Библиотека java книг - на главную
Авторов: 52963
Книг: 129942
Поиск по сайту:
Войти
Логин:

Пароль:

регистрация  :  забыли пароль?
 
Жанры:
 


     Реклама:     
     

Читать онлайн книгу «Рыцарь - Инженер»

    
размер шрифта:AAA

Александр Шапочкин
Рыцарь-Инженер. Книга первая

Пролог

Это было моё первое посещение Японии. Обычно по делам фирмы разъезжал Андрей, но в этот раз сия скорбная обязанность свалилась на мои не такие уж и хрупкие плечи.
Так что, можно сказать, что дела у меня шли хорошо. Задача была несложной, всего-то подписать пару договоров. Переводчика, довольно милую девушку лет двадцати пяти, наняла принимающая сторона, ну а ночной досуг мы обеспечили уже совместными усилиями после затянувшегося корпоратива.
Утром же выяснилось, что Айко замужем за каким-то там клерком-трудоголиком, и как бы хорошо ей со мной ни было, повторить вчерашнее нам вряд ли удастся.
Расстраиваться из-за подобного было не в моих правилах, а потому я вечером того же дня без раздумий принял приглашение Ямады-сана, директора департамента внешней торговли нашего партнёра, посетить с ним его любимый бар.
Саке меня особо не впечатлило, ну разве что как экзотика, однако градус, быстро стирающий языковые барьеры, оно давало, так что скучными эти посиделки назвать было трудно.
Не знаю уж, традиция у них в подобных заведениях такая, или бар и нравился так моему собеседнику именно из-за этого, но почти сразу же к нам подсели несколько девиц, которые, весело щебеча на своём – на птичьем – составили нам компанию.
Так что я быстро оказался зажат между двумя фигуристыми красавицами, одетыми к тому же в довольно фривольно распахнутые кимоно. Ну а так как русский человек не японец, в то время как Ямаде его девчонки профессионально-нежно поджимали руки, которыми он непременно желал их потискать (одновременно целенаправленно спаивая моего партнёра), на нашей половине диванчика всё происходило с точностью до наоборот.
Нет, со мной, конечно, пытались проделать тот же самый трюк, но так как этот подогретый рисовый «сок» действовал на меня плохо, я не забывал следить за тем, чтобы рюмочки прелестниц так же не пустовали. Ну а подобные желания клиента тут, видимо, были законом.
Так что в скором времени под строгими взглядами, бросаемыми их коллегами с другой стороны стола, мои уже порядком осоловевшие девочки фактически сами лезли ко мне в объятия. Ну а я что? Я был не против!
Против, судя по всему, была администрация заведения, но, видимо, не желая обидеть богатого иностранца, пошли на хитрый ход, сменив саке на дорогой коньяк.
Зря они так. Дело пошло веселее, и вот уже через полчаса под тихое похрапывание Ямады сидевшая слева блондиночка пьяненько шептала мне на ухо, что ночь, мол, предстоит долгая, а ей домой сегодня не нужно…
Я, хоть принесённого пойла тоже порядком набрался, да и понимал с пятого на десятое, суть уловил и клятвенно обещал устроить ей экскурсию по моему номеру в отеле. Расплатился, на ломанном английском попросил официанта вызвать такси, но перед тем как отправляться куда-то решил сбросить накопившийся в баках балласт.
Местный сортир кто-то основательно оккупировал, поэтому я не придумал ничего лучшего, нежели сходить до ветру в соседний проулок, откуда, после того как справил нужду, пошатываясь, направился за своей красавицей, так интересующейся интерьерами Токийских гостиниц.
Свет фар, рёв набирающего обороты мотора и перекошенная ненавистью рожа какого-то мужика в массивных роговых очках мне, наверное, приснились, потому как, когда я открыл глаза, то уже обнажённый лежал на чём-то мягком, а ко мне, покачивая бёдрами, приближалась укутанная в ткань женщина.
Естественно, я логично предположил, что до своего отеля добрался на автопилоте. Ну а заодно похвалил себя за то, что даже в этом не забыл состоянии прихватить сие очаровательное создание.
Перед глазами всё ещё плыло от выпитого, но не заметить роскошные формы и длинные светлые волосы было трудно. Да и что гадать, что я мог ещё делать абсолютно голым наедине с дамой…
Правда, вызывал вопросы тот факт, что я явно лежал на полу, но данный момент благополучно списал это (своим всё ещё путающимся в алкогольном тумане разумом) на японские национальные фетиши.
Остановившись возле, женщина внимательно осмотрела моё тело и в явном недоумении выдала длинную фразу, которую я со своим урезанным знанием языка жителей страны восходящего солнца, перевёл как: «Странно, это не японец! Неужели я ошиблась?»
Вот тут она меня слегка обидела! Нет, я, конечно, всё понимаю, саке, а потом коньяк, но неужели эта… гейша… разочарованна? Я что хуже японского мужика с их микроскопическими причиндалами?
А может быть, я был в таком состоянии, что и бревно покажется лучшим любовником? Наверное, в этом всё дело, а потому мне сейчас придётся доказать обратное!
Блондинка тем временем опустилась передо мной на колени и нагнулась, видимо, тоже после выпитого желая получше рассмотреть, кто это, собственно, её соблазнил. И в этот момент я начал действовать!
Захват и бросок из традиционной русско-постельной борьбы «Баба в койку!» прошёл на ура. Она даже пискнуть не успела, когда оказалась подо мной, а я, в свою очередь, используя приёмы самообороны в партере против лишней одежды у женщин, добрался до нежного мягкого тела.
Видимо, находясь в шоке от прыткости иностранца, она начала лепетать что-то о том, что так нельзя, и вообще, она «богиня», и не следует… но я не обращал внимания, тем более что «богиней» у нас каждая вторая себя считает, а у каждой первой есть ещё одна – внутренняя, которая то плачет, то смеётся.
Так что, не обращая внимания на сопротивление и возмущённый японский лепет, который я всё равно в этом состоянии не понимал, быстренько довёл деваху до нужной кондиции, и когда от моих ласк она начала томно пищать, приступил к объяснениям.
Оказавшись в ней и чувствуя, как изогнулось подо мной тело, я ещё удивился было, что она оказалась девочкой, но не придал этому особого значения, тем более что поездка ко мне явно была её личной инициативой.
Пропустил мимо и крики типа: «Нет! Нет! Нельзя! Только не сюда…» – тем более что они довольно быстро сменились на чувственные стоны, я отработал обязательную программу, потом ещё одну, честно говоря, в этом состоянии совсем забыв о том, что с незнакомыми девушками следует выбирать «защищённый секс» и что… Ну, в общем, если без резинки и не вынимать, то от этого дети бывают.
После пятого раза, удивляясь тому, откуда во мне столько сил, которых, похоже, ещё и прибавилось, я решил пожалеть девочку и… Как бы не так! В меня вцепились руками и ногами и заставили повторять пройденный материал ещё много, очень много раз.
Нет, я, конечно, чувствовал гордость за то, что не посрамил и доказал, и вообще… Признаться я столько искренних женских оргазмов за всю свою жизнь ни разу не видел, даже в порнушке… тем более, трудно было ожидать их от кого-то, вот только что лишившегося девственности.
Так что последней мыслью, перед тем как мы в обнимку заснули, было: «Странно, что в дверь номера ещё не ломятся соседи… в любом случае, скорее всего, завтра придётся извиняться перед менеджером отеля».
Утром, а я всегда просыпаюсь в одно и то же время, в каком бы состоянии ни был, я понял, что с алкоголем вчера хватил лишку. Перед глазами всё так же плыло, но хоть похмелья не ощущалось.
Погладив золотистые волосы спящей у меня на груди девушки, я попытался было освободиться и встать, надо было что-то делать с остаточным опьянением, тем более что сегодня планировалась важная встреча.
Однако меня не пустили, а наоборот, промычав что-то, нежные ручки ещё крепче сомкнулись вокруг моей шеи.
Я сделал новую попытку.
– М-м-м-м… муж, куда идти? – был задан мне сонным голосом вопрос на ломанном русском, а затем – алкоголь из головы словно ветром сдуло – на меня посмотрела…
Нет, не крокодилица! Наоборот, таких красавиц я в своей жизни даже по телевизору и в интернете не видел! Вот только я по какой-то причине не мог с уверенностью сказать, та ли эта девушка, которую я привёз с собой из бара, или нет.
– Мне на работу нужно, милая… – мягко, но адски хрипящим голосом произнёс я.
Откуда она знает русский и почему назвала «мужем» спрашивать я не стал. Первое меня сейчас мало интересовало, а второе…
Пусть в Японии у неё была довольно странная работа, но я точно помнил, что лично сделал её женщиной, а потому совсем не прочь был забрать с собой в Москву эдакую красавицу! Так сказать, на постоянной основе!
– А, ну да… – протянула она. – Припоминаю. Иди, я буду ждать…
– Так мне ещё выяснить надо, куда подъехать…
– Там спросишь, – промурлыкала девушка, целуя меня.
– Так я вашего языка не знаю… мне нужно….
– Да… это проблема, – перебила она меня, вновь положив голову на грудь, а затем поднялась на руках, испепеляя меня взглядом влюблённых зелёных глаз. – Да и вообще, думаю, тебе лучше будет действовать по плану «Б». Иди любимый, буду ждать тебя здесь!
Я, честно говоря, не поверил своим ушам, потому как теперь говорила она абсолютно правильно и вообще без акцента. Я хотел было задать ей соответствующий вопрос, но в этот момент, она положила мне на грудь свою ладошку и мягко улыбнулась.
– Оп-па! – это последнее, что я услышал, перед тем как она легонько толкнула меня, и я куда-то провалился.
Думал, что сверзился с кровати, но на самом деле меня мгновенно окружила кромешная тьма.

* * *

Богиня Эллидия еще какое-то время посидела, глядя на то место, где секунду назад сидел её мужчина, а затем, рассмеявшись в полный голос, рухнула спиной на вздыбившиеся облака. Да, конечно, ей, тысячелетиями хранившей целомудрие, следовало бы, наверное, разозлиться на этого человека, но с ним ей в первый раз в жизни было так хорошо…
– Да! Победа! Утрись, старшая сестра Лорида, я первая! У меня теперь есть му-у-уж, а у тебя ещё нет! – девушка, глупо улыбаясь, смотрела на быстро расцветающий красками её радости эфир над головой. – Странно, и почему раньше было принято призывать в «герои» именно японцев? Мой Ваня куда лучше и больше похож… на… героя.
– Ой! – девушка медленно села, похлопала глазёнками и испуганно произнесла: – Я же ему ничего не рассказала и не объяснила. И даже не вручила обязательный подарок.
Произнеся последнее слово, она нахмурилась, склонила свою очаровательную головку набок и прислушалась к себе.
– Да нет. С подарком всё хорошо, тем более что и он мне тоже…

* * *

Человек открывает глаза каждое утро, но далеко не каждый, сделав нечто подобное, видит перед собой гигантскую грудастую женщину с длинными синими волосами и кроличьими ушами, которая, улыбаясь, держит тебя в своих огромных лапищах, как игрушку.
Признаться, я слегка охренел, увидев… такое. А когда меня перевернули вверх ногами и зарядили с оттяжкой по заднице, внезапно для себя вспомнил Большой Петровский Загиб и выдал его без запинки.
Вот только… всё, что я исторг, был истошный ор новорожденного младенца.
«Твою мать, Андрей, – подумалось, когда я, шокированный происходящим, наконец-то заткнулся, чувствуя, как горит нижнее полушарие. – Да чтобы я… да хоть раз в жизни опять поддался на твои уговоры…»
Затем демоны быстро спеленали меня и подложили под бок ещё одной великанши, которая нежно что-то сюсюкала мне на ухо на непонятном языке.
Через какое-то время, когда я обдумывал, что же, собственно, со мной произошло, прибежал какой-то франтоватый мужик в костюме начала восемнадцатого века, обработанном художником, помешанным на фэнтези. Спустя пару минут, прослушав короткий разговор присутствующих в комнате гигантов, я оказался у него на руках.
Естественно, я немедленно возмутился подобной фривольности и высказал ему всё, что думаю… очередной раз разоравшись словно младенец. А потом пришло понимание того, что я, собственно, младенцем и являюсь, после чего я крепко заснул.
Рассказывать о том, что было со мной в последующую пару лет, откровенно скучно. Нет, конечно, можно гордиться, что за это время, особенно поначалу, мне довелось облобызать огромное количество сисек порой очень даже красивых женщин. Вот только всё остальное нельзя было назвать иначе как издевательством над личностью. Особенно смену подгузников, а точнее, пелёнок, которыми эти варвары пользовались вместо обычных памперсов.
Эти годы, проведённые в травоподобном состоянии личинки человека, может быть и пролетают для настоящих детей незаметно, но для сознания тридцатидвухлетнего мужика оказались настоящей пыткой.
У меня не было никаких развлечений, кроме каких-то там деревянных погремушек, плюс к этому, если я делал что-то, что выходило за рамки понимания взрослых о том, как должен вести себя малыш моего возраста, вокруг начиналась натуральная паника.
Так, ещё не умея ходить и нормально разговаривать, я, держа детские «музыкальные инструменты» в своих непослушных ещё ручонках, думая, что меня никто не видит, устроил концерт одного актёра, подвывая себе в такт что-то из русского рока.
На шум прибежали слуги, первой услышала меня как раз моя сиделка – та самая синеволосая с заячьими ушами, – затем взволнованные родители… дошло до того, что из ближайшего храма некой богини Эллидии примчался священник с целью изгонять из ребёнка местного лорда вселившихся в него демонов.
Но всё это я узнал, когда подрос, в те же годы мороки со мной у новых родственников было хоть отбавляй, а в роскошной шевелюре Мисилиси, той самой зайце-крольчихи, прибавилось множество ранних седых волос.
И ведь не сказать, что я был хулиганом, нет, как раз наоборот! Просто тараканы в моей голове имели строго определённые и совсем неместные национальные корни, что было, скажем так, очень необычно для окружающих.
Рос я в те годы, в общем-то, не один… после устроенного мной «концерта» из одиночной кроватки постоянного заключения меня переместили в другую «камеру», где уже содержались родившиеся в том же году, но чуть позже меня дети Мисилиси.
И вот вопрос. Кого может родить антропоморфный заяц от антропоморфного кота? В моём родном мире от подобного соития не получится ничего хорошего, а здесь это были две очаровательные крохи: одна с кроличьими ушками и кошачьим хвостом, а другая в точности наоборот.
Так вот, проблем матери они доставляли в разы больше моего. А странным окружающие считали меня.
Особенно после того как я, начав более-менее ходить, решил форсировать процесс собственного развития. Однажды, выбравшись из манежа и тщательно заперев после этого за собой клетку с улюлюкающими сестричками, устроил себе тренировку.
Ну не мог я – как бывший морпех-контрактник и вообще человек спортивный – жить, ничего не делая от еды до сна и от сна до еды! Да, было трудно, всё-таки тело у меня всего двух с половиной лет отроду. Да, я поначалу не совсем верно рассчитал свои силы…
Но зачем же, когда месяц спустя мои тренировки были раскрыты, Мисилиси надумала грохнуться в обморок, увидев, как я делаю отжимания метрах в пяти от манежа?
В пять лет на мои закидоны уже никто не обращал внимания. Тем более что я был мальчуганом крепким, почти не болел, первым из нашей троицы научился разговаривать на дикой смеси французского, итальянского и японского, которая здесь называлась Имперским языком, к тому же почти не донимал взрослых извечными «что» и «почему».
Просто я как ментально взрослый человек умел задавать нужные вопросы в нужное время. Ну и, естественно, обращался к людям, которые могли дать мне на них вполне ясные, аргументированные ответы, не испытывая при этом раздражения.
Мир, в котором я неведомо как очутился, назывался Овелия и находился на уровне фэнтезийного средневековья, в который успели завести культуру ренессанса и представления о паровых технологиях.
Проживал я с семьёй в Ромарской Империи и был сыном не абы кого, а целого маркиза. Жаль, конечно, что не Карабаса, а д’Вергри. Ну и звали меня здесь не Иван Александрович Калинин, как я привык за тридцать два года, а Эсток д’Вергри, первый сын и наследник маркиза Отто д’Вергри и графини Эллоры д’Роллей.
Официальной религией страны была вера в некую Лориду, Богиню Смелости и Мудрости. Коллегу земной Афины. Но конкретно наша семья и большинство жителей этих земель поклонялись Богине Эллидии, заведующей «Победой», и её совсем юной дочери Катиущи, в зоне ответственности которой находилась «Удача».
Причём, как я понял, боги в этом мире были чем-то вполне материальным, что неудивительно, ведь здесь имелась самая настоящая магия… А потому во время первого посещения храма я получил очень нехилый нагоняй от матери и отца, когда заулыбался во время благодарственного молебна Катиуще.
Ну а что я мог сделать, уж больно имечко этой юной небожительницы напоминало родное «Катюша». Вот только я так и не понял, как, собственно, попался, ведь мне явственно кто-то врезал под зад, из-за чего я, собственно, и ойкнул.
Не знаю уж, кто меня так подставил, но сидя в карете на обратном пути в особняк и потирая попу, жестоко пострадавшую не только от того пинка, но и после мессы от отца, поклялся найти и собственноручно выдрать виновника.
Между тем, как бы ни была велика обида на пока неизвестного мне шутника, я не забывал посматривать по сторонам. Всё-таки сегодня был первый раз в новой жизни, когда родители взяли меня с собой в близлежащий город.
К тому же у отца было какое-то дело к старосте одной из деревень, так что обратно мы ехали не по главной дороге, а сделали небольшой крюк, и карета в сопровождении десятка гвардейцев личной стражи маркиза катилась сейчас между колосящихся пшеничных полей.
Во всяком случае, я думал, что это «пшеница», хотя уверенности в этом не было, потому как местный хлеб сильно отличался по вкусу от привычного мне земного.
– Это что такое? – спросил я сидящую напротив мать, указывая в окно.
– А? – она вздрогнула, видимо, я оторвал её от раздумий, и посмотрела на меня. – Ты разве на нас не обиделся?
Ну да, после проведённой надо мной экзекуции они с отцом выходили из храма как в воду опущенные. Всё-таки это был первый раз, когда они отшлёпали меня, пусть даже и не прилюдно.
– Нет, – твёрдо сказал я. – Был виноват – осознал. Так что проехали. Так что это?
– Это поле, засеянное «де-грано» сын! – встрепенувшись, ответил сидевший рядом отец. – Из него делают муку, из которой потом пекут хлеб и…
– Да нет, бать, я не про это… – тряхнул я головой, перебивая маркиза. – Я вон про те штуковины.
– О Богиня… сколько раз я просил тебя не называть меня этим странным словом, – удручённо покачал головой д’Вергри-старший. – Почему ты, как все нормальные дети, не называешь меня «попо’нъ»…
– Потому что «батя» звучит гордо! – отрезал я. – Так вы скажете мне, что это за хреновины работают в поле?
– Это? – отец удивлённо посмотрел на меня, а затем в окно и немного растерянно произнёс: – Сельскохозяйственные големы-механоиды. Маломощные приспособления-констракты, которыми способны управлять даже не владеющие магией люди…
– Твой попо’нъ был так добр к своим крестьянам, что для того чтобы облегчить им жизнь, приобрёл целую партию этих машиноидов у гильдии конструкторов, – вставила мама. – Эти штуковины не только работают в поле, но в случае чего вполне могут защитить людей от слабых монстров или бандитов.
– Дорогая, давай будем честны, это всё-таки была твоя идея, – ласково возразил ей маркиз. – И она полностью оправдала себя, тем более что доходы с земли после перехода с ручной обработки на механизированную резко выросли!
– Ну да, ну да… – уже не слушая нежные воркования родителей, пробормотал я, рассматривая неуклюжих уродцев, поблескивающих на солнце медными боками и извергающих из себя облачка пара. – Промышленная революция рулит… Интересно, а у них есть танки?
По возвращении в особняк той же ночью мне в очередной раз приснился сон, в котором я опять увидел ту самую очень красивую девушку из бара, после ночи с которой внезапно заново родился в этом мире.
В этот раз она не просто сидела на берегу чудесного озера или прогуливалась в парке, как то случалось обычно, а была занята важным делом… Воспитывала прикладными методами какую-то ревущую русоволосую малявку.
Расположившись на парящем в небесах облачке, девушка, переложив девчонку поперёк колен и задрав на ней коротенькую тунику, смачно охаживала её ладонью по уже раскрасневшейся попке, с каждым ударом приговаривая: «Что нужно сказать папе? Что нужно сказать папе?»
– Не буду! Я больше не буду! – ревя и размазывая по лицу слёзы и сопли, пищала малышка. – Папа прости меня! Катя будет хорошей девочкой! Катя больше не будет!
– Ну что? – девушка из бара серьёзно посмотрела на меня. – Простим засранку?
– Думаю, да, – услышал я сам себя, хотя и не собирался ничего говорить. – А там посмотрим, как будет себя вести… – Причём не ту детскую визглю, которая была у меня сейчас, а привычный мне голос тридцатилетнего мужика.
Одёрнув на девчонке тунику, женщина поставила её прямо на воздух, и та, ревя белугой, подбежала ко мне, обняв маленькими ручонками.
– Папка!!! Я так скучаю! Прости меня!
– Прощаю, дурочка, – мягко ответил я, потрепав малышку по макушке.
Утром, проснувшись в своей детской кроватке, я, как ни старался, так и не смог вспомнить, что же такое мне снилось, отчего на душе сейчас было так приятно и легко. Впрочем, после перерождения это было в порядке вещей.

* * *

Перестук двух пар девчачьих ботиночек за моей спиной, как обычно, преследовал меня с самого утра. Так повелось уже давно, с тех самых пор, как эти две куклы наконец-то научились ходить.
Ещё когда я был в «ползунковом» возрасте, дочки Милилиси уже не давали мне проходу в нашем общем манеже, ну а когда я начал выбираться из него на свои «тренировки», злорадно закрывая пузатую мелочь в клетке, они, пуская слюнявые пузыри, висели на прутьях вольера, хлопая огромными глазищами.
Я повернул в ближайший коридор и немного ускорился. Цоканье тоже зачастило, а когда я перешёл на бег, так и вовсе переросло в дробный стук каблучков по мраморному полу.
Убежать-то от них я, конечно, мог, немудрёное это дело запутать двух приставучих малявок, вот только… тяжело вздохнув, я остановился и медленно повернулся к преследовательницам.
На меня почти в упор смотрели две куколки в миленьких платьицах, стилизованных а-ля горничная. Аналиси унаследовала от отца зелёные волнистые волосы и кошачий хвост, а от матери длинные кроличьи уши. И Накалиси – кошкоухая синеволоска с кроличьим хвостом.
Если не обращать внимания на «звериные» различия, сёстры были близняшками, так что, будь они людьми, а не демибистами, их, наверное, очень трудно было бы отличить друг от друга.
Обе они числились моими «личными горничными», хотя толку от этих пятилеток было немного.
Я сделал шаг назад. Парочка дружно приблизилась, синхронно с правой ноги. Я шагнул вперёд, сёстры настолько же отступили.
– Так… – я потёр переносицу. – Что? Опять?
– Эсток! Дай нам задание! – бойко пропищала Аналиси.
– Во-первых, доброе утро… – произнёс я.
– Доброе утро, господин Эсток! – слегка покраснев хором ответили девчонки и низко поклонились.
– Во-вторых, вы разве сейчас не должны помогать Мисилиси? – нахмурился я.
– Но это скучно! – надулась Накалиси, куда более стеснительная, нежели сестра, но при этом отличающаяся очень непростым характером.
– Мы горничные господина Эстока! – гордо произнесла зайцеухая Аналиси.
– Вам же опять попадёт! – покачал я головой. – Я слышал вчера, что ваш папаня замочил с вечера розги…
Девчонки побелели, и их ощутимо затрясло. Насколько я знал, их однажды уже познакомили с таким средством воспитания, когда эти кошкокролики на пару расколотили какую-то вазу.
– М-м-мы г-г-горни… – замямлила синеволоска, на глазах которой проступили слёзы.
– Спокуха, девчонки, – я подошёл к сестричкам и положил руки на поникшие плечики. – Своих в обиду не дадим! Тем более что розги, насколько я знаю, заготовили для провинившихся конюхов.
Малышки дружно выдохнули с облегчением. Я же мысленно крякнул. Негоже взрослому человеку запугивать детишек, вот только этот мир не земля, и понятие «счастливое детство» здесь применимо разве что к детишкам из благородных семей.
К сожалению, дочки Мисилиси к ним не относятся. В их возрасте малышню уже начинают потихоньку приучать к «делу», эти же две дурочки, стоит их мамке на секунду отвлечься, немедленно сбегают от неё и шляются за мной, требуя, чтобы я дал им какое-нибудь задание.
– Вот вы где! Негодницы! – раздался возмущённый голос Мисилиси. – Опять пристаёте к господину Эстоку! Ух я вас…
Мелкие опять задрожали.
– Так! – громко сказал я, глядя на приближающуюся к девочкам суровую мать. – Отставить экзекуцию!
– Господин Эсток… но? – в растерянности остановилась горничная.
– Значит так! – я снова посмотрел на поникших сестричек. – Баста, кошкокролики, кончилися танцы! С сегодняшнего дня у вас двоих начинаются суровые трудовые будни! Будем делать из вас э-э-э… О! Суровых «боевых секретарш»!
– Боевых… Сэкер’етяръщ? – удивлённо произнесла мать, немного взволнованно глядя на своих дочерей.
– Ну да. Именно «боевых секретарш»! – уверенно кивнул я. – Но если будут филонить, разжалую обратно в горничные и лишу на неделю сладкого! Всё понятно?
– Д… да… – воскликнула Аналиси, глазки которой так и блестели от предвкушения. – А что нужно делать?
– О! У вас будут очень сложные тренировки! Но… есть одна загвоздка… из-за которой, возможно… у вас не получится стать боевыми секретаршами.
– К… какая? П… почему? – запинаясь, спросила Накалиси, уже готовая пустить слезу. – Мы… Мы будем очень стараться!
– Ну… Так как боевые секретарши намного круче, чем даже самые элитные горничные… – задумчиво произнёс я, косясь на Мисилиси, которая, кажется, уже догадалась о моей хитрости. – То вам для начала придётся освоить хотя бы эту профессию. Иначе как же вы будете заваривать шефу кофе?
– Заваривать ше-пу ко-пе? – ахнула Аналиси и покраснела так, будто поняла, о чём я говорю, и вообще, это была её самая главная мечта с самого раннего детства.
Ну не было в этом мире известно о таком напитке. Я как заядлый кофеман проверял.
– Да… а ещё нужно уметь работать на компьютере в «Ворде» и раскладывать пасьянс «Косынка»…
– Козинъга… – буквально просмаковала незнакомое слово синеволосая пигалица, кошачьи ушки которой уже давно стояли торчком, в то время как её сестру выдавал задравший юбку хвост.
– Вот видите… Но так как вы не хотите учиться у мамки её ремеслу… Думаю, наверное, даже и начинать не стоит…
– Нет, нет! – хором закричали девчонки, дружно повисли на мне и тут же повалили на пол. – Мы… Да мы, да мы…
– Тогда, – сурово, но при этом улыбаясь, нависла над нами Мисилиси, – а ну! Живо марш на кухню! Уж я-то вами займусь! И смотрите… будете филонить, никогда не станете «Боевыми Сэкер’етяръщями»!
Сестёр как ветром сдуло. Только взметнулись надо мной тяжёлые шерстяные юбки.
– Спасибо вам большое, господин Эсток, – низко поклонилась мне женщина и тут же попыталась помочь подняться, заботливо поинтересовавшись. – Вы не ушиблись? Простите моих глупых дочек! Я их обязательно накажу…
– Да не нужно из наказывать. Их нужно заинтересовать, – ответил я, в то время как Мисилиси заботливо отряхивала мой костюмчик с ненавистными шортами. – Скажи, а Батя у себя?
– Да, ваш отец в кабинете.
– О! Гут… – улыбнулся я, подмигнул горничной и хотел было отвернуться, когда синеволосая зайчиха вдруг окликнула:
– Простите… господин Эсток, – произнесла она, покраснев. – Могу я задать вопрос?
Страницы:

1 2 3 4 5 6





Новинки книг:
 
в блогах
 

Отзывы:
читать все отзывы




    
 

© www.litlib.net 2009-2020г.    LitLib.net - собери свою библиотеку.