Библиотека java книг - на главную
Авторов: 49283
Книг: 123043
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Демон»

    
размер шрифта:AAA

Дженнифер Арментроут
Демон

Глава 1

Она пахла нафталином и смертью.
Старая Министр Гематои, смотревшая на меня, выглядела так, как будто она только что выползла из могилы, где пребывала последние несколько сотен лет. Её кожа была морщинистой и тонкой, как старый пергамент и каждый её вдох, клянусь, мог бы быть её последним. Я никогда не видела никого настолько старого, но, конечно, мне было семь лет и даже разносчик пиццы казался мне древним.
Толпа неодобрительно бормотала сзади. Я забыла, что простые полукровки как я не могли смотреть в глаза Министру. Будучи чистокровными отпрысками полубогов, Гематои не испытывали недостатка в эгоизме.
Я посмотрела на маму, которая стояла рядом со мной на возвышении. Она была одной из Гематои, но совсем не была на них похожа. В её зеленых глазах сверкнуло выражение, умоляющее сотрудничать, а не быть неисправимой и непослушной маленькой девочкой, какой, как она знала, я могу быть.
Я не понимала, почему она была так напугана, потому что это я столкнулась с выходцем из могилы. И если я переживу это жалкое подобие традиции и меня не заставят выносить её ночной горшок до конца жизни, это будет чудо, достойное богов, которые предположительно наблюдают за нами.
- Александрия Андрос? - Голос министра звучал как наждачная бумага по сухому дереву. Он цокнула языком. - Она слишком маленькая. Её руки тонкие, как отростки оливковых ветвей.
Она наклонилась, чтобы изучить меня поближе, и я отчасти ожидала, что она свалится мне в лицо.
- А её глаза, они цвета грязи, едва ли примечательные. В ней едва ли есть кровь Гематои. Она более смертная, чем все, кого мы видели сегодня.
Глаза Министра были цвета неба перед жестокой бурей. Это была смесь фиолетового и голубого, знак её наследия. У всех Гематои был поразительный цвет глаз. У большинства полукровок тоже, но по каким-то причинам я опоздала на раздачу крутых цветов, когда родилась.
Она распространялась столько, что время казалось мне вечностью, и все, о чем я могла думать - это мороженое и, может быть, поспать. Другие Министры подходили взглянуть на меня, и, перешептываясь, окружили меня. Я бросала взгляды на маму, и она ободряюще улыбалась, давая мне понять, что у меня все хорошо и даже отлично.
Так и было, пока старая дама не начала щипать каждый видимый дюйм моей кожи. Я никогда не любила, чтобы ко мне прикасались. Я никого не трогала и верила, что они тоже не должны меня трогать. Бабуля определенно упустила этот момент.
Она вытянула руку и ущипнула меня за живот через платье своими костлявыми пальцами.
- На ней совсем нет мяса. Как мы можем ожидать, что она будет драться и защищать нас? Она не стоит того, чтобы обучаться в Ковенанте и служить рядом с детьми богов.
Я никогда не видела бога, но мама говорила мне, что они всегда среди нас, всегда наблюдают. Я также никогда не видела пегаса или химеру, но она клялась, что они существуют. Даже в семь лет мне сложно было поверить сказкам, и для моей неокрепшей веры было испытанием принять то, что боги все еще заботятся о мире, который они так густо населили детьми, как могут только боги.
- Она ничто иное как жалкая, маленькая полукровка, - продолжала древняя женщина. - Я говорю - отправьте её Магистрам. Мне нужна маленькая девочка, чтобы чистить туалеты.
Потом она злобно изогнула пальцы.
И я пнула её в лодыжку.
Я никогда не забуду выражение лица моей матери, как будто она находилась на грани ужаса и паники, готовая пробежать между ними и утащить меня оттуда. До меня донеслось несколько вскриков возмущения и несколько глубоких смешков.
- В ней есть огонь, - сказал один из мужчин-Министров. - Она отлично справится с ролью Охранника, может быть, даже Стража.
До сего дня, я не имею представления о том, как доказала свою ценность, пнув Министра по ноге. Но я это сделала. Не то, чтобы это что-то значило сейчас, когда мне было семнадцать, и я не была рядом с Гематои в течение последних трех лет. Даже в нормальном мире я не перестала делать глупые вещи.
На самом деле, я славилась разнообразными глупыми поступками. Я полагала, что это один из моих талантов.
- Ты опять это делаешь, Алекс, - рука Мэтта напряглась вокруг моей.
Я медленно моргнула, заставив его лицо сфокусироваться:
- Делаю что?
- У тебя это выражение лица, - он притянул меня к груди, обвив рукой мою талию. - Как будто ты думаешь о чем-то глубоком, как вселенная. Как будто твоя голова в тысячах миль отсюда, где-то на облаках или на другой планете.
Мэтт Ричардсон хотел вступить в Гринпис и спасти несколько китов. Он был симпатичным парнем, живущим по соседству, который поклялся не есть красного мяса. Он был моей текущей попыткой смешаться со смертными, и он убедил меня сбежать и пойти жечь костер с кучей людей, которых я едва знала.
У меня был плохой вкус на мальчиков.
Перед этим я увлеклась угрюмым заучкой, который писал стихи на обложках учебников и укладывал свои крашеные, угольно-черные волосы так, что они закрывали его ореховые глаза. Он написал обо мне песню. Я рассмеялась, и отношения закончились прежде, чем успели начаться. Предыдущий год был возможно самый неловкий - обесцвеченный блондин, капитан футбольной команды с небесно-голубыми глазами. Проходили месяцы, а мы едва обменивались фразами "привет" и "у тебя есть карандаш?" прежде чем мы наконец-то встретились на вечеринке. Мы разговаривали. Он поцеловал меня и лапал за грудь. При этом он пах дешевым пивом. Я ударила его и сломала ему челюсть. Маме пришлось переехать в другой город после этого, и она читала мне лекцию о том, что нельзя бить так сильно, напоминая, что нормальная девочка не может раздавать такие удары, как этот.
Нормальные девочки также не хотели, чтобы их лапали, и я целиком и полностью верила, что если бы они могла орудовать кулаками как я, они бы это делали.
Я улыбнулась Мэтту:
- Я ни о чем не думаю.
- Ты вообще не думаешь? - Мэтт опустил голову. Кончики его светлых волос щекотали мне щеки. Слава богам, он перерос стадию отращивания дредов. - Ничего не происходит в твоей хорошенькой голове?
В моей голове что-то происходило, но это было не то, на что надеялся Мэтт. Когда я смотрела в его зеленые глаза, я думала о своем самом первом увлечении - запретном, старшем мальчике с глазами цвета грозового неба - того, кто был настолько не в моей лиге, что мы могли быть даже разными биологическими видами.
Технически, я думаю, так и было.
Даже сейчас, я хотела пнуть себя в лицо за это. Я была как ходячая героиня любовного романа, размышляющая о превратностях любви и всякой такой ерунде. Конечно, любовь в моем мире обычно заканчивалась словами "Я заклинаю тебя!" и она была проклята и превращалась в какой-нибудь тупой цветок до конца своих дней.
Боги и их дети могли быть такими мелочными.
Я иногда гадала, не почувствовала ли мама мою одержимость чистокровным парнем и поэтому она выдернула мою счастливую задницу из единственного мира, который я знала - единственного мира, к которому я принадлежала. Чистокровные были недосягаемы для полукровок вроде меня.
- Алекс? - Мэтт провел губами по моей щеке, медленно двигаясь к моим губам.
- Ну, может быть, что-нибудь. - Я поднялась на носочки и обхватила его руками за шею. - Угадай, о чем я сейчас думаю?
- О том, что ты жалеешь, что оставила туфли у костра, потому что я жалею. Песок действительно холодный. Глобальное потепление - ерунда.
- Не это было в моих мыслях.
Он нахмурился.
- Ты думаешь об уроке истории? Это было бы глупо, Алекс.
Я вывернулась из его объятий, вздохнув.
- Забудь, Мэтт.
Усмехнувшись, он вытянул руку и опять обхватил меня руками.
- Я просто шучу.
Сомнительно, но я позволила ему опустить губы на мои. Его рот был теплым и сухим, большее, чего могла просить девушка от семнадцатилетнего парня. Но если быть честной, Мэтт хорошо целовался. Его губы медленно двигались на моих, и когда он раскрыл их, я не ударила его в живот или что-то наподобие. Я ответила на поцелуй.
Руки Мэтта упали на мои бедра, и он опустил меня на песок, поддерживая свой вес одной рукой, возвышаясь надо мной и проложил дорожку из поцелуев через мой подбородок к горлу.Я уставилась в темное небо, изрешеченное яркими звездами и редкими облаками. Прекрасная ночь - нормальная ночь, поняла я. В ней было что-то романтичное, в том, как он ласкал мою щеку, когда его губы вернулись к моим, и он прошептал мое имя, как будто я была загадкой, которую он никогда не сможет разгадать. Мне было тепло и приятно, не порви-мою-одежду-и-займемся-этим, но было неплохо. Я могла бы к этому привыкнуть. Особенно, когда я зажмуривалась и представляла, что глаза Мэтта становились серыми, а волосы - гораздо, гораздо темнее.
Потом он скользнул рукой под подол моего сарафана.
Мои глаза сразу же открылись и я быстро протянула руку и вытащила его ладонь из места между моих ног.
- Мэтт!
- Что? - он поднял голову, его глаза были туманно-зелеными. - почему ты меня остановила?
Почему я его остановила? Я внезапно почувствовала себя как Мисс Невинность, охраняющая свою добродетель от покущающихся мальчиков. Почему? Ответ пришел достаточно быстро. Я не хотела отдавать свою Д-карту на пляже, где песок забивается в места, о которых не говорят в приличном обществе. Мои ноги уже словно обработали наждачкой.
Но было еще кое-что. Я на самом деле не была здесь с Мэттом, когда я представляла его с серыми глазами и темными волосами, желая, чтобы он был кем-то другим.
Кем-то, кого я никогда не увижу... и кто никогда не будет моим.

Глава 2

- Алекс? - Мэтт прижался носом к моей шее. - Что не так?
Воспользовавшись своей природной силой, я перекатила его с себя и села. Я поправила лиф платья, радуясь, что вокруг было темно.
- Извини, но сейчас мне не хочется.
Мэтт развалился рядом со мной, уставившись в небо, точно как я несколько минут назад.
- Я.. сделал что-то не так?
Мой желудок перевернулся и в нем появилось странное чувство. Мэтт был таким хорошим парнем. Я повернулась к нему и взяла его за руку. Я переплела свои пальцы с его, как ему нравилось.
- Нет. Совсем нет.
Он высвободил руку и почесал бровь:
- Ты всегда так делаешь.
Я нахмурилась. Правда?
- И дело не только в этом, - Мэтт сел, обхватив своим длинными руками согнутые колени. - Я чувствую, что совсем тебя не знаю, Алекс. Ну, как будто на самом деле не знаю, кто ты. Сколько мы уже встречаемся?
- Несколько месяцев, - я надеялась, что угадала. Потом я почувствовала себя ужасно потому что мне приходилось угадывать. Боги, я превращалась в ужасного человека.
Он слегка улыбнулся.
- Ты знаешь обо мне всё. Сколько мне было лет, когда я в первый раз пришел в клуб. В какой колледж я хочу поступить. Какую еду я ненавижу, и как не могу терпеть газированные напитки. Когда я в первый раз сломал руку...
- Упав со скейтборда, - мне стало лучше, потому что я об этом вспомнила.
Мэтт негромко засмеялся:
- Ты права. Но я ничего не знаю о тебе.
Я толкнула его плечом:
- Это не правда.
- Правда, - он взглянул на меня, улыбка на его лице угасла. - ты даже не говоришь о себе.
Ладно. В его словах был смысл, но я не могла ничего ему рассказать. Я могла себе представить.
Ты когда-нибудь смотрел Битву Титанов или читал какие-нибудь древнегреческие мифы? Ну, эти боги есть на самом деле и я вроде как происхожу от них. Вроде приемного ребенка, которого никто не хочет признавать. Ох, и я никогда не была рядом со смертными, кроме последних трех лет. Мы все еще можем быть друзьями?
Этого не будет.
Поэтому я пожала плечами и сказала:
- Правда, нечего говорить. Я довольно скучная.
Мэтт вздохнул.
- Я даже не знаю, откуда ты.
- Мы переехали из Техаса. Я тебе говорила, - ветер раздувал пряди моих волос, бросая их мне в лицо и ему на плечи. Мне нужно было подстричься. - Это не большая тайна.
- Но ты там родилась?
Я отвела взгляд, наблюдая за океаном. Море было таким темным, что выглядело фиолетовым и недружелюбным. Я оторвала от него взгляд и стала смотреть на берег. Две определенно мужские фигуры шли по пляжу.
- Нет, - наконец сказал я.
- Тогда где ты родилась?
Я почувствовала легкое раздражение и сфокусировала взгляд на парнях у кромки воды. Они присели на корточки, в то время как поднимающийся ветер окатывал их брызгами холодной воды. Приближался шторм.
- Алекс? - Мэтт встал на ноги, тряся головой. - Видишь, ты даже не можешь мне сказать, где ты родилась. Что с этим не так?
Моя мама думала, что чем меньше люди о нас знают, тем лучше. Она была ужасно параноидальной, веря в то, что если кто-нибудь узнает слишком много, Ковенант нас найдет. И разве это было так плохо? Я даже хотела, чтобы они нашли нас, чтобы положить конец этому безумию.
Начиная разочаровываться, Мэтт провел пальцами по волосам.
- Думаю, я пойду обратно к остальным.
Я смотрела, как он повернулся ко мне спиной, прежде чем встала на ноги.
- Подожди.
Он обернулся, его брови были подняты.
Я прерывисто вдохнула, потом еще раз:
- Я родилась на дурацком острове, о котором никто никогда не слышал. Он рядом с побережьем Северной Каролины.
На его лице отразилось удивление:
- Что за остров?
- Правда, ты никогда не слышал о нем, - я сложила руки на груди, по моей коже побежали мурашки. - Он рядом с Лиллингтоном.
На его лице расползлась широкая улыбка, и я знала, от его глаз лучиками разбегаются морщинки, как каждый раз, когда он был от чего-то особенно счастлив.
- Это было так трудно?
- Да, - я надула губы, и потом улыбнулась, потому что у Мэтта была заразительная улыбка, улыбка, напоминавшая мне о друге, которого я не видела годы. Может быть поэтому меня привлекал Мэтт. Моя улыбка начала меркнуть, когда я стала думать, чем мой бывший товарищ по развлечениям занимался прямо сейчас.
Мэтт положил руки на мои предплечья, медленно расслабляя мои руки.
- Хочешь пойти обратно? - он кивнул в торону пляжа, где группа подростков толпилась около костра. - Или останемся здесь...?
Он не закончил предложение, но я знала, что это подразумевало. Останемся здесь, и будем еще целоваться, и еще немного забудемся. Это не было плохой идеей. Через его плечо я снова заметила двух парней. Они почти подошли к нам, и я вздохнула, теперь узнав их.
- У нас есть компания, - я отступила назад.
Мэтт взглянул через плечо на двух парней.
- Отлично. Это Олень и Коротышка.
Я захихикала от такого определения. Я несколько раз встречала эту отвратительную пару, но не смогла запомнить их имена. Олень был высоким и худым, его темно-каштановые волосы были настолько были пропитаны гелем, что их могли бы отнести к разряду опасного оружия в большинстве штатов. Коротышка был ниже и шире, обрит налысо и сложен, как локомотив. Они были известны тем, что создавали неприятности всюду, где оказывались, особенно Коротышка с его сомнительной программой тренировок. Они были на два года старше нас, окончив школу Мэтта прежде, чем моя нога оказалась во Флориде. но они все еще зависали с младшими ребятами, без сомнения, выискивая девочек, которых легко впечатлить. Об этих двоих ходили плохие сплетни.
Даже в бледном лунном свете, я могла сказать, что их кожа ыбла здорового оранжевого оттенка. Их чрезмерно широкие улыбки были до неприличия белыми. Тот, что пониже, сказал что-то и они ударили друг друга кулаком о кулак.
Что ожидаемо, они мне не понравились.
- Эй! - позвал Олень, и парочка замедлила шаг. - Что происходит, Мэтт, чувак?
Мэтт засунул руки в карманы своих шорт-карго.
- Ничего особенного, у тебя?
Олень взглянул на коротышку, потом обратно на Мэтта. Неоново-розовая рубашка поло Оленя сидела внатяг на его костлявой фигуре. Она была по меньшей мере на три размера ему мала.
- Мы просто отдыхаем. Собираемся в клуб. - Олень в первый раз взглянул на меня, его глаза скользнули по моему платью и ногам.
Меня затошнило.
- Я видел тебя несколько раз, - сказал Олень, покачивая головой туда-сюда. Я гадала, было ли это частью какого-то странного брачного танца. - Как тебя зовут, сладенькая?
- Её зовут Алекс, - ответил Коротышка во всем своем величии. - Это имя парня.
Я почти зарычала.
- Моя мама хотела мальчика.
Олень выглядел смущенным.
- На самом деле это сокращение от Александрия, - объяснил Мэтт. - Ей просто нравится, когда её называют Алекс.
Я улыбнулась Мэтту, но он наблюдал за приближающимися парнями. На его челюсти пульсировала мышца.
- Спасибо за уточнение, приятель, - Коротышка скрестил свои массивные руки, не отводя глаз от Мэтта.
Поймав взгляд Коротышки, я придвинулась ближе к Мэтту.
Олень, который все еще пялился на мои ноги, испустил звук, средний между рычанием и стоном:
- Чертова девчонка. Твой папочка вор?
- Что? - я на самом деле никогда не видела своего отца. Все, что я знала - это то, что он был смертным. Надеюсь, он был не похож на этих двух придурков.
Олень напряг несуществующие мышцы и улыбнулся.
- Тогда кто украл эти бриллианты и вставил их тебе в глаза?
- Надо же, - я моргнула и повернулась к Мэтту. - Почему ты мне не говоришь таких романтичных вещей, Мэтт? Я обиделась.
Мэтт не улыбнулся, как я ожидала. Его взгляд переходил от одного парня к другому, и я видела, что его руки сжались в кулаки в карманах. В его глазах читалось определенное чувство, губы были сжаты в тонкую линию. Мое веселье растворилось за секунду. Он был... напуган?
Я протянула к нему руку.
- Давай пойдем обратно.
- Подождите, - Коротышка хлопнул Мэтта по плечу с достаточной силой для того, чтобы Мэтт попятился назад на несколько дюймов. - С вашей стороны грубо так сбегать.
Горячий поток пробежал по моему позвоночнику и теплая волна окатила мою кожу. Мои мышцы напряглись в предвкушении:
- Не трогай его, - тихо предупредила я.
Не удивительно, Коротышка уронил руку и уставился на меня. Потом он улыбнулся.
- Она любит командовать.
- Алекс, - прошипел Мэтт, глядя на меня большими глазами. - Все нормально. Не делай из этого проблемы.
Он еще не видел, как я делаю проблему.
- Её поведение соответствует имени, - рассмеялся Олень. - Почму бы нам не пойти на вечеринку? Я знаю вышибалу в Зеро, который может нас впустить. Мы повеселимся.
Он потянулся ко мне.
Олень возможно хотел сделать это игриво, но это на самом деле был неудачный ход. Мне все еще не нравилось, когда ко мне прикасаются, когда я этого не хочу. Я поймала его руку:
- Твоя мама была садовницей? - спросила я его невинно.
- Что? - рот Оленя приоткрылся.
- Потому что твое лицо так и просится быть поближе к земле, - я вывернула его руку назад. На его лице отразился шок. В ту секунду, когда наши взгляды встретились, я поняла, что он не знал, как я так быстро получила преимущество.
Прошло три года с тех, пор как я серьезно с кем-то дралась, но неиспользуемые мышцы проснулись и мозг выключился. Я нырнула под руку, которую держала, утягивая её за собой и ударила его в колено ступней.
В следующую секунду Олень ел песок.

Глава 3

Глядя вниз на парня, распластанного в песке, я поняла, что скучала по этому, особенно по волнам адреналина и ощущению "черт, я крутая", которое появлялось, когда я одерживала победу. Но опять же, драки со смертными были совершенно не похожи на драки с моим видом или существами, которых меня когда-то учили убивать. Это было легко. Если бы он был полукровкой, я могла бы быть на его месте с полням ртом песка.
- Иисусе, - прошептал Мэтт, отпрыгнув назад.
Я посмотрела вверх, ожидая увидеть благоговейный шок на его лице. Может быть, он даже показал бы мне большой палец. Ничего, я не получила ничегошеньки. В Ковенанте мне бы апплодировали. Но я постоянно забывала, что я больше не в Ковенанте.
Ошеломленный взгляд Коротышки перешел от его товарища на меня и быстро стал яростным:
- Ты ведешь себя как мужчина? Тогда лучше тебе быть им до конца, ты, сучка.
- Ох, - я улыбнулась и обернулась к нему. - Кто это у нас тут? Кинг Конг?
Имея очевидное преимущество в весе, Коротышка бросился на меня. Но его не учили драться с семи лет, и у него не было моей в буквальном смысле данной богами силы и скорости. Он замахнулся мясистым кулаком в направлении моего лица и я с разворота ударила его голой ступней в живот. Коротышка согнулся пополам, выбросив вперед руки, стараясь схватить меня за предплечья. Я шагнула ему навстречу, взявшись за его плечи и потянув его вниз, одновременно поднялв ногу. Его челюсть отскочила от моего колена и я отпустила его, наблюдая, как он свалился на землю со стоном.
Олень неуверенно встал на ноги, выплевывая песок. Он покачнулся и замахнулся на меня. Удар был непродуманным и я могла легко уклониться. Черт, даже если бы я стояла неподвижно, он бы не дотянулся до меня, но я была на взводе.
Я поймала его кулак, скользнул ладонью по его руке.
- Плохо обижать девочек, - я развернулась, используя вес его тела, чтобы сбить его с ног. Он перелетел через мое плечо и еще раз опустился лицом в песок.
Коротышка поднялся на ноги и шатаясь подошел у упавшему другу:
- Давай, чувак. вставай.
- Помочь? - предложила я с улыбкой.
Оба парня бросились по пляжу, оглядываясь через плечо, как будто ожидали, что я прыгну им на спину. Я смотрела до тех пор, пока они не пропали в бухте, улыбаясь сама себе.
Я повернулась обратно к Мэту, ветер раздувал мои волосы. Я почувствовала себя живой в первы раз за... годы. Я все еще могла задрать задницу. Столько времени прошло, но я все еще могу. Моё возбуждение и уверенность высохли и улетели в тот момент, когда я взглянула на лицо Мэтта.
Он был в ужасе:
- Как... - он откашлялся. - Почему ты это сделала?
- Почему? - повторила я в замешательстве. - По-моему все достаточно ясно. Эти парни - козлы.
- Да, они козлы. Все знают это но тебе не нужно было устраивать бои без правил, - Мэтт смотрел на меня огромными глазами. - Я просто... просто не могу поверить, что ты это сделала.
- Они к тебе приставали! - я положила руки на бедра, не обращая внимания на то, что ветер бросал волосы мне в лицо. - Почему ты ведешь себя как будто я странная?
- Все, что они сделали - это дотронулись до меня, Алекс.
Для меня этого было достаточно, но, очевидно, не для Мэтта.
- Олень мня схватил, я сожалею, но мне это не нравится.
Мэтт просто смотрел на меня.
Я поборола желание произнести несколько ругательств, пришедших мне на ум.
- Ладно. Может быть, мне не стоило это все делать. Мы можем просто забыть об этом?
- Нет, - он потер затылок. - Это было слишком странно для меня. Извини Алекс, это был просто... бред.
То, что сдерживало мой гнев, начало улетучиваться.
- О, в следующий раз ты хочешь, чтобы я стояла и смотрела как они надерут тебе зад и будут приставать ко мне?
- Ты слишком сильно отреагировала! Они не собирались надирать мне зад или приставать к тебе! И следующего раза не будет. Мне не нравится насилие, - Мэтт покачал головой и отвернулся от меня, разгребая ногами холмики песка и оставив меня стоять в одиночестве.
- Что за черт? - пробормотала я и потом сказала громче. - Как хочешь! иди спасай дельфинов или еще кого-нибудь!
Он быстро обернулся:
- Это киты, Алекс, киты! Я хочу спасать китов.
Я выбросила руки вверх.
- Что не так со спасением дельфинов?
Мэтт проигнорировал замечание, и примерно через две минуты я пожалела, что кричала это. Я метнулась за ним, чтобы забрать свои сандалии и сумку, но я сделала это с грацией и гордостью. Ни одно ругательство не сбежало с моих плотно сжатых губ.
Несколько ребят подняли взгляды, но никто из них ничего не сказал. Несколько друзей, которые у меня были в школе, были друзьями Мэтта, и им тоже нравилось спасать китов. Не то чтобы в этом было что-то дурное, но некоторые из них кидали пивные бутылки и пластиковые пакеты в океан. Немного лицемерно, да?
Мэтт просто не понимал. Насилие было частью моей сущности, я была полукровкой и это было у меня в крови с рождения и укреплялось тем, что каждая мышца в моем теле была тренирована. Это не значило, что я буду ходить и ломать всем подряд кости без причины, но я отвечу на нападение. Всегда.
Дорога домой была ужасной.
Между пальцами ног, в волосах и платье застрял песок. Кожа чесалась во всех неправильных местах и все раздражало. Оглянувшись назад, я могла признать, что слишком сильно отреагировала. Олень и Коротышка на самом деле даже не угрожали. Я просто могла спустить им это. Или повести себя как нормальная девочка в такой ситуации и позволить Мэтту разобраться с этим.
Но я так не сделала.
Я никогда так не делала. Теперь все было безнадежно испорчено. Мэтт пойдет в понедельник в школу и расскажет всем, как я разыгрывала Зену Королеву Воинов перед хулиганами. Я должна рассказать маме и она не будет рада. Может быть, она настоит на том, чтобы снова переехать. Я была бы счастлива это сделать, потому что я не хотела идти в школу и видеть глаза этих ребят, после того, как Мэтт расскажет им что произошло. Мне было все равно, что учебный год в любом случае заканчивался через несколько недель. И еще я знала, что мне предстоит куча упреков от мамы.
И я этого заслуживала.
Сжав маленькую сумочку и кулаке, я пошла быстрее. Обычно неоновые огни клубов и звуки карнавала улучшали мое настроение, но не сегодня. Я хотела ударить себя в лицо.
Мы жили в трех кварталах от пляжа, в двухэтажном бунгало, которое мама снимала у какого-то древнего деда, пахнущего сардинами. оно мыло старое, но в нем было две маленьких ванных. Нам не нужно было делить ванную. Это не был самый безопасный район, известный человечеству, но сомнительная часть города не могла испугать маму или меня.
Мы могли справиться с плохими смертными.
Лавируя по переполненному тротуару, я вздохнула. Ночная жизнь была важной частью жизни города. Такой же, как поддельные паспорта и супер-загорелые и супер-худые тела. В Майами все были для меня на одно лицо, и это не очень отличалось от моего дома - настоящего дома - где у меня была цель в жизни и обязанности, которые надо выполнять.
А сейчас я была неудачницей.
Я жила в четырех разных городах и посещала четыре разные школы в течение трех лет. Мы всегда выбирали большие города, чтобы раствориться, и всегда жили рядом с водой. до сих пор мы не привлекали много внимания, но когда это случалось, мы сбегали. Никогда моя мама не рассказывала мне почему. Никогда не объясняла ничего. После того, как прошел год, я прекратила злиться, когда она отказывалась мне объяснить, почему она пришла ко мне в общежитие в ту ночь и сказала, что нам надо уехать. Я честно оставила попытки спрашивать или догадаться самой. Иногда я ненавидела её за это, но она была моей мамой и куда бы она ни пошла, я шла за ней.
В воздухе поселилась влажность, небо над головой быстро темнело, и звезд уже не было видно. Я пересекла узкую улицу и ногой открыла ворота в невысоком ковано заборчике, окружавшем небольшой клочок травы. Я вздрогнула от скрипа, когда они распахнулись, скребя по бордюру из песчаника.
Я остановилась перед дверью, глядя наверх и начала искать ключ в сумочке.

- Дерьмо, - пробормотала я, в то время как мой взгляд скользил по маленькому балконному садику. Цветы и травы росли как сумасшедшие, вываливаясь из своих керамических горшков и взбираясь по ржавой ограде. Пустые урны, которые я несколько недель сложила в стопу, теперь тоже были погребены под зеленой массой. Предполагалось, что сегодня днем я наведу порядок на балконе.
Утром мама будет вне себя по нескольким причинам.
Вздохнув, я вытащила ключ и сунула его в замок. Я наполовину открыла дверь, благодарная за то, что она не скрипела и не стонала, в отличие от остальных дверей в доме, когда я почувствовала почти незнакомое ощущение.
Страницы:

1 2 3 4





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.