Библиотека java книг - на главную
Авторов: 54098
Книг: 132673
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Себастьян» » стр. 4

    
размер шрифта:AAA

— Маленькая ведьма — врунишка. Как же ужасно, что она проклята, и вдобавок еще и лгунья. Крайне удручающе.
— Ты рыцарь тамплиеров, — тихо произнесла она. — Ты хочешь меня убить.
Мужчина неприятно рассмеялся.
— Я убью тебя, — сказал он, и голос его прозвучал омерзительно точным. — Ты скверна, которую нужно стереть с лица земли. Я воля, меч и возможность, которые это сотворят.
— Ты не обязан это делать, — сказала Николетт.
В ответ он снова ее пнул, в этот раз сильнее. Громкий хрип вырвался из ее легких, за ним последовала волна тошноты. На нее вдруг навалилась внезапная усталость, помутившая сознание. В какой-то момент ее посетила бессвязная мысль, что потом у нее будет огромный синяк. Но потом Николетт осознала, что никакого «потом» может и не быть.
Сосредоточься, сказала она себе.
Даже если сейчас она проживала свои последние мгновения на земле, она не желала провести их в панике. Отрицание не сослужит ей хорошей службы.
— Я не просто ведьма, — отчаянно заявила она. — Я личность. У меня были родители. Я…у меня есть планы на свою жизнь. Я влюблена.
Последнее предложение выскочило непроизвольно, но заставило мужчину помедлить.
— Влюблена, — повторил он, и слова его сочились злобой. — В майора Корпуса, который был в Бостоне.
Что-то в его тоне заставило Николетт желать забрать свои слова обратно. Но она не могла. Она могла лишь молчать и не говорить ничего более.
Он снова пнул ее, почти легонько, на самом деле лишь передвигая ее по грязи. Гортанный стон сдавил ее горло, она пыталась дышать ровно. Но чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, Николетт напомнила себе, что с Вацеком переживала и кое-что похуже. Она вспомнила холодное место, в которое отправлялся ее разум во время побоев. Эта способность самопроизвольно вернулась. Николетт выровняла дыхание, зрение прояснилось.
— Скажи мне, маленькая ведьмочка, ты его любишь?
Она уже это сказала.
— Да, — прошипела Николетт, надеясь оттянуть следующий удар.
— Он тебя любит? — она начала отвечать, но мужчина ее перебил. — Глупый вопрос. Конечно же нет, иначе он бы получше тебя защищал. Но ты все равно можешь с ним связаться, не так ли?
— Нет, — дрожащим голосом произнесла Николетт, едва сдерживаясь. — Он… он уже покинул город. Его вызвали, чтобы сражаться с другими. У него не осталось времени на меня.
— Это ложь.
В этот раз он схватил ее за волосы и так резко запрокинул голову, что Николетт взвыла.
— Он все еще здесь, — сказал он, — и ты выманишь его для меня.
— Я не могу, — прохрипела Николетт. — Он уже уехал!
— Лгунья!
Крик мужчины эхом отразился от сводов пещеры, и Николетт содрогнулась. Это был первый встретившийся ей тамплиер, но судя по тому, что ей говорили, все они были немного безумны. Рыцари тамплиеров славились своей силой и неуравновешенностью.
— Ты тоже поедешь. Ты найдешь его. Ты приведешь его ко мне. Я убью его, а тебя отправлю обратно в мир, блеять, как козу, ведущую стадо на убой.
— Но я…
— Такова сделка, ведьмочка, и со мной лучше не шутить. Найди колдуна. Приведи его обратно. А потом беги. Ты сможешь пожить своей жалкой ничтожной жизнью чуточку дольше.
— Нет.
На мгновение они оба застыли. Это слово слетело с ее губ кристально четко и мощно, как звук трубы.
Николетт всю свою жизнь прожила в тени. Она всегда был той, которая делает все необходимое. Она знала, как защитить себя, как выжить, и сейчас впервые осознала, что существуют вещи более важные, чем ее выживание. Она представила, как этот маньяк нависает над преданным Себастьяном, и ее как будто холодной водой окатили. Она не могла представить, что он пострадает еще сильнее, скорее уж она сама себя убьет. Ее вдруг пронзили угрызения совести. Она отказалась от того, чего так отчаянно желала, и рискнула его жизнью в сделке. Она посмотрела прямо в глаза своего похитителя и выплюнула со всей злостью, что только была в ней:
— Катись в ад со своим предложением, — презрительно произнесла она. — Я не веду переговоров с чокнутыми убийцами.
На долгое мгновение ее похититель застыл. Он как будто был сделан из того же камня, что и пещера вокруг них. Затем он встал и развел огонь посильнее. Теперь Николетт видела его лицо и в какой-то мере поразилась тому, каким нормальным он выглядел. Он был всего лишь крупным мужчиной среднего возраста. В своей толстовке и джинсах он был бы абсолютно незаметен на улицах любого города.
То ли тренировки с Себастьяном улучшили ее рефлексы, то ли близость смерти сделала ее экстрачувствительной, но Николетт видела и его ауру. Она подрагивала вокруг его головы, тот самый тошнотворно белый, смешивающийся с серым. Теперь она видела там еще и просачивающуюся красную ярость. Он покачал головой.
— Тебя нужно убедить, — тихо сказал он. — Понимаю. Но ты согласишься. Тебе придется, — Николетт покачала головой, не находя слов. Осталась лишь ее решительность. — Ведьмочка, тебе придется передумать.
Он улыбнулся, поднимая нож.
Николетт широко раскрытыми глазами наблюдала за его движениями. Блестящее лезвие отражало отсветы пламени.
— Так пой для меня, ведьмочка, — тихо сказал он, плашмя проводя лезвием по ее горлу и ловко скользнув ножом за ее ухо. Когда кончик лезвия замер на шее, невольная дрожь сотрясла все тело Николетт. — Пой, — прошептал он, медленно вдавливая нож.
Она закричала.

Глава 25

Карас сердито каркал, кружа вокруг входа в пещеру. Птица смотрела на Себастьяна, как будто спрашивая, чего он ждет. То, что это оказалась пещера, немного успокоило Себастьяна. Благодаря его силе это будет игрой на своем поле, но не для Караса.
— Оставайся здесь, понял? — сказал Себастьян, ткнув пальцем в сторону птицы. — Там тебе не место.
Фамильяры крайне умны, но могут быть непредсказуемы. Многие из них знали больше, чем их хозяева и хозяйки. А послушаются ли они приказа другого колдуна или ведьмы, зависело от воли случая.
И хоть Карас снова пронзительно крикнул, он уселся на дереве неподалеку. Его тяжелый взгляд сверлил Себастьяна, и Себастьян уловил намек. Он вытащил кинжал из ножен, раскрывая свое сознание, и вошел в пещеры.
Он почувствовал окружение, как только вошел. И от этого ощущения к горлу подступила тошнота. Было что-то нездоровое в этих стенах и потолке над головой. Веками вода проедала себе путь сквозь камень, ныне усеянный расселинами. Эта пещера искала возможности обрушиться, и для Себастьяна это было все равно что войти в горящий дом. Будь он моложе, он бы понесся вперед со всех ног, но теперь, когда на кону стояло так много, он вынужден был держаться настороже. Даже колдун, связанный с землей, может спровоцировать обвал. Тогда все будет потеряно.
Стиснув зубы, Себастьян двигался сквозь абсолютную тьму. Земля под ногами сделалась покатой, и вскоре он сумел различить шепот разговора. До него донесся мужской голос. И голос Николетт! Она все еще была жива, и его сердце воспарило. Он начал двигаться быстрее, но когда голоса зазвучали громче от злости, он лишь силой воли не дал себе перейти на бег.
Свет за изгибом туннеля отбрасывал дрожащие оранжевые тени, и на стене он видел два силуэта. Внезапно крик Николетт расколол воздух.
Отбросив всякую осторожность, Себастьян побежал.

Глава 26

Николетт тупо уставилась на волоски, которые лезвие срезало с основания ее шеи. Мужчина позволил им плавно упасть с его пальцев. Он собирался сказать что-то еще, когда из туннеля позади них раздался нечеловеческий рев.
— Убери от нее свои руки, тамплиер!
Себастьян ворвался в пещеру подобно силе самой природы. Он оттолкнул мужчину плечом, заставляя его отойти от распростертой на земле Николетт. Она с ужасом наблюдала, как тамплиер развернулся со скоростью урагана. Нож, который еще недавно использовался против нее, теперь был направлен на беззащитное тело Себастьяна.
Себастьян едва успел блокировать удар, но шаг за шагом он заставлял тамплиера удалиться от Николетт. Он совершал ложные выпады своим ножом — в лицо мужчины, живот и грудь. Но казалось, что тамплиер был столь же умелым и не уступал ни на шаг.
— Пришел за своей маленькой шлюшкой? — поддразнил мужчина.
Ответом Себастьяна стал яростный рев.
Сердце Николетт было готово выскочить из груди. Она не знала, что делать. Но она знала, что не может просто лежать там. И тут она осознала, что и не должна. Она вытянула шею, наблюдая за двумя мужчинами, сцепившимися в схватке. Если вытянуть ноги, она могла задеть тамплиера. Николетт извивалась на земле, стараясь подобраться ближе и не упускать его из виду. Секунды тянулись как часы, но тут она увидела представившийся шанс. Быстрым, но отнюдь не изящным движением Николетт изогнула все тело и ударила связанными ногами. Удар пришелся как раз на колено тамплиера сзади. Он рухнул с гневным криком.
Большего и не потребовалось. Как только мужчина упал, Себастьян сделал какой-то жест рукой, и вокруг тамплиера поднялся камень. Сама земля восстала, чтобы приковать мужчину к полу пещеры. Менее чем за секунду тамплиер оказался обездвижен надежнее, чем это могло сделать любое творение человеческих рук.
Мужчина пронзительно заорал, и на секунду Себастьян просто смотрел на него, но потом быстро метнулся к Николетт. В следующее мгновение он очутился возле нее на коленях. Его нож избавился от ее пут. Себастьян помог ей сесть и на один долгий момент просто крепко обнял.
— Спасибо, что ты все еще жива, — прошептал он ей в волосы. Николетт рассмеялась дрожащим смехом, чувствуя, как болит живот. — Идти сможешь?
Она кивнула, но попытавшись встать, обнаружила, что все еще находится под действием того, чем он ее одурманил. Весь мир пошатнулся. Но сильные руки Себастьяна поддержали ее, а потом и вовсе подняли в воздух. Она ощутила, как к ней прижимается его твердая грудь, и устало обвила руками его шею.
— Я держу тебя, — тихо произнес Себастьян, поворачиваясь, чтобы уйти.
— А что насчет него?
Позади них мужчина сыпал проклятиями и клялся, что убьет их обоих, но Себастьян не обращал внимания.
— Мы его оставим.
Без единого слова Себастьян пронес ее сквозь лабиринт темных ходов. Вскоре проклятья тамплиера доносились лишь слабым эхо. Тьма была такой непроницаемой, что Николетт порадовалась, что была без сознания, когда ее сюда заносили. У нее уже начинался приступ клаустрофобии, когда она увидела впереди проблеск света.
Когда они вышли на яркий летний денек, Николетт заморгала. Себастьян бережно опустил ее на траву, и знакомое карканье заставило ее поднять взгляд. Карас опустился на ее плечо.
Слабо улыбнувшись, она погладила Караса по груди.
С ошарашенным карканьем Карас сильнее стиснул ее плечо когтями, заставляя Николетт вздрогнуть. Мгновение спустя она почувствовала, что его напугало. Земля ощутимо дрожала, и с каждой секундой эта дрожь усиливалась. Неестественная тишина, укрывавшая местность, медленно и неумолимо переросла в рокотание, а потом и в рев.
Себастьян стоял лицом к входу в пещеру, спина напряжена, руки стиснуты в кулаки. Когда вход в пещеру начал обрушиваться, он зарычал так низко и громко, что Николетт вздрогнула. Рев земли резко умолк, а когда Николетт открыла глаза, пещера исчезла. Лишь глубокие острые изломы да трещины на новой поверхности земли указывали на то, что было здесь столетиями. После нескольких дождей и вовсе невозможно будет сказать, что здесь когда-то была пещера.
— Ты похоронил его, — дрожащим голосом произнесла Николетт.
Себастьян кивнул.
— Он был обречен с того самого момента, как коснулся тебя.
Себастьян медленно повернулся к Николетт, и она пристально посмотрела на него. Столько эмоций быстро сменили друг друга на его лице. Ярость, беспокойство, облегчение и… что же это было в конце, любовь? После всего того, что она сделала? На глаза навернулись слезы, и она потянулась к нему.
— Себастьян, — тихо прошептала Николетт, и его имя прозвучало как молитва.
Он опустился перед ней на колени, беря обе ее руки в свои ладони.
— Николетт, — начал Себастьян, но она мягко прижала палец к его губам.
— Нет, — торопливо проговорила она подрагивающим голосом. — Я была дурой. Из-за меня тебя могли убить. Я не смогла бы жить с этим. Просто не смогла бы. Я не могу, — слезы полились сами собой. — Я не могу жить без тебя.
— Ох, Николетт, — пробормотал Себастьян, стискивая ее в объятиях. — Тебе не придется, — сказал он напряженно, одним движением подхватывая ее на руки и вставая. Его пронзительные глаза смотрели в самую ее суть. — Никогда.

Глава 27

Николетт наблюдала за закатом с балкона гостиничного номера. Чикаго был из тех городов, которые никогда не спят, но она находила успокоение в созерцании вида на озеро. Озеро Мичиган выглядело умиротворенным и чистым, и Николетт тоже попыталась успокоиться. Карас, которого город не интересовал, сидел на спинке кресла, приглядывая за ней и иногда тихо каркая.
Когда щелкнул дверной замок, Николетт тут же вскочила. Она оказалась в объятиях Себастьяна прежде, чем он успел закрыть за собой дверь.
— Ну привет, красавица, — сказал он, зарываясь лицом в ее темные волосы.
Николетт подстриглась, но оставила их достаточно длинными, чтобы прикрыть все еще заживающую рану на шее. Теперь волосы опускались ниже подбородка в слегка неровной стрижке боб. Она чувствовала свободу от их веса и долгих годов в бегах. И хоть она подумывала отрастить их обратно, в этом будет уже совершенно иное значение.
— Что они сказали?
Себастьян никогда не ходил вокруг да около. Он просто кивнул.
— Они сказали «да».
— Я могу ездить с тобой куда угодно?
— По моему выбору, да.
— Значит, на любую миссию, верно?
— Это значит «по моему выбору», — повторил он, широко улыбаясь.
Хоть месяц назад Николетт присоединилась к остальным ведьмам и колдунам, она большую часть этого времени проторчала в штабе. Пока Себастьян и остальные члены Корпуса Магов сражались с тамплиерами в Нью Мехико, Николетт кусала ногти и тревожно ждала любых вестей. Она буквально не могла спать все то время, что его не было. Когда Себастьян вернулся, она отказывалась выпускать его из постели добрых сорок восемь часов.
Потом Николетт попросила о встрече с Командиром. Удивившись, а потом разнервничавшись от того, что ей разрешили, она все же уверенно попросила всюду сопровождать Себастьяна. Командир сомневался, пока она не продемонстрировала свои способности в чтении ауры. Их польза при оперативной работе была неоспорима. После этого оставались лишь формальности официального одобрения. Не без удовольствия Николетт осознавала, что никогда больше не расстанется с Себастьяном. Однако ее улыбка померкла, когда она увидела его серьезный взгляд и слегка отстранилась.
— Что? Что такое?
Положив руки на ее плечи, Себастьян отвел ее к креслу, на котором устроился Карас, и усадил ее туда. Николетт с изумлением наблюдала, как он опускается перед ней на колени и достает маленькую бархатную коробочку.
— О, Себастьян!
— Николетт Эрлинг, когда мы только познакомились, ты сказала мне, что любовь имеет множество лиц. Однако я думаю, что для меня есть лишь одно лицо — твое. Ты окажешь мне честь стать моей женой?
Он открыл коробочку, и Николетт невольно раскрыла рот.
Внутри обитой шелком коробочки находилось прекрасное платиновое колечко, но вместо белого бриллианта посередине находился желтый бриллиант. Он был глубокого, богатого золотистого оттенка. И подняв взгляд, Николетт увидела золотистое сияние вокруг головы Себастьяна.
— Да, — прошептала она. — О, Себастьян, да.
С широкой улыбкой он надел кольцо на ее палец и в следующую секунду уже поднял на руки и понес к постели.
— Это будет не самая простая жизнь, — предупредил ее Себастьян, опуская на пружинистый матрас. — Со мной далеко не всегда просто иметь дело.
— Если бы я хотела простого, я бы осталась с цирком, — ответил Николетт. — Ты то, чего я хочу. Ты тот, кого я хочу, и я хочу тебя навеки.
— Ты серьезно?
— О да.
С минуту Себастьян изучал ее взглядом, но потом его рот обрушился на ее губы. Теперь, зная его лучше, Николетт упивалась силой его мощного тела, нависающего над ней. Эта сила защищала ее, и ее собственные силы, все еще растущие и процветающие, были созданы, чтобы защищать его. Она с готовностью ответила на поцелуй и потянула его рубашку, чтобы снять ее через голову.
— Я хочу снять все это, — потребовала Николетт, задыхаясь. — Я не могу вынести, когда нас что-то разделяет. Ты нужен мне.
Себастьян разделся за считанные секунды, а потом его руки принялись за ее одежду. Николетт слышала, как грубо рвется ткань, но ей было все равно. Наплевав на все, она готова была принять дикость и любовь, которую они делили.
Но оставшись обнаженными, они остановились.
— Это навсегда? — тихо спросила Николетт.
Себастьян кивнул.
— О да, любовь моя. Навсегда.
Они торопливо и почти неуклюже касались друг друга. Каждый шрам на теле Себастьяна был драгоценен для Николетт. Поначалу она ненавидела их, ведь они символизировали боль. Но теперь она принимала их такими, как есть. Они были свидетельством того, как хорошо он умел выживать, как он берег себя для нее. С ходом времени она, скорее всего, обзаведется собственными шрамами. Но пока Себастьян с ней, ей не придется носить их в одиночку.
Поддавшись импульсу, Николетт уложила его на спину и принялась целовать его шрамы. Она начала с кошмарной полосы на боку и стала двигаться от одного к другому. Истории некоторых из них она знала. Об остальных узнает со временем.
Сначала Себастьян лежал спокойно, позволяя целовать себя, но секунды спустя она услышала его стон. Николетт улыбнулась и снова поцеловала шрам на правом бицепсе. Он был коротким и глубоким, что говорило об ударе, а не о скользящем ранении. Николетт провела по всей его длине кончиком языка.
— Каково это? — прошептала она.
Себастьян ответил не сразу.
— Чувствительно, — сказал он. — Какой-то участок кожи загрубел, но от этого кожа вокруг сделалась более чувствительной.
— Хорошо, — пробормотала Николетт и снова лизнула чувствительное местечко.
В конце концов, она принялась дразнить самый свежий, все еще розовый шрам, оставшийся от Нью Мехико. Это была царапина от вскользь прошедшей пули, но она невольно задрожала от того, какому риску он подвергается. Если бы пистолет был нацелен всего на несколько дюймов левее…
Как будто почувствовав, что ее мысли пошли мрачной дорожкой, Себастьян сел.
— Ты слишком много думаешь, — хрипло прошептал он. — Беспокоишься. Позволь мне забрать часть твоего беспокойства, любовь моя.
Он кончиками пальцев провел по изгибам ее тела, дюйм за дюймом пробуждая ее кожу. В его руках Николетт чувствовала себе водой, плавной и умиротворенной. Но как только он так же невесомо коснулся чувствительных сосков и между разведенных ног, все ее тело потребовало его. Она хотела его так же сильно, как хотела дышать, но Себастьян лишь дразнил ее, снова и снова проводя по ней своими умелыми руками.
— Это пытка, — запротестовала она сквозь стиснутые зубы, и Себастьян издал едва слышный смешок.
— Так и есть, но конец уже близок.
Вместо того чтобы нависнуть над ней, Себастьян перекатил ее набок и прижался к ее спине. Николетт чувствовала попкой его затвердевающее мужское достоинство, и его руку, тяжело опустившуюся на ее бок. Несколько долгих мгновений Себастьян довольствовался покусыванием ее шеи, играл с мочкой уха. Но потом его рука опустилась между ее ног.
— О!
Его пальцы с безупречной точностью нашли ее клитор, и всего несколькими умелыми нежными движениями он заставил ее вжиматься в него. Николетт не понимала, то ли ей хочется прижаться к его сводящим с ума пальцам, то ли толкнуться навстречу его твердому члену, но вскоре осознала, что выбора ей не давали. Она раскачивалась, пытаясь двигаться в колыбели его рук, но вскоре он сам застонал от ощущений.
— Себастьян, ты нужен мне прямо сейчас, — прошептала Николетт и шеей ощутила его согласный шепот.
Прикосновение его мужского достоинства заставило ее ахнуть. Она знала, что он остановился не ради презерватива. Этот шаг они решили сделать вместе. Для нее всегда будет лишь он. Навеки лишь он.
Удерживая ее бедра на месте, он вошел в нее одним плавным уверенным движением и остановился. Николетт чувствовала, как он наполняет ее. Как его хриплое дыхание касается нежной кожи ее плеча.
— Себастьян?
— Да?
— Не сдерживайся.
Эти слова как будто оборвали что-то в нем. Себастьян стиснул ее бедра едва ли не до синяков. Он вошел в нее до самого основания и вышел лишь для того, чтобы вонзиться вновь.
Николетт раскачивалась навстречу его движениям, упиваясь ощущениями его мускулистого тела и доверяясь ему, зная, что он не насладился бы ею, не доставив ей удовольствия. После нескольких жестких толчков его рука оставила ее бедра и нашла ее складочки. За считанные секунды его изумительные пальцы наполнили ее жидким огнем. Настойчивые и неустанные, они воспламенили ее изнутри. Нарастающее напряжение было почти невыносимым, и все же Николетт желала, чтобы это никогда не заканчивалось.
— Моя прекрасная Николетт, — прошептал Себастьян. — Моя навеки.
Властность его слов возбуждала, и Николетт раскрылась перед ним как никогда ранее, и когда ее накрыло удовольствием, она впилась ногтями в его руку и выкрикнула его имя. Ее оргазм прошелся по ней мощной волной, его интенсивность угрожала разорвать ее надвое, если бы Себастьян не удерживал ее. Ее легкие отчаянно боролись за воздух, пытаясь одолеть сокрушительную волну. Себастьян жестко вдалбливался в нее сзади, тела ударялись друг о друга, первобытный ритм нарастал и достигал кульминации. Себастьян яростно двигался, хрипел и стонал, пока его дыхание вдруг не сбилось. Все еще накрывая рукой ее бугорок, он прижал Николетт к себе и горячо пролился внутрь.
Преисполнившись друг друга, они застонали в унисон. Разрядка принесла с собой облегчение, тело обмякло, и Николетт закрыла глаза. Бедра Себастьяна непроизвольно сокращались, пока он проливался в нее, и вот наконец экстаз стих. Несколько долгих секунд тишину нарушало лишь их хриплое дыхание. Но пока Николетт пыталась взять под контроль вдохи и выдохи, ее накрыло внезапным осознанием: у них будут годы, десятилетия, столетия. Она открыла глаза и поняла, что на них навернулись слезы.
— Что? — с тревогой спросил Себастьян.
Бережно отстранившись, он перекатил ее на спину. Нахмурившись от беспокойства, он всматривался в ее глаза.
— Николетт, что такое? Откуда печаль?
Он невесомо провел большим пальцем, стирая влагу с ее щек.
— Не печаль, — прошептала она. — Счастье. Мы будем так счастливы вместе.
Себастьян улыбнулся, просияв глазами и своей золотой аурой.
— Навеки, — пообещал он, скрепляя клятву нежным поцелуем.
Страницы:

1 2 3 4





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.