Библиотека java книг - на главную
Авторов: 49515
Книг: 123371
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Избранные воины Императора»

    
размер шрифта:AAA

Этот отрывок из архива Каина охватывает относительно короткий, но вовсе не простой период его жизни, когда он был прикомандирован к штабу бригады в качестве независимого комиссара. После изучения записей за эти полдюжины лет становится понятно, почему он при первой же возможности устроил свой перевод в полк, готовый к боевым действиям, так как даже это казалось относительно безопасным, по сравнению с некоторыми заданиями, которые встречались на его жизненном пути благодаря его нежеланной героической репутации, которую он, кажется, считал, как естественной, так и одновременно крайне неудобной. (Репутация, которую он, верный себе, по ходу всего отрывка настойчиво называет полностью незаслуженной).
Многие из моих читателей приняли это утверждение за правду, а многие считают, что он скорее очаровательно слеп к своим собственным достоинствам. Зная его лично, я склонна считать, что правда куда сложнее, чем любое утверждение). Я уже опубликовала несколько его последующих подвигов в 597-м Валхальском и не вижу необходимости резюмировать результаты, к которым привело исполнение его желания. Вместо этого я бы хотела сконцентрироваться на том, что, возможно, стало основным инцидентом этого периода его жизни, чьи последствия отражались на ней еще многие десятилетия.
Теперь, оглядываясь назад, мы можем различить слабое дуновение того ветра, которому суждено было стать штормом, угрожающим в начале следующего тысячелетия охватить весь Восточный Рукав.
Так же на мой выбор материала повлиял тот факт, что в предыдущих отрывках, которые я редактировала и распространяла среди коллег-инквизиторов, было поднято и осталось без ответов множество вопросов, не в последнюю очередь связанных с орденом Отвоевателей и обстоятельствами, окружающими его причастность к их опрометчивой высадке на борт скитальца "Отродье Проклятия".
Детали начала его миссии в качестве офицера по связи между Имперской гвардией и орденом, и богатая событиями поездка к ним, уже были описаны в одном из ранее вышедших коротких отрывков, то я хотела бы здесь не повторяться, а начать изложение событий непосредственно с кампании на Виридии.
Как всегда, я пыталась, насколько возможно, пояснять происходящие события при помощи примечаний и вставок дополнительной информации из других источников, особенно там, где привычка Каина концентрировать внимание на затрагивающих его лично тривиальных инцидентах грозит потерей общей картины. Большая часть последующего материала, тем не менее, принадлежит Каину и как всегда специфична.
Эмберли Вэйл, Ордо Ксенос.

Глава первая

Не часто я бываю рад отправиться в зону боевых действий со всей скоростью, с которой меня могли нести течения варпа, но для кампании на Виридии я был готов сделать исключение. Моё путешествие не было скучным, и это ещё мягко сказано.
Заняв место на транспорте Адептус Механикус, который направлялся примерно в правильном направлении, я принял участие в забеге за мою жизнь через мир-гробницу некронов, в котором моим достаточно неосторожным хозяевам вздумало ковыряться по пути. Если бы не случайное прибытие корабля ордена астартес Отвоевателей, в этой истории совершенно не осталось бы выживших. Но даже после случившегося, лишь благодаря исключительному везению я смог унести ноги. В общем-то, я не думаю, что кто-нибудь поверит в случившееся со мной тогда[1], а потому лучше расскажу ту историю, события которой могу доказать. Впрочем, я сомневаюсь, что кто-то когда-либо будет читать мои разрозненные заметки, хотя они могут быть весьма поучительными.
Я не могу сказать, что помню многое о нескольких первых днях на борту ударного крейсера "Ревенант"[2], но это не удивительно, учитывая состояние в котором я попал туда. Когда я пришёл в себя, то обнаружил себя в по-спартански строгом санаториуме, лежащим на слишком большой для себя кровати. Незнакомые лица выплывали и исчезали в тумане, застилающем мне глаза.
— Комиссар, — спросил голос, невероятно глубокий, низкий и гулкий, — вы уже проснулись?
На мгновение я засомневался в этом, всё ещё находясь во власти медикаментов, наполнявших мою кровь. Для моего затуманенного лекарствами разума голос звучал подобно гласу Самого Императора, и я задумался, может стоит проводить чуточку больше времени в храме, и немного меньше — в барах, игровых притонах и борделях, хотя было похоже, что об этом уже поздно беспокоиться. Если я действительно прибыл к Золотому Трону, то мне оставалось лишь надеяться, что его хозяин в хорошем настроении, и постараться при малейшей возможности перевести разговор с ним на безопасные для меня темы[3]. Затем одно из лиц подплыло ко мне достаточно близко, чтобы я смог сфокусировать на нём свой взгляд, и в тот же миг на меня нахлынули запоздалые воспоминания.
— Думаю, да, — прошелестел я, удивлённый тем, как слабо звучит мой голос. На секунду я решил, что это из-за того, что долго им не пользовался и испугался, что провел без сознания недели, но когда по капле начали возвращаться мои способности, я осознал, что он звучит слабо по сравнению с голосом того, кто обратился ко мне. Почти сразу же вернулись воспоминания, и я заново пережил свой отчаянный прыжок через варп-портал некронов и прибытие на их корабль как раз в момент столкновения с абордажной командой космодесантников.
— Металлические твари, — взволнованно спросил я, — они мертвы?
— Спорный вопрос, — ответил один из окружающей меня троицы гигантов и как-то тревожно улыбнулся. Механическая клешня, которая бы более уместно смотрелась на силовом погрузчике, висела за его плечом, словно механодендрит какого-нибудь техножреца. Тот, который нависал надо мной, с упреком посмотрел на него и вновь повернулся к моей кровати. К слову, она оказалась чертовски жесткой для лазарета.
— Отнеситесь снисходительно к чувству юмора Драмона, комиссар. Оно не всегда уместно.
Ладонь шириной с обеденную тарелку поднырнула под мою спину и помогла принять сидячую позу. Моё поле зрения заметно расширилось, и я смог лучше разглядеть место, в котором оказался. Повсюду были блестящие металлические поверхности, начищенные как строевые ботинки сержанта, что делало помещение более похожим на святилище Механикус, нежели на учреждение здравоохранения. Если бы не распространяющийся аромат контрасептиков и икона Императора, в Его ипостаси Великого Целителя, сурово смотрящего на меня с противоположной стены, я бы никогда не догадался, что нахожусь в санаториуме. Большинство оборудования, которое я ожидал увидеть в таком месте, отсутствовало, возможно просто спрятанное в невыразительные металлические ящики расставленные у стены и то немногое, что я все еще мог разглядеть ни о чем мне не говорило.
— Апотекарий Шолер из ордена Отвоевателей. И, отвечая на ваш вопрос, сообщу, что их судно было уничтожено.
Это был, конечно, не совсем ответ на мой вопрос, но меня он удовлетворил. (Теперь, обладая моими нынешними знаниями о некронах, я бы даже не стал спрашивать о подобном, но не забывайте, что в тот раз я столкнулся с ними впервые). Сейчас я не был бы уверен, что они мертвы, покуда вся планета, на которой они находились, не будет уничтожена.[4]
— Кайфас Каин, — сказал я, вежливо склонив голову, о чем тут же немедленно пожалел.
— Я полагаю, что я ваш новый офицер по связям с Имперской Гвардией.
— Я тоже так понимаю, — ответил третий гигант, заговоривший впервые. Как и остальные, он был облачён в керамитовую броню тусклого, бело-желтоватого оттенка, с жёлтыми латными перчатками, но отделанную куда более богатым орнаментом, нежели доспехи его товарищей. Он склонил голову.
— Капитан Грайс, командующий Виридийскими Экспедиционными Силами. Кажется, ваша репутация не столь преувеличена, как мы думали.
— Действительно, — сказал технодесантник, которого Шолер назвал Драмоном. Его механическая клешня слегка сжималась в такт его словам.
— Мало кто смог бы сбежать невредимым с мира-гробницы некронов.
— Вряд ли невредимым, — ответил я, внезапно вспоминая два своих пальца, срезанных выстрелом по касательной из чудовищного оружия металлических убийц. Не желая лишний раз шевелить головой, я поднял к глазам свою правую руку, и уставился на бесформенную связку бинтов, которая раздулась так, что разглядеть под ней что-либо было невозможно. Напоминание о её существовании как будто щелкнуло выключателем и я внезапно почувствовал по всей руке отвратительный зуд.
— Аугметика приживается хорошо, — заверил меня Шолер так, словно я имел хоть малейшее представление, о чем он говорил. Прежде чем я успел его спросить, в разговор снова вмешался Драмон.
— Вы единственный выживший, — сказал он, — тогда как все ваши товарищи погибли. Думаю, два пальца — невысокая цена за это.
— Ну… Если вы ставите вопрос таким образом, — ответил я, — то не могу не согласиться.
Я даже не заметил, что лишился их, пока не помахал рукой на прощание этим существам в туннеле. Понимаю, что шуточка вышла так себе, но, учитывая обстоятельства, я вряд ли смог бы выдать что-то получше. К тому же она должна была убедить моих слушателей в том, что я достаточно скромно оцениваю свой, с позволения сказать, героизм. Я снова и снова обнаруживал, что чем больше я пытался преуменьшить свою незаслуженную репутацию, тем, кажется, больше людей в неё верило. Драмон, кажется, был приятно удивлен моим легкомыслием. Его обычно неподвижное широкое, покрытое шрамами лицо на мгновение озарила улыбка. Грайс же вовсе проигнорировал сказанное и вернулся к сути беседы с прямотой сервитора, пытающегося следовать своей простой программе.
— Я хотел бы как можно быстрее получить полный отчет о ваших действиях на Вечном Рассвете[5], — сказал он.
Технически, думаю, я мог бы порекомендовать ему держать свои тонко завуалированные приказы при себе, поскольку единственные, перед кем я обязан был отвечать, были представители Комиссариата, но вряд ли это будет вежливо или благоразумно. Я буду вынужден достаточно долго работать с ним и его людьми и ставить его на место еще до того, как мы официально начали сотрудничать, точно не поможет делу. Кроме того, мне нужно было придумать для генерала Локриса и его штаба какое-то объяснение относительно того, каким образом я ухитрился потерять целый корабль. А так как экспедиция принадлежала Адептус Механикус, то я был почти уверен, что они тоже проявят живой интерес и мне придется пересказывать все это ещё и им.
Ну и не будет особого вреда, если у капитана Отвоевателей будет копия, так как чем шире я смогу распространить свою версию событий, тем меньше шансов что кто-то сможет назначить виновным меня. (На этот раз я и не был виновен, просто оказался в неподходящем месте в неудачное время, что, кажется, случалось слишком часто за время моей продолжительной и бесславной карьеры). Поэтому я просто кивнул и постарался проигнорировать фейерверки в голове, вызванные этим неосторожным движением.
— Если кто-то сможет разыскать мне планшет, я займусь этим,— сказал я, — не то, чтобы у меня было много занятий, пока я здесь.

ЗАНИМАТЬСЯ этой бесполезной работой, вновь переживая кошмар, из которого только что выбрался, было не самым приятным выбором, но, поскольку я выздоравливал, мне удалось излагать события более непринужденно и плавно, вспоминая большее число подробностей, чем я ожидал. Несомненно, этому поспособствовало то, что я получил неожиданного союзника в лице Драмона. Он взялся опросить меня насчёт моего приключения и подготовить мне апартаменты, в которые мне предстояло переселиться после выхода из санаториума. Пока я описывал свои похождения, он задавал вопросы об оборудовании, которое использовали техножрецы для исследования руин и о разных богохульных артефактах, которые я видел в глубинах мира-гробницы. Я не питал иллюзий на счёт интереса десантника, конечно, занимала его не моя компания, а возможность больше узнать о технологических диковинах, о которых я мог ему рассказать. Но полёт был долгим, наши беседы захватывали всё более широкий спектр тем, и я не могу отрицать, что он был куда приятнее в общении, нежели астартес, с которыми мне до этого доводилось сталкиваться.
Я, конечно, не был единственным обычным человеком на борту: фактически, на несколько дюжин Отвоевателей[6] приходилось втрое или вчетверо больше сервов ордена, занятых обслуживанием судна. Мне эта прислуга казалась утомительной компанией, утомительной даже больше, чем скитарии, которых я встретил на борту "Благословение Омниссии". Кажется, они почитали астартес, которых обслуживали, сразу после Императора, и отношение к любому, кто не входил в их маленький мирок, оставалось отчужденно вежливыми. Они пресекали любую попытку завязать беседу формальными и строго конкретными ответами.
Юноша по имени Гладден, назначенный обслуживать меня, был эффективным, скромным и безупречным до такой степени, что я обнаружил себя скучающим по Юргену намного больше, чем по моему мнению это вообще было возможно. Правда, мой помощник был ходячим оскорблением униформы Имперского Гвардейца и в сравнении с ним, среднестатистический орк казался чистоплотным и благоухающим, но я привык доверять его непоколебимой преданности, и он стал неоценимой преградой между мной и многими наиболее тягостными аспектами моей работы. После некоторых раздумий я решил оставить его в штаб-квартире бригады; частично из-за того что идея появления Юргена рядом с самыми прекрасными воинами, каких только порождал Империум, пугала даже меня. А так же, потому что подозревал, что Локрис задумал отправить меня на другое задание, более подходящее для такого героя как я, и решил что мой помощник отвлечет его от этой идеи своим обычным закоренелым нежеланием отклонятся от протокола.
В результате единственным, кого я мог бы назвать здесь сносным компаньоном, оказался Драмон. По крайней мере, покуда мы не достигнем Виридии — этого момента я ждал с нетерпением. Когда он последний раз заглянул в мои апартаменты, то застал меня корректирующим распечатку отчёта при помощи авторучки, и лёгкая улыбка, которую я не раз видел раньше, вновь появилась на его лице.
— Новые пальцы, кажется, работают удовлетворительно, — сказал он с оттенком гордости в голосе.
— Так и есть, — ответил я, с облегчением откладывая в сторону утомительную писанину и сгибая свою новоприобретенную аугметику. Я всё ещё чувствовал некоторую неуверенность, но новые пальцы наконец начали ощущаться частью организма, и я уже мог брать предметы, не рассчитывая предварительно, как бы их ухватить, не промахнувшись на пару миллиметров. Драмон, как оказалось, лично изготовил и установил их вместе с Шолером, поэтому у меня, кажется, было за что поблагодарить технодесантника. Я кивнул на кипу бумаг.
— По крайней мере, я закончил с этим до того, как мы вышли из варпа, — добавил я.
— Брат-капитан будет доволен, — сказал Драмон.
Как обычно, он остался стоять и, кажется, ему было вполне удобно. За все время, которое я провел с Отвоевателями, я редко видел чтобы кто-то из астартес сидел, а когда это случалось, то почти всегда это было вызвано практической необходимостью, вроде вождения или езды в десантном отсеке "Носорога".
— Когда мы доберемся до Виридии на бумажную работу останется мало времени.
— Не сомневаюсь, — согласился я, плеснув себе остро необходимую порцию амасека. На самом деле я предпочел бы перелопатить столько файлов, сколько вообще возможно, чем попасть на фронт, но не мог же я признаться в этом одному из избранных воинов Императора. Хотя, как оказалось, пока мы двигались в варпе, восстание продолжало разрастаться и ко времени нашего прибытия понятия фронта и тыла утратили всякий военный смысл. Вся система представляла собой один огромный бурлящий котел конфликта и нам было суждено появиться как раз в его центре.
— Нашли время, чтобы проанализировать стратегический обзор? — спросил Драмон и я кивнул на лежащий рядом на столе инфопланшет.
— Пробежался по нему, — признался я. Это было лучшее, на что можно было рассчитывать, и куда лучше чем обычно попадавшие ко мне брифинги Муниторума. Обычно на борту корабля я находил куда более приятные занятия, чем продирание через напыщенный слог трутней Администратума, тем более что имеющиеся там сведения неизменно утрачивали актуальность за время путешествия в варпе, но на борту "Ревенанта" с развлечениями было туго.
— Восстановление порядка на Виридии выглядит довольно простым делом.
В тот момент моя уверенность казалась более чем оправданной. Восстания в таких захолустных системах, как правило, были вызваны не самим Империумом, а планетарным правительством и прибытия нескольких полков Гвардии обычно хватало чтобы утихомирить обе стороны. Насколько я мог оценить ситуацию, она едва ли требовала развёртывания астартес, и Отвоеватели наверняка придут к выводу, что их время можно потратить на что-нибудь более полезное. Если бы не тот факт, что система Виридия была главным поставщиком провизии и сырья для миров-ульев сектора: если в самое ближайшее время поток десятины с неё не будет восстановлен, то на них в свою очередь начнутся социальные и экономические проблемы. И если оставить происходящее без должного внимания, то в результате мы можем получить волну нестабильности в секторе, которая в течение многих лет будет будоражить дюжину миров. Чтобы справиться с этим потребовались бы неисчислимые ресурсы и трудозатраты.
— Согласен, — сказал Драмон с той уверенностью, которую я и ожидал от одного из избранных Императором, и, признаться, тогда я счел ее тоже совершенно оправданной. Обычная плохо организованная толпа мятежников не продержалась бы и пяти минут против нескольких отделений гвардейцев, не говоря уж о генетически усовершенствованных космических десантниках. Может быть он сказал бы что-то ещё, но знакомое чувство дезориентации, возникающее когда корабль проходит через барьер, отделяющий материальную вселенную от варпа, охватившее меня в этот момент, лишило нас желания продолжать беседу.
— Не думаю, что смогу когда-нибудь привыкнуть к этому, — сказал я, совершенно не представляя, насколько продолжительными и частыми будут в последующие годы мои путешествия, что в последствии я смогу забыть об этой вялой тошноте почти сразу. Но в тот момент я был более чем благодарен за амасек, который налил себе несколькими мгновениями ранее и осушил его в несколько глотков. Я только-только почувствовал, что прихожу в норму, когда замерцали огни, и слабая вибрация пробежала по плитам палубы под ногами. Воспоминания о пережитом несколько лет назад на борту "Длани Мщения" заставили моё сердце забиться сильнее, и я успел достать своё оружие, когда Драмон, несколько мгновений послушав комм-бусину сообщил мне то, что я уже успел понять и сам.
— Кажется, нас атакуют, — сказал он.

Как обычно, Каин даёт только самое поверхностное описание событий, в которых не участвовал лично, и здесь я считаю нужным приложить к тексту краткий объективный обзор Виридийской кампании на тот момент, когда он присоединился к ней.

Из "Вирус предательства: Чистка Виридии и её последствия" за авторством леди Отталин Мелмот" 958.М41


Будет справедливо сказать, что первые несколько месяцев того, чему предстояло стать Виридийским Восстанием, давали немного поводов предположить надвигающийся хаос и резню. То, что началось как общественный протест против поставленного на обсуждение Администратумом вопроса о введении двухпроцентного налога на ладан и свечи, почти одновременно перешло в насилие в нескольких областях. Теперь, оценивая прошедшие события, мы можем увидеть как тщательно все было организовано, с того момента, как агент заговора втиснул спорную оценку в финансовый прогноз на следующий год. Несмотря на заявления губернатора планеты, что он никогда не видел такого законопроекта, а если бы и видел, то, разумеется, никогда бы его не одобрил, большая часть населения продолжала обвинять его в этом, а некоторые даже пошли дальше, начав называть его "Аларик — еретик" (этим прозвищем обременили даже останки бедняги, хотя теперь уже в шутку).
Какая часть из вполне предсказуемого осуждения Экклезиархией так называемого "налога на благочестие" была истинной, а какая была результатом проникновения врага в их ряды, мы можем только гадать, но нет никакого сомнения в том негодовании, которое Виридийцы выплеснули на улицы. Мы всегда с гордостью называли себя Императоро-боязненным народом, и перспектива что мы не сможем себе позволить содержать крошечные святыни, несущие благодать самым скромным лачугам, или сможем это сделать за счет голода и нищеты, в которую впадут многие из самых бедных наших сограждан, несомненно, была невыносима для основной массы трудящихся.
Напрасно губернатор ДюПанья пообещал, что он лично убедится в том, что законопроект никогда не будет принят. К началу 928-го "налог на благочестие" стал объединяющим фактором для всякого рода недовольных, единых только в своей неприязни к планетарному правительству. После того, как первые бунты были подавлены Стражами[7] при поддержке частей Сил Планетарной Обороны, неизбежные жертвы среди мирного населения послужили поводом к новой волне народного негодования.
Со скоростью, казавшейся в то время удивительной, но, при повторном изучении, явно являющейся результатом осторожной координации скрытого врага, о существовании которого пока ещё никто не подозревал, Виридия стала почти неуправляемой, и Губернатору ДюПанья не оставалось иного выбора, кроме как обратится за помощью к Имперской Гвардии.
Помощь не замедлила прибыть, но расстояния между звездами весьма обширны и нам пришлось провести много месяцев в агонии, прежде чем авангард сил спасения прибыл в нашу систему. К радости и удивлению всех лояльных Имперских граждан, судно принадлежало вовсе не Имперской гвардии, а было боевой баржей[8] астартес, которая привезла к нам не только таких несравненных воинов, как Космические Десантники, но и комиссара Каина, героя, чьи деяния против орков-захватчиков Перлии вдохновили миллиарды по всему сектору.
По иронии судьбы, едва "Ревенант" вернулся в материальную вселенную, как тут же подвергся предательскому нападению со стороны, поскольку к этому моменту анархия уже сокрушила наш домашний мир и расползалась вокруг, охватывая разбросанные по всей системе космические станции и жилые блоки шахтеров.

Глава вторая

Не придумав ничего умнее, я потащился на мостик вслед за Драмоном. В случае чего, я был готов утверждать, что должность офицера по связи обязывает меня быть в курсе любых неожиданных событий, хотя, если честно, я справедливо посчитал, что это будет лучшим местом чтобы выяснить, что, во имя Трона, происходит. Я в свое время пережил немало космических сражений — куда больше, чем может повидать любой простой гвардеец. И слишком во многих из них единственным, что я мог сделать, было сидеть и ждать, когда транспорт, в котором я нахожусь, собьют. По крайней мере, на мостике можно наблюдать разворачивающиеся события через гололит, который выводит увлекательное зрелище иконок контактов, движущихся в величественном танце жизни и смерти.
Однако на этот раз никто не оспаривал моё право там находиться, что было приятным сюрпризом. На самом деле, единственное, что меня немало удивило, что до прихода Драмона, на мостике вовсе не было астартес.
— Технодесантник.
Капитан судна, который почему-то носил звание "шкипер"[9], встал со своего управляющего трона и почтительно склонил голову. (Не думаю, что Флот обрадовался, если бы имел в своем составе человека, способного посреди боя отказаться от выполнения своего долга ради соблюдения протокола, но, кажется, ордена космических десантников имели свой взгляд на подобные вещи. Однако ещё в течение десятилетий я полностью не понимал, насколько глубоко это различие).
— Продолжайте, шкипер.
Драмон ответил на приветствие едва заметным кивком головы и шкипер снова сел, погрузившись в шквал информации, снежной бурей несущейся по его пикт-экрану. Один из постов управления, находившийся в тихой и слабо освещённой камере, из которой доносилось приглушенное пение и несло ладаном от техноадептов, обслуживавших системы прицеливания, пустовал. Высокая фигура технодесантника заняла его ещё до того, как я понял, что этот пост был куда выше остальных, чтобы за ним мог комфортно работать стоящий человек более двух метров ростом. Другие кафедры были заняты сервами ордена в униформе, похожей на униформу Имперского Флота, и хотя знаки различия были другими, они, без сомнения, каким-то образом отражали их принадлежность и статус, хотя в данный момент я не беспокоился о том, чтобы это выяснить.
— Что происходит? — спросил я. Драмон мельком взглянул в мою сторону, словно с удивлением вспомнив о моём присутствии, а его пальцы в бронированных перчатках продолжали греметь по клавишам кафедры. Ураган символов, отблески которого танцевали на его лице, менялся слишком быстро, чтобы я мог понять смысл увиденного на экране.
— Мы получили незначительные повреждения, — заверил он меня, немало порадовав. Когда я в последний раз оказался под огнем на борту корабля, это закончилось тем, что мне пришлось дышать вакуумом. К счастью, это продолжалось всего нескольких секунд, но мне и Юргену показалось, что прошло куда больше времени. Однако "Ревенант" был бронирован куда лучше, чем тот почтенного возраста войсковой транспорт, что доставил меня на Перлию, поскольку должен был быть в состоянии наравне сражаться с линейным кораблём, да и голоса членов экипажа, звучащие вокруг меня, были обнадёживающе спокойны.
— От кого? — настаивал я, и если Драмон и был раздражен, он был слишком вежлив, чтобы показать это. Вместо ответа он активировал соседний пикт-экран и я увидел немного расплывчатое изображение корвета Системной Обороны.
— Виридианский корабль, это ударный крейсер "Ревенант" ордена Отвоевателей астартес, — произнес шкипер голосом, лишённым всяких эмоций, — остановитесь и сдавайтесь, или вы будете уничтожены именем Императора.
— Они разворачиваются, — сказал один из вассалов таким же безразличным голосом, -похоже, они готовятся к следующей атаке.
— Орудийным постам быть наготове, — велел шкипер и оглянулся на Драмона, в ожидании одобрения приказа.
Технодесантник снова кивнул.
— Все батареи заряжены и готовы, — заверил он экипаж и его голос легко достиг каждого уголка мостика.
— Огонь по готовности, — сказал шкипер, его голос был спокоен, словно он только что заказал кружку рекафа, — ожидайте захвата цели.
Секунды тянулись невыносимо, пока нападающее судно росло на моём экране, с каждым ударом сердца я ожидал увидеть вырвавшиеся из него лучи всепожирающей энергии лэнс-излучателей.
— Цель захвачена, — доложил один из членов экипажа, выглядящий столь же спокойным, как и шкипер. Тут я окончательно уверился в том, что это присутствие Драмона делает их столь бесстрастно эффективными. Никто не желал уронить честь экипажа в глазах повелителей, так что всё делалось строго по уставу, без расхлябанности и импульсивного сквернословия, которое я так часто слышал от солдат Гвардии во время особо жарких схваток. Через секунду атакующий корвет развалился на части, словно сухой плод на ветру, когда батареи нашего правого борта выдрали ему внутренности, оставив в космосе рассеянное облако медленно дрейфующих обломков.
— И всё же, кто это был? — спросил я, не особо рассчитывая на ответ. Однако оператор, работавший за ауспексом, ответил:
— Система опознавания "свой-чужой" отметила его как "Леди Елена", один из корветов[10] местной Системной Обороны.
— Тогда они должны были быть на нашей стороне, — сказал я, чувствуя, что вопрос не так прост, как казалось вначале. Если часть ССО взбунтовалась, тогда шансы, что существенная часть их коллег из СПО последуют за ними, увеличивались (или, скорее, их вдохновит пример).
— Подтверждаю, — прогрохотал Драмон. Сначала мне показалось, что он отвечает на мой комментарий, но тут же понял, что он не расслышал его, слушая новости в своей комм-бусине.
— Я проинформирую комиссара.
— Проинформируете насчет чего? — спросил я, практически уверенный, что не желаю знать ответ. Его первых слов было достаточно, чтобы я понял что угадал.
— Ситуация значительно ухудшилась, — сказал он с похвальной сдержанностью, — согласно перехваченным нами сигналам, вся система охвачена гражданской войной.
— Фрак их за ногу, великолепно! — сказал я, не видя в данной ситуации особой необходимости сдерживаться. — У Капитана Грайса есть какие-то идеи, что с этим делать?
К этому времени я уже достаточно хорошо узнал Драмона, чтобы понять, что мелькнувшее на его лице выражение было следом слабого удивления, и не потрудился переспрашивать.
— Немедленно вмешаться, — сказал он, затем прервался, чтобы послушать голос в своем наушнике, — пока мы говорим, он спускается в ангар и приглашает вас присоединиться к нему.
Да, не стоило даже думать, чтобы отказаться от такого предложения. Я должен был находиться там, чтобы поддерживать связь с Отвоевателями, а на практике в основном с Грайсом, поэтому мне придется тащиться за ним, куда бы он ни пошел. По крайней мере, до тех пор, покуда не прибудут части Имперской гвардии, и я не смогу отыскать какой-нибудь благовидный предлог, чтобы свалить куда подальше, вместо того, чтобы путаться у них под ногами.
— С удовольствием, — сказал я, надеясь, что это звучало так, словно я на самом деле так и думал.

Я ПОПАЛ на борт "Ревенанта" через телепорт, да к тому же был при этом без сознания, поэтому в тот момент я впервые увидел ангарный отсек военного корабля.
Первым моим впечатлением, пока я проходил через герметичный люк, который закрылся у меня за спиной скользя с визгом трущегося металла, было ощущение единой целенаправленной деятельности. Неизбежная толпа сервов ордена суетилась под руководством горстки людей, чья осанка и поведение выдавали их более высокий ранг даже при том, что знаки различия на их форме были по прежнему мне не понятны. Поражающее количество имело видимую аугметику, которая достаточно ясно указывала или на степень опасности их профессии (даже по меркам службы на военном корабле), или на готовность добровольно принять любые, полезные в работе усовершенствования, которую я раньше встречал только среди Адептус Механикус. Я подозревал последнее, поскольку из того что я узнал от скитариев на борту "Благословения Омниссии", между Отвоевателями и аколитами Бога-машины существовал некий договор. Но думать об этом времени не было. Грайс с его свитой были ясно видны издали, возвышаясь над ближайшими членами экипажа, и я как можно быстрее направился к ним через отдающую эхом металлическую равнину.
Как и все ангары, которые я видел, этот отсек был огромен, но само его пространство было на удивление приятным. Впервые с момента прибытия на борт я избавился от ноющего чувства неестественности окружающего, которое я испытывал всюду на судне, чьи коридоры и люки были предназначены для космодесантников, размерами превосходящих обычного человека. Из-за этого мне постоянно казалось, что я уменьшился. Однако, в отличие от тех стыковочных отсеков, в которых мне доводилось побывать, этот обширный зал создавал ощущение какой-то фантастической аккуратности.
Все оборудование, необходимое для заправки и снаряжения пары "Громовых Ястребов", сейчас было аккуратно убрано, и отчетливо ощущалось отсутствие грузовых поддонов и прочего, загромождавшего место, хлама.
Сами "Громовые Ястребы" выглядели настолько внушительно, что приблизившись к ним, я даже замедлил шаг. Они были меньше десантных кораблей, используемых для высадки взводов Гвардии, не говоря уже о бегемотах, вмещающих роту, на которых мне доводилось путешествовать, но их гранитная основательность выглядела весьма обнадеживающе. Их тяжёлая броня наверняка могла отразить множество попаданий, а судя по количеству торчащих из них пушек, они без труда могли вернуть врагу все полученные снаряды, да ещё с надбавкой. Окрашены они были в желтый и белый цвета, такие же, как и броня астартес, которые, пока я подходил, поднимались синхронными шагами по гудевшей как барабан посадочной рампе. При этом они выглядели такими новыми, будто это был их первый вылет после выхода с верфи. Зная кое-что из традиций ордена космических десантников, я не сомневался, что их возраст был куда более почтенным, чем они выглядели и составлял, возможно, века, но безупречное состояние оказывало честь Драмону и обслуживающим их сервам, технопровидцам. Это тоже меня порадовало, поскольку, должен признаться, мне было трудно представить себе врага, способного выстоять против такого грозного судна.
Я забежал по рампе вслед за гигантами в силовой броне и оказался в салоне, сконструированном по тем же циклопическим шаблонам, что и все остальное, предназначенное для астартес. Была занята примерно только половина мест. Я вскарабкался в одно из свободных, и, пока возился с ремнями безопасности, испытал странное чувство, словно я ребенок, севший во взрослое кресло. Мои ноги неловко болтались, не доставая до палубы, и мне не удалось затянуть ремни так туго, как я хотел. Но, по крайней мере, тут хватало места для моего цепного меча и мне не потребовалось снимать его с пояса, как в обычной неуклюжем десантном транспорте Имперской Гвардии.
— Комиссар.
Увенчанный зелено-черным гребнем шлем Грайса, которого было легко узнать по богато украшенным доспехам, повернулся ко мне.
— Вы готовы?
— Милостью Императора, — ответил я, выдав один из заготовленных ответов, которые я всегда имел в запасе, опасаясь скомпрометировать себя и когда чувствовал, что не повредит выглядеть более набожным в глазах окружающих. Всего их было пятнадцать: отряд Грайса, в котором я с радостью обнаружил Шолера с готовым к применению нартециумом на левом наруче, включал десять тактических бойцов, уже разбитых на два боевых отделения. Большинство держало болтеры, которые я привык видеть на бронетехнике, так легко, как гвардеец свой лазган, а двое несли тяжелое оружие, которое, для эффективного его использования на поле боя, потребовало бы целого расчета обычных солдат. У одного была ракетная установка и несколько сумок с зарядами на поясе, а второй небрежно держал переносную лазерную пушку, которую я впервые увидел без лафета. Лицевые щитки их шлемов были того же желтого цвета, что и перчатки, хотя доспехи капитана были не окрашены, а сияли позолотой.
— Пусть Он следит за всеми нами, — произнес Грайс в ответ, хотя, к моему удивлению, он сделал не аквилу, а знак шестеренки, который у меня обычно ассоциировался с членами Адептус Механикус.
Однако времени подумать над этим у меня уже не оставалось, потому что посадочная рампа начала втягиваться внутрь, а от запуска двигателей, у меня ещё долго звенело в ушах. Может для астартес, чьи головы были закрыты шлемами, это было и приемлемо, но мне — явно неудобно. Но не было никакого смысла жаловаться на это, даже если бы меня кто-то и услышал, поэтому я поглубже натянул на уши фуражку и решил, что прежде чем подняться в следующий раз на борт "Громового ястреба", я добуду какие-нибудь затычки для ушей.
— Посмотрите в шкафчике слева от вас, — сказал соседний Отвоеватель, и его голос, даже усиленный шлемом, был едва слышен за воем двигателей. Я с трудом последовал его совету, так как там все было уложено куда глубже, чем доставали мои руки, и обнаружил гарнитуру с мягкими наушниками и микрофоном на стебельке. Я с радостью надел её, и шум тут же снизился до терпимого уровня.
— Спасибо, — ответил я, чувствуя себя слегка глупо.
— Вот наша главная цель, — сказал Грайс, активируя пикт-экран. Кажется, кто-то в его штате работал весь этот относительно короткий срок, с момента нашего прибытия в систему и сумел собрать немало информации.
— Фиделис, столица планеты. В настоящее время арена борьбы трех главных фракций мятежников. Силы лоялистов окопались вокруг монастыря Администратума, собора, святыни Механикус и дворца губернатора, несомненно, надеясь что мятежника перебьют друг друга для них.
Ориентиры, которые он указал, вспыхнули на карте зеленым.
— Мы высадимся возле дворца. Если мы убедимся в верности губернатора, то Имперское правление должно быть незамедлительно восстановлено.
Я кивнул в знак согласия — конечно, если предположить, что этот человек ещё жив. Если нет, и он оказался достаточно небрежен, чтобы умереть не оставив явного наследника, то неразбериха, которую учинят дерущиеся за престол претенденты, может сделать ситуацию вдесятеро хуже.
— Я так понимаю, у вас есть серьёзные основания полагать, что он ещё у власти, — сказал я, скорее продемонстрировать что сохранял внимание, чем по любой другой причине. Грайс, подтверждая, почти незаметно кивнул шлемом.
— Он сделал пикт-запись около пяти часов назад, призывая к спокойствию и обещая неизбежное возмездие тем, кто продолжает игнорировать волю Императора. Мятежники ответили так, как и ожидалось.
— Обстреляли дворец? — Спросил я, и шлем капитана снова кивнул. Учитывая, какое количество повреждений уже выдержало здание, можно предположить, что последующий обстрел оно переживет без особых проблем. Он изменил изображение на пикт-экране и дворец с прилегающей территорией прыгнул на нас, заполнив весь экран. Или "Ревенант" был оснащен самыми сложными датчиками дальнего действия, с какими мне только приходилось сталкиваться, или Драмон смог получить доступ к орбитальной сети СПО, потому что отметка времени в углу изображения совпадала с текущим. Дворец нес на себе следы обширных повреждений, одно крыло было сожжено и стояло без крыши, остальное здание было покрыто отметинами тяжелой артиллерии. Стены периметра, который, видимо, был построен на случай таких непредвиденных ситуаций, явно пережили уже несколько штурмов и были кое-где уже подперты или укреплены, хотя, к моему облегчению, я не нашел явных проломов. Разделявший их грязный пустырь, видимо, бывший когда-то садами, был перерыт траншеями и следами броневиков, некоторые можно было заметить стоящими возле здания. По крайней мере, это были хорошие новости, поскольку означали, что за ними прятался существенный гарнизон лоялистов СПО, за чьими спинами я мог бы укрыться, если по какой-то прихоти судьбы мне пришлось бы расстаться с космическими десантниками.
Грайс выделил открытую местность между линиями траншей и зданием, которая, как подсказывал мне здравый смысл и опыт, должна была быть прикрыта орудиями по крайней мере с двух направлений.
— Это — наше место приземления,— сказал он, — мой отряд и комиссар выразят наше почтение губернатору ДюПанья, а отделение сержанта Трока сразу выдвинется на обеспечение безопасности собора и святыни Омниссии."
Сержант, которого я уже определил по цепному мечу в ножнах на одном бедре и болт-пистолету на другом, не сделал никакого подтверждающего жеста, но почти сразу же ответил голосом.
— Одного боевого отделения должно хватить на каждую цель. Мое будет охранять святыню, Верена — собор.
— А что насчет "Громового Ястреба"? — спросил я, надеясь услышать в ответ что-то вроде того, что он будет ждать нас с двигателями наготове, на случай если нам понадобится срочная медицинская помощь, но понимая, что это было крайне маловероятно.
— Поиск и уничтожение, — сказал Грайс, у которого была лучшая идея. Если учесть что изменники, принадлежащие к разным фракциям, сгребли себе все, что хотя бы выглядело более менее по-военному, то барражирующий боевой корабль будет справедливой поддержкой местным лоялистам, окопавшимся в четырех известных местах.
— Покажем изменникам что мы прибыли.
Учитывая ту огневую мощь, которую я видел во время посадки, это будет нетрудно. Я кивнул, старательно демонстрируя согласие.
— Можно приступать к тому, что мы планировали, — согласился я.
Грайс еще раз покрутил управление пикт-экрана и изображение сменилось на внешний вид, переданный частью системы управления огнем, если судить по графику ориентиров, наложенных на изображение. Мы были все ещё на большей высоте, но, бесспорно, уже в атмосфере[11].
Когда дымящиеся руины Фиделиса появились на горизонте, я, пораженный, попробовал найти ориентиры, которые указывал Грайс во время брифинга. Найти собор было самой легкой задачей, он все ещё возвышался над тем кварталом, в котором был построен, несмотря на то, что большинство его шпилей превратились в руины. Сориентировавшись по нему, я вскоре смог обнаружить голые плиты зиккурата Администратума и полированную стальную облицовку святыни Механикус. Другое дело — дворец губернатора. Он был ниже остальных и все ещё находился достаточно далеко, окруженный особняками с их угодьями, словно самка грокса малышами. По мере нашего приближения становилось видно, что многие из них сожжены, и все — разграблены, причем в манере, которая сразу напомнила мне беснующуюся толпу, а не боевые повреждения.
Тут покров дыма исчез, и мы скользнули над внешней стеной дворцовой территории, слишком быстро для зенитного огня, и только на вздернутых лицах осажденных и осаждающих было одинаковое выражение изумления[12]. Внезапно я повис в аварийных ремнях, когда наш пилот начал снижать скорость и падать вниз. При этом, пока мы летели к земле, мне показалось что мой желудок начал плавать отдельно от тела. Хорошо, что со мной нет Юргена, подумал я. Он и в лучшие времена был склонен к воздушной болезни, а сейчас вряд ли был такой момент. Безо всякого предупреждения я получил в зад такой пинок, словно его выдал орочий ботинок и тут же шум двигателей стих почти до терпимого уровня. Мы сели.
— Приготовиться к высадке, — сказал Грайс, когда рампа начала опускаться, позволяя попасть внутрь водовороту влажного воздуха, слегка наполненному ароматом сожженной нашими посадочными двигателями растительности. Огневая группа Трока[13], высаживавшаяся первой, быстро сбежала по рампе и заняла позиции вокруг нее; я был рад видеть, что они ничего не принимают на веру, несмотря на то, что нас, предположительно, должны были встречать союзники. Спустя мгновение сержант сообщил, что все в порядке и Грайс со своим отрядом последовали за ним. Не найдя больше причин задерживаться, и убедившись, что если нам и готовили предательство, то лучше места, где можно обнаружить этот факт, чем за сплошной стеной вооруженного болтерами керамита не было, я рванул следом, старясь выглядеть как можно более внушительно, учитывая что моя голова едва дотягивалась до их наплечников.
Как только мои ботинки ударились о землю, раздавив пепел и спеченную грязь, все ещё слегка дымившуюся под "Громовым Ястребом", я получил полные легкие гари и попытался подавить кашель. Меньше всего я хотел быть тем, кто нарушит значимость момента.
Когда Грайс сходил с рампы, он на мгновение задержался и двое сопровождавших, шедшие у него за спиной, в точности это повторили. Застигнутый врасплох, я тоже остановился и почти уткнулся в их спины, учитывая остальных, стоящих линией, четырех астартес, я, конечно же, стал невидимым спереди.
— Добро пожаловать на Виридию, — сказал чей-то голос и я сдвинулся немного вбок, чтобы лучше видеть. Нас, очевидно, ждали, потому что на встречу нам приехала целая делегация. Солдаты почетного караула, чья безвкусная униформа теперь выглядела потрепанной, державшие свои лазганы так, как люди, совсем недавно узнавшие для чего они предназначены и готовые немедленно стрелять, окружали человека в настолько смехотворно разукрашенных одеждах, что не оставалось никаких сомнений о том, кто он такой ещё до того, как он произнес это вслух.
— Я Губернатор ДюПанья.
Затем, к моему удивлению, он опустился на одно колено.
— Ваше присутствие для нас честь.
— Пожалуйста, поднимитесь, — сказал Грайс, и вокс система его шлема милостиво очистила голос от следов удивления или веселья.
— Нам нужно слишком многое обсудить и слишком мало времени, чтобы впустую тратить его на церемонии.
Он поднял руки, снял шлем и ДюПанья, увидев его лицо, заметно расслабился. Оно было не особо фотогеничным, потому что состояло главным образом из аугметики и шрамов, но все равно выглядело более дружественно, чем ничего не выражающий лицевой щиток изъеденного керамита.
— Я капитан Грайс ордена Отвоевателей, это — мои боевые братья, а это…, — он повернулся, похоже, удивленный, обнаружить меня так близко рядом со своей рукой, — комиссар Каин, обеспечивает нашу связь с подразделениями тактической группы Имперской Гвардии.
— Имперская Гвардия? — Спросил ДюПанья, вставая, как ему и предложили, и у меня появилась первая возможность по-настоящему его рассмотреть. Он, похоже, был среднего возраста, хотя я был слишком хорошо знаком с пристрастием благородных, даже на подобных захолустных мирах, к ювенантным процедурам, чтобы не слишком доверять внешности. И он был склонен к полноте. Однако его взгляд был проницательным, и он смотрел на меня оценивающе.
— Мне не сообщали об их прибытии.
— Они все ещё в варпе, — печально сказал я. Потому что если бы я задержался с отъездом и поехал с ними, то мог бы избавить себя от массы неудобств, в какие меня мог втравить фанатичный идиотизм Локриса. Хотя они вряд ли были бы хуже той металлической мерзости, от которой я едва спасся на Вечном Рассвете.
— Они должны прибыть в течение недели, если на то будет воля Императора.
На самом деле, если потоки варпа не сильно изменились, то они должны прибыть в течение нескольких дней. Но о Царстве хаоса ничего нельзя сказать с уверенностью, поэтому я, из осторожности, предпочел ошибиться. Я немного поднял голос, чтобы перекричать двигатели "Громового Ястреба", которые снова включились после высадки команды Варена.
— Но, возможно, это не лучшее место для обсуждения оперативных вопросов.
— Совершенно верно, — согласился Грайс и его голос прорезал шум, словно тот был просто шуршанием деревьев на ветру.
— Мы прибыли сюда, чтобы обеспечить вашу безопасность, и будет несколько неразумно говорить здесь, где враг может лишить нас этой цели удачным выстрелом миномета или снайпера.
Эта мысль, похоже, в голову губернатора не приходила, и, к его чести, он остался сравнительно равнодушен к такой возможности. Но он все же развернулся и повел нас внутрь. Его эскорт, оказавшись под прикрытием твердых стен, похоже, почувствовал некоторое облегчение.
Грайс со своим окружением последовал за ним, а я колебался между двумя сторонами, будучи связанным протоколом с ними обеими, но толком не являясь частью ни той ни другой.
Когда мы дошли до тяжелой деревянной двери дворца и входили внутрь, я оглянулся на "Громового Ястреба", который поднимался с земли, словно хищник в поисках добычи. Под ним Трок и Варен расходились в стороны, ведя свои группы к внешним стенам, направляясь к ближайшим к их целям воротам и я про себя поблагодарил Трон за то, что буду под надежным прикрытием, когда начнется серьёзная стрельба. Я не сомневался, что астартес расправятся с любыми предателями, вставшими между ними и их целью, но первый контакт обеих групп должен будет произойти достаточно близко от нас, что могло повлечь за собой сопутствующие разрушения.
Ну, может "Громовой Ястреб" поможет им расчистить путь. Он в последний раз сделал несколько ленивых кругов у нас над головами, а затем с ревом улетел в поисках, во что бы пострелять.
Глядя ему вслед, я почувствовал легкое беспокойство, сообразив, что хорошо это или плохо, но теперь я тоже буду защищать этот плацдарм, с которого некуда уйти, кроме как через врага. Потом вмешался рассудок и уверил меня, что я должен быть в такой же безопасности здесь, как и где угодно на Виридии. В конце концов, дворец так и не пал, а теперь его оборона была усилена пятью самыми грозными бойцами Империума.
Плюс я. Так что здесь у меня наверняка не должно быть неприятностей.

Заметки редактора:


Во время перелета к субсектору Каин уже упоминал о важности Виридии, но зная немного больше о мире, частью которого была эта система, можно намного яснее понять, почему её умиротворение было настолько важно, что оправдывало развертывание экспедиционных сил астартес. Приведенная ниже выдержка по своему стилю столь же своеобразна, как и проза Каина, но она может многое разъяснить, не принося в жертву читаемость ради педантичности. Тот, кто захочет ознакомиться подробнее, должен обратиться к Полному Перечню Завоеваний Дамоклова Залива и Сопредельных Регионов (в сокращении), том MCLXXIV, приложения 17, 2,378 и 3,452,691, с которым можно ознакомиться в любом архиве Администратума, предварительно подав соответствующий запрос в трех экземплярах. Когда-нибудь.

Взято из: "Интересные места и скучные люди: Путеводитель Бродяги" за авторством Джерваля Секара 145M39.


Аграрный мир Виридия лежит немного в стороне от наиболее густонаселенных регионов Дамоклова Залива, но из-за плотного транспортного сообщения с соседними мирами-ульями до него можно удивительно легко добраться. Это делает его отличным местом остановки, поскольку там сосредотачиваются начала дорог во многие места, и задержавшийся путешественник, которому начало надоедать здешнее пасторальное очарование, легко может тронуться в путь.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
  • vika_an.mail.ru о книге: Рина Ских - Оставаясь человеком
    Начала читать и обнаружила странный контраст между неплохим повествованием и просто тупыми диалогами. Как-будто автор хорошо умеет писать первое, но совершенно не умеет второе.

  • Gaidelia о книге: Пенелопа Дуглас - Агрессор [любительский перевод]
    неплохо. банально и предсказуемо. в американском стиле с их проблемами и заботами.

  • Танюшка22 о книге: Властелина Богатова - Хранящая прах

    спойлер

    Вот даже не хотелось вторую часть начинать. Всё надеялась, что измениться что-то...
    Заглянула в конец - нет, не изменится(((
    Фу...
    Разочаровалась в авторе...

  • nikaws о книге: Мелина Боярова - За секунду до...
    Написано доступно, с фантазией но увы не мое, это не ЛФР, по крайней мере, та часть книги, что я прочла боль, рвотные, массы, боль, насилие..., увы далее не хочу продолжать, т.к. не поклонник такого фэн.

  • smilesemka о книге: Дарья Вознесенская - Мой бывший враг
    Начало заинтриговало, концовка все испортила. Ее могло спасти, если бы все же героиня действительно порвала с прошлым и все закончилось. А так...

читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.