Библиотека java книг - на главную
Авторов: 49378
Книг: 123140
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Я приду за тобой»

    
размер шрифта:AAA

Дж. Э. Хасс
Я приду за тобой

Пролог

Порочное обещание превращается в темную одержимость...
Харпер старается быть незаметной, двигаться по жизни, не привлекая к себе внимания, прячась от тени прошлого, избегая света будущего...
У Джеймса нет ограничений — он неукротимый. Он ищет выход из сложившейся ситуации, разыскивая человека, которому он может спасти жизнь вместо того, чтобы забрать ее.
Стойкость не имеет шанса на победу, когда ты безуспешно пытаешься заявить свои права на девушку, которая источает ауру опасности. Их связь не проста, а будущее сомнительно. Но одно известно точно: поодиночке Харпер и Джеймс опасны, вместе — неудержимы.

Глава 1

Джеймс

Даже если бы я не смотрел...
Даже если бы не наблюдал...
Даже если бы я не был одержим...
Нет никакого гребаного шанса, что я мог бы потерять ее из виду.
Пляж забит до отказа. Сегодня суббота, время медленно перевалило за полдень. Даже, невзирая на июньскую жару, в округе Ориндж погода стоит просто восхитительная. Семьдесят восемь градусов по Фаренгейту (прим.пер.— около 25°C) в восемь вечера и легкий ветерок, что развевает ее золотистые волосы вокруг сердцевидного лица. В океане бушуют высокие волны, помогая серферам и дальше заниматься своим любимым делом — ловить и покорять волну. Светловолосая красавица наблюдает за открывающимся перед ней видом, сидя на ступеньках закусочной «PierPlaza», и наслаждается скромным ужином, который состоит из фастфуда. Красный оттенок заката смешался с ярко-оранжевым, четко выделяя линию горизонта, которая открывает передо мной захватывающее зрелище: теплые лучи мягкого света падают и ласкают ее загорелое тело.
Прекрасный вечер. Но эта девушка единственное, что я могу видеть.
Я наблюдаю за ней уже на протяжении трех месяцев. Она приходит на пляж дважды в день. В первый раз еще рано утром, как раз перед самым открытием пирса Хантингтон-Бич. Она словно следует какому-то сумасшедшему будничному расписанию, которое, судя по всему, для нее не выглядит чем-то ненормальным, просто привычное действие, которое, как мне кажется, девушка привыкла совершать с того момента, как была еще ребенком.
Затем, во второй раз она возвращается сюда вечером. Сидя на ступеньках, она все еще соблюдает свою негласную традицию, поглощая вечернюю порцию фастфуда. Ее внимание также сосредоточено на океанской глади. Если бы на волнах не было серферов, то она наблюдала бы за тихими всплесками волн.
Но также от моего внимания не ускользнуло, что эта красотка обращает внимание на каждую деталь. На всех, кто проходит мимо, хотя никогда ни с кем не вступает в диалог. Если скейтбордисты, которые катаются по велосипедным дорожкам, проезжают рядом с ней, то она, не долго думая, поднимается и уходит. Если они начинают привлекать к себе внимание, она отворачивается. Иногда они спрашивают ее имя, но она или глухая, или же просто хорошо обучена не вступать ни с кем в контакт.
Но она не глухая.
Я прекрасно знаю, что она не глухая.
Я знаю, где она живет.
Я знаю, что она скрывается.
Также прекрасно знаю, что я самый последний человек, кого бы она хотела видеть. Я ее ночной кошмар. Я тот, кто вырывает крики ужаса и заставляет просыпаться в холодном поту.
Также я знаю о ней много мелочей, о чем она, естественно, даже и не подозревает, хотя она очень наблюдательна. Но я лучше, я тот, кого вы никогда не заметите, если я того не захочу. Вы думаете, монстры появляются только ночью. Нет, это не так, это лишь ваша иллюзия. Монстры повсюду, и на это не влияет время суток, мы умеем хорошо маскироваться. Я даже знаю, что она спит в трусиках-шортиках и тонкой маечке.
Я знаю, что у нее проблемы с тревожностью, потому что она держит пузырек с таблетками в шкафчике ванной комнаты.
Я также знаю, что она никогда не принимала эти таблетки. Я пересчитал их. Но каждый раз, когда я проверяю пузырек, он меняет свое местоположение. Из этого делаю вывод, что она размышляет над тем, чтобы принять их.
Я знаю, что у нее есть телефон, но она никогда не пользуется им. Я проверял в настройках телефона количество минут, которые фиксируются при разговоре. Цифра всегда неизменна. Я знаю, что она хранит деньги дома, они находятся в ее холодильнике. Также мне известно, что иногда ночью она ласкает себя, кончая за считанные секунды, и ее спина соблазнительно изгибается во время оргазма.
Я знаю, что она испытывает чувство безмерной печали и пытается противостоять ему. Я читал ее личные записи. Это не похоже на дневник, просто хаотичные заметки. Каждый вечер перед сном она записывает все, что ее беспокоит, что произошло за день, затем отправляется в кровать, а когда просыпается утром — перечитывает их. Потом она направляется на кухню и сжигает в раковине в кухне, перед тем как начать заново свой обычный будничный распорядок дня. Даже и не подозревая, что я могу приходить и ночью, чтобы наблюдать за ее сном.
Она пишет всегда одно и то же: «Пожалуйста, поторопись. Пожалуйста, приди за мной. Не забывай обо мне. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не оставляй меня здесь в одиночестве».
Я знаю столько всего про нее, но не знаю лишь одного — ее имени. Или же кого она так ждет. У меня есть некоторые мысли по этому поводу, попытка выдать желаемое за действительное. Я не знаю, почему я все еще здесь. Что меня держит рядом с ней. Если я захочу, у моих ног будет любая, но мне этого не нужно.
Но я определенно точно знаю одно, что касается этой девушки: она принадлежит мне.
Я тот, кто пришел за ней. Я тот, кто нашел ее. Я буду тем, кто спасет ее.

Глава 2

Харпер

— Как твое имя?
Голос застает меня врасплох, потому что я даже не подозревала, что кто-то еще был рядом со мной в дальней части пирса. Сегодня утром очень большие волны, которые с шумом ударяются и разбиваются о столбы внизу, настолько сильно, что образовывают мягкий туман над водой. Я даже не поворачиваюсь к нему лицом. У него приятный рокочущий голос, от которого внутри меня сразу же разливается трепет, и я понимаю, что слышала его ранее. Я мысленно рисую образ человека, которому принадлежит голос. Он достаточно высокий и накачанный. Он молод. Я продолжаю, не отвлекаясь, рассматривать линию горизонта, буравя сосредоточенным взглядом Тихий океан, ожидая первых рассветных лучей. Водная гладь успокаивается, и мне не нравится, что он прерывает мое сосредоточенное наблюдение за восходом солнца.
— Эй? Я спросил твое имя! — снова раздается его голос.
Он один из тех людей, которые любят, чтобы их вопросы не оставались без ответа. Парень, определенно, обладает властью, но он не полицейский и не солдат. У полицейских чаще всего «я-лично-против-вас-ничего-не-имею» и «вы-заставляете-меня-умирать от скуки, поэтому-просто-ответьте-на-мои-вопросы» тон. Солдатам-наемникам, которым за работу платит правительство, наплевать на меня. Таким образом, он также не состоит на службе в армии. Я росла, слушая властные голоса, подмечая, какой вдохновляет, какой пугает, а какого нужно остерегаться. По голосу этого парня я могу точно сказать, что он никогда в своей жизни не испытывал страха. Он привык, что ему подчиняются и явно не привык, что его вопросы остаются без ответа.
Он один из нас, мое сердце почувствовало его. Я сразу же поняла это, даже несмотря на то, что он произнес всего пару слов.
Я не выдаю себя, просто продолжаю искать взглядом голубую линию горизонта, где океан сольется воедино с небом, когда первый луч коснется водной глади. Почему люди не могут оставить меня в покое? Что им вечно от меня нужно?
— Эй, женщина, — недовольно бормочет он и делает пару шагов ко мне. На нем нет ботинок, он босой, я могу это сказать по тому, как его ступни шаркают по бетонному пирсу, когда он приближается ко мне. Мое сердце сжимается на несколько секунд, и я судорожно соображаю, не хочет ли он причинить мне боль. Было ли ему позволено причинить мне боль или ранить меня? Я много раз прокручивала в голове момент, когда меня найдут и попытаются схватить, но такого в моем сценарии точно не было.
Готова ли я?
Он кладет руку на мое правое плечо, слегка сжимая его, затем разворачивает меня к себе. Это становится спусковым механизмом для меня. Я не хочу, чтобы он видел мое лицо. Ему не позволено видеть мое лицо, никому не позволено.
Я хватаю его запястье двумя руками, немного наклоняясь вперед, и отставляю одну ногу назад для равновесия и опоры, делая подсечку. Затем поднимаю его и делаю не очень аккуратный бросок. Это все, потому что он намного крупнее и тяжелее всех, на ком я, когда-либо тренировалась. Парень вместо того, чтобы перелететь через мое плечо и упасть, скатывается с моего плеча на бок, но выиграть немного времени — это все, что мне сейчас нужно.
Я быстро забираюсь на перила пирса Хантингтон-Бич и прыгаю в туман.
Я погружаюсь в темные волны океана с негромким всплеском и затем слышу лишь, как разбиваются волны о бетонные столбы. Я плавно изгибаюсь, меняя положение движения тела, и плыву против сильного течения, затем делаю кувырок и плыву в противоположную сторону, со всей силы отталкиваясь ногами. Я выныриваю под пирсом, но внезапно меня настигает волна, захватывая как тряпичную куклу, и с неимоверной силой отбрасывает головой вперед, впечатывая в один из бетонных столбов, что поддерживают пирс.
Острая боль пронзает голову, и мое тело на мгновение немеет, восстанавливаясь от силы удара.
Мои инстинкты замедлены, мой страх — моя ошибка. Я открываю рот и начинаю захлебываться, инстинктивно заглатывая еще больше жидкости, я из последних сил устремляюсь вверх, откуда проглядывается маленький лучик света.
Я чувствую, как сильная рука хватает меня за щиколотку и делаю усилие, проглатывая воду, чтобы она не попала в мои легкие. Я пытаюсь отпихиваться и пинаться, но мой организм слишком перегружен и дезориентирован, но все же пытается справиться с опасной для жизни ситуацией. Наконец, я прекращаю бороться, позволяя ему подтянуть меня ближе к своему телу.
Если этот парень прыгнул вслед за мной с пирса, то он не отпустит меня просто так, нет ни одного гребаного шанса, что я смогу одержать над ним победу под водой. Я просто-напросто захлебнусь.
Его рука отпускает мою лодыжку и на этот раз хватает меня за предплечье, подтягивая меня ближе к поверхности. Я выныриваю из воды, делая спасительный и такой долгожданный глоток воздуха, и сразу же начинаю откашливать воду. Адреналин проносится яркой вспышкой и бурлит в моей крови, это наиболее простейшая реакция для организма в таких ситуациях, которая называется механизмом «бей и беги» (прим.пер.— реакция, связанная с выработкой адреналина в угрожающей ситуации). Каждый мускул в моем теле тянет и покалывает от резкого всплеска энергии. И как бы это странно не звучало, моя единственная мысль, пульсирующая в голове: насколько я буду утомлена, если выживу.
Я резко возвращаюсь в реальность. Я не выживу, если не справлюсь с охотником.
Я кричу. Он быстро закрывает мне рот ладонью, прижимая ее жестко и крепко к моим губам, как будто я только что вывела его из себя.
— Тихо, — он выплевывает шипящие слова, больше напоминающие приказ, мне на ухо, затем резким движением переворачивает меня на спину, его рука проскальзывает под моей рукой, крепко хватая меня за грудь. — Черт побери, успокойся, женщина!
Женщина? Я просто девчонка. Он не видит этого? Он не видит, что я просто девчонка?
Он размеренно плывет по направлению к берегу, неизменно увлекая меня за собой, крепко удерживая рукой. Каждые несколько секунд накатывающие волны Тихого океана бьют по нам, и соленая вода заполняет мой рот и нос. Я стараюсь проглотить ее, но давлюсь и кашляю, мужчина приподнимает меня над поверхностью воды, чтобы я могла вдохнуть побольше воздуха в легкие. После нескольких минут упорной борьбы, я, наконец, чувствую, что его ноги находят опору — он ступает на песчаное дно, затем более уверенно становится на ноги и поднимает меня на руки, слегка укачивая, словно баюкая в колыбели.
Внезапно, я отчетливо понимаю, что это мой единственный шанс, поэтому резко поднимаю ноги, подаюсь рывком вперед и вырываюсь из его рук, вследствие чего мы оба падаем назад, и новая волна захлестывает нас со всей силой.
Я продолжаю извиваться, и он ослабляет свою хватку на моем теле. Когда я уже думаю, что мне грозит реальная опасность вернуться обратно в волны океана, его сильная ладонь хватает меня за лодыжку и подтягивает к себе. От его мощного рывка резкий укол боли простреливает в моем колене. Моя легкая рубашка, словно воздушный шар поднимается вверх за счет волн и облепляет мое лицо, грозя задушить меня.
Я начинаю кашлять и быстро цепляюсь за ткань, чтобы убрать ее от моего лица, от шеи, потому что она вот-вот задушит меня, и на этот раз нет никакой гребаного шанса, что я смогу избежать своих страхов. Он резко переворачивает меня и тянет по направлению к пляжу, пока мы, наконец, не выбираемся из воды, тогда он обрушивается на меня, накрывая своим мощным телом, горячо дыша мне на ухо. Жесткие мышцы его груди припечатывают меня, не давая сделать ни единого движения. Наши сердца бьются в унисон от смеси страха и адреналина, а может, от боли и долгого пребывания в воде, я точно не уверена.
— Пожалуйста, — я издаю стон, когда не могу больше выдерживать вес его тела на себе. — Ты меня раздавишь!
Но он не двигается, просто продолжает дышать, его грудь вздымается и опадает, из-за чего я чувствую, движение его тела поверх моего, и сейчас все начинает ощущаться более интимно. Я впиваюсь ногтями в его упругие рельефные мускулистые плечи.
— Прекрати, — говорит он спустя пару секунд. — У тебя идет кровь, и если ты не прекратишь эту глупую борьбу, ты только причинишь себе еще больший вред.
— Слезь с меня, или я закричу, — сердито выплевываю я грубые слова.
— Ну, тогда кричи, — говорит он спокойно, сейчас его дыхание больше не прерывистое. — Тебя арестуют за то, что ты пыталась спрыгнуть с пирса. Я скажу, что спас тебя. Скажу, что ты пыталась убить себя. Если ты сейчас издашь хоть писк, то твоя жизнь усложнится в мгновение ока. Поэтому давай, дерзай, пусть весь мир узнает, что ты здесь, подо мной, Рыба-лев (прим. пер.— морская рыба, которая обитает в Тихом и Индийском океанах, у нее мгновенно срабатывает инстинкт самосохранения, заложенный у них на генетическом уровне, когда к ней пытаются приблизиться). Мне честно, наплевать.
Его грамотные, продуманные слова, вместе с прозвищем, что он мне дал, вносят в мои мысли чувство противоречия. Внезапно, я становлюсь очень неуверенной в себе. Меня одолевает страх, я никогда не думала, что все будет настолько ужасно. Он не побоялся спрыгнуть за мной с гребаного пирса! Значит, он именно тот, о ком я думаю.
— Что ты хочешь от меня? — на этот раз я говорю спокойно, мои слова не наполнены ни гневом, ни злостью, потому что он прав. Он прекрасно понимает, что я не смогу кричать, потому что не хочу привлекать к себе лишнего внимания. — И, кстати, ты не спас меня, я не пыталась покончить жизнь самоубийством.
Он откидывает голову и начинает смеяться, его бедра на долю секунды теснее прижимаются к моим. Мое дыхание сбивается, и с губ срывается крохотный стон. В момент моей слабости, он располагает руки с двух сторон от моего лица, и спустя пару секунд мощная волна накрывает нас. Меня мгновенно захлестывает чувство паники, и я вздрагиваю от ужаса, крепко сжимая глаза и рот в отчаянной попытке не наглотаться соленой воды.
Сильные ладони, не теряя ни секунды, проскальзывают мне под голову и приподнимают ее из опасной зоны, где я могу запросто захлебнуться водой, но уже слишком поздно механизм запущен, адреналин, словно мощный укол, пронзает мое тело и распространяется в крови. Страх завладевает мной, и меня начинает бить крупная дрожь, рыдания вырываются из меня, когда я слышу властный голос:
— Открой глаза. Слушай мой голос, сосредоточься на нем.
Я не стану ему повиноваться и открывать глаза.
— Отвали от меня! Отвали!
— Я сказал тебе, открой глаза и посмотри на меня! Не смей повышать на меня голос.
— Нет, просто сделай это! Если это то, для чего ты тут, сделай это и убирайся! Оставь меня тут!
После этих слов я начинаю рыдать по-настоящему, столько всего произошло за такой короткий промежуток времени: я пытаюсь бороться с парнем, который сильнее меня, который, бл*дь, прыгнул вслед за мной с пирса из-за попытки побега, я со всей силы ударилась о бетонный столб, наглоталась воды, почти задохнулась, и, наконец, я поймана в ловушку, он окружил меня своим сильным и твердым телом. Я поймана этим человеком, который... который... вызывает во мне не только отстраненные чувства и страх.
Он не предпринимает никаких действий. Сейчас его дыхание восстановилось, и я бы хотела сказать то же самое про себя, но, к сожалению, это невозможно. Он просто продолжает ждать, когда я, наконец, свыкнусь с произошедшим, когда успокоюсь и выслушаю его.
Но теперь, прекратив рыдать, я начинаю истерически смеяться.
Размышляла ли я когда-нибудь, что моя жизнь закончится именно так? Я не повержена и не одержала победу. Я самое слабое живое существо, я не борюсь, все силы покинули меня. Я та самая жалкая пленница, которая хочет своего похитителя.
— Господи, теперь тебе смешно?
Его вопрос заставляет меня прекратить смеяться. Потому что и правда, тут нет ничего смешного, а то, что сейчас произошло, было вызвано стрессовой ситуацией.
— Нет, — пищу я. — Нет, это совершенно не смешно, но я очень напугана.
Мои зубы сильно стучат от ледяных волн океана, что легко набегают, накрывая наши тела, а затем все так же легко отступают.
Он ждет.
Я жду.
Волны набегают и отступают.
Его тело неподвижно и спокойно прижимает меня к берегу. Затем он быстро прикасается лицом к моей шее и, когда волна, наконец, отступает, произносит:
— У тебя кровотечение, ты ранена. Голова сильно болит?
Я отвечаю ему легким кивком и продолжаю бороться с чувством паники, пытаясь изо всех сил держать дыхание под контролем, чтобы из горла не вырывались всхлипы и испуганные стоны, но эта попытка столь же провальная, как и мое отрицание того, что меня возбуждает этот парень.
Его большие ладони все еще придерживают мою голову, не позволяя наступающим волнам заполнить мои дыхательные пути соленной, обжигающей водой. Спустя примерно минуту, мое сердце прекращает стучать, как сумасшедшее, и я расслабляюсь в его объятиях.
— Лучше? — спрашивает он.
Я киваю.
— А теперь открой глаза.
Я постепенно принуждаю дыхание стать более равномерным и подчиняюсь ему, смаргивая воду в течение пары секунд, когда его образ приобретает смутные очертания.
— Ты не выглядишь, как киллер.
Он застигнут врасплох моими словами или, может, скорее всего, шокирован. Скажем так, на минуту другую я вижу растерянность на его лице. Затем его лицо принимает привычное выражение, он смотрит на меня отстранено и безразлично. Я рассматриваю его, пока он молчит. Его глаза словно насыщенные изумруды, они настолько сияющие, что у меня перехватывает дыхание. Он нависает так близко надо мной, что я могу без труда рассмотреть в его зрачках карие и желтые вкрапления. Я тяжело сглатываю и смотрю пристально в его глаза.
— Теперь что?
Он внимательно рассматривает меня, и мгновения, что растягиваются на минуты, вносят ощущение неуютного молчания. Он лежит на мне, его тело накрывает мое, прижимая меня к берегу.
И затем он словно проникает в мои тайные мысли, читая каждый секрет, каждый страх. Я вижу в его глазах задумчивое выражение, скорее всего, он размышляет, какое из его движений заставило меня чувствовать себя неуютно. Он легко приподнимает ногу, прижимая ее к моему бедру, затем делает то же самое со второй. Я прикрываю глаза, с губ срывается судорожный стон, и я начинаю плакать с новой силой, меня одолевают мысли, что он собирает изнасиловать меня, что он намерен причинить мне боль.
— Почему ты плачешь?! — говорит он, садясь на мои бедра, удерживая меня ладонями за плечи. Но он очень бережно обращается со мной, не обрушивая весь вес своего тела на меня.
Я открываю глаза и смотрю на него. Почему он спрашивает меня такие вещи? Со стороны это звучит, как вопрос пятилетнего несмышленого малыша.
Он всматривается в мое выражение лица на некоторое время, затем задает вопрос:
— Как думаешь, что я собираюсь сделать с тобой?
— Убить, изнасиловать, пытать, забрать меня отсюда. Или может, все то же самое, но в обратном порядке.
У него потрясающе красивое лицо. Его черты идеальны. Волосы короткие и темные, у него нет бороды, но есть небольшая щетина, что покрывает его подбородок и щеки. Я даже отпускаю про себя ироничную шутку, что, может, он настолько занят, преследуя девушек на пирсе, что побриться времени у него не осталось. Глаза его прекрасны в той же степени, что и остальные черты лица. Пухлые, четко очерченные губы настолько восхитительные, что достаточно одного моего взгляда на них, как по венам растекается лава, теплая волна накрывает низ живота, покачивая меня на волнах удовольствия. Его губы так и манят меня... Бл*дь, в чем моя проблема?
Я меняю тактику.
— Пожалуйста, слезь с меня, и просто сделай то, зачем ты пришел.
— Хорошо, — говорит он с улыбкой. Его улыбка… Его улыбка самое потрясающее. Она искренняя и широкая. У него идеальные зубы… Идеальные белые зубы. Я имею в виду, что когда смотришь на него, по нему нельзя сказать, что он наемный убийца. — Давай перейдем к делу. Я хочу знать твое имя. И прими к сведению, я не люблю, когда не отвечают на мои вопросы.
ЧТО?!
— Мое имя? Ты ненормальный? Ты прыгнул с пирса и плыл за мной, потому что я не сказала тебе, как меня зовут? У тебя с головой все в порядке?
— Ради всего святого, я спас тебя, женщина!
Мое тело буквально загорается от его слов. Женщина. Почему он называет меня так? Он же видит, насколько я молода. Я не женщина. А сейчас я чувствую себя словно маленький ребенок.
— И я хочу услышать то, что было дано тебе при рождении твоими родителями. Не смей врать, я пойму.
Да уж, могу поклясться, что он точно узнает. Следует ли мне говорить ему имя? Я поворачиваю голову на бок и вздыхаю. Если честно, сейчас мало что имеет значение. Он поймал меня. Если он не знает, кто я такая, зачем ему это все?
— Харпер, меня зовут Харпер. — Он издает смешок, затем произносит мое имя, медленно и неспешно, будто пытается распробовать, как оно ощущается у него на языке.
— Ммм, Харпер, — повторяет он опять, и знаете, у него такой вид, будто он знает какую-то тайну обо мне. — Мне нравится.
Он поднимается на ноги и тянет меня вслед за собой, и перед тем как я могу воспользоваться возможностью и попытаться сбежать, он резким движением оттесняет меня к бетонному столбу пирса. Зеленоглазый красавчик прижимается ко мне своим твердым телом, его грудь вздымается и тем самым, каждый раз, слегка задевая мои соски, его руки расположены по обе стороны моей головы.
— Я предполагал, что тебя будет легко заполучить, но ты оказалась загадкой. Я ошибался. За твоей миловидной внешностью скрывается тигрица. А может, ты даже немного ядовита, ммм? Нам стоит это проверить? Что ты думаешь на этот счет, Рыба-лев?
Он тепло улыбается, и на его щеках появляются ямочки. Он выглядит непостижимо, потрясающе красив для убийцы, но не стоит забывать, что некоторые цветы с виду тоже красивы, но когда к ним прикасаешься, они могут лишить тебя жизни за считанные секунды.
— Как ты уже поняла от меня не так просто сбежать, во мне есть что-то от осьминога, поэтому, сколько не вырывайся, я тебя настигну. От меня еще никто не сбегал, если я берусь за что-то, то всегда доделываю до конца.
ЧТО!? У него точно не в порядке с головой.
— Знаешь, что, Харпер, не сказать, что я сильно поражен, но все же не могу промолчать... Как я понял, что ты лучше прыгнешь с пирса в океан, чем пойдешь со мной на свидание. Это чертовски ранит мое эго.
Громкий смех вырывается из моего горла, я не могу сдержаться.
— Что? Свидание?
— И, кстати, большинство женщин даже бы и не задумались, — говорит он, игнорируя мой вопрос, — о том, что парень собирается убить или изнасиловать их, лишь потому, что он поинтересовался, как ее зовут.
Он склоняется ближе ко мне, я же ничего не могу поделать и смотрю, словно зачарованная, на его идеальные губы.
Он что, собирается меня поцеловать?
Он придвигается еще ближе и, когда его губы всего в миллиметре от моих, резко прижимается губами к моему уху и шепчет:
— Если честно, на сегодня я не планировал ничего грандиозного, так быстрый перепих, — от его слов влажное желание пропитывает мои трусики, — и ничего больше. Я думал, что пару бутылок «Короны» и тако на пляже, плюс веселое общение, сделают свое дело. Ну, или же, если бы ты не согласилась, я бы приложил немного фантазии и дорогой ресторан, бутылка вина, определенно, помогли бы забраться к тебе в трусики. И наша ночь закончилась бы у тебя. Нас бы ожидал отличный развратный трах, я бы взял тебя по-всякому, как бы мне того хотелось. А когда бы ты утомилась и погрузилась в сон, я бы исчез среди ночи, оставив тебе шикарные воспоминания о многократных оргазмах.
Я тяжело сглатываю, когда он подносит ладонь к моему горлу и слегка сжимает его, рисуя большим пальцем круги на моей коже. Внезапно, он слегка надавливает пальцем на сонную артерию, как будто оценивая мою реакцию по тому, как бьется жилка на шее. Я задерживаю дыхание, когда его ладонь скользит ниже, и теперь она лежит на моем плече.
— Но теперь все изменилось, меня больше не устраивает прежний план.
— Нет? — я беззвучно шепчу одними губами, сознание словно смывает прибойной волной. Что вообще происходит, задаюсь я вопросом в миллионный раз.
— Нет, — говорит он и смотрит на меня напряженным взглядом. — Я наблюдал за тобою все утро, пока ты совершала свои привычные действия: подтягивалась, занималась пробежкой, выполняла приседания. Затем ты спокойно прошла в самый конец пирса. И все это время ты остервенело наблюдала за пляжем. Ты наблюдала за людьми.
— Я никогда не видела тебя, — отвечаю я, и паника накрывает меня с новой силой.
— Нет, я не буду отрицать этого, Харпер, я не из тех, кто стремится быть замеченным, ловкость и умение оставаться незамеченным у меня в крови. Но я тут подумал, — продолжает он, быстро меняя предмет разговора и переключаясь на меня, — возможно, ты просто была слишком аккуратна. Ну, может, даже это немного смахивало на манию преследования. Скорее всего, ты испугалась, что на тебя хотел напасть бездомный, который находился в поисках дозы, поэтому ты так поступила. Если честно, это нормально, Харпер.
Господи, то, как он произнес мое имя. Почему этот мужчина заставляет меня так чувствовать?
— Именно это в тебе меня заинтриговало, Харпер. Понимаешь, меня охватило чувство любопытства. У меня было такое ощущение, что я прикасаюсь к чему-то совершенно новому, как если бы я увидел необычного, но до этого момента незнакомого мне жука, и желал бы поближе рассмотреть его. И, кстати, должен признать, что твой прыжок с пирса просто восхитителен. Хотел поинтересоваться, ты занималась подводным плаваньем в школе или в университете? — не дожидаясь моего ответа, он продолжат гнуть свою линию разговора. — Прыгнуть с пирса, чтобы не говорить мне свое имя? Знаешь, это по-настоящему интригует, Харпер.
— Правда?
— Естественно, ты что думаешь, я каждый день встречаю девушек, которые прыгают с пирса, чтобы сбежать от меня?! — когда он выдыхает эти слова мне на ухо, слегка касаясь мочки и раковины уха мягкими горячими губами, мысли уносятся из моей головы. Кончик его языка нежно касается моего уха, я склоняю плечи и издаю легкий гортанный стон.
— Харпер, — говорит он хриплым сексуальным голосом, — я все еще хочу трахнуть тебя разными развратными способами, но не сейчас.
— О боже, — хнычу я. — Просто скажи мне сейчас, что ты хочешь от меня?
Он отстраняется. Кладет свою большую теплую ладонь мне на горло и длинными пальцами приподнимает мой подбородок, чтобы наши взгляды встретились.
Я повинуюсь ему. Он словно вводит меня в состояние транса. Он полностью очаровал меня.
— Я… я хочу знать.
И затем его горячие губы накрывают мои, он проводит кончиком языка по моим сомкнутым губам, чтобы я их приоткрыла и впустила его настойчивый язык. Он прижимается ладонью к моему чувствительному местечку между ног, затем его пальцы потирают клитор, слегка сжимая его, легко перекатывая между пальцами, я чувствую, что становлюсь ужасно влажной. Его другая рука накрывает мою грудь и легко сжимает твердый и чувствительный сосок, тело пульсирует и наливается энергией, скрытым желанием, кожу покалывает от ожидания большего, смеси страха и страсти.
На вкус он словно соль. Его поцелуи, как глубокий, бескрайний океан, что завораживал меня на протяжении долгого времени. Он словно опасный, смертельный, не прощающий даже легких ошибок океан, он может делать с моим телом все, что хочет. Он может отшвырнуть меня в сторону, он может крутить мной, как хочет, ему под силу одним прикосновением губ забрать весь мой воздух из легких и наполнить меня собой. Одно его прикосновение, и я становлюсь безвольной и податливой.
И именно так я сейчас себя чувствую.
Его поцелуй становится неудержимым, диким, страстным, развратным, с каждым движением языка он будто пьет из меня жизнь, его ладонь грубо сжимает мою грудь и второй рукой он ласкает мой твердый, пульсирующий от желания клитор. Мои ноги превращаются в желе, я чувствую, что могу рухнуть на песок в любую минуту, и хотя прикосновения этого мужчины самое желанное, я начинаю извиваться в его руках и отталкиваю его.
— Прекрати!
Но этого недостаточно. Нет. Его пальцы опять приподнимают мой подбородок, чтобы я встретилась с ним взглядом.
И когда я решаюсь поднять свои глаза и посмотреть на него, его уже нет...
Как будто его тут и не было...

Глава 3

Харпер

У меня уходит пара минут, чтобы прийти в себя на пирсе Хантингтон-Бич. Город потихоньку оживает, и жизнь продолжает идти своим чередом. Рассвет нежно накрыл город, так же тихо и легко, как затем растворился в суете дня, заполняя улицы потоком шумных машин и множеством спешащих по своим ежедневным делам людей, в то время как я сражаюсь со своими страхами и демонами. Воздух наполняет какофония звуков: машины, не переставая, сигналят, люди смеются, с дорожек доносится велосипедный шум. Даже несколько человек прогуливаются по пляжу. Игра в волейбол только что началась, как всегда напротив ступенек «Pier Plaza». Мое беспокойство возрастает с каждой проходившей секундой, но я собираю все свои силы, стараясь не упасть в обморок, потому что мне необходимо идти домой.
Я поднимаюсь и начинаю идти по направлению к пляжу. Песок, прилипший к моей влажной одежде, доставляет некоторый дискомфорт и раздражает кожу. Я рывком снимаю с себя рубашку через голову и остаюсь в одном спортивном бюстгальтере.
В пути я прокручиваю в голове произошедшее и прихожу к неутешительному выводу, что это было совершенно асексуально. Это было... я внутренне замираю, в попытке подобрать верное слово — нападение. Да, именно нападение.
Хотя, как бы я не пыталась отрицать, это чувствовалось возбуждающе и сексуально. Он звучал возбуждающе, когда поддразнивал меня горячими, пикантными подробностями того, что он хотел бы со мной сделать. Потом он украл мой поцелуй, приникнув к губам, затем его язык проник в мой рот, безжалостно сминая губы.
Я делаю глубокий вдох, принуждая себя расслабиться и успокоиться, когда ступаю босыми ногами на бетонные ступеньки. Это отвратительное ощущение — идти по улице босиком. Я совершенно не против того, чтобы ходить босиком по пляжу, палубе корабля или по дому, но только не по улице. Я спешно поднимаюсь по ступенькам «Pier Plaza» и приближаюсь к главной улице.
Я пересекаю главную дорогу тихоокеанского побережья и направляюсь на север к жилому комплексу, избегая мотоциклистов и ранних утренних бегунов, затем я сворачиваю направо и следую по дороге, которая проходит мимо полицейского участка. Да, да, это звучит ненормально особенно для такой девушки, как я, но я правда живу непосредственно напротив него. Ну, если быть точной, не совсем напротив, потому что напротив располагается мексиканский ресторанчик, где, к слову, подают отличные тако, но моя квартира рядом. И мой брат умер бы со смеху, если бы узнал, что я живу прямо под носом у гребаных копов... На моих губах появляется крошечная коварная усмешка.
Я позволяю себе рассмеяться. Даже, несмотря на то, что мое утро было отстойным, и какой-то незнакомый парень домогался меня, я должна признать, что мне все это понравилось. Святые угодники, он практически трахнул меня там, с оговоркой «практически», если бы он захотел, то взял бы меня там, и я бы не пискнула, потому что желала его.
Люди никогда не обращают на меня внимания, потому что я неприметная, я не существую ни для кого, ни с кем не общаюсь и не привлекаю к себе внимания. За исключением парня с потрясающими зелеными глазами.
Я стараюсь изо всех сил выглядеть непривлекательной. Например, я никогда не укладываю волосы, а всегда собираю их в неряшливый хвостик. Еще я никогда не делаю макияж. Моя кожа имеет золотистый загар, мои волосы от природы шелковистые. Есть пряди, которые на тон светлее, чем остальная пышная копна волос. Со стороны может показаться, как будто я провожу множество времени в салонах красоты, но это не так. Это то, что мне досталось от природы.
А вот мистер Красавчик, который решительно прыгнул за мной с пирса, из тех парней, кого невозможно не заметить. Он высокий — мой подборок едва достигает его плеча. Он обладает мрачной притягательной красотой. Этот парень широкоплечий и мускулистый, с квадратной челюстью и сильным подбородком, который покрыт щетиной. А его необычного цвета зеленые глаза, лишь подчеркивают его темную красоту. Также я отлично помню, что мышцы на его груди были жесткими и твердыми, к слову, как и его возбужденный член.
Я мысленно вздрагиваю и прогоняю подальше свои тайные желания.
Он источал силу и власть. И те пару мгновений, когда он бережно поддерживал мою голову над водой, чтобы я не захлебнулась… он был именно тем, кого я так хотела на протяжении долгого времени, кого я искала для себя. Но, в то же время, он был тем, от кого я должна была бежать.
Я пересекаю улицу, направляясь к шестифутовым деревянным воротам, которые огораживают здание, что расположено внутри. Я вожусь с замком, который представляет собой хитроумное изобретение, где используется веревка, которая подтягивает рычажок с другой стороны, тем самым открывая ворота и позволяя пройти по аллее, ведущей к жилому зданию.
Тут живут только четыре человека. Двое проживают в квартирах-студиях, располагающихся на первом этаже. Пожилой мужчина живет на втором этаже в пентхаусе. Ну, и я. Моя квартира находится на нижнем этаже, который чаще всего именуется подвалом или подвальным помещением.
Несмотря на то, что я проживаю одна на этом этаже, я делю свое пространство с комнатой, отведенной под прачечную, так что моя квартирка весьма скромных размеров, по сравнению с квартирами других. Тут располагается небольшая кухня, ванная и гостиная, которая служит также и спальней.
Если бы Красавчик настоял на своем, то он бы сегодня меня трахал.
Боже. Откуда вообще пришли эти мысли?
«Харп, не забывай, что именно он пришел к тебе. И он знает твое имя, твое гребаное имя!» — тонко нашептывает мне назойливый голосок в голове.
Я качаю головой, в попытке избавиться от назойливых мыслей, что роятся у меня в голове, как стая жужжащих пчел, прохожу мимо прачечной и направляюсь прямиком в подсобное помещение, где обычно храню ключи. Я не беру ничего с собой, когда покидаю квартиру. Ни телефон, ни ключи, и уж тем более удостоверение личности. Когда я выхожу за пределы этого здания, я становлюсь никем. Я просто прекращаю существовать, как личность. Если меня схватят, то при мне не обнаружат ничего, что могло бы привести их в мою небольшую квартирку, которая служит укрытием.
Это было похоже на своего рода логическую задачку — если дерево упадет в лесу, то станет ли известно об этом нам? Так и тут. Если незаметная девушка все еще продолжает существовать, значит ли это, что она все еще жива? Это в своем роде ребус для охотников, что охотятся за мной, чтобы они никогда не расслаблялись.
Я достаю свои ключи, которые спрятала до этого за бойлером с горячей водой, и иду к себе. Я — никто, невидимка. Я — призрак. Моя почта и все остальные данные, мое местоположение — ничего этого нет. Ноль — вот мое местоположение на карте мировых координат. Мне нравится быть никем, меня это совершенно не тревожит, потому что когда я возвращаюсь к себе в маленькую квартирку, то чувствую себя в безопасности.
Быть невидимкой, быть никем — это так правильно и хорошо для меня.
Естественно я не могу быть в полной безопасности, никто не застрахован от всякого рода случайностей. Никто не может быть в безопасности на все сто процентов, потому что в этом мире давно все смешалось: враги и друзья, монстры и святые, близкие и чужие. Нельзя предсказать момент, когда тот или иной человек станет на сторону темноты и всадит нож тебе в спину. Но сейчас, мне как никогда в жизни нужна иллюзия общения, близости, теплоты. Я полагаю, сказывается долгое пребывание в одиночестве вдали от друзей, родных и тех людей, что привычно окружали меня. Подсознательно я хотела, желала, стремилась, чтобы меня узнали, сломали стены и дали мне общение.
Квартирка, в которой я проживаю, не представляет собой ничего особенного, но она аккуратная, чистая и там нет тараканов, что уже явный плюс. Я присматривалась к ней на протяжении некоторого времени, пока не решилась снять ее и оплатить арендную плату за год. Одна мысль о тараканах заставляет меня скривиться от отвращения, потому что это даже противней, чем идти босиком по грязной улице.
Но мне нужно думать, что делать дальше, так как мне остался всего месяц проживания в этой квартире. И у меня есть еще одна проблема, которая немного омрачает и сковывает мои действия — у меня заканчиваются денежные средства. Может, эта квартирка и крохотная, и у нее нет вида на океан, и находится она далеко от места, где я выросла, но она была недалеко от главного полицейского участка, от главной дороги и всего в пяти минутах ходьбы от моего любимого пляжа и обходилась мне всего в сто восемнадцать долларов в месяц. Но единственный возможный способ остаться здесь — это ограбить банк, только так я смогу заплатить за аренду квартиры.
Но знаете, у меня не такое уж и отчаянное положение. По крайней мере, пока.
Мой телефон вибрирует на столе, заставляя меня подскочить от страха, сердце бьется в груди с неудержимой скоростью. Что за на хрен? Я подхожу к столу, беру его в руки, и в этот самый момент звонок прекращается. Это словно некий знак, который несет в себе скрытую информацию: «Я знаю, где ты живешь. Я настигну тебя. Ты в ловушке. Готовься склонить голову».
Что за бред? Я жила тут на протяжении одиннадцати месяцев и все было в полном порядке…Мое сердце стучит в груди так сильно, что я готова рухнуть на пол. Я кое-как дохожу до стула и опускаюсь на него, захватываю маленький глоток воздуха, как рыба, выброшенная на сушу, но это не помогает — страх все равно берет надо мной верх. Я склоняюсь и роняю голову на ладони. И в момент полного отчаяния телефон оживает снова.
Нет. Нет. Нет. Как такое вообще могло случиться?
Но в данный момент, я не могу мыслить логически. Единственное, что могу слышать — это отрывистые удары своего сердца, которое перекачивает кровь, наполненную адреналином.
Тем временем телефон звонит снова и снова. Я буквально скована чувством страха. Я чувствую каждой клеточкой моего тела, что мне не жить. Вот и настал мой час. В этот момент телефон начинает неистово вибрировать вновь, прерывая момент самобичевания. Сейчас у меня в голове кружится множество мыслей, но, ни одна из них не дает мне покоя, ведь Красавчик, определенно, является киллером, но по какой-то причине он отпустил меня. А сейчас... звонки… почему? Как так?
Я раскачиваюсь вперед-назад, одержимая миллионами вариантов расправы со мной.
Я беззвучно рыдаю.
Они все-таки нашли меня, у них получилось. Моя жизнь окончена.
Из последних сил я принуждаю себя подняться и заплетающимися ногами направляюсь в ванную, где держу таблетки. Я не использовала их на протяжении долгих месяцев. Сейчас эти таблетки словно взывают ко мне. Они просят принять их и погрузиться в царство спокойствия. Я достаю пузырек с таблетками, он трясется в моей руке, но я все-таки откручиваю крышку и начинаю высыпать их на ладонь. Я глотаю пригоршню таблеток, наклоняюсь к крану, делая пару глотков, чтобы суметь их проглотить.
Мой телефон продолжает издавать жужжащий звук на столе, чувство того, что таблетки уже в моем желудке немного успокаивает меня, хотя они еще не начали действовать. Я делаю пару глубоких вдохов, чтобы немного заставить себя расслабиться.
Мысли о спасительном сне одолевают меня, поэтому я потихоньку направляюсь в гостиную, где располагается моя кровать, там же стоит стул и кофейный столик. Я хватаю телефон, когда прохожу мимо стола и подхожу к кровати, на которой беспорядочно разбросаны вещи. Я опускаюсь на нее, слегка перекатываясь, чтобы изловчиться и забраться под одеяло, затем прикрываю глаза и буквально проваливаюсь в поглощающую меня спасительную тьму.
Телефон опять оживает, но я уже спокойна, таблетки начинают действовать.
Я нажимаю «ответить».
— Я готова, придурки, — издаю я рык в телефонную трубку. — Приходите и забирайте меня, я ваша.
— Что?
Я резко сажусь кровати, когда на том конце раздается голос Красавчика с пляжа.
— Как… как ты достал этот номер, мать твою?
Он игнорирует мой вопрос, говоря:
— Я единственный, кто придет за тобой, Харпер.
Я быстро нажимаю «отбой» и начинаю просматривать пропущенные звонки. Все от него! Ну, что за мудак! Все звонки были от него. Я быстро захожу в папку «входящие сообщения» и начинаю просматривать их:

УЖИН В ВОСЕМЬ.
ПРЕДПОЧИТАЕШЬ ТАКО НА ПЛЯЖЕ ИЛИ РЕСТОРАН С ШИКАРНЫМ ВИДОМ?
ХАРПЕР, Я УЖЕ ГОВОРИЛ, ЧТО НЕНАВИЖУ, КОГДА ЛЮДИ НЕ ОТВЕЧАЮТ НА МОИ ВОПРОСЫ.
Я СЕЙЧАС ЗАЙДУ, Я НАХОЖУСЬ НЕДАЛЕКО ОТ ТВОЕЙ УЛИЦЫ.

Сообщения были отправлены минут пять назад, как раз перед шквалом звонков.
Мой телефон звонит снова, и на этот раз я отвечаю:
— Мне кажется, я задал тебе вопрос, и я жду на него ответа, — сердито говорит он в трубку. Я рассеянно отмечаю отдаленный шум машин, голоса людей, звук полицейских сирен, которые всегда слышны мне. Он уже близко, скорее всего, он уже перед воротами.
Он один из них? Я не уверена, но точно знаю, что он киллер, потому что прыгнуть с пирса за мной, — это решение не для слабонервного мудака.
— Я смущена и растеряна, — признаюсь я, и в этот момент чувствую, как успокоительное полностью порабощает мой разум, проникая в кровь, поэтому слова выходят слегка неясными. Я больше не могу контролировать свое тело, оно падает обратно на кровать. Голова кружится, и веки тяжело закрываются. — Я так растеряна...
— Харпер? — раздается голос Красавчика в телефоне, который сейчас валяется на кровати. Я тянусь к телефону, мои пальцы еле нащупывают его, затем я с большим усилием поднимаю его и непонятливо смотрю на кнопки. Усилием воли, я подношу телефон к уху.
— Проваливай, Красавчик, — говорю я еле слышным голосом, — ты не сможешь меня найти, не сможешь увидеть меня, потому что я незаметна. Я — никто. Поверь, ты не захочешь знать меня. Я уже знаю кто ты, тебе не достать меня.

Глава 4

Джеймс

Ее слова заставляют меня остановиться. Я только что вошел в небольшой жилой комплекс, где она живет, и ее слова буквально сбивают меня с ног, заставляя ошеломленно замереть на месте. Красавчик? А затем звонок прекращается, я растеряно смотрю на телефон, слушая короткие гудки, которые доносятся из трубки. И тут до меня доходит: она все-таки приняла эти таблетки. Ее слова звучали невнятно, язык заплетался. Я чувствую страх за нее. Она все-таки решилась принять эти таблетки — я напугал ее.
Я быстро достаю ключи от ее квартиры и открываю дверь. Внутри стоит оглушительная тишина, за исключением тихого жужжания кондиционера, я закрываю за собой дверь и направляюсь к ее кровати. Я вижу, что она свернулась в клубок, подтянув ноги к груди, крепко обхватив подушку руками, словно защищаясь с помощью нее от всего, что ее окружает. Я улыбаюсь уголками губ. Понимая, что большее количество ночей она именно так и спит. Но сейчас не ночь, и она определенно не спит. Она просто-напросто без сознания.
Я быстро направляюсь в ванную и беру пузырек с таблетками, высыпая их на ладонь и тщательно пересчитывая оставшиеся. Пропало семь таблеток. Получается, четырнадцать миллиграмм препарата сейчас циркулирует в ее крови. Это меня не радует, но знаете, могло быть и хуже. Этими таблетками не так просто отравиться. Я просто прекрасно разбираюсь в этом дерьме, так как фармакология моя специальность. По большому счету именно это и является моей визитной карточкой, когда дело касается работы. В своей работе убийцы, я всегда делаю ставку на яд, и именно это говорит моим заказчикам, кто исполнял заказ. Успокоительные препараты не настолько хороши, чтобы убивать людей, она не умрет, просто в течение некоторого времени пробудет в отключке.
Я откидываю одеяло, и она издает хриплый стон. Ее одежда насквозь промокла, она пахнет морем и тонкими нотками соли, на ее голове виднеется засохшая кровь.
— Харпер? — я сажаю ее и заключаю ее лицо в свои ладони. — Харпер?
Ее глаза немного закатываются, и она что-то неразборчиво говорит.
Я укладываю ее, затем тянусь к ее шортам и расстегиваю на них молнию. Влажный материал прилип к ее коже, поэтому мне приходится приложить немного усилий, чтобы стянуть их по ее округлым пышным бедрам. Ее трусики стягиваются вместе с шортами. Они черного цвета, как и ее спортивный бюстгальтер, только на долю секунды я представляю ее в красивом белье.
Мой член мгновенно становится твердым.
Ее киска покрыта светлыми волосками. Они аккуратно подстрижены в виде тонкой короткой полосочки, что смотрится просто потрясающе. Это заставляет мое сердце замереть. Боже. Я желал эту девушку на протяжении долгих месяцев, долгих лет. Я так часто представлял ее распятой и связанной на моей кровати, сейчас это все кажется ожившей мечтой. Я быстро стягиваю ее шорты и трусики по ногам и затем вновь сажаю ее.
— Не двигайся, — шепчу я ей, когда она издает еще один кроткий стон. Я стягиваю ее спортивный бюстгальтер и бросаю его на пол. Любуюсь ею на протяжении пары минут, потом аккуратно беру ее на руки и прижимаю крепко к себе, в ту же минуту ее руки обхватывают меня за шею и она сама непроизвольно прижимается ко мне, откидывая голову мне на плечо.
Бл*дь. Как же сильно я ее хочу.
И в этот момент, я отчетливо понимаю, что она моя. Я ощущаю это каждой клеточкой своего тела. Подавляющее желание переполняет меня, когда я ощущаю непреодолимое стремление прикоснуться к ее загорелому телу. Я так сильно желаю толкнуть ее и прижать к стене, чтобы взять сзади. Я схожу с ума от мыслей о том, как я буду проникать твердым членом между ее губ, как я скользну в ее тугую, пульсирующую от желания киску и как буду трахать пальцами ее потрясающую задницу.
Я мечтал об этом долгие годы, и теперь меня ничто не остановит.

Глава 5

Харпер

О боже. Головная боль просто невыносима. Я переворачиваюсь в кровати и глубоко вдыхаю запах… Стоп, что это еще за запах?
Мои простыни приятно пахнут. Я чувствую запах летнего луга. Аромат свежести. Я схожу с ума?
Я втягиваю приятный запах, внезапно вспоминая, почему я отключилась, и резко сажусь, мое сердце начинает неистово биться. Моя одежда не пахнет океаном и не источает отвратительный запах соли, хотя я прыгнула с пирса в воду. Также моя кровать не покрыта крупинками песка. Я несмело начинаю осматриваться, пытаясь понять, что именно происходит.
Или же произошло, пока я спала. Что-то не так. Никогда в своей жизни я не испытывала подобных ощущений, непонятные чувства заполняют меня, они парализуют. Меня охватывает ощущение, словно мой разум, никак не может решить, как моему телу надо на это реагировать.
Мое сознание затуманено, мысли спутаны, словно красноватая дымка заполняет мой разум после приема «Ативана» (прим. пер — торговое название лоразепама, оказывает седативное, снотворное, миорелаксирующее, противосудорожное действие). Я перевожу взгляд на ночной столик и пытаюсь найти пузырек с таблетками. Сколько я приняла в том состоянии? Три? Четыре? А может, пять? Неужели больше?
Страницы:

1 2 3 4





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • Gaidelia о книге: Алайна Салах - Созданная для тебя. Невозможно убежать от любви
    некрасивая история. измена - всегда плохо, но сердцу не прикажешь...

  • em_girl о книге: Си Паттисон - Соседка
    Довольно интересный сюжет.

  • zommer о книге: Сергей Валериевич Яковенко - Омут [СИ]
    Тоже понравилась: в чем-то антиутопия. Что будет с миром, если вынуть самое главное: Любовь.

  • InGA2 о книге: М. К. Айдем - Испытание Виктории [любительский перевод]
    Неплохо, но могло бы быть и лучше. Первая книга серии порнавилась больше, более логична. Здесь же первая половина книги раздражала обилием страдний по надуманому поводу. Я бы вообще ее выбросила и начала уже с лечения Лукаса. Сюжетная интрига с предателями проходящая через всю серию, все еще не заверешена, что указывает на существующее продолжение серии.
    В остальном же немгого чересчур одаренная героиня, которая в 18 лет мудрее иной дамы в возврасте. Но, в целом довольнь интресно описана раса, в принципе ничем особо не отличающаяся от Землян. Тем кто читал серию про ТОрнианцев, эта серия понравиться однозначно. Стиль автора сразу виден.
    И все же мне не дает покоя один момент

    спойлер


  • Дэйла о книге: Варвара Оболенская - Одна лишь ночь
    Целевая аудитория данной книги подростки.
    Полностью согласная с комментарием vikikontakt, я бы к нему добавила, что слог слабый, книга предсказуема от А до Я. Не советую к прочтению.

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.