Библиотека java книг - на главную
Авторов: 49283
Книг: 123043
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Страж»

    
размер шрифта:AAA

Дженнифер Арментроут
Страж

Глава 1

Чувствительность вернулась сначала к моим ступням, потом к ногам. Как булавками-иголками стало колоть мою кожу, вызывая спазмы пальцев. Сладость нектара до сих пор ощущалась у меня в горле. Мое тело болело, будто я только что закончила триатлон и пришла убитая последняя.
Или если бы мне надрал зад Бог и затем подлатал Бог.
Либо/или…
Движение рядом со мной принесло ко всему моему боку сильное тепло, мне показалось, что слышала мое имя, но звучало это как с другой стороны земного шара.
Я двигалась со скоростью трёхногой черепахи, потребовалось время, чтобы попытаться моргнуть и открыть глаза, но даже после этого, была всего лишь тоненькая щелочка. Когда мои глаза привыкли к тусклому освещению, я узнала стены лютикового цвета и всю титановую отделку комнаты в общежитии Университета в Южной Дакоте, туже самую комнату, где мы с Айденом сделали много не спящих вещей, прямо перед тем, как Доминик принес известие о спасшемся с Божественного Острова. Все… все теперь выглядело по-другому; все, казалось, уже было годы назад.
Страшная тяжесть осела в моей груди, как камень, давящий на все вдоль моего позвоночника. Доминик теперь был мертв. Так же как Декан Университета и его охрана. Это был фокус от Ареса, который маскировался под инструктора Ромви. Наши враги были среди нас все это время. Моя неприязнь к этому человеку была еще до того, как я узнала, кем он был на самом деле, но сейчас. Сейчас каждая клеточка моей Аполлионской сущности ненавидела его. Но моя ненависть к Ромви-Аресу-Мудиле была не важна. Так много людей умерло, и Арес знал, где я. Что остановит его от второго раунда? И что остановит его от убийства еще большего количества людей?
Я услышала свое имя еще раз, теперь это было громче и ближе. Повернувшись на звук, я заставила мои глаза открыться. Когда я успела снова закрыть глаза? Я была как новорожденный котенок или что-то вроде того. Демоны по всей стране содрогнулись в страхе. Боги, я была ущербной.
— Алекс.
Мое сердце пропустило удар, а затем ускорилось, узнавая голос. Ах, я знала этот голос. Мое сердце и моя душа знали этот голос.
— Алекс, открой глаза. Давай, детка, открой глаза.
Я очень хотела, потому, что для него я сделаю все. Сражаться с ордой демонов полукровок? Есть. Конфликтовать с помеченными фуриями? Запишите меня. Нарушить с десяток правил за один запретный поцелуй? Сделано. Открыть глаза? Очевидно, это было слишком для меня.
Теплая, сильная рука коснулась моей щеки; прикосновение отличалось от прикосновения моей матери, но было не менее мощным и душераздирающе нежным. У меня перехватило дыхание.
Его палец погладил изгиб моей челюсти с такой знакомой любовью, что мне хотелось плакать. Я должна была плакать потому, что я не могла понять, что он пережил, когда я была заперта в той комнате с Аресом. Подумай об этом, мне нужно было плакать, когда я видела маму. Я почувствовала слезы, но не заплакала.
— Все в порядке, — сказал он голосом, хриплым от усталости и эмоций.
— Аполлон сказал, что это займёт какое-то время. Я буду ждать сколько потребуется. Я буду ждать вечность, если придется.
Эти слова вырвали мое сердце, превратив его в кашу. Я не хотела заставлять его ждать больше ни секунды, оставляя в одиночестве. Я хотела — нет, мне нужно было видеть его. Сказать ему, что я в порядке, потому что я была в порядке, разве нет? Ну, хорошо, я не была в состоянии «в порядке», но я хотела облегчить крайнюю напряженность в его голосе. Я хотела, чтобы ему стало лучше потому, что я не могла сделать, чтобы моей маме стало лучше, и я знала, что не могла сделать, чтобы мне стало лучше.
Это была часть меня, которая чувствовала себя абсолютно пустой.
Мертвой.
Так и было. Я чувствовала себя мертвой внутри.
Разочарование разлилось кислотой в моей крови. Мои пальцы сжались в кулак в мягких простынях, и я глубоко вздохнула. Он замер рядом со мной, он задержал дыхание и ждал, потом прерывисто вздохнул.
Мое сердце упало.
Боги, всё, что мне нужно, это открыть глаза, а не ходить по канату.
Разочарование быстро сменилось гневом — глубокой душевной яростью с привкусом горечи. Мое сердце ускорило ритм, когда я поняла, что это был шнур. Его не было на Олимпе, но он вернулся. Сначала я не почувствовала его потому, что осознавала только боль в мышцах и костях, но шнур, соединяющий меня с Первым, жужжал как миллион желтых ос, усиливался до тех пор, пока я не стала видеть его в своем сознании, янтарного цвета шнур, переплетающийся с синим.
«Сет?»
Он ответил не мыслями или чувствами, а приливом энергии, такой чистой, как удар молнии. Сила наполнила меня, как проливной ливень жизни в каждое нервное окончание, каждый отдельный звук в комнате усилился. Мое дыхание стало сильнее теперь, человек рядом со мной дышал глубоко и медленно. Двери открывались и закрывались в коридоре за пределами комнаты, там были голоса, приглушенные, но различимые. Моя кожа ожила. Знаки двигались через мое тело в ответ.
Я не понимала, но знала, что Сет передает мне энергию, как он сделал это в Катскиллсе, когда я первый раз сражалась с фуриями. Он утверждал, что не знал, что случилось, объясняя это адреналином, но Сет… он лгал о многих вещах.
Но сейчас он помогал мне. Это не имело смысла потому, что со мной легче было иметь дело в таком состоянии, но дареному коню в зубы не смотрят.
Мои глаза распахнулись.
И я увидела его.
Айден лежал на боку, лицо ко мне. Его рука все еще лежала на моей щеке, его палец гладил мою кожу, я чувствовала, как знаки Аполлиона скользили под его прикосновениями. Его глаза были закрыты, но я знала, что он не спал. Густой слой золы был на его скулах. Темно-русые волосы были спутаны. Пряди волос упали на лоб, задевая красивые изгибы бровей.
Уродливый, фиолетовый синяк искажал его левый глаз, я задалась вопросом, может ли он открывать глаз. Еще одна жестокая отметина, удивительной смесью красного оттеняла жесткую линию его челюсти. Его губы были приоткрыты, шея и плечи напряжены.
Без предупреждения, в памяти всплыл первый раз, когда я его увидела.
Ковенанта в Северной Каролине уже не было, но я ощущала себя снова там, стоящей в тренировочном зале для новичков. Я тренировалась с Кэлом и Калебом. Я сделала, что-то невероятно дебильное, что было не в новинку, и мы втроем смеялись. Я обернулась и увидела Айдена в дверях. В тот момент я не думала, что он видел нас. Он был чистокровным, они не проявляли никакого интереса к полукровкам, я считала его просто ошеломляющим. Уже тогда я была очарована им. Для меня, если честно, он был самым заманчивым мужчиной, которого я когда-либо видела, лицо, которого могло быть как жестким, так и красивым. А эти глаза, меняющие цвет от вересково-серого до жидкого серебра, навсегда запечатлелись в моей памяти с того момента. Интерес вспыхнул снова, когда я увидела его в Атланте, когда он спасал меня от по-настоящему раздражающих и разговорчивых демонов три года спустя.
Наша любовь никогда не была легкой.
Как чистокровный, он был неприкасаемым для меня, хотя я и была Аполлионом, и даже сейчас он рисковал всем, находясь со мной. Он был моей силой, когда я нуждалась в нем, моим другом, когда мне нужен был кто-то, чтобы поговорить, моим равным в мире, где по закону я всегда буду ниже его, и честно, он был любовью всей моей жизни.
И он будет ждать меня вечность, а я буду ждать его вечность и еще один день.
За исключением вечности, возможно, конец скоро наступит, прошептал вкрадчивый голос, и это было правдой. Даже если я преодолею все препятствия между мной и Сетом и заберу его силу, и даже став Убийцей Богов, у меня будут проблемы в сражении с Аресом. И если каким-то чудом, мне удастся выжить после этого, была большая вероятность того, что другие Боги убьют меня.
Так о чем беспокоиться?
Айден и я могли бы сбежать вместе, жить столько, сколько бы мы смогли и быть счастливыми. Он сделал бы это, если бы я попросила. Я знаю это. Мы могли бы прятаться, пока могли бы, но мы были бы вместе, и мы были бы живы. И некоторое время мы не имели бы дело ни с болью, ни со смертью.
Огромная часть меня, особенно темное, холодное место, которое родилось после воздействия Ареса, полностью согласилась с этим планом. Беги. Казалось, нет ничего умнее и проще.
Но я не могла, потому, что нужно было много сделать. Люди надеялись на меня, мир окунется в хаос, если Арес не будет остановлен.
Я провела эту тонкую нить долга к моей жизни и заговорила.
— Привет.
Его ресницы затрепетали и открылись, показывая серебряные глаза, которые никогда не перестанут заставлять мышцы моего живота напрягаться, а ритм сердца ускоряться.
Наши взгляды встретились.
Айден дернулся, его лицо резко побледнело, делая синяки на челюсти и левом глазу более контрастными.
Страх взорвался в моем животе, что было странно, так как ужас, как правило, не был моей первой реакцией на внезапное движение, но я метнулась к изголовью кровати. Я затаила дыхание, мое тело запротестовало в ответ на резкие движения.
— Что? — прохрипела я.
— Что не так?
Айден смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Его лицо все еще было бледным. Он был бледным как демон, неверие смешалось с болью в его взгляде.
Он протянул руку, но остановился, не прикасаясь ко мне.
— Твои глаза…
— Что?
Мое сердце заколотилось так быстро, что я была уверена, оно выпрыгнет из груди и сделает джигу на кровати между нами.
— Я открыла их. Я слышала, как ты просил об этом.
Айден поморщился.
— Алекс…
Теперь я была близка к сумасшествию. Почему он так реагирует? Неужели Арес так реконструировал мое лицо, что мои глаза были на подбородке или что?
Он посмотрел на дверь, затем сова на меня, его лицо было напряженным, он никогда не мог скрыть свои эмоции от меня. Там было так много боли, что разрывало мне сердце, но я не понимала почему.
— Что ты чувствуешь? — спросил он.
Ух, может, что я не чувствую?
— Я… я в замешательстве. Айден, скажи мне. Что происходит?
Он смотрел на меня так долго, что я начала чувствовать себя слегка застенчиво. Через несколько секунд, я начала правда верить, что мои глаза были на подбородке, тогда это имело смысл. Паника развернулась в моем животе и распространялась как вирус.
Вскочив с кровати, я упала на пол. Маленькими кусочками боли отозвались мои, все еще заживающие кости. Сдвинувшись в сторону, я прислонилась к стене.
Через мгновение Айден был рядом со мной.
— Алекс, ты…
— Я в порядке.
Я подавила стон.
Айден протянул руку, но я оттолкнулась от стены прежде, чем он прикоснулся ко мне. Каждый шаг причинял боль, как Тартар. Пот струился по моему лбу, мои ноги дрожали от усилий пройти в ванную, соединяющую комнаты.
— Я должна увидеть, — выдохнула я.
— Может тебе лучше присесть, — предложил он прямо за мной.
Я не могла. Я знала, о чем Айден думал. Я была связана с Сетом, и, возможно, он даже думал, что это уловка, чтобы освободиться и вырвать грудную клетку Дикона, но Сет был тихий на другом конце шнура.
Идя рядом со мной, Айден толкнул дверь в ванну, и я едва не упала внутрь. Свет залил маленькую, но удобную уборную, когда он нашел выключатель на стене. Мое отражение появилось в зеркале.
Я ахнула.
Не может быть, что это я.
Ни как.
Ох-ох, этого не может быть, я не могла поверить, но проклятое изображение не изменилось. Я изменилась. Радикально. Давление в моей груди вернулось и удвоилось, я вцепилась в края раковины.
Мои волосы свисали на дюйм или два с плеч, концы были неровными там, где Арес поработал кинжалом. Я взяла прядь и поморщилась, когда обнаружила, что она короче остальных. Остальные мои волосы висели в военной комнате Ареса?
Моя кожа была бледной, будто я была больна в течение нескольких месяцев и не видела солнца. Но это было даже не это. Черт, это был даже не тот факт, что мои глаза были янтарного цвета. Идентичные глазам Сета по яркости и блеску, они были как два драгоценных топаза. И они светились, вы могли бы видеть меня в темноте в жутком свечении, теперь стало ясно, что довело Айдена до крайности. Отлично, у меня были светящиеся, похожие на соты, глаза. Большое безумное превращение.
Это было мое лицо, я не могла поверить.
Я была поверхностна так же, как любая восемнадцатилетняя девушка, так что, да, это… это было главным.
По моим скулам и носу бледно-розовые линии перекрещивались на моей коже. Мой лоб был такой же. Как веб-сеть шрамов покрывала мое лицо. Только одна щека, которую Айден касался ранее, избежала… ну, уродства.
Ошеломленная увиденным, я медленно подняла руку и пробежалась пальцами по щеке, подтверждая свои предположения. Линии были слегка приподняты, как сшиты. Аполлон и его сын исцелили меня. Нектар продолжал распускать свою харизму в моей системе, но я знала, что эти шрамы являлись доказательством того, насколько сильно я нуждалась в помощи Богов при исцелении.
Как и все остальное, там всегда был обмен.
Когда что-то получил, чем-то пришлось пожертвовать. Не нужно было говорить мне. Я знала, что шрамы никогда не исчезнут.
— О, мой Бог…
Я зашаталась.
— Алекс, тебе лучше сесть.
Он снова потянулся ко мне.
— Не надо, — выплюнула я, держа руку между нами.
Мои глаза расширились. Моя рука только, что трогала шрамы. Я даже не была уверена, что я сказала «не надо», а мой рот продолжал двигаться.
— Просто, не надо.
Айден отстранился, но не ушел. Оставшись на пороге двери, он сложил свои мускулистые руки на груди. Его челюсть напряглась.
Давление перешло в мое горло, раздуваясь как воздушный шар, и затем взорвалось как день позднего лета грозой.
— Чего ты ждешь? Что я снова накинусь на тебя в образе Злой Алекс?
Я качнулась вперед, теряя равновесие.
— Что я собираюсь применить -
Айден бросился вперед и схватил меня прежде, чем я снова разбила себе голову о стену.
— Проклятье, Алекс, тебе нужно быть осторожнее и присесть.
Я вывернулась, споткнулась назад и плюхнулась на закрытый унитаз. Воздух вышел из меня. Дорогие Боги, я почувствовала, как сломался мой копчик. Я сидела на унитазе, было ощущение, будто кто-то пнул меня в задницу. Айден смотрел на меня со смесью надежды и недоверия в глазах, которые я так сильно любила. Я чувствовала себя удрученной.
Айден шагнул вперед, присел на корточки так, чтобы наши глаза были на одном уровне.
— Ты не хочешь убить меня?
Много гнева просочилось из меня. Ничего, кроме такого вопроса от любимого человека, не могло сдуть мои паруса.
— Нет, — прошептала я.
Он резко вздохнул.
— Ты не хочешь того, что хочет он?
— Нет.
Мой взгляд опустился к его рукам, которые лежали между его коленями. Боги, костяшки были в синяках, кожа разорвана, будто он кого-то бил… а потом я поняла. Айден и Маркус колотили по титановой двери кабинета декана своими кулаками.
Мое сердце разрывалось, когда я смотрела, как эти разбитые руки открывались, сжимались, снова открывались.
— Я даже не чувствую его. Я имею в виду, шнур там, и я знаю, что он где-то, но я не чувствую его. Он затих.
Он разжал руки, и даже не глядя на него, я поняла, что большая часть его напряжения ушла. Он поверил мне, в основном, но были еще остатки подозрений.
— Боги, Алекс, когда я увидел твои глаза, я просто… Они светились как тогда, когда ты сбежала из подвала и…
Когда я чуть не убила его.
Если бы я подняла ресницы, мы были бы лицом к лицу, но я не могла заставить себя сделать это. Он придвинулся ближе.
— Прости. Мне надо было бы -
— Все хорошо.
Я так устала. Не физически. Как ни странно, но я была… душевно измотана.
— Я понимаю. У тебя были все основания полагать так. Я не знаю, почему мои глаза светятся. Сет там, но он не пытается воздействовать на меня.
«Пока» повисло невысказанное между нами.
— И он не разговаривает, — добавила я, скрывая тот факт, что он отдал мне часть своей энергии без разговоров.
Я перевела взгляд на свои руки и шрамы, омрачающие их. Они были не такие как на Олимпе или, по крайней мере, я не заметила.
— Это не важно, — сказал он.
Это ты, и это все, о чем я беспокоюсь — это важно.
Я хотела верить ему. Я, правда, хотела, но ужас на его лице, когда он увидел мои глаза, преследовал меня. Я знаю, Айден ненавидел их с того момента, когда они изменились после Пробуждения, и я не могла винить его. Эти глаза напоминали ему Сета и все, что я говорила и делала тогда, особенно, когда они светились как желтые яркие лампочки.
— Алекс.
Своими большими руками он накрыл мои. Затем был большой отрезок тишины.
— Как ты себя чувствуешь?
Я пожала плечами и поморщилась.
— Хорошо.
Но взял меня за запястья, и внезапно подступили слезы, не знаю почему. Все что я хотела, свернуться клубком, прямо здесь, на полу ванной.
— Я никогда не был так напуган, когда ты вышвырнула нас с Маркусом из комнаты.
— Я тоже.
Я с трудом сглотнула. Не знаю, что заставило меня сделать это, но я высвободила руки и спрятала их между колен.
— Как Маркус?
— Он зависает там, но он собирается сразу же освободиться, когда узнает, что ты проснулась.
Айден наклонился, его теплое дыхание было на моей щеке. Инстинкт говорил мне, чтобы я подняла подбородок на дюйм и встретилась с его губами, но я не могла двигаться.
Наступила еще одна пауза, следующие слова, которые он произнёс, были тяжелыми.
— Я знаю, почему ты была уверена, что Маркусу и мне надо было быть снаружи комнаты, когда Арес атаковал. Это было невероятно храбро и так похоже на тебя.
Мои пальцы вцепились в ткань моих джинсов. Боги, это были те же, в которые я была одета во время боя? Пятна темной засохшей крови покрывали ноги как краска. Зажмурив глаза, я пыталась прогнать образы, в результате которых остались эти пятна.
Айден глубоко вздохнул.
— Но, если ты сделаешь так еще раз, я задушу тебя. С любовью, конечно.
Я почти выдавила улыбку, то же самое я думала о нем совсем недавно, но улыбка не появилась.
Но не сделала.
— Мы обещали друг другу, что встретимся с этим вместе.
— Арес убил бы тебя, — сказала я, и это было правдой. Арес убил бы его и Маркуса, если бы они остались в комнате, и он наслаждался бы, делая это.
— Но я бы защитил тебя, — возразил Айден.
— Я бы свершил все эти чертовы божественные трюки, лишь бы спасти тебя от того, через что тебе пришлось пройти там. Когда я вошел в комнату и увидел тебя…
Он замолчал, ругаясь себе под нос.
— Ты бы умер, пытаясь защитить меня. Ты не понимаешь это? Я сделала это. Я могла выжить там, где ты или Маркус умер бы -
— И ты решила все за нас, зная, что этот ублюдок сделает с тобой?
Гнев был в его голосе. Такое разочарование.
— Посмотри на меня.
В недоумении, как еще объяснить ему очевидные вещи, я покачала головой.
— Проклятье, Алекс, посмотри на меня!
Вздрогнув, моя голова дернулась, и я посмотрела в его глаза. Они были в ярости, темно-серого оттенка, они были настолько открыты. Невероятная боль была в них, струсив, я хотела отвернуться.
— Мое сердце остановилось, когда чертова дверь закрылась передо мной. Я слышал, что вы сражались. Я слышал, как он дразнил тебя. Я слышал, как он ломал тебе кости. И не было ни черта, что я мог с этим сделать.
Он положил руки по бокам моих ног. Напряжение струилось в его руках.
— Ты никогда не должна проходить через это в одиночку.
— Но ты бы умер.
— И потому, что я люблю тебя, я хочу умереть, защищая тебя от этого. Не смей принимать решение за меня снова.
Мой рот открылся, но слов не было. Так много происходило внутри моей головы и груди. То, что он сказал, заставило мое сердце открыться и залечило все раны. Но с чем бы я осталась, если бы он умер? У меня было бы разбито сердце, я не могла даже вынести мысли об этом без боли. Если бы мне пришлось, я бы сделала это снова, я приняла бы тоже решение, потому, что я люблю его. Как он смеет даже ожидать, что я сделаю что-то меньшее?
Я знала, что должна была сказать ему эти слова, но они… не могли пройти через комок в моей груди. Я вздрогнула, онемела и похолодела до глубины души.
Айден хотел схватить меня за плечи, но остановился, его пальцы сжались в воздухе.
— У тебя есть мое сердце, и у тебя есть также моя сила. Не обманывайся, я хочу умереть за тебя, но ты должна верить, что я не хочу оставить тебя. Аресу не удастся легко убить меня, потому что я буду сражаться, чтобы остаться в живых и быть здесь с тобой.
Я слушала, что он говорил, и я чувствовала, что он сказал, но все, что я видела, это охранники, до которых Арес даже не дотронулся. Доминик, которого он разорвал на две части движением руки. Декан, который был выброшен в окно волной от его руки. Все жаждущие и нуждающиеся не спасли бы свои жизни.
Он прерывисто вздохнул, когда тишина заполнила комнату.
— Скажи что-нибудь, Алекс.
— Я… поняла.
Он уставился на меня, остолбенев.
Онемение просочилось в мои мышцы.
— Я хочу принять душ, мне нужно избавиться от этой одежды, и мне нужна ванна.
Айден моргнул и посмотрел ниже. Часть гнева схлынула с его лица, будто он только что понял, что я была в той же забрызганной кровью одежде, в которой я была, когда встретила Ареса.
— Алекс…
— Пожалуйста, — прошептала я.
Он не двигался некоторое время, а затем кивнул. Плавно поднявшись, он остановился на полпути и прижал свои губы к моему лбу. Мое сердце быстро забилось, но потом я поняла, что он касался этих шрамов и поморщилась.
Айден немедленно отстранился. Озабоченность появилась на его поразительном лице.
— Они — я сделал тебе больно?
— Нет. Да. Я имею в виду, это нежно.
Правда в том, что мне не было вообще больно. Не так, как все мое остальное тело. Во-первых, это, вообще-то, было приятно.
— Я просто хочу принять душ.
Он колебался, и я подумала, что он вообще не собирается уходить, но потом он кивнул.
— Я раздобуду тебе что-нибудь одеть, когда ты закончишь.
— Спасибо, — сказала я и закрыла перед ним дверь.
Я медленно поднялась, чувствуя себя на девяносто лет, мои суставы трещали и мышцы растягивались. Много времени ушло, пока я снимала грязную одежду, я включила воду, и пар заполнил ванную, я вошла внутрь. Горячая вода окатила меня с головы до ног, мою кожу покалывало.
Вода текла по моим волосам и ниже по моему телу, наполняя ванну красным и стекая в канализацию гротескным малиновым вихрем. Я дважды вымыла голову, пока я не была удовлетворена, что не было и намека на розовый цвет в нижней части ванны.
Только тогда я выключила воду, брызги уменьшились, затем ни одна капля не упала на пластиковые стены, я посмотрела вниз на мое тело. От кончиков пальцев до ключиц было лишь несколько мест, где не были сломаны мои кости, я была покрыта тонкой шнуровкой розовых шрамов.
Боги… я никогда не видела такого прежде. Я выглядела как лоскутная кукла.
Я вышла из душа, мои ноги тряслись, я повернулась боком. Спина была еще хуже. Вдоль позвоночника окраска была темнее, где было разбито много позвонков. Все кости были сломаны или повреждены кровеносные сосуды. Когда это случилось со мной, было очень много боли.
Аполлион или нет, я не могла поверить, что пережила это. Это казалось нереальным.
Онемение в моей груди распространялось как на дрожжах. Может я была поражена увиденным, я знала, что это мое тело, оно так выглядело, но знание этого спряталось под двумя слоями.
Странная отметка на спине, ближе к бедру, привлекла мое внимание. Бледно-розового цвета, она выделялась из общей картины шрамов.
Протерев зеркало, я повернулась, чтобы лучше рассмотреть отметку на нижней части спины. У меня отвисла челюсть. Святой Аид держал хоккейные клюшки, рисунок имел четкие очертания.
— Какого черта?
— Алекс?
Послышался голос Айдена из спальни.
— С тобой там все в порядке?
Сердце бешено колотилось, я схватила полотенце с вешалки и обернула вокруг себя. Это была последняя вещь, которую я хотела, чтобы Айден увидел. Я открыла дверь и надеялась, что выражение моего лица было обнадеживающим.
— Да, все хорошо.
Выражение его лица говорило, что он не поверил мне, а потом он скользнул взглядом по мне. Не полотенце привлекло его внимание, слишком много плоти было открыто. Глубоко внутри, я знала, почему его губы сжались. Я знала это, когда он смотрел на меня, не мое тело заставило его замереть.
Это была паутина шрамов, которые теперь покрывали почти каждый дюйм моего тела, и это был первый раз, когда он увидел их во всей красе.
Смущение затопило мои щеки жаром. Были шрамы и раньше — от укусов демонов и, конечно, от ножевого ранения, но не такие. Это было уродливо, правда, уродливо. Больше никак не скажешь.
Он встретился со мной взглядом, я не могла стоять и смотреть на эмоции, вспыхивающие в его серебряных глазах, или продолжать разговор дальше.
Быстро пройдя через комнату, я схватила свежий комплект одежды, который он положил на кровать, быстро развернулась, и чуть не падая, направилась обратно в ванную.
— Я скоро буду.
— Алекс -
Я закрыла дверь прежде, чем он что-то сказал, что было бы благосклонным и так типично для Айдена, но я знала лучше.
Это не было нормальным. Это тело, черт возьми, не было больше красивым, я была не настолько глупа, чтобы поверить в это.
Слезы душили меня, я сорвала полотенце и бросила его на пол. Было глупо расстраиваться по этому поводу, это не была проблема из топ-списка-навалившихся-проблем сейчас, но проклятье, в груди горел огонь.
Одевшись, я посмотрела на дверь. Слезы не капали, но вторгшееся онемение распространилось, оставляя за собой худшие из эмоций: гнев и боль.
И страх и беспокойство.

Глава 2

Кто же знал, что светящиеся глаза могут заставить всех присутствующих в комнате людей быть на взводе? Все, даже мой дядя, не могли перестать пялиться. Или может быть, дело было в моем лице, которое сделало их болезненно завороженными. С расстояния шрамы не были так заметны, но после того, как Айден уверил всех собравшихся, что я не была психотиком, каждый поприветствовал меня лицом к лицу.
Объятия были… ах, неловкими.
Даже объятия Дикона были неестественными, и, похоже, это был полный отстой, раз уж он не острил и не прикалывался. Я не знала было ли этому потому, что они беспокоились о моих повреждениях или потому, что они боялись, что я спущу Аполлиона на них и сверну им шеи, когда они меньше всего этого ожидают. Как бы мне хотелось, чтобы здесь была Леа. Она бы просто вышла и заявила бы, о чем все на самом деле думают, не испытывая угрызений совести из-за этого.
Но Леа не продефилирует в комнату. Леа была мертва, и внезапная резкая боль, которая сопровождала мысли о ней, не уменьшилась ни на йоту.
Мы находились в комнате отдыха, близ главного здания академического кампуса. Она была практически идентичной той, в которой я нашла Калеба в тот день, когда вернулась на Божественный остров, за исключением того, что эта комната была оснащена более красивой мебелью и куда большим телевизором.
Карамельный оттенок щек Оливии был слегка бледнее, чем обычно, когда она отступила от меня на шаг назад, её волнистые волосы были убраны назад и на макушке затянуты в тугой конский хвост.
— Как ты себя чувствуешь?
— Я в порядке, — это бы мой стандартный ответ, временами заменяемый на «всё хорошо» и «нормально».
Её взгляд встретился с моим и быстро упорхнул прочь.
— Мы все так о тебе беспокоились. Я рада, что ты… в порядке.
Я не знала, что на это ответить.
Лаадан была гораздо тактичней, но хоть она всегда и оставалась воплощением невозмутимой коллективности, льняные брюки, надетые на ней, выглядели так, будто она спала в них, а пряди черных, как вороново крыло, волос выбились из её пучка. Она встретилась со мной взглядом и каким-то образом умудрилась сохранить на минимуме симпатию в своём выражении лица.
Айден держался поблизости ко мне, словно мой личный телохранитель, или просто благоразумно сохранял минимальную для вмешательства дистанцию. Он был непривычно тих в то время, когда все рассаживались по креслам или занимали место у стены. Не в силах стоять спокойно, и выяснив, что мне надо избавиться от ноющей боли в моих ногах, я начала расхаживать, а Айден постоянно оставался на расстоянии не более чем в шаг или два от меня.
Я задала первый возникший в моей голове вопрос.
— Как много времени прошло с момента, как тут побывал Арес?
— Почти три дня, — ответил Маркус, и, похоже, ему было больно разговаривать. Половина его лица представляла собой раздувшуюся массу синего и пурпурного оттенков.
Сидящая на софе Диана, одна из главных министров из Катскиллс, и которая была потенциальным муси-пуси-поцелуйчиковым интересом моего дяди, следила за моими перемещениями подозрительным взглядом.
— Аполлон забрал тебя сразу же после этого. Ты отсутствовала, может быть, час, и ты… спала с того времени.
Я мельком взглянула на Айдена. Моё пребывание на Олимпе ощущалось гораздо дольше по времени, чем час, но время течёт там совсем иначе, как и в Подземном царстве. Минуты здесь были часами там, если не днями, вот так-то.
— Арес возвращался?
Айден покачал головой.
— Нет. Аполлон выставил стражей, чтобы не допустить его сюда.
— Почему он не сделал этого раньше? — поинтересовалась я.
— Аполлон не знал, что это был Арес, пока не стало слишком поздно, — снисходительно ответил Айден. — И я полагаю, он считал, что Университет был в безопасности.
— Да, и все мы знаем, к чему приводят предположения, — я снова прошла мимо телевизора, смутно осознавая, что он был на новостном канале. — Я думала, что талисман был предназначен для того, чтобы помешать любому из богов узнать где…, — я потянулась к колье и обнаружила, что оно исчезло.
— Должно быть его забрал Арес, — сказал Айден, мускула вдоль его челюсти подёргивалась. — Единственный вывод, к которому мы пришли, так это то, что кто-то из тех Охранников и Стражей на трассе смог установить некого рода контакт с Аресом, Люцианом или Сетом, и они сложили дважды два.
— Или кто-то работает с ними, — никто в комнате не выглядел так, словно хотел верить в это. — Арес сказал, что у него много друзей.
Взгляд Маркуса опасливо следовал за мной.
— Это то, что мы принимаем во внимание, но…
— Но как мы узнаем кто это?
Он ничего не ответил, поскольку ответить было нечем. Любой мог быть предателем, но верите или нет, у нас были куда больше проблемы в данный момент.
Я сделала глубокий вдох и не отрывала пристального взгляда от мини скульптуры, расположенной между Диконом и Люком на диване.
— Есть большая вероятность, что Сет знает, где я.
Никто в комнате не произнёс ни звука. Даже парни, стоявшие в задней части общей зоны, хранили молчание. Здесь находилось двадцать или около того Охранников и Стражей из Университета. Я узнала нескольких из группы, во главе которой был Доминик, тот, кто встретил нас у стен, когда мы прибыли сюда. Я всерьез надеялась, что там, откуда они прибыли, их было больше.
— Кроме того факта, что Арес сказал Сету, где я была, я… я позволила защитным блокам рухнуть, когда боролась с Аресом, — постыдный жар затопил мои щеки, когда я вглядывалась в крошечную дырочку в ковре.
— Мы полагали, что Сет будет осведомлен о твоем нахождении к настоящему моменту, — тихо произнес Маркус. — Я не эксперт, когда дело касается всей это связи Аполлионов, но Сет был способен чувствовать, что переживала ты еще до твоего Пробуждения. Именно так мы смогли найти тебя в Гатлинбурге, когда ты… когда ты…
Когда я ушла в поисках своей мамы, после того как она стала демоном. Я могла ощутить несколько взглядов на себе, особенно, взгляд серебристых глаз.
— Да.
— Означает ли это, что он мог чувствовать именно то, что чувствовала ты, когда сражалась с Аресом? — спросил Айден, и его голос был обманчиво спокойным. Это так же было известно, как затишье перед апокалиптической бурей.
— Ты на самом деле желаешь услышать ответ на это?
— Да.
Взглянув на него, я пожалела об этом. Айден выглядел так, словно уже знал ответ и был готов кое-кого убить, и этим кое-кем был Сет.
— Да.
Айден громко выругался. Его брат вскочил на ноги и подошел к нему, говоря ему что-то настолько тихо и быстро, что я не смогла расслышать. Руки Айдена сжались по его бокам, привлекая моё внимание к его разбитым кулакам.
Я хотела подойти к нему, но, казалось, будто я приросла к полу, рядом с местом, где на черной кушетке сидела Оливия. Я желала, чтобы мои ноги начали двигаться в его направлении, но ничего не произошло. Расстройство и нерешительность разлились во мне, подавляя оцепенение, и моя ярость начала зашкаливать.
Мой взгляд сцепился с взглядом Айдена, и незримое ужасное ощущение одурманило мою грудь. Я жаждала побежать к нему, но холодный первобытный страх о том, что надо убегать от него прочь, был столь же мощным.
— Алекс, — прошептала Оливия.
Я посмотрела на неё и обнаружила, что её глаза были широко распахнуты в тревоге. Вообще-то, все пристально на меня смотрели с точно такими же выражениями лиц. Что за…? Я опустила взгляд.
Ох — мои ноги не касались пола.
Моё сердце споткнулось и упало. Закрыв глаза, я заставила себя опуститься вниз. Облегчение накрыло меня, когда мои сникерсы коснулись ковра.
— Извините, — сказала я, прокладывая небольшую дистанцию между мной и всеми остальными в комнате. — Я не планировала этого. Я, если быть честной, даже не уверена, как это произошло.
— Всё нормально, — заверила Лаадан с робкой улыбкой на губах.
С широко раскрытыми глазами Дикон стоял рядом с Айденом.
— Если твоя голова начнет вращаться…
— Заткнись, Дикон, — прорычал Айден.
Он скривил лицо, но хранил молчание, и я действительно чувствовала себя, словно была не от мира сего.
Я помнила, каково это было, когда защитные барьеры между мной и Сетом опустились. Так много ярости прожигало насквозь нашу связь. Сет был эпически зол, но я не была уверена, было ли причиной этого то, что делал Арес или было нечто большее, чем это. Связь передала ему всё: всю боль и отчаяние, которое я ощущала, когда Арес взял дело в свои руки. И когда я хотела умереть, вместо того, чтобы вынести ещё хоть одну секунду душераздирающей боли, Сет вкусил вкус этой горькой, гнилой эмоции.
Как мог он быть согласен с этим? Действительно ли для него цель оправдывает средства? Я пережила чересчур много в руках Ареса, чтобы надеяться, что Сет изменился. Казалось более правдоподобным, что его злость была больше связана с моим неповиновением Аресу, нежели с чем-то ещё.
Ещё одна случайная мысль возникла в моей голове. Предсказание бабушки Пипери, экстраординарного оракула, выскочило как простуда на губе. Ты убьешь того, кого любишь.
Часть меня действительно любила Сета — того самого нынешнего мудака, конечно. Он был частью меня. Мы были инь и ян, и Сет во многом мне помогал. Я никогда этого не забуду, но я больше не была настолько ослеплена тем, каким ему приходилось быть, чтобы я не смогла разглядеть того, что необходимо было сделать. Если я не смогу добиться передачи мне силы Убийцы Богов, я убью его.
Или пойду ко дну в попытке.
Но это предсказание не означало, что только мои любимые погибнут от моей руки. Каин, Страж-полукровка, который помогал Айдену тренировать меня, был обращен моею матерью в целях добраться до меня, и умер от руки Сета. Калеб был убит демоном по причине того, что я была такой плаксой из-за Айдена, и мы улизнули без разрешения за едой и напитками, даже зная, что на кампусе могут быть демоны. И моя мама была обращена в демона — её истинная смерть — причиной, которой была я. После я убила её. Несмотря на то, что я не могла притязать на симпатию к Леа, я зауважала её намного больше под конец, и её смерть тоже связана со мной.
И еще больше людей, любимых мною, умрёт.
Я скрестила руки, игнорируя то, как мои кости трещали от движения.
— Моё присутствие делает Университет небезопасным местом.
Айден резко развернулся ко мне, его глаза сощурились до узких щелочек, но прежде чем он начал говорить, вмешался Маркус.
— Более безопасного места нет, Александрия. Как минимум, здесь у нас есть Стражи и -
— Стражи и Охранники ничего не смогут сделать, если Арес найдет способ войти сюда. И давайте уж признаем, что, если ни о нём — так мы всё ещё должны беспокоится о Сете.
— Мы не можем оставаться здесь, — Люк склонился вперед, кладя руки на свои колени. — Но не раньше, чем мы сплотим войска, и ты полностью восстановишься -
— Я в порядке! — на последнем слове мой голос надломился, позорный детектор лжи.
Люк приподнял бровь.
— Мне всё равно, — сказала я. — Мне надо уйти.
— Ты. Никуда. Не. Уйдешь.
Все до одного, находившиеся в комнате, повернулись к Айдену, включая меня. Его слова повисли в воздухе, и вызов сочился из всех пор.
— Я должна, — ответила я.
— Нет, — сказал он, вышагивая вперёд, его мощные мускулы играли под черной рубашкой. Черная рубашка Стража, и боги, он был Стражем до мозга костей в данный момент. — Мы уже обсуждали это. Все из нас знают о рисках, Алекс.
Вызов принят.
— Но это было до того, как Арес спустил всю эту божественную хрень на нас.
Его глаза окрасились разъярённым оттенком серебра, пока он поедал меня взглядом.
— Ничего не изменилось.
— Изменилось всё.
— Формальности, может быть, но ничего больше.
Я ошеломлённо уставилась на него.
— Одно дело, когда мы думали, что это был Гефест или Гермес, но не Арес. На случай если ты не помнишь, он грёбанный -
— Я знаю, кто он, — сквозь стиснутые зубы прошипел Айден.
— Дети, — предостерёг Маркус.
Мы обоюдно послали ему убийственные взгляды.
Маркус проигнорировал это.
— Айден прав, Алекс.
Конечно же, он занял сторону Айдена.
— Мы все знаем, во что мы ввязываемся, — он жестом указал на своё избитое лицо. — Поверь мне, мы все понимаем, и как мы и говорили ранее, мы все вовлечены во всё это.
— А что насчет них? — я предельно ясно помнила, когда каждый встал и заявил, что они поддерживают меня. И к этому моменту один из них уже был мертв. Я махнула рукой на заднюю часть комнаты. — Что насчет каждой личности в Университете — студентов, и всех тех людей, кто прибыл сюда в поисках безопасности, которая была им однажды предложена? Они готовы пойти на такой риск?
Страж, стоявший рядом с молодым парнишкой, тот, кто был вместе с Домиником в тот день, когда прибыли мы, выступил вперед и сказал:
— Если позволите, я бы высказался?
Айден наградил его взглядом, от которого бы мудрый человек побежал прочь.
Очевидно, этот Страж не привык убегать. С другой стороны, никто из них никогда не убегал.
— Как твоё имя? — спросила Диана.
— Валериан, — ответил он, и я прикинула, что ему было под тридцать. Конечно же, полукровка.
— Как корень? — поинтересовался Дикон.
Люк закатил глаза.
Мужчина кивнул.
— Большинство людей зовут меня Вал.
— Что ты хотел сказать, Вал? — Диана снова заговорила.
— Каждый, кто присутствует здесь, был затронут тем, что происходит. Я не могу назвать ни одну личность, кто не потерял друга или любимого. Не говоря уже о потери нашего Декана и наших друзей, во время атаки Ареса. Я не могу говорить за каждого, но ты обнаружишь, что подавляющая часть тех, кто находится здесь, жаждут сделать всё что угодно, чтобы положить конец этому.
Тогда они все были идиотами.
Я покачала головой, в то время как обернулась. Никто из Стражей или Охранников, находящихся здесь, не мог противостоять Сету, не говоря уже о том, богам лишь известно, что еще может выкинуть Арес в наш адрес.
Айден овладел моею рукою в прочном, но нежном захвате, как будто, даже негодуя, он беспокоился о том, что моё тело всё ещё исцелялось.
— Перестань быть такой упрямой, Алекс.
— Ты здесь единственный, кто упрямится, — парировала я, и попыталась высвободить свою руку, но Айден удерживал меня, предупреждение сверкало в его глазах. — Я пытаюсь защитить их.
— Я знаю, — его голос утратил долю резкости. — И это единственная причина, почему я не перекинул тебя через плечо и не запер тебя в какой-нибудь из комнат.
Я прищурила глаза.
— Хотела бы я посмотреть на твои попытки.
— Это вызов? — спросил он.
Кто-то в задней части основной зоны прочистил горло.
— Правильно ли я понимаю, что у этих двоих было своего рода прошлое?
Дикон подавился от смеха, когда он плюхнулся на софу.
— Это будет конструктивно.
Взгляд Айден скользнул к брату, и он сделал длинный, хороший, глубокий вдох.
— Ого, — Дикон локтем ткнул в бок Люка. — Это было бы неловко, если бы не было таким занимательным. Это как наблюдать за нашими родителями -
— Заткнись, Дикон, — одновременно в унисон рявкнули мы с Айденом.
— Видишь! — ухмыльнулся Дикон. — Они как морковка с горошинкой.
Люк медленно к нему повернулся.
— Ты только что процитировал «Форрест Гамп»?
Он пожал плечами.
— Может и так.
И вот так просто, немного напряжения покинуло Айдена… как и меня. Он выпустил мою руку, но не отходил от меня ни на шаг.
— Иногда я волнуюсь за тебя, Дикон, — сказал он, его губы приподнялись в однобокой улыбке.
— Я не тот, о ком тебе стоит волноваться, — Дикон вздернул подбородком в мою сторону. — Маленькая мисс «Я Должна Быть Мученицей» единственная здесь, кем ты должен заниматься.
Я сгримасничала, но все до одного в комнате, даже кучка Стражей в задней части комнаты, смотрели в изумлении на меня с непреклонным выражением на лицах. Никакими иными способами не убедить их. Я поняла, что не смогу покинуть это место в одиночку, и мне действительно этого не хотелось. По правде говоря, мысль о том, чтобы встретиться лицом к лицу с Аресом или Сетом, будучи одной, пугала меня до чёртиков.
И мне потребуется армия — по-настоящему большая. Хотелось бы надеяться, что Страж, державший речь, был прав в том, что подавляющее большинство людей, находящихся здесь, хотели оказать сопротивление, поскольку мы будем в них нуждаться.
Медленно выдохнув, я подняла взгляд на Айдена.
— Ладно.
— Что ладно? — подстёгивал он.
Он действительно собирался заставить меня это произнести.
— Я останусь.
— И?
Боги милостивые…
— И я принимаю помощь каждого и всё такое.
— Хорошо, — он наклонился, быстро чмокнув меня в щеку. — Ты, наконец, увидела луч света.
Я зарделась и затем прямо-таки стала красной, как свёкла, когда половина собравшихся в комнате — полукровки, настолько непривыкшие видеть чистокровного и полукровку вместе — уставились на нас с широко открытыми ртами. Даже если они и предполагали, что между нами что-то было, видеть доказательство этого было шокирующим.
Во время затишья в беседе, я уловила чуток информации о том, что было в новостях. Полномасштабная война развернулась на Ближнем Востоке. Целые города были стёрты с лица земли. Одна из сторон конфликта получила доступ к ядерному оружию и грозилась применить его. ООН призывало к мировой интервенции, и США, и Англия посылали тысячи солдат за границу.
У меня было очень дурное предчувствие насчет этого.
— Это Арес, — сказал Солос, впервые заговорив с тех самых пор, как всё это собрание единомышленников началось.
Я повернулась к нему, и это послужило мне напоминанием, что мои шрамы не идут ни в какое сравнение с рваной отметкой, выстилавшейся на его красивом лице.
— Мы в этом абсолютно уверены?
Маркус кивнул.
— Его присутствие в мире смертных вызывает рознь, особенно, когда он не скрывает своё истинное лицо.
— И мы видели кое-что очень ин-те-ресное по телевизору вчера, — добавил Дикон.
— Ага, — вторил Люк. — Один из военачальников наступающей армии щеголял в очень модной нарукавной повязке, с изображением греческого щита на ней. Я не имею понятия, что надеется получить Арес, начав войну.
Для меня это представлялось очевидным.
— Не просто… любит войну. Он подпитывается ею, точно также как боги обычно подпитывали веру смертных в себя. И если развернется огромная война, это разделит большую часть мира, он сможет внезапно атаковать и подчинить себе человеческий род.
— Совершенно верно, — тихо произнесла Диана. — Любовь Ареса к войне и розни хорошо известны. Он становится сильнее во времена великой распри.
— Это именно то, в чем мы нуждаемся, — Айден сложил руки. — Становящийся сильнее Арес.
Отстранившись на несколько шагов, я прислонилась к столу для игры в настольный хоккей. Было сложно увидеть такой стол и не подумать о Калебе.
— Арес хочет править. Он считает, что настало время богам вернуть себе мир смертных, как свой собственный, и я не буду удивлена, если есть другие боги, которые в этом его поддерживают, — а именно Гермес, но кроме Маркуса с Айденом, никто не знал, что Гермес помогал Сету связаться со мной.
Последовал цикл мастерски применяемых слов на четыре буквы от тех, кто стоял позади, от тех, кто привнес улыбку на моё лицо в определённый момент в прошлом.
— Ну, как минимум, мы знаем, чего, хочет Арес. Он жаждет войны, — сказал Айден, обращаясь к присутствующим в комнате как лидер, каковым он и был, и кем я, столь очевидно, не совсем научилась быть. — И мы собираемся предоставить ему такую возможность.

Глава 3

Как группа, мы решили провести встречу послезавтра для всех на территории университетского городка, кто желал присоединиться к тому, что Дикон назвал «Армия Устрашения». Диана и Маркус, которые, видимо, взяли на себя ежедневное управление университетским городком, после смерти декана, выбрали Колизей Совета в качестве места встречи. Все двенадцать членов Совета Университета, плюс несколько из других мест, были в городке, и Диана поклялась, что с ними не будет никаких проблем при использовании нами Колизея, который считался одним из самых священных зданий университетского городка.
Мне с трудом в это верилось.
Но был еще день до набора в А.У. или разработки стратегии сражения. Этот день был днем мертвых, которые получили достойные похороны.
После окончания встречи, я быстро смоталась с общей территории и направилась наружу, нуждаясь в глотке свежего воздуха. Кислород в моих легких чувствовался испорченным, мой мозг был в дырах. Когда гнев прошел, все что осталось это тупая боль в моем исцеляющемся теле и странное онемение в сердце.
Наступала ночь, и, хотя была середина мая, холодный воздух прошелся по моим щекам, я была благодарна за рубашку с длинными рукавами, которую откопал Айден.
Я шагала мимо главного здания и посмотрела вверх, вдыхая глоток свежего воздуха, я хорошо рассмотрела верхний этаж. Окно, выходящее во двор, было заколочено. Мой взгляд упал ниже по мрамору. Оно было взломано.
Вздрогнув, я поспешила вокруг фасада из кованого железа, отделяющего двор от пешеходных дорожек. Также как на Божественном Острове, цветы и деревья со всего мира произрастали здесь, несмотря на климат. Чистый аромат роз и сладкий запах пионов смешивался с более тяжелыми ароматами винограда и оливковых деревьев.
Остановившись перед входом, я посмотрела на мраморную копию Зевса. С его вьющимися волосами и бородой он походил скорее на человека-гору, чем на всемогущего Бога, которым являлся.
Не мог он пойти, в какой-то момент, и дать оплеуху Аресу, и прекратить все это? Уверена, Зевс мог обойти Сета и убрать Люциана. И если бы Зевс сделал это, что еще оставалось бы Сету кроме как иметь дело с., и мной.
Дальше по двору сверкала статуя Аполлона, освещаемая маленьким фонарем у ее основания. Его лицо было повернуто к небу.
— Где ты? — спросила я.
Когда Аполлон раскрыл свое прикрытие в виде Леона, он больше не мог оставаться в мире смертных на длительное время, не ослабевая. Мне стало интересно, если с Аресом дело обстояло также, значит, он зависал на Олимпе с другими Богами или у него была тайная нора где-нибудь?
Повернув от статуи, я стала спускаться вниз по тропинке, потому что она не была похожа на кусок скалы, который собирался отвечать на мои вопросы. Пройдя мимо нескольких зданий поменьше, похожих на миниатюрные греческие храмы, я обогнула здание Совета. Бюсты дюжины Олимпа были вырезаны на четырех сторонах здания, напоминавшего древний храм. Как всегда, доля страха образовалась в моем животе, и я поспешила дальше.
Страницы:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13





Топ 10 за сутки:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.