один желал знать, почему так мало делается, чтобы облегчить жизнь горожан во время «осады». Он требовал установить особо мощные лампы в фонарях, позаботиться об автобусах и поездах специального назначения и организовать доставку продуктов пенсионерам и одиноким матерям.
Что скажет другой политик, меня не заинтересовало. Все это слышал раньше. Эти идиоты треплются по радио каждый раз, как накатывает туман. Если бы продолжил рыскать по каналам, я наверняка наткнулся бы на писклявого профессора каких-то наук, объясняющего, как формируется туман, как долго он может продержаться, что должны делать власти, чтобы избежать неприятностей в будущем.
Выключив радио, я отправился в туалет. Затем выпил стакан воды, подобрал хорошую книгу, включил свою лампу для чтения и устроился поудобнее в предвкушении общения с восхитительными телками и геройскими парнями со стальными глазами.
Спустя два часа я позвонил Эллен.
– В чем дело? – спросила она.
– Просто проверяю, ты насчет сегодняшней встречи не передумала? – Мы договорились вместе поужинать. В «Золотистой луне» – спущу там большую часть недельного заработка, но Эллен того стоит.
– С чего бы это? – фыркнула она.
– Ты в последнее время постоянно занята, вот я и подумал: вдруг ты решишь отказаться?
– Я была занята, но я не рабыня. Я приду. Встречаемся в девять?
– В девять, – подтвердил я и отключился.
Затем я позвонил Ник. Она хотела поехать со мной на рыбалку. Очень обиделась, когда я ей объяснил, что это мужское занятие. Мне хотелось помириться с ней, но она не отвечала. Когда же включился ее автоответчик, я повесил трубку. Ненавижу оставлять послания.
Я вынул форель из морозильника, посмотрел на нее и вздохнул. Казалось пустой тратой времени чистить и готовить такую мелюзгу. Но я не хотел выбрасывать рыбу – меня с детства учили дорожить хорошей едой. Поэтому, повздыхав, принялся за работу.
Когда отрезал форели голову, я заметил, что у нее в глотке что-то застряло. Это оказался круглый черный шарик. Я вытащил его, стер с него слизь и поднес к свету. Абсолютно черный шарик с двумя золотистыми волнистыми линиями на поверхности, напоминающими червяков. «Зачем рыба хватала приманку, если не могла ее проглотить?» – подумал я. Положил шарик на коробку с хлебом и принялся за приготовление рыбы.
Несколько часов спустя, одевшись попрезентабельнее – для особых случаев у меня в шкафу имеется несколько приличных шмоток, – я вызвал такси и отправился на свидание с Эллен, моей бывшей женой, с которой недавно развелся официально.

Туман начал постепенно редеть, так что такси ехало быстро, и я оказался у «Золотистой луны» раньше времени. Я подождал Эллен в фойе ресторана, который мы с ней предпочитали всем другим заведениям. Цены со времен наших ухаживаний резко выросли, но в остальном почти ничего не изменилось. «Золотистая луна» все еще оставалась одним из немногих звеньев, связывающих меня и Эллен с нашим более счастливым прошлым.
Эллен появилась точно в девять вечера, как всегда элегантная. Она поцеловала меня в обе щеки и обняла. Мужчины в фойе позеленели от зависти. В этом был особый кайф – ужинать с ней в таких местах. Я мог выглядеть избежавшей стрижки овцой, зато вел под руку самую красивую женщину в городе.
– Мог бы костюм надеть, – укоризненно произнесла она, отпуская мою руку.
– Если стану носить костюм, то придется начать бриться регулярно, мыться ежедневно и менять нижнее белье раз в неделю.
– Какой кошмар. – Эллен улыбнулась и поправила мой галстук. – Это я купила тебе эту рубашку?
– Возможно. – Рубашка была темно-красной и атласной. Я ее ненавидел, и надел только потому, что ее действительно купила Эллен.
– Тебе идет, – заметила она, и мы вошли в зал.
Вежливый официант проводил нас к нашему столику. Мы сделали заказ, еще не садясь и не заглядывая в меню. В прежние времена мы выпивали две-три бутылки вина за ужином, но сегодня заказали на двоих одну бутылку минеральной воды.
– Как рыбалка? – поинтересовалась Эллен.
Я покачал головой:
– И не спрашивай…
Мы говорили о работе – в основном о работе Эллен, потому что ей никогда не нравилось слушать про гвардейцев, – и старых друзьях. Ни слова о моем запойном прошлом или всех тех случаях, когда я ее подводил. Эллен не отличалась злопамятностью.
Брак наш развалился по моей вине. Я был настоящей задницей. Слишком увлекался работой. Проводил бесконечные вечера с ребятами за бутылкой. Спал с кем попало. Относился к Эллен так, словно она дешевая вещь. Ей все это дерьмо было на фиг не нужно. Красивая, умная женщина с перспективой карьерного роста, она могла выбирать мужиков по своему вкусу. А на меня она положила глаз, когда я был молодым и страстным, готовым слушать то, что она хотела сказать, и всегда находиться при ней. Когда же я пристрастился к бутылке и стал вести себя как последний раздолбай, она меня бросила, и так поступила бы любая разумная женщина.
Принесли заказ, и мы с энтузиазмом принялись за еду. Мы оба всегда отличались здоровым аппетитом, так что почти не разговаривали, пока тарелки не опустели.
Я оглядел ресторан, отметив, как мало среди посетителей моих чернокожих соплеменников. Город открыл двери для людей всех рас и вероисповеданий, но если вы полагаете, что нет широкой линии, разделяющей белых и черных, значит, вы живете в придуманном мире. В «Золотистой луне», дорогом и стильном заведении, я выделялся, как трансвестит в церковном хоре.
– Что за особый повод? – спросила Эллен, вытирая губы салфеткой.
– Да нет никакого. Просто захотелось провести вечер с женщиной моей мечты.
– Не морочь мне голову, Джири, – фыркнула она. – Я ведь знаю, как твоя голова работает – ты ничего не делаешь без повода. Последний раз ты пригласил меня на свидание в день нашего развода… Нужны деньги? – прибавила Эллен (она работала в юридической фирме, одной из лучших в городе).
– Ты же знаешь, за этим я бы к тебе не обратился, – сказал я, расстроившись, что она может обо мне так плохо думать.
– Я пошутила. – Эллен положила на мои черные пальцы свою маленькую белую руку. – Не обижайся.
Я улыбнулся, перевернул руку и пощекотал ее ладонь так, как ей нравилось.
– Знаешь, какой сегодня день?
– Понедельник.
– Шесть месяцев со дня нашего развода.
Она нахмурилась, подсчитывая:
– Тогда ведь была пятница, верно?
– Да, но дата та же.
Эллен пожала плечами:
– Как скажешь. Получается, у нас сегодня… что?.. полуюбилей?
– Ага. Я старался об этом не думать, но дата засела в моем мозгу, и я решил, что ее следует отметить.
– Странный ты парень, Джири.
– Только сейчас это поняла?
– Это не способ ли снова пробраться ко мне в фавориты? – с подозрением проговорила Эллен.
– В смысле, я решил напоить тебя, напеть про добрые старые времена, надеясь, что это приведет нас в твою квартиру и постель?
Она кивнула.
– Абсолютно точно, – улыбнулся я, поднял свой стакан с минералкой и чокнулся с ней. – Пей. Еще пара бокалов, и мы в улете.
– За улет, – ухмыльнулась она.
Мы долго проговорили за десертом, перебирая события последних шести месяцев. До официального развода мы не жили вместе уже примерно два года, так что никак нельзя было сказать, что рана от разрыва еще кровоточила. Я бросил свои дурные привычки, а Эллен простила меня задолго до того, как один из ее коллег подвел черту под нашим разводом.
– Нашел себе женщину? – спросила Эллен, когда ужин уже подходил к концу.
– Никто не может заменить тебя, – сказал я, глядя на нее наивными глазами.
Она швырнула в меня салфеткой:
– Серьезно?
Я подумал о Ник и улыбнулся:
– Так, кое-что. Но ничего значительного. А ты?
Эллен вздохнула:
– Все мужчины, которые ухаживают за мной сейчас, как правило, женатые юристы средних лет, которые считают, что разведенка – это легкая добыча. Становится сложно даже найти кого-нибудь, чтобы переспать.
Официант принес счет, и я подписал его, стараясь не задерживать взгляд на цифре в конце. Эллен предложила заплатить половину, но я отмахнулся. Последние несколько лет брака я мало чем ее баловал. Так что задолжал ей пару ужинов.
– Где ты теперь обитаешь? – поинтересовалась она.
– Вернулся в квартиру.
– Булочная Али все еще работает внизу?
Я кивнул.
– Скажи ему, что я в ближайшие дни обязательно заеду за рогаликом.
Молодоженами мы поселились в жилом квартале, куда я вернулся после того, как распался наш брак. Несмотря на нехватку денег, нам там было совсем не плохо.
– Я заплачу за такси, – сказала Эллен, поднимая руку и останавливая машину.
– Вот уж спасибо, но я пройдусь.
– Уверен? Туман еще очень густой местами. Тебя может кто-нибудь сбить.
– Все же рискну. – Я поцеловал ее в щеку. – Увидимся, Эллен.
– Причем скоро, – заметила она. – Не обязательно ждать особого повода, чтобы позвонить. Понял?
– Понял.
– Прекрасно.
Мы улыбнулись друг другу и расстались. Я дождался, когда такси исчезнет в тумане, и направился в сторону своего дома. Придя домой, я сразу отправился в постель, захватив с кухни шарик с золотистыми зигзагами на поверхности. Мне хотелось рассмотреть его повнимательнее. Я так и заснул с шариком в правой ладони, но когда утром проснулся, его не было, и хотя я все перевернул, найти его так и не смог. Черный шарик забрали ночные тени.

2

Утро вторника. Пора на работу.
Я на велосипеде поехал завтракать в «Шанкар». Один из бонусов работы на Кардинала – бесплатная кормежка в «Шанкаре». Регулярно я в этот крутой ресторан не ходил. По большей части перекусывал рогаликом, купленным у Али, или бутербродом на работе, но мне нравилось туда заглядывать несколько раз в неделю.
Остановился с задней стороны. Перемещался я исключительно на велосипеде. Вне работы. Я приохотился к велосипеду после того, как у меня отобрали права за вождение в пьяном виде несколько лет назад. Мне настолько понравилось ездить на велосипеде, что я продолжал крутить педали даже после того, как мне вернули права.
Ресторан «Шанкар» располагался в просторном двухэтажном помещении (пол верхнего этажа – стеклянный), но отличался аскетичностью обстановки: никаких ковров и дорожек. Леонора Шанкар славилась своим пристрастием к стеклу, мрамору и стали.
Я заметил гвардейцев, рассевшихся за столом около двери, и присоединился к ним. Из моей смены там были только Джерри и Майк, но я знал и остальных. Большинство бойцов личной армии Кардинала хорошо узнавали друг друга за годы совместной работы. Нас было не так уж много, все мы были привязаны к городу и, таким образом, составляли сплоченную группу.
– Вернулся из отпуска, – сказал Джерри, приветствуя меня поднятой кружкой.
Вслед за этим начались расспросы, и я приятно провел четверть часа, описывая прошедшую рыбалку.
– Мне бы тоже хотелось побывать на реке, – заметил Ойсин, парень с печальными глазами. – Я с Нового года работаю по выходным. А ехать среди недели – не то же самое.
– Поменяйся сменами, – посоветовал кто-то.
– Бессмысленно. Жена тоже работает по выходным. Если возьму выходные без нее, она решит, что я задумал сходить налево.
– Женщины ни хрена не понимают в рыбалке, – заявил Майк. – Я ездил на рыбалку, когда был моложе. И каждый раз, когда возвращался, моя подружка обшаривала все мои вещи – искала улики. В конце концов мне это осточертело, и я отказался от рыбалки. А надо было отказаться от подружки.
Мы все согласились и несколько секунд помолчали, раздумывая над странным поведением женщин. Принесли мой заказ: тосты и кофе, – и я быстро покончил с завтраком. Предпочитаю начинать день налегке.
– Что-нибудь случилось, пока меня не было? – поинтересовался я, стряхивая крошки с губ.
– Парочка новых ребят поступила, – сообщил Джерри. – Учим их уму-разуму.
– Тассо и Вельд опять сцепились, – прибавил Майк.
Форд Тассо, правая рука Кардинала, когда-то возглавлял гвардию. Несколько лет назад, когда он занялся более масштабными вещами, его заменил Франк Вельд, но Тассо продолжал считать гвардию «своими людьми» и постоянно критиковал методы руководства Вельда. Я симпатизировал Вельду, но мне нравился Тассо, и еще я считал, что жизнь шла куда интересней, когда Тассо был боссом.
– Что на этот раз? – спросил я.
– В прошлую пятницу в «Скайлайте» убили какую-то девку, – сказал мне Джерри. – Без соответствующего разрешения. Кардинал вышел из себя. Он грыз Тассо, а Тассо грыз Франка. Они вопили друг на друга все выходные. Тассо орал, что никто не мог проскользнуть мимо гвардейцев, когда он был начальником. А Франк снова ругал систему безопасности в «Скайлайте».
Франк хотел улучшить систему безопасности в отеле с тех времен, как принял дела у Тассо. В «Скайлайте», одном из столпов империи Кардинала, проживали многие из его работников и останавливались клиенты извне, когда бывали в городе. Но в сравнении с Дворцом, где работал Кардинал, сердцем его империи, по сути, представлявшем собой неприступную крепость, отель охранялся не столь тщательно. Кардиналу это нравилось, так его гости не чувствовали постоянного надзора и расслаблялись, но Франк, которому попадало всегда, когда что-то случалось, ненавидел эту систему.
– Похоже, он будет доставать нас всю неделю, – вздохнул я.
– Мы уже один день пережили, – заметил Джерри. – Вчерашний день войдет в историю как один из самых омерзительных понедельников. Тебе повезло, что ты его пропустил.
– Ага, – поддержал его Майк, глядя на часы и допивая свой кофе, – но будет совсем плохо, если мы сегодня опоздаем. Малейший повод, и Франк на нас навалится. Давайте расходиться.
– Но у нас еще полчаса, – возразил я.
– Думаешь, Франку есть до этого дело? – ответил Майк. – Я вчера пришел на десять минут раньше, так он меня чуть не уволил.
– Приятно вернуться к работе, – проворчал я, вставая. – Ничего, если я суну свой велик в багажник фургона и поеду с вами, ребята?
Джерри испытывал особую нежность к своему фургону и, как правило, мне отказывал. Но на этот раз сжалился и даже помог мне погрузить велосипед, чтобы я не поцарапал краску.

Франк при нашем появлении в раздевалке гвардейцев демонстративно уставился на часы. Мы пришли на восемнадцать минут раньше начала смены!
– Еще раз в такое время придете, – проворчал он, – будете собирать свои манатки.
Пока Франк распространялся насчет опаздывающих, мы переодевались в форму. Темно-синие брюки, пиджак такого же цвета, светло-синяя рубашка (в холодную погоду полагался голубой джемпер). Зелено-синий берет. Черные ботинки до щиколоток. Никакого галстука, слава богу. У меня имелись три комплекта формы, всегда идеально чистые, ни пятнышка. Форд Тассо большого внимания на внешний вид не обращал, но Франк постоянно придирался. И был прав. В старые времена, когда гвардия представляла собой нелегальную шайку бандитов, было трудновато. Но Кардинал обрел могущество, и мы стали официально признанной армией, а значит, обзавелись всеми прибамбасами респектабельности. Нам во Дворце иногда даже устраивали проверки. Разумеется, мы работали на гангстера, но представляли общественное лицо его организации и, следовательно, должны были выглядеть аккуратно и профессионально.
Джерри присмотрелся к своим ботинкам, покачал головой и начал собирать во рту слюну. Мои ботинки блестели, поэтому я направился по лестнице в один из многочисленных конференц-залов, где мы узнавали задания на текущий день.
В помещении уже находилось много гвардейцев, некоторые только собирались заступать в смену, как я, у других был перерыв. Я нашел свою фамилию на доске объявлений и перевел взгляд направо. Парадная дверь до ланча, патрулирование двора днем. Это подразумевало автомат. Черт! Я ненавидел любое оружие, с которым требовалось обращаться двумя руками.
Я расписался за «калашников» – воспоминание о временах Тассо, – и Анна, хорошенькая девушка, выдала мне автомат.
– Скучала по тебе вчера, – сказала она.
– Отгул, – пояснил я.
– Что-нибудь интересное?
– Рыбачил на реке.
– Ты на этой неделе хочешь поработать сверхурочно? – спросила она.
– Обязательно.
– Сегодня и завтра. О дальнейшем поговорим потом.
Сверхурочная работа никогда не была проблемой в гвардии. Я в последний год наработал много часов сверхурочно. Больше нечего было делать. Кроме того, когда занят, проще держаться подальше от бутылки. Когда мы с Эллен разошлись, я здорово пристрастился. Меня едва из гвардии не вышвырнули. Увяз так глубоко, как только можно, не захлебнувшись. Из этого состояния меня выдернул Билл.
Первую половину дня я провел у парадного входа Дворца с еще несколькими гвардейцами и парой привратников в красной униформе. Мы составляли первую линию охраны. Выглядели вполне обыденно в глазах множества людей, входящих внутрь и выходящих наружу, как неотъемлемые элементы антуража, но на самом деле мы постоянно изучали всех, кто входит, и были готовы открыть огонь при малейших намеках на угрозу. Оружие мы не искали – для его обнаружения служили металлоискатели внутри здания, – но высматривали особое выражение лица или нервный тик. В нашу задачу входило выявление людей, которых здесь быть не должно.
Каждый из нас потратил годы на изучение языка тела. Нас не просто приняли в гвардию и отправили охранять Дворец. Полгода мы занимались на подготовительных курсах, затем пять лет работали в различных филиалах и на разных должностях. Только по истечении этого срока мы считались достойными ознакомиться с системой безопасности Дворца. Затем следовали два месяца патрулирования средних этажей здания, где мы не могли сильно напортачить, и постепенное продвижение к нижнему этажу. После этого – несколько месяцев службы охранниками на заднем дворе, затем постепенное продвижение ближе к ограде. И наконец, парадный вход и вестибюль, но сюда попадали только лучшие из лучших.
Неофициально требовалось, чтобы гвардейцы первой линии обагрили руки кровью во время своей подготовки. Так что каждый из десяти гвардейцев-охранников хотя бы раз совершил убийство во имя Кардинала.
Я убил трижды. Первой жертвой оказался мясник, это произошло всего после одиннадцати месяцев службы. Меня отправили в его магазин с парой более опытных гвардейцев: требовалось стрясти с него деньги за крышевание. Упрямый глупый старик, он слетел с катушек, начал размахивать длиннющим ножом. Мои помощники отпрянули, я выхватил пистолет, прицелился и, когда мясник высоко занес руку с ножом и заревел, как бык, выстрелил ему в лоб, точно по центру.
Только через месяц мне позволили снова надеть форму. Месяц психологического анализа. Я не считал, что это необходимо, о чем и твердил постоянно. Мне не нравилось убивать, хотя я этого не боялся, но это случилось в то время, когда Кардинал боролся за легализацию гвардии. Мы находились в центре общественного внимания, насчет нас велись горячие споры, находились люди, которые утверждали, что мы ничуть не лучше наемных убийц. Тассо и его распорядителям приходилось действовать осторожно. Отсюда такое деликатное обращение.
Второй раз я убил спустя четыре года, во время жестокой стычки с русской мафией, покусившейся на территорию Кардинала. Наша сотня против тридцати иванов. Схватка завязалась в жилом квартале, который русские прибрали к рукам. Я состоял в третьей фаланге гвардейцев, и нас послали прочесывать здания. В темном коридоре я наткнулся на подростка. В руке он держал носок, набитый камнями и монетами. Я сжимал в руке кинжал, которым можно было вспороть брюхо медведю.
Спустя пару недель после этого я начал работать во Дворце.
Третий раз я убил три года назад. Прикончил зарвавшегося копа. Тогда мне первый раз приказали убить. Я забрался в дом копа в его отсутствие. Связал его ребенка и жену, засунул ей кляп в рот. Когда услышал, что он открывает дверь внизу, встал за дверь в его спальне. Когда коп вошел, я сделал шаг вперед и приставил дуло пистолета к его голове.
Страницы:

1 2 3 4 5 6





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.