Библиотека java книг - на главную
Авторов: 49566
Книг: 123462
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Я вернулся за тобой»

    
размер шрифта:AAA

Дж.Э.Хасс
Я вернулся за тобой
Серия: Порочный, темный, опасный - 3

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ

Пролог
Саша

Прошлое Рождество

Я вижу его, но он не видит меня.
Практикуюсь на будущее. Наемники так и работают. Нужно быть хитрым.
Его друг, которого я раньше не видела, но который игнорирует меня, словно я пыль, проходит в заднюю комнату, чтобы встретиться с моим отцом. Сегодня обмен оружием, так что я не обращаю на него внимания. Но этот парень, который выглядит, будто он тоже наемник, но я его никогда раньше не видела, и это делает невозможным то, что он может быть наемником, останавливается рассмотреть вещи, когда его друг говорит ему подождать.
Он поднимает нож.
— Это отстойный нож, — произношу я со своего места. — Я бы не купила такой.
Он проверяет марку, а затем лезвие.
— Ага, дерьмовый, — он кладет его в корзину, и я делаю свой ход.
Я опускаю свою книгу «Маленький домик» и иду к нему.
— Хочешь увидеть хорошие? — спрашиваю. Он поворачивается и выглядит удивленным тем, что я подобралась к нему так близко, а он даже не услышал.
Я хороша в хитрости.
Я показываю ему хорошие ножи, и он смотрит на меня, словно я чудачка. Они все смотрят на меня так, когда я впускаю их в свой мир. Они знают, что я — другая. Этот парень — Форд, как он преставился — знает, что я другая. Он подкалывает меня чушью о взрослении. Смеется и слушает меня, когда я помогаю ему купить что-то для его мамы и девушки, которая «на самом деле, друг». Заворачиваю два подарка в подарочную упаковку и пока делаю это, кое-что понимаю.
С самого момента, как он вошел, я знала, что он хороший парень.
Его друг появляется из подсобки и говорит ему, что пора идти. Все становится сложнее. Мой желудок делает сальто от этого слова. Оно мне не нравится. Мне нравится, когда все просто. Сложность не несет ничего хорошего. Я сменяю свою хмурость на улыбку прежде, чем Форд замечает ее.
— У тебя есть время, чтобы я упаковала тебе твой нож?
— Он для меня, Саша. Его не нужно упаковывать.
— Это будто подарок для самого себя, Форд. Просто пошли.
Он смеется. Я поворачиваюсь к нему спиной и продолжаю упаковывать, когда он спрашивает, почему сегодня у меня рабочий лень.
А почему у меня сегодня рабочий день?
«Дружок, — думаю я сама по себя, — ты не поверишь, если я скажу тебе». Я тянусь в карман и вытаскиваю маленькую флешку, которую взяла у отца вчера. Он был пьян. Мой отец редко напивается так сильно. И так же, как я верю, что мой рождественский вечер закончится сном на ранчо моих дедушки и бабушки, я прекрасно понимаю, что этот день не сегодня.
Когда появляются наемники, добра не жди.
Я вытаскиваю флешку из кармана и упаковываю ее вместе с ножом Форда. Когда завтра он откроет его, то найдет кусочек пластика, покрытый стикерами. Если он вставит флешку в компьютер, то увидит фотографии. Самые лучшие моменты моей короткой жизни.
И, возможно, это будет ее концом. Возможно, он забросит ее в какой-то ящик тумбочки, смеясь над маленькой девочкой из Вайоминга, которая изображена на тех фото. Может быть, он никогда не подумает об этом снова. Не подумает обо мне.
Я могу только надеться.
Но я не думаю, что это случится.
Я думаю, к тому времени, когда все закончится, он больше никогда меня не увидит.

Глава 1
 Саша

 Настоящее время

Некоторые люди выглядят умиротворенно, пока спят.
Джеймс Финичи — не один из них.
Он не говорит во сне и не подскакивает от диких ночных кошмаров. Так делают только глупые люди. Слабые люди.
Джеймс Финичи — не слабый. Он — воплощение многого, только не слабости.
Нет. Джеймсу присущ своеобразный слабый тик. Его почти невозможно заметить, и он виден лишь на одном глазу, но он есть. Я наблюдаю за ним около часа. Я уже дважды побывала на частном самолете: в первый раз — на пути в Вегас, а второй — вот этот, домой из Калифорнии. Но позвольте мне сказать вам кое-что. Они до охренения скучные.
До охерения. До онемения. До отвращения. Мне не стоит материться. Джеймс ненавидит, когда я матерюсь, а если буду материться в мыслях, я буду материться и в жизни.
Но нахрен это. Полет в самолете — отстой. Попить нечего, потому что Харрисон был слишком занят тем, чтобы выловить меня в океане, после выстрела Джеймса, чтобы наполнить кулер.
Ага. У этого тупого самолета еще и кулер есть. Типа такой, в котором можно хранить лед. Не такой, как холодильник, или хотя бы дурацкий передвижной холодильничек, который у нас был, когда я была ребенком. А кулер. Не впечатляюще.
Так что никакой газировки. Нет даже какого-нибудь хренового, отвратительного пакетика с крендельками.
Боже, я проголодалась.
— Джеймс?
Он через ряд от меня, но это всего в полуметре передо мной. Я пинаю его, когда он не отвечает.
— Джеймс?
— Пнешь меня еще раз, я выломаю тебе все пальцы на ногах, — отвечает он, не открывая глаз.
— Я очень хочу есть.
Он приоткрывает один глаз.
— Я похож на автомат со снеками? Я сказал тебе, мы остановимся в Берлингтоне после того, как достанем грузовик, — он закрывает свой глаз, будто вопрос решен.
— Как далеко до Берлингтона?
— Иди спроси у Харрисона.
И все. Я наблюдаю за ним несколько минут, чтобы увидеть, извинится ли он за то, что у нас нет еды. Но он не извиняется. Он снова спит, потому что я опять вижу его тик.
Я не хочу разговаривать с Харрисоном. Он скажет что-то о координатах, которые ничего не значат для меня без карты. Если бы было светло, я могла бы выглянуть в окно, и увидеть, по крайней мере, пролетели ли мы уже над горами. Берлингтон расположен в долине.
Я плюхаюсь назад на свое место и выпячиваю губы. Я знаю, что это ребячество, а мне стоит повзрослеть и перестать делать это. Но я не взрослая, я до сих пор ребенок. Так что, эй, могу я насладиться этим хоть немого, пока есть возможность?
Вместо этого я думаю о Нике.
Не могу поверить, что он никогда не рассказывал Харпер обо мне. Странно ли то, что она даже не знала, что я была обещана ему? Это не странно. По крайней мере, я так думаю. Обещания должны быть секретными. Мне нельзя было знать, что меня обещали Нику. Но он сказал мне об этом в последний год, когда приезжал увидеть меня в Вайоминге.
Ну, он приезжал на встречу с моим отцом. Он проявил интерес ко мне, и было тяжело не проявить интерес в ответ, потому что Ник Тейт — тот, кого девушки называют горячим.
Очевидно, что между ними с Харпер есть сходство, потому что они близнецы. Но Ник выше, чем Харп. У него хорошо развиты мышцы для восемнадцатилетнего. Не как у Джеймса. У Джеймса мышцы мужчины. Он огромный по сравнению с Ником. Но Ник быстрее Джеймса. Харпер тоже быстрее Джеймса. Я немного видела ее в бою, когда мы были вместе.
Ник также умный. Он столько знает. Он знает все секреты, как на духу. Даже те, которых не знает Джеймс.
Черт, даже я знаю секреты, которых не знает Джеймс.
Но если думаю, что это дает мне преимущество, я ошибаюсь, потому что для Джеймса есть кое-что большее, чем просто… Джеймс.
Конечно, номер Один тоже почти ничего не значит. Он пытался убить Харпер. И я не знаю, что мне с этим делать. Или с сестрой Джеймса, Николой. Или Адмиралом. Или Ником, раз уж на то пошло.
Кому мне можно доверять?
Пока у меня есть только Джеймс. Но как только я увижу Ника, мне придется сделать выбор. Потому что нельзя быть верным двум людям одновременно.
Или можно?
Харрисон кричит из своей кабины.
— Мы готовимся приземлиться, ребята. Пристегнитесь.
Джеймс опускает сидение перед собой и садится прямо. Он не спал все это время? Черт, я прекратила за ним наблюдать. Он смотрел на меня, пока я думала?
Мне не нравится думать о секретах перед Джеймсом. Не то чтобы он читал мысли, но у него есть интуиция. Он читает лица. И язык тела. И даже голоса.
Я знаю, потому что мой отец научил меня, как это делать. Но навыками нужно постоянно пользоваться в настоящей жизни, чтобы превратить их в инстинкт.
Я никогда не выполняла задание. Помимо убийства тех четырех мужчин, которые пришли подорвать ранчо моих бабушки и дедушки, я не делала ничего стоящего. Все знания в обучении бесполезны, если не применять их на практике.
У Джеймса есть практика. Джеймс убил сотни людей. Он свергал правительства. Работал в условиях, которых я даже представить не могу. И однажды он был заключенным в тюрьме Гондураса.
Я множество раз слышала эту историю от других людей, пока спала. Людей более важных, чем он. Тогда, в пустыне, он рассказал нам с Харпер о том, что вел теневую политику с правительством Сан-Педро-Сула, но это был не первый его раз в Гондурасе. Нет. Первый раз был, когда его там схватили.
Я знаю, что случилось с ним там. В оба раза. Я осмеливаюсь посмотреть на своего нового партнера и улыбаюсь.
— Что у тебя на уме, Смурф?
Дерьмо.
— Я очень, очень, очень хочу есть.
Он пялится на меня, и я не могу ничего с собой поделать. Я морщусь.
— В Берлингтоне есть «Макдоналдс». Возьмем себе там что-нибудь на завтрак.
Прямо сейчас я бы умерла за «Макдоналдс».
— А что мы будем делать потом?
Самолет с характерным звуком выпускает шасси, и это дает Джеймсу шанс проигнорировать мой вопрос.
Мне не нравится, когда он игнорирует мои вопросы. Потому что это означает, что мне не понравится ответ, который он отказывается мне давать.
— Мы теперь партнеры, правильно? — спрашиваю я его, внезапно чувствуя потребность в этом.
Он поворачивается ко мне и улыбается. Мне нравится, когда он улыбается. Так как по тому, что я могла видеть, его улыбка не бывает фальшивой.
— Пока смерть не разлучит нас.
Я улыбаюсь в ответ. Мне на самом деле нравится Джеймс. Я просто не уверена, могу ли доверять Джеймсу.
Так как по тому, что я видела, могу сказать, во всех ситуациях главный Тет. Самым запоминающимся был тот раз в доме Мерка в пустыне, когда он сказал мне, что у него может быть план. Второй раз это было, когда номер Один вколол Харпер наркотик. Я до сих пор не уверена на сто процентов, кто тогда был главным. Но парень, который сказал мне, что выстрелит мне прямо в грудь, явно был Тетом.
И хоть даже я вижу, что Джеймс получает все больше и больше власти, я не понимаю, как он может жить двумя жизнями одновременно.
Все в Организации — и я имею в виду все — знают, что Джеймс Финичи — ненормальный. Нужно убить своего брата? Не проблема. Просто скажите Тету. Нужно убить ребенка тренера? Не проблема. Просто скажите Тету. Нужно выследить вашу дочь и вывести всех на дикую охоту с целью на голове вашего сына? Не проблема. Просто скажите Тету.
Но проблема с Джеймсом и Тетом удваивается, когда вы понимаете, что вам не получить одного без другого. Это не две отдельные личности.
Это на самом деле один и тот же парень.
Я думаю, это делает Джеймса, так же известного, как Тет, еще более сумасшедшим среди людей с раздвоением личности. Потому что, по крайней мере, если бы это были два человека, вы могли бы рассчитывать на них.
Например, когда Адмирал написал Джеймсу сообщение и сказал ему приехать в Колорадо и «забрать» меня, он на самом деле ожидал, что Тет приедет и «подстрелит» меня.
Ник сказал мне об этом в ночь перед тем, как Джеймс появился. Он сказал: «Если увидишь его первой, значит, это Джеймс, и тебе нужно попробовать дать ему шанс. Если покажется Тет, ты даже не узнаешь, что он там был».
Это полная задница, если Ник не сказал мне просто убраться нахрен оттуда?
Не уверена.
Но Тета не было поблизости, когда от Адмирала пришло сообщение с текстом: «Забери ее». Там был Джеймс. А Джеймс был занят Харпер, так что ему не нужен был Тет.
Видите ли, Адмирал со всем своим высокомерным самодовольством, на самом деле, понятия не имеет, как работает Джеймс так же известный, как Тет. Думаю, поэтому он приказал мне убить Джеймса в тот день. Это было дело из рода двух зайцев одним махом.
Из мыслей меня вытаскивает прикосновение самолета к земле, один раз, два, а потом снова, пока мы катимся по остальной части полосы к маленькому аэропорту, окруженному кукурузным полем с трех сторон.
Когда мы останавливаемся, Джеймс встает и потягивается с руками над головой, касаясь потолка салона и прижимая ладони к изогнутому пластику.
— Я тоже умираю с голоду, МакСмурф. И мне нужен кофе, — произносит он с улыбкой.
Боже, я люблю эту улыбку. Может, Тет совершенно не нравится мне, но Джеймс — один их тех воспитанных людей, каким был мой отец. И когда он улыбается вот так, я полностью им очарована.

Глава 2 
Джеймс

В малюсенькую щелочку приоткрытым глазом я наблюдаю за тем, как Смурф смотрит на меня, пока мы летим.
Она заставляет меня нервничать. Она не спит, но думает, что я сплю. Она наблюдает за мной, но понятия не имеет, что я наблюдаю за ней.
Господи, бл*дь, Боже. Я понятия не имею, что делаю. Я знаю факты, которые они думают, я не знаю. Но даже я не уверен, что делать с этой информацией.
И я понятия не имею, что делает Саша. Я знаю, что она исполняет чьи-то приказы. Я просто не уверен чьи. Адмирала? Она точно исполняла их раньше. Но теперь? Не уверен. Ника? Об этом я тоже не знаю.
Мерка? А это явно загадка. Это самое главное, потому что именно с ним мы сейчас и встретимся.
И с Ником. Мы очень долго с ним не виделись, но Мерк видел его. Он многое знает обо мне. Может, даже больше, чем должен. Явно, больше, чем должен.
Так что это проверка. Кто на кого работает — вопрос, на который у меня нет четкого ответа уже долгое время. Но очень скоро все игроки будут вместе, и я смогу разобраться.
Вместо этого я думаю о Харпер, и в груди становится больно, что ново для меня. Когда я увидел, как она лежит на полу в своей квартире, бл*дь, я перестал дышать. На две-три секунды, не больше. Но они были похожи на вечность. Время замедлилось, правильно? Так говорят в экстренных ситуациях. Время меняется, и я верю в это. За годы я множество раз чувствовал это. Когда реальность бьет тебя в лицо. Когда смерть прямо перед тобой — все, что тебе нужно сделать, это протянуть руку, она проведет тебя через тонкую пелену, и все закончится раз и навсегда.
Я был рядом с ней множество раз. Но тот первый раз, когда она появляется рядом, никогда не забывается.
Гондурас. Двенадцать лет назад. Джеймс Финичи, который едва Шесть, но, тем не менее, еще не Тет, но уже был в полной заднице.
Даже сейчас, закрывая глаза, я слышу град пуль. Мои руки тряслись так сильно, что я даже не мог зарядить свою сраную винтовку. И когда я впервые выстрелил в члена банды в проклятом месте, которое они назвали Сан-Педро-Сула, я промахнулся. Первая пуля пролетела едва ли возле его виска, но ее было достаточно, чтобы разорвать его ухо — яркая картина, которая врезалась в мою память. Я вижу ее по сей день.
Мне так и не выпало шанса выстрелить во второй раз и закончить свою работу, потому что меня поймали, и парень, которого навсегда зовут Ошибка Номер Один в моей голове, остался жить.
Но я уверен, что он смотрел в зеркало каждый день и жалел об этом. Я уверен, что он смотрел в зеркало каждый день и говорил себе одну и ту же вещь: заставь Джеймса Финичи заплатить.
Меня держали достаточно долго, чтобы он смог пытать меня после того, как восстановится. Они жгли меня. Душили. Черт, меня даже однажды повесили. Очевидно, не настолько жестоко, чтобы сломать шею, но достаточно, чтобы я простоял на носочках часами… днями, иногда.
Говорят, причина, по которой я настолько опасен, в том, что не сдался. Думаю, это правда. Я не сдаюсь. Я понимаю, что этот мир лучше послать нахрен. В нем нет ничего, чего бы я не выдержал. Все, что мне нужно делать, — это становиться Тетом. Тогда время замедляется, и он выходит на первый план. У него нет проблем с тем, чтобы снести голову, и Тет не промахивается.
Если вы собираетесь убить кого-то, вы или заканчиваете работу, или умираете, пытаясь.
Потому что не стоить пойманным или вернуться и попытаться снова. Поверьте мне на слово. Я знаю. Меня ловили, и я возвращался, чтобы закончить работу, чтобы позаботиться о городе, который они называли Всемирной Столицей Убийств. То время было, будто сочетание самого худшего момента моей жизни и странного чувства возращения домой.
Думаю, именно тогда Тет начал проявлять интерес к моей работе. С тех пор, как я оставил Южную Калифорнию в шестнадцать лет, я больше не считаю ее домом. Но думаю о Гондурасе, как о доме? Это был новый уровень гребанутости, даже для меня.
Мне понадобились годы, чтобы понять, что я был другим. Когда номер Один пришел вызволять меня из Гондураса, у меня появилось подозрение. Его третье имя было Шрум (прим. пер. — Shroom, является второй частью английского слова mushroom — гриб. Гриб был подписью номера Один во второй части книги «Я вернусь за тобой»). Его визитной карточкой был яд аматоксин. Яд грибов. Нам назначают яд для убийств, когда дело касается определенных людей. Токсин, который использую я, можно найти в синекольчатом осьминоге. Классика из рода Джеймса Бонда.
Токсический Тет — это явный способ умереть на уровне блокбастеров.
Но Тет как человек? Он явно больше похож на героя «Голдфингера» (прим. пер. – один фильмов о Джеймсе Бонде).
Я понятия не имею, чья была идея давать нам по три имени, но я серьезно воспринимал это дерьмо, потому что когда работа требует взаимодействия с самыми отпетыми мошенниками на земле, нужно смотреть на это в настоящем свете.
Тет.
Я чувствую его внутри. Он придерживает край шляпы в приветствующем поклоне. Сейчас он расслабился. Вроде как раскинулся на пляже. Но это потому что я с ребенком, и думаю, что Харпер в безопасности.
Гребаная Харпер. Я скучаю по ней больше, чем хочу признавать, потому что неизвестно, как все это дерьмо повернется дальше. Я понятия не имею, кто внутри Организации на моей стороне, а кто против. Они могут использовать ее, чтобы добраться до меня. Они могут использовать меня, чтобы добраться до нее. Черт, все, что угодно возможно. Я не знаю, есть ли хоть один человек, который понимает свою преданность в эти дни.
Это поверхностный мир в лучшие свои времена, но Организация видела множество окончаний лучших времен. Даже с тех пор, как Харпер и Ник сбежали с флешкой, все были на грани.
Что на этой флешке? Только один человек знает наверняка. Человек, который создал файлы в ней.
И он мертв.
Я не знаю о нем много, но знаю, что они не могут получить к ним доступ. Прежде, чем Ник украл флешку, они заставили каждого эксперта на планете работать над тем, чтобы обойти защитную систему.
Это было единственной причиной, по которой им понадобился Мерк. И, бл*дь, это счастье для них, что парень был профессиональным наемный убийцей. Он работал на частную охранную организацию, когда меня отправили в Европу, чтобы нанять его. Он не оказался заинтересованным, и мы оставили это. Но за эти годы мы стали друзьями. Он звонил мне. Я помогал. Я звонил ему. Он помогал. Долги, понимаете? Мир держится на долгах.
И тогда в один день… телефон в его доме зазвонил, пока он был занят, и я снял трубку. Я прослушал то сообщение.
И как вы думаете, от кого был звонок?
От Форда, мать его, Астона.
Оказалось, что Мерк работал с Астоном в стиле «услуга за услугу», и этот звонок касался наличных денег, которые Мерк был должен ему.
Это было небольшое дело о краже личности. Но не это было самым интересным. Самым интересным было, когда Форд сказал: «Я бы сделал это сам, но мне нужно держаться подальше».
Что сказало мне две вещи. Форд марал руки убийством человека. И у него были отличные навыки. Оба эти качества могли мне пригодиться.
Тогда Тет вышел на передний план. Мерк вернулся с той работы, и она оказалась полной задницей. Как только он вошел в дверь, сообщение было озвучено.
Я не уверен, знал ли он о Тете, когда той ночью пришел домой, но он точно узнал о нем к тому моменту, когда мы закончили.
Тет шантажировал его. Он или делал работу, для которой он был мне нужен, или я звонил Форду.
И вовлекал его.
И по какой-то причине, Мерк был переданным тому ублюдку в костюме. Он сдался. Я дал ему номер — Семь — и визитную карточку. Когда тебя уже зовут Мерк, смысл есть лишь в том, чтобы стать Меркурием.
Насколько мне известно, Мерк убивает всех, кого хочет, когда хочет, и он даже никогда не задумывается над тем, чтобы использовать в убийстве ртуть (прим. пер. — «меркурий» — научное название ртути).
Вот почему Организация начала поиск способа избавиться от него, как от ненужного груза. Он даже не командный игрок.
После того «инцидента» в Вайоминге на прошлое Рождество, Адмирал был недоволен провалом. Я знаю, потому что меня отправили устранить наемника, который провалил дело, когда на следующий день и Мерк, и Саша появились живыми.
Конечно, все это было сраным дерьмом. Я не знал, что, мать его, произошло на прошлое Рождество. Знал только, что меня отправили убить людей, которые должны были быть на нашей стороне.
Никто не знает, кому доверять в наши дни.
На нас всех висит вина. Мы все убиваем, даже если не являемся пронумерованными наемниками. Мы все подозреваем друг друга.
Всему виной файлы, которые плавают, черт знает где, уже больше года. И по тому, что говорят, в этих файлах достаточно грязи, чтобы поставить Организацию на колени.
У меня нет этих файлов. Я не знаю, что в них. Думаю, основная информация о том, кто есть кто. Что означает, что я тоже там есть. Как и моя семья. Мы все там, думаю. Но кому есть дело? Ну, правда, если какой-то журналист доберется до флешки и представит эту информацию перед всеми, кто ему поверит? Она, как очень плохая книга Дэна Брауна о теории заговоров. Информация слишком изощренная, люди совершили преступления такого размаха, что обвинения в том, что мы делаем, будет настолько диковинным, что никто в них не поверит. Люди игнорируют такие громкие дела. Ты говоришь им мелкую информацию — например, что мы подорвали террористическую ячейку в Колорадо, но парня выпустили под залог, или что в Афганистане разбился вертолет и десять «Морских котиков» погибло — и они мирятся с этим. Люди могут переварить подобное дерьмо.
Но когда вы подсовываете им парня, который перелез через забор Белого дома, чтобы попасть в телевизор и попытаться сказать людям о том, что мы делаем, просто называя имена… Нет. Это пустая болтовня. Люди не переваривают такого рода дерьмо.
Самолет «исчез» над Индийским Океаном, и все в нем пропали без следа? Хм, интересно, что же случилось.
Пропал самолет. И сотни людей. Тоже пропали.
Никто и глазом не моргнет.
Так кому какое дело до флешки? Вот, чего я не понимаю. Это ходячая бомба. Список всемирно известных преступников, которые прячутся под масками блюстителей закона и политиков. Но в нем так много людей — так много правительственных компаний, благотворительных фондов, кинозвезд, мамочек и папочек — могла ли такая тень висеть над всем миром просто под носом у каждого?
Так что мне насрать на эти файлы.
Но это было до того, как номер Один попытался убить Харпер, чтобы вернуть их. Теперь файлы — это все, о чем я думаю. И моя сестра. Он упомянул мою сестру. Он сказал, что она была в плане. Вот же твою мать. Я четко это вижу. Я, бл*дь, теперь четко это вижу. Будто все эти маленькие кусочки моей жизни и памяти возвращаются ко мне.
Но эта флешка. Все пошло коту под хвост.
Ник ворует флешку, отдает ее Харпер, говорит ей отравить всю элиту Организации на корабле и потом отсылает ее. Но он лишь делает вид, что она исчезла. Он даёт ей столько прикрытия, сколько достаточно для того, чтобы она думала, что исчезла.
Меня допросили, как и других оставшихся наемников, но сказали не приближаться. Никому нельзя приближаться, потому что она опасна.
Ага, у Харпер есть некоторая хитрость, но Харпер не опасна. Она как маленький котенок со своими маленькими коготками. Она может навредить тебе, но она всего лишь котенок.
Так что все держались от нее на расстоянии. Тем временем, номер Тони поднялся в моем списке, и он стал следующим. Когда пришло время, Форд звонит и просит Мерка об услуге, который звонит и просит меня об услуге, которая состоит в том, чтобы убрать моего сумасшедшего брата.
Так что, да, я это сделал.
Ну — я делаю глубокий вдох и приоткрываю глаза, чтобы посмотреть смотрит ли Саша, но она глубоко о чем-то задумалась — я не делал этого. Это был Тет. Тет сделал это, и Тет не отсиживался на заднем ряду, так сказать. По факту, Тет решил занять место поближе. И из-за этого я провалил тест по уравновешенности психического состояния.
Что послужило причиной того, что меня отправили на пляж.
И тогда номер Один появился с видео с моей сестрой Николой. Она была в синяках и просила меня помочь ей. Номер Один сказал мне достать флешку, потому что у меня был невыплаченный долг.
Я снова вздыхаю.
Они обыграли меня. Они знали, что Харпер была моей слабостью. Я держался подальше от нее, кроме дней ее рождения. Некоторые до сих пор знают, что я ходил увидеть ее каждое шестое число. Они узнали, что я встретился с ней, когда ей исполнилось шесть. Точнее, они выяснили то, что я могу приручить ее.
Но я люблю ее. Я хочу ее. Знаю, что она — мое обещание. Я понимаю это, и меня убивает то, что я должен был лгать ей, пока мы были вместе. Но теперь я хочу ее. Она — моя.
И никто не заберет ее у меня.
Никто.

Глава 3 
Джеймс

Когда Харрисон прокричал, что мы наконец-то приземляемся, я встаю и потягиваюсь. Оборачиваюсь на Смурфа с улыбкой, которая говорит, что все в порядке, и немного болтаю о еде, а потом снова сажусь и жду остановки самолета.
Когда мы сходим с него, я останавливаюсь и пожимаю руку Харрисону.
— Если тебе что-то нужно, Харрисон, я на твоей стороне.
Он улыбается, но могу сказать, что в его мыслях надежда на то, что ему никогда не пригодятся услуги, которые я предлагаю.
— Спасибо, Харрисон, — произносит Саша, обнимая его. Он прижимает ее в ответ, наверное, слишком сильно, потому что Саша прикладывает руку к своей груди там, где пуля вошла в жилет, и Харрисон отклоняется.
— Извини, Саша, — говорит мягким голосом. — Будь осторожна, — добавляет он, похлопывая ее по спине. А после смотрит на меня, как на мразь.
— Она будет в порядке, я обещаю.
— Я буду в порядке, Харрисон. Не переживай за меня, — она указывает на стоянку, которая видна с того места, где мы стоим. — Эй, там твой грузовик, Джеймс! — И она срывается. Бежит, как ребенок.
— Тет… Джеймс… кем бы ты, бл*дь, не был... не тащи этого ребенка с собой, старик. Это неправильно. Ты можешь оставить ее здесь. У нас с женой нет детей. Мы всегда сможем составить ей компанию.
Я прищуриваю глаза и пялюсь на него. Я никогда по-настоящему не смотрел на Харрисона прежде. Он не совсем среднего возраста. Его волосы до сих пор темные, а комплекция тела далека от парня, который просиживает все время на работе. И спорю, у него есть хороший дом здесь, в этом маленьком городке. Какое-то прагматичное бунгало, которое может находиться где угодно.
— Я имею в виду, ради всего святого, просто пока не разгребешь дела. Всего лишь на некоторое время. Чтобы она осталась в безопасности.
Мне плевать на то, на что он намекает.
— Со мной ей безопаснее всего, Харрисон.
— Ты выстрелил ей в грудь, Тет. Это ненормально. Бл*дь, просто неправильно.
Я стискиваю зубы и сжимаю кулаки. Ему нужно остановиться, или я могу потерять контроль над собой.
— Я сделал то, что нужно было сделать, чтобы спасти ее гребаную жизнь. А теперь, если ты не против, нам нужно встретиться с некоторыми людьми. Надеюсь, мы все еще останемся друзьями после этого, но если нет, просто проигнорируй мой следующий звонок и больше никогда не услышишь обо мне.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.