Библиотека java книг - на главную
Авторов: 52203
Книг: 127951
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Если свекровь - ведьма»

    
размер шрифта:AAA

Лилия Касмасова
Если свекровь – ведьма

© Касмасова Л., 2015
© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2015

* * *

«Дорогие Михаил и Виктория!
Приглашаю вас на семейный обед, который состоится 14 сентября, в субботу, в 4 часа дня.

Место проведения: «Золотые тополя».
Дресс-код: все, что душе угодно.

С уважением и любовью,
Далия Георгиевна Реймс».

Реймс – фамилия моего Миши. Кто эта Далия Георгиевна?
Миша не хочет ничего рассказывать о своих родственниках. Мы знакомы целый год и уже полгода живем вместе, а я даже не знаю, как зовут его родителей, не говоря уже о каких-нибудь тетушках-дядюшках.
Приглашение было написано пером, черными чернилами, на картонке сливочного цвета с золотым узором. Белый конверт – соответствующий: тисненые цветы, витиевато, тем же почерком с завитушками, написанный адрес, на большой марке – маргаритки.
Придет Миша с работы, покажу приглашение, и он будет вынужден хоть что-нибудь, да рассказать.
А вдруг он разорвет открытку на кусочки и выбросит? Хорошо еще, что я сегодня дома и посыльный отдал приглашение мне.
Лучше пока спрячу конверт и спрошу, кто такая Далия Георгиевна…
Интересно, что за семейный обед такой? И почему на него так официально приглашают? Я понимаю – свадьба, юбилей, выигрыш в лотерею…
Я снова взглянула на приглашение. Никаких намеков на то, в честь чего обед, не было – ни в тексте, ни в оформлении.

Я собиралась огорошить Мишу всякими вопросами, но Миша сам меня огорошил. Одним-единственным вопросом.
Миша зашел, разулся, взял меня за руку и утянул в зал. А там вдруг опустился на колено и спросил:
– Выйдешь за меня, Вик?
– Чего?
– Замуж, – сказал он, нахмурив брови.
– С чего это вдруг? – Нет, я люблю Мишу и хочу провести с ним всю жизнь, и планы уже строила насчет свадьбы, и даже когда покупала на той неделе кроссовки, то… ну, не важно.
– Почему «вдруг»? – переспросил за мной Миша.
– Почему сегодня?
– Сегодня… Да так получилось. И день хороший, подходящий. Пятница, тринадцатое, – произнес он.
А, шуточки. У программистов, мне кажется, странное чувство юмора. Половину Мишиных шуток я не понимаю и смеюсь, только чтобы его не обидеть.
Эх. Мне казалось, предложение руки и сердца будет более… романтичным. Ну, знаете, ресторан, скрипки, розы и все такое… И вообще, разве он не должен сначала сказать, что любит меня и жизни без меня не представляет? А уж потом просить руки… И к тому же…
– А кольцо? – спросила я.
– Так ты согласна или нет? – с досадой произнес он.
– Ну… согласна, – сказала я. Как-то все не возвышенно вышло. Надо было мне растрогаться, что ли. Руками там всплеснуть. Завизжать от радости. А может, еще не поздно?
– Тогда… – он вытащил из внутреннего кармана узкую и длинную красную бархатную коробочку. В таких не дарят кольца. В таких бывают авторучки. Он мне авторучку, что ли, в честь помолвки подарит? А может, в ювелирном просто коробочки для колец закончились?
Но кольца там не оказалось. Авторучки, к счастью, тоже.
На черном бархате лежал браслет. Миша взял его, обернул вокруг моего левого запястья и застегнул. Скромный, симпатичный браслет из плоских квадратиков – золоченых снизу, эмалевых снаружи. На каждом квадрате был изображен цветок: роза, василек, ромашка, мальва…
– Симпатичный, – сказала я.
– Он золотой и старинный, – слегка обиженным тоном сказал Миша, поднимаясь. – И стоит целое состояние.
– Ну да, – не поверила я.
– Может быть, не меньше, чем эта квартирка, – лукаво сказал он.
Опять его программистские шутки.
– Теперь ты моя невеста, – сказал он.
– Да, – я улыбнулась. И спрашивать, почему не кольцо, было в этот момент как-то неудобно. В конце концов, какая разница, кольцо, браслет. Главное, суть.
Невеста. Тили-тили-тесто.
– У меня для тебя тоже небольшой сюрприз, – сказала я. Из-за этого трепыхания я позабыла о хитростях и просто принесла приглашение. – Нас зовут на обед.
– Кто? – Он заинтересованно взял открытку.
– Похоже, твоя родственница.
– Мама! – сказал он.
Это такое испуганное восклицание или нас и правда его мама приглашает? Я забрала у него картонку:
– Далия Георгиевна – твоя мама?
– Да. – Он озадаченно почесал макушку.
– И мы пойдем? – Я спрятала приглашение за спину.
– А тебе бы хотелось? – неуверенным голосом спросил он.
– Конечно! – Я подпрыгнула от радости и даже в ладоши хлопнула.
Пожалуй, вот так следовало бы принять предложение руки и сердца. Но тут ведь другое дело. Год умалчиваний и жгучего любопытства! И вот я их увижу, его родственников!
– У меня как раз завтра выходной, – радостно сказала я.
– Ну, ты вообще могла бы уволиться, – сказал Миша.
– Почему это?
– Женщины в нашей семье не работают кассиршами. Мы тебе что-нибудь получше подыщем.
Шутит опять?
– Директором художественной галереи, например? – поддержала я его шутку. Видела я в американском кино девушку – директора галереи. Ходи себе, полотна рассматривай, собирай тусовки и слушай комплименты, какой у тебя вкус замечательный.
– Почему бы нет? – усмехнулся он.
Да ну его с его дурацкими шутками. Я перевела тему:
– А что это за обед? День рождения у кого-то?
– Н-нет, насколько я помню.
– А ты помнишь дни рождения своих? – Может, он с ними уже сто лет не виделся и позабыл.
– Разумеется помню, – сказал Миша. – То есть у всех-то не упомнишь… Но это же мама приглашает.
– А что, у тебя много родни?
– Достаточно. – Миша ослабил галстук и подошел к шифоньеру, чтобы переодеться в домашнее.
– А кто из них там будет? Кстати, где этот ресторан? – Я присела на подлокотник кресла.
– Откуда мне знать, кто будет, – отозвался Миша из-за дверцы шкафа. – Почему ресторан?
– «Золотые тополя», – сказала я.
– Наше поместье так называется.
– Поместье?
– Ну, наш дом на Клязьме.
– Большой дом? – Ведь никто не назовет маленький домишко поместьем?
– Двухэтажный.
– Они у тебя богатые, твои родители? Поэтому ты не хотел о них ничего рассказывать? – И тут до меня вдруг дошло: – Ты думал, меня заинтересуют деньги, а не ты сам?!
– Вовсе нет! Сдурела, что ли?
– Тогда почему?
Ах, ты молчишь? Очень занят напяливанием на себя футболки! Значит, я угадала, дело в деньгах? Да за кого он меня принимает?!
Я ушла на кухню, поставила чайник на газ.
Да, конечно, за аренду квартиры платит Миша. Но ведь и зарабатывает он больше меня раз в пять. И браслет этот дурацкий! Я стала его расстегивать, но застежка не поддавалась.
На кухню зашел Миша.
– Тут застежка неудобная, – сказала я. – Не расстегивается. И почему браслет, а не кольцо?!
Он подошел, взял меня за руку:
– Не расстегивай. Потому что у нас так принято.
– У кого это – у вас? – подняла я на него глаза.
Он замялся:
– В нашей семье. И браслет фамильная драгоценность, бабуля мне дала. Для тебя.
– Да? – Теперь я заметила, что браслет и правда не новый, эмаль местами поцарапана.
– Моя семья, они – не обычные люди, – сказал Миша. – Моя мама… – он слегка запнулся, потом договорил: – … ведьма.
Я ожидала чего угодно, любой информации о его семье (среди версий значились убийства в трех поколениях из-за наследства, а также гены, из-за которых некоторые члены семьи имеют хвост). Но чтобы прятать семью от меня всего лишь из-за дурного нрава его матушки! Это уж слишком!
– Слушай, – сказала я, – может, она у тебя и не подарок, но с твоей стороны обзывать ее так, знаешь, нехорошо…
Брови Миши поползли вверх, и он вдруг расхохотался.
– Ты чего? – не поняла я.
– Она правда ведьма, – сказал он, продолжая смеяться, – самая настоящая.
– Ну да-а, – кисло протянула я. Снова его несмешные шутки.
– Прислушайся к браслету.
– Что?
– Будто шелест, слышишь?
Я приложила браслет к уху. Нет, ничего не слышится. Хотя… может быть, и слышится.
– Да это чайник шумит, – сказала я.
Миша выключил газ:
– А теперь?
Ну, вроде бы шелестит.
– Там что-то в пластинках внутри? – спросила я.
– Нет, – покачал головой Миша. – На самом деле это не шелест, браслет произносит нашу фамилию, «Реймс».
Я снова послушала – нет, он меня дурачит! Шелест и шелест, но ничего похожего на слово «Реймс».
– Услышать могут только ведьмы или сыновья ведьм, – сказал Миша.
– Ну да, ха-ха, смешно, – сказала я, скривившись.
– Идем. – Он взял меня за руку и потащил за собой в зал.
Открыл шкаф, достал с полки свой серый свитер домашней вязки и подал мне:
– Пощупай.
Я не понимала, чего он хочет, но свитер взяла. Приятный, мягкий, теплый.
– Чувствуешь? – спросил Миша.
– Что?
– Он теплый.
Свитер был и вправду точно с батареи сняли.
– Бабуля связала, – сказал Миша. – И слегка наколдовала, чтобы он всегда меня согревал.
Я хмыкнула. Заглянула в шкаф – ни грелки, ни утюга какого-нибудь там не обнаружилось.
– Погоди, так бабушка твоя тоже, что ли… – Не то чтобы я поверила полностью, но мне всегда хотелось, чтобы такие вещи существовали: ну, волшебство, магия…
– Бабушка, и тети, и двоюродные сестры… Все женщины в семье, – и он добавил чуть тише: – И жены моих братьев тоже.
Тут мысли мои вдруг переключились на другое.
– Значит, я не вписываюсь?
– Не вписываешься? – сказал он, будто бы не понимая. Но глаза опустил.
– Ну, все женщины ведьмы, и жены твоих братьев тоже… У тебя сколько братьев, кстати?
– Двое.
– Ну вот, а я просто человек.
– А мне бы и не хотелось, чтобы моя жена была ведьмой.
– Правда? – улыбнулась я.
Он сгреб меня в объятия:
– Ты бы колдовала, была бы могущественной, делала бы все, что захотела…
Мне прям захотелось быть ведьмой, честное слово. Но Миша продолжил:
– А я? Я был бы вроде твоего верного глупого пса.
– То есть ваши мужчины, они…
– Они обычные люди, – сказал Миша. – Жены вертят ими как хотят. А мне бы хотелось равноправных отношений.
А теперь мне очень даже нравилось, что я просто человек.
После его слов о равноправных отношениях я почему-то полностью поверила, что ведьмы существуют.
– А мы сообщим твоей семье, что собираемся пожениться? – спросила я.
– Само собой! – сказал Миша.
Я представила, как Миша скажет: «А это моя невеста – Вика», и все кинутся меня целовать в щеки, обнимать, будут поздравлять нас и поднимать за нас тосты на этом званом семейном обеде.
– А если спросят, когда свадьба? – обеспокоилась я. Месяца два-три на подготовку, пожалуй, хватит.
– К Новому году? – спросил Миша.
– Да, – покивала я. Можно будет подобрать прелестную белую шубку из пушистого искусственного меха. И весь город будет нарядный и сияющий, будто нарочно для нас.

Весь вечер я выбирала одежду. Спросила Мишу, что могут значить слова «все, что душе угодно», он ответил:
– Все, что душе угодно.
Шуточки ему. А я еду с родителями жениха знакомиться! Надо выглядеть милой, скромной, но в то же время и не серым воробышком – а то решат, что Миша мог бы найти кого и повиднее.
Вопрос первый – платье или брюки? Платье, конечно, и наряднее, и женственнее. В ушах звучали слова мамы: «Викуля, ты же девочка! Снова эти драные штаны! Тебя воспитательница в группу не пустит!» (Ах, какие это были чудесные розовые джинсики с цветочками! До сих пор ищу похожие!)
Наверное, все матери ждут, что их сыновья придут с невестой, одетой в симпатичное платьице длиной чуть ниже колена, в мелкую клеточку и с расклешенной юбкой, или вот в это скромное мини, бледно-розовое в узорах. Надеть туфли, трикотажную кофту, и я буду вся такая романтичная, нежная, как героиня старых фильмов. Я им определенно понравлюсь. И я решительно вытащила из шкафа вешалку с розовым платьем.
Но с другой стороны – что такое поместье? Это пастбища, поля и леса. Ну, мне так кажется. А в чем люди ходят на пастбищах? Мне вспомнились почему-то американские киношные ранчо, где обитают лихие ковбои в джинсах и кожаных жилетках. Джинсы! В них можно лазать по холмам и долинам, прыгать, бегать и спокойно перемахивать через изгороди. Ведь после обеда мы наверняка отправимся на прогулку!
Хороша же я буду в своих коротеньких миленьких платьицах, цепляющихся за колючий кустарник, и в туфлях, увязающих в земле!
Я вернула платье в шкаф и вытащила оттуда свои любимые темно-синие джинсы. Романтизирую их блузкой в мелкий цветочек, а для тепла возьму… пожалуй, кофту, которую сама связала из остатков разных шерстяных ниток.
Бабуля Миши тоже вяжет, да и мама, наверное. Они увидят, что я вписываюсь в их семью, как родная. И к тому же заметят, что я творческая натура.
И кроссовки, разумеется. Белые. Совершенно белые. В магазине было полно белых со всякими синими и черными полосками, но я увидела эти и поняла, что могу их надеть даже со свадебным платьем. Это было бы оригинально и очень удобно! Стоять весь день, принимать поздравления, танцевать, участвовать в конкурсах, которые придумывают ведущие свадеб – все это можно выдержать только в кроссовках!
Потом я вспомнила, что половина Мишиной семьи – вовсе не обычные люди. Я спросила его, ведьмы одеваются по-другому, чем мы? Он оторвался на миг от журнала про компьютеры, наморщил лоб и сказал:
– Да вроде бы нет.
Ох уж эти мужчины! Им совершенно плевать на одежду!
– Может, они носят все черное? – Мне вспомнилась семейка Адамс.
– Вот это уж точно нет, – прозвучало из-за журнала.
Ага, значит, совсем наоборот – цветное. Уж чего-чего, а цвета в моем наряде будет предостаточно. Особенно если станет прохладно и я надену кофту.
Коробка с белыми свадебными кроссовками была на шкафу. Я не хотела их носить до свадьбы, но завтра же особенный повод.
Я поставила к шкафу стул и залезла на него. Коробка была далеко, я могла достать до нее только кончиками пальцев. Да кто ж ее так далеко засунул?! А, ну да, помнится, летом я убирала на шкаф пакет с зимней курткой. Пакет, видимо, толкнул коробку.
Я встала на цыпочки, потянулась, и вот уже, почти… Рука моя скользнула по коробке…
– Хотя, да, вспомнил, тетя Орхидея одевается во все черное, – произнес Миша.
– Почему? – Я попыталась взглянуть на него из-под руки, потеряла равновесие, зашаталась и как-то неудачно спрыгнула на пол, вскрикнув: – А-а!
Нога! Ох, как же больно!
Сверху с шуршанием свалились коробка и пакет с курткой. Хорошо, что не на голову.
Миша вскочил с дивана, подбежал ко мне:
– Ты чего?
– Все нормально. – Я плюхнулась на стул. – Так почему?
– Что почему?
– Почему она носит черное? – Я ощупывала левую лодыжку.
– Кажется, потому что черный стройнит, – озадаченно произнес Миша. – Что с ногой?
Я попробовала повертеть стопой. Ой, ой!
– М-да, – сказала я.
– Что? – испуганно спросил Миша.
– Имя у нее странное.
– У ведьм всегда такие.
– Какие?
– Цветы, растения. – Он пожал плечами.
Я снова осторожно повела стопой вверх-вниз. Да уж. Вывиха вроде нет, но танцевать и скакать через изгороди я завтра наверняка не смогу.
Может, все же надеть платье?

В общем, на утро, в субботу, я хромала, а лодыжка была припухшей.
Но свадебная кроссовка на ногу все же налезла!
Все утро я размышляла, что купить в подарок. Неудобно же являться с пустыми руками! Цветы его маме – это понятно. А еще что? Тортик, наверное, будет в самый раз к чаю.
– Розы? – переспросил Миша, когда я ему об этом сказала. Мы усаживались в его «Фольксваген Гольф». – Ни в коем случае.
– Почему? – удивилась я.
– Ведьмам дарят цветы только по их имени.
– Да? – Как интересно. – Но твою маму зовут Далия. Я не знаю цветов с таким названием.
– Вообще-то ее настоящее имя – Георгина.
– Да что ты!
– В молодости она некоторое время жила в Англии и сменила имя на его английский вариант.
– Ах, английский вариант! Значит, подарим ей георгины. Может, даже бывают какого-нибудь английского сорта.
– Н-ну, я не уверен, что она обрадуется.
– Почему?
– Хм. Недавно сосед подарил маме букет георгинов из сада. Она ему этот букет на голову надела.
– Может, дело было не в георгинах, а в соседе, – сказала я и подумала, что георгины по крайней мере не такие травматичные, как розы.
– Ну, не знаю, – сказал Миша.
– Купим ей большой букет георгинов!
– Я лично их дарить не рискну.
– Я подарю, – сказала я. – И еще заедем в ту кондитерскую на Фрунзенской, купим торт?
– Если мама приглашает на обед, торт там будет, – сказал Миша, – можешь не сомневаться.
– Она сама их печет? – поинтересовалась я.
– Нет, у нас есть повар.
– Правда? – У меня челюсть отпала от изумления. – Свой личный повар?
– Кхм. Ну да. До этого все время попадались неважные повара и поварихи, а тут пару недель назад мама нашла какого-то супершефа, француза.
Да-да. Проблемы с этими поварами, представляю. То недосолят, то пересолят. То вместо пирога с мясом пирог с рыбой подадут.
Я спросила:
– Может, у вас и слуги имеются?!
– Да.
– Твои родители такие богатые?
– Ну, не бедные. Средние.
Ага. Средние. Средние в моем представлении – это те, кто может себе позволить в Турцию раз в год съездить. А не те, у которых дворец и повар!
Мне так и хотелось спросить, на чем же они так разбогатели. Но это было как-то… неудобно. А вдруг на чем-нибудь нелегальном?
За тортом мы все же заехали. Я подумала, что тортов много не бывает. Тем более шоколадных.
До поселка, по соседству с которым находилось поместье, от Кольцевой добирались больше часа.
Гладкая асфальтированная дорога проходила через поселок и сворачивала к берегу Клязьмы. Машин почти не было, только трактор куда-то полз по краю асфальта.
Я удивилась, что дорога такая хорошая, хотя это вовсе не шоссе и никто по ней, похоже, не ездит.
– Мама постаралась, – коротко отозвался Миша на мое замечание.
– Наколдовала? – восторженно спросила я.
– Бригаду асфальтоукладчиков наняла.
– А-а, – разочарованно протянула я.
– А потом что-то и наколдовала. Говорит, теперь эту дорогу и танк не поцарапает.
– Ух ты!
Мы ехали вдоль реки, но она едва угадывалась за кустарниками и стройным рядом тополей. Потом свернули налево и въехали под сень тополиной рощи. Начавшие желтеть листья тихо звенели на ветру. Понятно теперь, почему поместье называется «Золотые тополя».
Здесь было тихо, красиво и уединенно. Вскоре впереди за светло-серыми стволами показалась высокая ограда из камня. Кованые ворота были распахнуты, но Миша перед ними притормозил. Проворчал:
– Ну вот, я часы забыл надеть. – И повернулся ко мне: – Ты приглашение, надеюсь, взяла?
– Да, – сказала я, придержала торт, чтобы он не свалился с колен, открыла свою сумку-почтальонку, и… оказалось, приглашение я забыла. – Оно на комоде осталось! А что, – улыбнулась я, – нас без него не пустят?
– А браслет на тебе? – вместо ответа снова спросил он.
Я помахала рукой с браслетом, пластинки звякнули.
– Ну и прекрасно, – он тронул машину с места.
– А при чем тут браслет? – спросила я. Наверное, хочет похвастаться нашей помолвкой с порога.
– Это вроде пропуска, – сказал Миша. – Ворота заколдованы, как и вся ограда. Чтобы чужие не проникли.
Когда мы поравнялись с каменными столбами ворот, снаружи раздалась тихая переливчатая трель, и браслет на моей руке неожиданно отозвался двумя нотами в ответ. Я чуть торт на пол не смахнула.
– Ничего себе, – пробормотала я. – А почему ты спросил про приглашение, оно что, тоже пропуск?
– Угу, на сегодняшнюю дату. И мои часы – пропуск, но они – постоянный.
Мы ехали по аллее, которую обрамляли густые заросли деревьев и кустов.
– А если бы у нас не было пропуска? – продолжала допытываться я. Интересно, как ведьмы незваных гостей встречают.
– Сирена, сеть, слабый разряд тока. Только чтобы вырубить на время.
– Да?! – Вот ужас.
– Но сейчас, наверное, только сирена. Сегодня же гости. Оборона по минимуму. Вдруг кто по рассеянности приглашение забудет.
Я хотела еще о чем-то спросить, но все вопросы забылись, потому что из-за поворота аллеи на нас выплыл дом.
Хотя просто домом назвать его было трудно. Особняк, вилла – эти слова подошли бы куда лучше. Передо мной возвышалось двухэтажное строение, очень современное – часть стен была сплошь из стекла.
Перед особняком раскинулась огромная ровная асфальтированная площадка. Машин на ней не было. Похоже, мы прибыли первыми.
Мы подъехали к самому крыльцу. На бетонных ступенях сидел седовласый мужчина в бархатном бордовом пиджаке и серых полосатых брюках. Когда Миша остановил машину, мужчина поднялся и сошел со ступенек нам навстречу.
Я передала Мише торт, взяла с заднего сиденья букет огромных бордовых георгинов и выбралась из машины.
Мужчина похлопал по плечу подошедшего к нему Мишу:
– Здорово, Мишаня.
– Привет, пап, – отвечал Миша.
«Пап»?! Так это Мишин отец! Хотя я могла бы и так догадаться: у мужчины были такие же, как у Миши, карие, широко раскрытые, будто удивленные, глаза и точно такой же аккуратный четкий профиль.
– Стив и Алекс не приедут, – сообщил мужчина. – Женушек делегировали. Мама сердится, что мальчики не нашли время.
– Ясно, – сказал Миша.
Когда я приблизилась, мужчина взглянул на георгины в моей руке и сказал:
– Зря.
– Познакомься, пап, – сказал Миша, – это Вика. Вика, это мой папа, Дмитрий Васильевич.
– Очень приятно, – сказал его папа и улыбнулся: – Красивая походка.
Я растерялась. Это он так шутит, что ли?
– Да, – говорю, – это я вчера неудачно на ногу приземлилась.
– А-а, – разочарованно протянул он. – Значит, скоро пройдет?
– Надеюсь, – сказала я.
– Жаль, – сказал он, – что не навсегда.
– Папа, – сказал Миша, – она не ведьма.
– Правда? – удивился папа.
– Да, – сказала я.
Дмитрий Васильевич кивнул на георгины и сказал:
– Тогда тем более зря.
Мне захотелось избавиться от букета. Может, просто выкинуть его за перила, в кусты?
Но тут входная стеклянная дверь открылась, и из дома вышла женщина – высокая брюнетка лет пятидесяти, в синем шелковом платье в пол, с тяжелым золотым ожерельем на шее и огромными перстнями на пальцах.
– Я пойду пройдусь, покурю, – сказал Мишин папа и быстрым шагом направился прочь по аллее.
Брюнетка, слегка прищурив один глаз, скользнула по мне взглядом и недовольно спросила Мишу:
– Кто это?
– Здравствуй, мам, – сказал Миша, поднимаясь к ней.
– Привет, сын, – она приобняла его и поцеловала в щеку.
Так вот они какие, ведьмы! Женщина как женщина. Наряд, конечно, немного экстравагантный, но мне нравится.
Я тоже поднялась на крыльцо и, улыбнувшись, поздоровалась.
– Мам, – сказал Миша, – это Вика, – и сразу же добавил: – Она из… простых…
– Я заметила, – коротко бросила Далия Георгиевна.
– Но она все знает, – договорил Миша.
Далия поджала губы, ее лицо стало еще более высокомерным и властным. Потом она кивнула на браслет на моем запястье:
– Значит, уже?
– Да, – сказал Миша замирающим голосом.
– А разрешение?
– Бабуля должна была уже…
– Ах, вот оно, значит, что, – процедила Далия Георгиевна. – Это она перебила.
Что перебила? И вообще, о чем это они толкуют? Я протянула Мишиной маме букет:
– Это вам.
Она взяла цветы и выбросила их за перила, как собиралась сделать я. Потом развернулась и зашла в дом. Я даже не успела ничего сказать.
– Извини ее, – примирительно сказал Миша, – она просто немного в шоке.
– Я тоже.
– Ты сама хотела с ними познакомиться.
– Да. – Но я уже начинала жалеть об этом.
– И я ведь предупреждал насчет цветов, – виновато сказал он.
– Да. Но почему она так?
– Потому что не любит имя Георгина, – раздался из-за деревьев голос Дмитрия Васильевича. – Особенно в сочетании с отчеством Георгиевна. – Потом прозвучало совсем тихое бормотание себе под нос: – Хорошо, что я не имею привычки дарить ей букеты.
Да, может быть, Георгина Георгиевна и правда звучит не очень… Но на мой вкус, вполне себе ничего. И потом, не обязательно из-за этого букетами швыряться!
– Она оттает, вот увидишь, – сказал Миша.
– Она поняла по браслету, что ты сделал мне предложение, да?
– Да.
– А что за разрешение?
– На брак с… простыми, – сказал Миша.
– Да? И кто его дает?
Миша слегка запнулся, потом сказал:
– Министерство Магии.
Ответ меня почему-то так ошеломил, что я ничего не сказала. А Миша открыл стеклянную дверь, пропуская меня вперед, и сказал:
– Идем в дом.
Внутри было светло и просторно. Никаких пучков травы, стеклянных банок с зельями и сушеными змеями или хотя бы ступы с метлой я не заметила. Может, они прячут все это в дальних комнатах?
Тут не было и следов колдовства. Мягкий свет солнца беспрепятственно проникал сквозь стеклянные стены. Мебель – современная, как и сам дом, и, похоже, супердизайнерская: серые квадратные пуфы, белый диван, по форме похожий на глыбу льда, стеклянные столики.
На второй этаж вела скромная, со стальными перилами, лестница.
Я никогда не была в таких красивых домах, только в фильмах их видела, да и то в заграничных.
Лучше бы они жили в избушке, но отнеслись ко мне хоть чуточку теплее.
– Почему твой папа огорчился, что моя хромота скоро пройдет?
– А, это, – сказал Миша, – ты извини его. Дело в том, что для ведьмы хромота – это плюс.
– Правда?
– Угу… – кивнул Миша.
– А Стив и Алекс – это твои братья? – смешные имена, будто из мультика Диснея.
– Угу, – сказал Миша. – Первый муж мамы был англичанин. Она училась в Уэльсе, в Институте ведьм.
– А-а, понятно.
– Да, у нас разные отцы… Я отнесу торт на кухню, а ты пока проходи, – он махнул рукой в сторону глыбы льда, – присаживайся… И вообще, будь как дома.
Он ушел. «Будь как дома!» Он, наверное, шутит. Я прошла в глубь гостиной, прислушалась. Откуда-то из дальних помещений слышался голос Миши и мужской бас – наверное, повара.
Далия, видимо, решила не мучить нас своим гостеприимством и скрылась где-то. Ну и хорошо. Если при первой встрече она швыряется букетами, то во вторую, возможно, захочет зафинтилить торт в лицо. А мне неохота снова макияж наносить.
У дивана лежал белый ковер с ворсом чуть не по щиколотку. Напротив было возвышение, вроде эстрады. Там стоял небольшой черный рояль, рядом высился контрабас, а на трех стульях лежали дудки – одна здоровенная, золотая, и две небольшие, черные, с серебряными кнопочками.
Я не умею играть ни на одном музыкальном инструменте, но попробовать мне всегда хотелось. Я поднялась на эстраду и взяла смычок, который валялся на полу около контрабаса.
Вокруг стояла тишина. Многочисленные слуги, о которых говорил Миша, не показывались, как и Далия. Или у слуг сегодня выходной? А может, они пошли на рынок за продуктами к обеду?
В общем, я неуклюже обняла контрабас и провела смычком по струнам.
Более жуткого звука я в жизни своей не слышала. Таким только детей пугать и слабонервных женщин. Можно еще фильмы ужасов озвучивать – изображать скрип двери на чердаке ночью.
Ну, ничего, Москва не сразу строилась. Я стала водить смычком туда-сюда. Но ничего похожего на музыку у меня не получалось. Ах да! Надо же еще прижимать струны пальцами. И как я забыла!
Я прижала струны. Замахнулась смычком. Но тут он выскользнул из моей руки, взлетел в воздух и стеганул меня по заду.
– Ай! – Я подскочила.
Было довольно больно. Я попыталась поймать смычок, а он взял и хлестнул меня по ногам, отчего сломался и упал на эстраду.
Ну и инструменты у них! Волшебные!
Я наклонилась и с опаской потрогала смычок. Подняла его. Два обломка висели, соединенные волосом.
– Что за наглость! – раздался возмущенный голос с лестницы. Со второго этажа спускалась Далия. – Ломать мои музыкальные инструменты!
– Это не я! Оно само. – Я осторожно положила обломки смычка на пол. – Он стал меня бить и сломался.
Страницы:

1 2 3 4 5 6





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • olgabel о книге: Александр Верт - Пекло [СИ]
    Читаю сейчас. Неожиданно... достоверно, очень жестоко, но... если подумать, уголовный мир,где есть только борьба за выживание на непригодной для жизни планете, каким бы он мог быть еще?

  • Nanni о книге: Николай Александрович Воронков - Везунчик [СИ]
    Понравилось!!! В данном произведении, я бы не стала опираться на аннотацию. На мой взгляд она слишком «черновая». Книга хороша! Прочла залпом первую часть. Да, есть плюшки у Гг, есть косяки, но читается легко.
    Понравилось тем, что хоть Гг и попаданец, но он не пытается перекроить мир под себя, если есть какие-то новшества с его стороны в развитие мира, то это до того примитив, до которого лучшие умы данного мира дотумкали бы и сами , не сегодня так завтра, а Гг просто подсказал, что дескать вот так будет лучше. Учится, старается выкрутиться из всех сложностей и при этом не подохнуть
    Минус в том, что это серия из трёх книг( по крайней мере автор заявил о том, что третьей книге быть) и они ещё не написаны, вторая не до конца. Поэтому надо ждать...

  • olgabel о книге: Диана Хант - Сердце Черной Пустоши. Книга 3
    Лучше не читать. Как будто другой автор писал.

  • book.com о книге: Ви Киланд - О, мой босс!
    Мне на первый взгляд книга не показалась шаблонной, но потом герои начали вызывать раздражение, вплоть до отвращения. У главного героя, кроме красивой внешности, больше нет никаких достоинств. Ах, да, еще он часто представляет свой член во рту главной героини. Такая вот эротика...

  • Несси о книге: Теа Харрисон - Сердце бури [любительский перевод]
    Читать можно, но первая книга лучше.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.