Библиотека java книг - на главную
Авторов: 45535
Книг: 113190
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Попаданец для драконши» » стр. 24

    
размер шрифта:AAA

- Давай так, раз ты смущаешься. Я разденусь и ты завяжешь мне глаза. Не хочу слишком сильно тебя смущать. Что скажешь?
- Ничего не имею против, - ощутимо расслабилась сипуха, а потом быстро подошла к камину, в котором потрескивал разведенный на ночь огонь, и высыпала на поленья какой-то порошок. Порошок тут же вспыхнул и, обтекая Каю, в комнату повалил густой зеленоватый дым. - Предупреждаю - пахнуть будет сильно, быстро начнет кружиться голова. Завтра, возможно, будут болеть виски. Можно и без этого... но я хочу как можно больше облегчить инициацию. Идет?
- Идет, - согласился я, осторожно перебравшись на постель и стащив с себя все, кроме белья.
Белье, кстати, здесь было дурацкое откровенно говоря. Такие широкие шерты, со штанинами, собранными фонариком. Нет, я ничего не говорю - удобно, просторно, ничего нигде не жмет. Только вот выглядели они как чертовы памперсы. Но попробуй убеди окружающих в том, что тебе нужны боксеры или на крайняк семейные трусы! Думаете я не пытался? Конечно пытался, да вот только я был со своим «удобно» один, а местных с их «привычно» был целый мир. Так что битву за белье я проиграл. Мда. И теперь теребил завязку, пытаясь расслабить слишком сильно затянувшийся узелок. В конце-концов он поддался, и остался я в чем мать родила. Неуклюже подтянул к себе слабые ноги, обнял их, чтобы прикрыть срам.
Кая покосилась на меня, плохо скрывая смущение и любопытство.
- Вы закончили?
- Угу, - кивнул я, а потом стянул с балдахина одну широкую толстую ленту и завязал ей глаза. - Можешь раздеваться сама.
Ято-то зашуршало, а потом стало темно. Совсем темно. Как я понял Кая сначала выключила свет, а потом еще и зашторила балдахин. Последний уже наполнил дурманящий запах, в котором смешались горелая карамель, шоколад и что-то отдаленно напоминающее запах гнили. От этого запаха меня замутило, мысли и правда начали путаться, тормозить, запинаться. Потому когда прохладная рука Кая прошлась по моей щеке, я вздрогнул от неожиданности.
- Мне нужна ваша рука, - попросила девушка. - Мне нужно немного вашей крови, чтобы я смогла пойти в ваш сон за вами.
- Перестань звать меня на вы, - неуклюже махнул я в воздухе рукой, случайно, кажется, пройдясь ей по носу. - Кая, мы с тобой кучу всего вместе пережили... почему ты никак не начнешь звать меня по имени и на ты?
- Давайте не будем об этом, - сказала девушка, поймав меня за запястье и в темноте болезненно чиркнув ножом по моему большому пальцы. - Позже... а сейчас...
Кая стянула с моего лица повязку, легла, прижавшись своим боком к моему - кожа к коже, и накрыла нас одеялом. Накрыла, и тут же сунула мой пораненный, ноющий палец себе в рот, втянула кровь.
- Да ты вампирша, - в голову откровенно лезла какая-то ерунда.
- Потом расскажете, кто такая эта ваша вампирша, - смущенно пробормотала девушка. - Все. Мы готовы. Идем?
- Идем, - решительно кивнул я. - На встречу приключениям.
Кая фыркнула, громко втянула воздух и... свистнула. Долго, протяжно, оглушающе свистнула.
И этот свист для меня был все равно что выстрел в голову. Поясницу пробила такая страшная боль, что я, кажется, вскрикнул. Меня выгнуло, я подавился воздухом. А потом неожиданно я расслоился. Я хорошо ощущал это. Граница сознания и тела обрисовались и начала разделяться. Моя рука словно парализованная лежала на постели, и я чувствовал это. Но моя же рука шарила беспорядочно по кровати, цепляясь за простыню и проходя сквозь нее - и это я чувствовал так же отчетливо. И когда свист оборвался, то мое водное тело, о существование которого я понятия не имел раньше, резко дернуло вверх. На этом моменте я и отключился.
53. Комната страха


Как то раз, когда я еще в школе учился, к нам в город приехал лунопарк. На самом деле приезжал он часто, но... именно в тот раз отец получил на работе премию и, взяв нас с сестрой за шкирку, потащил развлекаться. Сестра, которая старше меня на год, от идеи устроить покатушки пришла в восторг. Я же был именно в том глупом возрасте, когда ты еще из детских шмоток не вырос, но мультики демонстративно смотреть бросил и начал так же демонстративно воровать у отца сигареты. Разумеется, кататься на всяких чашечках и лебедях я отказался, заявив, что это - развлечение для малышни. И тогда отец предложил сходить мне в комнату страха, раз я такой взрослый и смелый.
Я согласился.
В «деда мороза» я не верил, и прекрасно понимал, что все что я там увижу - будет просто представлением. Пока отец покупал билет, я представлял себе что-то наподобие комнаты, напиханной актерами, разодетыми в глупые костюмы ведьм и привидений. Представлял, и надменно думал, что ни за что этой белиберды не испугаюсь. Короче говоря врага я недооценил, что привело к моему полному поражению и мокрым штанам. Последнее было для меня настолько позором, что я потом долго комплексовал, а кошмары о том, что я прилюдно обмочился, до сих пор изредка мне снились. Как и треклятая комната страха.
Именно в ее стартовой комнате я и проснулся с раскалывающейся головой и жутким зудом во всем теле. Меня приветствовали все те же совершенно черные стены без всяких там глупых детских рисунков, все тот же вагончик наподобие тех, что были на американских горках, и все та же свисающая с потолка лампа на проводе, вокруг которой вились осенние мошки. Единственным отличием было то, что стоял вагончик не на рельсах, а на широком позвоночнике, от которого по полу к стенам расходились ребра.
Я осторожно поднялся с металлического пола и почесался, пытаясь вспомнить, как я здесь оказался. В раскалывающейся на части голове всплыли какие-то невнятные воспоминания, но тут же потонули в головной боли.
- Пап? - позвал я испуганно. - Мам? Таня? Вы тут?
Никто на мой неуверенный крик не откликнулся. Я обошел комнату по периметру, попытался пойти вперед по странным рельсам, но под загораживающей вход в аттракцион черной тканью оказалась железная, наглухо закрытая дверь. И тогда я сделал единственное, что мне оставалось делать. Я залез в вагончик. Залез, сел на первое, самое лучшее сиденье, опустил железный поручень. Поручень щелкнул, и, подергав его, я понял, что попался. Назад он уже не откидывался.
За моей спиной что-то зашуршало. Я испуганно сжался и покосился назад. На второе сидение вагончика села черная, большая фигура, заняв собой все свободное место. И откуда этот странный человек только взялся? Чувствуя, как сердце стучит у меня в горле, я повернулся в сторону занавески надеясь, что незнакомец - не какой нибудь маньяк и не свернет мне шею как куренку во время поездки. Руки непроизвольно вцепились в поручень, железная дверь лязгнула, открылась, и мы медленно поехали прямо в темноту.
Вагончик плавно, скрипя, переваливался с позвонка на позвонок. От этой постоянной качки меня быстро начало подташнивать, тело все чесалось а головная боль вовсе не собиралась отступать. Я с некоторым ужасом ждал тех кошмарных, высовывающихся из ниш чудовищ, что видел в прошлый раз, но их не было. Вместо этого вдалеке вдруг раздался знакомый скрип двери. Именно с таким звуком открывалась дверь на кухню у меня дома. Из дверного проема на позвоночник хлынул свет, и до меня донесся возмущенный голос. Мой голос.
- Что за хрень ты купила?!
- Да ладна тебе, нормальные же сосиски. Ну... не дорогие конечно, но вкусные ведь, - ответил добродушно голос сестры.
Сердце радостно подпрыгнуло.
- Таня! - позвал я, дергаясь и пытаясь скинуть заклинивший поручень. - Таня, я здесь, спаси меня!
На мое плечо опустилась тяжелая рука, и я заткнулся. Сестра не выглянула из-за медленно приближающейся двери, и разговор с невидимым мной продолжился.
- Вот сама бы и жрала эту гадость! Сложно что ли купить нормальные, а не это дерьмо.
- Перестань ругаться. Тебе не идет. Такая милая мордочка, а ты...
- Да пошла ты! Вот поэтому я и свалил из дома. Вечно сюсюкаетесь со мной как с маленьким. Как же это бесит!
- Ой, посмотрите, какой он гордый, - в голосе сестры проскользнуло раздражение. - Он ушел сам на квартиру покойной бабки, подальше от нас, злодеев. Да-да, конечно! Ты же у нас такой крутой. Особенно после того, как отец тебя за дверь выставил и ключ тебе вслед швырнул.
- Пф... я давно хотел. Просто тот раз стал последней каплей.
- О великий, смилуйся, прости нас грешников, что мы допекли тебя до печенок!
- Знаешь что, бери свои сосиски и проваливай нахрен из моей квартиры! Тебе что мать сказала? Приносить мне еды. Приносить еды, а учить меня жить! Так что бери это дерьмо и проваливай. И возвращайся, когда купишь что-нибудь получше. Деньги-то поди прикарманила...
Я попытался зажать уши.
«Это не я, - крутилось у меня в голове. - Это не я... того меня уже нет, и вспоминать я об этом не хочу. Зачем вспоминать этот идиотизм?»
- Ах так?! Это ты меня, тварь ты неблагодарная, в воровстве обвиняешь? А сам деньги как у отца из кошелька таскал помнишь? А как приходил чуть ли не каждый день пьяный? Как школу прогуливал, придурок? Как скандалы каждый день устраивал? Скажи спасибо, что отец тебя протолкнул с твоими плохими оценками хоть в какой-то университет, а то пошел бы грузчиком работать.
- Скандалы?! А что мне скажешь, терпеть то, как мать меня чихвостит ни за что? Мне восемнадцать уже есть, пить имею полное право!
- Мудак ты, Влад... Хрен тебе, а не еда. Сиди голодным, продукты я лучше домой отнесу. А ты найди подработку и покупай себе сам свои долбанные сосиски...
- Эй! Стой! Стой, блин! Отдай пакет, слышишь!
- Ай! Да пошел ты, урод!
Где-то в глубине квартиры громко хлопнула входная дверь. Все стихло, только шорохи остались и сдавленная ругань.
Я не хотел смотреть за дверь, с которой поравнялся вагончик. Не хотел, но все равно посмотрел. Передо мной предстала некрасивая картина: рассыпанные по полу кухни продукты, перевернутый стул, раздавленную пачка йогурта. И среди всего этого, повернувшись ко мне спиной, стоял я сам. Стоял, глупо матерясь, и раздраженно втаптывал в пол треклятую пачку сосисок.
«Я таким больше никогда не стану, - испуганно подумал я. - Никогда. Ни за что. Как я вообще мог быть вот этим придурком? И почему тогда я вообще не понимал, что веду себя неправильно?»
Дверь шумно захлопнулась у меня за спиной, незнакомец убрал руку с моего плеча. Я хотел уже расслабленно выдохнуть. Решил запоздало, что кошмар закончился. Но увы, не прошло и пяти секунд, как впереди открылась другая дверь. Открылась, и из нее тоже хлынул свет - яркий свет вечернего солнца.
- Эй, ты сегодня какой-то грустный, - раздался знакомый женский голос.
Я не смог вспомнить, кому он принадлежал. Да и не да того мне было. Потому что свет впереди осветил черную дыру. Позвоночник, по которому мы ехали, там обрывался и свисал вниз жалким обрубком. Чуть дальше, за дырой, он продолжался, но мы ехали так медленно, что я был уверен - перевернемся и вниз полетим.
- Отвали, - буркнул мой голос из-за двери - усталый и раздраженный.
Минутная тишина, а потом...
- Слушай, а хочешь, я тебе с пересдачей помогу? У меня есть конспекты.
- Тебе дома нечем заняться? Сказал же - отстань.
- Да ладно тебе, не стесняйся! Я понимаю, что ты мужик, не любишь принимать помощь и все такое, но...
- Слушай ты, если ты от меня сейчас не отвалишь, я не знаю, что я с тобой сделаю!
- Эй, эй, угомонись, - голос стал испуганным. - Отпусти меня! Я буду кричать!
Не выдержав этого, я попытался заткнуть уши руками.
- Нет... нет, только не это, - замотал я головой. - Только не тот гребанный день... только не он...
Сильные руки схватили меня за запястья и заломили их назад. Я невольно прогнулся в спине, зашипел, задергался. Но увы... я не мог вырваться ровно так же, как та глупая девчонка. Как же ее звали? Почему я не запомнил ее имя?
- А что, я должен в задницу тебя что ли поцеловать? Такая добрая, мать Тереза, мать твою. Всем помогаешь, все тебя любят, долбаннная вышивальщица крестиком! Строишь из себя не пойми что! А на деле я тебе скажу кто ты! Ты простая показушница! Ничтожество! Ничего в тебе необычного нет! Ты такая как все! Ясно тебе?!
- Отпусти меня! Помогите!!!
- Правда, зачем я парился, а?! - в моем голосе проскользнуло что-то безумное. - Переживал... а сейчас вдруг понял, что зря. Вали отсюда, ты, жалкая...
Голос оборвался на полуслове. Парта опрокинулась, потом раздался какой-то странный щелчок, и долгий, удаляющийся крик. Этого я не помнил. Не помнил совершенно! Я помнил, как накричал на нее, помнил, но...
Когда вагончик наконец поравнялся с дверью, я снова увидел себя со спины. Перевернутая парта валялся на полу, а я... я... я...
... я смотрел в распахнутое настежь окно и...
- Да быть такого не может... - испуганно выдавил из себя я настоящий.
А я из прошлого матюкнулся, схватил свою сумку и припустился бежать. Вон из аудитории, вон из университета, вон, вон, вон...
Вагончик начал заваливаться вперед и я понял, что совершенно забыл о дыре в полу. Мы с все еще держащим мои руки за спиной пассажиром перескочили через последний позвонок.
Я зажмурил глаза от страха. Прошла секунда. Вторая. Третья, но вниз мы не сорвались. Вагончик завис над пропастью опасно покачиваясь и грозясь сверзнуться вниз в любой момент. Поняв это я осторожно, стараясь лишний раз не шевелиться и дышать помедленнее, открыл глаза. Открыл, и увидел распростершееся на асфальте тело в желтом платье, валяющуюся рядом с ним коричневую балетку, разбитый старенький телефон с отлетевшей в сторону батарейкой. Глаза девушки - карие, полные предсмертного ужаса - смотрели прямо на меня, качающегося на самом краю. Ее губы беззвучно шевелились, будто она пыталась что-то сказать.
- Нет... - простонал я. - Нет, нетнетнетнетнетнет...
Другой я, старый я, до смерти перепуганный я подбежал к девушке, рухнул перед ней на колени и принялся судорожно доставать из кармана телефон.
- Сейчас... скорая, - громко бормотал он. - Скорая... скорая... да как же набирается эта долбанная скорая!
Девушка неожиданно глубоко, судорожно втянула воздух... и глаза ее остекленели. Она перестала шевелиться, а испуганный парень, по вине которого все это произошло, застыл, не зная, что ему делать.
И тут к нему подошла другая фигура. Знакомая фигура.
- Как нехорошо получилось, молодой человек, - сказал Эрик сон Теаган спокойно, будто ничего и не произошло. - Какая трагическая случайность.
- П... позвоните в скорую, пожалуйста, у меня не получается, - прошлый я протянул ему телефон. - Пожалуйста, может они ее еще спасут! Может, они ее вылечат?!
- Смерть не лечится, парень, - покачал головой маг. - Перелом позвоночника, голова расшиблена... какая неудача. А ведь всего лишь третий этаж, могла бы отделаться легким испугом. Если бы в ее рюкзаке не было столько книг, то, может, просто бы ногу сломала, или руку. Да, плохо все же быть такой ответственной девочкой. Да, не повезло ей. Теперь ее может спасти только чудо.
- Почему вы, черт вас возьми, так спокойно об этом говорите! - взвился прошлый я. - Вызовите уже кого-нибудь! Скорую, полицию, девять один один! Кого угодно...
- Кстати о чуде, - мягко осадил его Эрик, а потом показал своим длинным пальцем на девушку. - Хотите, чтобы она жила? Я могу устроить.
- Соглашайся! - крикнул неосознанно я. - Соглашайся, придурок!
Другой я, будто услышав, поднял голову. Опальный маг тоже поднял... и помахал мне рукой со сдержанной улыбкой.
- Как? - спросил старый я.
- Все просто, - ответил ему Эрик. сон Теаган. - Видишь ли, я могу исполнить любое желание, если цена будет достаточной. Потому вы возьмете на себя ее раны. Ломать вам позвоночник я не буду конечно. Просто к вам придет болезнь и через пару месяцев вы от нее умрете вместо нее. А она будет жить и проживет хорошую, счастливую жизнь. Как вам такая идея?
Воспоминания нахлынули на меня. Я вспомнил. Вспомнил, как колебался. Вспомнил ту мысль, которая заставила меня согласиться:
«Пускай лучше будет жить она. В ней есть хоть что-то настоящее. А я... я вообще никто. Никто не расстроится, если я умру».
- Я... я.... согласен, черт вас подери. Согласен, слышите?! Согласен!
- Да будет так, - улыбнулся маг.
Вагончик дернулся и поехал назад. Сидящий позади незнакомец снова отпустил меня, и я шмыгнул носом. По щекам катились испуганные слезы, в горле встал комок, тело трясло от рыданий, но я даже нормально заплакать не мог. Просто сидел, вцепившись в поручень и смотрел, вперед, видел, как срастается тот позвоночник, по которому я ехал, и как в том месте, где он был порвал, он становится темным, начинает сочится чем-то желтым, как впереди он гниет и покрывается щербинками. Вагончик снова дернулся, остановился прямо напротив все еще открытой двери. Я заглянул внутрь и до боли прикусил губу.
- Ладно, раз ты не хочешь - не буду настаивать, - сказала девушка в желтом платье, крутясь из стороны в сторону от чего пышная юбка вспархивала вверх. - Прости, что побеспокоила.
- Постой, - остановил ее перепуганный я. - Я согласен. Помоги мне! Пожалуйста! Только не уходи...
Девушка удивленно склонила головку. Она стояла спиной, но я мог поклясться - она улыбается.
- Какой-то ты странный. Ну и хорошо! Я люблю странных людей. Так... с чего начнем? С английского или...
Дверь громко захлопнулся, и вагончик поехал вперед.
«А ведь я с ней встречался потом все эти два месяца... - метнулась у меня в голове мысль. - Знал, что умру, но все равно встречался... Но почему я все забыл?»
По щербатому, чернеющему, рассыпающемуся в пыль под колесами позвоночнику мы доехали до огромного, светлого входа в какое-то странное сооружение, расположившегося в центре большого темного зала. Только миновав вход я понял, что оказался внутри огромного, исполинского черепа. Позвоночник кончился. Вагончик еще пару метров проехал по инерции и остановился прямо у дыры-носа, из которой в темноты струился свет. Дыра эта была затянута тонким стеклом, и за ней пикал в такт моему сердцу аппарат жизнеобеспечения. Посреди пустой больничной палаты стояла кушетка, а на кушетке лежал старый я - совсем парализованный, способный только слышать, видеть и моргать, все понимающий, но заточенный внутри собственного тела.
В полутьме больничной палаты раздались шаги, и я снова увидел мага. В одной руке он держал стул, а в другой - нечто, завернутое в красную ткань. Старый, парализованный я проследил за ним взглядом. Эрик сон Теаган поставил стул поближе к кушетке, сел и тяжело вздохнул.
- Ну-с, как самочувствие, молодой человек? - спросил он без всякого ехидства. - По моим расчетам сегодня на рассвете ваши мучения окончатся. Уже смирились со своей смертью?
Глаза старого меня закрылись. Он был готов, и я это помнил. Я был совершенно готов к смерти. Я ждал ее. Я много думал о ней. И ни разу не пожалел, что согласился расстаться с жизнью для спасения мной же убитой девушки.
- Как прекрасно, - сказал маг. - Знаете, нет никого сильнее человека, принявшего свою смерть не убегая и не отворачиваясь. Честно сказать, я впечатлен. Я наблюдал за вами последние два года и видел глупого, думающего только о себе, капризного и эгоистичного ребенка. Но сейчас, не смотря на полный паралич, я вижу мужчину. Взрослого, сильного мужчину.
Глаза испуганно распахнулись. Следил? Два года? Я ошарашенно покачал головой.
- Ах ты старый гад... - пробормотал я, откидывая неожиданно поддавшийся поручень. - Ты все спланировал! Ты все это подстроил!
Выпрыгнув из вагончика, я ринулся к стеклу, прижался к нему. За моей спиной что-то зажурчало. Я обернулся, но вагончика уже не было, как и входа в комнату-череп. Зато из глазниц сверху лилась по стенкам черепа вода.
- И знаешь, вот этому мужчине я наконец могу сделать предложение, - продолжал Эрик сон Теаган. - Скачем так... я хорошо вас изучил. Вас угнетает ваша обычность, бесполезность. Пока что, сейчас, глядя на меня, вы думаете, что именно они - корни всех ваших зол. То, из-за чего вас никто не любит, никто не ценит и никто не хочет вас понять. Что ж... ваше право, ваше! Заблуждайтесь сколько хотите, видят боги - одну свою знакомку переубедить я уже не смог, и второй раз пробовать не собираюсь. Но я могу предложить вам другое. Еще одну договоренность. Я сделаю вас необычным. Более того - вы будете единственным в своем роде, совершенно уникальным. Все будут любить вас, все будут восхищаться вами, все захотят прийти к вам чтобы увидеться, познакомиться, подружиться. Люди будут отдавать вам свои сердца и души. Заманчиво, правда? Но есть и условия. Трижды моргните, если хотите послушать.
Я знал, что моргну.
И стоило глазам старого меня закрыться и открыться в третий раз, как вода из глазниц полилась со страшной силой.
- Хорошо, - благосклонно кивнул маг, и я еле-еле расслышал за шумом воды его голос. - Но учтите, это - долгая история. Один юноша умер раньше времени. Вы весьма похожи с ним внешне... ничего, маленькие отличия я сотру. Цвет глаз, цвет кожи, форма носа, зубы - это такая ерунда. Я предлагаю вам занять его место...
Вода проглотила меня, не дав дослушать разговор. Я попытался всплыть, но почему-то не смог оторваться от земли, будто воды и не было. Но дышать мне было нечем, и я схватился испуганно за горло. Бросился на стену, забыв о разговоре. Подпрыгнув, я ухватился за глазницу, из которой все еще лилась вода, и понял неприятную вещь. Комната, пока я слышал, уменьшилась вдвое и наполнилась водой целиком. Я все еще мог попытаться выплыть через глазницу, но вместо этого, подтянувшись, застыл удивленно.
За глазницей все еще была больничная палата, и Граф Теаган держал в руках череп. Обуглившийся череп, светящийся изнутри голубым сиянием. Он держал его прямо перед лицом прошлого меня.
«Он что, отдал мне что-то? - подумал судорожно я. - Воспоминания? Душу? Какую-то частичку настоящего принца? Так вот почему... вот почему я так на него похож! Вот почему я так сильно и быстро изменился! Вот почему некоторые вещи, которых я не мог видеть, кажутся мне порой такими знакомыми!»
- Через год мы снова встретимся, - услышал я сквозь воду голос мага. - Вы не будете ничего помнить, молодой человек. Вы будете готовы к тому, чтобы уйти. А пока спите... завтра вам станет легче...
В черепе я уже еле-еле помещался. Я сел и скорчился, наклонив голову так, что она оказалась между моих коленей. А стенки все давили, вода-душила, тело чесалось...
- Кая! - захлебываясь, закричал я. - Кая, спаси меня! Спаси!!!
И тут снизу, прямо подо мной, что-то грохнуло. Мое тело вывалилось из черепа, только голова застряла. Обугленная кость сжалась вокруг меня, обняла мое лицо, стала моим лицом. Зуд стал страшным, нестерпимым, я принялся чесаться, чесаться, чесаться, сдирая кожу и плоть, чувствуя это и чувствуя ужас от этого. Не знаю сколько прошло времени, но все прекратилось, когда чесаться стало нечему, когда остался один только скелет и два оказавшихся один в другом черепа.
Страх овладел мной. Я был ободран, растоптан, полон плохих воспоминаний. Я завис в темноте, в воде, не понимая толком что происходит. У меня не было легких, потому мне не нужно было дышать, у меня не было сердца, которое бы испуганно билось в горле, я даже не мог заплакать от страха. Снизу раздалось хоровое, жутковатое пение, ко мне потянулись черные руки.
- Ганс, вверх! - раздался голос будто бы в голове, ушей чтобы слышать не было. - Плыви скорее вверх!
Но я не мог. Меня будто парализовало. Все, на что меня хватило - это свернуться и замереть, ожидая, когда меня схватит и утащит кошмар.
Но другая рука - огромная, обмотанная шипастой цепью - схватила меня сверху. Схватила, но смяла как-то нежно. Рука была теплой и знакомой, такой приятной на ощупь. И я успокоился. Успокоился, закрыл свой внутренний взор и позволил этой руке утянуть меня наверх. Куда? Кто бы знал.
54. Двудушник


В фамильный склеп Розалиндов мы вломились вчетвером - я, Кая, Отна и Альти. Последняя, увидев, с какой поспешностью мы рванулись на улицу на ночь глядя, увязалась за нами. Я не возражал. Если уж кому я и мог доверить все свои секреты, так это своей верной служанке. Правда, пока что о том, что случилось на инициации и зачем мне понадобилось отправится в склеп знали только двое - я и Кая.
Инициация, к слову, кажется была сорвана. По крайней мере мне так казалось, ведь проснулся я не на водном плане, а в постели - мокрый от пота, с комком в горле и мокрыми от слез щеками. И мне было не до того, чтобы выяснять, что там теперь с магией. Нет... мне нужно было срочно проверить тут же родившуюся в моей голове теорию.
Захоронение правителей Вадгарда оказалось своеобразным. Глубоко в чахлом саду - а на нашей скале росло все плохо - стояла небольшая каменная будка. Честно сказать я всегда думал, что это - все же туалет, да простят меня предки Ласлы. Ан нет, оказалось что из будки вниз ведет простоя лестница с перекладинами, по которой меня с огромным трудом стащила вниз Отна. За нами в темный, хоть глаз коли склеп, спустились и Кая с Альти. Последняя как раз несла с собой фонарь, и свет его озарил каменные полки с гробами.
- Ну и? - осторожно поставив меня на трясущиеся ноги, спросила Отна. - Че мы тут делаем ночью, сон? Будем привидений ловить?
- Не время для шуток, - вздохнул я, а потом повернулся к Альти. - Ты случайно не знаешь, где гроб младшего принца?
- Решили навестить собственные кости? - хохотнула Отна.
- Блин, - поморщился я. - Отна, хватит зубоскалить! Дело серьезное, так что пожалуйста, перестань.
- Я знаю, где хранится его тело, о мой милый сон, - запищала Альти. - Идемте. Я покажу.
И она, неся перед собой фонарь, повела нас вглубь склепа. Я ковылял сам, опершись на Отну - медленно, но уверенно.
Первый зал был битком набит, только на самой верхней полке еще имелись места. По стенам тянулись длинные, уходящие вглубь породы полки, на которых штабелями, вплотную друг к другу лежали прямоугольные коробки, мало похожие на привычные мне гробы. На них крепились таблички с именами похороненных и датами рождения и смерти. Но это только в первом зале, в котором, видно, хоронили членов королеских семей. Из него мы вышли в коридор, в стенах которого имелись ниши для «выдающихся особ». Каждая ниша была по-своему украшена. Где-то стояли статуи, где-то на стенах красовались великолепные баральефы.  И среди этого влеиколепия в каждой ниже стоял гроб, буквально заваленный разнообразными подношениями. Драгоценности, оружие, флаги, какие-то шкатулки и свертки, сухие и искусственные цветы. Мы прошли много таких ниш, штук двадцать минимум, пока не добрались до той, что была нам нужна.
Здесь не было ни фрески, ни статуи, ни нормального гроба. Вместо всего этого на стене кто-то размашисто написал белой краской, которая смотрелась на стене как птичий помет:
«Долой яхов, благословения лишившихся!»
Этой же белой краской был нарисован костер, а подо всем этим позором стоял сундук, окованный железом и запертый на мощный замок. Я нахмурился. Почему Ласла ничего с этим не сделала? Почему она позволила своей семье покоится не в гробу, а вот в так, в сундуке, как хранят старухи свои дырявые, побитые молью тряпки?
- Отна, сбей замок, - решительно попросил я, отцепившись от рыцарши и прислонившись к стене.
- Сейчас, - согласилась девчонка, решив не задавать больше вопросов.
Сняв с пояса свой клинок, она пару раз дала по дужке. Дужка не выстояла - металл, видно, оказался некачественный - и отломилась. Глянув на меня непонимающе, почти испуганно, она отошла в сторонку. Я тяжело вздохнул. Почему-то мне стало страшно и гадко - вот ведь зараза я, пришел осквернять чужую могилу. Но я должен был наверняка кое-что узнать. Именно за этим я сюда и пришел.
Опустившись перед сундуком на колени, я открыл его. Открыл и поморщился. Что ж, как я и ожидал, от четы Розалиндов остались одни только обгоревшие кости. Послав к чертовой матери свою брезгливость, я запустил в сундук руки и начал вытаскивать черепа.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2019г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.